Решение по делу № 2-2004/2023 от 18.10.2023 - о взыскании денежных средств.

Дело № 2-2004/2023 год

39RS0004-01-2023-001251-24

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

18 октября 2023 года г. Калининград

Московский районный суд г. Калининграда В СОСТАВЕ:

председательствующего судьи Нагаевой Т.В.

при секретаре Соколовой Е.Ю.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ООО «Пикасома» к ФИО1 о взыскании денежных средств,

УСТАНОВИЛ:

ООО «Пикасома» (далее истец, компания) обратилось в суд с иском к ФИО1 далее (ответчик) о взыскании неосновательного обогащения, мотивируя свои требования тем, что 09.02.2023 года истцом было обнаружено несоответствие проведенных главным бухгалтером компании проводок в программе 1С фактическим операциям, отраженным в банковских выписках, в связи с чем, была проведена служебная проверка, которой установлен факт причинения истцу материального ущерба, в результате незаконных действий ответчика. Так было установлено, что ответчиком перечислялись денежные средства в качестве подотчетов на её личную банковскую карту без ведома руководителя компании. При этом, данные расходные операции в программе 1С прикрывались, якобы, расходами на оплату поставщикам. В ходе проведенной проверки установлено, что в части данных операций никаких гражданско-правовых договоров с указанными компаниями не заключалось, указанные денежные средства в их адрес не поступали, а проводки, произведенные ответчиком, не являются достоверными. Кроме того, компанией установлено, что ответчиком с целью сокрытия данных манипуляций искажались банковские выписки, выгружаемые в программу 1С. В связи с выявлением вышеуказанного факта в адрес ответчика было направлено уведомление о даче пояснений, письменных пояснений ответчиком по данному факту не представлено, однако, в ходе устных переговоров, подтвержденных аудиозаписью, ФИО1 подтвердила факт причинения компании ущерба, посредством её недобросовестных действий. Также, в период осуществления трудовой деятельности, ответчик обязывала работников, а также самостоятельно, без ведома руководителя, осуществляла снятие денежных средств с корпоративных карт компании, удаляя данные операции из банковских выписок и скрывая их в программе 1С. Всего за период осуществления ею трудовой деятельности с карт компании были сняты денежные средства на сумму <данные изъяты> руб., не получившие отражение в программе 1С. После выявления данных фактов компанией также проведена служебная проверка, подтвердившая вину ответчика. В этой связи ей направлено уведомление о необходимости дать объяснения в рамках проведенных ею операций. Кроме того, компанией было выявлено, ответчиком, вместо установленной приказом заработной платы, в её пользу ежемесячно, без ведома руководителя, переводились суммы, завышенные в 10 раз. Сумма ущерба причиненного истцу, в рамках манупуляций с заработной платой составила <данные изъяты> рублей. Кроме того, вследствие незаконных операций, проводимых ответчиком, банком с компании была списана комиссия в сумме <данные изъяты> руб. В общей сложности истцу причинен ущерб на сумму <данные изъяты> руб. В процессе рассмотрения дела истец уточнил требования, указав, что в общей сложности истцу причинен ущерб в сумме 5 932 909,94 руб. (том 5,л.д.47-51), просил взыскать в свою пользу указанный ущерб.

Представитель истца по доверенности ФИО2 поддержал доводы иска, просил его удовлетворить в полном объеме, указал, что ответчик осуществляла трудовую деятельность, незаконно вывела денежные средства, что считается неосновательным обогащением. Взыскивают сумму за период с 01.01.2019г. по 31.12.2022г. ФИО1 была уволена в ноябре 2022г., о хищении денежных средств узнали в ходе бухгалтерской проверки. До октября 2022г. финансовый контроль не осуществлялся, так как доверяли ответчику. Она предоставила им пояснения в устной форме. Недостача денежных средств была обнаружена 26.01.2023г. В пояснениях ФИО1 утверждала, что был сбой в программе 1С, проводки денежных средств дублировались. Они выяснили, что никаких сбоев в работе программы не было. По проводкам денежных средств она не дала им пояснений. Направляли ей уведомления 09.02.2023г. почтой, которое она получила 10.02.2023г. Больше уведомлений не направляли. Приглашали ФИО1 для объяснений, связывались с ней по телефону, предлагали изучить необходимые документы. Предлагали ФИО1 прийти в организацию, но она проигнорировала. ФИО1 переводила денежные средства самостоятельно, себе на карту, для личного пользования. Ответчику переводилась заработная плата в размере <данные изъяты>, все остальное это излишне выплаченная ей самой заработная плата.

Ответчик ФИО1 с иском не согласна, поясняла, что сначала была принята в компанию «Корабельное дело», учредителями компании являлись братья, они были гражданами <данные изъяты>. В 2014 году была открыта компания ООО «Балтнавис», и далее была создана компания ООО «Пикасома». В ООО «Пикасома» работала по совместительству. Все операции, которые проводились, делались с резолюцией директора и расходовались для приобретения материалов, инструментов и оборудования для групп вышеназванных компаний. Под отчет могли предаваться денежные средства как снятием с корпоративных карт, либо перечислением на её счет, так как не всегда карты компании были в наличии. Потому как учредителями компании являлись представители <данные изъяты>, то в связи с операцией СВО, компания потеряла возможность возить товар. В указанный период товары закупались в 90 % случаев за наличные денежные средства. Она ехала, снимала денежные средства и передавала сотруднику, который был назначен руководителем для покупки товара. Взамен предоставляла документы о получении товара. Если математически сложить предъявленные суммы, то не получается сумма в <данные изъяты> рублей. Всегда все переводы согласовывались с руководством и совершались только с разрешения руководителя. Он переводила денежные средства на свою карту, когда не было карт для расчета с поставщиками, закупки иностранной валюты. Письменно никто не подтверждал перевод денег. Она переводила деньги себе на карту, потом их снимала и отдавала руководству. Претензий не было к ней никогда. Аудиторский отчет с 01.01.2022г. по 01.09.2022г. не выявил нарушений финансовой деятельности. На её объяснения от 03.02.2023г никто не приглашал, доступ ко всем папкам был закрыт для неё. Она получала всегда разную заработную плату, премию и др. Ей руководитель высылал на электронную почту кому и сколько выплатить премии. Премия по итогом месяца приходила в аванс или в зарплату, ежеквартальная премия приходила отдельно. То, что она получала заработную плату больше <данные изъяты>, подтверждается справками 2 НДФЛ. Она передала все ключи и документацию, акта приема-передачи не было. Все банковские карты выдавала она, а с 07.11.2022г стоит подпись нового бухгалтера. Оклад был у неё <данные изъяты> руб., она работала в трех компаниях, и заработная плата была разная в среднем <данные изъяты> руб.

Представитель ответчика по доверенности ФИО3 в судебном заседании не согласился с иском, пояснил, что подотчетные суммы выдавались по распоряжению директора, соответственно отчет происходит в конце месяца, иначе ответчик не получала бы зарплату. Никто не отрицает, что денежные средства перечислялись на счет ответчика, и в указание платежа было написано «под отчет», но не было указано под какой отчет и для каких целей. При увольнении, никто не предъявлял ответчику о наличии какой-либо задолженности по отчетным денежным средствам. Счета у компании в двух банках, это «Альфа банк» и «Райффайзенбанк». Сумма <данные изъяты>, никак не подтверждается, нет платежных документов. Цели перевода под отчет определял руководитель, деньги переводились, ответчик снимал, пополнял расчетный счет другой компании. Покупка валюты происходила для направления работников за границу, ФИО1, покупала волюту, записывала в отчет, товарно-материальная ценность была загружена в систему. Претензий не было. За все денежные средства его доверительница отчитывалась, все периоды ее работы проверены аудиторским отчетам. По аудиторскому заключению от 2022г., указано, что все финансовые операции подписаны должностными лицами, всеми денежными средствами распоряжается руководитель организации. У руководителя имеется банковская печать, и он несет ответственность за расходование денежных средств. Помимо заработной платы ФИО1 получала премии и ежеквартальные премии. Аудитор насчитывает только оклад, без положения о премировании. Заработная плата была разная. Приказ о премировании аудитору не представили. Сумма аванса и зарплаты приходила общей суммой, исходя из бухгалтерской справки. Электронные ведомости составляются и подписываются руководителем, отправляется в банк, из банка по ведомости переводится на счета работников. Перевода в счет заработной платы за период работы ФИО1 на сумму <данные изъяты> нет. ФИО1 формировала ведомость, руководитель подписывал её электронной подписью. Потом ведомость уходила в банк для расчета. Электронной подписи ФИО1 не имела, все платежные документы подписывал руководитель. Все платежные документы подписывал только руководитель. За период работы ответчика в компании проводились аудиторские проверки ежегодно. Никаких замечаний по начислению, расчетам заработной платы сотрудникам не имелось. В заключении аудиторской проверки от 30.09.2022г., недочеты финансовой деятельности не выявились. Карточки на хранение ФИО1 не выдавались, она не несла ответственность за данные карты. Ответственность за все карты лежит на руководителе, он ими распоряжался. Журнал начали вести, только когда ФИО1 пришла на работу, период с 05.06.2021г по 23.11.2021г. когда сам руководитель владел и снимал денежные средства, информации нет. Карты еще и терялись. У директора были и свои карты. По выписке невозможно сказать, что именно ФИО1 сняла денежные средства и потратила на свои нужды. Просил также применить срок исковой давности, поскольку начало ущерба это январь 2019г., о всех снятых денежных средствах с января 2019г. по декабрь 2022г. руководитель знал. Также делается ежемесячный отчет о тратах, его доверительница работала до ноября 2022г.

Заслушав пояснения участников процесса, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Общие положения о материальной ответственности сторон трудового договора, определяющие обязанности сторон трудового договора по возмещению причиненного ущерба и условия наступления материальной ответственности, установлены в главе 37 Трудового кодекса Российской Федерации.

Частью первой статьи 232 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с настоящим кодексом и иными федеральными законами.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 года N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" разъяснено, что в силу части первой статьи 232 Трудового кодекса Российской Федерации обязанность работника возместить причиненный работодателю ущерб возникает в связи с трудовыми отношениями между ними, поэтому дела по спорам о материальной ответственности работника за ущерб, причиненный работодателю, в том числе в случае, когда ущерб причинен работником не при исполнении им трудовых обязанностей (пункт 8 части первой статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации), в соответствии со статьей 24 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации рассматриваются районным судом в качестве суда первой инстанции. Такие дела подлежат разрешению в соответствии с положениями раздела XI "Материальная ответственность сторон трудового договора" Трудового кодекса Российской Федерации. По этим же правилам рассматриваются дела по искам работодателей, предъявленным после прекращения действия трудового договора, о возмещении ущерба, причиненного работником во время его действия, которые, как следует из части второй статьи 381 Трудового кодекса Российской Федерации, являются индивидуальными трудовыми спорами.

Согласно части третьей статьи 232 Трудового кодекса Российской Федерации расторжение трудового договора после причинения ущерба не влечет за собой освобождение стороны этого договора от материальной ответственности, предусмотренной Трудовым кодексом Российской Федерации или иными федеральными законами.

Из правового регулирования порядка возмещения работником ущерба, причиненного работодателю, следует, что обязанность работника возместить причиненный работодателю ущерб, в том числе в случае заключения соглашения о добровольном возмещении материального ущерба, возникает в связи с трудовыми отношениями между ними. Следовательно, дела по спорам об исполнении такого соглашения разрешаются в соответствии с положениями раздела XI "Материальная ответственность сторон трудового договора" Трудового кодекса Российской Федерации. По этим же правилам рассматриваются дела по искам работодателей, предъявленным после прекращения действия трудового договора, о возмещении ущерба, причиненного работником во время его действия, которые в силу части второй статьи 381 Трудового кодекса Российской Федерации являются индивидуальными трудовыми спорами, поэтому к данным отношениям подлежат применению нормы Трудового кодекса Российской Федерации, а не нормы Гражданского кодекса Российской Федерации об исполнении обязательств.

Учитывая изложенное, довод стороны истца о взыскании с ответчика неосновательного обогащения в виде денежных средств со ссылкой на нормы статей 1102, 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах вследствие неосновательного обогащения основаны на неправильном толковании и применении норм материального права, регулирующих спорные отношения.

В соответствии с нормами трудового законодательства (главы 37 и 39 ТК РФ) и разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению (пункты 4, 8, 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16 ноября 2006 г. N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю") материальная ответственность работника является самостоятельным видом юридической ответственности и возникает лишь при наличии ряда обязательных условий, к которым относятся: наличие прямого действительного ущерба, противоправность поведения (действия или бездействия) работника, причинно-следственная связь между действиями или бездействием работника и причиненным ущербом, вина работника в причинении ущерба.

При этом бремя доказывания наличия совокупности указанных обстоятельств законом возложено на работодателя, который до принятия решения о возмещении ущерба конкретным работником обязан провести проверку с обязательным истребованием от работника письменного объяснения для установления размера причиненного ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба. Расторжение трудового договора после причинения работником ущерба работодателю не влечет за собой освобождение работника от материальной ответственности, предусмотренной ТК РФ, в случае установления работодателем факта причинения работником ущерба при исполнении трудовых обязанностей.

Полная материальная ответственность заместителя руководителя и главного бухгалтера организации может быть установлена трудовым договором, заключаемым с ними работодателем (часть 2 статьи 243 ТК РФ). Вместе с тем отсутствие в трудовом договоре с заместителем руководителя или главным бухгалтером организации условия об их полной материальной ответственности не исключает возможность возложения на этих работников такой ответственности при наличии иных оснований, установленных законом, в частности при умышленном причинении ущерба.

Судом установлено, что 01.08.2019г между ООО «Пикасома» и ФИО1 был заключен трудовой договор на неопределенный срок, согласно которому работник обязался выполнять обязанности в организации по должности главный бухгалтер с месячным фондом оплаты труда в размере <данные изъяты> рублей. Настоящий трудовой договор является договором по совместительству (том 1, л.д.37-41). Полная материальная ответственности данным договором не установлена. Приказом от 18.11.2022г. действие трудового договора от 01.08.2019г. прекращено, трудовой договор расторгнут по инициативе работника по п.3 ч.1 ст. 77 ТК РФ.

Согласно материалам дела, основанием исковых требований, предъявленных к ФИО1 как к бывшему бухгалтеру компании, на которую были возложены обязанности, в том числе по ведению бухгалтерского учета, является причинение ответчиком материального ущерба компании в результате умышленных действий ответчика, перечисленных в исковом заявлении (пункт 3 части 1 статьи 243 ТК РФ).

Основным видом материальной ответственности работника за ущерб, причиненный работодателю, является ограниченная материальная ответственность. Правило об ограниченной материальной ответственности работника в пределах его среднего месячного заработка применяется во всех случаях, кроме тех, в отношении которых ТК РФ или иным федеральным законом прямо установлена более высокая материальная ответственность работника, в частности полная материальная ответственность. Одним из таких случаев полной материальной ответственности является умышленное причинение работником ущерба работодателю (пункт 3 части 1 статьи 243 ТК РФ). Наличие основания для привлечения работника к полной материальной ответственности должен доказать работодатель при рассмотрении дела о возмещении причиненного работодателю прямого действительного ущерба в полном объеме.

Как указано в ст. 247 ТК РФ, до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов. Истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт. Работник и (или) его представитель имеют право знакомиться со всеми материалами проверки и обжаловать их в порядке, установленном настоящим Кодексом.

Из материалов дела следует, что 26.01.2023г. руководителем ООО «Пикасома» ФИО5 был издан приказ о проведении служебной проверки по факту неотражения в бухгалтерском учете расходных операций, произведенных с корпоративных карт компании, в связи с получением служебной записки ФИО7 (бухгалтер). Была назначена комиссия в составе ФИО10, ФИО11 и представителя учредителя ФИО6 31.01.2023 г. в адрес ФИО1 было направлено уведомление о предоставлении объяснений в связи с обнаружением 26.01.2023г. отсутствия в бухгалтерском учете компании перечисленных в таблице расходных операций (том 1, л.д. 65-68), всего на сумму <данные изъяты> руб. На данное уведомление от ФИО1 поступили объяснения от 03.02.2023г. (том 1, л.д.114-115), из которых следует, что 07.11.2022г. на постоянное место работы был принят бухгалтер ФИО7, которой были переданы необходимые документы, дела компании, остаток наличных денежных средств, трудовые книжки, корпоративные карты, с паролями и доступами под ключ. В период работы все операции отражались согласно действующего законодательства РФ о бухучете и ежемесячно сдавались отчеты руководителям компаний о расходовании денежных средств, иных материальных ценностей, иначе ей не была бы выплачена зарплата. С 16.01.2023г. ей закрыт дистанционный доступ в бухгалтерские программы 1С, а также рабочим файлам и папкам всех компаний, где она работала. По этой причине не может дать каких-либо точных и объективных пояснений по необходимым операциям по банковскому счету ООО «Пикасома», поскольку не может вспомнить подробности и основания каждой операции в бухучете за период с 21.02. 2022г. по 15.12.2022г. на общую сумму <данные изъяты> руб. из-за большого объеме информации и документов, а также большого количества операций в бухучете по компаниям ООО «Корабельное дело», ООО «Балтнавис», где она работала по совместительству и учет велся совместно в одной программе 1С. Чтобы дать какие-либо пояснения по необходимым для компании операциям, а также исключить возможную ошибку и задвоения операций, ей необходимо ознакомиться с первичными документами бухучета в 1С по вышеуказанным организациям. Также сообщила, что наличные денежные средства по указанию директора, либо лица его заменяющего, снимались с карт ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18, ФИО19, другими сотрудниками, осуществляющими сбор и покупку товарно-материальных ценностей, покупку подарков, оплату бонусов за заказы покупателей, расчет за доставку товаров, опять же всего вспомнить не может, и имели отражение во всех отчетах по движению и расходованию средств для целей общества. Дала также иные объяснения по использованию программного обеспечения Альфа Банка, возможности внесения информации вручную в случае технического сбоя и просила предоставить авансовые отчеты с кассовыми чеками компаний ООО Балтнавис, ООО Корабельное дело, ООО Пикасома; ОСВ по кассе, по складу указанных организаций; сданные ею отчеты по расходованию денежных средств, отчеты по представительским расходам и другие документы данных компаний, указав, что этот список может увеличиться при её работе по данному факту.

В судебном заседании представитель истца указал, что компания предлагала ответчику ознакомиться с необходимыми ей документами, однако ФИО1 этого не сделала, вместе с тем, каких-либо относимых и допустимых доказательств, подтверждающих указанное обстоятельство, сторона истца не представила.

Учитывая, что ФИО1 также осуществляла трудовую функцию в качестве бухгалтера в компаниях ООО Балнавис, ООО Корабельное дело и учет велся совместно в одной программе 1С, что не оспаривалось стороной истца, соответственно для дачи объяснений по установлению причины возникновения ущерба, ей необходимы были первичные документы. Каких-либо актов о том, что на предоставленный доступ к программе 1С, а также документам первичной отчетности, ответчик ответил отказом, не представлено. Исходя из изложенного, суд приходит к выводу, что сторона истца фактически лишила ответчика возможности предоставить доказательства отсутствия виновных действий в причинении ущерба компании. Причем наличие прямого действительного ущерба на указанную сумму в размере <данные изъяты> руб. должен доказать работодатель, однако, исходя из служебной записки ФИО7 от 26.01.2023г. следует, что выявленная недостача составляет <данные изъяты> рублей. Из объяснений ФИО1, данных на уведомление от 31.01.2023г., следует, что речь шла о другой сумме, о другом периоде, при этом была выявлена техническая ошибка работы программы, затем сумма увеличилась вдвое и речь идет о другом периоде.

Также истец 09.02.2023г. направил ответчику уведомление о предоставлении объяснений (том 1, л.д. 64), где указано, что 09.02.2023г. компанией было обнаружено несоответствие проведенных ответчиком проводок в программе 1С фактическим операциям, отраженным в банковских выписках всего на сумму <данные изъяты> руб. Указано, что стало установлено о перечислении ФИО1 в качестве подотчетов на личную банковскую карту без ведома руководителя компании, при этом, данные денежные расходные операции в программе 1С прикрывались якобы расходами на оплату поставщикам. В судебном заседание сторона ответчика подтвердила факт получения указанного уведомления. Доказательств дачи объяснений по данному уведомлению стороной ответчика не представлено. Вместе с тем, поскольку истец предъявил ответчику требование о возмещении ущерба на сумму <данные изъяты> руб., из которых сумма зачисленных подотчетных денежных средств составляет <данные изъяты> рублей, а по обстоятельствам дела уведомил о даче объяснений на иную сумму, суд приходит к выводу, что стороной истца размер действительного прямого ущерба фактически не установлен.

До принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку, истребовать от работника (бывшего работника) письменное объяснение для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Вместе с тем, в материалы дела результаты такой проверки не представлены, размер причиненного действительного прямого ущерба не установлен, как и причины его возникновения, при том, что бремя доказывания соблюдения порядка привлечения работника к материальной ответственности, законом возложено на работодателя. Соответственно, в нарушение вышеназванного порядка соответствующие доказательства, подтверждающие обоснованность заявленных исковых требований на сумму <данные изъяты> руб., из которых согласно расчета истца: комиссия за снятие наличных денежных средств <данные изъяты> руб., ; комиссия за снятие наличных денежных средств 17.10. 2022г. в размере <данные изъяты> руб.; перечисление на карту <данные изъяты> руб.; снятие <данные изъяты> руб.; зп налоги- <данные изъяты> руб.; зарплата <данные изъяты> руб. СПБ Поставщики- <данные изъяты> руб., не представлены. Исходя из сведений об операциях в программе 1С (том 5, л.д.52) сумма выданных денежных средств подотчет на хозяйственные нужды фактически составляет <данные изъяты> руб., что опять не соответствует заявленной сумме, при том, что как указывалось выше ответчику не была предоставлена возможность дать объяснения с доступом к первичной документации бухгалтерского учета в 1С, в том числе по организациям, в которых она осуществляла трудовую деятельность. Доказательств, подтверждающих обратное, суду стороной истца не представлено. Как поясняла ФИО1, ею ежемесячно передавались отчеты руководству компании по расходованию поступивших и полученных ею сумм. Сведения, отраженные в бухгалтерской справке о суммах и датах перечисления денежных средств ответчицей на её личную банковскую карту, о снятии ею наличных денежных средств с корпоративных карт ( том 5 л.д.74-95) при сопоставлении с данными, указанными в журнале выдачи банковских карт, также не подтверждают размер причиненного действительного ущерба, поскольку в некоторые даты, указанные в справке, карты находились на руках иных работников. Из обстоятельств дела следует, что корпоративные банковские карты находились в сейфе и при необходимости их использования, сотрудники компании получали их, о чем в журнале производилась соответствующая запись, причем из журнала следует, что выдавались банковские карты, принадлежащие не только ООО «Пикасома», а также ООО Корабельное дело. Объяснительными записками ФИО20, ФИО21, ФИО22 ( том 5, л.д.72-74) подтверждаются вышеуказанные обстоятельства. Причем карты они получали для оплаты товара на проекты компании. Также необходимо отметить, что представленный журнал не прошнурован, не пронумерован и не скреплен печатью, а фактически представлен в виде листков, находящихся в файле.

Вышеуказанные выводы суда также подтверждаются имеющимися в материалах дела аудиторскими отчетами, проведенными по заданию ООО «Пикасома».

Так, согласно аудиторского отчета ООО «КомКон-Аудит» от 20 июня 2023г по итогам финансово-хозяйственной деятельности компании за январь-декабрь 2022г. (том 5, л.д.2-16) в течение 2022г. работники организации получили наличные денежные средства с использованием корпоративных карт организации с её счета АО «Альфа-Банк»; <данные изъяты> руб. было переедено вподотчет на счет ФИО1. Аудитору не были представлены документы, обосновывающие выдачу в подотчет ФИО1 указанных денежных средств. При этом, в отчете указано, что на дату проведения аудита ФИО1 уволена, в связи с чем, у аудитора отсутствовала возможность получить объяснения по использованию полученных наличных денежных средств. Также отражено в отчете, что аудитору не были представлены Приказы о начислении премий и иных поощрительных выплат на основании Положения о премировании работников ООО «Пикасома», в связи с чем, сделан вывод об отсутствии документов, обосновывающих начисление и выплату заработной платы в сумме <данные изъяты> руб.

Между тем не предоставление указанных документов, при наличии Положения о премировании и фактической выплаты работника заработной платы с учетом премирования, не свидетельствует о выплате излишней заработной платы ФИО1.

В соответствии с аудиторским отчетом от 30 ноября 2023г ООО «КомКон-Аудит» по итогам финансово-хозяйственной деятельности компании за январь-сентябрь 2022г. (том 5, л.д. 196-232) существенных отступлений от норм действующего законодательства по разделу «Налог на доходы физических лиц» в результате проведенных аудиторских процедур, не установлено. При этом, по состоянию на 30.09.2022 по данным учета отражена задолженность Общества только перед поставщиками ООО Корабельное дело <данные изъяты> руб. ; ООО Спецодежда - <данные изъяты>руб., <данные изъяты> прочие, факты, которые привели бы к существенному искажению бухгалтерского учета по статье «Кредиторская задолженность» бухгалтерского баланса, а именно «Задолженность перед поставщиками и подрядчиками», «Задолженность перед персоналом организации не выявлены. Причем в заключительных положениях отчета указано, что мнение о достоверности бухотчестности будет предоставлено после проведения аудита по итогам деятельности за январь-декабрь 2022г.

Оценив по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований ООО Пикасома.

Суд исходит из того, что достаточных, относимых и допустимых доказательств, подтверждающих совокупность условий, при которых на работника может быть возложена материальная ответственность, а именно: наличие прямого действительного ущерба, под которым понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам, противоправного поведения работника, его вины в причинении ущерба, причинной связи между противоправным поведением работника (действиями или бездействием) и наступившим ущербом, не представлено, а также отсутствуют условия для возложения на ответчика полной материальной ответственности, в том числе по основаниям п. 3 ч. 1 ст. 243 Трудового кодекса Российской Федерации ввиду недоказанности умышленного причинения ущерба.

Приведенные стороной истца доводы, не является безусловным основанием для возложения на ответчика материальной ответственности в размере заявленного истцом ущерба, поскольку юридическим значимыми обстоятельствами для привлечения работника к материальной ответственности является наличие ущерба, противоправность поведения (действия или бездействие) работника, его вина в причинении ущерба и причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом, размер которого должен быть установлен исходя из конкретного действия (бездействия) работника и степени его вины. Между тем, доводы истца о противоправности действий ответчика, о доказанности его вины и факта причинения истцу убытков в результате ненадлежащего исполнения должностных обязанностей, равно как и прямого действительного ущерба, своего подтверждения в ходе рассмотрения дела не нашли.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ :

В удовлетворении исковых требований ООО «Пикасома» о взыскании с ФИО1 ущерба в размере 5 932 909,94 рублей, отказать.

Решение может быть обжаловано в Калининградский областной суд через Московский районный суд г. Калининграда в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения.

Мотивированное решение суда изготовлено 25 октября 2023 года.

Судья: подпись