Решение по делу № 2-2641/2024 от 27.01.2025

Дело №

УИД: 15RS0№-30

РЕШЕНИЕ

ИФИО1

27 января 2025 года <адрес>

Промышленный районный суд <адрес> в составе:

председательствующего судьи Кцоевой А.А.

при секретаре судебного заседания ФИО5

с участием помощника прокурора <адрес> ФИО6,

представителя истца – ФИО8,

представителя ответчика – ФИО7,

представителя третьего лица Государственной инспекции труда в РСО-Алания ФИО10,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к Федеральному государственному бюджетному образовательному учреждению высшего образования «Северо-Осетинская государственная медицинская академия» Министерства здравоохранения Российской Федерации о признании приказа о расторжении трудового договора незаконным, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, денежной компенсации морального вреда и судебных расходов,

установил:

ФИО3 обратилась в суд с иском к Федеральному государственному бюджетному образовательному учреждению высшего образования «Северо-Осетинская государственная медицинская академия» Министерства здравоохранения Российской Федерации ( далее - ФГБОУ ВО СОГМА Минздрава России) о признании приказа о расторжении трудового договора незаконным, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, денежной компенсации морального вреда и судебных расходов с привлечением в качестве третьего лица Государственной инспекции труда в РСО-Алания.

В обоснование иска указано, что она на основании трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ней и ФГБОУ ВО СОГМА Минздрава России в лице ректора ФИО2, работала в должности начальника управления научными исследованиями на 0.5 ставки.

Приказом ФГБОУ ВО СОГМА Минздрава России №/к от ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор с ФИО3 расторгнут с ДД.ММ.ГГГГ в соответствии с пп. «а» п.6 ст.81 ТК РФ.

Основанием издания приказа явилось заключение служебной проверки от ДД.ММ.ГГГГ с выводом о совершении ФИО3 прогула.

Считает, что при принятии решения о прекращении трудовой деятельности по данному основанию, работодателем нарушен порядок привлечения к дисциплинарной ответственности, выразившиеся в следующем.

В приказе не указано время совершения самого прогула. В предоставлении копии материалов служебной проверки по ее письменному заявлению, в нарушение требований ст.62 ТК РФ ей немотивированно отказано. До применения дисциплинарного взыскания работодатель не затребовал от нее письменное объяснение причин отсутствия. Работодателем не получено мотивированное мнение профсоюзной организации ФГБОУ ВО СОГМА Минздрава России, которое являлось обязательным при ее увольнении. С Правилами внутреннего трудового распорядка и графиком работ не была ознакомлена, ни в одном из распорядительных документов ответчика, как и в трудовом договоре, нет указания о продолжительности, о времени начала и окончания рабочего дня. Управление научными исследованиями ФГБОУ ВО СОГМА Минздрава России состоит из вивария, отдела аспирантуры и кабинета в здании ФГБОУ ВО СОГМА Минздрава России. Все три подразделения расположены в разных местах. При составлении актов об отсутствии на работе ДД.ММ.ГГГГ ее пребывание в Виварии и Отделе аспирантуры не проверяли. В связи с отсутствием у нее электронного пропуска ее вход и выход на территорию ФГБОУ ВО СОГМА Минздрава России не был зафиксирован, а получить электронный пропуск ее не обязывали, с Положением о пропускном режиме не знакомили. Акты об ее отсутствии на работе составлены без проведения фактической проверки, так как она не совершала прог<адрес> произведено в период ее временной нетрудоспособности в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. С приказом об увольнении не была ознакомлена. Расчет с ней не был произведен, трудовая книжка не выдана, заработная плата не перечислена.

Кроме того, при принятии решения о наложении на нее дисциплинарного взыскания в виде увольнения работодателем не была учтена тяжесть вменяемого ей в вину дисциплинарного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен, если он был совершен, а также не учитывались предшествующее поведение и ее отношение к труду, так как за весь период времени работы, к дисциплинарной ответственности не привлекалась, имеет награды и поощрения до 2020 года.

Ранее, решением Ленинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по делу № были удовлетворены исковые требования ФИО3 к ФГБОУ ВО СОГМА Минздрава России о признании приказа о прекращении действия трудового договора, восстановлении на работе в должности начальника управления научными исследованиями в ФГБОУ ВО СОГМА Минздрава России.

При этом с момента ее восстановления на работе, она не поощрялась руководством Академии, а также ей необоснованно был снижен размер заработной платы, прекращены выплаты стимулирующих надбавок, что свидетельствует о предвзятом к ней отношении.

Указанными неправомерными действиями ответчика ей причинен моральный вред.

Просила признать приказ ФГБОУ ВО СОГМА Минздрава России №/к от ДД.ММ.ГГГГ о расторжении трудового договора с ней с ДД.ММ.ГГГГ в соответствии с пп.»а» п.6 ст.81 ТК РФ незаконным; восстановить ее на работе в ФГБОУ ВО СОМА МЗ РФ в должности начальника управления научными исследованиями на 0.5 ставки; взыскать с ответчика в ее пользу сумму среднего заработка за время вынужденного прогула; компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей и судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 100 000 рублей.

Решением Промышленного районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РСО-Алания ДД.ММ.ГГГГ, ФИО3 отказано в удовлетворении исковых требований.

Определением Судебной коллегии по гражданским делам Пятого кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ решение суда от ДД.ММ.ГГГГ и апелляционное определение от ДД.ММ.ГГГГ отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В судебное заседание ФИО3 не явилась, была извещена надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, о причинах неявки суд не уведомила, об отложении не просила.

В судебном заседании представитель истца – ФИО8, действующий на основании доверенности <адрес>3 от ДД.ММ.ГГГГ, требования ФИО3 поддержал, просил удовлетворить их в полном объеме по доводам, изложенным в исковом заявлении, а также в письменной позиции, приобщенной к материалам делам.

Пояснил, что ответчиком доказательств, свидетельствующих о совершении истцом нарушения трудовых обязанностей, указанных в пп. «а» п.6 ч.1 ст.81 ТК РФ не представлено.

Одним из доказательств об отсутствии ФИО3 на рабочем месте представлены распечатки «Системы контроля доступа». Однако в суде представитель ответчика не отрицал, что истец проходила на территорию института без электронного пропуска, согласившись с доводами стороны истца о том, что она приходила на работу раньше 09.00 часов, чтобы оказаться на своем рабочем месте вовремя. Представить видеозапись с КПП полностью, без перерывов не представляется возможным. При этом было установлено, что и иные работники проходили на территорию Академии без электронного пропуска, а свидетель ФИО9 заявила, что пользование магнитной картой не обязательно.

Согласно Правилам внутреннего трудового распорядка, копия которых имеется в материалах дела, работник обязан иметь при себе электронный пропуск при условии его выдачи, а ФИО3 магнитный ключ ранее не выдавался, соответственно, обязанность по его наличию она и не нарушала.

Кроме того, табель учета рабочего времени ведется начальником отдела аспирантуры ФИО13, которая, находится на работе с 14.00 до 18.00 и лично не может достоверно знать, что происходило на работе до 14.00. и как установлено в суде, указанный табель заполняется исходя из данных в системе контроля. Не опровергнуты ответчиком и показания свидетеля ФИО11, подтвердившего факт нахождения ФИО3 на территории Академии.

Одними из доказательств об отсутствии ФИО3 на рабочем месте в течение всей смены в заключении по результатам служебной проверки от ДД.ММ.ГГГГ указаны акты о несоблюдении трудовой дисциплины от ДД.ММ.ГГГГ. Однако указанные акты не доказывают отсутствие истца на рабочем месте в течение всего рабочего дня (смены), потому как охватывают лишь период отсутствия длительностью всего 1ч. 49 м. При этом другой акт от ДД.ММ.ГГГГ, охватывающий весь рабочий день, никак не отражен в материалах служебной проверки.

Истец являлся начальником Управления научными исследованиями, в который, согласно исследованной судом организационной структуре ответчика, входят также Виварий и Отдел аспирантуры.

В соответствии с ч.6 ст.209 ТК РФ рабочее место - место, где работник должен находиться или куда ему необходимо прибыть в связи с его работой и которое прямо или косвенно находится под контролем работодателя. Следовательно, нахождение истца вне личного кабинета, но в пределах Вивария и Отдела аспирантуры не может быть признано отсутствием на рабочем месте.

В нарушение ч.5 ст.192 ТК РФ при наложении дисциплинарного взыскания тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен, обстоятельства, связанные с личностью истца, ее предшествующее поведение, длительность ее работы, отношение к труду, ответчиком при применении дисциплинарного взыскания учтены не были.

Дисциплинарное взыскание в виде увольнения было применено к истцу в момент его нахождения на больничном листке, что противоречит нормам действующего законодательства РФ.

В соответствии абз. 2 п. 12 Условий и порядка формирования листков нетрудоспособности в форме электронного документа и выдачи листков нетрудоспособности в форме документа на бумажном носителе в случаях, установленных законодательством Российской Федерации, утв. Приказом Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ №н, гражданам, обратившимся за медицинской помощью после окончания их рабочего времени (смены), по их желанию дата освобождения от работы в листке нетрудоспособности может быть указана со следующего календарного дня после окончания рабочего времени (смены) гражданина. Таким образом, по общему правилу работнику открывается больничный лист в день обращения в лечебное учреждение.

Номера листков нетрудоспособности регистрируются в медицинской документации, используемой в медицинских организациях, с указанием даты (не точного времени) формирования (выдачи) и продления, выписки гражданина на работу, сведений о направлении гражданина в другую медицинскую организацию или в учреждение медико-социальной экспертизы (п. 11 Условий). Листок нетрудоспособности формируется (выдается) медицинской организацией в день признания его временно нетрудоспособным по результатам проведенной экспертизы временной нетрудоспособности (абз. 1 п. 12 Условий).

Таким образом, для работодателя не важно знать точное время оформления листка нетрудоспособности, и как его определить. Важным является не время оформления больничного листа, а календарная дата.

Время посещения работником врача и время оповещения по телекоммуникационным каналам связи (ТКС) о выдаче ЭЛН также не является значимым при рассмотрении данного вопроса в силу п. 12 Условий.

О злоупотреблении правом речь в нашем случае также идти не может, т.к. до момента открытия листка временной нетрудоспособности истец не знал и не мог сообщить о его наличии своему работодателю.

Кроме того, действия ответчика при привлечении истицы к дисциплинарной ответственности были пристрастны, что подтверждается следующим.

Как указывалось ранее, сотрудники ответчика периодически проходили через проходную без магнитного пропуска, однако, лишь в случае ФИО3 это было сочтено доказательством отсутствия на рабочем месте. Как подтвердил представитель ответчика ДД.ММ.ГГГГ, на его памяти никто из сотрудников СОГМА не был уволен за разовый прогул или отсутствие на рабочем месте. Материалы служебной проверки, направленные в профком, были зарегистрированы ответчиком ДД.ММ.ГГГГ, а получены профкомом, находящимся в том же здании, только ДД.ММ.ГГГГ, т.е. по одному зданию документы шли почти 3 дня. При этом в зарегистрированном ДД.ММ.ГГГГ документе приложений, были датированы и составлены днем позже, ДД.ММ.ГГГГ.

Начиная с 2020 года его доверительница, титулованный врач с огромным количеством поощрений и грамот, никак не отмечалась и не поощрялась руководством ответчика. Считает, что данный факт связан с судебным порядком ее восстановления на работе в 2020 году, вопреки желанию руководства ответчика.

Кроме того, все документы, направленные на домашний адрес истца, направлялись по адресу указанному с неточностью: <адрес>. При этом корректный адрес истца : <адрес>, что подтверждается копией ее паспорта.

В судебном заседании представитель Государственной инспекции труда в РСО-Алания ФИО10 пояснила, что рабочее место - место, где работник должен находиться или куда ему необходимо прибыть в связи с его работой и которое прямо или косвенно находится под контролем работодателя.

В трудовом договоре не указано место работы, где ФИО3 фактически была обязана исполнять свои трудовые обязанности по занимаемой должности, в том числе в период времени, вменяемый ей в качестве прогула.

ФИО3 являлась начальником Управления научными исследованиями, в который, входят также Виварий и Отдел аспирантуры, которые находятся в разных местах. При этом обстоятельства пребывания ее вне кабинета, но в пределах Вивария и Отдела аспирантуры не устанавливались уполномоченными сотрудниками, что не может быть признано отсутствием на рабочем месте.

В судебном заседании представитель ответчика - ФИО7, действующий на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ, требования не признал, просил отказать в их удовлетворении по доводам, изложенным им ранее в отзыве на исковое заявление заявления, а также на апелляционную и кассационную жалобы.

Пояснил, что прогул, совершенный ФИО3 подтверждается актами, составленными сотрудниками отдела кадров академии, распечатками видеонаблюдения, в объективности которых сомневаться оснований не имеется.

Проверка была проведена на законных основаниях. Он сам лично беседовал с указанными сотрудниками, которые пришли в тот день раньше 09.00 часов. Трудовым законодательством не установлено количество актов прогула. В течение рабочего времени проверяли ФИО3, но ее не было.

Свидетель ФИО11 утверждал, что она в тот день находилась на территории Академии, однако ее рабочее место в здании ЦНИЛ кабинет №.

По мнению сотрудников, находящихся в ее подчинении, за время работы она не занималась научно-исследовательской деятельностью, она даже не знакома со своими сотрудниками, в частности с ФИО13

Лично он сам предлагал ей в устной форме написать объяснительную записку, но она отказалась и тогда направлено письменное уведомление, которое осталось без ответа, о чем был составлен акт.

Письменное уведомление ей направлялись посредством месеннджера WhatsApp на номер ФИО3, на электронную почту и почтовой связью по адресам, указанным истцом и имеющимся в личном деле.

ДД.ММ.ГГГГ она пришла на работу в 09 часов 15 минут, что зафиксировано камерами. Сотрудники отдела кадров предлагали ей ознакомиться с приказом об увольнении, но она отказалась, о чем был составлен акт.

ФИО3 утверждала, что ДД.ММ.ГГГГ находилась на больничном, хотя больничный ей выдали на второй день. Между тем, в Правилах внутреннего распорядка указано, что она обязана была позвонить непосредственному начальнику и предупредить.

Неоднократно предлагали забрать трудовую книжку, направляли письменные уведомления.

Несмотря на то, что при увольнении за прогул в трудовом законодательстве не предусмотрено получение мотивированного мнения, тем не менее, запросили мнение профсоюзного комитета, так как она являлась членом профсоюза.

В судебном заседании помощник прокурор <адрес> ФИО12 требования ФИО3 поддержал, просил удовлетворить их в полном объеме по основаниям, изложенным в письменном заключении, приобщенного к материалам дела.

Пояснил, что на основании трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ней и ФГБОУ ВО СОГМА Минздрава России в лице ректора ФИО2, ФИО3 принята в ФГБОУ ВО СОГМА Минздрава России на должности начальника управления научными исследованиями на 0,5 ставки. В соответствии с п. 1.3 трудового договора работа является по совместительству (внутреннее). Дополнительным соглашением от ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор считается заключенным по основному месту работы. Трудовой договор заключен на неопределённый срок.

Трудовым договором установлен режим рабочего времени работника: пятидневная рабочая неделя с двумя выходными днями, продолжительностью 20 часов, время начала и окончания работы в трудовом договоре не установлены.

Однако рабочее место в трудовом договоре не прописано. Дополнительное соглашение с истцом не заключено. Приказ о закреплении за истцом рабочего места должностными лицами ФГБОУ ВО СОГМА Минздрава России не издавался.

В соответствии с должностной инструкцией начальника управления научными исследованиями ФГБОУ ВО СОГМА Минздрава России на него возлагаются следующие обязанности, в том числе обеспечивать координацию деятельности подразделений Академии в организации научных исследований и использовании результатов; организовывать совместные научно – исследовательские проекты с ФИО4, зарубежными и международными организациями; проводить контроль за выполнением отчетов по НИР академии; организовывать научные семинары, конференции, круглые столы, конгрессы и.т.д.

Согласно разделу 3 начальник управления научными исследованиями ФГБОУ ВО СОГМА Минздрава России имеет право осуществлять свою деятельность во взаимодействии с учебными, научными и управленческими подразделениями академии и.т.д.

Согласно заключению служебной проверки ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ отсутствовала на рабочем месте без уважительной причины более 4 часов, о чем составлены соответствующие акты. ДД.ММ.ГГГГ ей направлено уведомление о даче объяснений по данному факту, однако объяснения не поступили.

Всего сотрудниками отдела кадров ФИО9, ФИО17, ФИО16 было составлено 5 актов о несоблюдении трудовой дисциплины ФИО3 и отсутствия ее на рабочем месте ДД.ММ.ГГГГ в 09.00, в 11:45, 12:55, в 15:45, в 17:57. Однако указанные акты подтверждают факт отсутствия ФИО3 на рабочем месте ДД.ММ.ГГГГ в конкретное время, а не временной промежуток.

Кроме того, представленные ответчиком распечатки «Системы контроля доступа» свидетельствуют о том, что в периоды времени, а именно: с 09 час. 17 мин. по 09 час. 21 мин. ; с 10 час. 21 мин. по 10 час. 27 мин. ДД.ММ.ГГГГ ; с 10 час. 21 мин. по 10 час. 27 мин.; с 11 час. 00 мин. по 11 час. 07 мин. ФИО3 на территорию Академии через проходную не заходила, что также не подтверждает факт отсутствия ее на рабочем месте более 4 часов.

Стороной ответчика в подтверждение своих доводов материалы служебной проверки, скриншот, видеозапись не представлена.

Исходя из пояснений свидетелей ФИО9, ФИО17, ФИО16, а также представленных материалов, не следует, что указанные лица пришли на работу в 9.00 часов.

Не был установлен факт отсутствия ФИО3 в других структурных подразделениях Академии. Тогда как факт ее присутствия на работе подтверждаем свидетельскими показаниями ФИО11 Ответчиком свидетелей либо доводов, опровергающих его слова в судебное заседание не представлено.

С положением по пропускному и внутриобъектовому режиму от ДД.ММ.ГГГГ №/о ФИО3 не ознакомлена под роспись.

Кроме того, учет рабочего времени ЦНИЛ производился не руководителем подразделения, а подчиненным ему работником, что противоречит п. 5.23 Правил внутреннего трудового распорядка ФГБОУ ВО СОГМА Минздрава России от 30.06.2018

ФИО13 является начальником Отдела аспирантуры ФГБОУ ВО СОГМА Минздрава России с 1997 года, на 0,5 ставки, режим рабочего времени установлен с 14 до 18 часов.

Занимается учетом рабочего времени работников ЦНИЛ, куда входит, в том числе ее отдел. Таким образом, установлено, что у ФИО13 и у ФИО3 разный график работы, следовательно, она не могла лично фиксировать присутствие либо отсутствие ФИО3 на рабочем месте. ДД.ММ.ГГГГ она проставила отсутствие на рабочем месте ФИО3 позвонив предварительно на проходную. Позже в отделе кадров ей сообщили, что в отношении нее проводится служебная проверка.

Таким образом, результаты служебной проверки об отсутствии ФИО3 на рабочем месте ДД.ММ.ГГГГ более 4 часов за день нельзя признать законными и обоснованными.

Пояснил, что приказом ФГБОУ ВО СОГМА Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ №/к, трудовой договор с ФИО3 расторгнут с ДД.ММ.ГГГГ в соответствии с подпунктом «а» п.6 ст. 81 ТК РФ. Основанием издания приказа явилось заключение служебной проверки от ДД.ММ.ГГГГ с выводом о совершении ФИО3 прогула.

Считает данный приказ о наложении дисциплинарного взыскания в виде увольнения незаконным в связи с нарушением законодательства Российской Федерации и требований Трудового кодекса Российской Федерации по следующим основаниям.

В оспариваемом приказе не указано время совершения самого прогула.

В нарушение требований ч. 1 ст. 193 ТК РФ до применения дисциплинарного взыскания работодатель не затребовал от ФИО3 письменное объяснение причин отсутствия.

При увольнении ФИО3 по инициативе работодателя получение мотивированного мнения профсоюзной организации ФГБОУ ВО СОГМА Минздрава России, являющейся обязательным, ответчиком не выполнено.

Увольнение ФИО3 произведено в период её временной нетрудоспособности (больничный лист с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ включительно).

В нарушение требований ч. 2 ст. 84.1 ТК РФ с приказом об увольнении ФИО3 не ознакомлена.

При принятии в отношении ФИО3 решения о наложении на нее дисциплинарного взыскания в виде увольнения ответчиком не учитывалась тяжесть вменяемого ей в вину дисциплинарного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен, если он был совершён, а также не учитывались предшествующее поведение ФИО3 и ее отношение к труду, возможность применения к ней иного, менее строгого вида дисциплинарного взыскания. Тогда как за время работы ФИО3 к дисциплинарной ответственности не привлекалась, имеет награды и поощрения до 2020 года.

Решением Ленинского районного суда <адрес> РСО — Алания от ДД.ММ.ГГГГ (дело №) удовлетворены исковые требования ФИО3 к ответчику о признании приказа о прекращении действия трудового договора, восстановлении на работе в должности начальника управления научными исследованиями в ФГБОУ ВО СОГМА Минздрава России. Однако с октября 2020 года ФИО3 не поощрялась руководством Академии. С момента восстановления на работе ей немотивированно снижен размер заработной платы, прекращены выплаты стимулирующих надбавок, что свидетельствует о предвзятом к ней отношении. Соответственно неправомерными действиями ответчика ФИО3 причинён моральный вред.

Выслушав стороны, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ст.2 ТК РФ, в числе основных принципов правового регулирования трудовых отношений – равенство прав и возможностей работников, установление государственных гарантий по обеспечению прав работников и работодателей, право работников требовать от работодателя соблюдения его обязанностей по отношению к работникам, трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

В силу ч.1 ст.3 ТК РФ каждый имеет равные возможности для реализации своих трудовых прав.

Трудовые отношения в силу ч.1 ст.16 ТК РФ возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации.

Статьей 21 ТК РФ установлено, что работник обязан, в частности, добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, соблюдать трудовую дисциплину, выполнять установленные норм труда.

Положениями ст.22 ТК РФ предусмотрено право работодателя требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей, соблюдения правил внутреннего распорядка, привлекать работников к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном Трудовым кодексом РФ, иными федеральными законами.

Требования к содержанию трудового договора определены ст. 57 ТК РФ, согласно которой в трудовом договоре предусматриваются как обязательные его условия, так и другие (дополнительные) условия по соглашению сторон.

Обязательными для включения в трудовой договор являются, в том числе условия о месте работы, о трудовой функции (работе по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретном виде поручаемой работнику работы); условия, определяющие в необходимых случаях характер работы (подвижной, разъездной, в пути, другой характер работы).

В соответствии с п.3 ч.1 ст.192 ТК РФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарное взыскание в виде увольнения по соответствующим основаниям, предусмотренным этим кодексом.

В силу ч.5 ст.192 ТК РФ при наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

Порядок применения дисциплинарных взысканий установлен ст.193 ТК РФ.

В соответствии с положениями ст.193 ТК РФ до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.

Непредставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.

Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуск, а также времени. необходимого на учет мнения представительного органа работников. Дисциплинарное взыскание, за исключением дисциплинарного взыскания за несоблюдение ограничений и запретов, неисполнение обязанностей, установленных законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции, не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка, по результатам ревизии, проверки финасово-хозяйственной деятельности или аудиторской проверки- позднее двух лет со дня его совершения. Дисциплинарное взыскание за несоблюдение ограничений и запретов, неисполнение обязанностей, установленных законодательством Российской Федерации о противодействии коррупции, не может быть применено позднее трех лет со дня совершения проступка. В указанные сроки не включается время производства по уголовному делу.

За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание.

Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

Дисциплинарное взыскание может быть обжаловано работником в государственную инспекцию труда и (или) органы по рассмотрению индивидуальных трудовых споров.

Основания расторжения трудового договора по инициативе работодателя установлены ст.81 ТК РФ.

В силу пп. «а» п.6 ст.81 ТК РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей - прогула, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (ее) продолжительности, а также в случае отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырех часов подряд в течение рабочего дня (смены).

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, решение работодателя о признании конкретной причины отсутствия работника на работе неуважительной и, как следствие, об увольнении его за прогул может быть проверено в судебном порядке. При этом, осуществляя судебную проверку и разрешая конкретное дело, суд действует не произвольно, а исходит из общих принципов юридической, а следовательно, и дисциплинарной ответственности (в частности, таких как справедливость, соразмерность, законность) и, руководствуясь подпунктом "а" пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с другими его положениями, оценивает всю совокупность конкретных обстоятельств дела, в том числе причины отсутствия работника на работе (определения Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 75-0-0, от ДД.ММ.ГГГГ N 1793-0, от ДД.ММ.ГГГГ N 1288-0, от ДД.ММ.ГГГГ N 1243-0, от ДД.ММ.ГГГГ N 33-О и др.).

В п. 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

В п. 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по пункту 6 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что работник совершил одно из грубых нарушений трудовых обязанностей, указанных в этом пункте.

В силу ч.1 ст. 46 Конституции Российской Федерации, гарантирующей каждому судебную защиту его прав и свобод, и корреспондирующих ей положений международно-правовых актов, в частности статьи 8 Всеобщей декларации прав человека, п.1 ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также п.1 ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, государство обязано обеспечить осуществление права на судебную защиту, которая должна быть справедливой, компетентной, полной и эффективной.

Обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции Российской Федерации и признаваемых Российской ФИО1 как правовым государством общих принципов юридической, а следовательно, и дисциплинарной ответственности, таких как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм.

В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть 5 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду. Если при рассмотрении дела о восстановлении на работе суд придет к выводу, что проступок действительно имел место, но увольнение произведено без учета вышеуказанных обстоятельств, иск может быть удовлетворен (абзацы первый, второй, третий, четвертый пункта 53 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации").

По смыслу приведенных нормативных положений Трудового кодекса Российской Федерации, правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, при рассмотрении судом дела по спору о законности увольнения работника на основании подпункта "а" пункта 6 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации (за прогул) обязательным для правильного разрешения названного спора является установление обстоятельств и причин (уважительные или неуважительные) отсутствия работника на рабочем месте. При этом, исходя из таких общих принципов юридической, а значит, и дисциплинарной ответственности, как справедливость, соразмерность, законность, вина и гуманизм, суду надлежит проверить обоснованность признания работодателем причины отсутствия работника на рабочем месте неуважительной, а также то, учитывались ли работодателем при наложении дисциплинарного взыскания тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен, предшествующее поведение работника, его отношение к труду. Если увольнение работника произведено работодателем без соблюдения этих принципов юридической ответственности, то такое увольнение не может быть признано правомерным.

Как следует из материалов дела и установлено судом, в соответствии с приказом ФГБОУ ВО СОГМА Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ №/к, ДД.ММ.ГГГГ между ФГБОУ ВО СОГМА Минздрава России в лице ректора ФИО2 и ФИО3 заключен трудовой договор №, согласно которому ФИО3 принята на работу в управление научными исследованиями ФГБОУ ВО СОГМА Минздрава России, по совместительству (внутреннее) на должность начальника управления научными исследованиями, а дополнительным соглашением к нему № от ДД.ММ.ГГГГ по основному месту работы с ДД.ММ.ГГГГ на 0.5 ставки ( т.1 л.д. 158-161, 166)

В соответствии с пп.2.2 трудового договора работник обязан соблюдать правила внутреннего трудового распорядка работодателя, требования по охране и обеспечению безопасности труда, локальные нормативные акты работодателя, непосредственно связанные с его трудовой деятельностью, с которыми работник был ознакомлен под роспись.

Согласно п.3.2 трудового договора работодатель обязан знакомить под роспись работника со всеми локальными нормативными актами работодателя, непосредственно связанные с его трудовой деятельностью, определяющими его права и обязанности по выполняемой работе.

Согласно п.п.5.1. -5.2 трудового договора работнику установлена пятидневная рабочая неделя с двумя выходными днями, продолжительностью 20 часов, но без указания ежедневной продолжительности рабочего дня ФИО3 на 0.5 ставки.

Пунктом 5.3 трудового договора установлено, что режим работы, время начала и окончания работы определяется Правилами внутреннего трудового распорядка, либо графиком работы.

Согласно п.5.23 Правил внутреннего трудового распорядка, руководители структурных подразделений ведут учет рабочего времени работников. Работодатель организует постоянный контроль учета рабочего времени, а также контроль за своевременной явкой на работу и уходом с работы.

Из п.1.6 должностной инструкции начальника управления научными исследованиями усматривается, что он должен знать Устав и Правила внутреннего распорядка, а также локальные нормативные акты Академии.

Из трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО3 была ознакомлена с Положением об оплате труда, Правилами внутреннего трудового распорядка, должностной инструкцией по занимаемой должности и Коллективным договором, о чем свидетельствуют ее подписи в договоре.

Согласно выписке из протокола заседания ученого Совета Академии № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО3 как проректор по дополнительному профессиональному образованию, довела информацию о проекте Правил внутреннего трудового распорядка до членов ученого Совета, по результатам которой указанные Правила приняты в предложенной ФИО3 редакции (т.1л.д. 225).

Приказом ректора ФГБОУ ВО СОГМА Минздрава России №/о от ДД.ММ.ГГГГ утверждены указанные Правила внутреннего трудового распорядка, а контроль за исполнением был возложен, в том числе и на ФИО3 ( т.1 л.д.226).

В нарушение п.5.23 Правил внутреннего трудового распорядка, ФИО3, руководитель структурного подразделения Академии, график своей работы и сотрудников управления научными исследованиями в отдел кадров и документооборота не представила, доказательств обратного материалы дела не содержат.

Вместе с тем, с учетом представленной главным врачом ГБУЗ «Поликлиника №» информации о графике работы ФИО3 в указанном лечебном учреждении с 13:30 часов до 16:48 часов ежедневно, кроме субботы и воскресенья, ежедневное рабочее время работы в Академии было определено с 09: 00 часов до 13.00 часов, что не отрицалось сторонами ( т. 1 л.д. 167)

В силу ч.6 ст. 209 ТК РФ рабочее место - место, где работник должен находиться или куда ему необходимо прибыть в связи с его работой и которое прямо или косвенно находится под контролем работодателя.

Согласно п.16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» под структурными подразделениями следует поднимать как филиалы, представительства, так и отделы, цеха, участки и т.д., а под другой местностью – местность за пределами административно-территориальных границ соответствующего населенного пункта.

В соответствии с п.1.2 трудового договора местом работы истца определено Управление научными исследованиями.

Управление научными исследованиями состоит из Вивария и Отдела аспирантуры, что следует из организационной структуры управления ФГБОУ ВО СОГМА Минздрава России (т.2 л.д.183).

Управление научными исследованиями расположено в здании Центральной научно-исследовательской лаборатории (далее - ЦНИЛ) и расположено в 180-200 метрах от административного корпуса, где расположен кабинет отдела кадров.

Виварий находится в отдельном от ЦНИЛ здании, но на территории Академии. Отдел аспирантуры находится в новом корпусе за пределами территории ФГБОУ ВО СОГМА Минздрава России.

В соответствии с п. 8.1 договора каждая из сторон настоящего договора вправе ставить перед другой стороной вопросы о дополнении и изменении трудового договора, которые оформляются соглашением сторон.

При внесении изменений работодателем в настоящий трудовой договор, (за исключением трудовых функций), в связи с изменением организационных условий труда работодатель обязан уведомить об этом работника в письменной форме (п.8.2).

Письмом ДД.ММ.ГГГГ № проректор ФГБОУ ВО СОГМА Минздрава России Свидетель №2 уведомила ФИО3 о том, что ее рабочее место с ДД.ММ.ГГГГ находится в кабинете №, расположенный на втором этаже ЦНИЛ ФГБОУ ВО СОГМА Минздрава России ( т.1 л.д.171).

Из докладной записки начальника отдела кадров и документооборота ФИО14 от ДД.ММ.ГГГГ на имя ректора ФГБОУ ВО СОГМА Минздрава России следует, что ФИО3 вместо кабинета №, который ей был выделен, разместилась (на свое усмотрение) в кабинете № второго этажа ЦНИЛ (т.1 л.д.172). Данное письмо было направлено на электронную почту ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается скриншотом (т1 л.д.83)

Согласно акту от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 отказалась ознакомиться с уведомлением о закреплении за ней рабочего места в кабинете № второго этажа ЦНИЛ ФГБОУ ВО СОГМА Минздрава России (т.2 л.д. 182).

Определяя место работы в Управлении научными исследованиями, состоящего, в том числе из Отдела аспирантуры и Вивария, рабочее место в трудовом договоре не определено. Дополнительное соглашение о закреплении за ФИО3 рабочего места не заключалось. Приказ о закреплении за ней рабочего места должностными лицами ФГБОУ ВО СОГМА Минздрава России не издавался, а уведомление не является нормативным и правовым актом, который закрепляет права и обязанности сторон.

Основанием издания приказа явилось заключение служебной проверки от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно выводам заключения служебной проверки, ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ отсутствовала на рабочем месте в Управлении научными исследованиями без уважительной причины более 4 часов, о чем специалистами отдела кадров и документооборота составлены акты о несоблюдении истцом трудовой дисциплины от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д.135-143).

Из 5 актов о несоблюдении трудовой дисциплины от ДД.ММ.ГГГГ составленными сотрудниками отдела кадров и документооборота ФИО15, ФИО16 и ФИО17 следует, что в ходе проведения проверки нахождения на рабочем месте начальника управления научными исследованиями ФИО3 в периоды времени с 9.00 до 10.49 ; 11.45 ; 12.55, 15.45 и 17.57 часов установлено отсутствие ФИО3 на рабочем месте в здании ЦНИЛ. Данное обстоятельство подтверждено также их письменными объяснениями данными в ходе проведения служебной проверки ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д. 144-148, л.д.179-184).

В судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ ФИО9, ФИО16 и ФИО17 также подтвердили, что ДД.ММ.ГГГГ по поручению руководства осуществили проверку соблюдения истцом трудовой дисциплины, по результатам которого установили ее отсутствие на рабочем месте в здании ЦНИЛ. Одновременно пояснили, что нахождение ФИО3 в других структурных подразделениях Управления научными исследованиями, а именно в Виварии и Отделе аспирантуры, расположенных в разных зданиях, не проверяли, ей не звонили, сами не всегда прикладывают электронную карточку к турникету на проходной, такой обязанности нет (т.2 л.д.109-116).

Из письменных пояснений работника ФИО18, данных в ходе служебной проверки, следует, что ДД.ММ.ГГГГ сотрудником отдела кадров и документооборота ФИО9 ей было поручено проверить, кто из сотрудников находится на рабочем месте. Дважды по ее просьбе она поднималась на второй этаж примерно в 11.00 и 16.00 часов, однако никого из сотрудников на рабочем месте в здании ЦНИЛ не обнаружила (т.1 л.д. 185).

В качестве свидетеля в судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ ФИО18 пояснила суду, что работает кладовщиком на первом этаже здания ЦНИЛ ФГБОУ ВО СОГМА Минздрава России. ДД.ММ.ГГГГ пришла на работу в 8.55 часов. Примерно в 11.00 и 16.00 часов ДД.ММ.ГГГГ она по просьбе сотрудников отдела кадров, поднималась на второй этаж проверить кабинет №, который был закрыт. Подтвердив при этом, что бывало, когда в течение дня могла не увидеть ФИО3 на рабочем месте. В случае когда ее саму подвозят на автомашине и заезжают через ворота, она электронную карточку не прикладывает ( т.2 л.д.113-114)

Из заключения служебной проверки следует, что вход в Академию осуществляется через проходную с <адрес>. Установленная на проходной академии с <адрес> электронная пропускная система «Система контроля доступна» PERCo-SYS-15000 оснащена турникетом, который ограничивает доступ на территорию и фиксирует время, когда электронный пропуск, закрепленный за каждым сотрудников был использован на вход или выход, и тем самым отмечает время прихода и ухода каждого сотрудник. Все зафиксированные на проходной данные отображаются в специальной компьютерной программе, распечатки с которой являются письменными доказательствами нарушений трудовой дисциплины.

Положением по пропускному и внутриобъектовому режиму, в котором зафиксировано, что пропускной режим осуществляется посредством магнитных карт или по одноразовым пропускам, которые выдаются отделом безопасности ФГБОУ ВО СОГМА Минздрава России по личному обращению сотрудников или студентов, и в таком случае, их вход на территорию фиксируется в журнале.

В качестве письменных доказательств отсутствия на рабочем месте ФИО19 в заключении служебной проверки также указаны табель учета использования рабочего времени от ДД.ММ.ГГГГ, составленный ФИО21, в котором ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ проставлено «НН», распечатки электронной пропускной системы «Система контроля доступна» PERCo-SYS-15000, в которых отсутствуют сведения о входе или выходе ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ, копия книги учета сотрудников (Приложение № к Положению по пропускному и внутриобъектовому режиму ФГБОУ ВО СОГМА Минздрава России.

Из представленной ответчиком копии книги учета сотрудников опоздавших на работу, или прошедших без электронной карты с разрешения начальника отдела безопасности и/ или курирующего ректора ВГБОУ ФО СОГМА Минздрава России дата ДД.ММ.ГГГГ не зафиксирована вообще.

Согласно пояснениям представителя ответчика ФИО7 в судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ данный журнал уже не ведется (т.2 л.д. 148-155).

Согласно представленным распечаткам электронной фиксации с проходной ФГБОУ ВО СОГМА Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ факт прихода и ухода ФИО3 на территорию и с территории Академии в периоды времени: с 9.17 до 9.21; с 10.21 до 10.27; с 11.00 до 11.07 ; 12.01-12.06; 12.53 до 12.59; 14.00 до 14.06; с 15.00 до 15.07; ДД.ММ.ГГГГ до 16.28; 17.08 до 17.59 часов не зафиксирован (т. 1 л.д.139-140, 149-157).

Однако данные распечатки содержат конкретное время, а не весь период рабочего времени истца, которое определено с 9.00 до 13.00 часов и не опровергают доводы истца о том, что на работу она приходит ранее 9.00 часов.

Более того, в представленных распечатках электронной фиксации входа и выхода с проходной ФГБОУ ВО СОГМА МЗ РФ от ДД.ММ.ГГГГ отсутствуют сведения и в отношении самих сотрудников отдела кадров и документооборота, утверждавших, что пришли на работу в 9.00, однако которые не смогли объяснить суду причину отсутствия электронной фиксации входа на территорию Академии ДД.ММ.ГГГГ, ссылаясь на то, что руководство их видело.

Свидетель ФИО20, начальник управления безопасности ФГБОУ ВО СОГМА Минздрава России, в судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ пояснил, что проходной режим осуществляется по электронному пропуску. В тех случаях, когда забывают карточку, то их записывают в журнал или звонят руководству и ставят в известность. Достоверность журнала проверяется им.

Однако при этом не смог дать пояснений, как ФИО3 до ДД.ММ.ГГГГ заходила на территорию Академии, указав, что он не находится на КПП. При этом отсутствие записей в журнале ДД.ММ.ГГГГ объяснил тем, что в указанный день опоздавших не было.

ДД.ММ.ГГГГ через отдел кадров пришла заявка на оформление электронного пропуска ФИО3 которая была рассмотрена и удовлетворена (т.2 л.д. 166-169)

Действительно, согласно книге учета выдаче магнитных карт, ФИО3 обратилась с заявлением о выдаче ей магнитной карты ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии с п.ДД.ММ.ГГГГ Правил внутреннего трудового распорядка работник обязан при проходе в здание Академии и (или) нахождении в помещениях Академии иметь при себе документ, удостоверяющий личность и удостоверение или электронный пропуск, бережно и аккуратно хранить электронный пропуск.

ФИО3 поясняла суду, что не имела электронного пропуска, поэтому не отмечалась на проходной, с Положением по пропускному и внутриобъектовому режиму от ДД.ММ.ГГГГ №/о ее никто не знакомил. Доказательств того, что ответчик ознакомил истца в материалы дела не представлено со ссылкой на годичный срок хранения данного Положения в соответствии утв. ФГБОУ ВО СОГМА Минздрава России Сводной номенклатурой дел на 2022 года.

Следовательно, ФИО3 в соответствии с п.ДД.ММ.ГГГГ Правил внутреннего трудового распорядка проходила на территорию учреждения через проходную и турникет, имея при себе документ, удостоверяющий личность, что не отрицалось и стороной ответчика в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ.

Приказом ФГБОУ ВО СОГМА Минздрава России №/о от ДД.ММ.ГГГГ, согласно Приложению № к данному приказу, ФИО13 назначена ответственным за ведение табеля учета использования рабочего времени Управления научными исследованиями ФГБОУ ВО СОГМА Минздрава России (т.2 л.д.177-180).

Из табеля учета рабочего времени следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО19 ДД.ММ.ГГГГ проставлено «НН» (т.1 л.д.149-157)

Свидетель ФИО21, начальник Отдела аспирантуры ФГБОУ ВО СОГМА Минздрава России, в судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ показала, что работает на 0.5 ставки и ее рабочее время определено с 14.00 до 18.00 часов каждый день. Табель учета рабочего времени ведет она. Когда приходит на работу, то сразу звонит на проходную, где ведется учет входящих. ДД.ММ.ГГГГ позвонив на проходную, ей ответили, что ФИО3 на работу не приходила. В журнале она проставила ей «НН». Позже она узнала, что ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО3 была проведена служебная проверка и установлено, что ее не было в указанный день на рабочем месте. ФИО3 с целью уточнения, где она находится, по телефону не звонила, так как по работе вопросов не возникало, она была в ее подчинении, но лично знакомы не были. ДД.ММ.ГГГГ она находилась сама в новом корпусе, где не проходят по электронным карточкам, так как нет турникета и охраны, также не ведется видеофиксация ( т.2 л.д. 106-109).

Свидетель ФИО11, заведующий кафедрой, показал в судебном заседании от ДД.ММ.ГГГГ, что ДД.ММ.ГГГГ в районе половины первого встретил ФИО3 на территории Академии возле здания спортивного зала, подошел к ней поздороваться. Она была расстроенная, в связи с чем, он предложил ее отвезти. Она не соглашалась, но он ее заставил сесть в свою машину и увез домой.

Дату запомнил потому, что долгое время руководил управлением в сфере службы прав потребителей и благополучия человека в республике, а 15 марта - день защиты прав потребителей. В тот день в обеденное время он собирался ехать поздравить своих коллег, половину из которых на работу принимал он. Также пояснил, что он заезжает на территорию Академии с <адрес>, его все знают, карточку не прикладывает (т.2 л.д.104-105).

Судом установлено, что до ДД.ММ.ГГГГ ФИО3, в том числе и сотрудники отдела кадров и документооборота, проходили без электронной карточки, и что Академия имеет также другой вход, расположенный на <адрес>, через которую въезжает автотранспорт сотрудников, в отсутствие электронной фиксации работников.

Таким образом, уполномоченные сотрудники отдела кадров и документооборота не в полной мере осуществили возложенные на них обязанности и допустили существенные нарушения при проведении проверки. Проверка была осуществлена ими только в здании ЦНИЛ, тогда как в соответствии с должностной инструкцией ФИО3, предусмотрено ее взаимодействие со всеми кафедрами ФГБОУ ВО СОГМА Минздрава России в рамках осуществления возложенных на нее должностных обязанностей, в том числе руководство трудовой и научной деятельностью Отдела аспирантуры, который находится в новом корпусе, за пределами основной территории ФГБОУ ВО СОГМА МЗ РФ, где находится ЦНИЛ, и Вивария, который также находится в отдельном от ЦНИЛ здании, но на территории Академии.

Факт отсутствия истца в других структурных подразделениях Управления научными исследованиями не устанавливался, тогда как свидетель ФИО11 подтвердил факт присутствия нахождения истца ее на территории Академии.

Видеозапись с проходной за ДД.ММ.ГГГГ для обозрения суду не была предоставлена в связи с истечением срока его хранения, который как пояснил представитель ответчика, составляет один месяц.

Таким образом, акты об отсутствии на рабочем месте от ДД.ММ.ГГГГ и, распечатки электронной фиксации входа и выходов с проходной Академии судом не могут быть признаны достоверными и бесспорными доказательствами отсутствия истца на рабочем месте в течение рабочего дня с 09.00 до 13.00 часов.

В случае совершения сотрудником грубого нарушения служебной дисциплины - в обязательном порядке проводится служебная проверка (расследование) по факту совершения нарушения служебной дисциплины с вынесением заключения по ее результатам.

Служебная проверка (расследование) назначается приказом или распоряжением соответствующего начальника в виде резолюции на документе, послужившем основанием для ее назначения.

Приказ о назначении служебной проверки материалы дела не содержит. В материалы дела представлена копия акта об отсутствии ФИО3 на работе в 17.45 часов, после окончания рабочего дня ФИО3 ( с 9.00 до 13.00 часов), с резолюцией без даты о поручении ФИО7 и ФИО20 провести служебную проверку по данному факту (т.1 л.д.144).

Однако в заключении служебной проверки подпись начальника управления безопасности ФГБОУ ВО СОГМА Минздрава России ФИО20, которому в том числе, согласно вышеуказанной резолюции, поручалось проведение служебной проверки, отсутствует.

В материалы дела ответчиком также представлена копия акта об отсутствии ФИО3 на работе ДД.ММ.ГГГГ с указанием периодов времени, а именно: с 09.00 до 13.00 и с 14.00 до 18.02 часов, который также составлен вышеуказанными сотрудниками отдела кадров и документооборота с резолюцией руководства от ДД.ММ.ГГГГ. Вместе с тем данный акт противоречит остальным актам от ДД.ММ.ГГГГ, письменным объяснениям ФИО22, ФИО17 и ФИО16 и данными ими в судебном заседании показаниям, что проверка проводилась в периоды времени: с 9.00 до 10.49 ; 11.45 ; 12.55, 15.45 и 17.57 часов. Не дана оценка данному акту и в заключении служебной проверки.

Из показаний представителя ответчика ФИО7 в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ следует, что сотрудниками отдела кадров было составлено 5 актов, 3 до обеда и 2 после обеда. Проведение служебной проверки ему было поручено ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ он пошел к ФИО3 в кабинет, где предложил ей написать объяснительную записку по факту отсутствия на рабочем месте ДД.ММ.ГГГГ в рамках служебной проверки, на что получил отказ. Тогда отдел кадров подготовил письменное требование, которое направили ФИО3 на адрес электронной почтой (экспресс почта), домашний адрес, смс- сообщением о необходимости в течение двух рабочих дней представить объяснение.

Законодательно не установлено, в какой форме работодатель должен запросить у работника объяснения. Следовательно, это можно сделать и в устной форме. На то, чтобы дать объяснение, работнику дается два рабочих дня и если по истечении указанного срока работник не представит объяснение, составляется акт об этом (ч. 1 ст. 193 ТК РФ).

Исходя из содержания ч. 1 ст. 193 ТК РФ под рабочими днями подразумеваются дни, которые являются рабочими для самого работника в соответствии с его графиком работы.

В связи с ее заболеваниями и по уходу за больным, ФИО3 открывала листок нетрудоспособности в периоды времени: с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ( т.1 л.д.75,78, 81,194-197).

Таким образом, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (включительно) ФИО3 находилась на работе, однако требование о даче письменных объяснений по факту отсутствия на рабочем месте ДД.ММ.ГГГГ, ознакомлении с актами о нарушении ею трудовой дисциплины в течение двух рабочих дней со дня получения требования не вручалось, а было направлено истцу ДД.ММ.ГГГГ посредством месеннджера WhatsApp на номер ФИО3 - +79188227908, а также на электронную почту ФИО3: olga.bekuzarova@mail.ru, на что было дано согласие ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д.173- 178, т.2 л.д. 50, 194).

Поскольку письменных объяснений со стороны истца не поступило, с учетом ее временной нетрудоспособности, комиссией работодателя ДД.ММ.ГГГГ были составлены акты об отказе от дачи объяснения и об отказе работника от ознакомления с актом о несоблюдении трудовой дисциплины в соответствии с требованиями ст. 62 ТК РФ (т.1 л.д.198-199, т.2 л.д.60)

На основании приказа ФГБОУ ВО СОГМА Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ №/к к ФИО3 было применено дисциплинарное взыскание в виде увольнения за нарушение требований п.3.4.3 Правил внутреннего трудового распорядка и п.п. «г» трудового договора, в соответствии с которыми работник обязан соблюдать трудовую дисциплины, п.ДД.ММ.ГГГГ Правил внутреннего трудового распорядка в соответствии с которым работник обязан соблюдать режим рабочего времени, включая время начала и окончания работы, установленный Правилами, графиками и другими локальными актами ФГБОУ ВО СОГМА Минздрава России, трудовым договором, а также за нарушение требований п.п. «а» п.6 ст.81 ТК РФ, выразившееся в однократном грубом нарушении работником трудовых обязанностей, а именно, отсутствии на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня независимо от его продолжительности и с ней расторгнут трудовой договор с ДД.ММ.ГГГГ.

С приказом №/к от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 была ознакомлена сотрудником отдела кадров ФИО9 в устном порядке, однако отказалась подписать, по причине не ознакомления ее с материалами служебной проверки, о чём сотрудником отдела кадров на приказе произведена соответствующая запись ( т1.л.д.202)

В ч.6 ст.81 ТК РФ закреплено правило о том, что не допускается увольнение работника по инициативе работодателя (за исключением случая ликвидации организации либо прекращения деятельности индивидуальным предпринимателем) в период его временной нетрудоспособности и в период пребывания в отпуске.

Согласно ответу ГБУЗ «Поликлиника №» МЗ РСО-Алания врач ФИО23, которая ДД.ММ.ГГГГ выписала листок нетрудоспособности ФИО3 работала с 14.00. до 20.00 часов.

Таким образом, увольнение ФИО3 с ДД.ММ.ГГГГ произведено в период временной нетрудоспособности истца (больничный лист открыт с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ).

Поскольку увольнение по пп. "а" п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ отнесено законом к увольнению по инициативе работодателя, соответственно, данное обстоятельство свидетельствует о нарушении работодателем процедуры увольнения.

Уведомление ФГБОУ ВО СОГМА МЗ РФ от ДД.ММ.ГГГГ о расторжении трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ на основании приказа №/к от ДД.ММ.ГГГГ и о явке за трудовой книжкой в отдел кадров либо дать согласие на отправление ее по почте ФИО3 извещена посредством почтовой связи, электронной почты и телеграммой ДД.ММ.ГГГГ(т.1. л.д.206-211)

В силу ч. 1 ст. 62 ТК РФ работодатель обязан выдать работнику испрашиваемые документы в случае, если они необходимы ему для реализации тех или иных прав. Работник не должен обосновывать причину нуждаемости в этих копиях документов, связанных с работой.

Между тем, испрашиваемые ФИО3 заверенные копии документов были направлены ей почтовой связью лишь ДД.ММ.ГГГГ №, а согласно расписке представитель истца ФИО24 по доверенности, ознакомилась с заключением и материалами служебной проверки на 57 л. лишь ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д. 215,217, 218).

При этом довод истца о том, что ответчиком все документы направлялись по не адресу регистрации истца: <адрес>, а по адресу указанному с неточностью, а именно: <адрес>, поскольку из материалов гражданского дела следует, что ФИО3 сама указывала адрес: <адрес>, в том числе в исковом заявлении, апелляционной и кассационной жалобах.

Уведомление о получении трудовой книжки направлено истцу посредством почтовой связи ДД.ММ.ГГГГ ( т. л.д. 206-207)

Из пункта 2.13.1 Коллективного договора заключенного между ФГБОУ ВО СОГМА МЗ РФ и профсоюзной организацией ФГБОУ ВО СОГМА МЗ РФ усматривается, что профсоюзный комитет обязуется осуществлять контроль за соблюдением работодателем законодательства о труде при заключении, изменении и расторжении трудовых договоров с работниками.

В соответствии с п.7.6.1 Коллективного договора профсоюзный комитет обязался обеспечить защиту социальных гарантий трудящимся в вопросах занятости, приема на работу, увольнения, предоставления льгот и компенсаций, предусмотренных действующим законодательством и коллективным договором.

Пунктом 2.13.2 Коллективного договора установлено, что на профсоюзный комитет возложена обязанность представлять в установленные сроки свое мотивированное мнение при расторжении работодателем трудовых договоров с работниками – членами профсоюза ( т. 3 л.д. 1- 17)

Работодатель в профсоюзную организацию Академии с обращением о даче мотивированного мнения выборного профсоюзного органа в соответствии со ст.373 ТК РФ обратился ДД.ММ.ГГГГ № с приложением проекта приказа и необходимых документов ( т. 1 л.д.186-188)

ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 как член профессионального союза ФГБОУ ВО СОГМА Минздрава России обратилась с заявлением о том, что нарушений трудовой дисциплины не допускала (т.1 л.д.108)

Согласно выписке из протокола № заседания профкома работников ФГБОУ ВО СОГМА МЗ РФ от ДД.ММ.ГГГГ следует, что в связи с отсутствием правомочного кворума членов профкома не представилось возможным провести заседание и подготовить мотивированное мнение профкома профсоюзной организации ФГБОУ ВО СОГМА Минздрава России по вопросу расторжения трудового договора с начальником Управления научными исследованиями, д.м.н., профессором ФИО27 О.Т., что подтверждает доводы истца о том, что требование закона при ее увольнении работника по инициативе работодателя мотивированного мнения профсоюзной организации Академии ответчиком не выполнено (т.1л.д. 189)

Более того, из заключения служебной проверки и приказов не следует, что ответчиком при наложении дисциплинарного взыскания учитывалась тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен, в нарушение ч.5 ст.192 ТК РФ

Согласно правовой позиции, содержащейся в п.5 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам, связанным с прекращением трудового договора по инициативе работодателя, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации ДД.ММ.ГГГГ, при рассмотрении судом дела о восстановлении на работе лица, уволенного по инициативе работодателя за совершение дисциплинарного проступка, работодатель обязан представить не только доказательства, свидетельствующие о наличии оснований для его увольнения, но и доказательства того, что при наложении на работника дисциплинарного взыскания в виде увольнения работодателем учитывались тяжесть вменяемого работнику в вину дисциплинарного проступка и обстоятельства, при которых он совершен, а также предшествующее поведение работника и его отношение к труду.

Между тем, из материалов служебной проверки, заключения служебной проверки и приказов не следует, что работодателем при ее увольнении учитывались тяжесть вменяемого ей в вину дисциплинарного проступка, ее предшествующая профессиональная деятельность и отношение к работе.

ФИО3 представила суду документы о том, что стаж работы более 40 лет, в том числе управленческой деятельности, ДД.ММ.ГГГГ присвоено звание заслуженного врача РСО-Алания; ДД.ММ.ГГГГ присуждена ученая степень кандидата медицинских наук; ДД.ММ.ГГГГ присуждена ученая степень доктора медицинских наук; ДД.ММ.ГГГГ присвоено ученое звание профессора болезни уха, горла и носа; имеет награды и поощрения; имеет 67 научных трудов; является одним из соавторов патента способа лечения синуситов стафилококкового происхождения, дата государственной регистрации в Государственном реестре изобретений в РФ ДД.ММ.ГГГГ, соавтором патента способа лечения аденоидита у детей, дата государственной регистрации в Государственном реестре изобретений в РФ ДД.ММ.ГГГГ, является инвалидом третьей группы, что подтверждается справкой серия МСЭ-2022 № ( т.1 л.д. 38-75).

За время работы дисциплинарных взысканий не имела. Однако ответчиком вышеуказанные обстоятельства не были приняты во внимание.

Решением Ленинского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 восстановлена на работе в ФГБОУ ВО СОГМА Минздрава РФ в должности начальника управления научными исследованиями на 0.5 ставки. С октября 2020 года руководством Академии ФИО3 не поощрялась, ей немотивированно был снижен размер заработной платы, прекращены выплаты стимулирующих надбавок, что подтверждают доводы истца о предвзятом отношении и злоупотреблении правом со стороны работодателя по отношению к ФИО3 как экономически более слабой стороне в трудовом правоотношении, принимая во внимание не только экономическую (материальную), но и организационную зависимость работника от работодателя (Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 36-КГПР24-3-К2 ).

Согласно выписке из протокола заседания ученого Совета ФГБОУ ВО СОГМА Минздрава России от ДД.ММ.ГГГГ № принято решение о реорганизации (упразднении) Управления научными исследованиями.

Однако на момент увольнения, соответствующих изменений в штатное расписание внесено не было, что не отрицалось представителем ответчика и данное обстоятельство не отражено в заключении служебной проверки.

Согласно ч.1 ст. 394 ТК РФ в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 60 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", работник, уволенный без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения, подлежит восстановлению на прежней работе.

При установленных обстоятельствах, с учетом собранных по делу письменных доказательств, объяснений сторон, показаний свидетелей, руководствуясь положениями ст. ст. 22, 81, 192, 193, 394 ТК РФ и требованиями ст. 56 ГПК РФ об обязанности сторон представить доказательства в обоснование своих требований и возражений, суд приходит к выводу о том, что оснований для применения к истцу меры дисциплинарного взыскания в виде увольнения по пп. "а" п. 6 ч. 1 ст. 81 ТК РФ у ответчика не имелось.

Совокупность собранных по делу доказательств подтвердил лишь факт отсутствия истца на рабочем месте ДД.ММ.ГГГГ в здании ЦНИЛ в течение 1 часа 45 минут, что не подтверждает отсутствие на месте работы, в том числе нахождение ее на территории Академии, а также в Отделе аспирантуры и составляет менее четырех часов подряд в течение рабочего дня, в связи с чем факт прогула не подтвержден.

Увольнение произведено в период временной нетрудоспособности истца. При увольнении ФИО3 не учитывались тяжесть вменяемого ей в вину дисциплинарного проступка, ее предшествующая профессиональная деятельность, отношение к работе, инвалидность, в связи с чем требования истца о признании незаконным приказа ФГБОУ ВО СОГМА Минздрава России№/к от ДД.ММ.ГГГГ о применении к ФИО3 дисциплинарного взыскания в виде увольнения по п.п. «а» п.6 ст.81 ТК РФ, восстановлении ее на работе в должности начальника Управления научными исследованиями подлежат удовлетворению.

Согласно абз.2 статьи 234 ТК РФ работодатель обязан возместить работнику не полученный им заработок во всех случаях незаконного лишения его возможности трудиться. Такая обязанность, в частности, наступает, если заработок не получен в результате незаконного увольнения работника.

Данное положение закона согласуется с ч.2 ст.394 ТК РФ, согласно которой в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.

При изложенных обстоятельствах, учитывая, что увольнение истца произведено ДД.ММ.ГГГГ, период вынужденного прогула ФИО3 исчисляется с указанного времени по день вынесения настоящего решения, в связи с чем, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию средний заработок за время вынужденного прогула за вышеуказанный период.

Согласно п.1 ст.150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии с ч.9 ст.394 ТК РФ в случаях увольнения без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконного перевода на другую работу суд может по требованию работника вынести решение о взыскании в пользу работника денежной компенсации морального вреда, причиненного ему указанными действиями. Размер этой компенсации определяется судом.

В п.1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии с п. 47 данного постановления суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (ст.37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает, что трудовая деятельность ФИО3, заслуженного врача РСО-Алания, доктора медицинских наук, профессора составляет более 40 лет, которую она осуществляла на высоком профессиональном уровне, добросовестно выполняя трудовые обязанности, имеет награды и поощрения, является инвалидом. Суд также учитывает значимость для истца нематериальных благ, нарушенных ответчиком, в числе права на труд, относящегося к числу фундаментальных неотчуждаемых прав человека, с реализацией которого связана возможность осуществления ряда других социально-трудовых прав, в частности права на справедливую оплату труда, права на доброе имя и репутацию в сфере профессиональной деятельности человека, в связи с чем считает, что компенсация морального вреда в размере 100 000 рублей за незаконное повторное увольнение является разумной и справедливой.

Согласно ст.396 ТК РФ решение о восстановлении на работе незаконно уволенного работника, о восстановлении на прежней работе работника, незаконно переведенного на другую работу, подлежит немедленному исполнению.

В соответствии со ст.98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные судебные расходы.

Согласно ч.1 ст.100 ГК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В материалы дела истцом представлены доказательства, подтверждающие факт несения расходов на оплату услуг представителя ФИО24, действующей по доверенности, в размере 100 000 рублей (т.л. л.д. 109-110, т.2 л.д.222).

Размер подлежащих взысканию расходов на оплату услуг представителя суд определяет в каждом конкретном случае с учетом характера заявленного спора, степени сложности дела, затраченного представителем на ведение дела времени, объема фактически оказанных стороне юридических услуг, соразмерности защищаемого права и суммы вознаграждения, а также иных обстоятельств дела. С учетом изложенного суд считает, что в пользу истца подлежат взысканию представительские расходы с учетом снижения суммы в размере 60 000 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО3 к Федеральному государственному бюджетному образовательному учреждению высшего образования «Северо-Осетинская государственная медицинская академия» Министерства здравоохранения Российской Федерации о признании приказа о расторжении трудового договора незаконным, о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, денежной компенсации морального вреда и судебных расходов, удовлетворить.

Признать незаконным приказ Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Северо-Осетинская государственная медицинская академия» Министерства здравоохранения Российской Федерации №/к от ДД.ММ.ГГГГ о применении к ФИО3 дисциплинарного взыскания в виде увольнения по п.п. «а» п.6 ст.81 ТК РФ.

Восстановить ФИО3 на работе в должности начальника управления научными исследованиями Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Северо-Осетинская государственная медицинская академия» Министерства здравоохранения Российской Федерации на 0.5 ставки с ДД.ММ.ГГГГ.

Взыскать с Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Северо-Осетинская государственная медицинская академия» Министерства здравоохранения Российской Федерации в пользу ФИО3 средний заработок за время вынужденного прогула за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Взыскать с Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Северо-Осетинская государственная медицинская академия» Министерства здравоохранения Российской Федерации в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 100 000 (сто тысяч) рублей.

Взыскать Федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Северо-Осетинская государственная медицинская академия» Министерства здравоохранения Российской Федерации в пользу ФИО3 судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 60 000 (шестьдесят тысяч) рублей.

Решение в части восстановления на работе обратить к немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда РСО-Алания в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Кцоева А.А.