Дело № 2-220/2023

Мотивированное решение составлено 17 мая 2023 года.

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

10 мая 2023 года село Ловозеро

Ловозерский районный суд Мурманской области в составе:

председательствующего судьи Костюченко К.А.,

при секретаре Бойко А.Ю.,

с участием истца ФИО1,

представителей истца ФИО2 и ФИО3,

представителя ответчика ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ГОБУЗ "Ловозерская центральная районная больница" об отмене дисциплинарного взыскания и взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ :

ФИО1 обратилась в суд к ответчику с вышеуказанным иском, указав в обоснование, что с ДД.ММ.ГГГГ работала в ГОБУЗ "Ловозерская центральная районная больница" (далее – ГОБУЗ Ловозерская ЦРБ, ГОБУЗ ЛЦРБ, ответчик) в должности медицинского статистика. Приказом №-А от ДД.ММ.ГГГГ на неё наложено дисциплинарное взыскание – замечание. Главный врач ФИО8 при рассмотрении вопроса о наложении взыскания опирался на служебную записку оператора ПЭВМ организационно-методического кабинета ФИО9 от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой она (ФИО1) регулярно отсутствует в течение рабочего дня в организационно-методическом кабинете, должностные обязанности выполняет не в полном объёме, нарушает правила внутреннего трудового распорядка, в рабочее время решает свои личные проблемы. Полагает указанный приказ незаконным, поскольку акт об отсутствии её на рабочем месте отсутствует, она находилась на рабочем месте, что подтверждается табелем учёта рабочего времени, какие должностные обязанности она не исполняла, не установлено, решение личных проблем выражалось в общении по телефону с отцом в связи с возникшим у него тяжёлым заболеванием, которое на её работу не влияло. Просила отменить наложенное на неё взыскание и взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей.

В судебном заседании истец исковые требования поддержала, дополнительно представила письменные пояснения, пояснив, что причинённый ей моральный вред выражался в нравственных переживаниях в связи с произошедшим, вследствие чего она вынуждена была обратиться к психологу.

Представители истца ФИО2 и ФИО3 в судебном заседании исковые требования поддержали, указав, что служебная записка от ФИО9 от ДД.ММ.ГГГГ, на которой основывается оспариваемый приказ, не существует, конкретных указаний на допущенные работником нарушения приказ не содержит.

Представитель ГОБУЗ ЛЦРБ ФИО4 в судебном заседании исковые требования не признал, в обоснование несогласия поддержал доводы, изложенные главным врачом учреждения в письменном отзыве, указав при этом, что в приказе была допущена опечатка в части указания даты служебной записки ДД.ММ.ГГГГ, тогда как правильной датой будет являться ДД.ММ.ГГГГ. Также приобщил к материалам дела копию служебной записки оператора ПЭВМ ФИО9 от ДД.ММ.ГГГГ с резолюцией главного врача отделу кадров "взять объяснительную", которая и была положена в основу оспариваемого приказа. Полагал, что истец согласилась с допущенными нарушениями, изложив в своих пояснениях просьбу строго её не наказывать, назначенное ей взыскание было самым лёгким из имеющихся.

Заслушав стороны, допросив свидетеля, изучив материалы дела, суд полагает исковые требования подлежащими удовлетворению.

Как установлено в судебном заседании и подтверждается материалами дела, ДД.ММ.ГГГГ между ГОБУЗ Ловозерская ЦРБ и ФИО1 заключён трудовой договор №, согласно которому истец была принята на работу по совместительству на должность медицинского статистика организационно-методического кабинета.

Приказом главного врача ГОБУЗ ЛЦРБ от ДД.ММ.ГГГГ №-А медицинскому статистику организационно-методического кабинета ФИО1 объявлено замечание за регулярное отсутствие в течение рабочего дня в организационно-методическом кабинете, невыполнение в полном объёме должностных обязанностей и нарушение правил трудового распорядка, выразившееся в решении личных проблем в рабочее время.

Из указанного приказа также следует, что основанием для наложения взыскания явились служебная записка оператора ПЭВМ ФИО9 и пояснительная ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ. С приказом истец ознакомлена ДД.ММ.ГГГГ.

Удовлетворяя заявленные истцом требования и признавая указанный приказ незаконным и подлежащим отмене, суд исходит из следующего.

В силу положений ч. 1 ст. 192 ТК Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания:

1) замечание;

2) выговор;

3) увольнение по соответствующим основаниям.

В соответствии с ч. 1 ст. 192 ТК Российской Федерации при наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершённого проступка и обстоятельства, при которых он был совершён.

Порядок применения дисциплинарных взысканий содержится в положениях ст. 193 ТК Российской Федерации, из которых следует, что до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.

Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.

Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учёт мнения представительного органа работников.

Дисциплинарное взыскание не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка, а по результатам ревизии, проверки финансово-хозяйственной деятельности или аудиторской проверки - позднее двух лет со дня его совершения. В указанные сроки не включается время производства по уголовному делу.

За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание.

Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трёх рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

Исходя из правовой позиции, изложенной в п. 53 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции Российской Федерации и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а следовательно и дисциплинарной ответственности, таких как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм.

В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершён (ч. 5 ст. 192 ТК Российской Федерации), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

Проступок не может характеризоваться как понятие неопределённое и основанное лишь на внутреннем убеждении работодателя, а вывод о виновности работника не может быть основан на предположениях работодателя о фактах, которые не подтверждены в установленном порядке.

Постановлением Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" предусмотрено, что привлечение работника к ответственности возможно в случае совершения последним конкретного дисциплинарного проступка.

Из указанного следует, что приказ о привлечении к дисциплинарной ответственности должен содержать подробное описание места, времени, обстоятельств совершения работником дисциплинарного проступка, чёткую и понятную для него формулировку вины во вменяемом ему работодателем дисциплинарном проступке, ссылку на нормы локальных нормативных актов, которые были нарушены работником.

В ходе судебного разбирательства представитель ответчика указал, что основанием для издания оспариваемого приказа явилась, в том числе, служебная записка оператора ПЭВМ ФИО9 от ДД.ММ.ГГГГ, на которой имеется резолюция главного врача отделу кадров "отобрать объяснительную" у ФИО1

В то же время, в материалы дела представлена еще одна служебная записка ФИО9 от ДД.ММ.ГГГГ, на которой имеется резолюция главного врача отделу кадров "взять объяснительную ДД.ММ.ГГГГ. Повторно".

Из пояснений истца в судебном заседании следует, что дать объяснения по первоначальной служебной записке её не просили, с ней она ознакомлена только в ходе судебного разбирательства, пояснения были даны только по второй служебной записке.

То обстоятельство, что пояснения ФИО1 были даны лишь по доводам, изложенным в повторной служебной записке ФИО9, подтверждаются и содержанием самой пояснительной записки от ДД.ММ.ГГГГ.

Таким образом, какие-либо пояснения по первоначальной служебной записке, явившейся основанием для привлечения к дисциплинарной ответственности, у ФИО1 работодателем не отбирались, что свидетельствует о нарушении процедуры привлечения к такой ответственности.

Также, привлекая ФИО1 к дисциплинарной ответственности, главный врач учреждения в оспариваемом приказе сослался на несоблюдение ею пункта 2.2.1 трудового договора по совместительству и п. 6 п.п. 6.2 Правил внутреннего трудового распорядка, должностной инструкции медицинского статистика.

Также из указанного приказа следует, что "ДД.ММ.ГГГГ на основании служебной записки оператора ПЭВМ организационно-методического кабинета ФИО9 выяснилось, что ФИО1, медицинский статистик, регулярно отсутствует в течение рабочего дня в организационно-методическом кабинете, должностные обязанности выполняет не в полном объёме, нарушает правила внутреннего распорядка, в рабочее время решает свои личные проблемы".

В соответствии с п. 2.2.1 трудового договора по совместительству № от ДД.ММ.ГГГГ, заключённого с истцом, работник обязан добросовестно исполнять трудовую функцию, закреплённую в должностной инструкции медицинского статистика организационно-методического кабинета.

Перечень обязанностей, возложенных на медицинского статистика ГОБУЗ ЛЦРБ, содержится в должностной инструкции, утверждённой главным врачом учреждения в декабре 2016 года, и содержит в себе 25 пунктов, в том числе соблюдать правила внутреннего трудового распорядка.

Пункт 6.2 раздела 6 Правил внутреннего трудового распорядка работников ГОБУЗ ЛЦРБ содержит 8 подпунктов, в том числе обязанность добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, исполнять все требования локальных нормативных актов работодателя, соблюдать трудовую дисциплину.

Из резолюции главного врача от ДД.ММ.ГГГГ, содержащейся на пояснительной ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ касаемо периода её работы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, следует указание отделу кадров объявить ей замечание за регулярное отсутствие на рабочем месте.

В то же время, из представленного суду табеля учёта рабочего времени следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 отработала установленную ей норму рабочего времени, при этом из локальных нормативных актов, регулирующих выполнение медицинским статистиком своих должностных обязанностей, не следует, что её рабочим местом является исключительно организационно-методический кабинет.

Из пояснений допрошенного в ходе судебного разбирательства свидетеля – заместителя главного врача ГОБУЗ ЛЦРБ ФИО15, следует, что работа медицинского статистика не связана с работой, выполняемой только в организационно-методическом кабинете, поскольку такому специалисту необходимо выполнять работу по сбору и заполнению сведений, имеющихся в различных отделениях больницы, общению с медицинскими работниками, в том числе врачами, вносящими сведения в базу данных, касаемо правильности такого внесения.

Об этом же свидетельствуют и положения должностной инструкции медицинского статистика, основными задачами которого являются сбор и анализ статистических материалов о деятельности учреждения, объединение, систематизация и обработка учётно-отчётных данных по больнице в целом, а также организация и проведение работы по обеспечению здоровых и безопасных условий труда в статистической службе учреждения.

Таким образом, при изложенных выше обстоятельствах само по себе периодическое отсутствие ФИО1, как медицинского статистика, в организационно-методическом кабинете не свидетельствует о её отсутствии на рабочем месте в целом.

Давая же оценку повторной служебной записке оператора ПЭВМ ФИО9, содержащей информацию о том, что никакой рабочей деятельности ФИО1, как медицинского статистика, она не наблюдала, суд исходит из того, что указанный работник не относится к кругу лиц, на которых возложена обязанность по контролю за надлежащим исполнением медицинским статистиком своих должностных обязанностей.

Напротив, в соответствии с должностной инструкцией именно на медицинского статистика возложена обязанность руководить работой операторов ПЭВМ статистической службы учреждения, отдавать им обязательные для исполнения распоряжения и указания, контролировать их выполнение.

Кроме того, то обстоятельство, что оператор ПЭВМ ФИО9 не наблюдала никакой рабочей деятельности ФИО1, как медицинского статистика, с учётом того, что она является лишь техническим специалистом, не имеющим профильного образования в сфере медицинской статистики и не обладавшим достоверными сведениями о характере и особенностях выполняемой ФИО1 функции по данному направлению деятельности учреждения, не ознакомленной с должностными обязанностями медицинского статистика, не может являться основанием полагать, что такие функции истцом выполнялись ненадлежащим образом.

В то же время, содержание оспариваемого приказа свидетельствует, что вывод о том, что ФИО1 должностные обязанности выполняла не в полном объёме, сделан работодателем лишь на основании служебной записки ФИО9

Доводы же ответчика, изложенные в письменном отзыве на иск, о том, что по факту нарушения ФИО1 служебной дисциплины была проведена проверка, своего подтверждения не нашли, поскольку каких-либо доказательств, свидетельствующих об организации проведения такой проверки – издания соответствующего приказа и иного надлежащим образом оформленного распоряжения, заключения по результатам проведённой проверки и др. суду представлено не было. Не имеется ссылки на проведение такой проверки и в самом приказе о наложении на истца дисциплинарного взыскания.

То обстоятельство, что истец в рабочее время осуществляла телефонные звонки родственнику – отцу, которому требовалась консультация по медицинским вопросам, не является основанием полагать, что ею нарушались правила внутреннего трудового распорядка, которые не содержат в себе такого запрета.

Доводы представителя ответчика в судебном заседании о том, что вина ФИО1 в совершении дисциплинарного проступка подтверждается её пояснениями, в которых она просила её строго не наказывать, несостоятельны, поскольку из её пояснений в ходе судебного разбирательства следует, что пояснения в данной части были даны ею с целью "разрядить" ситуацию в надежде на то, что каких-либо последствий в дальнейшем для неё не наступит.

Кроме того, сами по себе пояснения с просьбой строго не наказывать, не освобождали работодателя как от обязанности надлежащим образом установить факт наличия дисциплинарного проступка, так и от обязанности соблюсти процедуру привлечения работника к дисциплинарной ответственности.

Помимо этого, судом не установлено оснований полагать, что при принятии в отношении истца решения о наложении дисциплинарного взыскания учитывалась тяжесть вменённого ей дисциплинарного проступка, в том числе наступившие для работодателя негативные последствия, и обстоятельства, при которых он был совершён, а также предшествующее поведение ФИО1 и её отношение к труду, поскольку доказательств, свидетельствующих о том, что данные обстоятельства работодателем учитывались, в материалы дела не представлено, в то время как применение к ней самого мягкого вида дисциплинарного взыскания не освобождает работодателя от обязанности учитывать указанные обстоятельства.

Таким образом, оценивая исследованные в ходе судебного разбирательства обстоятельства в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что работодателем не было представлено надлежащих доказательств наличия в действиях (бездействии) ФИО1 признаков дисциплинарного проступка, в оспариваемом приказе не содержится подробное описания места, времени и обстоятельств совершённого ею дисциплинарного проступка, чёткой и понятной формулировки её вины во вменяемом дисциплинарном проступке, при этом само дисциплинарное взыскание наложено на истца с нарушением процедуры привлечения к дисциплинарной ответственности.

При таких обстоятельствах приказ от ДД.ММ.ГГГГ №-А о привлечении ФИО1 к дисциплинарной ответственности нельзя признать законным, в связи с чем он подлежит отмене.

Разрешая исковые требования истца в части взыскания с ответчика компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей, суд исходит из следующего.

Согласно ст. 237 ТК Российской Федерации моральный вред, причинённый работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (ч. 1).

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (ч. 2).

Как следует из разъяснений, данных в п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в случае нарушения трудовых прав работников суд в силу статей 21 (абзац 14 части 1) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причинённого ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы). Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учётом объёма и характера причинённых работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" (п. 8).

Исходя из фактических обстоятельств дела, с учётом объёма и характера причинённых истцу нравственных страданий, выразившихся в психологическом переживании в связи с изданием ответчиком незаконного приказа о привлечении её к дисциплинарной ответственности и, как следствие, таких реакциях на стресс, как повышенная тревожность и страхи о трудностях в продолжении плодотворной рабочей деятельности, а также с учётом принципа разумности и справедливости, суд приходит к выводу об удовлетворении требований истца в данной части и взыскании с ответчика в её пользу компенсации морального вреда в размере 10 000 рублей.

В соответствии с положениями ч. 1 ст. 103 ГПК Российской Федерации издержки, понесённые судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобождён, взыскиваются с ответчика, не освобождённого от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований, в связи с чем с ГОБУЗ "Ловозерская ЦРБ" в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 600 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-197, 199, 103 ГПК Российской Федерации, суд

РЕШИЛ :

Исковые требования ФИО1 к ГОБУЗ "Ловозерская центральная районная больница" об отмене дисциплинарного взыскания и взыскании компенсации морального вреда удовлетворить.

Признать незаконным и отменить приказ главного врача ГОБУЗ "Ловозерская центральная районная больница" №-А от ДД.ММ.ГГГГ о применении к ФИО1 дисциплинарного взыскания в виде замечания.

Взыскать с ГОБУЗ "Ловозерская центральная районная больница" (ИНН №) в пользу ФИО1 (<данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей.

Взыскать с ГОБУЗ "Ловозерская центральная районная больница" (ИНН №) госпошлину в доход местного бюджета в размере 600 рублей.

Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суд через Ловозерский районный суд Мурманской области в течение месяца с момента его изготовления в окончательной форме.

Председательствующий: К.А. Костюченко