УИД 74RS0017-01-2022-005774-07

Дело № 2-994/2023

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

14 марта 2023 года г. Златоуст Челябинской области

Златоустовский городской суд Челябинской области в составе:

председательствующего судьи Буланцовой Н.В.,

при секретаре Поздеевой Н.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 25 Главного управления федеральной службы исполнения наказаний по Челябинской области» о признании незаконными действий, возложении обязанности, взыскании компенсации морального вреда,

установил :

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 25 Главного управления федеральной службы исполнения наказаний по Челябинской области» (далее по тексту – ФКУ ИК-25), в котором просила:

- признать незаконными действия ФКУ ИК-25, выразившиеся в не ведении учета времени работы ФИО1 с осужденными в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ;

- возложить на ответчика обязанность по выдаче справки, необходимой для зачета периода работы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в специальный стаж в связи с работой в особых условиях труда, о которой идет речь в Правилах исчисления периодов работы, дающих право на досрочную пенсию, то есть подтверждающую факт ее занятости на работах с осужденными постоянно и непосредственно в течении полного рабочего дня (не менее 80 % рабочего времени) для зачета соответствующих периодов работы в специальный стаж, образца которой в ПФР нет.

В обоснование заявленных требований указала на то, что с ДД.ММ.ГГГГ работает в должности инженера центра трудовой адаптации осужденных в ФКУ ИК № 25. Решением Златоустовского городского суда по делу № по ее иску к ПФР в г.Златоусте установлено, что в соответствии с должностной инструкцией инженера она выходила на рабочие места с осужденными: иногда на целый день, иногда на несколько часов, иногда не выходила совсем. Решением также установлено, что учет времени ее работы с осужденными в ФКУ ИК-25 не велся. Указанные действия ответчика являются незаконными.

Согласно Списка работ, профессий и должностей работников учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, занятых на работах с осужденными, пользующихся правом на пенсию в связи с особыми условиями труда, утв. постановлением Правительства РФ от 03.02.1994 № 85, право на пенсию в связи с особыми условиями труда имеют инженеры постоянно и непосредственно занятые на работах с осужденными. Факт занятости на работах с осужденными постоянно и непосредственно в течение полного рабочего дня (не менее 80% рабочего времени) для зачета соответствующих периодов работы в специальный стаж подтверждается справкой, выданной администрацией учреждения, исполняющего наказания.

Поскольку работодатель не вел учет времени ее занятости на работах с осужденными, нарушены ее права и законные интересы, ей причинен моральный вред.

Начиная с ДД.ММ.ГГГГ для зачета рабочим и служащим учреждений, исполняющих наказания в виде лишения свободы, периодов работы с осужденными в страховой стаж, необходимый для возникновения права на досрочное назначение трудовой пенсии наряду с подтверждением постоянной и непосредственной занятости на работах с осужденными, необходимо подтвердить начисление и уплату работодателем страховых взносов на обязательное пенсионное страхование по дополнительному тарифу.

Постановлением Конституционного Суда РФ от 04.10.2022 N 40-П возложена обязанность на работодателя путем уплаты за период с 01.01.2022 страховых взносов по дополнительному тарифу, который был предусмотрен на период до проведения специальной оценки условий труда в соответствии с ч. 2 ст. 58.3 Федерального закона от 24.07.2009 N 212-ФЗ «О страховых взносах в Пенсионный фонд Российской Федерации, Фонд социального страхования Российской Федерации, Федеральный фонд обязательного медицинского страхования», с включением соответствующих периодов их трудовой деятельности в страховой стаж, необходимый для возникновения права на досрочное назначение страховой пенсии по старости на основании п.17 ч. 1 ст. 30 Федерального закона «О страховых пенсиях».

Этим же Постановлением от 04.10.2022 N 40-П на государство возложена обязанность в порядке исполнения за страхователя обязанности по перечислению в ПФР не уплаченных по указанному дополнительному тарифу за период с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ страховых взносов за застрахованных лиц, которым в соответствии с настоящим Постановлением в страховой стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости на основании п. 17 ч. 1 ст. 30 Федерального закона «О страховых пенсиях», учитывается работа, выполнявшаяся в данный период.

Для восстановления ее нарушенного права в настоящее время необходимо только признание незаконными действий (бездействия) ответчика, выразившихся в не ведении учета времени ее занятости на работах с осужденными. Для получения досрочной пенсии необходима выдача работодателем справки, подтверждающей факт работы с осужденными.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ, занесенным в протокол судебного заседания, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Челябинской области (л.д.44-45).

В судебном заседании истец ФИО1, представитель истца ФИО2, действующий на основании нотариально удостоверенной доверенности (л.д.11), на удовлетворении исковых требований настаивали по основаниям, изложенным в исковом заявлении. Представитель истца дополнительно указал, что во втором абзаце просительной части искового заявления пропущено слово «обязанность».

Представитель ответчика ФКУ ИК №25 ФИО3, действующая на основании доверенности (л.д.54), в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований. Пояснила, что нормами действующего законодательства работодатель обязан вести учет времени фактически отработанного работником времени. Иных обязанностей законом на работодателя не возложено. Истец злоупотребляет правом, так как в ходе рассмотрения гражданских дел, в том числе №, №, №, установлено, что ФКУ ИК-25 не велся учет рабочего времени занятости ФИО1 с осужденными не велся. Истцом пропущен срок исковой давности. В судебном заседании при рассмотрении дела № ФИО1 не оспаривала, что она неоднократно получала ответы от ФКУ ИК-25 о том, что работодателем не велся учет времени ее работы с осужденными.

Представитель третьего лица ОСФР по Челябинской области в судебное заседание не явился, о месте о времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом (л.д.49).

Представитель ОСФР ФИО4, действующая на основании доверенности (л.д.53), в письменном отзыве указала, что выводы истца основаны на ошибочном толковании норм материального права.

С учетом положений п. 17 ч. 1 ст. 30 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», п.1 постановления Правительства РФ от 16.07.2014 № 665 «О списках работ, производств, профессий, должностей, специальностей и учреждений (организаций), с учетом которых досрочно назначается страховая пенсия по старости, и правилах исчисления периодов работы (деятельности), дающей право на досрочное пенсионное обеспечение», Списка работ, профессий и должностей работников учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, занятых на работах с осужденными, пользующихся правом на пенсию в связи с особыми условиями труда, утв. постановлением Правительства Российской Федерации от 03.02.1994 N 85, пунктов 4, 5 Правил от 11.07.2002 № 516, п. 5 разъяснений Минтруда РФ от 22.05.1996 № 5, для подтверждения права ФИО1 на досрочное пенсионное обеспечение необходимо обязательное установление того, что заявитель работала в должности, предусмотренной пунктом 2 Списка от 03.02.1994; заявитель постоянно и непосредственно была занята на работах с осужденными.

ФИО1, ссылаясь на Постановление Конституционного суда РФ от 04.10.2022 №40-П «По делу о проверке конституционности пункта 17 части 1 статьи 30 Федерального закона «О страховых пенсиях» и ст.ст. 12 и 13 Федерального закона «О специальной оценке условий труда», в связи с жалобой гражданки ФИО5.», просит возложить обязанность на ответчика предоставить справку, подтверждающую факт ее занятости на работах с осужденными постоянно и непосредственно в течение полного рабочего дня (не менее 80% рабочего времени). Выводы истца основаны на неправильном толковании норм материального права. Конституционным судом проверялись доводы жалобы ФИО5, которая работала в учреждениях уголовно-исполнительной системы в должности медицинской сестры и в ее обязанности по замещаемой должности входило оказание медицинской помощи больным осужденным к лишению свободы. Факт постоянной занятости в течение полного рабочего работах с осужденными в ходе судебного разбирательства в отношении ФИО5 установлен и не оспаривался.

В ходе судебного разбирательства в судебных инстанциях по гражданскому делу № по иску ФИО1 факт ее постоянной и непосредственной занятости на работах с осужденными не подтвердился.

Судом установлено, что ФИО1 не была занята на работах с осужденными, работала с документацией, ее работа с осужденными носила разовый и кратковременный характер и не предполагала в течении полного рабочего дня занятости на работах с осужденными.

Исходя из положений ст.61 ГПК РФ исковые требования противоречат нормам гражданского процессуального права, так как судебные акты по гражданскому делу № вступили законную силу и имеют преюдициальное значение.

Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, суд находит требования ФИО1 не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Из положений ст. 46 Конституции Российской Федерации и требований ч. 1 ст. 3 Гражданского процессуального кодекса РФ следует, что судебная защита прав заинтересованного лица возможна только в случае реального нарушения прав, свобод и законных интересов, а способ защиты права должен соответствовать содержанию нарушенного права и характеру нарушения.

Согласно п. 1 ст. 9 ГПК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права. Выбор способа защиты права из числа способов, приведенных в ст. 12 ГПК РФ, предоставлен законом истцу. Способ защиты права определяется истцом при обращении в суд самостоятельно, что относится к диспозитивным правам стороны в гражданском процессе.

Таким образом, выбор способа защиты нарушенного права должен действительно привести к восстановлению нарушенного материального права или к реальной защите законного интереса.

Согласно ст. 91 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) рабочим временем является время, в течение которого работник в соответствии с правилами внутреннего трудового распорядка и условиями трудового договора должен исполнять трудовые обязанности, а также иные периоды времени, которые в соответствии с настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации относятся к рабочему времени (часть 1).

Работодатель обязан вести учет времени, фактически отработанного каждым работником (часть 4).

Для этого предусмотрены унифицированные формы табеля учета рабочего времени (№ Т-12 и № Т-13), утвержденные постановлением Госкомстата России от 05.01.2004 № 1 «Об утверждении унифицированных форм первичной учетной документации по учету труда и его оплаты».

Согласно разделу «По учету рабочего времени и расчетов с персоналом по оплате труда» Указаний по применению и заполнению форм первичной учетной документации по учету труда и его оплаты, утв. постановлением Госкомстата России от 05.01.2004 № 1, в табеле учета рабочего времени указывается продолжительности отработанного или неотработанного времени (в часах, минутах) на каждую дату.

Как установлено в судебном заседании, следует из материалов дела, ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ работает в ФКУ ИК-25 в должности <данные изъяты>, является служащей уголовно-исполнительной системы (л.д.20).

Требования ФИО1 заявлены с целью реализации права на досрочную пенсию, в назначении которой ей было отказано решением ГУ УПФР г.Златоуста Челябинской области от ДД.ММ.ГГГГ.

Истец полагает, что работодателем ФКУ ИК-25 нарушены ее права и законные интересы, поскольку ответчиком не велся учет времени ее занятости на работах с осужденными, что установлено решением суда по делу №.

Вступившим в законную силу решением Златоустовского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу № ФИО1 отказано в удовлетворении исковых требований к ГУ УПФР в г. Златоусте о признании незаконным решения УПФР в г.Златоусте Челябинской области об отказе в установлении пенсии, возложении обязанности включить в стаж работы в соответствии с пунктом 17 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» периоды работы в ФКУ ИК-25 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Решением суда установлено, что занятость истца на работах с осужденными составляла менее 80% рабочего времени, прав на досрочное пенсионное обеспечение она не приобрела. Также судом установлено, что работодателем ФКУ ИК-25 учет времени нахождения ФИО1 в производственной зоне на работах с осужденными не велся (л.д.31-36).

Из материалов дела следует, что между ФИО1 и ФКУ ИК-25 длительное время существует спор, связанный с правом истца на досрочное пенсионное обеспечение по п. 17 ч. 1 ст. 30 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», в том числе о непосредственной занятости ФИО1 на работах с осужденными не менее 80% рабочего времени.

Решением Златоустовского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу №, вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 отказано в удовлетворении исковых требований к ФКУ ИК-25 о признании незаконным бездействия, выразившегося в непредставлении документов, возложении обязанности выдать документы, подтверждающие работу ФИО1 с осужденными менее 80 % рабочего времени (л.д.56-58).

В обоснование иска по данному спору ФИО1 указывала, что работодатель в установленный срок не выдал документы, подтверждающие ее занятость на работах с осужденными менее 80% рабочего времени.

Указанным решением суда установлено, что ФИО1 ранее неоднократно получала ответы ФКУ ИК-25 о том, что учет времени её занятости на работах с осужденными не велся (л.д.56-58).

В решении суда по делу № также указано, что решением суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу №, вступившим в законную силу, ФИО1 было отказано в иске к ФКУ ИК-25 о возложении обязанности предоставить документы с указанием кода особых условий труда за период работы, начислить и перечислить дополнительный тариф страховых взносов, предоставить в УПФР сведения об особом характере работы за период с ДД.ММ.ГГГГ по день вынесения решения суда и в будущем. В рамках данного спора суд пришел к выводу, что занятость ФИО1 на работах с осужденными составляла менее 80% рабочего времени. Судом установлено, что ФКУ ИК-25 письмами от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ сообщало представителю истца, что учет рабочего времени занятости инженера технической группы ФИО1 на работах с осужденными не велся (л.д.56-58).

Решением суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу №, вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 отказано в иске к ФКУ ИК-25 о признании незаконными и необоснованными действий, выразившихся в невключении инженера центра трудовой адаптации осужденных в отчетность лиц, за которых необходимо начислять и уплачивать дополнительный тариф страховых взносов на обязательное пенсионное страхование, взыскании судебной неустойки. Данным решением установлено, что занятость ФИО1 на работах с осужденными составляла менее 80% рабочего времени, ФКУ ИК-25 (л.д.59-61).

Указанные решения в силу ст. 61 Гражданского процессуального кодекса РФ имеют для суда преюдициальное значение, обстоятельства, установленные решениями суда, не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

В обоснование исковых требований ФИО1 также ссылается на постановление Конституционного Суда РФ от 04.10.2022 № 40-П.

Постановлением Конституционного Суда РФ от 04.10.2022 № 40-П «По делу о проверке конституционности пункта 17 части 1 статьи 30 Федерального закона «О страховых пенсиях» и статей 12 и 13 Федерального закона «О специальной оценке условий труда» в связи с жалобой гражданки ФИО5», пункт 17 части 1 статьи 30 Федерального закона «О страховых пенсиях» и статьи 12 и 13 Федерального закона «О специальной оценке условий труда» признаны не соответствующими Конституции Российской Федерации, ее статьям 39 (части 1 и 2), 55 (часть 3), 75 (часть 6) и 75.1, в той мере, в какой содержащиеся в них положения, обусловливая реализацию пенсионных прав постоянно и непосредственно занятых на работах с осужденными рабочих и служащих учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы (в том числе медицинских работников, занятых на таких работах в указанных учреждениях), установлением по результатам специальной оценки условий труда соответствующего класса (подкласса) вредных и (или) опасных условий труда на их рабочих местах, позволяют не включать периоды такой деятельности в их страховой стаж, необходимый для возникновения права на досрочное назначение им страховой пенсии по старости на основании пункта 17 части 1 статьи 30 Федерального закона «О страховых пенсиях», притом что действующим правовым регулированием не предусмотрена возможность учета специфики такой трудовой деятельности.

Из анализа данного постановления не следует, что учреждения, исполняющие уголовные наказания в виде лишения свободы, должны вести учет рабочего времени инженеров, в течении которого они заняты на работах с осужденными.

Оценив представленные сторонами доказательства, принимая во внимание, что законодательством на работодателя не возложена обязанность учитывать время занятости работника в течении рабочего дня определенным видом работ либо времени занятости с определенной категорией граждан, в том числе с осужденными, суд приходит к выводу о том, что доводы истца о незаконности действий ответчика, выразившихся в не ведении учета времени ее работы с осужденными в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, являются надуманными, на нормах действующего законодательства не основаны.

Аналогичная позиция содержится в апелляционном определении Челябинского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ по гражданскому делу №, которым доводы апелляционной жалобы ФИО1 о том, что ФКУ ИК-25 не велся раздельный учет времени выполнения ей работы непосредственно с осужденными, не приняты во внимание, так как не основаны на законе (л.д.37-39).

На основании изложенного, требование ФИО1 о признании незаконными действий ответчика удовлетворению не подлежит.

Поскольку решением суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу № установлено, что занятость истца на работах с осужденными составляла менее 80 % рабочего времени, то не подлежит удовлетворению и требование о возложении на ответчика обязанности по выдаче справки, подтверждающей факт занятости ФИО1 на работах с осужденными постоянно и непосредственно в течении полного рабочего дня (не менее 80 % рабочего времени).

Так как судом принято решение об отказе в удовлетворении требования о признании незаконными действий ФКУ ИК-25, выразившихся в не ведении учета времени работы ФИО1 с осужденными в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, то производное требование о взыскании компенсации морального вреда удовлетворению не подлежит.

Возражая относительно исковых требований, представитель ответчика также указывает на пропуск истцом срока исковой давности для обращения в суд за разрешением трудового спора.

В соответствии со ст.392 ТК РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права.

Конституционный Суд РФ неоднократно указывал, что ст. 392 ТК РФ закрепляет условия, порядок и сроки для обращения работников в суд и призвана гарантировать им возможность реализации права на индивидуальные трудовые споры (ст. 37 Конституции Российской Федерации). Предусмотренные в ч. 1 ст. 392 указанного Кодекса сроки для обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора являются более короткими по сравнению с общим сроком исковой давности, установленным гражданским законодательством. Однако такие сроки, выступая в качестве одного из необходимых правовых условий для достижения оптимального согласования интересов сторон трудовых отношений, не могут быть признаны неразумными и несоразмерными, поскольку направлены на быстрое и эффективное восстановление нарушенных прав работника и по своей продолжительности являются достаточными для обращения в суд.

В суд с настоящим исковым заявлением ФИО1 обратилась ДД.ММ.ГГГГ (л.д.7), при этом в обоснование исковых требований сослалась, в том числе и на решение суда от ДД.ММ.ГГГГ, которым установлено, что работодателем учет времени ее работы с осужденными не велся. Как указано выше, решение суда вступило в законную силу ДД.ММ.ГГГГ. Истец принимала личное участие в рассмотрении данного гражданского дела.

Решениями суда по делам №, №, №, приведенными выше, также установлено, что ФИО1 было известно о том, что работодателем учет времени ее работы с осужденными не велся.

При таких обстоятельствах, суд полагает, что с настоящим иском ФИО1 обратилась с пропуском срока, установленного законом.

В соответствии со ст. 199 ГПК РФ пропуск срока обращения в суд является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

Руководствуясь статьями 12, 198 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

решил :

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 25 Главного управления федеральной службы исполнения наказаний по Челябинской области» о признании незаконными действий, возложении обязанности, взыскании компенсации морального вреда – отказать.

Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме через Златоустовский городской суд.

Председательствующий Буланцова Н.В.

мотивированное решение составлено 21.03.2023