ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 8 августа 2023 года № 33-12793/2023 (2-68/2023)

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан в составе

председательствующего Алексеенко О.В.,

судей Кочкиной И.В.,

ФИО1,

при секретаре Габдулиной Р.Р.

рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Уфа Республики Башкортостан апелляционную жалобу представителя ФИО2 – ФИО3 на решение Октябрьского районного суда города Уфы Республики Башкортостан от 31 января 2023 года

по гражданскому делу по иску акционерного общества «Футбольный клуб «Спартак-Москва» к ФИО2 о взыскании суммы неосновательного обогащения.

Заслушав доклад судьи Алексеенко О.В., судебная коллегия

установила:

акционерное общество «Футбольный клуб «Спартак-Москва» (далее – АО ФК «Спартак-Москва») обратилось в суд с иском к ФИО2 о взыскании суммы неосновательного обогащения в размере 81 988 482,80 рублей; процентов за пользование чужими денежными средствами в размере 10 385 543,84 рублей.

Исковые требования мотивированы тем, что с 21 июля 2020 года ФИО2 являлся генеральным директором АО ФК «Спартак-Москва» на основании трудового договора, в соответствии с которым работнику не предусмотрена выплата компенсации при расторжении трудового договора по соглашению сторон. 9 декабря 2020 года между сторонами заключено дополнительное соглашение к трудовому договору, при этом, трудовой договор с ФИО2 расторгнут 9 декабря 2020 года по соглашению сторон по пункту 1 части 1 статьи 77, статьи 78 Трудового кодекса Российской Федерации. Обращает внимание, что дополнительным соглашением предусмотрена выплата работнику выходного пособия, которая не могла причитаться ФИО2, так как носит произвольный характер и не является заработной платой. Кроме того, 9 декабря 2020 года ФИО2 путем электронной подписи подписал платежное поручение о перечислении себе заработной платы за декабрь 2020 года на сумму 88 343 436,25 рублей. Вместе с тем, на день увольнения ФИО2 полагалась компенсация за неиспользованный отпуск - 4 013 369, 10 рублей и заработная плата за период с 1 декабря 2020 года по 9 декабря 2020 года - 2 331 584,35 рублей. Полагает, что сумма в размере 81 988 482,80 рублей является неосновательным обогащением.

Решением Октябрьского районного суда города Уфы Республики Башкортостан от 31 января 2023 года исковые требования АО ФК «Спартак-Москва» удовлетворены.

В поданной апелляционной жалобе представитель ФИО2 – ФИО3 просит отменить вышеуказанное решение суда по мотиву незаконности и необоснованности, указывая на то, что суд первой инстанции ограничился цитированием текстов апелляционного определения судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан от 7 декабря 2021 года и постановления Девятого арбитражного апелляционного суда от 8 ноября 2021 года, однако не принял во внимание ни обстоятельства заключенного между сторонами дополнительного соглашения к трудовому договору, на основании пункта 2 которого сумма, квалифицированная судом в обжалуемом решении как неосновательное обогащение, была перечислена ответчику, ни обстоятельства расторжения трудового договора, которые привели к ее перечислению; до принятия судебного акта и до оспаривания решения Совета директоров клуба о ее назначении ответчику, стороны воспринимали ее именно как трудовую, поскольку являлась частью суммы, которая была назначена к выплате ФИО2 в качестве выходного пособия при расторжении с ним трудового договора; сумма, выплаченная ФИО2, не может быть взыскана с него в качестве неосновательного обогащения в силу статьи 137 Трудового кодекса Российской Федерации; спорная сумма в размере 81 988 482,80 рублей, выплаченная клубом и полученная ФИО2, не является неосновательным обогащением, так как обязательным критерием квалификации полученной денежной суммы в качестве неосновательного обогащения является приобретение имущества без соответствующего основания, предусмотренного законом или сделкой, при этом, сама сделка – дополнительное соглашение от 9 декабря 2020 года недействительной не признана; причиной и правовой предпосылкой предъявления клубом настоящего иска о взыскании спорной суммы как неосновательного обогащения стала установленная недобросовестность Председателя Совета директоров, о чем истец сознательно умолчал; спорная сумма выбыла у истца не по вине и исполнительных действий ФИО2, а по вине и распорядительных действий ФИО4; истец также сознательно умолчал о том, что в действиях ФИО4 установлено, что он не действовал в интересах клуба добросовестно и разумно; в обжалуемом решении суда отсутствует довод ответчика о том, что истцом избран ненадлежащий способ защиты; истцом пропущен срок, предусмотренный статьей 392 Трудового кодекса Российской Федерации, поскольку клубу как работодателю было известно о совершенной выплате 9 декабря 2020 года, однако с настоящим иском АО ФК «Спартак-Москва» обратилось 10 августа 2022 года, при этом последнему было известно о причиненном, по его мнению, ущербе еще 11 марта 2021 года, когда акционером клуба – акционерное общество «Капитальные активы» был подан иск в Арбитражный суд города Москвы.

Проверив материалы дела, решение суда в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе согласно части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обсудив вопрос о возможности рассмотрения дела в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле, извещённых о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом, выслушав представителя ФИО2 – ФИО5, судебная коллегия не находит оснований, предусмотренных статьёй 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, для отмены решения суда.

Разрешая спор, суд первой инстанции верно установил имеющие значение для дела фактические обстоятельства и дал им надлежащую юридическую оценку в соответствии с нормами материального права.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 21 июля 2020 года между АО ФК «Спартак-Москва» (работодатель) и ФИО2 заключен трудовой договор, по условиям которого работник принимается на работу на должность генерального директора (листы дела 56-62, том 1).

Работнику установлен должностной оклад в размере 6 665 000 рублей в месяц, предусмотрена выплата премиального вознаграждения, решение о выплате принимается советом директором Общества по итогам оценки выполнения соответствующих целей и задач (пункты 5.2., 5.3.).

21 июля 2020 года к указанному трудовому договору заключено дополнительное соглашение (листы дела 63-65, том 1).

9 декабря 2020 года между сторонами: АО «ФК «Спартак-Москва», в лице Председателя совета директоров ФИО4, и ФИО2, заключено дополнительное соглашение, которым трудовой договор, заключенный между Клубом и ФИО2, расторгается 9 декабря 2020 года (пункт 1 статьи 77, статья 78 Трудового кодекса российской Федерации) (пункт 1); при этом, стороны договорились, что работнику выплачивается выходное пособие в размере 399 208 868 рублей, включающее в себя все выплаты, причитающиеся работнику на дату расторжения договора, в том числе заработную плату за декабрь 2020 года, а также компенсацию за неиспользованный отпуск. Указанная в настоящем пункте сумма выплачивается четырьмя равными частями в следующем порядке: 99 802 217 рублей – 9 декабря 2020 года; 99 802 217 рублей до 10 января 2021 года; 99 802 217 рублей до 10 февраля 2021 года; 99 802 217 рублей до 10 марта 2021 года (пункт 2).

Предусмотрено, что из указанных выше платежей будет удержана сумма в размере 3 637 355 рублей, ранее потраченная клубом на обеспечение личной безопасности работника (листы дела 66-67, том 1).

Также установлено, что 9 декабря 2020 года подписан приказ об увольнении ФИО2 с должности генерального директора АО ФК «Спартак-Москва» по соглашению сторон, на основании пункта 1 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации.

Платежным поручением от 9 декабря 2020 года денежная сумма в размере 88 343 436,25 рублей перечислена АО ФК «Спартак-Москва» на счет, принадлежащий ФИО2 (лист дела 69, том 1).

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 8 ноября 2021 года, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда Московской области от 4 марта 2022 года, признано недействительным решение Совета директоров АО ФК «Спартак-Москва» от 9 декабря 2020 года в части делегирования председателю Совета директоров ФИО4 полномочий по согласованию условий расторжения трудового договора с генеральным директором общества ФИО2; признано недействительным решение председателя Совета директоров АО ФК «Спартак-Москва» ФИО4 от 9 декабря 2020 года о согласовании расторжения трудового договора с генеральным директором общества ФИО2 на условиях, указанных в пункте 2 и пункте 2.1 дополнительного соглашения от 9 декабря 2020 года к трудовому договору от 21 июля 2020 года № ГД/2020 (листы дела 101-114, 186-193, том 1).

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан от 7 декабря 2021 года, оставленным без изменения определением судебной коллегии Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 28 апреля 2022 года, в удовлетворении исковых требований ФИО2 к АО ФК «Спартак-Москва» о взыскании выходного пособия, процентов за несвоевременную выплату выходного пособия, компенсации морального вреда отказано.

Из текста вышеприведенных судебных актов следует, что ФИО2 обращался в суд с требованием о взыскании выходного пособия, предусмотренного пунктом 2 дополнительного соглашения от 9 декабря 2021 года, денежной компенсации по статье 236 Трудового кодекса Российской Федерации, компенсации морального вреда, в удовлетворении которых истцу было отказано.

Разрешая спор, суд первой инстанции, принимая во внимание, апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан от 7 декабря 2021 года, исходил из того, что при прекращении трудового договора по соглашению сторон выплата работнику выходного пособия статьей 178 Трудового кодекса Российской Федерации не предусмотрена, при этом, не установлено, что такое выходное пособие предусмотрено трудовым договором сторон либо коллективным договором клуба; спорная сумма в размере 81 988 482,80 рублей (за исключением компенсации за неиспользованный отпуск 4 013 369,10 рублей и зарплаты за период с 1 декабря 2020 года по 9 декабря 2020 года в размере 2 331 584,35 рублей) не относится к каким-либо платежам, полагающимся работнику от работодателя, в том числе не является заработной платой, пособием и иной суммой, предоставляемой гражданину в качестве средства к существованию, соответственно, на сумму исковых требований не распространяется правило об ограничении удержаний из заработной платы; исходя из предмета данного спора, а именно выплаты работнику суммы неосновательного обогащения, которая не относится ни к одному виду выплат, предусмотренных трудовым законодательством либо локальным правовым актом работодателя, нельзя признать, что к исковым требованиям АО ФК «Спартак-Москва» подлежит применению норма трудового кодекса о сроках обращения в суд с трудовыми спорами.

С указанными выводами суда первой инстанции судебная коллегия соглашается в силу следующего.

Главой 27 Трудового кодекса Российской Федерации определены гарантии и компенсации работникам, связанные с расторжением трудового договора.

В частности, в статье 178 Трудового кодекса Российской Федерации приведен перечень оснований для выплаты работникам выходных пособий в различных размерах и в определенных случаях прекращения трудового договора.

Так, выходные пособия в размерах, устанавливаемых данной нормой, выплачиваются работникам при расторжении трудового договора в связи с ликвидацией организации либо сокращением численности или штата работников организации, а также в связи с отказом работника от перевода на другую работу, необходимого ему в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, либо отсутствием у работодателя соответствующей работы, призывом работника на военную службу или направлением его на заменяющую ее альтернативную гражданскую службу, восстановлением на работе работника, ранее выполнявшего эту работу, отказом работника от перевода на работу в другую местность вместе с работодателем, признанием работника полностью неспособным к трудовой деятельности в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, отказом работника от продолжения работы в связи с изменением определенных сторонами условий трудового договора.

Прекращение трудового договора по соглашению сторон является одним из общих оснований прекращения трудового договора согласно пункту 1 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации.

Трудовой договор может быть в любое время расторгнут по соглашению сторон трудового договора (статья 78 Трудового кодекса Российской Федерации).

При прекращении трудового договора по соглашению сторон выплата работнику выходного пособия статьей 178 Трудового кодекса Российской Федерации не предусмотрена.

Вместе с тем в части 4 статьи 178 Трудового кодекса Российской Федерации содержится положение о том, что трудовым договором или коллективным договором могут предусматриваться другие случаи выплаты выходных пособий, а также устанавливаться повышенные размеры выходных пособий, за исключением случаев, предусмотренных Кодексом.

В пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» обращено внимание на то, что при реализации гарантий, предоставляемых Трудовым кодексом Российской Федерации работникам в случае расторжения с ними трудового договора, должен соблюдаться общеправовой принцип недопустимости злоупотребления правом.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июня 2015 года № 21 «О некоторых вопросах, возникших у судов при применении законодательства, регулирующего труд руководителя организации и членов коллегиального исполнительного органа организации» (далее – Постановление № 21) разъяснено, что при рассмотрении исков руководителей организаций, членов коллегиальных исполнительных органов организаций о взыскании выходных пособий, компенсаций и (или) иных выплат в связи с прекращением трудового договора суду необходимо проверить соблюдение требований законодательства и иных нормативных правовых актов при включении в трудовой договор условий о таких выплатах.

В случае установления нарушения условиями трудового договора требований законодательства и иных нормативных правовых актов, в том числе общеправового принципа недопустимости злоупотребления правом, законных интересов организации, других работников, иных лиц (например, собственника имущества организации) суд вправе отказать в удовлетворении иска о взыскании с работодателя выплат в связи с прекращением трудового договора или уменьшить их размер (абзац второй пункта 11 Постановления № 21).

Из приведенных нормативных положений трудового законодательства в их системной взаимосвязи и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что установленная работнику трудовым договором оплата труда, включая выплаты стимулирующего характера (премии, иные поощрительные выплаты), а также выходное пособие, компенсации и иные выплаты в связи с прекращением заключенного с ним трудового договора, в том числе в случае расторжения трудового договора по инициативе работника, должны быть предусмотрены законом или действующей у работодателя системой оплаты труда, устанавливаемой коллективным договором, соглашениями, другими локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством Российской Федерации и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. При установлении в трудовом договоре с конкретным работником названных выплат должны учитываться законные интересы организации, других работников, иных лиц (например, собственника имущества организации), то есть должен соблюдаться общеправовой принцип недопустимости злоупотребления правом.

Суд первой инстанции, приходя к выводу о том, что спорная выплата не является выходным пособием, обоснованно руководствовался апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан от 7 декабря 2021 года, которым в свою очередь сделан вывод о том, что предусмотренная дополнительным соглашением к трудовому договору выплата при увольнении не относится к стимулирующим (поощрительным) выплатам, гарантиям либо компенсациям, предусмотренным законом или действующей у ответчика системой оплаты труда работников, что в совокупности с отсутствием у председателя совета директоров полномочий на ее установление свидетельствует о произвольном характере данной выплаты и злоупотреблении председателем совета директоров правом при включении вышеназванного пункта в трудовой договор, что привело к нарушению прав и законных интересов АО ФК «Спартак-Москва», поскольку на Общество была возложена обязанность по выплате значительной финансовой суммы, не предусмотренной законом, локальными нормативными актами Общества или условиями трудового договора от 21 июля 2020 года. Так, трудовой договор на момент его заключения, оговаривая возможность его прекращения по соглашению сторон, не предусматривал в этом случае осуществление каких-либо компенсационных выплат увольняемому генеральному директору, было отмечено, что во всех случаях, которые прямо не установлены настоящим трудовым договором, при прекращении трудового договора стороны руководствуются положениями действующего законодательства Российской Федерации.

Соответственно, поскольку суд апелляционной инстанции, определяя правовую природу выплат, имеющихся в пункте 2 дополнительного соглашения от 9 декабря 2020 года, пришел к выводу о том, что они не обладают признаками выплат, относящихся к выходному пособию, у суда первой инстанции отсутствовали правовые основания для отказа в удовлетворении исковых требований АО ФК «Спартак-Москва», с чем соглашается суд апелляционной инстанции по настоящему спору, поскольку в силу части 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных данным кодексом.

Действительно, часть 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации освобождает от доказывания фактических обстоятельств дела, но не исключает их различной правовой оценки, зависящей от характера конкретного спора.

Вместе с тем, ссылаясь в апелляционной жалобе на то, что суд не принял во внимание ни обстоятельства заключенного между сторонами дополнительного соглашения к трудовому договору, ни обстоятельства расторжения трудового договора, которые привели к ее перечислению, ограничившись только судебными актами Верховного Суда Республики Башкортостан и постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 8 ноября 2021 года, апеллянтом не учитывается, что названными судебными актами, устанавливалась правовая природа выплат, указанных в пункте 2 дополнительного соглашения, имело ли право лицо (ФИО4) согласовывать расторжение трудового договора с генеральным директором общества ФИО2 на условиях, указанных в дополнительном соглашении от 9 декабря 2020 года.

Применительно к настоящему спору, придание иной правовой оценки обстоятельствам, имевшим место быть, привело бы к искажению фактических обстоятельств, установленных ранее вступившими в законную силу судебными актами.

Ссылка в апелляционной жалобе на то, что до принятия судебного акта от 7 декабря 2021 года и до оспаривания акционерным обществом «Капитальные активы» решения Совета директоров АО «Футбольный клуб «Спартак-Москва», истец и ответчик воспринимали спорную выплату как трудовую – выходное пособие, состоятельной быть признана не может, поскольку согласование условий расторжения трудового договора с генеральным директором общества ФИО2 в части выплаты выходного пособия было осуществлено Председателем Совета директоров ФИО4, полномочия которого признаны недействительными (лист дела 193, том 1).

Довод апелляционной жалобы о том, что в апелляционном определении судебной коллегии от 7 декабря 2021 года указано, что сумма в размере 88 343 436,25 рублей является выходным пособием, отклоняется судебной коллегией, поскольку при рассмотрении спора по иску ФИО2 к АО ФК «Спартак-Москва» о взыскании задолженности по выходному пособию (дело № 2-2964/2021) правовая природа данной суммы судом апелляционной инстанции не устанавливалась, такие требования истцом не заявлялись.

Далее.

В силу части 1 статьи 137 Трудового кодекса Российской Федерации удержания из заработной платы работника производятся только в случаях, предусмотренных этим Кодексом и иными федеральными законами.

В соответствии с частью 4 статьи 137 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата, излишне выплаченная работнику (в том числе при неправильном применении трудового законодательства или иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права), не может быть с него взыскана за исключением случаев: счетной ошибки (абзац второй части 4 названной статьи); если органом по рассмотрению индивидуальных трудовых споров признана вина работника в невыполнении норм труда (часть 3 статьи 155 Трудового кодекса Российской Федерации) или простое (часть 3 статьи 157 Трудового кодекса Российской Федерации) (абзац третий части 4 названной статьи); если заработная плата была излишне выплачена работнику в связи с его неправомерными действиями, установленными судом (абзац четвертый части 4 названной статьи).

Нормативные положения части 4 статьи 137 Трудового кодекса Российской Федерации корреспондируют подпункту 3 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, которым установлены ограничения для возврата в виде неосновательного обогащения заработной платы и приравненных к ней платежей, пенсий, пособий, стипендий, возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью, алиментов и иных денежных сумм, предоставленных гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки.

Поскольку спорная выплата не являлась выходным пособием, соответственно подлежат применению нормы, установленные главой 60 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Пунктом 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 данного Кодекса.

Не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки (подпункт 3 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из приведенных нормативных положений неосновательное обогащение имеет место в случае приобретения или сбережения имущества в отсутствие на то правовых оснований, то есть неосновательным обогащением является чужое имущество, включая денежные средства, которое лицо приобрело (сберегло) за счет другого лица (потерпевшего) без оснований, предусмотренных законом, иным правовым актом или сделкой. Неосновательное обогащение возникает при наличии одновременно следующих условий: имело место приобретение или сбережение имущества; приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого лица произведено в отсутствие правовых оснований, то есть не основано ни на законе, ни на иных правовых актах, ни на сделке.

По смыслу положений подпункта 3 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, не считаются неосновательным обогащением и не подлежат возврату в качестве такового денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средств к существованию, в частности заработная плата, приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина и т.п., то есть суммы, которые предназначены для удовлетворения его необходимых потребностей, и возвращение этих сумм поставило бы гражданина в трудное материальное положение. Вместе с тем закон устанавливает и исключения из этого правила, а именно: излишне выплаченные суммы должны быть получателем возвращены, если их выплата явилась результатом недобросовестности с его стороны или счетной ошибки. При этом добросовестность гражданина (получателя спорных денежных средств) презюмируется, следовательно, бремя доказывания недобросовестности гражданина, получившего названные в данной норме виды выплат, лежит на стороне, требующей возврата излишне выплаченных сумм.

Следовательно, к спорным отношениям, связанным с возвратом выплаченного работодателем работнику выходного пособия, иных сумм, наряду с нормами части 4 статьи 137 Трудового кодекса Российской Федерации подлежат применению положения подпункта 3 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации о недопустимости возврата в качестве неосновательного обогащения заработной платы и приравненных к ней платежей, пенсий, пособий, стипендий, возмещения вреда, причиненного жизни или здоровью, алиментов и иных денежных сумм, предоставленных гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки.

По данному делу юридически значимым с учетом исковых требований АО ФК «Спартак-Москва» о взыскании денежных средств в размере 81 988 482,80 рублей являлся вопрос о том, за выполнение каких особо важных и сложных заданий были назначены и выплачены спорные выплаты ФИО2 и была ли допущена ФИО2 недобросовестность при назначении данных выплат.

Материалами дела не подтверждается, что ФИО2 получил спорную денежную сумму за выполнение каких-либо важных или сложных заданий, при этом, спорная денежная сумма не относится к каким-либо платежам, полагающимся работнику от работодателя вследствие осуществления трудовой деятельности, в том числе не является заработной платой, пособием или иной суммой, предоставляемой гражданину в качестве средств к существованию.

Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Применительно к обстоятельствам настоящего дела следует отметить, что ФИО2 являлся генеральным директором АО ФК «Спартак-Москва», в связи с чем имел объективную обязанность действовать в интересах организации, поскольку, являясь руководителем организации, он осознавал и (или) должен был осознавать, что не заключал соглашение с работодателем о размере выходного пособия, поскольку решение о его размере может быть принято только советом директоров общества.

То есть, в данном случае ФИО2 на момент заключения дополнительного соглашения от 9 декабря 2020 года должен был понимать, что у председателя Совета директоров ФИО4 не имелось полномочий по согласованию условий расторжения трудового договора, поскольку названное относится к исключительной компетенции Совета директоров и не может быть им передано, тем более на единоличное усмотрение.

Таким образом, судебная коллегия полагает, что у суда первой инстанции имелись правовые основания для взыскания спорной суммы с ответчика в пользу истца, поименованной как неосновательное обогащение.

Доводы апелляционной жалобы о том, что сумма, выплаченная ФИО2, не может быть взыскана с него в качестве неосновательного обогащения в силу статьи 137 Трудового кодекса Российской Федерации; спорная сумма в размере 81 988 482,80 рублей, выплаченная клубом и полученная ФИО2, не является неосновательным обогащением, так как обязательным критерием квалификации полученной денежной суммы в качестве неосновательного обогащения является приобретение имущества без соответствующего основания, предусмотренного законом или сделкой, при этом, сама сделка – дополнительное соглашение от 9 декабря 2020 года недействительной не признана состоятельными быть признаны не могут, поскольку не опровергают вышеприведенных выводов судебной коллегии.

При этом, судебная коллегия отмечает, что сама по себе выплата не носила трудовой характер, при этом, постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 8 ноября 2021 года признаны недействительными полномочия ФИО4 в принятии им решения об установлении данной выплаты.

То обстоятельство, что само по себе дополнительное соглашение от 9 декабря 2020 года не оспорено, не опровергает в виду вышеизложенного того факта, что ФИО2 не имел право на данную выплату.

Судебная коллегия также полагает необходимым обратить внимание на то, что исходя из смысла содержания, изложенного в постановлении Конституционный Суд Российской Федерации от 13 июля 2023 года № 40-П следует, что нельзя отказать уволенному работнику в компенсации, которую предусмотрели в трудовом договоре или соглашении о его расторжении.

Вместе с тем, применительно к настоящему спору названное постановление Конституционный Суд Российской Федерации от 13 июля 2023 года № 40-П не может быть применено, поскольку спорная выплата – поименованная истцом как выходное пособие, является неосновательным обогащением, соответственно, сам по себе спор не направлен на установление трудовой гарантии, принимая во внимание, что ФИО2 являлся не рядовым работником, а генеральным директором АО «Футбольный клуб Спартак-Москва».

Кроме того, ссылаясь в апелляционной жалобе на то, что истец должен взыскивать денежные средства с ФИО4, апеллянтом не учитывается, что ответчиком по делу о взыскании неосновательного обогащения является лицо, которое необоснованно приобрело имущество, в данном случае таковым является ФИО2

Довод апелляционной жалобы о том, что истцом избран неверный способ защиты своего нарушенного права также состоятельным быть признан не может.

В силу положений статьи 46 Конституции Российской Федерации, статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации заинтересованным лицам гарантировано право судебной защиты нарушенных или оспариваемых прав и (или) законных интересов их прав и свобод.

Согласно статьям 1, 11, 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, статье 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предъявление любого требования должно иметь своей целью восстановление нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов обратившегося в суд лица, установление наличия у истца принадлежащего ему субъективного материального права, а также установление факта нарушения прав истца ответчиком.

В силу пункта 1 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации к числу основных начал гражданского законодательства относится, в частности, необходимость беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты.

Статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что защита гражданских прав осуществляется, в частности, путем восстановления положения, существовавшего до нарушения права, а также иными способами, предусмотренными законом.

К таким способам относится, в частности, требование о возврате неосновательного обогащения, предусмотренное главой 60 Гражданского кодекса Российской Федерации.

С учетом изложенного выбор способа защиты, как и выбор ответчика по делу является прерогативой истца.

Далее.

Судебная коллегия не находит правовых оснований для переоценки выводов суда первой инстанции о пропуске истцом срока исковой давности в силу следующего.

Абзацем четвертым статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работодатель имеет право обратиться в суд по спорам о возмещении работником ущерба, причиненного работодателю, в течение одного года со дня обнаружения причиненного ущерба.

Вместе с тем, поскольку сама по себе выплата обладает признаками неосновательно полученного ответчиком, суд первой инстанции правомерно применил правила о трехгодичном сроке исковой давности (статья 196 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Соответственно, поскольку о перечислении денежной суммы истец узнал 9 декабря 2020 года, а обратился в суд с иском 4 августа 2022 года, приведенные в апелляционной жалобе доводы обоснованными быть признаны не могут.

Указанные апеллянтом обстоятельства направлены на иную оценку норм материального права и обстоятельств, установленных и исследованных судом в соответствии с правилами статей 12, 56 и 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и нашедших отражение в мотивировочной части решения, в апелляционной жалобе не содержится новых обстоятельств, а также не представлены новые доказательства, опровергающие выводы судебного постановления, а потому не могут служить основанием для его отмены.

Нарушений норм процессуального и материального права, влекущих отмену решения, судом допущено не было.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Октябрьского районного суда города Уфы Республики Башкортостан от 31 января 2023 года оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя ФИО2 – ФИО3 – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в срок, не превышающий трех месяцев, в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (город Самара) через суд первой инстанции.

Апелляционное определение изготовлено в окончательной форме 14 августа 2023 года.

Председательствующий О.В. Алексеенко

Судьи И.В. Кочкина

ФИО1

Справка: федеральный судья Проскурякова Ю.В.