Решение по делу № 2-3490/2023 от 08.08.2023

К О П И Я

86RS0002-01-2023-002373-51

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

08 августа 2023 года г. Нижневартовск

Нижневартовский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в составе:

председательствующего судьи Пименовой О.В.,

с участием прокурора Егиазаряна В.О.,

при ведении протокола помощником судьи Сербиным Ю.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-3490/2023 по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Катобьнефть» о взыскании компенсации морального вреда, в связи с профессиональными заболеваниями,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с указанным иском, мотивируя его тем, что в период с 06 апреля 2001 года по 28 сентября 2006 года работал бурильщиком эксплуатационного и разведочного бурения скважин на нефть и газ в ООО «Катобьнефть». Актами о профессиональном заболевании ему установлено два профессиональных заболевания: вибрационная болезнь начальные проявления (1-я степень), связанная с воздействием локальной и общей вибрации (проявления: хроническая демиелинизирующая полиневропатия преимущественно верхних конечностей с поражением дистальных отделов умеренной степени выраженности, сенсорно-вегетативный тип, периферический ангиодистонический синдром верхних конечностей); двусторонняя компрессионно-ишемическая (туннельная) невропатия локтевых нервов с легким парезом сгибателей 3, 4, 5 пальцев обеих кистей, локальными сенсорными нарушениями, связанная с воздействием физическим перегрузок и функционального перенапряжения отдельных органов и систем. У истца установлено 30% и 10% утраты профессиональной трудоспособности. Таким образом, он имеет право на компенсацию работодателем морального вреда в связи с получением профессиональных заболеваний, т.к. испытывает физические и нравственные страдания, нарушено его право на труд. Просит взыскать с ответчика ООО «Катобьнефть» компенсацию морального вреда в связи с утратой профессиональной трудоспособности по каждому заболеванию в размере 500 000 рублей.

В дальнейшем истец дополнил требования, просит взыскать с ответчика понесенные им расходы на оплату услуг представителя в размере 45 000 рублей.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, просит дело рассматривать в его отсутствие, с участием представителя.

Представитель истца, ФМО1, в судебном заседании на удовлетворении исковых требований настаивала в полном объеме.

Представители ответчика ООО «Катобьнефть», ФИО2 и ФИО3, в судебном заседании с исковыми требованиями не согласились, пояснив, что на их предприятии превышение уровня вибрации не установлено, в связи с чем заболевание истца «вибрационная болезнь» возникло не по вине ООО «Катконефть». Сама по себе работа во вредных условиях не является нарушением, а предоставление такой работы не является поводом для применения санкций к работодателю. Для работника установлены виды компенсаций, которые связаны с вредным характером работы. Полагает, что работодатель исполнял все свои обязательства перед работником в полном объеме. Факт работы истца в ООО «Катобнефть» не может являться доказательством возникновения профессионального заболевания. Истцом не представлено доказательств ненадлежащего обеспечения ответчиком безопасных условий труда, в том числе невыдачи индивидуальных средств защиты. Указали, что истцом был взыскан моральный вред по последнему месту работы по тем же основаниям. В случае удовлетворения исковых требований, просили снизить размер компенсации морального вреда до 10 000 рублей.

Суд, выслушав пояснения представителей сторон, изучив материалы дела, заслушав заключение прокурора, полагавшего иск подлежащим удовлетворению, но со снижением размера компенсации морального вреда с учетом требований разумности, приходит к следующему.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 с 06 апреля 2001 года осуществлял трудовую деятельность в ООО «Катобьнефть» в г.Нижневартовске по профессии бурильщика капитального ремонта скважин 6 разряда Цеха капитального ремонта скважин; с 01 января 2006 года переведен в Цех по капитальному ремонту скважин, участок по зарезке боковых стволов; уволен по собственному желанию 28 сентября 2006 года на основании ч.3 ст.77 ТК РФ.

Согласно п.п. 30, 32 действовавшего на момент установления истцу профессиональных заболеваний постановления Правительства РФ от 15 декабря 2000 года №967 «Об утверждении Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний» (утратил силу с 1 марта 2023 года в связи с изданием постановления Правительства РФ от 05 июля 2022 года №1206), надлежащим документом, устанавливающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника на данном производстве, является Акт о случае профессионального заболевания. В Акте о случае профессионального заболевания подробно излагаются обстоятельства и причины профессионального заболевания, а также указываются лица, допустившие нарушения государственных санитарно-эпидемиологических правил, иных нормативных актов. В случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению или увеличению вреда, причиненного его здоровью, указывается установленная комиссией степень его вины (в процентах).

В соответствии с Актом о случае профессионального заболевания от <дата>, утвержденным ТО Управления «Роспотребнадзора по ХМАО-Югре» в г.Нижневартовске, Нижневартовском районе и г.Мегионе, у истца установлено профессиональное заболевание – «Т 75.2 Вибрационная болезнь начальные проявления (1-я степень), связанная с воздействием локальной и общей вибрации (проявления: хроническая демиелинизирующая полиневропатия преимущественно верхних конечностей с поражением дистальных отделов умеренной степени выраженности, сенсорно-вегетативный тип, периферический ангиодистонический синдром верхних конечностей». Заболевание возникло в результате несоответствия условий работы санитарно-гигиеническим требованиям по величине воздействия вибрации общей и локальной, при выполнении работ с помощью специальной техники, генерирующей вибрацию, в течение профессионального маршрута.

В соответствии с Актом о случае профессионального заболевания от <дата>, утвержденным ТО Управления «Роспотребнадзора по ХМАО-Югре» в г.Нижневартовске, Нижневартовском районе и г.Мегионе, у истца установлено еще одно профессиональное заболевание – «G 56.2 Двусторонняя компрессионно-ишемическая (туннельная) невропатия локтевых нервов с легким парезом сгибателей 3, 4, 5 пальцев обеих кистей, локальными сенсорными нарушениями, связанная с воздействием физических перегрузок и функционального перенапряжения отдельных органов и систем». Заболевание возникло в результате несоответствия условий работы санитарно-гигиеническим требованиям по величине воздействия тяжести, напряженности трудового процесса, в течение профессионального маршрута.

Общий стаж работы истца в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных факторов составляет 31 год 10 месяцев. Наличие вины работника в наступлении профессиональных заболеваний не установлено.

Санитарно-гигиенической характеристикой условий труда работника от 08 ноября 2019 года №31 установлено, что условия труда ФИО1, согласно профессиональному маршруту, не соответствовали санитарно-гигиеническим требованиям по величине воздействия вредных производственных факторов: шума, вибрации общей, вибрации локальной, тяжести трудового процесса, температуры наружного воздуха в холодный период (отмечается превышение гигиенических нормативов).

Согласно справкам Бюро № ФКУ «ГБ МСЭ по ХМАО-Югре» от <дата> (серия МСЭ-2012 №, серия МСЭ-2012 №), степень утраты профессиональной трудоспособности истца, в связи с профессиональными заболеваниями, составляет 10% и 30%, сроком с 01 марта 2021 года по 01 марта 2022 года.

Согласно справкам Бюро № ФКУ «ГБ МСЭ по ХМАО-Югре» от <дата> (серия МСЭ-2012 №, серия МСЭ-2012 №), степень утраты профессиональной трудоспособности истца, в связи с профессиональными заболеваниями, составляет 10% и 30%, сроком с 11 марта 2022 года по 01 апреля 2023 года.

Согласно справкам Бюро № ФКУ «ГБ МСЭ по ХМАО-Югре» от <дата> (серия МСЭ-2009 №, серия МСЭ-2009 №), степень утраты профессиональной трудоспособности истца, в связи с профессиональными заболеваниями, составляет 10% и 30%, сроком с 01 апреля 2023 года бессрочно.

Согласно сообщению Бюро № ФКУ «ГБ МСЭ по ХМАО-Югре» от <дата>, 30% утраты профессиональной трудоспособности установлено истцу с диагнозом «вибрационная болезнь начальные проявления (1-я степень), связанная с воздействием локальной и общей вибрации (проявления: хроническая демиелинизирующая полиневропатия преимущественно верхних конечностей с поражением дистальных отделов умеренной степени выраженности, сенсорно-вегетативный тип, периферический ангиодистонический синдром верхних конечностей)»; 10% утраты профессиональной трудоспособности установлено истцу с диагнозом «двусторонняя компрессионно-ишемическая (туннельная) невропатия локтевых нервов с легким парезом сгибателей 3, 4, 5 пальцев обеих кистей, локальными сенсорными нарушениями, связанная с воздействием физических перегрузок и функционального перенапряжения отдельных органов и систем».

Таким образом, в судебном заседании подтверждено, что у истца имеются определенные надлежащими учреждениями профессиональные заболевания, которые в совокупности повлекли утрату 10% + 30% профессиональной трудоспособности.

Согласно Актам о случае профессионального заболевания и справкам Бюро № ФКУ «ГБ МСЭ по ХМАО-Югре», профессиональные заболевания у истца выявлены 25 сентября 2020 года.

В Актах о случае профессионального заболевания установлено, что причинами профессиональных заболеваний послужила работа в условиях воздействия на организм производственного фактора – вибрации общей и локальной, не соответствовавшей по величине воздействия санитарно-гигиеническим требованиям в течение профессионального маршрута, в том числе у ответчика ООО «Катобьнефть» в период с 06 апреля 2001 года по 28 сентября 2006 года.

Следовательно, судом установлено наличие вреда, причиненного здоровью истца в результате воздействия вредных производственных факторов, в период его работы в ООО «Катобьнефть»; факт работы истца у данного ответчика в условиях воздействия неблагоприятных производственных факторов; причинная связь между работой истца в качестве бурильщика капитального ремонта скважин 6 разряда и наступившим вредом, которая подтверждается Актами о случае профессионального заболевания и санитарно-гигиенической характеристикой условий труда истца, из которых следует, что профессиональные заболевания возникли в результате длительного воздействия вредных производственных факторов, в том числе в периоды работы у ответчика.

В судебном заседании установлено, что в связи с полученными профессиональными заболеваниями истец испытывает постоянную физическую боль и нравственные страдания, ограничено его право на труд.

Частью 3 ст.37 Конституции РФ каждому гарантировано право на труд в условиях, отвечающим требованиям безопасности и гигиены.

Согласно ст.ст.151, 1101 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда в зависимости от степени его вины.

В абзаце 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем, при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 ГК РФ) (п.22 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

В соответствии со ст.1100 ГК РФ за причиненный истцу моральный вред владельцы источника повышенной опасности отвечают независимо от вины.

В соответствии с п.1 ст.1079 ГК РФ, юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Обязанность работодателя возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением им трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, предусмотренных Трудовым кодексом, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами, – предусмотрена статьями 2, 22 и 237 Трудового кодекса РФ.

Общий период работы истца в ООО «Катобьнефть» составляет 5 лет 2 месяца 23 дня (с 06 апреля 2001 года по 28 сентября 2006 года).

При указанных обстоятельствах, суд считает требования истца, заявленные к ООО «Катобьнефть», о взыскании компенсации морального вреда, - обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Возражения представителей ответчика о том, что признаки профессиональных заболеваний в период работы в ООО «Катобьнефть» у истца не выявлены, при прохождении медицинских осмотров истец признавался годным, истец был обеспечен средствами индивидуальной защиты, судом во внимание не принимаются, поскольку причиной профессионального заболевания истца послужило длительное воздействие на организм истца вредных производственных факторов.

Кроме того, ответчиком не представлены суду доказательства, что истец был обеспечен специальными средствами индивидуальной защиты от вибрации и шума (виброизолирующая обувь, виброзащитные рукавицы и перчатки, антифоны, противошумные каски, виброгасящие устройства и прочее), возложив предоставление данных доказательств на истца, в нарушение положений ст.56 ГПК РФ.

Доводы ответчика о том, что отсутствует вина ООО «Катобьнефть» в наступлении профессиональных заболеваний истца, суд во внимание не принимает, поскольку из Актов о случае профессионального заболевания и представленной ответчиком карты аттестации рабочего места по условиям труда №272 от 2004 года усматривается, что имело место превышение по уровню шума; вибрация общая по уровню не превышена, однако ее значения приближены к максимально допустимым (при этом в карте аттестации отражены лишь усредненные значения в одну дата проведения измерения); уровень локальной вибрации вообще не отражен; оценка тяжести труда составляет 3.2; работа осуществлялась в неблагоприятных погодных условиях, что также оказывает влияние на возникновение профессионального заболевания.

По смыслу ст. 229 ТК РФ, вредный производственный фактор – это фактор, воздействие которого может привести к заболеванию работника.

В соответствии со ст.3 Федерального закона от 24 июля 1998 года №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утв. постановлением Правительства РФ от 15 декабря 2000 года №967, под хроническим профессиональным заболеванием понимается заболевание, являющееся результатом длительного воздействия на работника вредного производственного фактора (факторов), повлекшее временную или стойкую утрату профессиональной трудоспособности.

Аналогичное понятие профессионального заболевания предусмотрено в постановлении Правительства РФ от 05 июля 2022 года №1206 «О порядке расследования и учета случаев профессиональных заболеваний работников» (вместе с «Правилами расследования и учета случаев профессиональных заболеваний работников»).

В рассматриваемом деле доводы представителей ответчика ООО «Катобьнефть» о недоказанности вины в образовании заболеваний истца являются несостоятельными, т.к. ответственность данного предприятия наступает в любом случае независимо от его вины в соответствии со ст.1100 ГК РФ, кроме того, вина ООО «Катобьнефть» в наступлении заболеваний истца подтверждается Актами о случае профессионального заболевания, в соответствии с которым причиной заболеваний явилось длительное воздействие на организм истца вредных производственных факторов вибрации на протяжении всего трудового маршрута; вина истца в наступлении профессиональных заболеваний не установлена.

Согласно ст.1101 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

В соответствии с разъяснениями п.14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

При определении размера компенсации морального вреда, суд исходит из степени утраты профессиональной трудоспособности истца, которая составляет 10% в связи с заболеванием «двусторонняя компрессионно-ишемическая (туннельная) невропатия локтевых нервов с легким парезом сгибателей 3, 4, 5 пальцев обеих кистей, локальными сенсорными нарушениями», и 30% в связи с заболеванием «вибрационная болезнь начальные проявления (1-я степень)», характера его заболеваний, необратимости последствий болезни, длительный восстановительный период, степени нравственных и физических страданий истца, его возраста, доли воздействия вредных производственных факторов на предприятии ответчика в общем стаже работы истца в неблагоприятных условиях и полагает необходимым взыскать с ООО «Катобьнефть» в пользу истца компенсацию морального вреда: в размере 250 000 рублей в связи с заболеванием «вибрационная болезнь начальные проявления (1-я степень)» и 200 000 рублей в связи с заболеванием «двусторонняя компрессионно-ишемическая (туннельная) невропатия локтевых нервов с легким парезом сгибателей 3, 4, 5 пальцев обеих кистей, локальными сенсорными нарушениями».

Заявленный истцом размер компенсации морального вреда, по мнению суда, завышен.

Доводы ответчика о том, что истцом взыскана компенсация морального вреда с ООО «НБК Западная Сибирь» (последний работодатель истца), в связи с чем истец не может обращаться с теми же требованиями к иным работодателям, - основаны на неверном понимании материального права.

Истцом также заявлено требование о взыскании с ответчика судебных расходов в размере 45 000 рублей.

По правилам главы 7 ГПК РФ, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии со ст.ст. 94, 98, 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований. Суммы, подлежащие выплате на оплату услуг представителей, и другие признанные судом необходимыми расходы отнесены к издержкам, связанным с рассмотрением дела. Расходы на оплату услуг представителя взыскиваются на основании письменного ходатайства стороны, в пользу которой состоялось решение, в разумных пределах.

В пунктах 11, 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 года №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов. Вместе с тем, в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер. Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

В соответствии с ч.1 ст.48 ГПК РФ граждане вправе вести свои дела в суде лично или через представителей. Личное участие в деле гражданина не лишает его права иметь по этому делу представителя.

По смыслу ст.34 ГПК РФ представитель не является самостоятельным участником судопроизводства. Действия представителя создают, изменяют и прекращают гражданские права и обязанности представляемого лица.

Истцом представлены суду квитанция к приходному кассовому ордеру от <дата> об оплате в адвокатский кабинет ФМО1 10 000 рублей за составление искового заявления и квитанция к приходному кассовому ордеру от <дата> об оплате в адвокатский кабинет ФМО1 35 000 рублей за представительство ФИО1 в суде первой инстанции.

По смыслу указанных правовых норм, расходы по оплате услуг, оказанных представителем (за участие в судебном заседании, за подготовку документов, за изучение материалов дела, за консультирование, за составление искового заявления и т.п.) могут суммироваться для компенсации в порядке ст.100 ГПК РФ.

Исследовав представленные истцом документы в обоснование понесенных им расходов на оплату услуг представителя, принимая во внимание характер гражданского дела, время рассмотрения дела, учитывая удовлетворение исковых требований, качество проделанной представителем истца работы, количество проведенных по делу судебных заседаний, в которых принял участие представитель истца, суд считает, что понесенные истцом по настоящему делу расходы на оплату услуг представителя являются разумными и обоснованными в размере 30 000 рублей.

В соответствии со ст.103 ГПК с ответчика ООО «Катобьнефть» подлежит взысканию государственная пошлина в доход бюджета муниципального образования город окружного значения Нижневартовск, от уплаты которой истец был освобожден, в размере 300 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Катобьнефть» (<данные изъяты>) в пользу ФИО1 (<данные изъяты>) компенсацию морального вреда в общем размере 450 000 рублей, судебные расходы в общем размере 30 000 рублей, всего взыскать 480 000 рублей.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Катобьнефть» (<данные изъяты>) в доход бюджета муниципального образования город окружного значения Нижневартовск государственную пошлину в размере 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам суда Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме, через Нижневартовский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры.

Судья подпись О.В. Пименова

<данные изъяты>