Решение по делу № 2-331/2025 от 29.07.2025 | Лермонтовский городской суд (Ставропольский край)

Дело № 2-331/2025

УИД № 26RS0021-01-2025-000423-24

Решение

Именем Российской Федерации

15 июля 2025 года г. ФИО8

Лермонтовский городской суд Ставропольского края в составе:

председательствующего судьи Пушкарной Н.Г.,

при ведении протокола помощником судьи Масловым А.А.,

с участием

заявителя ФИО18.,

представителя заявителя – адвоката ФИО19.,

заинтересованного лица ФИО20

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по заявлению ФИО4 об установлении юридического факта,

установил:

ФИО1 обратилась в Лермонтовский городской суд с заявлением о признании ее фактическим воспитателем погибшего брата ФИО1

В обоснование заявленных требований указано, что родной брат заявителя ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, погиб при участии в специальной военной операции на территории Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины ДД.ММ.ГГГГ.

Родители заявителя ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умерла ДД.ММ.ГГГГ, а отец заявителя ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умер ДД.ММ.ГГГГ.

Фактическим воспитателем в семье после смерти родителей стала ФИО4, что подтверждается Постановлением главы администрации города ФИО8 Ставропольского края от ДД.ММ.ГГГГ №, на основании которого ФИО1 стала попечителем несовершеннолетних: ФИО1 и ФИО7.

Фактически ФИО1 с мая 2007 года проживал с ФИО1 по адресу: <адрес>

ФИО1 находился на полном содержании и обеспечении ФИО1 Под полным содержанием в данном случае понимаются действия, направленные на обеспечение несовершеннолетнего всем необходимым при отсутствии у него поддержки от других лиц или других источников, то есть доходы и имущество фактического воспитателя должны являться единственным источником средств существования будущего военнослужащего.

Под воспитанием следует понимать устойчивое и надлежащее воспитательное взаимодействие обычно близкое к тому, которое существует между родителями и детьми, проявление заботы о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии ребенка.

Таким образом, ФИО1 воспитывала и содержала ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ, и является фактическим воспитателем (попечителем) погибшего.

Просит признать фактически воспитывающей и содержащей ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, погибшего ДД.ММ.ГГГГ.

В судебном заседании заявитель, представитель заявителя адвокат ФИО12, заинтересованное лицо ФИО5 заявленные требования поддержали, просили их удовлетворить. Дополнительно пояснили, что брат заявителя ФИО1 в 2006 году окончил 9 классов, поступил в училище г. ФИО8, где проучился один год и бросил обучение. Сразу пошел работать грузчиком и на другие работы. На заработанные деньги он обеспечивал себя: покупал себе одежду, обувь, тратил на иные свои нужды и желания, а также помогал сестре оплачивать коммунальные услуги за квартиру. Когда ему исполнилось 18 лет, он был призван на срочную военную службу. По возвращении из армии он проживал с другими сестрами и братом заявителя по адресу: СК<адрес>, поскольку заявитель ФИО1 жила у супруга по иному адресу: <адрес>. После армии ФИО1 работал неофициально разнорабочим. Первый контракт с Минобороны РФ он заключил в 2014 году, служил на Украине. До своей смерти их всех содержали и воспитывали родители.

Заинтересованные лица ФИО7, ФИО6, ФИО14, представители заинтересованных лиц Министерство обороны Российской Федерации, Военный комиссариат городов Пятигорска, ФИО8, Ессентуки и Кисловодска в судебное заседание не явились, будучи надлежащим образом извещенными о дате, времени и месте рассмотрения настоящего гражданского дела. Заинтересованные лица ФИО7, ФИО6, ФИО14 обратились к суду с ходатайством о рассмотрении дела в их отсутствие.

С учетом требований ст. 167 ГПК РФ, мнения участников процесса, суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся участников процесса.

Выслушав объяснения заявителя, представителя заявителя, заинтересованного лица, показания свидетелей, исследовав материалы дела, оценив представленные доказательства, суд приходит к следующему:

Пунктом 1 статьи 969 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) установлено, что в целях обеспечения социальных интересов граждан и интересов государства законом может быть установлено обязательное государственное страхование жизни, здоровья и имущества государственных служащих определенных категорий. Обязательное государственное страхование осуществляется за счет средств, выделяемых на эти цели из соответствующего бюджета министерствам и иным федеральным органам исполнительной власти (страхователям).

Обязательное государственное страхование осуществляется непосредственно на основании законов и иных правовых актов о таком страховании указанными в этих актах государственными страховыми или иными государственными организациями (страховщиками) либо на основании договоров страхования, заключаемых в соответствии с этими актами страховщиками и страхователями (п. 2 ст. 969 ГК РФ).

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, военная служба представляет собой особый вид государственной службы, непосредственно связанной с обеспечением обороны страны и безопасности государства и, следовательно, осуществляемой в публичных интересах; лица, несущие такого рода службу, выполняют конституционно значимые функции: военнослужащий принимает на себя бремя неукоснительно, в режиме жесткой военной дисциплины исполнять обязанности военной службы, которые предполагают необходимость выполнения поставленных задач в любых условиях, в том числе сопряженных со значительным риском для жизни и здоровья (абзац второй пункта 2 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июля 2014 г. № 22-П).

Этим определяется особый правовой статус военнослужащих, проходящих военную службу как по призыву, так и в добровольном порядке по контракту, содержание и характер обязанностей государства по отношению к ним и их обязанностей по отношению к государству, что в силу Конституции Российской Федерации, в частности ее статей 2, 7, 39 (части 1 и 2), 41 (часть 1), 45 (часть 1), 59 (части 1 и 2) и 71 (пункты «в», «м») обязывает государство гарантировать им материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью в период прохождения военной службы (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2002 г. № 17-П, от 20 октября 2010 года № 18-П, от 17 мая 2011 года № 8-П, от 19 мая 2014 года № 15-П, от 17 июля 2014 года № 22-П, от 19 июля 2016 года № 16-П).

В случае гибели военнослужащего при исполнении воинского долга или смерти вследствие ранения, травмы, контузии, полученных при исполнении обязанностей военной службы, Российская Федерация как социальное государство также принимает на себя обязательства по оказанию социальной поддержки членам его семьи, исходя из того, что их правовой статус производен от правового статуса самого военнослужащего и обусловлен спецификой его служебной деятельности (абзац четвертый пункта 2 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июля 2014 г. № 22-П).

Законодатель, гарантируя военнослужащим, выполняющим конституционно значимые функции, связанные с обеспечением обороны страны и безопасности государства, общественного порядка, законности, прав и свобод граждан, материальное обеспечение и компенсации в случае причинения вреда их жизни или здоровью, предусмотрел в качестве меры социальной поддержки членов семьи военнослужащих, погибших (умерших) в период прохождения военной службы, страховое обеспечение по государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих, которое в случае гибели (смерти) военнослужащего в период прохождения военной службы подлежит выплате членам его семьи.

Это страховое обеспечение входит в гарантированный государством объем возмещения вреда, призванного компенсировать последствия изменения их материального и (или) социального статуса вследствие наступления страхового случая, включая причиненный материальный и моральный вред. Цель названной выплаты - компенсировать лицам, которые длительное время надлежащим образом воспитывали военнослужащего, содержали его до совершеннолетия и вырастили защитника Отечества, нравственные и материальные потери, связанные с его гибелью (смертью) в период прохождения военной службы, осуществляемой в публичных интересах.

Согласно пункту 2 статьи 1 Федерального закона от 27 мая 1998 г. № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» военнослужащие обладают правами и свободами человека и гражданина с некоторыми ограничениями, установленными названным Федеральным законом, федеральными конституционными законами и федеральными законами. В связи с особым характером обязанностей, возложенных на военнослужащих, им предоставляются социальные гарантии и компенсации.

Военнослужащие и граждане, призванные на военные сборы, подлежат обязательному государственному личному страхованию за счет средств федерального бюджета. Основания, условия и порядок обязательного государственного личного страхования указанных военнослужащих и граждан устанавливаются федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (пункт 1 статьи 18 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих»).

К элементам публично-правового механизма возмещения вреда, причиненного членам семьи военнослужащего в связи с его гибелью (смертью) при исполнении обязанностей военной службы, относятся такие меры социальной поддержки, как единовременное денежное пособие и ежемесячная денежная компенсация, предусмотренные частями 8 - 10 статьи 3 Федерального закона от 07 ноября 2011 года № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат», страховые суммы, установленные Федеральным законом от 28.03.1998 года № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации», а также единовременные выплаты, установленные Указом Президента Российской Федерации от 05 марта 2022 года № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей».

Условия и порядок осуществления обязательного государственного страхования жизни и здоровья военнослужащих и иных приравненных к ним лиц определены в Федеральном законе от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации» (далее Федеральный закон от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ).

В силу положений статьи 1 Федерального закона от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ к застрахованным лицам по обязательному государственному страхованию относятся в том числе военнослужащие, за исключением военнослужащих, военная служба по контракту которым в соответствии с законодательством Российской Федерации приостановлена.

В статье 4 Федерального закона от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ названы страховые случаи при осуществлении обязательного государственного страхования, среди которых гибель (смерть) застрахованного лица в период прохождения военной службы, службы, военных сборов.

В статье 5 Федерального закона от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ определены страховые суммы, выплачиваемые выгодоприобретателям, размер которых ежегодно увеличивается (индексируется) с учетом уровня инфляции в соответствии с федеральным законом о федеральном бюджете на очередной финансовый год и плановый период. Решение об увеличении (индексации) указанных страховых сумм принимается Правительством Российской Федерации. Указанные страховые суммы выплачиваются в размерах, установленных на день выплаты страховой суммы (абзац девятый пункта 2 статьи 5 Федерального закона от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ).

Пунктом 3 статьи 2 Федерального закона от 28 марта 1998 г. № 52-ФЗ определено, что выгодоприобретателями по обязательному государственному страхованию являются застрахованные лица, а в случае гибели (смерти) застрахованного лица следующие лица: супруга (супруг), состоявшая (состоявший) на день гибели (смерти) застрахованного лица в зарегистрированном браке с ним; родители (усыновители) застрахованного лица; дедушка и (или) бабушка застрахованного лица при условии, что они воспитывали и (или) содержали его не менее трех лет в связи с отсутствием у него родителей; отчим и (или) мачеха застрахованного лица при условии, что они воспитывали и (или) содержали его не менее пяти лет; несовершеннолетние дети застрахованного лица, дети застрахованного лица старше 18 лет, ставшие инвалидами до достижения ими возраста 18 лет, его дети в возрасте до 23 лет, обучающиеся в образовательных организациях; подопечные застрахованного лица; лицо, признанное фактически воспитывавшим и содержавшим застрахованное лицо в течение не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия (фактический воспитатель). Признание лица фактическим воспитателем производится судом в порядке особого производства по делам об установлении фактов, имеющих юридическое значение (данный порядок не распространяется на лиц, указанных в абзацах четвертом и пятом настоящего пункта).

В соответствии с подпунктом «а» пункта 1 Указа Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 г. № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей» в случае гибели (смерти) военнослужащих, принимавших участие в специальной военной операции на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины, членам их семей осуществляется единовременная выплата в размере 5 млн. рублей в равных долях. Категории членов семей определяются в соответствии с частью 11 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат».

Пунктом 4 части 11 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат», к членам семьи военнослужащего, имеющим право на получение единовременного пособия, предусмотренного частью 8 данной статьи, и ежемесячной денежной компенсации, установленной частями 9 и 10 этой статьи, независимо от нахождения на иждивении погибшего (умершего, пропавшего без вести) кормильца или трудоспособности отнесено в том числе лицо, признанное фактически воспитывавшим и содержавшим военнослужащего, гражданина, призванного на военные сборы, гражданина, пребывавшего в добровольческом формировании, в течение не менее пяти лет до достижения ими совершеннолетия (далее - фактический воспитатель). При этом право на ежемесячную денежную компенсацию, установленную частями 9 и 10 настоящей статьи, имеет фактический воспитатель, достигший возраста 50 и 55 лет (соответственно женщина и мужчина) или являющийся инвалидом. Признание лица фактическим воспитателем производится судом в порядке особого производства по делам об установлении фактов, имеющих юридическое значение.

Как разъяснено в пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2014 года «О практике применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих», при решении вопроса о том, кого следует относить к членам семьи военнослужащего, судам следует руководствоваться нормами Жилищного кодекса Российской Федерации и Семейного кодекса Российской Федерации.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 50 постановления от 26.12.2017 № 56 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел, связанных со взысканием алиментов», разъясняет, что под фактическими воспитателями следует понимать как родственников ребенка, так и лиц, не состоящих с ним в родстве, которые осуществляли воспитание и содержание ребенка, не являясь при этом усыновителем, опекуном (попечителем), приемным родителем или патронатным воспитателем ребенка.

По ходатайству представителя заявителя в судебном заседании в качестве свидетеля опрошена ФИО13, которой даны показания о том, что они знакомы с ФИО1, приходятся соседками. Также знали ее брата ФИО1, который погиб на СВО. Подтвердила, что после смерти родителей ФИО15 воспитанием несовершеннолетних детей занимались ФИО4 и ФИО6.

Оснований не доверять показаниям свидетеля у суда не имеется, она предупреждена об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, ее объяснения согласуются с позицией заявителя и представленными суду письменными доказательствами.

Действия по воспитанию и содержанию должны быть совершены указанными лицами не менее 5 лет до достижения военнослужащим совершеннолетия.

Под полным содержанием в данном случае понимаются действия, направленные на обеспечение несовершеннолетнего всем необходимым при отсутствии у него материальной поддержки от других лиц или других источников, то есть доходы и имущество фактического воспитателя должны являться единственным источником средств существования будущего военнослужащего.

Из материалов дела следует, что заявитель ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является родной сестрой ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, что подтверждается свидетельствами об их рождении, согласно которым их родителями являются ФИО2 и ФИО3.

В связи со смертью родителей ФИО4 и ФИО1 – матери ФИО2 и отца ФИО3, постановлением главы администрации г. ФИО8 от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО4 назначена попечителем над несовершеннолетними ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, на содержание подопечных назначена выплата денежных средств, которые выплачивались опекуну ФИО1

Установлено, что ФИО1 проходил военную службу по контракту в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ погиб при исполнении обязанностей военной службы в ходе проведения специальной военной операции на территории Донецкой Народной Республики, что подтверждается свидетельством о смерти от ДД.ММ.ГГГГ, справкой о смерти № от ДД.ММ.ГГГГ, а также извещением военного комиссара городов Пятигорска, ФИО8, Ессентуки, Кисловодска Ставропольского края от 5 февраля 2024 года №

Обосновывая заявленные требования ФИО1 пояснила, что фактически воспитывала ФИО1 после смерти отца в 2007 году.

Вместе с тем, в судебном заседании установлено и подтверждено надлежащими и допустимыми доказательствами, что применительно к рассматриваемой ситуации ФИО4 осуществляла воспитание и содержание ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в период с мая 2007 года – смерть второго родителя военнослужащего и назначение заявителя его попечителем, по ДД.ММ.ГГГГ – день наступления совершеннолетия военнослужащего. То есть ФИО1 находился на попечении ФИО4 на протяжении полутора лет, что не соответствует требованиям закона о необходимости такого воспитания и содержания в течение не менее пяти лет до достижения совершеннолетия военнослужащим.

Кроме того, из объяснений самого заявителя, а также заинтересованного лица – их родной сестры ФИО5 следует, что фактически в этот период времени (попечительство со стороны ФИО4) несовершеннолетний ФИО1 прервал обучение в училище, подрабатывал, на заработанные деньги содержал как себя самого (покупал себе одежду, обувь и т.д.), а также помогал попечителю оплачивать коммунальные услуги за квартиру, в которой они проживали.

Таким образом, стороной заявителя не представлено бесспорных доказательств, которые бы свидетельствовали именно о процессе фактического воспитания, в котором присутствуют элементы воспитания (качество постоянства, эмоциональная связь, полное содержание и др.), а также материального содержания несовершеннолетнего на протяжении пяти лет до его совершеннолетия.

Суд приходит к выводу о том, что с 2007 года до достижения ФИО1 совершеннолетия ФИО1 в рамках родственных отношений принимала участие в жизни своего брата, между тем данные факты не свидетельствуют о том, что ФИО1 в указанный период находился на полном ее содержании, иных средств к существованию не получал и не мог получить, а действия по его воспитанию имели характер близкого к тому, которое существует между родителями и детьми.

Кроме того, в судебном заседании установлено, что на момент обращения в суд с данным заявлением ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, не достигала возраста 50 лет, а потому не подпадает под категорию лиц, указанных в пункте 4 части 11 статьи 3 Федерального закона от 7 ноября 2011 г. № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат».

На основании изложенного суд приходит к выводу об отсутствии оснований для признания ФИО4 фактическим воспитателем ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, погибшего ДД.ММ.ГГГГ при участии в специальной военной операции на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики и Украины, не менее пяти лет до достижения им совершеннолетия.

Таким образом, ФИО1 не относится к категории членов семьи погибшего военнослужащего, имеющих право на социальные гарантии, предусмотренные положениями Федерального закона от 7 ноября 2011 года № 306-ФЗ «О денежном довольствии военнослужащих и предоставлении им отдельных выплат», а также Указа Президента Российской Федерации от 5 марта 2022 года № 98 «О дополнительных социальных гарантиях военнослужащим, лицам, проходящим службу в войсках национальной гвардии Российской Федерации, и членам их семей».

Также ФИО1 не является выгодоприобретателем страховой суммы, предусмотренной Федеральным законом от 28.03.1998 года № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации» как фактический воспитатель погибшего военнослужащего.

Руководствуясь ст. ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд

решил:

В удовлетворении заявления ФИО4 об установлении юридического факта признания фактическим воспитателем ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершего ДД.ММ.ГГГГ, - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Ставропольского краевого суда в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Лермонтовский городской суд Ставропольского края.

Мотивированное решение изготовлено 29 июля 2025 года.

Судья Н.Г. Пушкарная