№ 2-120/2023 (публиковать)
УИД 18RS0002-01-2021-010644-89
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
11 октября 2023 года г. Ижевск
Первомайский районный суд города Ижевска Удмуртской Республики в составе судьи Владимировой А.А., с участием прокурора Васильченко С.С., при секретаре Гороховой Д.С., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к БУЗ УР «1 РКБ МЗ УР» о возмещении вреда здоровью, компенсации морального вреда,
установил :
ФИО1 обратилась в суд с иском к БУЗ УР «1 РКБ МЗ УР» о возмещении вреда здоровью, компенсации морального вреда. В обоснование иска указала, что <дата> упала на улице и получила травму обоих коленных суставов. <дата> в ТОП ГБ № 3 сделала рентген левого колена (гематома) и продолжила лечение в ГКБ № 1 по месту жительства. Через 2 недели появилась боль в правом коленном суставе. С результатом МРТ от <дата> вновь обратилась в ТОП ГБ № 3. Ортопед ФИО2 выписал направление на консультацию для решения вопроса об операции в поликлинику БУЗ УР «1 РКБ М3 УР». <дата> ортопед ФИО3 подтвердил необходимость в проведении операции, при этом диск с записью МРТ смотреть не стал. <дата> она была госпитализирована в плановом порядке в ортопедическое отделение БУЗ УР «1 РКБ М3 УР». В тот же день ее вызвал в кабинет лечащий врач-хирург ФИО4, и она стала отвечать на интересующие его вопросы. Диагностику коленного сустава, пальпацию, сгибание, разгибание и т.д. он проводить не стал. На ее предложение посмотреть диск с записью МРТ ответил, что плохо разбирается в данном методе исследования, к тому же, у него на компьютере отсутствует дисковод. В конце беседы он пообещал «разобраться» с ее коленом на операции. ФИО4 не предупредил ее, что в таком возрасте (66 лет) часто бывают серьезные осложнения. Через месяц после операции она начала ходить с тростью. Кроме непроходящей боли в колене, появилась хромота (нога до конца не разгибалась). Как следствие, добавились боли в пояснице, позвоночнике, <данные скрыты>. После проведенного МРТ <дата> выяснилось, что операция выполнена неудачно из-за ошибочных действий хирурга, а именно: произошла дислокация переднего рога медиального мениска, которая не позволяла ноге разогнуться. Прочитав заключение, ФИО4, не осмотрев ее колено, объяснил, что такое бывает и предложил повторную операцию, она отказалась. Далее начались ее хождения по врачам. На консультации в «ПИМУ» г. Н. Новгород <дата> ортопед-хирург ФИО5, посмотрев диск с записью МРТ до и после операции, сказал, что ее обязаны были предупредить о том, что артроскопию менисков пациентам в возрасте 60 +, с ДОА II ст. практически не делают, ввиду серьезных осложнений и развития артроза III ст. Эти же слова он повторил перед операцией <дата> При грамотном обследовании, именно со стороны хирурга, который знает все тонкости операции и её последствия, она бы могла избежать этих 2-х операций и не стала бы инвалидом раньше срока. Тем более, из-за дважды перенесенного наркоза развилась <данные скрыты> и нужна операция. Сложившаяся ситуация повлекла серьезные изменения в ее жизни. На протяжении 3-х лет она с трудом передвигается, мышцы голени атрофировались, колено, по всей видимости, уже никогда не разогнется. На данный момент она нуждается в частичном уходе за собой. Просит взыскать с БУЗ УР «1 РКБ» М3 УР в ее пользу в счет возмещения вреда здоровью дополнительно понесенные расходы в размере 25 398 руб., компенсацию морального вреда в сумме 500 000 руб.
Протокольным определением от <дата> к участию в деле в качестве третьего лица привлечен ФИО4, врач травматолог-ортопед ортопедического отделения БУЗ УР «1 РКБ МЗ УР».
В судебном заседании истец ФИО1 на удовлетворении заявленных требований настояла, суду пояснила, что ей дали направление на операцию по медиальному мениску, когда она поступила непосредственно в стационар, ее пригласил хирург ФИО4, он начал спрашивать, как она упала, по ее ответам на вопросы начал печать, осмотра не было, все тесты, которые должен был провести хирург, он не сделал, то есть положить на кушетку, осмотреть. На вопрос о том, что она принесла с собой диск, он ответил, что плохо разбирается в данном методе исследования и сказал, что разберется на операции, потом он начал заполнять лист согласия, все это происходило очень быстро, она его подписала, там было очень в обобщенной форме сказано, что нужна артроскопия коленного сустава, в этом согласии не было ничего прописано, никаких объяснений по поводу того, что могут быть осложнения, не были проведены тесты, не был им просмотрен диск, и он ей не сказал, какие могут быть последствия, а операция была показана. У нее была <данные скрыты>, и при отдалении мениска <данные скрыты> перешел в <данные скрыты>. Она сама приехала в Нижний Новгород и там узнала, что такие операции в ее возрасте не делают. Тяжелое состояние и протезирование коленного сустава, которое она была вынуждена сделать, - это последствия данной операции, эти разрывы мениска подлежат операции, поскольку ходить почти невозможно. В поликлинику № 1 она пришла нормально, но после того, как сделали операцию, стала ходить с тростью, наблюдался именно <данные скрыты>, который перешел в <данные скрыты>. С заключением экспертизы не согласна.
В судебном заседании представитель ответчика ФИО6, действующий на основании доверенности, исковые требования не признал, суду пояснил, что по делу была проведена судебная экспертиза, которая подтвердила, что доводы истца являются необоснованными, проведенная операция соответствует клиническим показаниям. Развитие неблагоприятных последствий произошло вследствие <данные скрыты>, это связано с возрастом, с полученными травмами, а не с операцией. Считает, что оснований для удовлетворения исковых требований нет. Также поддержал доводы своих письменных возражений, согласно которым проблема в коленных суставах началась у истца еще в <дата> г. Далее была травма коленных суставов, по результатам обращения за медицинской помощью были выставлены показания к операции. Возраст старше 60 лет не является противопоказаниям к артроскопии. Во время операции правого коленного сустава выявлены разрыв заднего года медиального мениска, изменения суставного хряща медиальных отделов сустава. Поражение было рассмотрено как <данные скрыты>, при котором проводится удаление ворсин и фрагментов отслоившегося хряща. Повреждения мениска резецируются, без полного удаления мениска, производится резекция повреждения подвижной части мениска с сохранением прикрепления оставшейся части к капсуле сустава. Повреждения суставного хряща коленного сустава носят необратимый характер и спрогнозировать скорость его дальнейшего разрушения вне зависимости от проводимого лечения практически невозможно, что связано с множеством факторов. При последующей реабилитации в зависимости от клинической картины течения заболевания не исключается проведение повторной операции, артроскопической санации (дебридмента) сустава. В ряде случаев используется методика повторяющихся этапных операций с паллиативной (направленной на временное улучшение) целью при согласии пациента. Таким образом, проведенная артроскопическая операция являлась обоснованной, проведена по показаниям, адекватного объема, являлась эффективной. Следовательно, обязанность по компенсации морального вреда может быть возложена на БУЗ УР «1 РКБ М3 УР» при наличии вины. Поскольку какая-либо вина БУЗ «1 РКБ М3 УР» отсутствует, нет оснований для удовлетворения заявленных требований о взыскании морального вреда. Также, истцом заявлены к взысканию расходы в размере 25 398 руб., однако никаких доказательств несения данных расходов не представлено. В иске просит отказать в полном объеме.
Дело рассмотрено в отсутствие третьего лица ФИО4, просил дело рассмотреть в его отсутствие, представил письменные пояснения, согласно которым под ёмким словом «артроскопия» подразумевается целый комплекс манипуляций, направленный на улучшение состояния пациента. И каждому пациенту озвучиваются и разъясняются все цели, задачи, этапы и ход операции, возможные варианты лечебного воздействия на коленный сустав, возможные последствия и осложнения. <данные скрыты> – гетерогенная группа заболеваний различной этиологии со сходными биологическими, морфологическими, клиническими проявлениями и исходом, в первую очередь хряща, а также субхондральной кости, синовиальной оболочки, связок, капсулы, околосуставных мышц. Характеризуется постоянным прогрессирующим течением.
Допрошенный Ленинским районным судом г. Кирова в порядке выполнения судебного поручения эксперт ФИО7 показал:
Вопрос № 1: Были ли четкие абсолютные показания для проведения операции по резекции мениска ФИО1
Вопрос № 7: Цель проведения операции по резекции медиального мениска, как единственного способа лечения, учитывая при этом: - жалобы только на ноющую боль в области надколенника; - дегенеративные изменения менисков - до 2 ст. у пациента; - отсутствие хромоты при ходьбе; - полное разгибание коленного сустава; - отсутствие «лоскутного разрыва и разрыва по типу «ручка-лейка»?
Ответы: Учитывая жалобы пациентки (<данные скрыты> данные анамнеза (<данные скрыты>), неэффективность консервативного лечения, клинические проявления основного заболевания - <данные скрыты> и результаты магнитно-резонансной томографии от <дата> (<данные скрыты>), для проведения <дата> оперативного лечения - артроскопии у ФИО1 имелись абсолютные показания.
Согласно Клиническим рекомендациям в случаях появления клиникорентгенологических признаков развивающегося <данные скрыты> рекомендована активная хирургическая тактика - артроскопическая менискэктомия с санацией. Каких-либо противопоказаний у ФИО1, в том числе и возраст пациентки, для выполнения ей артроскопической менискэктомии не установлено.
Согласно Клиническим рекомендациям показаниями к артроскопической менискэктомии являются боль в области коленного сустава в проекции суставной щели, повторяющиеся блокады сустава, ограничение движений сустава.
Вопрос № 2: Вопрос, касающийся оформления индивидуального добровольного согласия (ИДС). В соответствии со ст. 20 ФЗ от 21.11.2011 г. № 323-Ф3 ИДС на оперативное вмешательство должно содержать полную информацию о целях, методах, рисках, последствиях оказания медпомощи. В отпечатанном на компьютере бланке ИДС «1 РКБ» от <дата> в графе: «Согласие на оперативное вмешательство вписано неразборчивым почерком: Артроскоп…право...колено...сустава. В графе: «иных осложнений» - абсолютно неразборчивое слово. Является ли допустимым такое ненадлежащее ведение мед. документации, которое свидетельствует о недобросовестности, небрежном отношении к пациенту? Чем объяснить отсутствие записи «резекция мениска» в ИДС? Можно ли утверждать, что ФИО1 получила полную информацию о предстоящей операции, если о хирургической манипуляции она узнала только прочитав выписку из истории болезни: <дата> Выполнена операция: артроскопия, резекция медиального мениска. - Такое ведение документации содержит полную информацию о целях операции и предполагаемых результатах? - Почему имеет место расхождение в записях медицинских документов хирурга ФИО4 «1 РКБ» выписка из истории болезни № от <дата> выполнена операция: артроскопия, резекция медиального мениска.
Ответ: В соответствии с п. 8 ст. 20 Федерального Закона № 323-ФЗ от 21.11.2011 г. «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» порядок дачи информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство, в том числе в отношении определенных видов медицинского вмешательства, утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.
В медицинской карте стационарного больного БУЗ «Первая республиканская клиническая больница Министерства здравоохранения Удмуртской Республики» № на имя ФИО1 имеется Информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство от <дата> с подписью пациентки, где указано следующее: Я, ФИО1, находясь на лечении в ортопедическом отделении БУЗ УР «1 РКБ М3 УР» добровольно даю свое согласие на проведение мне (представленному) указанного медицинского вмешательства: осмотр...(почерк неразборчив) Я согласен с тем, что необходимость других методов обследования и лечения будет мне разъяснена полностью. Я информирован (информирована) о целях, характере, возможных видах медицинских вмешательств (в случае необходимости, дополнительных медицинских вмешательств), возможных неблагоприятных эффектах и рисках данного медицинского вмешательства возможности преднамеренного причинения вреда здоровью, а также о том, что предстоит мне (представленному) делать во время их проведения; Мне согласно моей воли даны полные и всесторонние разъяснения о характере, степени тяжести и возможных осложнений моего заболевания (здоровья представляемого). Я ознакомлен (ознакомлена) и обязуясь соблюдать режим лечения и правила поведения, установленные в данной медицинской организации. Я извещен (извещена) о том, что мне (представляемому) необходимо регулярно принимать назначенные препараты и другие методы лечения, немедленно сообщать врачу о любом ухудшении самочувствия, согласовывать с врачом прием любых, не назначенных лекарственных препаратов. Я предупрежден (предупреждена) и осознаю, что отказ от лечения, наблюдение любого режима, рекомендаций медицинских работников, режима приема препаратов, самовольное использование медицинского инструментария и оборудования, бесконтрольное самолечение могут осложнить процесс лечения и отрицательно сказаться на состояние здоровья. Я поставил (поставила) в известность врача обо всех проблемах, связанных со здоровьем, в том числе об аллергологических проявлениях или индивидуальной непереносимости лекарственных препаратов, обо всех перенесенных мною (представляемым) и известным мне травмам, операциях, заболеваниях, об экологических и производственных факторах физической, химической или биологической природы, воздействующих на меня (представляемого) во время жизнедеятельности, о принимаемых лекарственных средствах. Я сообщил (сообщила) правдивые сведения о наследственности, а также об употреблении алкоголя, наркотических и токсических средств. Я согласен (согласна) на осмотр другими медицинскими работниками и студентами медицинских вузов и колледжей исключительно в медицинских, научных или обучающих целях с учетом сохранения врачебной тайны. Я ознакомлен (ознакомлена) и согласен (согласна) со всеми пунктами настоящего документа, положения которого мне разъяснены, мною поняты и добровольно даю свое согласие на медицинское вмешательство в предложенном объеме. Сведения о выбранных мною лицах, которым я соответствии с пунктом 5 части 5 статьи 19 ФЗ от 21 ноября 2011г. 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан РФ» может быть передана информация о состоянии моего здоровья или состояния лица, законным представителем которого я являюсь. Подпись пациента: ФИО1 (стр. 7 Заключения эксперта № от <дата>)
<дата> оформлено Информированное добровольное согласие на оперативное вмешательство. Я, ФИО1, <данные скрыты>., находясь на лечении (обследовании, родоразрешении) в: ортопедическом отделении БУЗ УР «1РКБ М3 УР» добровольно даю свое согласие на проведение мне (представляемому) оперативного вмешательства: артроскопия правого коленного сустава и прошу персонал медицинского учреждения о ее проведении. Подтверждаю, что я ознакомлен (ознакомлена) с характером предстоящего мне (представляемому) вида оперативного лечения. Мне разъяснены, и я понимаю особенности и ход предстоящего оперативного лечения. Мне разъяснено и я осознаю, что во время операции могут возникнуть непредвидимые обстоятельства и осложнения. В таком случае я согласен (согласна) на то, что ход операции может быть изменен врачами по их усмотрению и выполнены дополнительные виды оперативного вмешательства. Я предупрежден (предупреждена) о факторах риска я понимаю, что проведение операции сопряжено с риском потери крови, возможностью инфекционных осложнений, нарушений со стороны сердечнососудистой и других систем жизнедеятельности организма, иных осложнений... непреднамеренного причинения вреда здоровью и даже неблагоприятного (летального) исхода. Я предупрежден (предупреждена), что могут потребоваться повторные операции, в т.ч. в связи с возможными послеоперационными осложнениями или с особенностями течения заболевания, и даю свое согласие на это. Я поставил (поставила) в известность врача обо всех проблемах, связанных со здоровьем, в том числе об аллергических проявлениях или индивидуальной непереносимости лекарственных препаратов, обо всех перенесенных мною (представляемым) и известных мне травмах, операциях, заболеваниях, в т.ч. носительстве ВИЧ-инфекции, вирусных гепатитах, туберкулезе, инфекциях, передаваемых половым путем, об экологических и производственных факторах физической, химической или биологической природы, воздействующих на меня (представляемого) во время жизнедеятельности, принимаемых лекарственных средствах, проводившихся ранее переливаниях крови и ее компонентов. Сообщил (сообщила) правдивые сведения о наследственности, а также об употреблении алкоголя, наркотических и токсических средств. Я знаю, что во время операции возможна потеря крови и согласен на переливании донорской или ауто (собственной) крови и ее компонентов. Я согласен (согласна) на запись хода операции на информационные носители и демонстрацию лицам с медицинским образованием исключительно в медицинских, научных или обучающих целях с учетом сохранения врачебной тайны. Мне была предоставлена возможность задать вопросы о степени риска и пользе оперативного вмешательства, в т.ч. переливаний донорской или ауто (собственной) крови/или ее компонентов и врач дал понятные мне исчерпывающие ответы. Я ознакомлен (ознакомлена) и согласен (согласна) со всеми пунктами настоящего документа, положения которого мне разъяснены, мною поняты и добровольно даю свое согласие на проведение мне оперативного вмешательства (в т.ч. переливания крови и ее компонентов). Подпись пациента: ФИО1 (стр. 8 Заключения эксперта № от <дата>).
<дата> Согласие с общим планом обследования и лечения. Я, ФИО1 находилась на лечении в ортопедическом отделении БУЗ УР 1РКБ М3 УР ознакомлен(а) моим лечащим врачом с намеченным мне общим планом обследования и лечения. Лечащим врачом мне лично разъяснены цель, характер, ход и объем планируемого обследования, а также способы его проведения. Я ознакомлен (а) с планом предполагаемого медикаментозного лечения и действием лекарственных препаратов, с возможными изменениями медикаментозной терапии в случае непереносимости тех или иных лекарственных препаратов, изменением состояния здоровья, требующего изменения тактики лечения, а также применением лекарственных препаратов и других методов лечения, которые могут быть назначены врачами-консультантами по согласованию с моим лечащим врачом. Я уполномочиваю врачей выполнить любую процедуру или дополнительное вмешательство, которое может потребоваться в целях лечения, а также в связи с возникновением непредвиденных ситуаций. Со мной обсуждены последствия отказа от обследования и лечения. Я получил (а) исчерпывающие и понятные мне ответы на вопросы и имел (а) достаточно времени на принятие решения о согласии на предложенное мне обследование и лечение. Я предупрежден, что за грубое нарушение больничного режима смогу быть досрочно выписан из БУЗ УР 1 РКБ М3 УР. Подбор и осуществление медикаментозного и других видов лечения доверяю своему лечащему врачу. Роспись пациента ФИО1
Исходя из практического опыта, перед тем, как подписывать ИДС пациент спрашивает врача о предстоящем оперативном лечении.
Учитывая изложенное, следует считать недостатком ведения медицинской документации отсутствие записи лечащего врача «резекция мениска» в ИДС.
Вопрос № 3: в связи с чем была нарушена походка после оперативного вмешательства?
Ответ: нарушение походки у ФИО1 связано с прогрессированием <данные скрыты>.
Вопрос № 4: Как можно объяснить развитие <данные скрыты>, в связи с невыполнением рекомендаций врача, таких как: - не принимала таблетки <данные скрыты>. (т.к. кол-во тромбоцитов было 130 тыс/мк, тромбоцитопения); - временно на 1 час. не надела компрессионный трикотаж, так как поехала к врачу на осмотр.
Ответ: <данные скрыты>.
<данные скрыты> относится к группе дегенеративных заболеваний, имеющих планомерное течение. Операция по санации сустава (артроскопия) является наиболее действенным и малоинвазивным методом, сдерживающим дальнейшее развитие <данные скрыты>
По данным медицинских документов: «<дата> - Осмотр врача травматолога-ортопеда: Жалобы на ноющие боли в правой ноге. Анамнез болезни: Болеет с <дата>. С <дата> по <дата> гг. находилась на стац. лечении в ортопедическом отделении 1 РКБ. <дата> - операция: артроскопия, резекция медиального мениска. Общий осмотр: Ходит на костылях без нагрузки на правую ногу. Отек болезненность правого коленного сустава незначительные. Послеоперационная рана спокойная, швы состоятельны. Ишемии правой стопы нет, пальцы подвижны. Препараты не принимает. Компрессирующим трикотажем не пользуется.
<дата> амбулаторный прием. По МРТ определяется дислокация переднего рога внутреннего мениска. Консультирована ФИО4 - предложена повторная операция (отказалась). Далее направлена при отсутствии положительной динамики консервативного лечения на эндопротезирование сустава».
Уменьшение амплитуды движений у пациентки ФИО1, их затруднение, хромота, боли в поясничном отделе позвоночника, вальгусная деформация стопы, атрофия мышц правого бедра, необходимость в проведении оперативного вмешательства - одномыщелкового эндопротезирования являются результатом развития (прогрессирования) дегенеративного заболевания коленного сустава: гонартроза.
Развитию неблагоприятных последствий оперативного лечения могли способствовать невыполнение пациенткой рекомендаций врача травматолога-ортопеда. Однако в основном, развитие данных последствий связано с прогрессированием у ФИО1 хронического заболевания - <данные скрыты>. Прогрессирование <данные скрыты> у ФИО1 после оперативного лечения <дата> подтверждается не только клиническими и объективными данными, но и результатами неоднократно выполненных исследований - МРТ.
Вопрос № 5: Заключение оперирующего травматолога-ортопеда ФИО8 ФГБОУ ВО «ПИМУ» М3 УР г. Н. Новгород от <дата> Диагноз: «<данные скрыты>., состоянии после артроскопической резекции внутреннего мениска правого коленного сустава. Посттравматическая гипертрофия синовиальных складок переднемедиального отдела правого к.с.». Является ли данное заключение следствием развития <данные скрыты> вследствие проведенной операции?
Ответ: Данное заключение является следствием прогрессирования <данные скрыты> и не является следствием проведенной операции. Прогрессирование зависит от многих факторов. Фундаментальная причина развития заболевания заключается в несоответствии между механической осевой нагрузкой на нижнюю конечность и способностью структурных элементов коленного сустава противостоять этой нагрузке. Биологические свойства тканей, образующих коленный сустав, могут быть скомпрометированы генетически или изменяться под воздействием экзогенных и эндогенных приобретённых неблагоприятных факторов.
Установлены факторы, ассоциированные с развитием и прогрессированием <данные скрыты>, среди которых выделяют следующие: <данные скрыты>. Время всегда влияет на прогрессирование <данные скрыты>: в старших возрастных группах возрастает, как частота встречаемости остеоартроза, так и степень его выраженности. При этом вне зависимости от возраста у женщин заболевание развивается в 1,2-1,7 раз чаще, чем у мужчин
Вопрос № 6: В связи с тем, что жизнь и здоровье человека бесценны, пациент, обращаясь за оказанием медицинской помощи, вправе рассчитывать на благоприятный исход выбранного врачом способа лечения. Согласно письму Минздравсоцразвития от <дата>. №, к благоприятным исходам можно отнести: клиническую ремиссию хронического заболевания, улучшение состояния, стабилизация и компенсацию функций (приказ Минздрава РФ от 03.08.199г.), полное выздоровление от острого заболевания. В каких медицинских документах зафиксированы вышеперечисленные благоприятные исходы оперативного вмешательства в отношении ФИО1?
Ответ: Наличие <данные скрыты>, имеющего планомерное течение, было установлено у пациентки до выполнения оперативного лечения, подтверждено инструментальным методом исследования (МРТ) и в дальнейшем - в ходе операции.
Уменьшение амплитуды движений у пациентки ФИО1, хромота, боли в поясничном отделе позвоночника, вальгусная деформация стопы, атрофия мышц правого бедра, необходимость в проведении оперативного вмешательства - одномыщелкового эндопротезирования являются результатом развития <данные скрыты>. Причинно- следственной связи между проведенной операцией - артроскопической менискэктомией и прогрессированием <данные скрыты> у ФИО1 не установлено.
Вопрос № 8: Причины появления негативных последствий в результате проведенной операции, которыми являются: - острая боль, возникающая при выполнении упражнения на сгибание-разгибание, в области надколенника; - неполное разгибание коленного сустава при ходьбе, хромота; - усиление болей при ходьбе. В связи с этим рекомендовано: <дата> ТОРП ГБ № 3- повторная операция в «1 РКБ», со стороны истца был отказ по причине не понимания ее смысла и недоверия к хирургу; - <дата> ГКБ № 6 - рекомендована резекция малоберцовой кости, отказ; -<дата> «ПИМУ»- Н. Новгород - одномыщелковое эндопротезирование?
Ответ: острая боль, возникающая при выполнении упражнения на сгибание-разгибание, в области надколенника; - неполное разгибание коленного сустава при ходьбе, хромота; - усиление болей при ходьбе - это не следствие оперативного лечения, а следствие травмы и <данные скрыты>. Недоверие к доктору - это субъективный момент. <дата> «ПИМУ»- Н.Новгород- одномыщелковое эндопротезирование - это исход <данные скрыты>. Причинно-следственной связи между проведенной операцией - артроскопической менискэктомией и <данные скрыты> у ФИО1 не установлено.
Вопрос № 9: Понимал ли хирург, резицируя не только задний рог, но и тело мениска (суставная щель при этом сузилась с 4,4 мм до 1,6 мм) в «красной зоне», что нарушает биомеханику коленного сустава, создает условия для развития гоноартроза? Чем обоснованы эти действия?
Ответ: артроскопическая менискэктомия обладает рядом преимуществ перед открытой, так как, являясь малотравматичной методикой, дает возможность осмотра и манипуляций практически во всех отделах коленного сустава, в особенности, в задних, относящихся ранее к «слепым» зонам, кроме того, артроскопическая менискэктомия предоставляет возможность экономного удаления только оторванной и гипермобильной части мениска с минимальным нарушением контактной площади сустава, что значительно сокращает сроки восстановительного лечения больных.
Объективных данных, свидетельствующих о нарушении методики и техники выполнения операции - артроскопической менискэктомии (неправильном проведении операции), не установлено.
Вопрос № 10: Консультативное заключение ФГБОУ ВО «ПИМУ» М3 РФ г. Н. Новгород от <дата> оперирующего травматолога-ортопеда ФИО5 Диагноз: «...». Можно ли утверждать, что главной причиной <данные скрыты> и, как следствие, эндопротезирования, является резекция мениска?
Ответ: нет (см. подробный ответ на вопрос № 5).
Заслушав пояснения участников процесса, заключение прокурора, полагавшего, что исковые требования удовлетворению не подлежат, исследовав представленные доказательства, суд приходит к следующему выводу.
В судебном заседании установлено, что ФИО1, <дата> года рождения, <дата> в результате падения получила травму, упав на оба коленных сустава, в связи с чем обращалась в ТОП ГБ № 3, наблюдалась по месту обслуживания.
<дата> в связи с продолжающимися жалобами на боли была госпитализирована в плановом порядке на оперативное лечение в БУЗ «1 РКБ МЗ УР» с диагнозом при поступлении: <данные скрыты>. План лечения: проведение операции – артроскопия правого коленного сустава.
В тот же день истцом подписано информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство и информированное добровольное согласие на оперативное вмешательство, согласие с общим планом обследования и лечения.
<дата> проведена операция: артроскопия, резекция медиального мениска, хирург - ФИО4
Истец находилась на стационарном лечении с <дата> по <дата>, диагноз заключительный клинический: <данные скрыты>.
Состояние при выписке: удовлетворительное.
Динамическое наблюдение в <дата> гг. за состоянием здоровья осуществлялось врачом травматологом-ортопедом травматологической поликлиники БУЗ Удмуртской Республики «Городская больница №3 М3 УР».
<дата> ФИО1 была осмотрена врачом травматологом-ортопедом БУЗ «Первая республиканская клиническая больница Министерства здравоохранения Удмуртской Республики», установлен диагноз: «ДОА <данные скрыты>. Состояние после операции. <данные скрыты>», даны подробные рекомендации по лечению.
При осмотре врачом травматологом-ортопедом травматологической поликлиники БУЗ Удмуртской Республики «Городская больница №3 М3 УР» от <дата> истец была направлена на МРТ правого коленного сустава.
<дата> в ООО «МРТ Плюс» ФИО1 была проведена МРТ правого коленного сустава, заключение: «<данные скрыты>».
При повторном осмотре врачом травматологом-ортопедом <дата>, <дата> имеются сведения о результатах МРТ (определяется дислокация переднего рога внутреннего мениска), рентгенографии правого коленного сустава, рекомендовано проведение повторной артроскопической операции или эндопротезирование правого коленного сустава.
В связи с жалобами на боли, ограничение движений правого коленного сустава, тяжело спускаться по лестнице, неприятные ощущения в правом коленном суставе, с <дата> по <дата> ФИО1 вновь находилась на стационарном лечении в БУЗ «1 РКБ МЗ УР». При поступлении поставлен диагноз: <данные скрыты>.
Состояние при выписке: улучшение состояния. Даны рекомендации, в том числе оперативное лечение.
<дата> ФИО1 была осмотрена врачом травматологом-ортопедом ФГБОУ ВО «ПИМУ» Минздрава России, установлен диагноз: «<данные скрыты>». Даны рекомендации, в том числе и проведение оперативного лечения - одномыщелкового эндопротезирования.
Далее, с <дата> по <дата> ФИО1 находилась на стационарном обследовании и лечении в ортопедическом отделении БУЗ «1 РКБ МЗ УР» с диагнозом: «<данные скрыты>. Сопутствующие заболевания: <данные скрыты>». Исход госпитализации: выписана на долечивание в поликлинику. Рекомендации при выписке: в том числе оперативное лечение.
С <дата> по <дата> ФИО1 находилась в травматолого-ортопедическом отделении ФГБОУ ВО «ПИМУ» с основным диагнозом: <данные скрыты>.
<дата> проведена операция – одномыщелковое эндопротезирование правого коленного сустава протезом Biomet Oxford.
После выписки из стационара ФИО1 наблюдалась у врача травматолога-ортопеда БУЗ Удмуртской Республики «Городская больница № 3 М3 УР» с диагнозом: «<данные скрыты>. <данные скрыты> получала амбулаторное лечение.
<дата> ФИО1 обращалась в Министерство здравоохранение УР с жалобой на ненадлежащее оказание медицинской помощи, с доводами о неполном осмотре перед операцией, усугублением состояния здоровья после операции, просила компенсировать моральный вред, расходы на лечение.
Данные обстоятельства следуют из текста искового заявления, пояснений участников процесса, медицинских документов, представленных суду доказательств.
Согласно ст. 20 Федерального закона от 21.11.2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» необходимым предварительным условием медицинского вмешательства является дача информированного добровольного согласия гражданина или его законного представителя на медицинское вмешательство на основании предоставленной медицинским работником в доступной форме полной информации о целях, методах оказания медицинской помощи, связанном с ними риске, возможных вариантах медицинского вмешательства, о его последствиях, а также о предполагаемых результатах оказания медицинской помощи.
В силу ст. 98 Федерального закона от 21.11.2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.
В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
В соответствии со ст. 1085, 1086 ГК РФ при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение. Размер подлежащего возмещению утраченного потерпевшим заработка (дохода) определяется в процентах к его среднему месячному заработку (доходу) до увечья или иного повреждения здоровья либо до утраты им трудоспособности, соответствующих степени утраты потерпевшим профессиональной трудоспособности, а при отсутствии профессиональной трудоспособности - степени утраты общей трудоспособности. В состав утраченного заработка (дохода) потерпевшего включаются все виды оплаты его труда по трудовым и гражданско-правовым договорам как по месту основной работы, так и по совместительству, облагаемые подоходным налогом. Не учитываются выплаты единовременного характера, в частности компенсация за неиспользованный отпуск и выходное пособие при увольнении. За период временной нетрудоспособности или отпуска по беременности и родам учитывается выплаченное пособие. Все виды заработка (дохода) учитываются в суммах, начисленных до удержания налогов. Среднемесячный заработок (доход) потерпевшего подсчитывается путем деления общей суммы его заработка (дохода) за двенадцать месяцев работы, предшествовавших повреждению здоровья, на двенадцать. В случае, когда потерпевший ко времени причинения вреда работал менее двенадцати месяцев, среднемесячный заработок (доход) подсчитывается путем деления общей суммы заработка (дохода) за фактически проработанное число месяцев, предшествовавших повреждению здоровья, на число этих месяцев. В случае, когда потерпевший на момент причинения вреда не работал, учитывается по его желанию заработок до увольнения либо обычный размер вознаграждения работника его квалификации в данной местности, но не менее установленной в соответствии с законом величины прожиточного минимума трудоспособного населения в целом по Российской Федерации.
В соответствии с п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 настоящего Кодекса.
В соответствии со ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Согласно разъяснениям, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина (абзац 3 пункта 1 названного постановления Пленума).
В соответствии с п. 1 ст. 150 ГК РФ к нематериальным благам относятся жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Как разъяснено в пункте 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации"). Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья. При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода. На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.
Согласно п. 66 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" факт нарушения личных неимущественных прав потерпевшего либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага может подтверждаться любыми средствами доказывания, предусмотренными статьей 55 ГПК РФ, в том числе объяснениями сторон и третьих лиц, показаниями свидетелей, письменными доказательствами (включая сделанные и заверенные лицами, участвующими в деле, распечатки материалов, размещенных в информационно-телекоммуникационной сети (скриншот), с указанием адреса интернет-страницы, с которой сделана распечатка, и точного времени ее получения), а также вещественными доказательствами, аудио- и видеозаписями, заключениями экспертов.
В обоснование исковых требований истец указывает, что ее не предупредили о том, что в ее возрасте артроскопию менисков практически не делают. При грамотном лечении она могла избежать двух операций и не стала бы инвалидом раньше срока, у нее не развилась бы катаракта на обоих глазах.
Определением суда от <дата> по делу была назначена судебно-медицинская экспертиза, проведение которой было поручено Кировскому областному государственному бюджетному судебно-экспертному учреждению здравоохранения «Кировское областное бюро судебно-медицинской экспертизы».
Перед экспертами были поставлены вопросы:
1. Исходя из анамнестических данных, клинических проявлений, результатов лабораторных и инструментальных методов исследований были ли показания к проведению <дата>. БУЗ «1 РКБ МЗ УР» пациентке ФИО1 операции по артроскопии коленного сустава, в том числе с учетом возраста ФИО1?
2. Имеются ли дефекты и ошибки оказания медицинской помощи при проведении в БУЗ «1 РКБ МЗ УР» пациентке ФИО1 консультации, диагностики и <дата>. операции по артроскопии коленного сустава?
3. В случае установления дефектов оказания медицинской помощи при ответе на вопрос №2 имеется ли причинно-следственная связь между выявленными дефектами и последствиями в виде контрактуры (уменьшения амплитуды движения и их затруднения), хромоты, боли в позвоночно-поясничном отделе, вальгусной деформации стопы, атрофии мышц правого бедра, одномыщелковом эндопротезировании, либо иными последствиями в случае их обнаружения?
4. Могли ли развиться последствия в виде контрактуры (уменьшения амплитуды движения и их затруднения), хромоты, боли в позвоночно-поясничном отделе, вальгусной деформации стопы, атрофии мышц правого бедра, одномыщелковом эндопротезировании (либо иные последствия), после правильно проведенной операции по артроскопии коленного сустава, из-за невыполнения ФИО1 рекомендаций данных БУЗ «1 РКБ МЗ УР» при выписке <дата>.: первое обращение к травмотологу –ортопеду только <дата>., не принимает выписанные препараты, компенсирующим трикотажем не пользуется (согласно записи от <дата>. сделанной травмотологом-ортопедом БУЗ «1 РКБ МЗ УР» в медицинской карте №) или из-за дефектов оказания амбулаторной помощи в послеоперационном периоде по месту медицинского прикрепления?
5. Имелись ли на момент операции <дата>. альтернативные методы лечения, более эффективные и безопасные по отношению к истцу?
6. Соответствуют ли медицинские документы и «Информированное добровольное согласие на оперативное вмешательство», оформленные БУЗ «1 РКБ МЗ УР» правилам заполнения медицинских документов?
7. Является ли «Информированное добровольное согласие на оперативное вмешательство», подписанное ФИО1, документом, отражающим полную и объективную информацию о предстоящей операции, рисках и осложнениях?
8. Какова степень тяжести причиненного вреда здоровью, в результате проведенной операции, с учетом ответов на 1-4 вопросы?
Определением суда от <дата> к участию в экспертизе привлечены ФИО7, врач травматолог-ортопед детского тавматолого-ортопедического отделения КОГКБУЗ «Центр травматологии, ортопедии и нейрохирургии» образование высшее медицинское, стаж работы по специальности «Травматология и ортопедия» 13 лет, высшая квалификационная категория; ФИО9, врач-рентгенолог отделения лучевой диагностики КОГКБУЗ «Центр травматологии, ортопедии и нейрохирургии», образование высшее медицинское, стаж работы по специальности «Рентгенология» 23 года, высшая квалификационная категория.
В соответствии с заключением экспертов Кировского областного государственного бюджетного судебно-экспертного учреждения здравоохранения «Кировское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» № 179 от <дата>.:
ФИО1, <данные скрыты>, проходила следующие этапы диагностики и лечения.
По данным осмотра врача травматолога-ортопеда БУЗ «Первая республиканская клиническая больница Министерства здравоохранения Удмуртской Республики» от <дата> после проведения амбулаторного обследования ФИО1 была направлена на стационарное оперативное лечение - артроскопию по поводу заболевания: «<данные скрыты>».
С <дата> по <дата> ФИО1 находилась на стационарном лечении в ортопедическом отделении БУЗ «Первая республиканская клиническая больница Министерства здравоохранения Удмуртской Республики» с диагнозом: «<данные скрыты>
На основании жалоб (болевой синдром, блокады сустава), анамнеза (<данные скрыты>), объективного обследования (болезненность, положительные симптомы повреждения мениска), лабораторно-инструментальных методов (заключение магнитно-резонансной томографии: застарелое повреждение внутреннего мениска правого коленного сустава; <данные скрыты>) был установлен диагноз: «<данные скрыты> в плане лечения - выполнение операции: артроскопии правого коленного сустава.
<дата> ФИО1 была выполнена операция - артроскопия, резекция медиального мениска. Пациентка была выписана из отделения с необходимыми подробными рекомендациями, в том числе использование противоварикозного трикотажа 1 класса компрессии не менее 1-1,5 месяцев.
Динамическое наблюдение за состоянием здоровья осуществлялось врачом травматологом-ортопедом травматологической поликлиники БУЗ Удмуртской Республики «Городская больница №3 М3 УР». При осмотре <дата> имеются следующие указания: «Ходит на костылях без нагрузки на правую ногу. Отек, болезненность правого коленного сустава незначительные. Ишемии правой стопы нет, пальцы подвижны. Препараты не принимает. Компрессирующим трикотажем не пользуется». Установлен диагноз, даны рекомендации. Пациентка была осмотрена врачом-травматологом в динамике <дата>, <дата>, <дата>.
<дата> ФИО1 была осмотрена врачом травматологом-ортопедом БУЗ «Первая республиканская клиническая больница Министерства здравоохранения Удмуртской Республики», установлен диагноз: «<данные скрыты>. Состояние после операции. <данные скрыты>», даны подробные рекомендации по лечению.
При осмотре врачом травматологом-ортопедом травматологической поликлиники БУЗ Удмуртской Республики «Городская больница № 3 М3 УР» от <дата> пациентка была направлена на МРТ правого коленного сустава.
1.8. <дата> в ООО «МРТ Плюс» ФИО1 была проведена МРТ правого коленного сустава, заключение: «<данные скрыты>
При повторном осмотре врачом травматологом-ортопедом <дата>, <дата>, имеются сведения о результатах МРТ («определяется дислокация переднего рога внутреннего мениска»), рентгенографии правого коленного сустава, рекомендовано проведение повторной артроскопической операции или эндопротезирование правого коленного сустава.
С <дата> по <дата> в связи с жалобами на боли, ограничение движений правого коленного сустава ФИО1 находилась на стационарном лечении в ортопедическом отделении БУЗ «Первая республиканская клиническая больница Министерства здравоохранения Удмуртской Республики» с диагнозом: «<данные скрыты>». После проведенного консервативного лечения при выписке были даны необходимые рекомендации, в том числе и выполнение оперативного лечения.
<дата> ФИО1 была осмотрена врачом травматологом-ортопедом ФГБОУ ВО «ПИМУ» Минздрава России, установлен диагноз: «<данные скрыты>». Даны подробные рекомендации, в том числе и проведение оперативного лечения - одномыщелкового эндопротезирования.
С <дата> по <дата> ФИО1 находилась на стационарном обследовании и лечении в ортопедическом отделении БУЗ «Первая республиканская клиническая больница Министерства здравоохранения Удмуртской Республики» с диагнозом: «<данные скрыты>». Было выполнено инструментальной обследование: магнитно-резонансная томография правого сустава <дата> (признаки <данные скрыты>), МРТ пояснично-крестцового отдела позвоночника, лабораторные исследования крови. При выписке из стационара ФИО1 были даны необходимые рекомендации, в том числе и выполнение оперативного лечения при согласии пациентки и отсутствии соматических противопоказаний: тотального эндопротезирования правого коленного сустава в центре эндопротезирования.
С <дата> по <дата> ФИО1 находилась на стационарном лечении в травматолого-ортопедическом отделении ФГБОУ ВО «ПИМУ» Минздрава России с основным диагнозом: «Правосторонний посттравматический гонартроз 3 стадии», где <дата> ей было проведено оперативного лечение: одномыщелковое эндопротезирование правого коленного сустава.
После выписки из стационара ФИО1 наблюдалась у врача травматолога-ортопеда БУЗ Удмуртской Республики «Городская больница № 3 М3 УР» с диагнозом: «<данные скрыты>», получала амбулаторное лечение.
Учитывая жалобы пациентки, данные анамнеза, неэффективность консервативного лечения, клинические проявления основного заболевания - гонартроза (см. пункт 1.3 выводов) и результаты магнитно-резонансной томографии (<данные скрыты>), для проведения <дата> оперативного лечения - артроскопии (см. пункт 1.4 выводов) у ФИО1 имелись показания. Согласно Клиническим рекомендациям в случаях появления клиникорентгенологических признаков развивающегося <данные скрыты> рекомендована активная хирургическая тактика - артроскопическая менискэктомия с санацией. Каких-либо противопоказаний у ФИО1, в том числе и возраст пациентки, для выполнения ей артроскопической менискэктомии не установлено (ответы на вопрос № 1 определения).
При оказании медицинской помощи ФИО1 в БУЗ «Первая республиканская клиническая больница Министерства здравоохранения Удмуртской Республики» дефектов не установлено. Лечебные и диагностические мероприятия были выполнены пациентке в соответствии с Клиническими рекомендациями «<данные скрыты>», правильно и подробно даны рекомендации по реабилитации и лечению. Было проведено динамическое наблюдение, перевязки, снятие швов, даны рекомендации по эластичному бинтованию, приему необходимых лекарственных препаратов, ношению ортеза, назначено физиотерапевтические лечение, лечебная физкультура, направлена на восстановительное лечение в санаторий «Строитель». В дальнейшем при отсутствии положительной динамики консервативного лечения было своевременно рекомендовано эндопротезирование сустава (см. пункты 1.9, 1.10 выводов) (ответ на вопросы №№ 2, 3 определения).
Наличие <данные скрыты>, было установлено у пациентки до выполнения оперативного лечения, подтверждено инструментальным методом исследования (МРТ) и в дальнейшем - в ходе операции. Уменьшение амплитуды движений у пациентки ФИО1, <данные скрыты>, необходимость в проведении оперативного вмешательства (одномыщелкового эндопротезирования) являются результатом развития (<данные скрыты>. Причинно-следственной связи между проведенной операцией - артроскопической менискэктомией и прогрессированием <данные скрыты> у ФИО1 не имеется (ответы на вопрос № 3 определения).
Объективных данных, свидетельствующих о нарушении методики и техники выполнения операции - артроскопической менискэктомии (неправильном проведении операции), не установлено. Развитию неблагоприятных последствий оперативного лечения (см. пункт 4 выводов) могли способствовать невыполнение пациенткой рекомендаций врача травматолога-ортопеда (см. пункт 1.5 выводов). Вместе с тем, следует отметить, что в большей степени развитие данных последствий связано с прогрессированием у ФИО1 хронического заболевания - <данные скрыты>. Прогрессирование <данные скрыты> у ФИО1 после оперативного лечения <дата> подтверждается не только клиническими и объективными данными, но и результатами неоднократно выполненных исследований - MPT. Какого-либо вреда здоровью ФИО1 причинено не было (ответы на вопросы №№ 4, 8 определения).
Объективных данных, свидетельствующих о дислокации переднего рога внутреннего мениска правого коленного сустава после операции <дата>, на представленных носителях МРТ от <дата>, <дата>, <дата> не установлено.
На период проведения ФИО1 операции - <дата>, с учетом клинических и объективных данных, самым эффективным и безопасным методом следует считать операцию - артроскопию коленного сустава с парциальной резекцией поврежденного заднего рога мениска. Это подтверждается жалобами пациентки (<данные скрыты>), данными объективного осмотра врачом травматологом-ортопедом и результатами МРТ (см. пункт 1.3 выводов). Согласно Клиническим рекомендациям артроскопическая менискэктомия является малотравматичной методикой с возможностью осмотра и манипуляций практически во всех отделах коленного сустава, экономного удаления только оторванной и гипермобильной части мениска с минимальным нарушением контактной площади сустава, что и было выполнено ФИО1 (ответ на вопрос № 5 определения).
<дата> в БУЗ «Первая республиканская клиническая больница Министерства здравоохранения Удмуртской Республики» было оформлено «Информированное добровольное согласие на оперативное вмешательство», где имеются указания на объем оперативного вмешательства - артроскопия правого коленного сустава. В соответствии с п. 8 ст. 20 Федерального Закона № 323-ФЗ от 21.11.2011 г. «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» порядок дачи информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство, в том числе в отношении определенных видов медицинского вмешательства, утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти. Каких-либо нарушений в оформлении Информированных добровольных согласий экспертной комиссией не установлено, данные документы являются полными и достаточными. Все представленные Согласия подписаны врачом и пациенткой. Имеется недостаток заполнения рукописного текста: неразборчивый почерк при указании осложнений (ответы на вопросы №№, 7 определения).
В ходе рассмотрения дела истцом ФИО1 заявлено ходатайство о назначении по делу дополнительной экспертизы, в удовлетворении которого судом отказано, в связи со следующим.
Согласно ч. 1 ст. 87 ГПК РФ в случаях недостаточной ясности или неполноты заключения эксперта суд может назначить дополнительную экспертизу, поручив ее проведение тому же или другому эксперту.
В силу статьи 67 ГПК РФ право оценки достаточности представленных доказательств принадлежит суду.
Несогласие истца с выводами, изложенными в экспертном заключении, само по себе не свидетельствует о наличии оснований для назначения дополнительной экспертизы.
Суд считает, что заключение эксперта соответствует требованиям ст. 86 ГПК РФ, каких-либо противоречий не содержит. Экспертиза назначена и проведена по правилам, определенным ст. ст. 79, 84 ГПК РФ, оснований не доверять данному заключению не имеется, поскольку оно изготовлено на основании определения суда о назначении судебной экспертизы экспертами, предупрежденными об уголовной ответственности, имеющими длительный стаж работы по экспертной специальности; выводы эксперта являются однозначными, не носят вероятностного характера. В целях разъяснения, дополнения заключения суд определением суда от <дата> в порядке ст. 62 ГПК РФ поручил Ленинскому районному суду г. Кирова допросить эксперта ФИО7 в судебном заседании.
На все вопросы, возникшие у сторон, эксперт в судебном заседании дал письменные ответы, которые приобщены к протоколу судебного заседания.
Поэтому суд принимает данное заключение эксперта в качестве надлежащего доказательства с точки зрения его относимости, допустимости и достоверности, а оснований для назначения дополнительной экспертизы не имеется.
Под моральным вредом гражданское законодательство понимает физические и нравственные страдания (ст. 151 ГК РФ), т.е. негативные психические реакции человека. Физические страдания могут выражаться в форме любых болезненных или физиологически неприятных ощущений. Нравственные страдания могут выражаться в форме различных переживаний.
Необходимыми условиями для наступления гражданско-правовой ответственности медицинской организации за причиненный при оказании медицинской помощи вред являются: причинение вреда пациенту; противоправность поведения причинителя вреда (нарушение требований законодательства (порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов) действиями (бездействием) медицинской организации (его работников); наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда; вина причинителя вреда - медицинского учреждения или его работников.
Исходя из заключения экспертов Кировского областного государственного бюджетного судебно-экспертного учреждения здравоохранения «Кировское областное бюро судебно-медицинской экспертизы» № от <дата>. судом не установлено причинение вреда истцу ответчиком, ухудшением состояния здоровья истца в связи с ненадлежащим оказанием медицинской помощи, а также в результате некачественной и небезопасной для нее медицинской помощи и непредоставлении ей полной информации о возможным последствиях операции в ее возрасте. Как указано в заключении эксперта, лечебные и диагностические мероприятия были выполнены истцу правильно, причинно-следственной связи между проведенной операцией – артроскопической менискэктомией и прогрессированием <данные скрыты> не имеется. Как следует из заключения экспертизы, действиями ответчика допущены несущественные недостатки в оказании медицинской помощи истцу, связанные с оформлением документов, однако данные недостатки не повлекли за собой причинение вреда истцу, что подтверждается заключением эксперта. Таким образом, судом установлено отсутствие вины ответчика в причинении вреда истцу.
Также нет в деле доказательств причинно-следственной связи между действиями ответчика и катарактой на обоих глазах истца.
Таким образом, суду не представлено доказательств нарушения личных неимущественных прав истца в результате виновных действий ответчика, наличия факта причинения морального вреда, а также наличие причинной связи между противоправным деянием и моральным вредом, в связи с чем суд не находит оснований для удовлетворения требований истца о компенсации морального вреда.
По тем же причинам суд отказывает истцу и в возмещении вреда здоровью в размере 25 398 руб. А также никаких доказательств несения расходов на лечение в данном размере истцом суду не представлено.
Суд полагает, что при таких обстоятельствах исковые требования ФИО1 к БУЗ УР «1 РКБ МЗ УР» о возмещении вреда здоровью, компенсации морального вреда являются необоснованными и удовлетворению не подлежат.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд
решил :
В удовлетворении исковых требований ФИО1 к БУЗ УР «1 РКБ МЗ УР» о возмещении вреда здоровью, компенсации морального вреда – отказать.
Решение суда может быть обжаловано в Верховный суд Удмуртской республики в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения суда через Первомайский районный суд г. Ижевска.
Мотивированная часть решения изготовлена <дата>г.
Судья: А.А. Владимирова