УИД №74RS0001-01-2023-002336-30
Дело №2-3019/2023
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
20 июля 2023 года г. Челябинск
Советский районный суд г. Челябинска в составе:
председательствующего судьи Поняевой А.Ю.,
при секретаре Лихачевой А.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к АО ГСК «Югория», ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,
УСТАНОВИЛ :
ФИО1 обратилась в суд с иском к АО ГСК «Югория» о взыскании страхового возмещения.
В обоснование заявленных требований указала на то, что 23.09.2022 года в 14-10 час. у дома 45 по проспекту Ленина в г. Челябинске произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля Мицубиси гос ном №, под ее, истца, управлением и автомобиля ВАЗ гос ном №, под управлением ФИО2 Виновником ДТП признан ответчик ФИО2, который нарушил п. 8.5 ПДД РФ. В результате ДТП автомобиль Мицубиси гос ном № получил механические повреждения. Гражданская ответственность истца на момент ДТП была застрахована в АО ГСК «Югория». Также истец указывает, что обращалась в АО ГСК «Югория» с заявлением о наступлении страхового случая, по результатам рассмотрения ее заявления, случай был признан страховым и ей было выплачено страховое возмещение в сумме 119000 руб. Поскольку данной суммы недостаточно для восстановления поврежденного имущества истец обратилась к эксперту ИП ФИО3, согласно заключению, которого стоимость восстановительного ремонта автомобиля составила 284223,91 руб., расходы на оценку 9000 руб. Также истец указывает, что обращалась в страховую компанию с письменной претензией, по результатам рассмотрения которой страховщик направил отказ ей в доплате страхового возмещения, впоследствии истец обратилась к финансовому уполномоченному с обращением, который также вынес решение об отказе в удовлетворении требований. В связи, с чем обратилась в суд с иском и просит взыскать с ответчика АО ГСК «Югория» страховое возмещение в сумме 165223,91 руб., расходы на оценку 9000 руб., компенсацию морального вреда 5000 руб., штраф и расходы на представителя 35000 руб.
В последующем истец уточнил исковые требования, привлек в качестве соответчика по делу ФИО2 и окончательно просил взыскать с ответчика причиненный ущерб с надлежащего ответчика.
Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, о времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом.
Представитель истца в судебном заседании поддержал заявленные исковые требования с учетом произведенных уточнений.
Представитель ответчика АО ГСК «Югория» в судебном заседании поддержал письменные возражения, согласно которым просил отказать истцу в удовлетворении исковых требования, поскольку истец реализовал право на получении страхового возмещения, путем выплаты суммы страхового возмещения, путем подписания соглашения об урегулировании страхового случая.
Ответчик ФИО2, его представитель в судебном заседании заявленные исковые требования не признали, указали, что является ненадлежащим ответчиком по делу, поскольку гражданская ответственность была застрахована на момент ДТП. Кроме того, между истцом и страховой компанией заключено соглашение о размере ущерба без проведения независимой экспертизы, следовательно, истцу было достаточно денежных средств для восстановления автомобиля.
Представитель третьего лица САО "Ресо-Гарантия" в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом.
Представитель заинтересованного лица – финансового уполномоченного в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом.
Выслушав стороны, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.
Пунктом 3 ст. 1079 ГК РФ установлено, что вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (ст. 1064 ГК РФ).
Статьей 1064 ГК РФ предусмотрено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.
В соответствии со ст. 1082 ГК РФ, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре (предоставить вещь того же рода и качества, исправить поврежденную вещь и т.п.) или возместить причиненные убытки (п. 2 ст. 15 ГК РФ).
Исходя из положений приведенных выше правовых норм, основанием для возникновения у лица обязательств по возмещению имущественного вреда является совершение им действий, в том числе связанных с использованием источника повышенной опасности, повлекших причинение ущерба принадлежащему другому лицу имущества.
Надлежащим исполнением обязательств по возмещению имущественного вреда, причиненного дорожно-транспортным происшествием, является возмещение причинителем вреда потерпевшему расходов на восстановление автомобиля в состояние, в котором он находился до момента дорожно-транспортного происшествия.
Как установлено судом и следует из материалов дела, 23.09.2022 года в 14-40 час. у дома 45 по ул. проспект Ленина в г. Челябинске произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля ВАЗ 21103 гос ном №, под управлением ФИО2 и автомобиля Митсубиси гос ном №, под управлением ФИО1
Виновником ДТП признан ответчик ФИО2, который нарушил п. 8.5 ПДД РФ.
Поскольку нарушение п. 8.5 ПДД РФ водителем ФИО2, находится в прямой причинно-следственной связи с произошедшим ДТП и, как следствие, причинением ущерба автомобилю истца, суд приходит к выводу о том, что вина ФИО2 в данном ДТП составляет 100%, вины истца в ДТП не имеется.
Гражданская ответственность ФИО1 на момент ДТП была застрахована АО ГСК «Югория», полис №, как следует из административного материала, риск гражданской ответственности ФИО2 застрахован был в САО «Ресо-Гарантия».
Также установлено материалами дела, что истец 06.10.2022 года обратился в АО «ГСК Югория» с заявлением о наступлении страхового случая (л.д. 99), её автомобиль был осмотрен страховщиком, составлен акт осмотра транспортного средства (л.д. 108-110).
В последующем, между истцом и АО ГСК «Югория» было заключено соглашение об урегулировании убытков по договору ОСАГО, на основании которого 18.11.2022 года АО ГСК «Югория» было выплачено страховое возмещение в сумме 119000 руб., что подтверждается платежным поручением №112999 от 18.11.2022 года. (л.д 112)
Согласно экспертному заключению ИП ФИО3 №1200 от 08.02.2023 года стоимость восстановительного ремонта автомобиля Мицубиси гос ном №, без учета износа составила 284223,91 руб.
Также установлено, что 03.03.2023 года, истец обратилась к АО «ГСК «Югория» с письменной претензией, в которой просила произвести доплату страхового возмещения в сумме 165223,91 руб., приложила к претензии заключение ИП ФИО3 (л.д 114)
Рассмотрев письменную претензию истца, АО ГСК «Югория» направила в адрес истца отказ в доплате страхового возмещения, указав при этом указав, что между сторонами заключено Соглашении об урегулировании убытка по договору ОСАГО, пунктом 4 соглашения оговорено, что стороны констатируют факт урегулирования убытков. (л.д 113)
Решением финансового уполномоченного от 13.04.2023 года ФИО1 также отказано во взыскании доплаты страхового возмещения, в связи с заключением соглашения об урегулировании страхового случая без проведения независимой технической экспертизы транспортного средства или независимой экспертизы (оценки) поврежденного имущества, поскольку после осуществления страховщиком оговоренной страховой выплаты его обязанность считается исполненной в полном объеме и надлежащим образом, что прекращает соответствующее обязательство страховщика.
Согласно разъяснениям, изложенным в абз. 2 п. 43 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 декабря 2017 N 58 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", действующим на момент разрешения спора, при заключении соглашения об урегулировании страхового случая без проведения независимой технической экспертизы транспортного средства или независимой экспертизы (оценки) поврежденного имущества потерпевший и страховщик договариваются о размере, порядке и сроках подлежащего выплате потерпевшему страхового возмещения. После осуществления страховщиком оговоренной страховой выплаты его обязанность считается исполненной в полном объеме и надлежащим образом, что прекращает соответствующее обязательство страховщика (п. 1 ст. 408 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Заключение со страховщиком соглашения об урегулировании страхового случая без проведения независимой технической экспертизы транспортного средства или независимой экспертизы (оценки) поврежденного имущества является реализацией права потерпевшего на получение страхового возмещения, вследствие чего после исполнения страховщиком обязательства по страховой выплате в размере, согласованном сторонами, основания для взыскания каких-либо дополнительных убытков отсутствуют. Вместе с тем при наличии оснований для признания указанного соглашения недействительным потерпевший вправе обратиться в суд с иском об оспаривании такого соглашения и о взыскании суммы страхового возмещения в ином размере (абз. 3 п. 43 абз. 3 п. 43 Постановления).
В соответствии с положениями ст. 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (ст. 931, п. 1 ст. 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.
В отличие от общего правила оплата стоимости восстановительного ремонта легкового автомобиля, находящегося в собственности гражданина (в том числе имеющего статус индивидуального предпринимателя) и зарегистрированного в Российской Федерации, осуществляется страховщиком без учета износа комплектующих изделий (деталей, узлов, агрегатов) (абзац третий п. 15.1 ст. 12 Закона об ОСАГО в редакции Федерального закона от 28 марта 2017 года N 49-ФЗ) (пункт 59).
Тогда как при страховом возмещении путем выплаты денежных средств потерпевшему сохраняется общее правило об учете износа комплектующих изделий (деталей, узлов и агрегатов), подлежащих замене при восстановительном ремонте.
Положения п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО устанавливают перечень случаев, когда страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется страховыми выплатами.
Страховое возмещение деньгами предусмотрено, в частности, пп. "ж" п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО для случаев заключения письменного соглашения между страховщиком и потерпевшим (выгодоприобретателем). При этом, исходя из смысла п. 18 и 19 ст. 12 данного Закона, сумму страховой выплаты определяет размер причиненного вреда с учетом износа комплектующих изделий (деталей, узлов и агрегатов), подлежащих замене.
Анализ приведенных норм права с учетом их разъяснений позволяет сделать вывод, что соглашение об урегулировании страхового случая без проведения независимой технической экспертизы транспортного средства или независимой экспертизы (оценки) поврежденного имущества прекращает обязательства между потерпевшим и страховщиком, возникшие в рамках Закона об ОСАГО, по размеру, порядке и сроках выплаты страхового возмещения деньгами и не прекращает само по себе деликтные обязательства причинителя вреда перед потерпевшим. При этом причинитель вреда не лишен права оспаривать фактический размер ущерба, исходя из которого у него возникает обязанность по возмещению вреда потерпевшему в виде разницы между страховой выплатой, определенной с учетом износа транспортного средства, и фактическим размером ущерба, определяемым без учета износа.
Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в п. 2.2 Определения от 11 июля 2019 года N 1838-О, законоположения в рамках Закона об ОСАГО относятся к договорному праву и в этом смысле не регулируют как таковые отношения по обязательствам из причинения вреда. В оценке положений данного Закона во взаимосвязи их с положениями главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 31 мая 2005 года N 6-П исходил из того, что требование потерпевшего (выгодоприобретателя) к страховщику о выплате страхового возмещения в рамках договора обязательного страхования является самостоятельным и отличается от требований по обязательствам из причинения вреда. Различия между страховым обязательством, где страховщику надлежит осуществить именно страховое возмещение по договору, и деликтным обязательством непосредственно между потерпевшим и причинителем вреда обусловливают разницу в самом их назначении и, соответственно, в условиях возмещения вреда. Смешение различных обязательств и их элементов, одним из которых является порядок реализации потерпевшим своего права, может иметь неблагоприятные последствия с ущемлением прав и свобод стороны, в интересах которой установлен соответствующий гражданско-правовой институт, в данном случае - для потерпевшего. И поскольку обязательное страхование гражданской ответственности владельцев транспортных средств не может подменять собой и, тем более, отменить институт деликтных обязательств, как определяют его правила главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, применение правил указанного страхования не может приводить к безосновательному снижению размера возмещения, которое потерпевший вправе требовать от причинителя вреда.
Закон об ОСАГО, будучи специальным нормативным актом, вместе с тем не отменяет действия общих норм гражданского права об обязательствах из причинения вреда между потерпевшим и причинителем вреда, а потому потерпевший при недостаточности страховой выплаты на покрытие причиненного ему ущерба вправе рассчитывать на восполнение образовавшейся разницы за счет лица, противоправное поведение которого вызвало этот ущерб, с предъявлением ему соответствующего требования.
Таким образом, сам по себе факт заключения соглашения со страховщиком и получения страховой выплаты в виде стоимости восстановительного ремонта автомобиля с учетом износа, не виляет на право потерпевшего требовать с причинителя вреда возмещения убытков в виде разницы между выплаченным страховым возмещением по соглашению и фактическим размером ущерба, в связи с чем выводы суда первой инстанции об отсутствии таких оснований при установлении факта наличия между потерпевшим и страховщиком соглашения об урегулировании убытка противоречат выше приведенным нормам материального права и разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации.
В силу ст. 1072 Гражданского кодекса РФ юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (ст. 931, п.1 ст. 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.
В соответствии с пунктом 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях.
Из положений указанных выше норм следует, что закон не исключает применение на отношения между потерпевшим и лицом, причинившим вред, общих норм Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах из причинения вреда, в частности статей 1064, 1079. Следовательно, потерпевший при недостаточности страховой выплаты на покрытие причиненного ему фактического ущерба вправе требовать возмещения ущерба за счет лица, в результате противоправных действий которого образовался этот ущерб, путем предъявления к нему соответствующего требования.
В силу закрепленного в ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации принципа полного возмещения причиненных убытков лицо, право которого нарушено, может требовать возмещения расходов, которые оно произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, компенсации утраты или повреждения его имущества (реальный ущерб), а также возмещения неполученных доходов, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
Применительно к случаю причинения вреда транспортному средству это означает, что в результате возмещения убытков в полном размере потерпевший должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы его право собственности не было нарушено, т.е. ему должны быть возмещены расходы на полное восстановление эксплуатационных и товарных характеристик поврежденного транспортного средства.
В абз. 1 п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса РФ" разъяснено, что при разрешении споров, связанных с возмещением убытков, необходимо иметь в виду, что в состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права.
При этом согласно абз. 2 п. 13 того же Постановления, если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.
Порядок определения размера страховой выплаты и порядок ее осуществления закреплены в ст. 12 Закона об ОСАГО.
Однако, институт обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, введенный в действующее законодательство с целью повышения уровня защиты прав потерпевших при причинении им вреда при использовании транспортных средств иными лицами, не может подменять собой институт деликтных обязательств, регламентируемый главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, и не может приводить к снижению размера возмещения вреда, на которое вправе рассчитывать потерпевший на основании общих положений гражданского законодательства.
При этом следует иметь в виду, что законодательство об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств регулирует исключительно данную сферу правоотношений (что прямо следует из преамбулы Закона об ОСАГО) и обязательства вследствие причинения вреда не регулирует: в данном случае страховая выплата, направленная на возмещение причиненного вреда, осуществляется страховщиком на основании договора обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств и в соответствии с его условиями.
Вместе с тем Закон об ОСАГО, как специальный нормативный правовой акт, не исключает распространение на отношения между потерпевшим и лицом, причинившим вред, общих норм Гражданского кодекса об обязательствах из причинения вреда. Следовательно, потерпевший при недостаточности страховой выплаты на покрытие причиненного ему фактического ущерба вправе рассчитывать на восполнение образовавшейся разницы за счет лица, в результате противоправных действий которого образовался этот ущерб, путем предъявления к нему соответствующего требования. В противном случае - вопреки направленности правового регулирования деликтных обязательств - ограничивалось бы право граждан на возмещение вреда, причиненного им при использовании иными лицами транспортных средств.
То, что потерпевший (истец) имеет право на взыскание стоимости ремонта транспортного средства, которая превысила размер страхового возмещения, определенного с использованием Единой методики, соответствует указанным нормам права и постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 10.03.2017 N 6-П.
Таким образом, требования истца ФИО1 о взыскании с АО ГСК «Югория» доплаты страхования возмещения являются необоснованными и удовлетворению не подлежат.
Тем не менее, истцом заявлены также требования о взыскании с лица, виновного в причинении повреждений автомобилю – ФИО2, разницы между страховым возмещением и стоимостью восстановительного ремонта, рассчитанного без учета износа, заявленные требования являются законными и обоснованным.
В судебном заседании ответчик ходатайств о назначении судебной экспертизы не заявлял, в связи, с чем судом принимается при вынесении заключение ИП ФИО3 для определения стоимости восстановительного ремонта автомобиля Митсубиси гос ном №.
На основании указанных выше норм, за вычетом выплаченного страховщиком страхового возмещения, с ФИО2, в пользу ФИО1 подлежит взысканию ущерб в размере 165223,91 руб. из расчета: 284223,91 руб. (стоимость восстановительного ремонта автомобиля)-119000 руб. (выплаченное страховое возмещение).
В силу ч.1 ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.
Исходя из положений ст.ст.88, 94 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела, к которым в частности относятся расходы на оплату услуг представителей и другие признанные судом необходимыми расходы.
Истцом ФИО1 при обращении в суд с настоящим иском понесены судебные расходы на оценку 9000 руб. (л.д 52).
Поскольку установлено, что расходы на оценку понесены истцом фактически, подтверждаются платежными документами, понесены истцом в связи с рассмотрением данного гражданского дела, суд считает возможным взыскать заявленные истцом судебные расходы с ответчика ФИО2 в сумме 9000 руб.
Также истец ФИО1 просил взыскать с ответчика расходы на представителя в сумме 35000 рублей.
ФИО1 при рассмотрении дела понес расходы на защиту своих интересов, воспользовавшись юридической услугой ООО «Авторитет», произведя оплату в размере 35000 руб., что подтверждается договором поручения на ведение дела №2639 от 22.02.2023 года, квитанцией к приходному кассовому ордеру №2640 от 27.02.2023г. (л.д 24-25)
Согласно ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
В п. 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016г. N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" разъяснено, что разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.
В п. 11 данного постановления также разъяснено, что, разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ).
Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.
Ответчик ФИО2 просил о снижении расходов на представителя, доказательств, свидетельствующих о неразумности заявленных расходов на оказание юридических услуг истцом, не представил в материалы дела.
Вместе с тем, при определении критериев разумности пределов понесенных ФИО1 расходов на оплату услуг представителя, суд, учитывая объем проделанной представителем работы (подготовка и подача иска в суд, представление интересов доверителя), участие представителя ФИО1 в 2 судебных заседаниях, время, затраченное представителем истца для участия в судебном заседании, степень его активности, продолжительность судебного разбирательства (2 месяца), категорию рассматриваемого спора, сложившуюся судебную практику по данной категории дел, исходя из соблюдения баланса интересов обеих сторон и соотношения судебных расходов с объемом защищаемого права, с учетом заявления от ответчиков о снижении суммы данных расходов, полагает, что имеются основания для определения разумной суммы расходов на представителя в размере - 20000 руб., с учетом того, что ответчиком заявлялось ходатайство об уменьшении расходов на оплату услуг представителя, в связи с их чрезмерностью.
В рассматриваемом правовом контексте разумность является оценочной категорией, определение пределов которой является исключительной прерогативой суда.
Учитывая, что в удовлетворении требований к АО «ГСК «Югория» истцу отказано, страховое возмещение взыскано с причинителя вреда, отсутствуют основания для взыскания в пользу истца штрафа, компенсации морального вреда.
Согласно ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.
Поскольку решение принято в пользу ФИО1, с ФИО2 в доход местного бюджета подлежит взысканию сумма государственной пошлины, размер которой рассчитан судом на основании ст. 333.19 Налогового кодекса РФ и составляет 4504,48 руб., из расчета: (165223,91 - 100000) *2%)+3200.
Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.
Взыскать с ФИО2 (паспорт серии №) в пользу ФИО1 (паспорт серии №) материальный ущерб - 165223,91 руб., расходы на оценку – 9000 руб., расходы на представителя - 20000 руб.
В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 - отказать.
Взыскать с ФИО2 в доход местного бюджета сумму госпошлины в размере 4504,48 руб.
Решение может быть обжаловано сторонами в Челябинский областной суд в течение месяца с момента изготовления решения суда в окончательной форме.
Председательствующий Поняева А.Ю.
Мотивированное решение изготовлено 20.07.2023 г.