РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
г. Братск 5 октября 2023 г.
Братский районный суд Иркутской области в составе:
председательствующего судьи Громовой Е.Н.,
при секретаре судебного заседания Векшиной Н.А.,
с участием представителя истца Федковича С.А.,
представителя ответчика ФИО1,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-936/2023 по исковому заявлению ФИО2 ФИО24 к Частному общеобразовательному учреждению «РЖД лицей № 13» о признании приказа незаконным, изменении формулировки увольнения, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, судебных расходов,
УСТАНОВИЛ:
ФИО3, обратилась в Братский районный суд Иркутской области с иском, уточненным в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), к Частному общеобразовательному учреждению «РЖД лицей № 13» (далее по тексту - РЖД лицей № 13) о признании приказа незаконным, изменении формулировки увольнения, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, судебных расходов.
В обоснование исковых требований истец указала, что **.**.**** она была принята на должность дворника в негосударственное общеобразовательное учреждение «Школа-интернат № 25 среднего (полного) общего образования ОАО «РЖД» (далее - НОУ «Школа-интернат № 25 ОАО «РЖД») согласно приказа ***, на основании срочного трудового договора *** на срок по **.**.****. Приказом *** от **.**.**** переведена на постоянную работу в должности дворника.
**.**.**** приказом ***/лс она (истец) была уволена на основании п.п. «а» п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ - за прогул. Расчет и трудовую книжку получила **.**.****, а копию приказа об увольнении получила - **.**.****.
С приказом об увольнении не согласна и считает его незаконным, поскольку ответчик не предоставил ей время для предоставления письменного объяснения. Кроме того, ее отсутствие на рабочем месте не является прогулом, так как обусловлено уважительной причиной, по решению врачебной комиссии истец находился на «больничном», в рамках подготовки к даче заключения комиссией МСЭ об определении группы инвалидности.
В мае 2023 года, лечащий врач - терапевт поликлиники железнодорожной больницы г. Вихоревка ФИО4 направила медицинские документ истца в ФКУ «ГБ МСЭ по Иркутской области» Минтруда РФ и сообщила, что пока на адрес истца не придет ответ - листок временной нетрудоспособности будет открыт, а после того как придет ответ из МСЭ, истцу нужно будет прийти в поликлинику для закрытия листка временной нетрудоспособности.
**.**.**** она (истец) получила в регистратуре железнодорожной поликлиники конверт с ответом из СМЭ, согласно которому **.**.**** истцу была присвоена III группа инвалидности. По словам врача ФИО4 больничный лист закрывается датой вынесения решения комиссией МСЭ и выдачей справки об инвалидности. Таким образом, больничный лист, закрытый **.**.****, был вручен истцу только **.**.****.
**.**.**** в отделе кадров НОУ «Школа-интернат № 25 ОАО «РЖД» ей (истцу) сообщили о том, что у нее прогулы за период с **.**.**** по **.**.****, и вопрос о прогулах будет решать директор школы-интерната после возвращения из командировки **.**.****.
**.**.****, когда она (истец) пришла в кабинет директора школы-интерната, ей предложили написать объяснение по поводу прогулов, но поскольку ей стало плохо и она не смогла написать объяснение, директор сообщил об ее увольнении за прогулы за период с **.**.**** по **.**.****. В этот же день ее ознакомили с приказом об увольнении, ей была выдана трудовая книжка.
Просит суд с учетом уточнений исковых требований признать приказ ***/лс от **.**.**** незаконным, изменить формулировку основания и дату увольнения на увольнение по п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ – по собственному желанию в день вынесения решения суда, взыскать средний заработок за время вынужденного прогула с **.**.**** по день вынесения решения суда из расчета 1 384,02 руб. в день, компенсацию морального вреда в размере 20 000,00 руб., судебные расходы, выразившиеся в оплате услуг представителя в размере 50 000,00 руб.
Определением Братского районного суда Иркутской области от **.**.**** производство по делу в части исковых требований ФИО3 к РЖД лицей № 13 о восстановлении на работе в должности дворника прекращено в связи с отказом представителя истца от указанных исковых требований и принятии его судом.
Истец ФИО3 в судебное заседание не явилась, будучи извещена надлежащим образом о времени, дате и месте рассмотрения дела, представила заявление с просьбой рассмотреть дело в её отсутствие.
Представитель истца Федкович С.А., действующий на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования своего доверителя поддержал в полном объеме с учетом уточнения исковых требований по доводам и основаниям, изложенным в них. Дополнительно пояснил, что отсутствие истца на работе в период с **.**.**** по **.**.**** было вызвано уважительными причинами, она ожидала закрытия листка нетрудоспособности. После получения результатов МСЭ, которые ей были направлены не на домашний адрес, а в поликлинику, **.**.**** истец была готова выйти на работу, но её не допустили. **.**.**** истца в устной форме просили дать объяснение, от дачи объяснений она не отказывала, просто ей стало плохо, и она позвала дочь. Более того, ФИО3 является добросовестным работником, и увольнение за прогулы вызвало у нее психологический шок, за медицинской помощью она не обращалась.
Представитель ответчика РЖД лицей № 13 директор ФИО1, действующая на основании прав по должности, исковые требования не признала, суду пояснила, что 19.06.2023 в присутствии коллег она истребовала у истца объяснения, в тот день истцу не было плохо, состояние было в пределах допустимого. За весь период нахождения на листке нетрудоспособности истец никому ничего не сообщала, ей звонили другие работники, но истец не отвечала. Она предпринимала меры, дважды выезжали по месту жительства истца за 7 км от г. Вихоревка, но не смогли застать истца дома. **.**.**** работник кадров предлагала истцу предоставить объяснения. **.**.****, после возвращения из командировки, от истца повторно было истребовано объяснение. Поскольку ФИО3 объяснение не дала, было принято решение об ее увольнении за прогул. Проект приказа подготовили заранее, поскольку уже 14.06.2023 истцу было предложено написать объяснения.
Суд, с учетом имения представителей истца и ответчика, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившегося истца, надлежащим образом извещенного о дате, времени и месте судебного заседания в порядке ст. 167 ГПК РФ.
Выслушав представителей истца и ответчика, допросив свидетелей, исследовав исковое заявление, возражения ответчика, представленные сторонами по делу доказательства, оценив их в соответствии с положениями ст. ст. 67, 59, 60 ГПК РФ, суд приходит к следующему.
Как в ходе судебного разбирательства было установлено судом, ФИО3 состояла в трудовых отношениях с ответчиком в период с **.**.****, была принята на должность дворника в негосударственное общеобразовательное учреждение «Школа-интернат № 25 среднего (полного) общего образования открытого акционерного общества «Российские железные дороги» на основании срочного трудового договора *** от **.**.****.
Приказом (распоряжением) *** от **.**.****, ФИО3 переведена с временной ставки дворника на должность дворника на 1 ставку на постоянной основе.
На основании распоряжения ***р от **.**.**** ОАО «РЖД» негосударственное общеобразовательное учреждение «Школа-интернат *** среднего (полного) общего образования открытого акционерного общества «Российские железные дороги» было переименовано в частное общеобразовательное учреждение «Школа-интернат № 25 среднего общего образования открытого акционерного общества «Российские железные дороги».
Вышеуказанные обстоятельства подтверждаются копией срочного трудового договора *** от **.**.****, копией приказа (распоряжения) о приеме работника на работу *** от **.**.****, копией дополнительного соглашения *** от **.**.****, копией трудовой книжки от **.**.**** б/н, вкладыша в трудовую книжку серии АТ-IV *** от **.**.****, копией приказа (распоряжения) о переводе работника на другую работу *** от **.**.****.
Распоряжением ***/р от **.**.**** ОАО «РЖД» частное общеобразовательное учреждение «Школа-интернат № 25 среднего общего образования открытого акционерного общества «Российские железные дороги» изменено на «Частное общеобразовательное учреждение «РЖД лицей № 13».
Согласно копии докладной записки и.о. заместителя директора по административно-хозяйственной части ФИО5 от **.**.****, дворник ФИО3 не вышла на работу **.**.****, о чем составлен акт, на телефонные звонки не отвечает.
Согласно докладной записке специалиста по охране труда ФИО6 от **.**.****, истец ФИО3 также отсутствовала на рабочем месте **.**.****, на звонки не отвечала, в программе «Контур» вновь открытого больничного нет.
По факту отсутствия истца на рабочем месте составлены соответствующие акты от **.**.****, **.**.****, **.**.****, **.**.****, **.**.****, **.**.**** **.**.****, **.**.****, **.**.****, **.**.****, **.**.****, **.**.****, **.**.****, **.**.****, **.**.****, **.**.****, **.**.****, **.**.****.
Кроме того, **.**.**** составлен акт о посещении места проживания истца, из которого следует, что подойти к двери жилого дома, расположенного по адресу: Фермерское хозяйство «Багульник» невозможно из-за наличия железных ворот, у входа к воротам находится собака. На крик и лай собаки никто не ответил и не вышел.
**.**.**** в присутствии ФИО1, ФИО5, ФИО7, ФИО8 и ФИО3 проведено собрание, по результатам которого составлен протокол № 1. Согласно протоколу № 1 на данном собрании ФИО3 было предложено ознакомиться с составленными актами об отсутствии на рабочем месте и представить свои объяснения. Но истец позвала свою дочь Ольгу, которая сказала матери ничего не подписывать и вывела мать из кабинета. Директором ФИО1 принято решение уволить истца за прогул.
Из требования о предоставлении письменного объяснения от **.**.**** *** следует, что в соответствии со ст. 193 ТК РФ истцу предложено до **.**.**** представить объяснения по поводу отсутствия на рабочем месте **.**.****, **.**.****, **.**.****, **.**.****, **.**.****, **.**.****, **.**.****, **.**.****, **.**.****, **.**.****, **.**.****, **.**.****, **.**.****, **.**.****, **.**.****, **.**.****, **.**.****, **.**.****.
В этот же день **.**.**** составлен акт, согласно которому истец от ознакомления и получения требования отказалась. Также был составлен акт об отказе дать письменные и устные объяснения по факту отсутствия на рабочем месте в период с **.**.**** по **.**.****.
Приказом ***/лс от **.**.**** ФИО3 с должности дворника уволена с **.**.**** в связи с однократным грубым нарушением трудовых обязанностей – прогул, подпункт «а» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации. С данным приказом истец ознакомлена в тот же день, о чем свидетельствует ее подпись.
Из книги учета движения трудовых книжек и вкладышей в них следует, что свою трудовую книжку ФИО3 получила под подпись в день увольнения, то есть **.**.****.
Представителем истца в ходе судебного разбирательства была представлена стенограмма аудиозаписи разговора от **.**.****, состоявшегося между ФИО8, истцом и дочерью истца ФИО9, согласно которой ФИО8 сказала не выходить ФИО3 на работу. На что, дочь истца пояснила, что по постановлению правительства больничный лист закрывается днем принятия решения комиссией МСЭ, но пока все документы отправили, прошло время. Документы пришли в больницу, а не на адрес истца, в первый день, когда она пришла, документы не нашли. Потом она забрала их на регистратуре. ФИО8 сказала истцу и её дочери подойти в понедельник не раньше 10:00 час. Указанная аудиозапись была прослушана в ходе судебного разбирательства.
Согласно выписке из листка нетрудоспособности, сформированного в форме электронного документа, период нетрудоспособности ФИО3 установлен с **.**.**** по **.**.****. Дата формирования выписки **.**.****.
Копией справки МСЭ-2021 *** от **.**.**** подтверждается, что ФИО3, **.**.**** года рождения, **.**.**** установлена третья группа инвалидности бессрочно по общему заболеванию.
Согласно информации ФКУ «Главное бюро МСЭ по Иркутской области» от **.**.**** истцу проведена заочная медико-социальная экспертиза и присвоена 3 группа инвалидности.
Допрошенная в качестве свидетеля ФИО9 суду пояснила, что является дочерью истца, которая работала в школе 9 лет. **.**.**** на имя матери открыли больничный лист для прохождения медосмотра по инвалидности. Последний прием был **.**.****. В поликлинике сказали ожидать результатов МСЭ, которые должны поступить по почте. Она периодически проверяла почту, конвертов не было. МСЭ проводили в п. Чуне. **.**.**** ей поступил звонок из школы, сказали, что маму ищут работники поликлиники, так как пришли результаты МСЭ. Это был четверг. В пятницу она приехала и ей сказали приехать после праздников. **.**.**** она забрала документы, терапевт в поликлинике закрыла лист нетрудоспособности **.**.****, пояснила, что так положено, что нужно исходить из даты назначения инвалидности. Терапевт пояснила, что в отделе кадров положение закона знают, проблем не будет. **.**.**** в 08:00 час. она с мамой пришла на работу, в отделе кадров ФИО8 пояснила, что директор в командировке и попросила подойти **.**.**** в 10:00 час. В назначенное время она пришла с мамой в лицей, где в кабинете директора помимо директора находилось около 4-5 человек. Её попросили выйти, она вышла, но осталась рядом с дверью. Когда услышала шум вошла в кабинет и увидела, что у мамы в руках лист бумаги. Мама сказала ей, что у нее требуют написать объяснение, в этот момент маме стало плохо, и она вывела маму из кабинета. ФИО8 сказала, что маму увольняют из-за прогула, позвала забрать трудовую книжку. Мама расписалась в приказе, но его копию выдали только через 2 дня.
Свидетель ФИО10 суду пояснила, что истец хороший работник, трудолюбивая, но в последнее время состояние здоровья истца ухудшилось. В мае – июне 2023 года она находилась в отпуске. Ей позвонили и сказали, что документы истца об установлении ей инвалидности готовы, что их нужно забрать из больницы. **.**.**** она позвонила дочери истца, дочь сказала, что уже знает об этом.
Допрошенная в качестве свидетеля ФИО11 суду пояснила, что истец хороший работник, тихая и спокойная. Она отвечает за выдачу спецодежды. В январе 2023 года ФИО3 ушла на больничный и она не могла забрать у нее вещи. Ей удалось дозвониться до дочери истца, и та сказала, что истец сожгла форму, что форму нужно списать. В начале июня 2023 года она видела дочь истца и попросила вернуть форму, та ответила, что истец будет работать. С конца мая она подписывала каждый день акты об отсутствии истца на рабочем месте.
Допрошенная в качестве свидетеля ФИО6 пояснила, что является специалистом по кадрам. С января 2023 года истец стала часто уходить на больничные. **.**.**** из больницы ей случайно стало известно, что листок нетрудоспособности истца закрыт **.**.****. Они начали звонить истцу, та не отвечала, и они составили акт. Кроме того, они выезжали к истцу по месту жительства, но зайти не смогли, поскольку там была большая собака. Вплоть до **.**.**** она составляла акты об отсутствии истца на работе, а потом ушла в отпуск.
Допрошенная в качестве свидетеля ФИО5 пояснила, что она является специалистом по охране труда. В январе 2023 года истец ушла на больничный и не сдала спецодежду. В феврале 2023 года она заходила в кадры узнать, вышла ли истец на работу. В мае 2023 года она исполняла обязанности заместителя директора по хозяйственной деятельности. **.**.**** в очередной раз, обратившись в кадры, чтобы узнать, вышла ли истец на работу, она узнала, что больничный истца закрыт **.**.****. В этот же день она составила докладную записку. Затем каждый день отсутствия истца составлялись акты. 7 или 8 июня возле подъезда своего дома она встретила соседку, которая работает в больнице, и та сказала ей, что они ищут истца, что документы истца готовы и их нужно забрать. Она сообщила об этом руководству: заместителю и директору. Заместитель позвонила дочери истца, и та сказала, что в курсе об этом. **.**.**** она была на собрании, у истца спрашивали о причинах отсутствия, но та пожимала плечами, говорила, что оформляла инвалидность, а потом позвала дочь и дочь начала скандалить, а затем просто утащила мать из кабинета. Истец не говорила, что чувствует себя плохо. Директор просила дать объяснение либо устно, либо письменно. Давление на истца не оказывалось.
Свидетеля ФИО7 суду пояснила, что на протяжении 5 лет является председателем профкома. **.**.**** её пригласили на собрание, на котором рассматривался вопрос длительного отсутствия истца на работе. Директор просила истца дать объяснения, зачитала требование, на что истец говорила: «не знаю, не могу», ей предложили написать объяснения, на что истец начала звать дочь, дочь зашла и начала выводить истца из кабинета.
Допрошенная в качестве свидетеля ФИО8 пояснила, что состоит в должности специалиста по кадрам. **.**.**** от ФИО6 ей стало известно, что больничный лист истца закрыт **.**.****. Специалист по охране труда сказала составлять акты за каждый день отсутствия истца на работе. **.**.**** она на своем личном автомобиле проехала вместе с ФИО6 и директором по месту жительства истца, но попасть домой не смогли. В начале июня 2023 года от медицинского работника стало известно, что документы истца по инвалидности готовы. **.**.**** ФИО6 ушла в отпуск и она исполняла обязанности ФИО6 **.**.**** истец пришла вместе с дочерью, принесла больничный. На вопрос, почему не забрали документы **.**.****, истец пожала плечами. Поскольку листок нетрудоспособности был закрыт **.**.****, она сказала истцу идти в больницу и брать справку, потому что иначе будет прогул. Истец с дочерью пошли в больницу, но вернулись без справки. Она пояснила истцу, что у истца прогул, что нужно предоставить объяснения, и поскольку директора не было на месте, она сказала истцу подойти **.**.**** и представить объяснение. **.**.**** на собрании директор рассказала о ситуации, положила акты, просила дать объяснения, истец сказала, что оформляла инвалидность. Истцу дали бумагу для написания объяснений, но та начала звать дочь. Дочь ворвалась в кабинет, запретила матери что-либо писать и вывела мать из кабинета. Они составили и подписали акт об отказе истца давать объяснения. Далее истец расписалась в приказе об увольнении, получила трудовую книжку. Проект приказа был подготовлен заранее по поручению директора. Почему **.**.**** истец не приступила к работе, ей неизвестно, приказ об отстранении истца от работы не издавался.
Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО12 суду пояснила, что В ЧУЗ «РЖД-Медицина» г. Вихоревка она работает с 2018 года. ФИО3 являлась ее пациенткой. Последнее посещение ФИО3 было в марте 2023 года. Так как ФИО3 долгое время была на больничном, она ей предложила оформить инвалидность, она (истец) согласилась. МСЭ о признании группы инвалидности можно проходить очно и заочно. Вера Александровна проходила данную комиссию заочно, то есть документы о признании ФИО3 группы инвалидности должны были прийти по Почте России заказным письмом, но заключение ей не направили, так как у нее был странный адрес (со слов медицинской сестры). Позже со слов мед. сестры ей (свидетелю) стало известно, что документы на ФИО3 поступили в больницу. Больничный лист закрывают датой предшествующей дате регистрации МСЭ. ФИО3 должны были закрыть больничный лист **.**.****. По правилам после прохождения комиссии МСЭ документы должны были отправить заказным письмом по Почте России пациентке по адресу ее регистрации. После того, как пациент получает пакет документов, он должен прийти на прием, чтобы ему закрыли больничный лист.
Свидетель ФИО13 суду показала, что в ЧУЗ «РЖД-Медицина» она работает медицинской сестрой с 2011 года, а с 2016 года - медицинской сестрой в комиссии по направлению на МСЭ, подготавливает и отправляет документы пациентов на комиссию. Процедура оформления документов проходит следующим образом: врач ведет обследование, заполняет назначение на комиссию, она (свидетель) далее корректирует назначение, чтобы не было сокращений, далее направляет документы пациента на МСЭ. После проведенной комиссии, заключение должны направить пациенту на его адрес регистрации заказным письмом. С пациенткой ФИО3 получилось следующим образом: ей (свидетелю) позвонила секретарь МСЭ с просьбой, можно ли переслать документы Веры Александровны на больницу, так как у нее странный адрес, и телефон не отвечает. На что, она дала разрешение, и **.**.**** в больницу пришло письмо с документами ФИО3 ФИО5 (инженер по охране труда) сообщила номер телефона истца, и она позвонила. Трубку телефона взяла дочь ФИО3, которой было сказано о необходимости прийти в больницу и получить конверт в регистратуре с документами.
Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО14 суду показала, что в ЧУЗ «РЖД-Медицина» она работаю 40 лет. ФИО3 пациент больницы, в которой она работает. Перед прохождением комиссии все пациенты предупреждаются, что больничный лист закрывается датой предшествующей дате регистрации МСЭ и, что когда придет заключение, необходимо прийти на прием к доктору, чтобы закрыть больничный лист. Кто получил заключение ФИО3, она не знает. В больницу звонили из МСЭ и спрашивали, на какой адрес нужно отправить документы ФИО3, так как их смутил адрес, и она не брала телефон.
Свидетель ФИО15 суду показала, что работает в РЖД лицей № 13 уже 4 года. Ее кабинет находится перед кабинетом директора учреждения. Все кто заходят к директору, проходят через ее кабинет. **.**.**** в кабинете директора проходило заседание комиссии по увольнению ФИО3 Входная дверь кабинета директора плотная, что происходило за дверью не слышно. Далее из кабинета директора вышла дочь ФИО3, она не закрыла плотно дверь, встала возле двери и продолжила слушать, что происходит в кабинете. Она (свидетель) тоже все слышала. Нина Леонидовна несколько раз обращалась к Вере Александровне, что последняя дала пояснения касающиеся отсутствия ее на рабочем месте. Однако, Ольга Валерьевна (дочь ФИО3) открыла дверь в кабинет директора и начала кричать, что мама ничего не писала. ФИО3 и ее дочь вышли из кабинета. Приблизительно через полчаса пришла ФИО8 принесла приказ на увольнение ФИО3
Часть 1 статьи 37 Конституции Российской Федерации устанавливает, что труд свободен. Каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию.
К основным принципам правового регулирования трудовых отношений и иных, непосредственно связанных с ними отношений исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, статья 2 Трудового кодекса Российской Федерации относит в том числе свободу труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается; право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности; обеспечение права каждого на защиту государством его трудовых прав и свобод, включая судебную защиту.
В силу части 1 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим кодексом.
Частью 2 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что работник обязан, в частности, добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, соблюдать трудовую дисциплину, выполнять установленные нормы труда.
В соответствии с частью 1 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель имеет право требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей, соблюдения правил внутреннего трудового распорядка, привлекать работников к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами
В силу части 1 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: 1) замечание; 2) выговор; 3) увольнение по соответствующим основаниям.
Основания расторжения трудового договора по инициативе работодателя предусмотрены статьей 81 Трудового кодекса Российской Федерации.
Так, подпунктом «а» пункта 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей - прогула, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).
При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть 5 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации).
Пунктом 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что при рассмотрении дел о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.
Согласно п. 53 этого же Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка, обстоятельства, при которых он был совершен, предшествующее поведение работника, его отношение к труду.
Согласно содержащимся в пункте 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснениям, при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по пункту 6 части 1 статьи 81 Кодекса, работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что работник совершил одно из грубых нарушений трудовых обязанностей, указанных в этом пункте. При этом следует иметь в виду, что перечень грубых нарушений трудовых обязанностей, дающий основание для расторжения трудового договора с работником по пункту 6 части 1 статьи 81 Кодекса, является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит.
Если трудовой договор с работником расторгнут по подпункту «а» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации за прогул, необходимо учитывать, что увольнение по этому основанию, в частности, может быть произведено за невыход на работу без уважительных причин, то есть отсутствие на работе в течение всего рабочего дня (смены) независимо от продолжительности рабочего дня (смены) (подпункт «а» пункта 39 приведенного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации).
Таким образом, юридически значимым обстоятельством по данному спору является отсутствие работника на рабочем месте без уважительных причин.
Оценивая в совокупности перечисленные нормы закона и представленные суду доказательства, судом достоверно уставлено, что в период с **.**.**** по **.**.**** ФИО3 находилась на листке нетрудоспособности в связи с оформлением инвалидности. Также установлено, что Постановлением Правительства РФ от 05.04.2022 № 588 утверждены Правила признания лица инвалидом. Согласно п. 11 Правил в случае признания гражданина инвалидом датой установления инвалидности считается дата поступления в бюро направления на медико-социальную экспертизу.
Согласно п. 46 Правил гражданину, признанному инвалидом, выдается справка, подтверждающая факт установления инвалидности, с указанием группы инвалидности. Указанная справка по согласованию с гражданином (его законным или уполномоченным представителем) может быть выдана на руки гражданину (его законному или уполномоченному представителю) либо направлена ему (его законному или уполномоченному представителю) заказным почтовым отправлением с соблюдением требований законодательства Российской Федерации в области защиты персональных данных.
Согласно п. 48 Правил гражданину, имеющему документ о временной нетрудоспособности и признанному инвалидом, группа инвалидности и дата ее установления проставляются в указанном документе.
Вместе с тем, в нарушение п. 46 Правил, после установления истцу инвалидности соответствующее уведомление с приобщением справки МСЭ и ИПР не было вручено лично истцу, а так же не направлено в адрес истца посредством почтовой связи заказным письмом.
Как установлено в ходе судебного заседания, конверт, адресованный истцу, передан в лечебное учреждение, направившее истца на МСЭ. О том, что результаты МСЭ поступили, истец уведомлена в начале июня 2023 года через свою дочь. **.**.**** дочь истца обратилась в медицинское учреждение, но не смогла забрать документы, в связи с чем, истец с дочерью посетили медицинское учреждение повторно **.**.**** и в тот же день получили листок нетрудоспособности. Указанные обстоятельства не опровергнуты ответчиком, факт поступления информации о готовности документов именно в июне 2023 года также подтвержден показаниями, допрошенных в судебном заседании свидетелей ФИО5, ФИО16, ФИО8, ФИО12, ФИО13, а также показаниями дочери истца ФИО9
Таким образом, с момента фактического установления истцу инвалидности до момента, когда ей стало об этом известно, по независящим от истца причинам прошел длительный промежуток времени. При этом, со стороны истца фактов злоупотребления своим правом не допущено, поскольку она, действуя добросовестно, ожидала получения почтовой корреспонденции из бюро МСЭ, а при поступлении информации о готовности документов предприняла меры к скорейшему их получению и выходу на работу.
Также заслуживают внимание доводы истца о том, что она была введена в заблуждение относительно даты закрытия листка нетрудоспособности, при том, что медицинское освидетельствование для установления инвалидности было проведено в отношении истца заочно, т.е. без ее участия. Истец в правоотношениях с лечебным учреждением и с работодателем является менее защищенной и квалифицированной стороной в социальных и правовых вопросах. При указанных обстоятельствах невыход истца на работу был обусловлен уважительными причинами.
Кроме того, статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания. Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников. За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание. Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт. Дисциплинарное взыскание может быть обжаловано работником в государственную инспекцию труда и (или) органы по рассмотрению индивидуальных трудовых споров.
Из приведенных нормативных положений следует, что для обеспечения объективной оценки фактических обстоятельств, послуживших основанием для увольнения работника, и для предотвращения необоснованного применения к работнику дисциплинарного взыскания работодателю необходимо соблюсти установленный законом порядок применения к работнику дисциплинарного взыскания, в том числе - затребовать у работника письменное объяснение.
Как установлено в ходе судебного разбирательства, **.**.**** во время совещания от истца, действительно истребовалось объяснение. В соответствии с требованием, оглашенным истцу, объяснения на имя директора должны были быть предоставлены в срок до **.**.****. Из представленных актов следует, что истец отказалась от дачи объяснений, вместе с тем, каких-либо доказательств этому ответчиком в нарушение ст. 56 ГПК РФ не представлено.
Согласно протоколу *** от **.**.****, на вопрос директора ФИО1 о причинах отсутствия истец пояснила, что никакого прогула не было, она оформляла инвалидность. При этом, сведений о том, что истец отказывается от дачи объяснений протокол не содержит. Кроме того, непосредственные участники собрания, допрошенные в судебном заседании, также поясняли, что на вопросы директора о причинах отсутствия на работе истец пожимала плечами и говорила, что оформляла инвалидность.
Учитывая сроки предоставления объяснений, установленные требованием от **.**.****, принимая во внимание, что истец не отказывалась от дачи объяснений, составление акта об отказе в предоставлении объяснений в тот же день являлось преждевременным. Указанное свидетельствует о том, что ответчиком допущены нарушения требований ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации.
Следует отметить, что закрепленное в статье 193 Трудового кодекса Российской Федерации положение об обязанности работодателя до применения дисциплинарного взыскания затребовать от работника письменное объяснение, направлено на обеспечение объективной оценки фактических обстоятельств, послуживших основанием для привлечения работника к дисциплинарной ответственности, и на предотвращение необоснованного применения дисциплинарного взыскания.
Из анализа указанной нормы прямо следует, что законодателем предоставлено работнику право в течение двух рабочих дней со дня затребования от него объяснения по факту совершенного им дисциплинарного проступка, предоставить письменное объяснение либо отказаться от предоставления такого объяснения. Поэтому дисциплинарное взыскание, в том числе в виде увольнения, может быть применено к работнику только после получения от него объяснения в письменной форме либо после непредставления работником такого объяснения по истечении двух рабочих дней со дня истребования.
Если же вопрос о применении к работнику дисциплинарного взыскания решается до истечения двух рабочих дней после затребования от него письменного объяснения, то порядок применения дисциплинарного взыскания в виде увольнения считается нарушенным, а увольнение в силу части 1 статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации - незаконным.
Довод стороны ответчика о том, что **.**.**** работник кадров предлагала истцу предоставить объяснения, является голословным и не подтверждается письменными материалами дела. Более того, в этот день, **.**.**** истцом велась запись разговора с работником отдела кадров, и в материалы дела представлена стенограмма разговора, из которой не следует, что истцу предлагали дать объяснения причин отсутствия на рабочем месте.
Кроме того, исходя из положений Трудового кодекса Российской Федерации, правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации при рассмотрении судом дела по спору о законности увольнения работника на основании п.п. «а» п. 6 ч.1 ст. 81 ТК РФ обязательным для правильного разрешения спора является установление обстоятельств и причин (уважительные или неуважительные) отсутствия работника на рабочем месте. При этом, исходя из таких общих принципов юридической, а значит, и дисциплинарной ответственности, как справедливость, соразмерность, законность, вина и гуманизм, суду надлежит проверить обоснованность признания работодателем причины отсутствия работника на рабочем месте неуважительной, а также то, учитывались ли работодателем при наложении дисциплинарного взыскания тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен, предшествующее поведение работника, его отношение к труду. Если увольнение работника произведено работодателем без соблюдения этих принципов юридической ответственности, то такое увольнение не может быть признано правомерным.
В судебном заседании ответчиком факт длительного и добросовестного труда истца не оспаривался. Допрошенные в качестве свидетелей работники лицея также положительно характеризовали истца, как дисциплинированного и ответственного работника. Каких-либо доказательств ненадлежащего исполнения истцом своих должностных обязанностей ответчиком суду не представлено, равно как и не представлено доказательств применения ранее в отношении истца мер дисциплинарного взыскания. Указанное свидетельствует о том, что ответчиком в отношении истца применена крайняя мера дисциплинарной ответственности без учета предшествующего поведения истца и её отношения к труду.
Изложенные обстоятельства, свидетельствуют о нарушении работодателем установленного положениями статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации порядка увольнения, в связи с чем, приказ об увольнении ФИО3 является незаконным.
В соответствии с частью 1 статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации, в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.
Положениями части 4 статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации также предусмотрено, что в случае признания увольнения незаконным суд по заявлению работника может принять решение об изменении формулировки основания увольнения на увольнение по собственному желанию.
Исходя из разъяснений, содержащихся в абзаце 3 пункта 60 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» по заявлению работника, увольнение которого признано незаконным, суд может ограничиться вынесением решения об изменении формулировки основания увольнения на увольнение по собственному желанию (части 3 и 4 статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации).
Согласно части 7 статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации, если в случаях, предусмотренных настоящей статьей, после признания увольнения незаконным суд выносит решение не о восстановлении работника, а об изменении формулировки основания увольнения, то дата увольнения должна быть заменена на дату вынесения решения судом. В случае, когда к моменту вынесения указанного решения работник после оспариваемого увольнения вступил в трудовые отношения с другим работодателем, дата увольнения должна быть изменена на дату, предшествующую дню начала работы у этого работодателя.
С учетом заявленных истцом ФИО3 требований, суд, руководствуясь положениями части 4 статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации, абзаца 3 пункта 60 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», считает подлежащими удовлетворению требования истца об изменении формулировки основания увольнения с увольнения по подпункту «а» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации на увольнение по собственному желанию на основании пункта 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации, а также с указанием даты увольнения - **.**.****.
Частью 2 статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации закреплено, что орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.
В соответствии с положениями статьи 234 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате незаконного отстранения работника от работы, его увольнения или перевода на другую работу.
В соответствии с разъяснениями содержащимися в пункте 41 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если при разрешении спора о восстановлении на работе лица, уволенного за прогул, и взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула выясняется, что отсутствие на рабочем месте было вызвано неуважительной причиной, но работодателем нарушен порядок увольнения, суду при удовлетворении заявленных требований необходимо учитывать, что средний дневной заработок восстановленному работнику в таких случаях может быть взыскан не с первого дня невыхода на работу, а со дня издания приказа об увольнении, поскольку только с этого времени прогул является вынужденным.
Согласно требованиям истца ФИО3 она просит взыскать с ответчика заработную плату за время вынужденного прогула с **.**.****, однако, исходя из вышеприведенных разъяснений, время вынужденного прогула следует исчислять со дня издания приказа об увольнении, следовательно, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца среднего заработка за время вынужденного прогула за период с **.**.**** по **.**.**** в размере 107 953,56 руб., исходя из среднедневного заработка в размере 1 384,02 руб. и периода вынужденного прогула продолжительностью 78 рабочих дней.
Статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.
В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
В пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 разъяснено, что в соответствии с частью четвертой статьи 3 и частью девятой статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации суд вправе удовлетворить требование лица, подвергшегося дискриминации в сфере труда, а также требование работника, уволенного без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконно переведенного на другую работу, о компенсации морального вреда.
Учитывая, что Трудовой кодекс Российской Федерации не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Трудового кодекса Российской Федерации вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).
В соответствии со статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
Поскольку в ходе рассмотрения дела установлен факт нарушения ответчиком как работодателем трудовых прав истца, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда.
Определяя размер компенсации морального вреда, суд, учитывая, степень и объем нравственных страданий истца, фактические обстоятельства дела, требования разумности и справедливости и определяет к возмещению компенсацию морального вреда в размере 10 000,00 руб.
Достаточных допустимых доказательств, свидетельствующих о необходимости взыскания в пользу истца компенсации морального вреда в размере 20 000,00 руб., суд не усматривает, полагая его завышенным.
В соответствии со ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано (п. 1 ).
Согласно ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.
Согласно соглашению на оказание юридических услуг по гражданскому делу от **.**.****, заключенному между адвокатом адвокатского образования «Братский городской филиал Иркутской области коллегии адвокатов» Федковичем С.А. и ФИО3, по поручению доверителя адвокат обязуется оказать доверителю представительство в суде по гражданскому делу о восстановлении на работе. Стоимость услуг сторонами определена в 50 000,00 руб.
Квитанцией серии ЕА *** от **.**.**** подтверждается, что ФИО3 оплатила адвокату Федковичу С.А. денежную сумму в размере 50 000,00 руб.
Учитывая, что в абз. 2 п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» указано, что правило о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек не подлежат применению при разрешении иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда), при этом, судом удовлетворены все исковые требования истца, суд приходит к выводу, что вышеуказанные расходы являются судебными издержками и подлежат взысканию с РЖД лицей № 13 в пользу ФИО3 в заявленном размере, то есть - 50 000,00 руб.
Определяя размер расходов по оплате услуг представителя подлежащих взысканию, суд учитывал то, что истцом представлены доказательства несения данных расходов в размере 50 000,00 руб., исковые требования судом удовлетворены в полном объеме, принцип разумности и справедливости, необходимость обеспечения баланса процессуальных прав и обязанностей сторон, категорию спора, сложность дела, объемном работы сделанной представителем: составление искового заявления, уточнений к нему, участие в 4-х судебных заседаниях (**.**.****, **.**.****, **.**.****, **.**.****), отсутствие возражений представителя ответчика относительно размера судебных расходов.
В силу ст. 393 Трудового кодекса Российской Федерации при обращении в суд с иском по требованиям, вытекающим из трудовых отношений, в том числе по поводу невыполнения либо ненадлежащего выполнения условий трудового договора, носящих гражданско-правовой характер, работники освобождаются от оплаты пошлин и судебных расходов.
От уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым Верховным Судом Российской Федерации в соответствии с гражданским процессуальным законодательством Российской Федерации и законодательством об административном судопроизводстве, судами общей юрисдикции, мировыми судьями, согласно пп. 1 п. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) освобождаются истцы по искам о взыскании заработной платы (денежного содержания) и иным требованиям, вытекающим из трудовых правоотношений, а также по искам о взыскании пособий.
Из разъяснений, содержащихся в п. 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» следует, что по смыслу подпункта 1 пункта 1 статьи 333.36 части второй Налогового кодекса Российской Федерации и статьи 393 Трудового кодекса Российской Федерации работники при обращении в суд с исками о восстановлении на работе, взыскании заработной платы (денежного содержания) и иными требованиями, вытекающими из трудовых отношений, в том числе по поводу невыполнения либо ненадлежащего выполнения условий трудового договора, носящих гражданско-правовой характер, освобождаются от уплаты судебных расходов.
В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.
Поскольку истец ФИО3 в силу подпункта 1 пункта 1 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации, освобождена от уплаты государственной пошлины, с ответчика РЖД лицей № 13 подлежит взысканию государственная пошлина в бюджет муниципального образования в размере 3 959,07 руб., размер которой суд определяет на основании подпункта 1 и подпункта 3 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации.
Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО3 удовлетворить.
Признать приказ (распоряжение) директора Частного общеобразовательного учреждения «Школа-интернат № 25 среднего общего образования ОАО «РЖД» № 281/лс от **.**.**** о прекращении (расторжении) действия трудового договора с работником (увольнении) ФИО3 в связи с грубым нарушением трудовых обязанностей – прогулом, по подпункту «а» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации незаконным.
Изменить формулировку основания увольнения ФИО3 с увольнения по подпункту «а» пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации **.**.**** на увольнение по пункту 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации по собственному желанию **.**.****
Взыскать с Частного общеобразовательного учреждения «РЖД лицей № 13», ОГРН <***>, ИНН <***>, в пользу ФИО3, паспорт серии *** ***, заработную плату за время вынужденного прогула за период с **.**.**** по **.**.**** в размере 107 953,56 руб., компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб., а также судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 50 000,00 руб.
Взыскать с Частного общеобразовательного учреждения «РЖД лицей № 13», ОГРН <***>, ИНН <***>, государственную пошлину в размере 3 959,07 руб. в доход местного бюджета.
Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Братский районный суд Иркутской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Судья Е.Н. Громова
Дата изготовления мотивированного решения суда - 12.10.2023.