Апелляционное определение по делу № 2-1237/2023 от 14.09.2023.

УИД 29RS0018-01-2023-000694-39

Строка 2.043, г/п 0 руб.

Судья Романова Е.В.

Докладчик Зайнулин А.В. Дело № 33-5801/2023 14 сентября 2023 г.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Архангельского областного суда в составе:

председательствующего Бланару Е.М.,

судей Поповой Т.В., Зайнулина А.В.,

при секретаре судебного заседания Тюрлевой Е.Г.

рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Архангельске гражданское дело № 2-1237/2023 по иску ФИО1 к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Архангельской области «Архангельская клиническая психиатрическая больница» о признании незаконным и отмене приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности, компенсации морального вреда

по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Октябрьского районного суда г. Архангельска от 19 мая 2023 г.

Заслушав доклад судьи Зайнулина А.В., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с иском к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Архангельской области «Архангельская клиническая психиатрическая больница» (далее – ГБУЗ АО «АКПБ») о признании незаконным и отмене приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности, компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований указал, что работает в ГБУЗ АО «АКПБ» и осуществляет трудовую деятельность в должности <данные изъяты>. Приказом ответчика от 23 января 2023 г. истец привлечен к дисциплинарной ответственности в виде замечания за нарушение пункта 2.10 должностной инструкции, выразившееся в необеспечении контроля за исполнением контрактов на приобретение товаров, работ, услуг, относящихся к его компетенции. С указанным приказом истец не согласен. Между ответчиком и ООО «<данные изъяты>» был заключен договор на оказание услуг по термическому обезвреживанию медицинских отходов класса «В». Учет количества, массы и объема отходов велся <данные изъяты> К. в тетради, текстом контракта ведение такого журнала не регламентировано. Документы о результатах взвешивания комиссии не представлены. Из текста приказа не представляется возможным установить, в чем выражается нарушение условий контракта, либо его ненадлежащее исполнение, что послужило основанием для проведения проверки. Какие действия совершены, либо не совершены, что привело к каким-либо нарушениям, истцу из содержания оспариваемого приказа непонятно. На основании изложенного истец просил признать незаконным и отменить приказ ответчика от 23 января 2023 г., взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей.

Истец ФИО1, извещенный о времени и месте рассмотрения дела, в суд первой инстанции не явился, его представитель ФИО2 поддержал заявленные требования по доводам, изложенным в иске.

Представитель ответчика ГБУЗ АО «АКПБ» ФИО3 в ходе судебного заседания в суде первой инстанции с иском не согласился по основаниям, изложенным в отзыве и дополнениях к нему.

Решением Октябрьского районного суда г. Архангельска от 19 мая 2023 г. в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ГБУЗ АО «АКПБ» о признании незаконным и отмене приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности, компенсации морального вреда отказано.

С указанным решением не согласился ФИО1, в апелляционной жалобе, поданной его представителем, просит решение суда отменить и принять по делу новое решение об удовлетворении заявленных требований.

В обоснование доводов апелляционной жалобы истец ссылается на то, что в решении не указано на исполнение контракта ненадлежащим образом, отсутствуют доказательства каких-либо обоснованных и подтверждённых претензий к исполнителю. Считает, утверждение о наличии спора относительно объема оказанных услуг может носить исключительно вероятностный характер, что само по себе не может являться основанием для привлечения истца к дисциплинарной ответственности.

По мнению истца, вопрос несоответствия между объемом оказанной медицинской помощи в сентябре, октябре, ноябре 2022 г. и суммой выставленных счетов за указанный период не подтвержден материалами дела. Изначально позиция ответчика складывалась из того, что отходы класса «В» вообще не могли образовываться после окончания пандемии коронавирусной инфекции, что также не соответствует действительности.

Истец указывает на то, что к отходам класса «В» относятся все отходы патологоанатомического отделения, лаборатории с анализами и инфекционных отделений, открытых на территории больницы. Отходы образуются в соответствии с режимом работы отделения, ежедневно, круглый год. Из материалов дела не представляется возможным определить, что именно вызвало у ответчика сомнения в объеме оказанных услуг в рамках заключенного контракта, и в чем в данной ситуации вина истца. Если предположить, что заявленный исполнителем объем оказанных услуг соответствует действительности, то заключенный контракт исполнен надлежащим образом и в полном объеме.

Также истец считает несоответствующим действительности вывод суда о том, что он является лицом, ответственным за осуществление функций контроля за исполнением спорного контракта. В судебном решении указано на то, что приказом ответчика от 21 января 2021 г. истец назначен ответственным лицом за обращение (сбор, накоплен транспортирование, обработку, утилизацию, размещение отходов) и организацию мероприятий по работе с отходами, образующимися в медицинской организации (проведение анализа образования отходов, учет отходов и составление отчетности; формирование технических заданий для закупочных процедур на приобретение услуг на транспортирование, обезвреживание и размещение медицинских отходов всех классов; обеспечение административно-хозяйственного персонала по вопросам обеспечения безопасного обращения с отходами). Вместе с тем представленный в материалы дела приказ не содержит информации об ознакомлении с ним истца ранее 26 января 2023 г., то есть до окончания действия спорного контракта. Документов, свидетельствующих о том, что истец отказался ознакомиться с приказом ранее указанной даты, не имеется.

Кроме того, по мнению истца, материалами дела полностью подтверждено, что в момент заключения спорного контракта истец был временно нетрудоспособен, а также находился в отпуске, что прямо лишает его возможности контролировать исполнение контракта.

Истец полагает, что ссылки на его должностную инструкцию также не свидетельствуют о том, что он был обязан контролировать исполнение контракта. Истец считает, что как <данные изъяты>, он не должен контролировать обращение с опасными медицинскими отходами, поскольку это не относится к его компетенции. По мнению истца, ответственным за обращение с медицинскими отходами должно быть назначено лицо, имеющее соответствующую подготовку (обращение с опасными и особо опасными отходами), прошедшее вакцинацию и допущенное к выполнению работ с биологическими материалами (соответственно данное рабочее место должно быть отнесено к классу условий труда 3,2 по биологическому фактору - патогенные материалы I-IV группы патогенности). Также данный специалист должен быть обеспечен средствами индивидуальной защиты. Истец таким лицом не является.

Также истец ссылается на то, что судом первой инстанции не дано оценки его доводу о нарушении ответчиком процедуры применения дисциплинарного взыскания. В тексте приказа не содержится информации о том, что у истца в установленном Трудовым кодексом РФ порядке были запрошены объяснения, что свидетельствует о нарушении процедуры применения дисциплинарного взыскания.

ГБУЗ АО «АКПБ» в возражениях на апелляционную жалобу полагает решение суда законным и обоснованным, просит оставить его без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Истец, надлежащим образом извещенный о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явился. Судебная коллегия по гражданским делам, руководствуясь положениями части 3 и 4 статьи 167, части 1 статьи 327 ГПК РФ, считает возможным рассмотреть дело в его отсутствие.

Согласно положениям части 1 статьи 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, поступивших возражений, выслушав пояснения представителя истца, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, и представителя ответчика, полагавшего решение суда законным и обоснованным, судебная коллегия приходит к следующему.

Из материалов дела следует и судом первой инстанции установлено, что с 10 декабря 2018 г. истец ФИО1 работает в ГБУЗ АО «АКПБ» на основании заключенного между сторонами трудового договора и осуществляет трудовую деятельность в должности <данные изъяты>.

Между ГБУЗ АО «АКПБ» (заказчик) и ООО «<данные изъяты>» (исполнитель) заключен контракт от 5 сентября 2022 г. (регистрационный номер 152/22К), согласно которому исполнитель принял на себя обязательства по оказанию услуг по термическому обезвреживанию медицинских отходов класса «В».

В соответствии с пунктом 1.5 контракта со стороны заказчика лицом, ответственным за взаимодействие с исполнителем по вопросу организации процесса оказания услуг, а также за приемку оказанных услуг назначен <данные изъяты> К.

Согласно приложению № 1 к контракту, исполнитель осуществляет взвешивание контейнеров с отражением результатов взвешивания в ежемесячно предоставляемых не позднее 10 числа следующего месяца заказчику документов о приемке.

В связи с возникшими у исполняющего обязанности главного врача ГБУЗ АО «АКПБ» вопросами в части несоответствия между объемом медицинской помощи, оказанной ответчиком населению в сентябре, октябре, ноябре 2022 г., и суммой выставленных исполнителем ООО «<данные изъяты>» счетов за услуги, оказанные по указанному контракту, ответчиком инициировано проведение служебного расследования в части контроля за исполнением контракта на оказание услуг по термическому обезвреживанию медицинских отходов класса «В».

18 января 2023 г. составлен акт по результатам проведения служебного расследования, согласно которому на основании анализа объемов отходов класса «В» главной медицинской сестрой П. выявлено, что учет объемов отходов класса «В» велся <данные изъяты> К. ненадлежащим образом, выявлены несоответствия в объемах отходов. В связи с этим рекомендовано привлечь <данные изъяты> К. и <данные изъяты> ФИО1 к дисциплинарной ответственности в виде замечания.

В соответствии с приказом ГБУЗ АО «АКПБ» от 23 января 2023 г. № 50 истец привлечен к дисциплинарной ответственности в виде замечания в связи с ненадлежащим выполнением должностных обязанностей, предусмотренных пунктом 2.10 должностной инструкции заместителя главного врача по хозяйственным вопросам.

Разрешая рассматриваемый спор и отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что факт совершения истцом проступка, выразившегося в отсутствии осуществления контроля за исполнением контракта от 5 сентября 2022 г. (регистрационный номер 152/22К), заключенного между ГБУЗ АО «АКПБ» и ООО «<данные изъяты>» на оказание услуг по термическому обезвреживанию медицинских отходов класса «В», нашел свое подтверждение в ходе рассмотрения дела. Обязанность по обеспечению контроля исполнения контракта вменена истцу пунктом 2.10 должностной инструкции. Со стороны ГБУЗ АО «АКПБ» ответственным лицом за взаимодействие с исполнителем по вопросу организации процесса оказания услуг, а также за приемку оказанных услуг назначен <данные изъяты> К., подчиненный истцу сотрудник; между тем ФИО1 контроль за ней, как подчиненным сотрудником и ответственным лицом за взаимодействие с исполнителем по вопросу организации процесса оказания услуг, а также за приемку оказанных услуг, не осуществлял, что привело к разногласию между заказчиком и исполнителем по договору в части объема оказанных услуг.

Судебная коллегия не соглашается с указанным выводом суда первой инстанции в силу следующего.

В соответствии с положениями статьи 21 Трудового кодекса РФ работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором; соблюдать правила внутреннего трудового распорядка; соблюдать трудовую дисциплину.

На основании статьи 22 Трудового кодекса РФ работодатель имеет право требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей и бережного отношения к имуществу работодателя и других работников, соблюдения правил внутреннего трудового распорядка.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 35 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», при рассмотрении дела об оспаривании дисциплинарного взыскания следует учитывать, что неисполнением работником без уважительных причин трудовых обязанностей является неисполнение или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.).

При этом в силу действующего трудового законодательства на ответчике лежит обязанность представить доказательства, свидетельствующие о том, что совершенное работником нарушение, явившееся поводом к применению дисциплинарного взыскания, в действительности имело место.

Согласно части 1 статьи 192 Трудового кодекса РФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: 1) замечание; 2) выговор; 3) увольнение по соответствующим основаниям.

При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он совершен (часть 5 статьи 192 Трудового кодекса РФ).

Порядок применения дисциплинарных взысканий установлен в статье 193 Трудового кодекса РФ.

Положениями указанной нормы предусмотрено, что до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания. Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников. Дисциплинарное взыскание не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка, а по результатам ревизии, проверки финансово-хозяйственной деятельности или аудиторской проверки – позднее двух лет со дня его совершения. В указанные сроки не включается время производства по уголовному делу. За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание. Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

Таким образом, дисциплинарным проступком является виновное, противоправное неисполнение или ненадлежащее исполнение работником возложенных на него трудовых обязанностей, в том числе нарушение должностных инструкций, положений, приказов работодателя.

Дисциплинарным проступком могут быть признаны только такие конкретные противоправные действия (бездействие) работника, которые непосредственно связаны с исполнением им трудовых обязанностей.

Из содержания вышеприведенных норм Трудового кодекса РФ и разъяснений Верховного Суда РФ следует, что при привлечении работника к дисциплинарной ответственности работодатель обязан определять, в чем заключался дисциплинарный проступок работника, какие конкретно нарушения трудовых обязанностей были допущены по вине работника, явившиеся поводом к применению дисциплинарного взыскания, с указанием дня совершения и обнаружения проступка.

В соответствии с приказом ГБУЗ АО «АКПБ» от 23 января 2023 г. № 50 к дисциплинарной ответственности привлечены два работника ответчика: <данные изъяты> К. и <данные изъяты> ФИО1 В качестве основания для привлечения указанных работников к дисциплинарной ответственности указан акт по результатам служебного расследования от 18 января 2023 г.

Однако из содержания указанных приказа ответчика и акта по результатам служебного расследования не представляется возможным определить конкретный дисциплинарный проступок, совершенный именно истцом, который явился поводом для применения в отношении ФИО1 меры дисциплинарной ответственности в виде замечания. Также в приведенных документах работодателя не указаны обстоятельства совершения вменяемого истцу проступка и период времени, в течение которого истцом было допущено нарушение без уважительных причин трудовых обязанностей, что давало бы ответчику основания для привлечения ФИО1 к дисциплинарной ответственности.

Суд самостоятельно за работодателя не вправе определять, в чем заключался дисциплинарный проступок работника, послуживший поводом для его увольнения, в противном случае суд выйдет за рамки своих полномочий.

Таким образом, неуказание в приказе ГБУЗ АО «АКПБ» от 23 января 2023 г. № 50 конкретного дисциплинарного проступка, совершенного именно истцом, а также отсутствие в оспариваемом приказе обстоятельств совершения вменяемого работнику проступка и периода времени, в течение которого истцом было допущено нарушение без уважительных причин трудовых обязанностей, является самостоятельным основанием для признания указанного приказа незаконным.

Данный вывод судебной коллегии согласуется с разъяснениями Верховного Суда Российской Федерации, изложенными в пункте 10 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам, связанным с прекращением трудового договора по инициативе работодателя, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 9 декабря 2020 г.

В приказе ГБУЗ АО «АКПБ» от 23 января 2023 г. № 50 и акте по результатам служебного расследования от 18 января 2023 г. указано, что истец ФИО1 допустил нарушение пункта 2.10 должностной инструкции <данные изъяты>, согласно которому истец обязан обеспечивать контроль исполнения контрактов на приобретение товаров, работ, услуг, относящихся к сфере его компетенции.

Сведений о нарушении истцом иных локальных нормативных актов работодателя в приказе и акте не имеется.

Однако из содержания оспариваемого приказа и акта по результатам служебного расследования не следует, что истцом допущены нарушения пункта 2.10 должностной инструкции.

Так, в указанных документах ответчика отражено, что работодателем установлены недостатки, допущенные при заключении контракта от 5 сентября 2022 г. (регистрационный номер 152/22К): <данные изъяты>.

Однако приведенные обстоятельства не свидетельствуют о нарушении ФИО1 своих должностных обязанностей, поскольку истец не составлял указанный контракт и не подписывал его, в период заключения контракта отсутствовал на рабочем месте в связи с временной нетрудоспособностью. В должностные обязанности истца не входит составление и оформление контракта, а также согласование его условий. Тот факт, что истец является одним из членов комиссии по осуществлению закупок, в которую помимо него входят еще 4 работника ответчика, не свидетельствует о нарушении истцом своих должностных обязанностей. Кроме того, приведенные недостатки, допущенные при заключении контракта, не являются нарушениями, связанными с исполнением контракта, следовательно, не могут свидетельствовать о нарушении истцом пункта 2.10 должностной инструкции.

Также в оспариваемом приказе и акте по результатам служебного расследования указано, что учет объемов отходов класса «В» велся <данные изъяты> К. в тетради, в которой содержится информация: дата, месяц, вес в кг, сдал (подпись заказчика), наименование организации ООО «<данные изъяты>» (подпись исполнителя). При этом форма тетради носит формальный характер, ведется экологом и не регламентирована условиями контракта. За периоды с 5 сентября 2022 г. по 30 сентября 2022 г., с 1 октября 2022 г. по 5 октября 2022 г., с 1 ноября 2022 г. по 5 ноября 2022 г., а также после 5 ноября 2022 г. в тетради отсутствуют подписи <данные изъяты> К.

Приведенные обстоятельства также не свидетельствуют о нарушении ФИО1 своих должностных обязанностей, поскольку ведение <данные изъяты> К. учета передаваемых исполнителю отходов класса «В» в специально оформленной ею тетради, не свидетельствует о ненадлежащем исполнении данной обязанности со стороны истца. При этом судебная коллегия обращает внимание, что учет передаваемых исполнителю отходов не урегулирован ни работодателем, ни контрактом, ни на законодательном уровне, следовательно, истец и подчиненный ему работник вправе вести учет передаваемых исполнителю отходов любым удобным образом, в т.ч. и в специально оформленной тетради.

Отсутствие подписи <данные изъяты> К. в тетради за вышеуказанные периоды не свидетельствует о нарушении истцом своих должностных обязанностей. Поскольку порядок ведения указанной тетради, в том числе проставление в ней подписи эколога или другого уполномоченного заказчиком лица, не предусмотрен ни контрактом, ни локальными актами ответчика. При этом <данные изъяты> К. пояснила, что не проставляла подписи в тетради в дни отсутствия на рабочем месте, либо в периоды, в которые она не соглашалась с объемами отходов, заявленными исполнителем. Указанные действия <данные изъяты> К. не противоречат контракту и локальным актам работодателя.

Помимо изложенного, в оспариваемом приказе и акте по результатам служебного расследования указаны следующие обстоятельства: <данные изъяты>

При этом каких-либо выводов о нарушениях, допущенных истцом или иными работниками учреждения, по итогам изложения вышеприведенной информации в приказе и акте не имеется. Сведений о том, каким образом данные обстоятельства связаны с вменяемым работодателем истцу нарушением пункта 2.10 должностной инструкции, оспариваемый приказ ответчика и акт по результатам служебного расследования не содержат.

Кроме того, судебная коллегия обращает внимание, что приказ ГБУЗ АО «АКПБ» от 23 января 2023 г. № 50 и акт по результатам служебного расследования от 18 января 2023 г. не содержат выводов работодателя о том, в чем выразился ненадлежащий контроль со стороны истца за исполнением контракта от 5 сентября 2022 г. (регистрационный номер 152/22К).

Вышеприведенные обстоятельства, отраженные в оспариваемом приказе и акте по результатам служебного расследования, не свидетельствуют о ненадлежащем контроле со стороны истца за исполнением указанного контракта. К тому же приказ и акт не содержат сведений о том, что контракт от 5 сентября 2022 г. (регистрационный номер 152/22К) исполнен какой-либо из его сторон ненадлежащим образом.

Кроме того, ответчиком не представлено в материалы дела доказательств того, что контракт от 5 сентября 2022 г. (регистрационный номер 152/22К) не исполнен или исполнен ненадлежащим образом. Также в материалах дела не имеется доказательств того, что указанный контракт исполнялся одной из его сторон некачественно, ненадлежащим образом, с нарушение его условий, в том числе в части объема передаваемых отходов. Претензий о ненадлежащем исполнении контракта не имелось ни со стороны заказчика, ни со стороны исполнителя. В отсутствие таких обстоятельств вывод о ненадлежащем контроле за исполнением контракта со стороны истца не может быть признан обоснованным.

В ходе судебного заседания суда апелляционной инстанции представитель ответчика ссылался на то, что истец привлечен к дисциплинарной ответственности за неправильную квалификацию отходов класса «В» и ненадлежащий их учет. Однако такое основание для привлечения истца к дисциплинарной ответственности не содержится ни в оспариваемом приказе ответчика, ни в акте по результатам служебного расследования. В связи с этим, вопреки позиции представителя ответчика в суде апелляционной инстанции, данное обстоятельство не являлось основанием для привлечения истца к дисциплинарной ответственности, в связи с чем не может свидетельствовать о законности наложения на ФИО1 дисциплинарного взыскания.

Кроме того, судебная коллегия обращает внимание, что ответчиком не предоставлено в материалы дела доказательств того, что учет отходов класса «В» велся ненадлежащим образом, а также что объем данных отходов завышен и не соответствует действительности. К тому же не предоставлено в суд доказательств того, что отходы, переданные исполнителю и учтенные при реализации контракта от 5 сентября 2022 г. (регистрационный номер 152/22К), необоснованно относились <данные изъяты> К., истцом ФИО1 или иными работниками ответчика к отходам класса «В». Данные выводы ответчика носят предположительный характер, основаны лишь на неподтвержденном мнении работодателя о том, что в период с 6 октября 2022 г. по 20 октября 2022 г. и начиная с 4 ноября 2022 г. отходы данного класса не могли образоваться по причине отсутствия в учреждении карантина, связанного с новой коронавирусной инфекцией (COVID-19). Однако объективными данными указанный довод ответчика не подтвержден. При этом, как следует из пункта 6.3 Правил безопасности обращения с медицинскими отходами в ГБУЗ АО «АКПБ», утвержденных приказом ответчика от 21 января 2021 г. № 74, отходы класса «В» могли образоваться и не только в карантинных отделениях по COVID-19, но и в патологоанатомическом, инфекционном и обсервационном отделениях. К тому же в период с 6 октября 2022 г. по 20 октября 2022 г. и начиная с 4 ноября 2022 г. патологоанатомическое отделение ГБУЗ АО «АКПБ» являлось действующим, что не оспаривалось представителем ответчика в суде апелляционной инстанции. При этом доказательств того, что инфекционное и обсервационное отделения не действовали в указанный период в материалах дела не имеется, в оспариваем приказе и акте по результатам служебного расследования работодатель также не ссылается на то, что данные отделения не действовали.

Судебной коллегией отклоняется ссылка на нарушение истцом требований приказа ГБУЗ АО «АКПБ» от 21 января 2021 г. № 74, в соответствии с которым <данные изъяты> ФИО1 назначен ответственным лицом за обращение (сбор, накопление, транспортирование, обработку, утилизацию, размещение отходов) и организацию мероприятий по работе с отходами, образующимися в медицинской организации (проведение анализа образования отходов, учет отходов и составление отчетности; формирование технических заданий для закупочных процедур на приобретение услуг на транспортирование, обезвреживание и размещение медицинских отходов всех классов; обеспечение административно-хозяйственного персонала по вопросам обеспечения безопасного обращения с отходами), поскольку нарушение указанного приказа не вменяется истцу в качестве основания для привлечения к дисциплинарной ответственности, и не отражено в приказе ГБУЗ АО «АКПБ» от 23 января 2023 г. № 50 и в акте по результатам служебного расследования от 18 января 2023 г. Кроме того, в материалах дела отсутствуют доказательства ознакомления истца с указанным приказом ответчика от 21 января 2021 г. № 74 до заключения контракта от 5 сентября 2022 г. (регистрационный номер 152/22К), а также в период его исполнения. Довод о направлении данного приказа истцу в электронной форме, ответчиком не подтвержден, соответствующих доказательств, отвечающих требованиям относимости и допустимости, в суд не предоставлено. При этом истец оспаривал факт ознакомления с указанным приказом, как в суде первой инстанции, так и в суде апелляционной инстанции. Таким образом, вменение ФИО1 неисполнения приказа ГБУЗ АО «АКПБ» от 21 января 2021 г. № 74, без предварительного ознакомления с ним, является необоснованным.

Учитывая вышеизложенное, судебная коллегия приходит к выводу, что приказ ГБУЗ АО «АКПБ» от 23 января 2023 г. № 50 и акт по результатам служебного расследования от 18 января 2023 г. не содержат сведений о допущенном истцом дисциплинарном поступке, а также о нарушении им пункта 2.10 должностной инструкции. Кроме того, ответчиком не предоставлено в суд доказательств совершения истцом дисциплинарного проступка.

Вышеприведенные обстоятельства свидетельствуют о незаконности приказа ГБУЗ АО «АКПБ» от 23 января 2023 г. № 50 в части применения в отношении ФИО1 дисциплинарного взыскания в виде замечания, в связи с чем вывод суда первой инстанции об отсутствии оснований для удовлетворения иска является необоснованным.

При этом оснований для признания незаконным всего приказа ответчика от 23 января 2023 г. № 50 не имеется, поскольку данный приказ вынесен не только в отношении истца, но и в отношении другого работника ГБУЗ АО «АКПБ», законность привлечения которого не являлась предметом настоящего судебного разбирательства.

Также судебная коллегия обращает внимание на недопустимость вмешательства государства в хозяйственную деятельность юридических лиц, в том числе в части издания, изменения и отмены ими своих локальных нормативных актов, при этом суд наделен полномочиями по признанию таких актов незаконными, в случае если ими нарушаются права работников или если данные акты приняты в нарушение норм действующего законодательства.

Приказ ГБУЗ АО «АКПБ» от 23 января 2023 г. № 50 в части применения в отношении ФИО1 дисциплинарного взыскания в виде замечания признан судебной коллегий незаконным, в связи с чем отмена данного приказ не приведет к восстановлению нарушенных прав истца, поскольку признание приказа незаконным влечет утрату им юридической силы, следовательно, дополнительного возложения на ответчика обязанности по отмене данного приказа не требуется.

В связи с этим судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требования истца об отмене указанного приказа как полностью, так и в части.

В соответствии со статьей 237 Трудового кодекса РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

Поскольку ответчиком было допущено нарушение трудовых прав истца, выразившееся в его незаконном привлечении к дисциплинарной ответственности, судебная коллегия удовлетворяет требование истца о компенсации морального вреда.

Законодатель, закрепляя право на компенсацию морального вреда, не устанавливает единого метода оценки физических и нравственных страданий, не определяет конкретный размер компенсации, а предоставляет определение размера компенсации суду.

Исходя из степени нравственных страданий истца, степени вины ответчика, фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, учитывая последствия допущенных ответчиком нарушений прав истца, требования разумности и справедливости, а также то обстоятельство, что размер компенсации морального вреда не поддается точному денежному подсчету и взыскивается с целью смягчения эмоционально-психологического состояния лица, которому он причинен, судебная коллегия определяет размер компенсации морального вреда в размере 10 000 рублей и взыскивает указанную сумму с ответчика.

Также на основании части 1 статьи 103 ГПК РФ с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 600 рублей.

Учитывая вышеизложенное, судебная коллегия отменяет решение суда в части отказа в удовлетворении исковых требований о признании незаконным приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности, компенсации морального вреда и принимает по делу новое решение, которым частично удовлетворяет исковые требования ФИО1 к ГБУЗ АО «АКПБ» о признании незаконным и отмене приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности, компенсации морального вреда.

Руководствуясь статьями 328, 329, 330 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Октябрьского районного суда г. Архангельска от 19 мая 2023 г. отменить в части отказа в удовлетворении исковых требований ФИО1 к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Архангельской области «Архангельская клиническая психиатрическая больница» о признании незаконным приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности, компенсации морального вреда.

Принять по делу новое решение, которым исковые требования ФИО1 к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Архангельской области «Архангельская клиническая психиатрическая больница» (ИНН <***>) о признании незаконным и отмене приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности, компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Признать незаконным приказ государственного бюджетного учреждения здравоохранения Архангельской области «Архангельская клиническая психиатрическая больница» от 23 января 2023 г. № 50 в части применения в отношении ФИО1 дисциплинарного взыскания в виде замечания.

Взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения Архангельской области «Архангельская клиническая психиатрическая больница» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей 00 копеек.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Архангельской области «Архангельская клиническая психиатрическая больница» о признании незаконным приказа государственного бюджетного учреждения здравоохранения Архангельской области «Архангельская клиническая психиатрическая больница» от 23 января 2023 г. № 50 в остальной части и его отмене отказать.

Взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения Архангельской области «Архангельская клиническая психиатрическая больница» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 600 рублей 00 копеек.

Председательствующий

Е.М. Бланару

Судьи

Т.В. Попова

А.В. Зайнулин