УИД 78RS0011-01-2024-003047-96

Дело № 2-751/2025 Санкт-Петербург

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Пушкинский районный суд города Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Зейналовой К.О.,

при секретаре Гонгало Э.О.,

рассмотрев в открытом судебном заседании 10 июля 2025 года гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к ФИО3, ФИО3 о защите чести и достоинства, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Первоначально ФИО3 обратилась в суд с иском к ФИО3 просила обязать ФИО3 в течение 7 дней с даты вступления в законную силу решения суда опровергнуть сообщенные ею ФГБОУ ВО «Санкт-Петербургский государственный институт культуры» сведения, порочащие честь и достоинство ФИО3, путем направления в адрес института сообщения о несоответствии действительности сведений, ранее ею сообщенных в отношении ФИО3, взыскать с ФИО3 в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 2 000 000 рублей.

В обоснование иска указывала, что работает делопроизводителем в ФГБУ ВО «СПбГИК». 00.00.0000 в адрес института на имя ректора поступило письмо ФИО3 Корреспонденция была направлена посредством экспресс-доставки EMS и содержала сопроводительное письмо ФИО3 на имя ректора института ФИО10 и досудебную претензию ФИО3 к ФИО3 Данные претензия и сопроводительное к ней письмо прошли соответствующую регистрацию в качестве входящей корреспонденции в отделе делопроизводства института, после чего были переданы ректору для ознакомления. Регистрация всей входящей корреспонденции происходит с помощью программы 1С-ЭДО, указанному письму 00.00.0000 был присвоен регистрационный № 0 и в 14 час. 16 мин. в систему 1С были прикреплены файлы: сопроводительное письмо и досудебная претензия, которые стали доступны сотрудниками института. Далее по правилам документооборота института данная корреспонденция поступила проректору для рассмотрения, после чего начальник управления, сотрудником которого истец является, передал корреспонденцию ей. Сведения, указанные ФИО3 в претензии и в сопроводительном письме о якобы хищении (присвоении) истцом якобы ее имущества на общую сумму 500 000 рублей, что согласно ч. 3 ст. 158 УК РФ квалифицируется как кража, совершенная в крупном размере, что, в свою очередь является тяжким преступлением, недостоверны, не соответствуют действительности, являются заведомо ложными и порочат ее честь и достоинство как законопослушного и добропорядочного гражданина. В сопроводительном к претензии письме, адресованном лично ректору института, ФИО3 не просто просит оказать содействие в передаче ей составленной претензии, а сознательно сообщает (распространяет) о ней ложную (неправдивую) подрывающую ее репутацию, информацию. В результате распространения указанных выше недостоверных сведений нарушены права и свободы истца, ей причинены серьезные нравственные страдания, что выражается в форме длящихся глубоких переживаний за возможную потерю уважения как со стороны руководства института, так и коллег, вероятности потери вследствие этого любимой работы. Из-за этого было нарушено ее душевное спокойствие. Тяжелые и глубокие переживания, связанные с пониманием этого, вызвали у него серьёзное расстройство здоровья, выразившиеся в невралгии тройничного нерва и связанных с этим потерей сна и активной работоспособности. Физические страдания проявились в виде приступов острой, невыносимой, напоминающий удар током, боли в области лица (левая половина). Эти боли носят циклический характер. Во время приступа нет возможности говорить, больно моргать и поворачивать голову, снижается мигательный рефлекс, болит половина лица. К тому же к лицевой боли присоединялась сильная головная боль, произошло нарушение сна. 00.00.0000 истец вынуждена была обратиться к врачу, был поставлен диагноз (невралгия троичного нерва) и назначено лечение.

В судебном заседании по ходатайству представителя истца к участию в деле в качестве соответчика привлечена ФИО3 истец полагал, что именно ФИО3 направила спорное письмо в адрес ректора института ФИО10

Истец ФИО2 Н.А. в судебное заседание не явилась, извещена судом надлежащим образом и заблаговременно о времени и месте рассмотрения дела в судебном заседании, воспользовалась своим правом на ведение дела в суде через представителя.

Представители истца адвокаты ФИО11, ФИО3 в судебное заседание явились, поддержали заявленные требования.

Ответчики ФИО3, ФИО3 их представитель ФИО12 в судебное заседание явились, требования не признали, указывали, что ФИО3 предприняла меры предосторожности, чтобы досудебная претензия не была известна широкому кругу лиц, письмо было отправлено лично на имя ректора и не предполагало его распространение в институте, в то время как сотрудники института в нарушении инструкции, не передали письмо лично ректору, а зарегистрировали его в программе 1С. Иной возможности вручить корреспонденцию истцу у ответчика не было. Письмо было направлено ФИО3 по просьбе ФИО3 В письме не содержится обвинений ФИО3 в уголовно наказуемом преступлении. Все что изложено в письме подтверждается доказательствами по делу.

На основании положений ст. 167 ГПК РФ суд приходит к выводу о возможности рассмотреть дело в отсутствие неявившегося истца.

Выслушав представителей истца, ответчиков и их представителя, исследовав материалы дела, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении иска ФИО3

Положения части 1 статьи 21, статей 23 и 34, статьи 45 и части 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации гарантируют каждому право на судебную защиту своей чести и доброго имени.

В силу предписания части 3 статьи 17, статьи 29 Конституции Российской Федерации устанавливается возможность выражения каждым своего мнения и убеждения любым законным способом, не нарушающим права и свободы других лиц. Это обязывает суд как орган правосудия при разрешении возникающих споров обеспечивать баланс конституционно защищаемых прав человека на свободное выражение взглядов и прав на защиту всеми своей чести, достоинства и деловой репутации.

В соответствии с пунктами 1 и 9 ст. 152 ГК РФ гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности. Опровержение должно быть сделано тем же способом, которым были распространены сведения о гражданине, или другим аналогичным способом. Гражданин, в отношении которого распространены сведения, порочащие его честь, достоинство или деловую репутацию, наряду с опровержением таких сведений или опубликованием своего ответа вправе требовать возмещения убытков и компенсации морального вреда, причиненных распространением таких сведений.

Согласно положениям статьи 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ 00.00.0000 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в Постановлении от 00.00.0000 № 0 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц» указал, что предметом проверки суда являются: факт распространения ответчиком сведений об истце, порочащий характер этих сведений и несоответствие их действительности. При отсутствии хотя бы одного из указанных обстоятельств иск не может быть удовлетворен судом.

Под распространением сведений, порочащих честь и достоинство граждан или деловую репутацию граждан и юридических лиц, следует понимать опубликование таких сведений в печати, трансляцию по радио и телевидению, демонстрацию в кинохроникальных программах и других средствах массовой информации, распространение в сети Интернет, а также с использованием иных средств телекоммуникационной связи, изложение в служебных характеристиках, публичных выступлениях, заявлениях, адресованных должностным лицам, или сообщение в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу. Сообщение таких сведений лицу, которого они касаются, не может признаваться их распространением, если лицом, сообщившим данные сведения, были приняты достаточные меры конфиденциальности, с тем, чтобы они не стали известными третьим лицам.

Не соответствующими действительности сведениями являются утверждения о фактах или событиях, которые не имели места в реальности во время, к которому относятся оспариваемые сведения. Не могут рассматриваться как не соответствующие действительности сведения, содержащиеся в судебных решениях и приговорах, постановлениях органов предварительного следствия и других процессуальных или иных официальных документах, для обжалования и оспаривания которых предусмотрен иной установленный законами судебный порядок (например, не могут быть опровергнуты в порядке статьи 152 Гражданского кодекса Российской Федерации сведения, изложенные в приказе об увольнении, поскольку такой приказ может быть оспорен только в порядке, предусмотренном Трудовым кодексом Российской Федерации).

Порочащими, в частности, являются сведения, содержащие утверждения о нарушении гражданином или юридическим лицом действующего законодательства, совершении нечестного поступка, неправильном, неэтичном поведении в личной, общественной или политической жизни, недобросовестности при осуществлении производственно-хозяйственной и предпринимательской деятельности, нарушении деловой этики или обычаев делового оборота, которые умаляют честь и достоинство гражданина или деловую репутацию гражданина либо юридического лица (пункт 7).

Из материалов дела усматривается, что 00.00.0000 ФИО3 направила в адрес ректора Санкт-Петербургского государственного университета культуры ФИО10 письмо следующего содержания:

«Извините за беспокойство, но вынуждены обратиться к Вам по вопросу организационного характера, и просить Вас оказать нам содействие в информировании вашего сотрудника ФИО3 (отдел делопроизводства) о необходимости возврата нам имущества, незаконно ею присвоенного. Иных возможностей сообщить ей об этом у нас нет, поскольку наши телефонные звонки она игнорирует, настоящее место жительства ее неизвестно, известно только место работы.

Будем признательны, если сможете поручить передать ей нашу претензию.

Приложение: Досудебная претензия на 2 л. в 1 экз.»

Согласно досудебной претензии в адрес ФИО3

«00.00.0000 было установлено, что Вы, совместно с определенным кругом лиц по предварительной договоренности, похитили имущество из моей квартиры, которое Вам не принадлежит и вывезли его в неизвестном направлении. Факт хищения зафиксирован в установленном порядке при свидетелях.

Перечень имущества, находящегося в моей квартире, мной составлен ранее, и я подтверждаю его утрату. А именно:

- кровать двуспальная с матрасом, производства «Икея» - 1 шт.,

- тумба прикроватная – 2 шт.,

- комод бельевой – 1 шт.,

- торшер импортный – 1 шт.,

- стул – 1 шт.,

- холодильник «Liebher» импортный – 1 шт.,

- стиральная машина импортная – 1 шт.,

- пылесос импортный – 1 шт.,

- стремянка алюминиевая импортная – 1 шт.

Это не полный перечень имущества, незаконно Вами присвоенного.

Своими противоправными действиями вы нанесли мне значительный материальный ущерб».

Факт распространения информации, содержащейся в сопроводительном письме и претензии, подтверждается, в том числе свидетелем Свидетель №2, являющейся работником института, сослуживицей ФИО3 которая пояснила, что вся почта на имя ректора вскрывается, регистрируется, затем предается адресату, если ректору письмо – доступ у него и у свидетеля. Письмо от ФИО3 поступило через почтовый ящик института. Свидетель его вскрыла, коллега зарегистрировала. Сотрудник, который регистрирует письма, читает их. Все сотрудники отдела делопроизводства и должностные лица в части, касающихся их могут посмотреть письма в системе 1С. Входящая корреспонденция с пометкой «лично» в организации в любом случае открывается и передается, т.к. корреспонденция предназначена должностному лицу. Конверт для ФИО3 был вручен ей лично без регистрации.

Свидетеля Свидетель №1, также являющаяся сотрудником института, пояснила, что ФИО3 – сотрудник отдела делопроизводства. Письмо поступило 4 марта. Все документы, поступающие в вуз вскрываются и подлежат обязательной регистрации. ФИО3, занимается почтой, это ее обязанность. В институте есть почтовый ящик, с ключом. Все к нему имеют доступ. Когда приходи т письмо, вскрывается, регистрируется, сканируется, поступает к ректору, он отписывает проректорам, а они – ниже, если есть необходимость. Если письмо поступает руководителю – они не могут его не регистрировать. Вскрывается ли письмо с пометкой лично – свидетель затрудняется ответить. Сотрудники не имеют права разглашать информацию из писем. Все сотрудники знакомятся с должностной инструкцией. Ректор отписал документы в работу, они ушли ниже. ФИО3 получила эти документы под подпись.

При этом, суд отклоняет доводы представителя ответчиков о том, что факт распространения информации истцом не доказан, поскольку сообщение информации в той или иной, в том числе устной, форме хотя бы одному лицу, является распространением данной информации.

Суд учитывает, что ФИО3 предприняла меры, чтобы информация содержащаяся в претензии, не была доступна широкому кругу лиц, поскольку направила претензию с сопроводительным письмом в адрес ректора с пометкой «лично», что согласно Инструкции по делопроизводству Санкт-Петербургского государственного института культуры, не предполагало вскрытие конверта и регистрацию его в системе 1С, конверт должен был быть передан непосредственно адресату в руки, без вскрытия.

Вместе с тем, изучив сопроводительное письмо и претензию, суд соглашается, что содержащиеся в сопроводительном письме и претензии сведения носят порочащий характер, вместе с тем, в ходе рассмотрения спора судом факт приобретения истцом без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований имущества ответчика ФИО3 нашел свое подтверждение.

Так, в материалы дела представлен чек на приобретение холодильника «Liebher» (л.д. 125).

Кроме того, согласно показаниям свидетеля ФИО3 являющегося супругом истца и бывшим супругом ответчика ФИО3 проживавшим с ФИО2 Н.А. в квартире, расположенной по адресу: Санкт-Петербург, Достоевского ... лит. А, ..., в 2014 году ФИО3 приехала из ... в Санкт-Петербург, 28 апреля они обвенчались, затем заключили брак. Жилья своего у них не было, в связи с чем обратился к бывшей супруге. Она пошла свидетелю навстречу и разрешила им проживать в ее квартире. Квартира была меблирована, в ней было все для жизни. Истец знал, что квартира принадлежит ФИО3. ФИО3 делала ей неоднократно временную регистрацию. Свидетель с ФИО3 совместно приобретал телевизор, два кухонных стула-кресла, палас, мелкие вещи. Свидетель проживал с истцом до 2015 года, затем уехал в Москву, приезжал к истцу до 2021 года. В 2021 году ФИО3 предупредила свидетеля, что ей понадобится эта жилплощадь. Свидетель приобрел однокомнатную квартиру, предупредил ФИО3, что надо выезжать, она отказалась, мотивируя это надуманными предлогами. Осенью отношения у свидетеля с супругой стали портиться. Свидетель предлагал ей съехать на новую квартиру, но она категорически отказалась. Свидетель постоянно приезжал в спорную квартиру. В последний раз был там за две недели до выезда из нее истца. Когда свидетель в очередной раз приехал, обнаружил фактически пустую квартиру. Истец свидетеля не предупредила и за эти 2 недели она вывезла, я так считаю, все, включая туалетную бумагу, лампочки, противень из плиты, мебель. Осталась там только антикварная мебель, которую свидетель приобретал до брака, встроенная мебель, но исчез холодильник. Когда свидетель проживал с истцом, у них сломался холодильник. ФИО3 согласилась на приобретение нового, дала денег на него. Свидетель от ответчика не скрывал, что холодильник приобретается на ФИО1. Из вещей ФИО3 истец вывезла комод, 2 прикроватные тумбочки, торшер, двуспальную кровать, шторы – в большой комнате, в ванной вывезла стиральную машину, необычный стул тоже увезла, холодильник, и еще массу всяких мелочей от посуды, столовых наборов. Из совместно нажитого имущества им был подарен финский пылесос, который она был вывезен. Стремянка и пылесос, принадлежавший ФИО3, тоже вывезены. ФИО3 вывезла свои вещи, совместно нажитое имущество, исчезли личные вещи свидетеля. Ключи от квартиры были у свидетеля, ФИО3, ФИО3 и ее дочери, проживающей в .... Она ее вызвала и поселила в квартире, чтобы ФИО3 не могла попасть в квартиру. ФИО3 не стала вызывать полицию, чтобы вскрывать дверь в свою же квартиру.

Договор аренды никой не заключался, акт не составлялся. Кроме холодильника, в квартиру приобреталась кровать, т.к. от имеющейся шла плохая энергетика, по мнению ФИО3. Свидетель согласовал со ФИО3 покупку новой кровати, она выделила ФИО1, свидетель ее купил, чек не сохранился. Новая стиральная машина не приобреталась. Документы по приобретению холодильника сохранились и находятся у ФИО3, по кровати – нет. Деньги ФИО3 давала свидетелю наличными, подтверждений нет. Чинить препятствия для входа ФИО3 в квартиру ФИО3 начала в ноябре 2023 года. ФИО3 предпринимала шаги решить вопрос мирным путем, но не смогла с ней встретиться. Свидетель не обеспечил доступ в квартиру, поскольку к нему ответчик не обращалась. Вопрос встал остро в ноябре 2023 года, до этого потребности не было. Комплект ключей ФИО3 мне был передан в понедельник, 18 числа через вахту. Съехав с квартиры, она стала тщательно скрывать место пребывания и прекратила со свидетелем все контакты. 17 числа свидетель ночевал на Антонова-Овсеенко, т.к. в квартире спать было не на чем. 17 числа в квартиру заходил. После получения ключей через вахту института, ФИО3 с ним не разговаривала. О том, что ключи на вахте, узнал из смс. Она до выезда поднимала вопрос о вывозе вещей, но согласия свидетель не давал.

Прикроватная тумбочка – и вторая, и торшер – от предыдущих хозяев-архитекторов, когда ФИО3 приобретала квартиру. Комод импортный, кровать, шторы - тоже уникальные импортные, тюль. 17 числа пустота сразу бросилась в глаза. Свидетель никакую мебель не забирал. За 2 недели до этого все было на месте. ФИО3 свидетель сообщил, т.к. я он был ответственный за все. На следующий день она приехала. В общесемейной квартире эта мебель не появилась, где находится – не знает.

В 2021 г ФИО3 проинформировала, чтобы они ускорили освобождение квартиры, но не настаивала, поэтому и перестала продлевать временную регистрацию. А в 2023 вопрос встал остро. Свидетель отдыхал вместе с ФИО3 на юге в августе. В августе-сентябре я сказал ей, что вопрос поставлен ребром.

Свидетель ФИО3 до привлечения ее в качестве соответчика, показала суду, что является дочерью ответчика и ФИО2. Ее отец в 2015 году сообщил, что женился в 4 раз и попросил маму зарегистрировать его жену временно на 3 года сначала, потом до 2021. Отец прописан и почти постоянно проживает в Москве, и просил останавливаться в маминой квартире. А когда он сообщил, что женился, просил разрешить пожить его супруге, мама разрешила. Историю знает со слов матери, отец тоже не скрывал свою историю. Отец чаще жил у свидетеля, с истцом у них были конфликты, во время распространения короновирусной инфекции он жил у на даче у свидетеля. В квартиру свидетель с ответчиком попали 18 декабря в 9 утра, и там была пустота: ни одной занавески на окнах, папина мебель, которую папа попросил там хранить была, другая мебель исчезла, холодильника нет, разделочной доски нет, она нестандартная, противень исчез, плита не стандартная, к ней противень не купить. Фото со всей мебелью, имеющиеся в материалах дела, делала свидетель в 2020 году по просьбе матери на свой телефон. Фото с отсутствующей мебелью также делал свидетель на свой телефон. Мебель, запечатленная в 2020 году, покупалась вместе с квартирой, бытовая техника тоже была. Стиральная машина была, а холодильник был другой, но он сломался, и мама сказала, что надо купить, т.к. мы будем пользоваться. Кровать папа говорил, что хочет поменять, мама была не против, денег дала. Шторы тоже были красивые и стремянка, чтобы до этих окон и лампочек достать. Когда закончилась временная регистрация у истца, свидетель с ответчиком говорили отцу, что надо съезжать, квартира будет использоваться для своих целей. Сын свидетеля поступил в школу, квартира была недалеко от его учебного заведения. Когда стало известно, что ребенок поступил в школу, к 1 сентября ФИО3 не освободила квартиру, отправляли смс, есть фото. Свидетель с мамой ездили на квартиру, не могли открыть квартиру, оставляли записку, ездили к ФИО3 на работу. Они все пытались сделать по нормальному, адекватно. Лично с ФИО3 свидетель знакома. О выселении лично не разговаривала. В институте сопровождала ФИО3 на работу к ФИО3, они пытались ее найти, чтобы она с ними как-то связалась. Никто не скрывал, что ФИО3 там работает, есть информация на сайте института. Их оттуда выгнали. ФИО3 проживала в квартире с 2015 года. ФИО2 чаще проживал у свидетеля. Свидетель точно знает, что жила там ФИО3. Отец постоянно проживает в Москве, свидетель общается с его второй супругой и детьми. О заключении или не заключении договора или актов с перечнем имущества – не знает. В квартире покупался холодильник, кровать, предметы посуды на средства ФИО3. Проживающая в квартире ФИО3 просила заменить кровать – знает со слов матери. Коммунальные услуги ФИО3 оплачивала самостоятельно. Улучшение в квартире – покупка холодильника, кровати для ФИО3. У ФИО3 были ключи. Они заходили в квартиру со ФИО3 по просьбе ФИО2 в 2020, в 2021 – предупреждали его. ФИО3 в квартире не было. В 2023 – не смогли попасть. Один раз они не заходили в квартиру – сами не стали, т.к. там личные вещи ФИО3 А один раз не смогли. В период 2021-2022 отношения отца с ФИО3 складывались очень плохо. С момента окончания временной регистрации в августе 2021 по декабрь 2023 отец чаще бывал у них. Вопрос об освобождении квартиры встал в 2023. Жестких мер для выселения не предпринималось, но участкового искали, консультировались в 28 отделе полиции. Отец работал в институте – знает. При составлении почтового отправления в институт с отцом не советовались. Письмо составляла мама. Второй конверт отправлялся в связи с тем, что все другие попытки и способы связаться с ФИО3 были исчерпаны. Претензия написана ФИО3. Оба почтовых отправления отправляла ФИО3. Мама отправляла, свидетель оплатила. Конверт может быть заполняла.

Свидетель ФИО13, являющаяся подругой ответчика ФИО2 С.А. и риелтором, сопровождающим сделку по приобретении квартиры, в которой проживала истец, пояснила суду, что когда она со ФИО3 зашла в квартиру в 2023 году, оказалось, что из квартиры вывезены вещи. Квартира приобреталась у творческих людей, муж архитектор, жена японка, была очень интересная обстановка, запомнила хорошо, поскольку квартира необычная и приобреталась для моей подруги. Квартира приобреталась со свей обстановкой, вплоть до чашек и ложек, с бытовой техникой. В декабре 2023 часть обстановки отсутствовала, техника отсутствовала – холодильник и стиральная машина. В квартире высокие потолки, была специальная стремянка – тоже исчезла. Шторы, занавески тоже исчезли. Стул был интересный, тоже исчез. Тумбочки и торшер были, комод низкий, кровать была, шторы в большой комнате дорогущие в полоску с каким-то блеском с синевой, все исчезло. Первый раз приходили со ФИО3, в квартире кто-то был, но дверь не открыли. В тот раз мы не попали в квартиру. Попали в квартиру уже в декабре, когда там было пусто. Квартира приобреталась в 2011 году, акт составлялся, имущество было описано, но сохранился ли данный акт, я не знаю.

Согласно показаниям свидетеля ФИО14, являющегося другом ФИО3 в квартире на ... он бывал гостях у ФИО2, первый раз был там еще при пред идущей жене, также бывал в гостях в период проживания ФИО2 с ФИО3. 17 декабря был в квартире, т.к. встретил ФИО2 на вокзале, и поехали в квартиру. Открыли дверь, ФИО2 был удивлен, что ФИО3 нет, было странное освещение, нет телевизора в прихожей. Свидетель подождал, пока он осмотрит все. Бросилось в глаза, что нет кровати и тумбочек. Все остальное не помню. Его мебель из квасного дерева была. Ранее когда свидетель бывал в гостях – это все было. Был ли холодильник 17 числа – не помню. С ФИО2 знаком с 1991. Впервые в квартире на Достоевского был в 2012 году, когда он еще был в браке с Людмилой. На фото помнит кухонный гарнитур – был сделан прежним хозяином-архитектором, шторы на кухне, раковину эту, он менял под ней фильтры, тумбочка при входе справа. Кровать Икеевская, свидетель с братом по просьбе ФИО2 привозили ее из Икея-Дыбенко. Они привозили кровать, т.к. ФИО3 нужна была новая кровать. ФИО2 дал свидетелю денег, и они купили кровать. 17 декабря свидетель встретился с ФИО2 в первой половине дня, т.к. в понедельник он планировал встречался с ФИО3 и с адвокатами. Был световой день. Освещения не было, споты были сняты. За 2 недели до этого ФИО2 начал вести с ФИО3 переговоры по поводу развода, просил его сопровождать.

Таким образом, доказательствами по делу подтверждается соответствие действительности информации, которая была распространена ФИО3

При этом не имеет значения тот факт, что ФИО3 полагала, что это имущество было приобретено ФИО3 или являлось совместно нажитым имуществом, поскольку в рамках гражданского судопроизводства проверяется лишь соответствие действительности распространенной информации, установление наличия умысла на присвоение чужого имущества выходит за рамки полномочий судьи в гражданском процессе.

Учитывая вышеуказанное, суд приходит к выводу, что состав юридически значимых обстоятельств, необходимых для привлечения ответчиков к гражданско-правовой ответственности по ст. 152 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствует, в связи с чем иск ФИО3 не подлежит удовлетворению.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО3 к ФИО3, ФИО3 о защите чести и достоинства, компенсации морального вреда, - оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Санкт–Петербургский городской суд через Пушкинский районный суд Санкт–Петербурга в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья:

Решение принято судом в окончательной форме 25.07.2025