Мотивированное апелляционное определение изготовлено 02.08.2023 года
Судья I инстанции Коновалова И.В.
Дело № 33-5414/2023
76RS0013-02-2022-001041-59
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
Судебная коллегия по гражданским делам Ярославского областного суда в составе:
председательствующего Сеземова А.А.,
судей Ваниной Е.Н. и Рыбиной Н.С.,
при секретаре Подколзиной О.В.,
с участием прокурора Лазаревой Е.А.,
рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Ярославле
27 июля 2023 года
гражданское дело по апелляционной жалобе ГУЗ ЯО Городская поликлиника № 3 им.Н.А.Семашко на решение Рыбинского городского суда Ярославской области от 21 марта 2023 года, которым постановлено:
«Взыскать с Государственного учреждения здравоохранения Ярославской области «Городская поликлиника № 3 им.Н.А.Семашко» (<данные изъяты>) в пользу ФИО1 (<данные изъяты>) компенсацию морального вреда 100 000 руб., судебные расходы на оплату услуг представителя 5 000 руб., почтовые расходы 2 044,70 руб.
В остальной части иска отказать.
Взыскать с Государственного учреждения здравоохранения Ярославской области «Городская поликлиника № 3 им.Н.А.Семашко» госпошлину в доход местного бюджета в размере 300 руб.».
Заслушав доклад судьи Сеземова А.А., судебная коллегия
установила:
ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к ГУЗ ЯО «Городская поликлиника № 3 им.Н.А.Семашко», с учетом уточнения требований просил признать бездействие, выразившееся в ненадлежащем оказании медицинской помощи, незаконным; взыскать компенсацию морального вреда в размере 700 000 рублей, убытки в размере 26 015 рублей, судебные расходы.
В обоснование требований указано, что 01.11.2007 года на автодороге <адрес> произошло столкновение автомашины ВАЗ-21101, государственный регистрационный знак № под управлением ФИО2, и автомобиля ВАЗ-21043, государственный регистрационный знак № под управлением ФИО3 В результате столкновения транспортных средств пассажиры, в том числе ФИО1, получили телесные повреждения. Согласно акту судебно-медицинского освидетельствования от 29.10.2008 года № 1827 истцу был причинен тяжкий вред здоровью; впоследствии установлена <данные изъяты>, 60 % утраты трудоспособности по производственной травме. ФИО1 с 2009 года наблюдается в ГУЗ ЯО «Городская поликлиника № 3 им.Н.А.Семашко». 22.03.2017 года в ГБУЗ ЯО «Городская больница № 2 им.Н.И.Пирогова» после КТ головного мозга сделано заключение: «<данные изъяты>». 16.02.2020 года после проведения МРТ головного мозга в Центре диагностики города Рыбинск получено заключение о «<данные изъяты>». 10.03.2020 года в справке № 125 на получение путевки на санаторно-курортное лечение не отражены все имеющиеся диагнозы. 03.04.2020 года врач ФИО4 не смогла пояснить, по какой причине истец не получает лечение, когда был <данные изъяты>. 17.06.2021 года в ходе МРТ выявлен единичный очаг <данные изъяты>. 24.12.2021 года в результате выполнения мультиспиральной томографии в клинике «Томоград» выдано заключение: «<данные изъяты> <данные изъяты>». Полагает, что при проведении лечения было нарушено ведение и оформление медицинской документации, выразившееся в сокрытии заболеваний истца (<данные изъяты>). ФИО1 был на приеме у врача ФИО4 в сентябре, октябре 2021 года; в декабре 2021 года был выписан <данные изъяты>, так как был нарушен сон. В январе 2022 года вернулись боли в пальцах правой ноги, сделан рентген, врачом выписан <данные изъяты>. При обращении в поликлинику 24.01.2022 года для получения талона, к врачу ФИО4 талон не дали, поскольку она находилась на листе нетрудоспособности, эндокринолог уволен, к онкологу, терапевту талон дать отказались. В связи с продолжающимся ухудшением состояния здоровья 15.04.2022 года истец выполнил МРТ в ООО «Мед-Арт», согласно заключению которого выявлены мелкоочаговые изменения вещества головного мозга сосудистого характера (проявления микроангиопатии), незначительное <данные изъяты>. Однако результаты МРТ ни в ПРП, ни в санаторно-курортную карту не включены. В ФГУ Реабилитационный центр Фонда ФСС с истцом случился очередной приступ, решением консилиума врачей ему отказано в санаторном лечении в связи с необходимостью срочной госпитализации по месту жительства. Терапевтом поликлиники были выписаны лекарства на общую сумму 31 098 рублей. Но невролог поликлиники № 3 выписала другие лекарства и пояснила о необходимости направления к эпилептологу. Однако соответствующее направление истцу не выдано, на госпитализацию он не направлен.
Судом постановлено указанное выше решение.
В апелляционной жалобе ставится вопрос об отмене решения, принятии по делу нового решения.
Проверив законность и обоснованность решения суда в пределах доводов, изложенных в жалобе, исследовав письменные материалы дела, заслушав представителя ГУЗ ЯО Городская поликлиника № 3 им.Н.А.Семашко (по доверенности) ФИО5 в поддержание доводов жалобы, заключение прокурора Лазаревой Е.А. о законности и обоснованности постановленного судом решения, судебная коллегия считает, что апелляционная жалоба не содержит предусмотренных законом оснований к отмене или изменению решения суда.
Принимая решение о частичном удовлетворении заявленного иска, суд первой инстанции исходил из частичной доказанности того факта, что ответчиком при оказании медицинской помощи истцу был допущен ряд дефектов, которые отражены в ответах на вопросы № 21 и № 23 заключения проведенной по делу комиссионной судебно-медицинской экспертизы; эти дефекты, хотя и не имели существенных последствий для здоровья ФИО1, тем не менее, причинили ему нравственные страдания и нарушили его права как потребителя медицинских услуг, что является необходимым и достаточным условием для взыскания в его пользу компенсации морального вреда, размер которой, с учетом характера, степени и последствий допущенных ответчиком нарушений, определен судом в 100 000 рублей. При этом суд также пришел к выводу об отсутствии оснований для взыскания в пользу истца заявленных им убытков в сумме 26 915 рублей, понесенных им в связи с приобретением лекарств.
С выводами суда первой инстанции судебная коллегия соглашается, считает их законными, обоснованными и сделанными на основании всестороннего и полного исследования всех представленных по делу доказательств в их совокупности.
Судом правильно установлена юридическая природа взаимоотношений сторон и сделан обоснованный вывод о применении к их правоотношениям положений Закона РФ «О защите прав потребителей», статьей 15 которого предусмотрено, что моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных потребителем убытков.
В ходе рассмотрения данного дела судом назначено проведение судебно-медицинской экспертизы в целях выяснения имеющих юридическое значение обстоятельств дела – о подтверждении либо неподтверждении выставленных истцу клинических диагнозов; полноценности, своевременности и эффективности оказания ему медицинской помощи при каждом из его обращений в медицинское учреждение; наличия или отсутствия дефектов оказания ему медицинской помощи.
При этом в заключении экспертизы (ответы на вопросы № 21 и № 23) сделаны выводы о наличии лишь таких дефектов оказания истцу медицинской помощи, которые не имели существенных последствий для здоровья истца, а в одном случае и вовсе свелись к заполнению санаторно-курортной карты при том, что подобное лечение истцу противопоказано.
Соответственно с установленными по делу обстоятельствами судом определен размер подлежащей взысканию в пользу истца компенсации морального вреда.
Доводы апелляционной жалобы о неправильности, незаконности решения суда и о необходимости его отмены или изменения не свидетельствуют.
Довод о том, что ввиду отсутствия клинических рекомендаций по диагнозу истца указанные в экспертном заключении дефекты не подлежали квалификации в качестве нарушений оказания истцу медицинской помощи, судебная коллегия считает несостоятельным как противоречащий содержанию экспертного заключения (ответы на вопросы № 21 и № 23), в котором доступным языком изложен алгоритм действий медицинского работника при данном диагнозе пациента и констатирован факт несоблюдения ответчиком этого алгоритма. Само по себе отсутствие утвержденных клинических рекомендаций по соответствующим вопросам в данной ситуации не свидетельствует об отсутствии дефектов оказания медицинской помощи, из чего обоснованно исходил суд первой инстанции.
Судебная коллегия отмечает обоснованность довода апелляционной жалобы о том, что в «Номенклатуре должностей медицинских работников и фармацевтических работников», утвержденной Приказом Минздрава России № 1183н от 20.12.2012 года, отсутствует указание специальности «врач-эпилептолог».
Однако, в пункте 2.1 утвержденных Минздравом России «Клинических рекомендаций "Эпилепсия и эпилептический статус у взрослых и детей"» (опубликованы на официальном сайте Минздрава России https://minzdrav.gov.ru/ 16.08.2022 года и в соответствии с Постановлением Правительства РФ от 17.11.2021 года № 1968 подлежат применению с 01.01.2024 года) содержится указание о том, что специалистом по эпилепсии является невролог, имеющий опыт диагностики, лечения и ведения пациентов с эпилепсией, что подтверждается соответствующим документом (удостоверением) о тематическом усовершенствовании в области эпилептологии (невролог-эпилептолог).
Указание на врачебную специальность эпилептолога имеется также в пункте 6 утвержденных Минздравом Росии «Клинических рекомендаций "Глутаровая ацидурия тип 1"» (опубликованы на официальном сайте Минздрава России https://minzdrav.gov.ru/ 30.08.2021 года и в соответствии с Постановлением Правительства РФ от 17.11.2021 года № 1968 применяются с 01.01.2022 года).
Таким образом, подобная врачебная специальность существует, и, следовательно, указание в экспертном заключении в ответе на вопрос № 23 о необходимости направления истца на консультацию к подобному специалисту является обоснованным. Сам по себе факт отсутствия штатной должности подобного специалиста в кадровой структуре ответчика не свидетельствует о том, что истцу не следовало рекомендовать подобную консультацию.
Вопреки доводам апелляционной жалобы, отсутствие в решении суда ссылок на ответ экспертов по вопросу № 24 о необоснованности решения не свидетельствует. Как усматривается из текста экспертного заключения, по мнению экспертов сам поставленный перед экспертизой вопрос сформулирован столь некорректно, что плохо поддается пониманию. Из этого следует, что все дальнейшие выводы сделаны экспертами на основе их собственного понимания поставленного вопроса, которое может кардинально отличаться от тех смысла и значения, которые вкладывал в него суд при назначении экспертизы. Таким образом, ответ экспертов на данный вопрос носит лишь характер предположения, а потому он не подлежал принятию во внимание судом при вынесении решения по делу.
Иных доводов о несогласии с постановленным судом решением апелляционная жалоба не содержит.
В части отказа в удовлетворении требования истца о взыскании убытков в сумме 26 915 рублей решение суда не обжалуется, и в силу статьи 327.1 ГПК РФ предметом проверки суда апелляционной инстанции не является.
Нарушений норм процессуального права, которые в силу части 4 статьи 330 ГПК РФ влекли бы безусловную отмену постановленного решения, судом первой инстанции не допущено.
По изложенным мотивам судебная коллегия оставляет апелляционную жалобу без удовлетворения.
Руководствуясь статьей 328 ГПК РФ, судебная коллегия
определила:
Оставить решение Рыбинского городского суда Ярославской области от 21 марта 2023 года без изменения, апелляционную жалобу ГУЗ ЯО Городская поликлиника № 3 им.Н.А.Семашко – без удовлетворения.
Председательствующий
Судьи