Дело № 2а-2801/2022

УИД 21RS0025-01-2022-002039-85

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

22 декабря 2022 года город Чебоксары

Московский районный суд города Чебоксары под председательством судьи Михайловой А.Л., при секретаре судебного заседания Солдатовой Н.В., с участием административного истца ФИО1, административных ответчиков ФИО2, ФИО3, представителей административных ответчиков ФИО4, ФИО5, представителя заинтересованного лица ФИО6, рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному иску ФИО1 к Федеральной службе исполнения наказаний, Управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Чувашской Республике-Чувашии, Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 3» Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Чувашской Республике-Чувашии, Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 9» Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Чувашской Республике-Чувашии, Министерству финансов Российской Федерации, начальнику филиала «Медицинская часть № 5» ФКУЗ МСЧ-21 ФСИН России ФИО3 и начальнику филиала «Медицинская часть № 3» ФКУЗ МСЧ-21 ФСИН России ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с административным исковым заявлением к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Чувашской Республике о присуждении компенсации в связи с неоказанием надлежащей медицинской помощи по проведению операции и других нарушений в период с ДД.ММ.ГГГГ по сегодняшний день до их устранения в размере 680 000 руб.

Требования мотивированы тем, что в период отбывания наказания в связи с получением травмы <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ ему была сделана операция по установлению металлической скобы, снятие которой рекомендовано до ДД.ММ.ГГГГ, однако требования медицинского учреждения о доставлении на операцию, назначенную на ДД.ММ.ГГГГ, а затем на ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, администрациями ПФРСИ при ФКУ ИК-9 УФСИН России по Чувашской Республике-Чувашии, ФКУ ИК-3 УФСИН России по Чувашской Республике-Чувашии, где он отбывал наказание, не были исполнены. В связи с наличием скобы любое движение <данные изъяты> доставляло ему физическую боль и страдание, допустимый срок нахождения скобы в организме истек, что может привести к серьезным осложнениям. Кроме того, администрацией исправительного учреждения он привлекается к физической работе по нормам выработки здорового осужденного.

В уточненном исковом заявлении, поступившем в суд ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 указал в качестве соответчика ФКУ ИК-3 УФСИН России по Чувашской Республике-Чувашии и просил обязать его устранить нарушение прав, свобод и законных интересов истца, организовать в кратчайшие сроки его доставку в больницу для проведения операции по удалению скобы из ключицы; признать незаконными действия (бездействие) административного ответчика по невыполнению требований врачей о его доставке в больницу для проведения операции, приравняв действие (бездействие) к пыткам и жестокому обращению; взыскать с УФСИН России по Чувашской Республике компенсацию за нарушение условий содержания, выразившееся в неоказании надлежащей и своевременной медицинской помощи, в размере 930 000 руб.; в дополнении к иску, поступившем в суд ДД.ММ.ГГГГ, истец просил присудить с казны Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Чувашской Республике компенсацию морального вреда в размере 930 000 руб.

Протокольным определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве соответчика привлечена ФСИН России; ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве заинтересованного лица привлечено ФКУЗ МСЧ-21 ФСИН России; протокольным определением от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве соответчика привлечено ФКУ ИК-9 УФСИН России по Чувашской Республике; протокольным определением от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве заинтересованных лиц были привлечены начальник филиала «Медицинская часть № 5» ФКУЗ МСЧ-21 ФСИН России ФИО3 и начальник филиала «Медицинская часть № 3» ФКУЗ МСЧ-21 ФСИН России ФИО2, статус которых протокольным определением суда от ДД.ММ.ГГГГ был изменен на соответчиков; протокольным определением от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве соответчика привлечено Министерство финансов Российской Федерации, в качестве заинтересованного лица – УФК по Чувашской Республике.

Административный истец ФИО1, отбывающий наказание в виде лишения свободы в ФКУ ИК-3 УФСИН России по Чувашской Республике-Чувашии, принимал участие в судебном заседании посредством видеоконференц-связи, требования поддержал, пояснив, что в связи с перечисленными в исках нарушениями претерпевал боли, дискомфорт и сильнейшие нравственные страдания из-за длительного нахождения в его организме металлической скобы и направления его на физический труд.

Административные ответчики ФИО2, ФИО3, представитель административного ответчика Министерства финансов Российской Федерации и заинтересованного лица УФК по Чувашской Республике ФИО4, представитель административных ответчиков ФСИН России и УФСИН по Чувашской Республике-Чувашии ФИО5, представитель заинтересованного лица ФКУЗ МСЧ-21 ФСИН России ФИО6 просили отказать в удовлетворении исковых требований по мотивам их необоснованности и пропуска срока исковой давности.

Остальные лица, надлежащим образом извещенные о рассмотрении дела, явку своих представителей в суд не обеспечили.

Заслушав объяснения участвующих в деле лиц, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно статье 12.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение.

В соответствии со статьей 1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации предметом регулирования настоящего кодекса являются, в том числе административные дела о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

На основании статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении. При рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия (часть 5 статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).

Статьей 2 Конституции Российской Федерации гарантируется, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью, признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В соответствии с частью 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права.

В статье 21 Конституции Российской Федерации указано, что достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

Возможность ограничения указанного права допускается лишь в той мере, в какой оно преследует определенные Конституцией Российской Федерации цели, осуществляется в установленном законом порядке, с соблюдением общеправовых принципов и на основе критериев необходимости, разумности и соразмерности, с тем, чтобы не оказалось затронутым само существо данного права.

Согласно статье 3 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод и требованиям, содержащимся в постановлениях Европейского суда по правам человека, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.

Аналогичные нормы содержатся и в статье 7 Международного Пакта от 16 декабря 1966 года «О гражданских и политических правах».

Статья 45 Конституции Российской Федерации закрепляет государственные гарантии защиты прав и свобод и право каждого защищать свои права всеми не запрещенными законом способами.

В соответствии со статьей 46 Конституции каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. Решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд. Каждый вправе в соответствии с международными договорами Российской Федерации обращаться в межгосударственные органы по защите прав и свобод человека, если исчерпаны все имеющиеся внутригосударственные средства правовой защиты.

Каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (статья 53 Конституции Российской Федерации).

В развитие указанных положений основного закона частью 1 статьи 218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации закреплено право гражданина, организации, иных лиц обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего, если такие гражданин, организация, иные лица полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

При этом по смыслу положений статьи 226 этого же кодекса для признания решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями (включая решения, действия (бездействие) квалификационной коллегии судей, экзаменационной комиссии), должностного лица, государственного или муниципального служащего незаконными необходимо наличие совокупности двух условий - несоответствие оспариваемых решений, действий (бездействия) нормативным правовым актам и нарушение прав, свобод и законных интересов административного истца. При отсутствии хотя бы одного из названных условий решения, действия (бездействие) не могут быть признаны незаконными.

Таким образом, из содержания статьи 218, пункта 1 части 2 статьи 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации в их системном толковании следует, что решения, действия (бездействие) должностных лиц могут быть признаны неправомерными, только если таковые не соответствуют закону и нарушают охраняемые права и интересы граждан либо иных лиц.

По смыслу части 4 статьи 15 Конституции общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора.

Статьей 13 Закона Российской Федерации от 21 июля 1993 года N 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» установлено, что учреждения, исполняющие наказания, обязаны обеспечивать исполнение уголовно-исполнительного законодательства Российской Федерации; создать условия для обеспечения правопорядка и законности, безопасности осужденных, а также персонала: должностных лиц и граждан, находящихся на их территориях; обеспечивать привлечение осужденного к труду, условия для получения осужденными общего образования, а также их профессиональное обучение, получение ими профессионального образования; обеспечивать охрану здоровья осужденных; осуществлять деятельность по развитию своей материально-технической базы и социальной сферы; в пределах своей компетенции оказывать содействие органам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность; обеспечивать режим содержания подозреваемых и обвиняемых, в отношении которых в качестве меры пресечения применено заключение под стражу, а также соблюдение их прав и исполнение ими своих обязанностей в соответствии с Федеральным законом «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений».

Уголовно-исполнительное законодательство Российской Федерации основывается на принципах законности, гуманизма, демократизма.

Согласно положениям части 1 статьи 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации Российская Федерация уважает и охраняет права, свободы и законные интересы осужденных, обеспечивает законность применения средств их исправления, их правовую защиту и личную безопасность при исполнении наказаний.

При исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации. Осужденные не могут быть освобождены от исполнения своих гражданских обязанностей, кроме случаев, установленных федеральным законом (часть 2 статьи 10).

В силу части 6 статьи 12 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации осужденные имеют право на охрану здоровья, включая получение первичной медико-санитарной и специализированной медицинской помощи в амбулаторно-поликлинических или стационарных условиях в зависимости от медицинского заключения.

Исходя из положений части 1 статьи 101 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации лечебно-профилактическая и санитарно-профилактическая помощь осужденным к лишению свободы организуется и предоставляется в соответствии с Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений и законодательством Российской Федерации.

Порядок оказания осужденным медицинской помощи, организации и проведения санитарного надзора, использования лечебно-профилактических и санитарно-профилактических учреждений органов здравоохранения и привлечения для этих целей их медицинского персонала устанавливается законодательством Российской Федерации, нормативными правовыми актами федерального органа исполнительной власти осуществляющего, функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний, и федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере здравоохранения.

Приказом Минюста России от 28 декабря 2017 года № 285 утвержден Порядок организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы, согласно пункту 1 которого данный порядок устанавливает правила организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу в следственных изоляторах, а также осужденным, отбывающим наказание в виде лишения свободы в исправительных учреждениях уголовно-исполнительной системы, в соответствии с пунктами 1, 2, 4 части 2 статьи 32, частью 1 статьи 37 и частью 1 статьи 80 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 16 декабря 2016 года № 295 утверждены Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений, зарегистрированные в Министерстве юстиции Российской Федерации 26 декабря 2016 года № 44930, в соответствии с пунктом 13 которых осужденные имеют право на охрану здоровья и личную безопасность.

Пунктом 15 Правил установлено, что при осуществлении осужденными своих прав администрацией исправительного учреждения не должны нарушаться порядок и условия отбывания наказаний, а также ущемляться права и законные интересы осужденных.

Таким образом, права и обязанности лишенных свободы лиц регулируются законодательством и международными обязательствами Российской Федерации. Процесс содержания лица под стражей или отбывания им наказания осуществляется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание.

В силу разъяснений, содержащихся в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 декабря 2018 года N 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», любое содержание под стражей должно осуществляться в соответствии с принципами уважения человеческого достоинства и применимыми правовыми требованиями и должно исключать незаконное физическое или психологическое жестокое обращение. Любое нарушение таких требований является нарушением условий содержания под стражей и запрещенное обращение.

Нарушение условий содержания является основанием для обращения лишенных свободы лиц за судебной защитой, если они полагают, что действиями (бездействием), решениями или иными актами органов государственной власти, их территориальных органов или учреждений, должностных лиц и государственных служащих (далее - органы или учреждения, должностные лица) нарушаются или могут быть нарушены их права, свободы и законные интересы (статья 46 Конституции Российской Федерации) (пункт 4).

Статьей 4 Федерального закона N 103-ФЗ предусмотрено, что содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

Согласно части 1 статьи 15 названного закона в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации.

Как следует из Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденных Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 14.10.2005 N 189, действовавших в период нахождения истца в ПФРСИ при ФКУ ИК-9 УФСИН России по Чувашской Республике-Чувашии, в соответствии со статьей 16 Федерального закона N 103-ФЗ настоящие Правила регламентируют внутренний распорядок работы следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы.

Согласно пунктам 2, 3 Правил в СИЗО устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также решение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Режим представляет собой регламентируемые Федеральным законом, настоящими Правилами и другими нормативными правовыми актами Российской Федерации порядок и условия содержания под стражей лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений. Обеспечение режима в СИЗО, поддержание в них внутреннего распорядка возлагается на администрацию СИЗО, а также на их сотрудников, которые несут установленную законом и ведомственными нормативными актами ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.

В местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей (статья 15 Федерального закона N 103-ФЗ).

Частью 3 статьи 26 Федерального закона от 21.11.2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" при невозможности оказания медицинской помощи в учреждениях уголовно-исполнительной системы лица, заключенные под стражу или отбывающие наказание в виде лишения свободы, имеют право на оказание медицинской помощи в медицинских организациях государственной системы здравоохранения и муниципальной системы здравоохранения, а также на приглашение для проведения консультаций врачей-специалистов указанных медицинских организаций в порядке, установленном Правительством РФ, за счет бюджетных ассигнований федерального бюджета, предусмотренных на эти цели федеральному органу исполнительной власти, осуществляющему правоприменительные функции, функции по контролю и надзору в сфере исполнения уголовных наказаний в отношении осужденных.

В силу пункта 2 Порядка организации оказания медицинской помощи лицам, заключенным под стражу или отбывающим наказание в виде лишения свободы, утвержденного Приказом Минюста России от 28 декабря 2017 года N 285, оказание медицинской помощи лицам, заключенным под стражу, или осужденным осуществляется структурными подразделениями (филиалами) медицинских организаций, подведомственных ФСИН России, и СИЗО УИС, подчиненных непосредственно ФСИН России.

К структурным подразделениям (филиалам) медицинских организаций УИС, оказывающим медицинскую помощь лицам, заключенным под стражу, или осужденным, в СИЗО, в учреждениях УИС, лечебно-профилактических учреждениях, лечебных исправительных учреждениях УИС, относятся медицинские части (здравпункты), больницы, в том числе специализированные (психиатрические, туберкулезные), дома ребенка.

В пункте 3 Порядка указано, что ведомственный контроль качества и безопасности медицинской деятельности в медицинских организациях УИС осуществляется ФСИН России; внутренний контроль качества и безопасности медицинской деятельности осуществляется медицинскими организациями УИС в порядке, установленном руководителями данных организаций.

В соответствии с пунктом 8 лицам, заключенным под стражу, или осужденным первичная медико-санитарная помощь в амбулаторных условиях оказывается в медицинской части (здравпункте) или в процедурных кабинетах медицинской части, расположенных в режимных корпусах СИЗО и тюрем и т.д.

В случае невозможности оказания медицинской помощи в одном из структурных подразделений медицинской организации УИС лица, заключенные под стражу, или осужденные направляются в иные структурные подразделения медицинской организации УИС или медицинские организации, где такая медицинская помощь может быть оказана (пункт 9).

По смыслу положений статьи 17.1 Федерального закона N 103-ФЗ, статьи 12.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации и статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации в случае нарушения предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания подозреваемые, обвиняемые имеют право обратиться в суд с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение.

В пункте 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации указано, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии с абзацем первым статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу статьи 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, действия (или бездействие) органов государственной власти, причинившие вред любому лицу, влекут возникновение у государства обязанности этот вред возместить, а каждый пострадавший от незаконных действий (бездействия) органов государственной власти наделяется правом требовать от государства справедливого возмещения вреда (определение от 4 июня 2009 года N 1005-О-О).

Применение статьи 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации предполагает одновременное наличие ряда условий: факта причинения вреда, вины причинителя вреда и причинно-следственной связи между незаконными действиями (бездействием) и причинением вреда.

В силу разъяснений, данных Верховным Судом Российской Федерации в пункте 11 постановления Пленума N 1 от 26 января 2010 г. "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред (причинно-следственной связи).

Согласно исковому заявлению ДД.ММ.ГГГГ истец получил травму <данные изъяты> По направлению из ИВС <адрес> в МУЗ «ГКБ №» Минздрава Чувашии ДД.ММ.ГГГГ ему провели операцию с установлением скобы.

Суду представлена медицинская карта № пациента ФИО1, содержащая выписку из медицинской карты №, согласно которой в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он находился на госпитализации в <данные изъяты> в связи с <данные изъяты>; ДД.ММ.ГГГГ ему проведена операция: <данные изъяты>.

В выписке содержатся рекомендации следующего характера: <данные изъяты>

Из установленных по делу обстоятельств следует, что ФИО1 содержался под стражей в ПФРСИ при ФКУ ИК-9 УФСИН России по Чувашской Республике-Чувашии с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в этот же день прибыл в ФКУ ИК-3 УФСИН России по Чувашской Республике-Чувашии, где и отбывает наказание по настоящее время.

Требование о взыскании компенсации морального вреда истец обосновывает неоказанием ему надлежащей и своевременной медицинской помощи должностными лицами ФИО3 и ФИО2 в период нахождения в ПФРСИ при ФКУ ИК-9 УФСИН России по Чувашской Республике-Чувашии и в ФКУ ИК-3 УФСИН России по Чувашской Республике-Чувашии. В результате несвоевременных действий со стороны ответчиков по направлению истца в специализированное лечебное учреждение для проведения операций и привлечения ФИО1 к физическому труду его здоровью причинен непоправимый вред, в связи с чем он испытал длительные нравственные и физические страдания, унижавшие его человеческое достоинство.

Медицинская помощь лицам, содержащимся под стражей в ПФРСИ при ФКУ ИК-9, оказывается медицинскими работниками филиала «Медицинская часть № 5» ФКУЗ МСЧ-21 ФСИН России по Чувашской Республике-Чувашии, отбывающим наказание в ФКУ ИК-3 - медицинскими работниками филиала «Медицинская часть № 3» ФКУЗ МСЧ-21 ФСИН России по Чувашской Республике-Чувашии, являющихся обособленными подразделениями ФКУЗ МСЧ-21 ФСИН России по Чувашской Республике-Чувашии.

При поступлении в исправительные учреждения УФСИН России по Чувашской Республике-Чувашии осужденные проходят углубленный медицинский осмотр врачами-специалистами с проведением лабораторных исследований и инструментальных обследований по показаниям.

В соответствии с пунктом 31 приказа Минюста РФ № 285 от 28.12.2017 в период содержания осужденного в учреждении УИС осуществляется динамическое наблюдение за состоянием его здоровья, включающее ежегодное лабораторное исследование (общий анализ крови, мочи), осмотр врача-терапевта или фельдшера, которые проводятся один раз в год, а также флюорографию легких или рентгенографию органов грудной клетки (легких), которые проводятся не реже одного раза в шесть месяцев в рамках проведения профилактических медицинских осмотров.

Все обращения истца и оказываемая по ним медицинская помощь зафиксированы в его амбулаторной карте №.

Так, в медицинской карте имеется проверочный лист вновь прибывшего осужденного в ФКУ ИК-9, датированный ДД.ММ.ГГГГ, где указано, что ФИО1 жалоб не предъявляет.

ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ему выданы лекарственные препараты.

ДД.ММ.ГГГГ истец был осмотрен врачом<данные изъяты> в связи с жалобами на <данные изъяты> назначено соответствующее лечение.

В период нахождения в ПФРСИ при ФКУ ИК-9 истец проходил медицинские обследования, <данные изъяты>

В адрес БУ <данные изъяты> Минздрава Чувашии направлялся запрос на проведение оперативного лечения по рекомендации врача на удаление металлоконструкции, откуда ДД.ММ.ГГГГ поступил ответ о том, что госпитализация ФИО1 для оперативного лечения назначена на ДД.ММ.ГГГГ.

В то же время в соответствии с постановлением начальника филиала ЦГСЭН ФКУЗ МСЧ-21 ФСИН России от ДД.ММ.ГГГГ год № в отделе охраны ФКУ ИК-9 были введены ограничительные мероприятия (карантин) в связи с высоким риском возникновения и распространения новой коронавирусной инфекции, что не позволило произвести этапирование истца в медицинское учреждение. В связи с этим на запланированную дату ДД.ММ.ГГГГ вывоз ФИО1 в медицинское учреждение не производился.

При этапировании в ФКУ ИК-3 в ходе первичного медицинского осмотра врача-<данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 жалоб не предъявлял; было проведено лабораторное исследование <данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ истец был осмотрен дежурным врачом, которому также жалоб не предъявлял.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратился с письменным заявлением к начальнику филиала «Медицинская часть № 3» ФКУЗ МСЧ-21 ФИО2 о направлении на стационарное лечение в филиал <данные изъяты> ФКУЗ МСЧ-21.

ДД.ММ.ГГГГ направлен запрос в больницу о рассмотрении вопроса о возможности планового оперативного лечения осужденного ФИО1

ДД.ММ.ГГГГ поступил ответ о том, что оперативное лечение в условиях филиала <данные изъяты> ФКУЗ МСЧ-21 не может быть выполнено.

В ходе профилактического медицинского осмотра терапевта ДД.ММ.ГГГГ истец жалоб не предъявлял.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был осмотрен врачом<данные изъяты> в связи с жалобами на <данные изъяты>, рекомендовано лечение в плановом порядке в условиях Минздрава Чувашии.

ДД.ММ.ГГГГ в БУ <данные изъяты>» Минздрава Чувашии направлен запрос на проведение оперативного лечения по рекомендации врача на удаление металлоконструкции, откуда ДД.ММ.ГГГГ поступил ответ о возможности планового оперативного лечения осужденного с предварительным согласованием с <данные изъяты> без указания определенной даты, то есть в плановом порядке.

В начале ДД.ММ.ГГГГ года на основании приказа Минздрава Чувашии БУ <данные изъяты> переведено на особый режим работы в связи с неблагоприятной эпидемиологической ситуацией по новой коронавирусной инфекции, в связи с чем оперативное лечение проводилось только по экстренным показаниям.

ДД.ММ.ГГГГ истец осмотрен хирургом в связи с жалобами на <данные изъяты>, поставлен диагноз <данные изъяты> рекомендовано: <данные изъяты> указано, что в экстренном оперативном лечении не нуждается.

Операция по удалению металлоконструкции <данные изъяты> была проведена истцу в БУ <данные изъяты> Минздрава Чувашии ДД.ММ.ГГГГ.

После операции с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 находился на стационарном лечении в филиале <данные изъяты> ФКУЗ МСЧ-21 ФСИН России с диагнозом <данные изъяты> В ходе стационарного лечения проведены соответствующие лабораторные исследования и обследования.

Таким образом, при поступлении в ПФРСИ при ФКУ ИК-9 и ФКУ ИК-3 в соответствии с приказом Минюста РФ № 285 от 28.12.2017 ФИО1 проведен медицинский осмотр врачами-специалистами с проведением установленных лабораторных исследований. В ходе всех первичных медицинских осмотров жалоб на здоровье он не предъявлял. Динамическое наблюдение за состоянием здоровья истца в период его нахождения в указанных учреждениях осуществлялось во время профилактических медицинских осмотров, проводимых ежегодно в филиалах <данные изъяты> ФКУЗ МСЧ-21, назначалось необходимое лечение в виде медицинских препаратов. По результатам медицинских осмотров за ДД.ММ.ГГГГ годы ухудшение состояния здоровья ФИО1 не выявлено. Заявлений от него на условия содержания не поступало. Актов прокурорского реагирования по вопросу нарушения условий содержания подозреваемых и обвиняемых в адрес ПФРСИ при ФКУ ИК-9 и ФКУ ИК-3 не имеется.

В ходе рассмотрения дела каких-либо виновных действий (бездействия) ответчиков, касающихся несвоевременного оказания истцу медицинской помощи по удалению металлоконструкции <данные изъяты>, не установлено. Обследования ФИО1 <данные изъяты> проводилось в необходимом объеме, он регулярно осматривался специалистами <данные изъяты>

В соответствии с подпунктом 2 пункта 71 Минимальных стандартных правил обращения с заключенными, утвержденных Конгрессом ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями от 30 августа 1955 года, все осужденные обязаны трудиться в соответствии с их физическими и психическими способностями, удостоверенными врачом.

Согласно Европейским пенитенциарным правилам (утверждены Комитетом министров Совета Европы 11 января 2006 года) труд в пенитенциарном учреждении следует рассматривать в качестве позитивного элемента режима содержания заключенных (пункт 1 правила 26).

В части 1 статьи 103 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации установлено, что каждый осужденный к лишению свободы обязан трудиться в местах и на работах, определяемых администрацией исправительных учреждений. Администрация исправительных учреждений обязана привлекать осужденных к труду с учетом их пола, возраста, трудоспособности, состояния здоровья и, по возможности, специальности, а также исходя из наличия рабочих мест. Осужденные привлекаются к труду в центрах трудовой адаптации осужденных и производственных (трудовых) мастерских исправительных учреждений, на федеральных государственных унитарных предприятиях уголовно-исполнительной системы и в организациях иных организационно-правовых форм, расположенных на территориях исправительных учреждений и (или) вне их, при условии обеспечения надлежащей охраны и изоляции осужденных.

Как пояснил истец и не оспаривалось ответчиками, ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 трудоустроен на производство по сборке розеток.

Согласно медицинской карте ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ он обращался с письменным заявлением на имя начальника ФКУ ИК-3 ФИО7 о снижении нормы выработки до 50% в связи с заболеванием.

Заключением врачебной комиссии от ДД.ММ.ГГГГ рекомендовано снижение нормы выработки на 30%.

Истец не согласен с привлечением его к физическому труду с нормой выработки 70% без учета состояния его здоровья, однако решение врачебной комиссии им не оспорено, незаконным не признано, доказательств установления нормы выработки без учета состояния здоровья не представлено, в связи с чем у суда не имеется оснований для признания незаконными действий ответчиков в части привлечения истца к физическому труду.

По мнению суда, в деле отсутствуют доказательства, подтверждающие нарушение неимущественных прав истца, причинение ему морального вреда, наличие каких-либо неблагоприятных последствий, в том числе вреда его здоровью, как в период нахождения в следственном изоляторе и в исправительной колонии, так и на сегодняшний день. Согласно последним записям в медицинской карте ФИО1 жалоб на состояние здоровья он не предъявляет, на консультации врачей-специалистов не является.

Факты, ограничивающие либо ущемляющие права истца на получение своевременной медицинской помощи, трудовые права, не установлены. Нарушений норм Конституции Российской Федерации, Основ законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан, Порядка организации медицинской помощи лицам, отбывающим наказание, утвержденного Приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ Министерства юстиции N 640/190 от 17.10.2005 года, ответчиками не допущено.

Таким образом, позиция истца о том, что во время содержания в ПФРСИ при ФКУ ИК-9 и в ФКУ ИК-3 не было создано надлежащих условий содержания его под стражей, материалами дела не подтверждена, в связи с чем оснований для удовлетворения заявленных им требований не имеется.

Относимых и допустимых доказательств, бесспорно свидетельствующих о причинении глубоких нравственных и физических страданий в результате содержания в указанных условиях, истцом суду не представлено.

Неудобства, которые истец претерпел в связи с его нахождением в указанных учреждениях, связаны с подозрением и обвинением его в совершении преступления, что ведет к ограничению привычного образа жизни, нахождению в особенных условиях и к другим последствиям, которые не являются следствием незаконных действий должностных лиц.

Суд полагает заслуживающим внимания доводы административных ответчиков в части пропуска истцом срока для обращения в суд по следующим основаниям.

Статьей 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации установлено, что административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов (часть 1).

Пропуск срока обращения в суд без уважительной причины, а также невозможность восстановления пропущенного (в том числе по уважительной причине) срока обращения в суд является основанием для отказа в удовлетворении административного иска (часть 8).

Исходя из пункта 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 года N 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания", проверяя соблюдение предусмотренного частью 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации трехмесячного срока для обращения в суд, судам необходимо исходить из того, что нарушение условий содержания лишенных свободы лиц может носить длящийся характер, следовательно, административное исковое заявление о признании незаконными бездействия органа или учреждения, должностного лица, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности.

В ходе рассмотрения дела установлено, что в ПФРСИ при ФКУ ИК-9 истец находился до ДД.ММ.ГГГГ.

С учетом правовой позиции, изложенной в приведенном пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, исковое заявление о признании незаконным бездействия исправительного учреждения (его должностных лиц), связанного с нарушением условий содержания истца (несвоевременным направлением на оперативное лечение), последним могло быть подано в течение всего срока, в рамках которого у данного учреждения сохранялась обязанность совершить определенные действия, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности.

Аналогичные сроки обращения в суд были установлены и главой 25 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, регламентировавшей производство по делам об оспаривании решения, действия (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, должностного лица, государственного или муниципального служащего до введения в действие Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации.

Кроме того, Европейским судом по делам данной категории сформулировано правило о шестимесячном сроке для обращения с жалобой, который начинает течь с момента окончания последнего нахождения заявителя под стражей в одном и том же исправительном учреждении при одних и тех же нарушающих его права условиях (постановления от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ).

Между тем ФИО1 обратился в суд с настоящим иском только ДД.ММ.ГГГГ, то есть спустя 10 месяцев, когда, по его мнению, началось нарушение его прав, и по истечении 6 месяцев со дня окончания периода, в течение которого он содержался в ПФРСИ при ФКУ ИК-9.

Указанное свидетельствует о пропуске административным истцом срока на обращение в суд, установленного главой 22 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, в части оспаривания действия (бездействия) должностных лиц ПФРСИ при ФКУ ИК-9, поскольку требование о присуждении компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении является производным от требования, связанного с признанием незаконными действий, бездействия административного ответчика.

Административным истцом доказательств уважительности причин пропуска указанного срока, а также обстоятельств, объективно препятствующих своевременному обращению в суд за защитой нарушенных прав, несмотря на возложенную на него законом обязанность, не представлено, судом не установлено.

Кроме того, отказывая в удовлетворении исковых требований, предъявленных к Министерству финансов Российской Федерации, суд исходит из того, что в соответствии со статьей 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 Гражданского кодекса Российской Федерации эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Согласно подпункту 1 пункта 3 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации главный распорядитель средств федерального бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации, бюджета муниципального образования выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности, в том числе в результате издания актов органов государственной власти, органов местного самоуправления, не соответствующих закону или иному правовому акту.

В силу подпункта 6 пункта 7 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний, утвержденного Указом Президента Российской Федерации № 1314 от 13.10.2004, ФСИН России осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание уголовно-исполнительной системы и реализацию возложенных на нее функций.

Статьей 8 Федерального закона от 15.07.1995 N 103-ФЗ предусмотрено, что следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы предназначены для содержания подозреваемых и обвиняемых, в отношении которых в качестве меры пресечения избрано заключение под стражу; следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы создаются, реорганизуются и ликвидируются руководителем федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний; финансирование следственных изоляторов осуществляется за счет средств федерального бюджета.

Таким образом, Министерство финансов Российской Федерации является ненадлежащим ответчиком по делу.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 174-178, 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, суд

решил:

отказать в удовлетворении исковых требований ФИО1 к Федеральной службе исполнения наказаний, Управлению Федеральной службы исполнения наказаний по Чувашской Республике-Чувашии, Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 3» Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Чувашской Республике-Чувашии, Федеральному казенному учреждению «Исправительная колония № 9» Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Чувашской Республике-Чувашии, Министерству финансов Российской Федерации, начальнику филиала «Медицинская часть № 5» ФКУЗ МСЧ-21 ФСИН России ФИО3 и начальнику филиала «Медицинская часть № 3» ФКУЗ МСЧ-21 ФСИН России ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда в сумме 930 000 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Чувашской Республики через Московский районный суд города Чебоксары в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий судья А.Л. Михайлова

Мотивированное решение составлено ДД.ММ.ГГГГ.

Решение10.01.2023