Дело №
УИД 62RS0№-33
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
27 июня 2022 года г. Михайлов
Михайловский районный суд Рязанской области в составе:
председательствующего судьи Вагина И.В.,
при секретаре Жучковой Е.С.,
с участием истицы ФИО1 и ее представителя по доверенности – ФИО2,
представителя ответчика ФИО3 по ордеру – адвоката Мавриной С.В.,
рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело № 2 – 19/2022 по иску ФИО1 к ФИО3 об устранении препятствий в пользовании земельным участком,
установил:
ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО3 об устранении препятствий в пользовании земельным участком.
В обоснования иска указано следующее:
Она, ФИО1, является собственником земельного участка с кадастровым номером: 62:08:0021302:56, расположенного по адресу: верх, расположенного на нем жилого дома, что подтверждается прилагаемыми выписками из ЕГРН. Ответчику, ФИО3, принадлежит на праве собственности земельный участок, расположенный по адресу: , с кадастровым номером: № и расположенный на нем жилой дом. Принадлежащие истцу и ответчику № по адресу: верх, являются отдельно стоящими домами, что подтверждается прилагаемыми выписками из ЕГРН. Ответчик частично на принадлежащем ему земельном участке и части участка истца возвел самовольную пристройку к своему жилому дому.
Ранее между домами истца и ответчика, в том месте, где сейчас располагается спорная пристройка, существовал проход. Данная пристройка располагается вплотную между домами истца и ответчика. Данная пристройка лишает истца доступа к стене его жилого дома для осуществления ремонта и обслуживания дома. Из-за того, что спорна пристройка опирается на стену и фундамент дома истца, происходит постепенное разрушение дома истца. С крыши пристройки на земельный участок истца падает снег, стекает дождь.
При возведении пристройки к жилому дому ответчика, им были нарушены существующие строительные нормы и правила: необходимо было расположить пристройку на расстоянии не менее 3 м от границ земельного участка, а также ориентировать скат крыши на земельный участок, где располагается данная пристройка в целях недопущения стока дождевой воды и схода снега с крыши на земельный участок истца, а также уведомить орган местного самоуправления о начале и об окончании реконструкции. Указанная пристройка была возведена ответчиком без оформления разрешительной документации, с нарушением правил, предъявляемых к новому строительству и является самовольной постройкой. Незаконно возведенная ответчиком пристройка к жилому дому не позволяет истцу пользоваться принадлежащим ему на праве собственности земельным участком и расположенным на нем жилым домом, в результате чего ответчиком созданы препятствия к реализации истцом прав собственника, установленных ст. 209 Гражданского кодекса РФ.
Зимой по скату крыши пристройки ответчика, ввиду отсутствия какой-либо системы снегозадержания, падает подтаявший снег и куски льда на участок истца, создавая опасность для его жизни и здоровья, а также жизни и здоровья членов его семьи.
В соответствии со СНиП 2.07.01-89, п. п. 6.7 и 7.5 СНиП 30-02-97 при возведении на садовом (дачном) участке хозяйственных построек, располагаемых на расстоянии 1 м от границы соседнего садового участка, следует скат крыши ориентировать на свой участок. При этом не допускается организация стока дождевой воды с крыш на соседний участок. В соответствии с требованиями СниП 2.07.01-89 «Градостроительство. Планировка зданий и застройка городских и сельских поселений», в районах усадебной и садоводческой застройки расстояния от окон жилых помещений (комнат, кухонь, веранд) до стен дома и хозяйственных построек (сарая, гаража, бани), расположенных на соседних земельных участках, должно быть не менее 6 метров. Расстояния от границ участка должно быть не менее: до стены жилого дома – 3 м, до хозяйственных построек – 1 м.
Истец неоднократно обращался к ответчику с требованием прекратить строительство привести указанные постройки в соответствие с нормами действующего законодательства. Однако на законные требования истца ответчик отвечал отказом.
Таким образом, осуществляемая ответчиком реконструкция влечет фактическое уменьшение размера имущества истца, а именно земельного участка, на котором расположена часть этой пристройки.
В этой связи, истец, с учетом уточнений, просил суд, обязать ответчика прекратить нарушение права пользования истца земельным участком с кадастровым номером №, расположенным по адресу: обязать ответчика освободить земельный участок истца от пристройки лит. А2 (помещение 6, кухня 9 кв.м к жилому дому ответчика). Обязать ответчика организовать водоотведение с крыши дома ответчика на участок ответчика.
Дело рассматривается в отсутствие надлежащим образом извещенного ответчика ФИО3
Истец ФИО1 и ее представитель по доверенности – ФИО2, в судебном заседании исковые требования поддержали по основаниям, изложенным в иске и описательной части решения.
Представитель ответчика ФИО3 по ордеру – адвокат Маврина С.В., иск ФИО1 не признала.
Суд, выслушав истца и представителей сторон, исследовав материалы дела, считает исковые требования ФИО1 не обоснованными и удовлетворению не подлежащими, по следующим основаниям:
В силу ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам.
Согласно ст. 304 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были связаны с лишением владения.
В судебном заседании установлено, что ФИО1, является собственником земельного участка с кадастровым номером: расположенного по адресу: расположенного на нем жилого дома, что подтверждается выписками из ЕГРН.
ФИО3 является собственником земельного участка, расположенный по адресу: с кадастровым номером: № и расположенный на нем жилым домом, что подтверждается выписками из ЕГРН.
Данные обстоятельства сторонами в судебном заседании не оспаривались и подтверждаются выписками из единого государственного реестра прав на недвижимой имущество и сделок с ним, а так же делом правоустанавливающих документов на указанные объекты.
Свидетель ФИО5 показал, что он строил дом ФИО1 в 1995 году. Старый дом истицей был снесен, он был шлаковый, а на фундаменте старого дома он возводил стены нового дома. Стена дома истицы возводилась вплотную к стене дома ответчика ФИО3 пройти между домами было не возможно. Фундаменты у соседних домов самостоятельные. Кроме стен нового дома истицы, на старом фундаменте он ничего не строил.
В ходе судебного разбирательства по ходатайству истца, определением суда была назначена комплексная судебная землеустроительная, строительно – техническая экспертизы, производство данной экспертизы было поручено эксперту АНО «Центр независимой потребительской экспертизы».
Согласно заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, установлено следующее:
Объектами экспертизы являются: здание, назначение: жилой дом, наименование: жилой дом, согласно выписке из ЕГРН от 22.06.21г. общая площадь 55,5м2, этаж 1, материал наружных стен: крупноблочные, год завершения строительства 1935, с кадастровым номером № и расположенные на земельном участке с кадастровым номером № площадью 2817м2 вспомогательные строения (хозяйственные), по адресу: , принадлежащие по праву собственности ФИО3; здание, назначение: жилой дом, наименование: жилой дом, согласно Выписке из ЕГРН от 22.06.21г. общая площадь 70,1м2, этаж 2, материал наружных стен: кирпичные, год завершения строительства 2000, с кадастровым номером № и расположенные на земельном участке с кадастровым номером № площадью 2000м2 вспомогательные строения (хозяйственные), по адресу: , принадлежащие по праву собственности ФИО1, исследование которых произведено в соответствии с вопросами, поставленными судом на разрешение эксперту.
Принадлежащие ответчику ФИО3 жилой дом с кадастровым номером № и расположенные на земельном участке с кадастровым номером № вспомогательные строения (хозяйственные), по адресу: требованиям градостроительных, строительных, противопожарных, санитарно - эпидемиологических, экологических и иных обязательных норм и правил (ГОСТ, СНиП, СанПиН и др.), соответствуют, за исключением следующего: не соблюдены требования ПЗЗ о том, что «до границы соседнего приквартирного участка в соответствии с требованиями СП 30-102-99, СНиП 2.07.01-89 (прил. 1) расстояния должны быть не менее: от усадебного, одно - двухквартирного и блокированного дома 3 м. Следует отметить, что жилой дом №16 также расположен с нарушением требований ПЗЗ о том, что «до границы соседнего приквартирного участка в соответствии с требованиями СП 30-102- 99, СНиП 2.07.01-89 (прил. 1) расстояния должны быть не менее: от усадебного, одно - двухквартирного и блокированного дома 3 м. Кроме того, между жилыми домами № не соблюдено минимальное противопожарное расстояние 6 метров. У пристройки к дому размером по внешнему обмеру 4,5м х 10,7м, возведенной на месте сараев лит. 1 - 4, не выполнена отмостка. Отсутствие отмостки является несоблюдением требований «ТР 94.12-99 Технический регламент операционного контроля качества строительно-монтажных и специальных работ при возведении зданий и сооружений. 12. Благоустройство территорий у строящихся зданий и сооружений», согласно которым отмостки должны устраиваться у всех возводимых зданий. Ширина отмосток 0,75 м с поперечным уклоном от здания не менее 2 % (п. 10 раздела 3.4 тома 12). Восточная стена пристройки возведена вдоль смежной границы участков сторон, без отступа. В дальнейшем обслуживать восточную стену пристройки, а также выполнить отмостку возможно только на земельном участке истца, что может ограничить его в возможности использования отрезка длиной 4,5 м вдоль стены и шириной не менее 0,75 м (площадь 3,37м2). Водоотведение с крыши над жилым домом (лит. А2, кухня) выполнено на участок истца, непосредственно под стену пристройки ответчика, что, при отсутствии отмостки, будет оказывать негативное воздействие на строение ответчика. Водоотведение с крыши над жилым домом (лит. А2, кухня) необходимо организовать на участок ответчика, по аналогии с обустройством водоотведения с крыши новой пристройки.
Указанной экспертизой установлено, что в настоящее время демонтированы следующие постройки: лит. 1 сарай (материал стен - каменные) площадь застройки 30,6м2, лит. 2 сарай (материал стен - шлаковые) площадь застройки 16,2м2 (примыкал к дому), лит. 3 сарай (материал стен - шлаковые) площадь застройки 9,4м2 (примыкал к дому) и лит. 4 сарай (материал стен - шлаковые) площадь застройки 5,6м2 (примыкал к дому). На их месте возведена пристройка к дому размером по внешнему обмеру 4,5м х 10,7м. В пристройке расположены: холодная кладовая размером 2,4м х 4,1м площадью 9,84м2 (в кладовую отдельный вход с улицы); холодная веранда размером 4,75м х 4,1м площадью 19,5м2 (вход на веранду через крыльцо размером 1,3м х 2,9м, а из веранды в дом); санузел совмещенный, отапливаемый размером 3м х 2,9м площадью 8,7м2. Вход в санузел организован из помещения лит. 4 (прихожая) жилого дома лит. А1 путем обустройства в каменной стене дверного проёма. Также демонтирована веранда лит. А площадью 8,3 м2 и крыльцо а1. На их месте также возведена холодная веранда размером 2,69м х 3,6м площадью 9,4м2 и холодный тамбур площадью 1,5м х 2,4м площадью 3,6м2. Пристройка возведена вдоль смежной границы участков сторон, без отступа. Ранее существовавшие постройки были расположены аналогичным образом, без отступа. На крыше возведенной пристройки установлены снегозадержатели, водоотведение с крыши выполнено на участок ответчика. Возведение пристройки никак не повлияло на возможность доступа (прохода) и подъезда автомобильного транспорта к жилому дому и земельному участку истца, не ухудшило инсоляцию земельного участка истца. Пристройка на данный момент не создает препятствий в пользовании истцу своими строениями и земельным участком, но в дальнейшем обслуживать восточную стену пристройки, а также выполнить отмостку возможно только на земельном участке истца, что может ограничить его в возможности использования отрезка длиной 4,5 м вдоль стены и шириной не менее 0,75м (площадь 3,37м2).
Сохранение и эксплуатация жилого дома и расположенных на земельном участке с кадастровым номером № вспомогательные строения (хозяйственные), по адресу: , не создает угрозу жизни и здоровью граждан, имуществу физических или юридических лиц, нанесения экологического ущерба, не нарушает права и охраняемые законом интересы истца и других лиц. Существенных нарушений градостроительных норм и правил, которые могут повлечь уничтожение постройки, причинение вреда жизни, здоровью человека, повреждение или уничтожение имущества других лиц, не установлено.
Техническое состояние жилого дома и возведенной к нему пристройки исправное (категория технического состояния строительной конструкции или здания и сооружения в целом, характеризующаяся отсутствием дефектов и повреждений, влияющих на снижение несущей способности и эксплуатационной пригодности), не создает угрозы жизни и здоровью граждан. Требования ст. 7 Федерального закона от 30.12.2009г. № 384-ФЗ (ред. от 02.07.2013) "Технический регламент о безопасности зданий и сооружений" к механической безопасности здания соблюдены. В данном случае, по мнению эксперта, отсутствуют основания утверждать о наличии реестровой ошибки при межевании земельного участка.
В соответствии с положениями статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации экспертное заключение является одним из видов доказательств по делу, оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования. В то же время, суд при наличии в материалах рассматриваемого дела заключения эксперта должен учитывать и иные добытые по делу доказательства и дать им надлежащую оценку. Экспертные заключения оцениваются судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.
Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.
Суд, в данном случае не усматривает оснований ставить под сомнение достоверность заключения эксперта, так как оно в полном объеме отвечает требованиям статей 55, 59 - 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку содержит подробное описание исследований материалов дела, сделанные в результате их выводы и обоснованные ответы на поставленные вопросы. Оснований не доверять выводам указанной экспертизы у суда не имеется, эксперт имеет необходимую квалификацию, предупрежден об уголовной ответственности и не заинтересован в исходе дела; доказательств, указывающих на недостоверность проведенной экспертизы, либо ставящих под сомнение ее выводы, суду не представлено.
В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
В соответствии с ч. 1 ст. 55 ГПК РФ, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела; эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов. При этом каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
По смыслу ст. 67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
Согласно, с закрепленными в ст. ст. 6 и 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод праве каждого на справедливое судебное разбирательство и праве на эффективное средство правовой защиты, предусмотренном в п. 1 ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, ч. 1 ст. 19, ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК Российской Федерации принципе состязательности и равноправия сторон, установленном в ст. 9 ГПК Российской Федерации принципе диспозитивности, приведенные выше положения Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предполагают, что свобода определения объема своих прав и обязанностей в гражданском процессе и распоряжения процессуальными средствами защиты предусматривает усмотрение сторон в определении объема предоставляемых ими доказательств в подтверждение своих требований и возражений.
При этом стороны сами должны нести ответственность за невыполнение обязанности по доказыванию, которая может выражаться в неблагоприятном для них результате разрешения дела, поскольку эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности. Суд, содействуя сторонам в реализации этих прав, осуществляет в свою очередь лишь контроль за законностью совершаемых ими распорядительных действий, основывая решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании, и оценивая относимость, допустимость, достоверность каждого из них в отдельности, а также достаточность и взаимную связь их в совокупности (ч. 2 ст. 57, ст. ст. 62, 64, ч. 2 ст. 68, ч. 3 ст. 79, ч. 2 ст. 195, ч. 1 ст. 196 ГПК Российской Федерации).
Довод истца о том, что часть пристройки ответчика находится на земельном участке истца на расстоянии от 18 до 29 см. в связи с чем данная пристройка подлежит сносу, так как других способов устранения нарушений прав истца не имеется, суд находит необоснованным, а способ устранения не соразмерным нарушенным правам истца. Так, в судебном заседании установлено, что дома истца и ответчика существуют в указанном виде длительное время, дом ответчика построен в 1935 году, дом истца реконструирован в 1995 году, при существующей пристройке к дому ответчика. Пристройка ответчика к дому, ни каких прав истца не нарушает. Также, согласно пояснений эксперта, при межевании земельных участков, согласно методических рекомендаций по межеванию от ДД.ММ.ГГГГ, на момент межевания погрешность при контроле межевания составляла 40 см. Перенести пристройку ответчика без соразмерного ущерба не возможно.
Разрешая исковые требования о сносе пристройки, суд пришел к выводу о том, что снос самовольной пристройки на чем настаивает истец, является крайней мерой гражданско-правовой ответственности лица, осуществившего такое строительство, а устранение последствий нарушений прав должно быть соразмерно самому нарушению и может нарушить права лица, осуществившего такое строительство, поскольку удовлетворение требований о сносе строения может привести к причинению несоразмерности убытков и явному нарушению баланса интересов сторон. При этом суд учитывает, что данное состояние жилых помещений, в части расстояния разрыва между жилыми домами истца и ответчика сложилось на протяжении длительного времени, в том числе до реконструкции дома истца. То есть выявленные нарушения, при таких установленных обстоятельствах дела, являются не существенными.
Таким образом суд, находит, что требования истца не отвечают принципам соразмерности, справедливости и разумности, истцом не доказана необходимость и соразмерность защиты своего права исключительно путем сноса спорной пристройки.
Суд считает, что необходимость и соразмерность защиты прав истца исключительно заявленным им способом не обоснована, так как решение о сносе строения является крайней мерой, допускаемой только в том случае, если сохранение постройки нарушает права и охраняемые интересы других лиц либо создает непосредственную угрозу жизни и здоровью граждан, доказательств чему истцом не представлено.
Анализируя установленные в судебном заседании обстоятельства, с учётом положений закона и конкретных обстоятельств дела, суд приходит к выводу, что исковые требования ФИО1 к ФИО3 об устранении препятствий в пользовании земельным участком удовлетворению не подлежат.
На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд
решил :
В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3 об устранении препятствий в пользовании земельным участком, отказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме в Рязанский областной суд через Михайловский районный суд.
Судья И.В. Вагин