Дело № 2-1219/2022
РЕШЕНИЕ
именем РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
19 июля 2022 года г. Бахчисарай
Бахчисарайский районный суд Республики Крым в составе:
председательствующего судьи Скисова А.Е.,
при секретаре Османовой Э.Р.,
рассмотрев в открытом судебном заседании в зале суда в г.Бахчисарай гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО4 о компенсации морального вреда и возмещении убытков,-
УСТАНОВИЛ:
Истец ФИО3 обратилась в Бахчисарайский районный суд Республики Крым с исковым заявлением к ФИО4 о компенсации морального вреда в размере 20 000 рублей, и возмещении убытков в размере 48 600 рублей, причиненных необоснованным уголовным преследованием.
Исковые требования мотивированы тем, что в производстве мирового судьи судебного участка № 28 Бахчисарайского судебного района (Бахчисарайский муниципальный район) Республики Крым ФИО5 находилось уголовное дело частного обвинения, возбужденное по заявлению ФИО4 о привлечении истца к уголовной ответственности за совершение преступления, предусмотренного частью 1 статьи 128.1 Уголовного Кодекса Российской Федерации.
В результате рассмотрения данного уголовного дела мировым судьей ДД.ММ.ГГГГ был вынесен оправдательный приговор, в связи с отсутствием в действиях истца состава преступления предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 УК РФ, на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ.
Данный оправдательный приговор обжалован не был и вступил в законную силу.
Защиту интересов и прав истца в рамках рассмотрения вышеуказанного уголовного дела частного обвинения осуществляла адвокат ФИО7, действующая на основании ордера № от ДД.ММ.ГГГГ.
Истцом по заключенному с адвокатом ФИО7 соглашению от ДД.ММ.ГГГГ за защиту в уголовном деле частного обвинения было оплачено 48 600 рублей. Данный факт подтверждается квитанциями: № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ.
Истец считает, что в действиях ответчика имелось злоупотребление правом на осуществление уголовного преследования другого лица в порядке частного обвинения, так как ответчик имеет высшее юридическое образование, оказывает юридические услуги третьим лицам, представляя их интересы в государственных и судебных органах по вопросам, связанным с судебной защитой прав граждан.
При рассмотрении уголовного дела ответчик позиционировала себя как грамотный юрист, занимающий частной юридической практикой и имеющий знания в области юриспруденции. Поэтому, в силу своей юридической грамотности и осведомленности ответчик не могла не знать и не понимать то, что действия истца, связанные с обращением в правоохранительные государственные органы с заявлениями, не являются преступлением и не имеют признаков (состава) преступления, предусмотренного ст. 128.1 Уголовного кодекса Российской Федерации.
Однако, являясь юридически грамотным человеком, разбирающимся в правовом поле Российской Федерации и соответственно, находясь в лучшем положении по сравнению с истцом в данной ситуации, ответчик обратилась в суд в порядке частного обвинения с заявлением об уголовном преследовании и привлечении ее к уголовной ответственности.
Факт злоупотребления ответчиком своим правом на осуществление в отношении истца уголовного преследования в порядке частного обвинения также подтверждается тем, что даже после того как постановлением мирового судьи судебного участка № 28 Бахчисарайского судебного района Республики Крым от 17.05.2021 года было прекращено уголовное преследование по обвинению ФИО3 в совершении преступления, предусмотренного ст. 128.1 УК РФ в связи с тем, что в действиях истца не усматриваются признаки клеветы, ответчик после возврата данного дела в мировой суд на повторное рассмотрение не отказалась от уголовного преследования в отношении истца и в ходе всего судебного уголовного разбирательства поддерживала поданное с ее стороны заявление и наставила на привлечении ее к уголовной ответственности.
В данном случае, для своей защиты от необоснованного уголовного преследования со стороны частного обвинителя ФИО4 истец была вынуждена обратиться к адвокату для оказания ей квалифицированной юридической помощи и понести соответствующие расходы.
Таким образом, истцу были причинены прямые имущественные убытки в виде вышеуказанной суммы в размере 48 600 рублей, которые находятся в непосредственной причинно-следственной связи с действиями ответчика, связанными с уголовным преследованием истца в порядке частного обвинения.
Кроме того, вышеуказанными действиями ответчика, связанными с незаконным и необоснованным уголовным преследованием в порядке частного обвинения были нарушены личные неимущественные права и свободы истца.
Самим фактом уголовного преследования со стороны ответчика на протяжении семи календарных месяцев заявителю был причинен моральный вред.
На протяжении длительного времени истец испытывала сильнейшие нравственные страдания, выразившиеся в глубоких переживаниях в связи с наступлением данных событий, как невиновный человек, незаконно привлекаемый со стороны ответчика в порядке частного обвинения к ответственности за якобы совершенное преступление.
В период рассмотрения уголовного дела в суде у нее ухудшилось состояние здоровья из-за обострения заболеваний, так как она постоянно находилась в стрессовой ситуации и высоком нервном напряжении.
На протяжении всех семи месяцев истец испытывала постоянные стрессы, чувства отчаяния и тревоги, страха быть осужденной за преступление, которого не совершала.
На сегодняшний день истец оценивает причиненный ей моральный вред со стороны ответчика в размере 20 000 рублей.
В судебном заседании истец ФИО3 поддержала заявленные требования в полном объеме.
Ответчик ФИО4 возражала против удовлетворения исковых требований в части компенсации морального вреда, поскольку она не является должностным лицом и не осуществляет уголовное преследование, а обращение в суд с жалобой частного обвинения является ее законным правом. Кроме того, ответчик возражала против удовлетворения исковых требований о возмещении убытков, поскольку, хотя это и возможно, но данные требования неверно обоснованы. Если бы истец не обжаловала определение суда о прекращении производства по делу, то было бы проведено одно судебное заседание и не было бы длительного судебного разбирательства.
Суд, выслушав стороны, рассмотрев материалы дела, материалы уголовного дела №, исследовав предоставленные суду доказательства, приходит к следующему.
ДД.ММ.ГГГГ мировым судьей судебного участка № 28 Бахчисарайского судебного района (Бахчисарайский муниципальный район) Республики Крым был постановлен оправдательный приговор по уголовному делу по жалобе частного обвинения ФИО4 о привлечении ФИО3 к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 128.1 УК РФ, в связи с отсутствием в действиях ФИО3 состава преступления с указанием на то, что она обращалась в государственные органы не с целью распространения каких-либо сведений, а с просьбой о квалификации произошедшего ДД.ММ.ГГГГ конфликта, а не с какими-либо утверждениями, так как не является специалистом в области права, что не является злоупотреблением правом, а является реализацией конституционного права на обращение в государственные органы (уголовное дело №, т.2, л.д.58-62).
Данный оправдательный приговор не обжалован и вступил в законную силу.
Защиту интересов ФИО3 в рамках рассмотрения вышеуказанного уголовного дела осуществляла адвокат ФИО7, действующая на основании соглашения о предоставлении юридической помощи от ДД.ММ.ГГГГ и ордера № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.13).
Истцом по заключенному с адвокатом ФИО7 соглашению от ДД.ММ.ГГГГ за защиту в уголовном деле частного обвинения было оплачено 48 600 рублей, что подтверждается квитанциями: № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.14-16).
В соответствии с частью 1 статьи 20 УПК РФ в зависимости от характера и тяжести совершенного преступления уголовное преследование, включая обвинение в суде, осуществляется в публичном, частно-публичном и частном порядке.
Согласно части 2 этой статьи Уголовные дела о преступлениях, предусмотренных статьями 115 частью первой, 116.1 частью первой и 128.1 частью первой Уголовного кодекса Российской Федерации, считаются уголовными делами частного обвинения, возбуждаются не иначе как по заявлению потерпевшего, его законного представителя, за исключением случаев, предусмотренных частью четвертой настоящей статьи, и подлежат прекращению в связи с примирением потерпевшего с обвиняемым.
Частью 1 статьи 133 УПК РФ установлено право на реабилитацию, которое включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.
На основании пункта 1 части 2 данной статьи право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеет подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор.
Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года № 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" (в редакции Постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 9 февраля 2012 года № 3 и от 2 апреля 2013 года № 6), право на реабилитацию при постановлении оправдательного приговора либо прекращении уголовного дела по основаниям, указанным в части 2 статьи 133 УПК РФ, имеют лица не только по делам публичного и частно-публичного обвинения, но и по делам частного обвинения.
Ввиду того, что уголовное преследование по уголовным делам частного обвинения (за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 части 1 и частью 4 статьи 147 УПК РФ) возбуждается частным обвинителем и прекращение дела либо постановление по делу оправдательного приговора судом первой инстанции не является следствием незаконных действий со стороны государства, правила о реабилитации на лиц, в отношении которых вынесены такие решения, не распространяются.
Вместе с тем лицо имеет право на реабилитацию в тех случаях, когда обвинительный приговор по делу частного обвинения отменен и уголовное дело прекращено по основаниям, указанным в части 2 статьи 133 УПК РФ, в апелляционном, кассационном, надзорном порядке в связи с новыми или вновь открывшимися обстоятельствами либо судом апелляционной инстанции после отмены обвинительного приговора по делу постановлен оправдательный приговор.
Из пункта 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2013 года № 42 "О практике применения судами законодательства о процессуальных издержках по уголовным делам" следует, что согласно части 9 статьи 132 УПК РФ при оправдании подсудимого по уголовному делу частного обвинения суд вправе взыскать процессуальные издержки полностью или частично с лица, по жалобе которого было начато производство по этому делу.
Судам следует иметь в виду, что не подтверждение в ходе судебного разбирательства предъявленного обвинения само по себе не является достаточным основанием для признания незаконным обращения к мировому судье с заявлением о привлечении лица к уголовной ответственности в порядке частного обвинения и, как следствие, для принятия решения о взыскании процессуальных издержек с частного обвинителя.
Разрешая данный вопрос, необходимо учитывать, в частности, фактические обстоятельства дела, свидетельствующие о добросовестном заблуждении частного обвинителя либо, напротив, о злоупотреблении им правом на осуществление уголовного преследования другого лица в порядке частного обвинения.
Согласно части 2.1 статьи 133 УПК РФ, право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, в порядке, установленном настоящей главой, по уголовным делам частного обвинения имеют лица, указанные в пунктах 1 - 4 части второй настоящей статьи, если уголовное дело было возбуждено в соответствии с частью четвертой статьи 20 настоящего Кодекса, а также осужденные по уголовным делам частного обвинения, возбужденным судом в соответствии со статьей 318 настоящего Кодекса, в случаях полной или частичной отмены обвинительного приговора суда и оправдания осужденного либо прекращения уголовного дела или уголовного преследования по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2 и 5 части первой статьи 24 и пунктами 1, 4 и 5 части первой статьи 27 настоящего Кодекса.
Согласно части 2 статьи 136 УПК РФ иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.
С учетом изложенного требования о компенсации морального вреда, причиненного необоснованным предъявлением частного обвинения в совершении уголовного преступления, в тех случаях, когда должностными лицами органов предварительного следствия и дознания уголовное дело не возбуждалось, обвинение не предъявлялось и обвинительный приговор судом не выносился, подлежат разрешению в порядке гражданского судопроизводства на основании норм ГК РФ с учетом того, что причинителем вреда является не государственный орган или должностное лицо, а частный обвинитель.
В соответствии со статьей 1100 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда:
вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности;
вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ;
вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию;
в иных случаях, предусмотренных законом.
Положения данной статьи подлежат применению в системном толковании с положениями статей 151, 1064, 1070 и 1099 этого же Кодекса.
Пунктом 1 статьи 1099 ГК РФ установлено, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 названного Кодекса.
Общие положения об ответственности за причинение морального вреда установлены статьей 151 ГК РФ, согласно которой, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства.
Общие основания ответственности за причинение вреда установлены статьей 1064 ГК РФ, согласно которой вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда (пункт 1). Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (пункт 2).
Таким образом, указанные выше положения устанавливают общий принцип наступления гражданско-правовой ответственности за причиненный вред только при наличии вины причинителя, исключения из которого при строго определенных случаях должны быть прямо закреплены в законе.
Такие исключения установлены специальными нормами для предусмотренных статьей 1100 ГК РФ случаев, а именно:
- для случаев причинения вреда распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию, - статьей 152 ГК РФ, согласно пункту 1 которой гражданин вправе требовать по суду опровержения порочащих его честь, достоинство или деловую репутацию сведений, если распространивший такие сведения не докажет, что они соответствуют действительности;
- для случаев причинения вреда жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности - статьей 1079 ГК РФ, согласно пункту 1 которой юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего;
- для случаев причинения вреда гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ - пунктом 1 статьи 1070 ГК РФ, согласно которому вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет соответствующей казны в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.
В соответствии с пунктом 2 статьи 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных пунктом 1 данной статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены статьей 1069 ГК РФ, то есть при наличии вины причинителя.
Таким образом, из положений статей 1064, 1079 и 1100 ГК РФ в их системном толковании следует, что компенсация морального вреда, причиненного в результате уголовного преследования, осуществляется независимо от вины причинителя в случаях наступления последствий, указанных в пункте 1 статьи 1079 ГК РФ, и при условии причинения его должностными лицами либо государственными органами, указанными в данной норме закона.
В соответствии с конституционно-правовой позицией, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 17 октября 2011 года № 22-П по делу о проверке конституционности частей первой и второй статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан ФИО8, ФИО9 и ФИО10, применимость специального порядка возмещения государством вреда предрешается не видом уголовного преследования, а особым статусом причинителя вреда, каковым могут обладать лишь упомянутые в части 1 статьи 133 УПК РФ государственные органы и должностные лица - орган дознания, дознаватель, следователь, прокурор и суд - независимо от занимаемого ими места в системе разделения властей (пункт 3).
Специфика правовой природы дел частного обвинения, уголовное преследование по которым осуществляется частным обвинителем, ограничивает применение к ним положений главы 18 УПК РФ. Вынесение мировым судьей оправдательного приговора в отношении подсудимого по такому делу не порождает обязанность государства возместить причиненный ему вред (если он не был причинен иными незаконными действиями или решениями судьи), поскольку причинителем вреда в данном случае является частный обвинитель, выдвинувший необоснованное обвинение (пункт 5).
В названном выше Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации также указано, что при оправдании подсудимого по делу частного обвинения суд вправе взыскать процессуальные издержки полностью или частично с лица, по жалобе которого было начато производство по данному делу (часть 9 статьи 132 УПК РФ). Взыскание в пользу реабилитированного расходов, понесенных им в связи с привлечением к участию в уголовном деле, со стороны обвинения, допустившей необоснованное уголовное преследование подсудимого, является неблагоприятным последствием ее деятельности. Возмещение же иного вреда за счет средств частного обвинителя главой 18 УПК РФ не предусматривается. Реализация потерпевшим его процессуальных прав по делам частного обвинения не меняет публично-правовой сущности уголовной ответственности и не является основанием для постановки его в равные правовые условия с государством в части возмещения вреда в полном объеме и независимо от наличия его вины (пункт 5).
Аналогичная позиция изложена в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 28 мая 2009 года № 643-О-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ФИО1 на нарушение его конституционных прав частью первой статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации".
Приведенное Конституционным Судом Российской Федерации различие в установлении оснований ответственности в зависимости от субъекта причинителя вреда обусловлено спецификой деятельности правоохранительных органов, при которой возможно невиновное причинение вреда вследствие принятия незаконных решений, в частности, на основании субъективной оценки доказательств, которые, в свою очередь, могут являться следствием фальсификации или ошибки других лиц (экспертов, переводчиков, свидетелей и т.п.). Кроме того, такая особенность объясняется также участием в расследовании уголовных дел широкого круга должностных лиц, вследствие чего установить вину конкретного должностного лица не во всех случаях представляется возможным.
В отличие от уголовного преследования, осуществляемого в публичном и частно-публичном порядке (части 1, 3, 5 статьи 20 УПК РФ), привлечение к уголовной ответственности по делам частного обвинения, за исключением случаев, предусмотренных частью 4 статьи 20 УПК РФ, является следствием обращения частного обвинителя в суд с заявлением о привлечении к уголовной ответственности конкретного лица.
Такое обращение является одной из форм реализации конституционного права граждан на обращение в государственные органы (статья 33 Конституции Российской Федерации) и конституционного права каждого на судебную защиту (часть 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации).
При этом в отличие от органов дознания, предварительного следствия и государственного обвинения на частного обвинителя не возлагается юридическая обязанность по установлению события преступления и изобличению лица или лиц, виновных в совершении преступления (часть 2 статьи 21 УПК РФ).
Согласно конституционно-правовой позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 2 июля 2013 года № 1059-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки ФИО2 на нарушение ее конституционных прав пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 1 части второй статьи 381 и статьей 391.11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации", обращение к мировому судье с заявлением о привлечении лица к уголовной ответственности в порядке частного обвинения само по себе не может быть признано незаконным лишь на том основании, что в ходе судебного разбирательства предъявленное обвинение не нашло своего подтверждения. В противном случае ставилось бы под сомнение конституционное право каждого на судебную защиту, выступающее, как неоднократно подчеркивал Конституционный Суд Российской Федерации, гарантией всех других прав и свобод человека и гражданина, в том числе права на защиту своей чести и доброго имени, гарантированного статьей 23 Конституции Российской Федерации.
В этом же определении указано, что недоказанность обвинения какого-либо лица в совершении преступления, по смыслу части 1 статьи 49 Конституции Российской Федерации, влечет его полную реабилитацию и восстановление всех его прав, ограниченных в результате уголовного преследования, включая возмещение расходов, понесенных в связи с данным преследованием. Взыскание в пользу реабилитированного лица расходов, понесенных им в связи с привлечением к участию в уголовном деле, со стороны обвинения, допустившей необоснованное уголовное преследование подсудимого, является неблагоприятным последствием ее деятельности. При этом, однако, возложение на частного обвинителя обязанности возместить лицу, которое было им обвинено в совершении преступления и чья вина не была доказана в ходе судебного разбирательства, понесенные им вследствие этого расходы не может расцениваться как признание частного обвинителя виновным в таких преступлениях, как клевета или заведомо ложный донос.
В соответствии с частью 4 статьи 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.
С учетом изложенного суд находит, что при разрешении вопроса о вине частного обвинителя в причинении морального вреда следует исходить из того, что сам по себе факт вынесения в отношении подсудимого оправдательного приговора по делу частного обвинения не предрешает вопроса о вине частного обвинителя.
Вместе с тем отсутствие в отношении частного обвинителя вступившего в законную силу приговора о признании его виновным в клевете или заведомо ложном доносе также само по себе не является препятствием для установления в гражданском процессе его вины и возложения на него на основании норм гражданского права обязанности компенсировать моральный вред, причиненный необоснованным привлечением к уголовной ответственности.
Согласно пункту 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).
В соответствии с конституционно-правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в указанном выше Постановлении от 17 октября 2011 года № 22-П, необходимость обеспечения требования УПК РФ о реабилитации каждого, кто необоснованно подвергся уголовному преследованию (часть 2 статьи 6), не исключает использования гражданско-правового механизма защиты прав добросовестных участников уголовного процесса от злоупотреблений своим правом со стороны частного обвинителя, когда его обращение в суд с заявлением о возбуждении уголовного дела в отношении конкретного лица не имеет под собой никаких оснований и продиктовано не потребностью защитить свои права и охраняемые законом интересы, а лишь намерением причинить вред другому лицу.
Также согласно конституционно-правовой позиции, изложенной в указанном выше Определении от 2 июля 2013 года № 1059-О, истолкование статьи 1064 ГК РФ в системе действующего правового регулирования предполагает возможность полного либо частичного возмещения частным обвинителем вреда в зависимости от фактических обстоятельств дела, свидетельствующих о добросовестном заблуждении или же, напротив, о злонамеренности, имевшей место в его действиях, а также с учетом требований разумной достаточности и справедливости.
Таким образом, положения гражданского права, действующие в неразрывном системном единстве с конституционными предписаниями, в том числе с частью 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц и которая в силу части 1 статьи 15 Конституции Российской Федерации как норма прямого действия подлежит применению судами при рассмотрении ими гражданских и уголовных дел, позволяют суду при рассмотрении каждого конкретного дела достигать такого баланса интересов, при котором равному признанию и защите подлежит как право одного лица, выступающего в роли частного обвинителя, на обращение в суд с целью защиты от преступления, так и право другого лица, выступающего в роли обвиняемого, на возмещение ущерба, причиненного ему в результате необоснованного уголовного преследования.
В этом же Определении указано, что не исключается использование гражданско-правового механизма защиты прав добросовестных участников уголовного процесса от злоупотреблений своим правом со стороны частного обвинителя, когда его обращение в суд с заявлением о возбуждении уголовного дела в отношении конкретного лица не имеет под собой никаких оснований и продиктовано не потребностью защитить свои права и охраняемые законом интересы, а лишь намерением причинить вред другому лицу.
При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу об удовлетворении заявленных требований в части возмещения расходов истца на оплату услуг защитника в размере 48 600 рублей, понесенных в связи с обращением ответчика в суд с жалобой частного обвинения, в результате рассмотрения которой в отношении истца был постановлен оправдательный приговор.
Исковые требования в части компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат, поскольку действующим уголовно-процессуальным законодательством предусмотрено право гражданина, независимо от его образования и профессии, обратиться в суд с заявлением в порядке частного обвинения о совершении преступления, которое было реализовано ответчиком, так как она полагала свои требования законными. При этом суд приходит к выводу о том, что ответчик, обращаясь в суд с заявлением частного обвинения в отношении ФИО3, не преследовала цели необоснованного привлечения к уголовной ответственности и не имела намерений причинить истцу вред, злоупотребления правом со стороны ФИО4 при обращении в суд с заявлением частного обвинения не установлено, а истцом не предоставлено доказательств такие обстоятельства подтверждающие.
Кроме того, суд учитывает, что после произошедшего между сторонами ДД.ММ.ГГГГ конфликта, как истец, так и ответчик обращались как в правоохранительные органы с заявлениями о привлечении друг друга к уголовной ответственности, так и истец обращалась к мировому судье с заявлением о привлечении ответчика к уголовной ответственности, в том числе по ч. 1 ст. 128.1 УК РФ (уголовное дело №, т.1, л.д. 4-5, 91-97).
Согласно ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.
Согласно ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.
Таким образом, с учетом частичного удовлетворения исковых требований, с ответчика ФИО4 в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 1 658 рублей, от уплаты которой истец при обращении в суд была освобождена.
На основании вышеизложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд,
РЕШИЛ :
Исковые требования ФИО3 – удовлетворить частично.
Взыскать с ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки , зарегистрированной по адресу: , паспорт гражданина РФ серии № от ДД.ММ.ГГГГ, выданный Отделом УФМС России по Республике Крым и г.Севастополю, код 910-008, в пользу ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки , зарегистрированной по адресу: , паспорт гражданина РФ серии № от ДД.ММ.ГГГГ, выданный ФМС, код 900-002, убытки в размере 48 600 (сорок восемь тысяч шестьсот) рублей.
В остальной части исковых требований – отказать.
Взыскать с ФИО4 в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 1 658 (одна тысяча шестьсот пятьдесят восемь) рублей.
Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный суд Республики Крым через Бахчисарайский районный суд Республики Крым в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Решение суда в окончательной форме принято – 26.07.2022 года.
Председательствующий: А.Е.Скисов