Скляднев О.Е"> №"> Скляднев О.Е"> №">

УИД 48RS0023-02-2022-000454-50

ЛИПЕЦКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

Судья Стребков А.М. №2-А466/2023

Докладчик Наставшева О.А. №33-2409/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

19 июля 2023 года

Судебная коллегия по гражданским делам Липецкого областного суда в составе:

председательствующего Москаленко Т.П.,

судей Наставшевой О.А., Рябых Т.В.,

с участием прокурора Ким И.Е.,

при ведении протокола секретарем Державиной Ю.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Липецке дело по апелляционной жалобе ответчика ООО «КДВ Воронеж» на решение Задонского районного суда Липецкой области от 22 декабря 2022 года, которым постановлено:

«Взыскать с ООО «КДВ Воронеж» в пользу ФИО1 ФИО13 компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> (<данные изъяты>) рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 ФИО14 к ООО «КДВ Воронеж» об обжаловании акта о несчастном случае на производстве № 27 от 25.04.2022 г. – отказать.

Взыскать с ООО «КДВ Воронеж» в пользу муниципального бюджета Хлевенского муниципального района Липецкой области расходы по оплате государственной пошлины в размере <данные изъяты> (<данные изъяты>) рублей».

Заслушав доклад судьи Наставшевой О.А., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ООО «КДВ Воронеж» об обжаловании акта о несчастном случае на производстве №27 от 25 апреля 2022 года и взыскании компенсации морального вреда в размере <данные изъяты> руб.

В обоснование исковых требований указала, что с 10 января 2022 года она работала в должности оператора линии в производстве пищевой продукции 5 разряда ООО «КДВ Воронеж». 24 февраля 2022 года на территории предприятия ООО «КДВ Воронеж» произошел несчастный случай, в результате которого ей был причинен вред здоровью, она получила травму левой ноги при движении по лестнице на территории предприятия. После произошедшего она была госпитализирована в БУЗ ВО «Рамонская РБ». По результатам медицинского осмотра составлено медицинское заключение №1 о характере полученных повреждений здоровья. В результате несчастного случая на производстве и степени тяжести повреждений - <данные изъяты>, в период с 25 февраля 2022 года по 7 июня 2022 года она находилась на больничном, была временно нетрудоспособна. 3 марта 2022 года ФИО1 получила акт № 26 о несчастной случае на производстве, из которого следовало, что несчастный случай на производстве произошел по ее вине. Работодателем была усмотрена грубая неосторожность работника, в том числе, из-за прилипшей конфетной массы на подошве обуви, которая в основной и вспомогательных причинах содействовала возникновению и увеличению вреда, причиненного ее здоровью. Степень ее вины определена ответчиком в размере 100 %. Она была не согласна с результатами проведенного ответчиком расследования, в связи с чем обратилась в Государственную инспекцию труда в Воронежской области. 5 мая 2022 года Государственной инспекцией труда в Воронежской области вынесено заключение, работодателем составлен новый акт за № 27 о несчастном случае на производстве. В заключении указано на отсутствие вины со стороны работодателя, при этом к причинам, вызвавшим несчастный случай, отнесена потеря истцом равновесия при спуске. Истец ФИО1 обратилась в Федеральную службу по труду и занятости для дальнейшего обжалования. 9 июня 2022 года Государственной инспекцией труда дан ответ о необоснованности ее жалобы. Истец считает, что при вынесении акта о несчастном случае на производстве от 25 апреля 2022 года не был принят во внимание факт того, что при первоначальном составлении акта по форме Н1 №26 в качестве сопутствующих причин указано на наличие на подошве обуви раздавленных прилипших конфет. При заступлении на смену истцу выдали новую спец. одежду и обувь, которые были чистыми. За пределы территории фабрики она не выходила, налипнуть конфета на подошву обуви могла только на территории фабрики, что свидетельствует о вине работодателя и ненадлежащей уборки территории предприятия. В первоначальном акте №26 зафиксировано, что с кондитерской фабрики истец не выходила. Факт налипания конфеты на подошву обуви не опровергнут. В акте отсутствует указание на вину работодателя и ненадлежащее содержание в чистоте рабочего места истца. В производственном цеху, в столовой, на территории предприятия на полу встречаются остатки конфет, которые не убираются своевременно, могут служить причиной несчастного случая на производстве. Истец считает, что работодатель не всегда соблюдал правила санитарной безопасности, допускал такие условия труда, при которых не выполнял свои обязанности, предусмотренные ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации. ФИО1 просила суд внести в п.9 акта о несчастном случае на производстве №27 от 25 апреля 2022 года изменения, указав сопутствующие причины как «на подошве обуви, в которой находилась ФИО1 были раздавленные прилипшие конфеты, которые могли способствовать соскальзыванию ее правой ноги с края ступени». В п. 10 акта №27 просила указать на наличие вины работодателя в виде несоблюдения правил санитарной безопасности. В результате полученных травм истец испытала нравственные страдания, в связи с чем просила взыскать с ответчика в качестве компенсации морального вреда <данные изъяты> руб.

Истец ФИО1, ее представитель на основании доверенности ФИО2 в судебном заседании поддержали исковые требования.

Представитель ответчика ООО «КДВ Воронеж» по доверенности ФИО3 иск не признал, ссылаясь на соблюдение работодателем всех требований трудового законодательства, охраны труда и техники безопасности. Указал на вину истца, которая обязана была следить за чистотой на рабочем месте, при необходимости обратиться по вопросу замены спец. одежды и обуви при их повреждении либо загрязнении. Ответчиком оборудована зона очистки одежды, обуви, инвентаря.

Прокурор Тарасова А.Н. не возражала против удовлетворения требований истца.

Представитель третьего лица Государственной инспекции труда в Воронежской области в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом.

Суд первой инстанции постановил решение о частичном удовлетворении исковых требований, резолютивная часть которого изложена выше.

В апелляционной жалобе ответчик ООО «КДВ Воронеж», с учетом дополнений к ней, ссылаясь на нарушение норм материального и процессуального права, просил отменить решение суда, постановить новое об отказе в удовлетворении требований истца. Указал, что ООО «КДВ Воронеж» не признано причинителем вреда работнику, в действиях работодателя нарушений не установлено. Согласно представленной суду видеозаписи, которая не нашла отражения в решении суда, ФИО1 при спуске по металлическому переходу поставила правую ногу на ступень лишь на половину, в результате малой точки опоры потеряла равновесие и упала. Истцу были предоставлены все средства индивидуальной защиты, территория фабрики убирается на постоянной основе. На истца возложена обязанность по соблюдении чистоты на рабочем месте.

Истец ФИО1, представитель третьего лица Государственной инспекции труда в Воронежской области в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, в соответствии со ст. ст. 167, 327 ГПК РФ суд считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Заслушав представителя ответчика ООО «КДВ Воронеж» по доверенности ФИО3, поддержавшего доводы апелляционной жалобы с учетом дополнений, заключение прокурора Ким И.Е., полагавшего решение суда законным и обоснованным, обсудив доводы апелляционной жалобы, изучив материалы гражданского дела, судебная коллегия не находит оснований для отмены либо изменения судебного акта ввиду следующего.

В соответствии с абз.4, 15 п.2 ст.22 Трудового кодекса Российской Федерации (далее ТК РФ) работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами.

Обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя, что следует из п.1 ст.212 ТК РФ.

Согласно п.1 ст.5 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» физические лица, выполняющие работу на основании трудового договора, заключенного со страхователем, подлежат обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

В соответствии со ст.3 указанного Закона под несчастным случаем на производстве понимается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных названным Федеральным законом случаях, как на территории страхователя, так и за её пределами, либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

Согласно п.1 ст.227 ТК РФ расследованию и учету подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события в результате которого пострадавшими были получены телесные повреждения если указанные события произошли: в течении рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения работы, в том числе во время установленных перерывов.

Согласно, разъяснениям изложенным в п.9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10 марта 2011 года N2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» для правильной квалификации события, в результате которого причинен вред жизни или здоровью пострадавшего, необходимо в каждом случае исследовать следующие юридически значимые обстоятельства:

- относится ли пострадавший к лицам, участвующим в производственной деятельности работодателя, указано ли происшедшее событие в перечне событий, квалифицируемых в качестве несчастных случаев;

- соответствуют ли обстоятельства, сопутствующие происшедшему событию, обстоятельствам, указанным в ч.3 ст.227 ТК РФ, произошел ли несчастный случай на производстве с лицом, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний;

- имели ли место обстоятельства, при наличии которых несчастные случаи могут квалифицироваться как не связанные с производством, и иные обстоятельства.

Следовательно, при рассмотрении настоящего дела для квалификации несчастного случая, как связанного с производством, необходимо установить, что событие, в результате которого работник получил повреждение здоровья, должно было произойти в рабочее время и в связи с выполнением последним действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Пунктом 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства. Суд должен учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №33 от 15 ноября 2022 г. «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ). Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции). Причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда (п.п.14,15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №33 от 15 ноября 2022 г. «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Как установлено п.п. 25, 30 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №33 от 15 ноября 2022 г. «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав; при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

Как установлено судом и следует из материалов дела, 2 августа 2021 года ФИО1 была принята на работу в ООО «КДВ Воронеж» на должность оператора линии в производстве пищевой продукции 4 разряда на участок № 11 линии по производству карамели.

В соответствии с приказом ООО «КДВ Воронеж» от 10 января 2022 года № 76 ФИО1 переведена на должность оператора линии в производстве пищевой продукции 5 разряда на участок № 11 линии по производству карамели (упаковочный автомат), без изменения места работы (структурного подразделения, производственного участка) и профессиональных обязанностей, с повышением уровня оплаты труда, что следует из дополнительного соглашения № КВЗП-000076 от 10 января 2022 года к трудовому договору № КВ-629 от 2 августа 2021 года.

При трудоустройстве ФИО1 была ознакомлена в том числе с Правилами внутреннего трудового распорядка, должностной инструкцией, с ней был проведен инструктаж по охране труда.

Согласно п. 2.1 должностной инструкции 11-04 Оператора линии в производстве пищевой продукции (заверточный аппарат) участок №11 линии по производству карамели (упаковочный автомат), утвержденной генеральным директором 3 декабря 2021 года, на оператора линии возложена обязанность по обеспечению чистоты и порядка на рабочем месте в соответствии с санитарными требованиями (содержать в чистоте и порядке свое рабочее место в течении всей смены). Работник обязан приходить на работу в чистой личной одежде и обуви, при входе на территорию комбината тщательно очищать обувь и одежду (2.2.1 инструкции); перед началом работы надеть чистую санитарную одежду, подобрать волосы под одноразовую шапочку, не допускать на санитарной одежде наличие пуговиц, крючков и других аналогичных предметов (2.2.2 инструкции); не принимать пищу на рабочем месте и в производственных помещениях (в том числе сырье), прием пищи разрешается только в специально отведенных для этих целей местах (п. 2.2.4 инструкции).

Инструкцией по охране труда для операторов линии в производстве пищевой продукции ИОТ-0223-2022, утвержденной генеральным директором 18 февраля 2022 года, установлено, что прием пищи разрешается в специально отведенном помещении или месте (1.15); работник обязан соблюдать правила перемещения, пользоваться только установленными проходами, при передвижении нужно соблюдать осторожность, бегать запрещено, допускается передвижение быстрым шагом (3.4).

24 февраля 2022 года с ФИО1 произошел несчастный случай на производстве в обеденный перерыв.

Из акта о несчастном случае на производстве № 27 от 25 апреля 2022 следует, что 24 февраля 2022 года в 08 час. 00 мин. оператор линии в производстве пищевой продукции 5 разряда ФИО1 приступила к выполнению рабочих обязанностей на участке №11 ООО «КДВ Воронеж» на линии «Штампованная карамель» на заверточном автомате Nagema EL-9. Приблизительно в 12 час. ФИО1 пошла на обед в столовую предприятия. После обеда ФИО1 направилась на свое рабочее место на участок №11. При движении к своему рабочему месту ФИО1 необходимо было перейти через переход, расположенный на территории производственного участка №3 линии «Глазированная вафля». В 12 час. 47 мин. при спуске ФИО1 потеряла равновесие и упала со второй ступени перехода. В результате падения ФИО1 получила травму левой ноги и была доставлена в БУЗ ВО «Рамонская РБ». Вид происшествия: падение пострадавшего с высоты (падении при разности уровней высот). Согласно медицинского заключения ФИО1 получила повреждения легкой степени, <данные изъяты>. В качестве причин несчастного случая указаны: прочие причины, квалифицированные по материалам расследования несчастных случаев, выразившиеся во внезапной потере равновесия при спуске и падению со второй ступени перехода. Указано на отсутствие лиц, ответственных за допущенные нарушения законодательных и иных нормативных правовых и локальных нормативных актов, явившихся причинами несчастного случая.

Акт о несчастном случае № 27 от 25 апреля 2022 года незаконным не признан.

Как следует из материалов дела, акт № 27 от 25 апреля 2022 года о несчастном случае на производстве составлен на основании заключения государственного инспектора труда по Воронежской области от 22 апреля 2022 года о незаконности предыдущего акта № 26 от 03 марта 2022года.

В акте № 26 от 3 марта 2022 года о несчастном случае на производстве было указано о грубой неосторожности ФИО1 при возникновении несчастного случая в качестве основной причины несчастного случая, о ее вине в данном несчастном случае.

В качестве сопутствующей причины указано, что на подошве обуви, в которой находилась ФИО1 были раздавленные прилипшие конфеты, которые могли способствовать соскальзыванию ее правой ноги с края ступени.

В ходе проверки государственной инспекцией труда была установлена необоснованность выводов ответчика о вине ФИО1 в несчастном случае и ее грубой неосторожности. Государственный инспектор установил, что вины ФИО1 в нечастном случае нет, причиной несчастного случая являлась внезапная потеря равновесия при спуске и падении со второй ступени перехода.

При этом, доводу о том, что к подошве обуви ФИО1 прилипла конфета, что и могло послужить причиной падения, инспектором не могла быть дана оценка, поскольку на тот период указанная обувь была уже очищена и выдана другому работнику.

Из медицинского заключения о характере полученных повреждений здоровья, в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести, выданного БУЗ ВО «Рамонская РБ» №1299 от 25 февраля 2022 года установлено, что ФИО1, в результате несчастного случая, получила травму в виде <данные изъяты>.

Факт повреждения здоровья ФИО1 квалифицирован как страховой случай по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве, что подтверждается приказами Государственного учреждения – Воронежского регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации от 3 августа 2022 года о назначении ФИО1 единовременной страховой выплаты, ежемесячных страховых выплат вследствие несчастного случая, произошедшего 24 февраля 2022 года в период работы в ООО «КДВ Воронеж».

ФИО1 установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере 30 % в связи с несчастным случаем на производстве 24 февраля 2022 года (Акт по форме Н-1 № 27 от 25 апреля 2022 года) с 22 июня 2022 года до 1 июля 2023 года.

ФИО1 находилась на амбулаторном лечении в ГУЗ ФИО4 с 25 февраля 2002 года по 22 июня 2022 года с диагнозом: <данные изъяты>. 24 февраля 2022 года была доставлена в Рамонскую больницу. С 24 февраля 2022 года по 12 апреля 2022 года истцу был наложен гипс.

Во время ношения гипсовой лангеты и на время реабилитации больная передвигалась на костылях, с переходом на трость. Получала медицинскую реабилитацию в объеме: магнитотерапия, электрофорез с кальцием, ЛФК, массаж с курсами по 14 дней, а также медикаментозное лечение. Больная от предложенной госпитализации с целью реабилитации отказалась по семейным причинам. От предложенного оперативного лечения врачом-травматологом в ГУЗ ЛОКБ отказалась по семейным обстоятельствам.

Согласно информационной справки администрации сельского поселения от 15 декабря 2022 года № 277 Ново-Дубовского сельсовета Хлевенского района Липецкой области ФИО1 проживает с матерью и двумя несовершеннолетними детьми.

Разрешая заявленные исковые требования и приходя к выводу об их удовлетворении в части взыскания компенсации морального вреда, суд, проанализировав доказательства, обстоятельства получения истцом травмы, пришел к выводу, что вред здоровью ФИО1 причинен во время обеденного перерыва на территории предприятия, при необеспечении безопасных условий труда работодателем, что является несчастным случаем на производстве, наличии оснований для возложения на ответчика ответственности за причинение вреда здоровью ФИО1

Судебная коллегия соглашается с данным выводам суда.

Факт наличия на подошве обуви истца раздавленных прилипших конфет, которые могли способствовать соскальзыванию ее правой ноги с края ступени, ответчиком не оспорен. На момент составления первичного акта №26 они были зафиксированы, работодатель признал данное обстоятельство в качестве сопутствующей причины несчастного случая.

Доводы ООО «КДВ Воронеж» о наличии вины работника в прилипании конфет на подошву несостоятельны.

Как усматривается из материалов дела, рабочее место ФИО1 находится на линии «Штампованная карамель», ее путь следования на обед проходил через линию «Глазированная вафля», далее в столовую и обратно тем же маршрутом к линии «Штампованная карамель».

Доказательств того, что налипание конфет произошло именно в результате ненадлежащего исполнения истцом своих должностных обязанностей, нарушения должностной инструкции, техники безопасности на ее рабочем месте, суду не представлено.

Истец работала на линии «Штампованная карамель», согласно акта №26 зафиксировано налипание конфет. Происхождение данных конфет именно с линии «Штампованная карамель» ответчиком не доказано, равно как и того обстоятельства, что ФИО1 не могла наступить на какую-либо конфету, кондитерскую продукцию вне зоны своего рабочего места по пути следования в столовую и обратно.

ООО «КДВ Воронеж», являясь работодателем, в силу закона должно обеспечить работника безопасными условиями труда, исключить возможные факторы, способствующие травматизму.

Отсутствие оценки в судебном акте доказательства, предоставленного ООО «КДВ Воронеж», а именно видеозаписи получения истцом травмы не свидетельствует о процессуальной ошибке, поскольку право определения достаточности доказательств по делу принадлежит суду (часть 3 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Кроме того, согласно протокола судебного заседания, судом был исследован акт №26 о несчастном случае на производстве, который содержит описание зафиксированных видеозаписью событий (падения истца).

Представитель ответчика ООО «КДВ Воронеж» в суде апелляционной инстанции пояснил, что описание видеозаписи в акте №26 соответствует записи, предоставленной районному суду на электронном носителе, в акте №26 подробно изложены зафиксированные события.

Определяя размер компенсации морального вреда, районный суд учел положения Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №33 от 15 ноября 2022 г. «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», обстоятельства получения работником травмы, характер и степень причиненных работнику нравственных страданий, усугубившихся признанием работодателем ее виновной в несчастном случае, требования разумности и справедливости.

Суд также учел поведение работодателя, принимавшего меры к организации уборки помещений путем заключения специализированных договоров, соблюдению техники безопасности путем ознакомления работников с локальными актами работодателя, разработки инструкций.

Учитывая обстоятельства получения травмы, учел и поведение работника, обстоятельства ее спуска по лестнице, изложенные в акте №26, поскольку последний был исследован судом. Суд не усмотрел в действиях работника грубой неосторожности.

Установленная глубина, степень и характер моральных переживаний истца достаточно подробно мотивированы в судебном акте.

Суд, при определении размера компенсации морального вреда, также учитывал, что на момент получения травмы ФИО1 проживала вместе с двумя малолетними детьми, из-за наличия малолетних детей и невозможности их оставить, она отказалась от проведения операции и стационарного лечения. Помимо физической боли, вызванной указанной травмой, ФИО1 претерпела и нравственные страдания, связанные с переживанием за детей, поскольку ее двигательная функция была ограничена, она потеряла постоянный заработок; со дня получения травмы на производстве и до восстановления здоровья истец находилась в постоянной тревоге, опасаясь невозможности продолжения активной жизни, которую она вела до этого события. Ее состоянию были присущи нервное напряжение, беспокойство и страх за себя и своих детей.

Определенный судом размер компенсации морального вреда <данные изъяты> руб. соответствует требованиям закона о возмещении морального вреда.

С учетом изложенного, судебная коллегия считает, что доводы апелляционной жалобы необоснованные и не могут служить основанием для отмены либо изменения обжалуемого решения, по существу сводятся к несогласию с выводами суда и не содержат указания на обстоятельства и факты, которые влияли бы на законность судебного решения.

Доводы апелляционной жалобы не оспаривают выводов суда первой инстанции, сделанных на основании собранных по делу доказательств, которым судом дана надлежащая оценка, при правильном применении норм материального права.

Выводы, содержащиеся в обжалуемом решении, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судом первой инстанции. Нарушений норм материального либо процессуального права, влекущих отмену судебного акта, по делу не допущено.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Задонского районного суда Липецкой области от 22 декабря 2022 года оставить без изменения, а апелляционную жалобу ответчика ООО «КДВ Воронеж» - без удовлетворения.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий: (подпись)

Судьи: (подписи)

Копия верна:

Судья

Секретарь

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 26 июля 2023 года.

12