78RS0023-01-2021-011479-15

САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

Рег. №33-20176/2023

Судья: Мончак Т.Н.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Санкт-Петербург

20 сентября 2023 года

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе:

председательствующего

Илюхина А.П.,

судей

ФИО1, ФИО2,

при секретаре

ФИО3,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы АО «СОГАЗ», ФИО4, действующей как законный представитель ФИО5, ФИО6, на решение Фрунзенского районного суда Санкт-Петербурга от 15 марта 2023 года по гражданскому делу №2-20/2023 по иску АО «СОГАЗ» к ФИО7, несовершеннолетним ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ года рождения в лице законного представителя - опекуна ФИО4 об освобождении страховщика от обязательства по осуществлению страховой выплаты, по встречному исковому заявлению ФИО7, несовершеннолетних ФИО6 и ФИО5 в лице законного представителя – опекуна ФИО4 к АО «СОГАЗ» о взыскании страховой выплаты и неустойки.

Заслушав доклад судьи Илюхина А.П., выслушав представителя истца ФИО8, законного представителя ответчиков ФИО5, ФИО6 – ФИО4 и её представителя ФИО9, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда,

УСТАНОВИЛА:

АО «Страховое общество газовой промышленностью» (далее - АО «СОГАЗ») обратилось во Фрунзенский районный суд Санкт-Петербурга с исковыми требованиями к ФИО10, ФИО7, несовершеннолетним ФИО6 и ФИО5 об освобождении страховщика от обязательства по осуществлению страховой выплаты.

В обоснование заявленных требований истец указал, что ФИО11, являющаяся застрахованным лицом по обязательному государственному личному страхованию сотрудников государственной противопожарной службы, 02.01.2020 умерла, в связи с чем выгодоприобретатели обратились с заявлением о страховой выплате. Поскольку в момент смерти ФИО11 находилась в состоянии алкогольного опьянения, истец полагает, что указанное обстоятельство является основанием для освобождения страховщика от осуществления страхового возмещения.

В свою очередь ФИО7, несовершеннолетние ФИО6 и ФИО5 в лице законного представителя – опекуна ФИО4 предъявили к АО «СОГАЗ» встречный иск, в котором просили взыскать в равных долях страховую сумму в размере 2 752 451,64 рублей, неустойку в размере 1 % страховой суммы за каждый день просрочки, ссылаясь на то, что страховщик не исполнил свою обязанность по осуществлению страховой выплаты в установленный законом срок.

Решением Фрунзенского районного суда Санкт-Петербурга от 15 марта 2023 года в удовлетворении исковых требований АО «СОГАЗ» было отказано, встречные исковые требования ФИО7, несовершеннолетних ФИО6 и ФИО5 в лице законного представителя – опекуна ФИО4 удовлетворены частично, с АО «СОГАЗ» в пользу ответчиков взыскано страховое возмещение в сумме 2 752 451,64 рублей в долевом соотношении по 917 483,88 рублей в пользу каждого, в удовлетворении остальной части встречных исковых требований отказано. Также с АО «СОГАЗ» в пользу ФИО4 взысканы судебные расходы по уплате госпошлины в сумме 10 000 рублей и в доход бюджета государственная пошлина в сумме 11 962 рубля 26 копеек, в удовлетворении остальной части требований отказано.

Полагая указанное решение незаконным, АО «СОГАЗ» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда отменить, принять по делу новое решение, которым удовлетворить заявленные ими требования и отказать в удовлетворении встречного искового заявления.

ФИО4, действующая как законный представитель ФИО5, ФИО6, также обратилась с апелляционной жалобой, не согласившись с решением суда в части отказа в удовлетворении требования о взыскании неустойки.

Изучив материалы дела, рассмотрев апелляционную жалобу по правилам статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах заявленных доводов, судебная коллегия приходит к следующему.

Из материалов дела усматривается, что ФИО11 являлась сотрудником – старшим прапорщиком внутренней службы, старшиной группы обслуживания 45 пожарно-спасательной части 4 пожарно-спасательного отряда федеральной противопожарной службы Государственной противопожарной службы управления по Выборгскому району Главного управления Министерства РФ по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий (по г. Санкт-Петербургу).

02 января 2020 года ФИО11 в результате падения из окна квартиры, находящейся на девятом этаже жилого дома, получила телесные повреждения, от которых скончалась в этот же день.

Выпиской из Приказа № 1-НС от 10.01.2020 года ФИО11 исключена из списков личного состава части в связи со смертью.

Жизнь ФИО11 была застрахована в АО «СОГАЗ» на основании государственного контракта (л.д. 15-49 том 1), заключенного во исполнение Федерального закона от 28 марта 1998 года № 52-ФЗ «Об обязательном государственном страховании жизни и здоровья военнослужащих, граждан, призванных на военные сборы, лиц рядового и начальствующего состава органов внутренних дел Российской Федерации, Государственной противопожарной службы, сотрудников учреждений и органов уголовно-исполнительной системы, сотрудников войск национальной гвардии Российской Федерации, сотрудников органов принудительного исполнения Российской Федерации» (далее Федеральный закон от 28.03.1998 N 52-ФЗ).

В соответствии с п.п. 6.2.1. Государственного контракта в случае гибели (смерти) застрахованного лица в период прохождения службы выгодоприобретателям в равных долях выплачивается страховая сумма в размере 2 752 451,64 рублей.

Выгодоприобретателями по страховому случаю – смерти застрахованного лица ФИО11 являются ее дети ФИО7, ФИО6 и ФИО5

12.07.2020 ФИО12, ФИО7, ФИО13, действующий как законный представитель ФИО6 и ФИО5 обратились в АО «СОГАЗ» с заявлением о наступлении страхового случая и выплате страховых сумм.

ФИО13 умер 21.02.2022 г., законным представителем – опекуном несовершеннолетних ФИО14 назначена ФИО4

Согласно заключению военно-врачебной комиссии, смерть ФИО11 наступила от сочетанной тупой травмы (падение с высоты) с множественными переломами костей скелета и повреждениями внутренних органов, сопровождавшимися внутренним кровотечением. При судебно-химическом исследовании крови, мочи от трупа ФИО11 обнаружен этиловый спирт в концентрации: в крови 2,1 + 0,2%, в моче 2,9 + 0,2%. При судебно-химическом исследовании крови от трупа ФИО11 обнаружено психотропное вещество фенобарбитал в концентрации менее 10,0 мг/л (том №1 л.д. 76), что также подтверждается заключением эксперта № 2/42/2 (том №1 л.д. 120-128), справкой от 10.06.2020 года № 3194 (том №1 л.д. 102).

Определением от 18 октября 2022 года по делу была назначена судебная медицинская экспертиза в СПб ГБУЗ «БСМЭ», согласно заключению которой при судебно-химическом исследовании крови, мочи от трупа ФИО11 обнаружен этиловый спирт в концентрации: в крови 2,1 + 0,2%, в моче 2,9 + 0,2%. Концентрация в крови 2,1 + 0,2% у живых лиц обычно соответствует среднетяжёлому опьянению. Однако, с учетом скорости элиминации алкоголя (в среднем 0,15 в час), а также превышением концентрации этилового спирта в моче над концентрацией в крови, можно заключить, что ФИО11 исходно находилась в состоянии сильной или тяжелой степени опьянения. Фенобарбитал и алкоголь обладают синергизмом, т.е. усиливают седативное действие друг друга. Выявленные вещества в указанных концентрациях оказывают выраженное угнетающее действие на психическую деятельность человека. Они вызывают угнетения сознания с нарушением ориентировки, замедление мышления, утрату контроля над поведением, наблюдаются вестибулярные расстройства (головокружение). В связи с вышеизложенным между воздействием психоактивных веществ (алкоголь, фенобарбитал) и наступлением смерти ФИО11 вследствие сочетаний тупой травмы тела с множественными переломами костей скелета и повреждениями внутренних органов в условиях падения со значительной высоты имеется причинно-следственная связь (том1 л.д. 225-231).

Согласно выводам дополнительного экспертного заключения между воздействием психоактивных веществ (алкоголь, фенобарбитал) и наступлением смерти ФИО11 вследствие сочетаний тупой травмы тела с множественными переломами костей скелета и повреждениями внутренних органов в условиях падения со значительной высоты имеется причинно-следственная связь, поскольку нахождение ФИО11 в состоянии опьянения значимо повышало риск травматизма.

При этом причиной наступления смерти ФИО11 явилась сочетанная тупая травма тела с множественными переломами костей скелета и повреждениями внутренних органов в условиях падения со значительной высоты, а не состояние опьянения.

Отказывая в удовлетворении исковых требований АО «СОГАЗ» и удовлетворяя встречный иск ФИО7, несовершеннолетних ФИО6 и ФИО5 в лице законного представителя – опекуна ФИО4, суд первой инстанции, правильно установив предмет доказывания и распределив бремя доказывания, исследовав представленные в материалы дела доказательства, пришел к выводу о том, что страховой случай не находится в прямой причинной связи с алкогольным, наркотическим опьянением застрахованного лица, что могло явиться основанием для освобождения страховщика от обязательства по осуществлению страховой выплаты, в связи с чем взыскал в пользу выгодоприобретателей страховую сумму в равных долях.

Разрешая требования о взыскании неустойки, суд исходил из того, обязательство по выплате страхового возмещения в данном случае возникло с момента установления отсутствия прямой причинной связи смерти застрахованного лица с алкогольным, наркотическим опьянением, то есть просрочка по осуществлению страховой выплаты может быть взыскана со страховщика только с момента неисполнения в установленный законом срок вступившего в законную силу решения суда.

Судебная коллегия соглашается с указанным выводом суда первой инстанции, поскольку считает его обоснованным, так как он полностью согласуется с представленными в материалы дела доказательствами, при этом судом первой инстанции правильно применены нормы материального и процессуального права.

В соответствии с ч.1 ст.10 Федерального закон от 28.03.1998 N 52-ФЗ страховщик освобождается от выплаты страховой суммы по обязательному государственному страхованию, если страховой случай находится в установленной судом прямой причинной связи с алкогольным, наркотическим или токсическим опьянением застрахованного лица.

Пунктом 9.9.2 государственного контракта, на основании которого была застрахована ФИО11, также предусмотрено, что страховщик освобождается от выплаты страховой суммы в случае, если страховой случай находится в установленной судом прямой причинной связи с алкогольным, наркотическим или токсическим опьянением застрахованного лица (л.д.27 том 1).

При этом, ни законом, ни государственным контрактом не предусмотрено, что страховщик освобождается от выплаты страхового возмещения в любом случае, если в момент смерти лицо было в состоянии опьянения независимо от причины наступления смерти.

Учитывая, что в данном случае страховым случаем является смерть ФИО11, прямая причинная связь с алкогольным, наркотическим или токсическим опьянением могла быть установлена судом в случае наступления смерти непосредственно от алкогольного, или иного опьянения.

Согласно заключению военно-врачебной комиссии, заключению эксперта СПб ГБУЗ «БСМЭ» смерть ФИО11 наступила от сочетанной тупой травмы (падение с высоты) с множественными переломами костей скелета и повреждениями внутренних органов, сопровождавшимися внутренним кровотечением.

Указанная причина смерти сторонами не оспаривалась.

При этом судебная коллегия отмечает, что выводы эксперта СПб ГБУЗ «БСМЭ» по вопросу наличия причинно-следственной связи между нахождением застрахованного лица в момент смерти в состоянии алкогольного опьянения и наступлением несчастного случая (падения из окна) подлежат отклонению судебной коллегией, поскольку установление причинно-следственной связи между указанными событиями не входит в компетенцию эксперта, а устанавливается непосредственно судом.

Между тем, указанный вывод эксперта не является основанием для признания заключения недопустимым доказательством, поскольку заключение подробно содержит ответ на вопрос по определению причины смерти ФИО11, что является юридически значимым обстоятельством для рассматриваемого спора.

Вопреки позиции ответчика, нахождение ФИО11 в состоянии алкогольного опьянения могло теоретически повлиять на риск падения ее из окна, между тем, указанное обстоятельство может быть расценено только как косвенная причинная связь между алкогольным опьянением и падением из окна, в то время как государственным контрактом и вышеприведенной нормой права для освобождения страховщика от осуществления страховой выплаты необходимо установление прямой причинной связи.

Из объяснений, данных ФИО7 в ходе судебного заседания 26 декабря 2022 года, следует, что когда ФИО7 зашел в комнату, ФИО11 сидела на подоконнике спиной к открытому окну и разговаривала по телефону, затем отложила телефон, посмотрела на него и сказала: «Прощай», после чего откинулась назад и выпала.

При этом то, что суицид является страховым случаем, сторонами не оспаривалось.

Между тем, каких-либо доказательств, объективно свидетельствующих о том, что именно алкогольное или наркотическое опьянение повлияло на решение ФИО11 совершить суицид, материалы дела не содержат, как и доказательств наступления смерти непосредственно вследствие принятия ею спиртных напитков.

Учитывая, что ФИО11 проходила службу с 08.09.2003 (л.д.79 том 1), то есть к моменту смерти была застрахована на протяжении не менее двух лет, принимая во внимание отсутствие доказательств, указывающих на прямую причинно-следственную связь между нахождением застрахованного лица в состоянии опьянения и наступлением страхового случая, суд пришел к правильному выводу об отсутствии оснований для освобождения АО «СОГАЗ» от осуществления страховой выплаты.

Таким образом, суд правомерно взыскал в пользу выгодоприобретателей страховое возмещение в сумме 2 752 451, 64 рублей в долевом соотношении по 917 483,88 рублей в пользу каждого.

Размер страховой суммы сторонами не оспаривается, в связи с чем не является предметом проверки суда апелляционной инстанции.

Судебная коллегия также отклоняет доводы апелляционной жалобы ФИО4, действующей как законный представитель ФИО5, ФИО6, о неправомерном отказе суда во взыскании неустойки, как основанные на неправильном толковании норм материального права.

Пунктом 4 статьи 11 Федерального закона от 28 марта 1998 г. N 52-ФЗ предусмотрено, что выплата страховых сумм производится страховщиком в 15-дневный срок со дня получения документов, необходимых для принятия решения об указанной выплате. В случае необоснованной задержки страховщиком выплаты страховых сумм страховщик из собственных средств выплачивает выгодоприобретателю неустойку в размере 1 процента страховой суммы за каждый день просрочки.

Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 26 апреля 2018 г. N 18-П пункт 4 статьи 11 Федерального закона от 28 марта 1998 г. N 52-ФЗ признан не противоречащим Конституции Российской Федерации, поскольку по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования содержащееся в нем положение не предполагает отказ выгодоприобретателю в выплате неустойки за необоснованную задержку страховщиком выплаты страховых сумм по обязательному государственному страхованию жизни и здоровья в соответствии с названным федеральным законом за период после истечения 15-дневного срока со дня получения им от выгодоприобретателя документов для принятия решения о выплате страховых сумм со ссылкой на наличие между ними судебного спора о выплате страховых сумм, решение по которому принято в пользу выгодоприобретателя, если из состава и содержания полученных от выгодоприобретателя документов следовало, что право на получение страховых сумм возникло у выгодоприобретателя до его обращения за судебной защитой.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в названном постановлении, а также в постановлении от 18 июня 2018 г. N 18-П, в случаях, когда право на выплату страховой суммы было предметом судебного спора, срок задержки выплаты страховой суммы может быть связан и со вступлением в законную силу судебного акта, которым подтверждается наличие у застрахованного лица права на получение страховой суммы (например, на основании обосновывающих юридические факты документов, которые ранее страховщику не предоставлялись) и признано его нарушение. Если суд установит, что право на получение страховой суммы возникло у выгодоприобретателя до его обращения за судебной защитой (то есть представленные страховщику документы свидетельствовали о наличии у него данного права), то и срок, за который подлежит взысканию неустойка, сам по себе не может быть обусловлен собственно вступлением в законную силу судебного акта. Соответственно, при возникновении спора о праве выгодоприобретателя на получение страховых сумм обоснованность задержки выплаты ему этих сумм страховщиком относится к обстоятельствам, которые подлежат оценке рассматривающим спор судом, и обязанность по ее доказыванию лежит на страховщике, который как профессиональный участник рынка страховых услуг должен избегать принятия необоснованных решений, касающихся выплаты страховых сумм.

Из приведенных норм материального права с учетом правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации следует, что отношения по обязательному государственному страхованию жизни и здоровья лиц, проходящих военную и иную аналогичную службу, в том числе лиц рядового и начальствующего состава Государственной противопожарной службы, в части мер ответственности, применяемых к страховщику, урегулированы специальным законом - Федеральным законом от 28 марта 1998 г. N 52-ФЗ, которым предусмотрено, что к страховщику в случае несвоевременного исполнения им обязательств по выплате страховой суммы выгодоприобретателю и установления судом неправомерности и необоснованности такой задержки, в том числе в тех случаях, когда решение суда о взыскании страховых сумм в пользу выгодоприобретателя принимается по спору в защиту уже существующего права (то есть когда представленные выгодоприобретателем страховщику документы свидетельствовали о наличии у него права на получение страховых сумм), нарушенного отказом в его признании и (или) отказом от исполнения обязанностей со стороны страховщика, применяется мера ответственности в виде неустойки, которая подлежит исчислению за период после истечения 15-дневного срока со дня получения страховщиком от выгодоприобретателя документов для принятия решения о выплате страховых сумм.

Однако при возникновении спора о праве на страховые выплаты, возникшего из правоотношений по обязательному государственному страхованию жизни и здоровья военнослужащих, иных указанных в Федеральном законе от 28 марта 1998 г. N 52-ФЗ лиц, в числе которых лица рядового и начальствующего состава Государственной противопожарной службы, и связанного с установлением обстоятельств и условий наступления страхового случая, неустойка, предусмотренная пунктом 4 статьи 11 Федерального закона от 28 марта 1998 г. N 52-ФЗ, может быть взыскана со страховщика в пользу выгодоприобретателя за просрочку выплаты страхового возмещения только с момента неисполнения в установленный законом срок вступившего в законную силу решения суда о назначении страхового возмещения.

В данном случае между АО "СОГАЗ" и выгодоприобретателями имелся спор по поводу наличия оснований для освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения, а именно прямой причинной связи смерти застрахованного лица с ее алкогольным опьянением, которая в силу абзаца третьего пункта 1 статьи 10 Федерального закона от 28 марта 1998 г. N 52-ФЗ устанавливается судом, и, соответственно, о праве выгодоприобретателей на страховое возмещение, установленное статьей 5 Федерального закона от 28 марта 1998 г. N 52-ФЗ.

Указанный спор был разрешен судом при рассмотрении данного дела, установлено отсутствие прямой причинной связи между смертью застрахованного лица и ее алкогольным опьянением, в связи с чем суд пришел к верному выводу, что неустойка, предусмотренная пунктом 4 статьи 11 Федерального закона от 28 марта 1998 г. N 52-ФЗ, может быть взыскана со страховщика в пользу выгодоприобретателей за просрочку выплаты страхового возмещения только с момента неисполнения в установленный законом срок вступившего в законную силу решения суда.

Аналогичная правовая позиция отражена в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 09.09.2019 N 31-КГ19-4.

Судебная коллегия полагает, что при разрешении спора судом первой инстанции правильно определены обстоятельства, имеющие значение для дела, правильно применены нормы материального и процессуального права, выводы суда соответствуют установленным по делу обстоятельствам.

Доводы апелляционной жалобы по существу направлены на неправильное толкование действующего законодательства и переоценку доказательств, которым судом первой инстанции дана надлежащая оценка в соответствии с требованиями ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, и не могут служить основанием к отмене постановленного по делу решения.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Фрунзенского районного суда Санкт-Петербурга от 15 марта 2023 года оставить без изменения, апелляционную жалобу апелляционные жалобы АО «СОГАЗ», ФИО4, действующей как законный представитель ФИО5, ФИО6 - без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 21 сентября 2023 года.

Председательствующий:

Судьи: