Решение по делу № 2-688/2022 от 10.11.2022 - о компенсации морального вреда.

86RS0010-01-2022-000818-08 Мотивированное решение

изготовлено 10.11.2022 г.

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

02 ноября 2022 года город Мегион

Мегионский городской суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в составе председательствующего судьи Мишенькиной К.В.,

при секретаре Галандаровой С.А.,

с участием прокурора Свиковой Е.Н.,

истца ФИО1,

представителя истца ФИО2,

представителя ответчика ФИО3,

специалиста ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-688/2022 по исковому заявлению ФИО1 к ООО «Мегион Геология» о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным иском. Требования мотивированы тем, что истец с 18.09.2014 г. по 04.04.2022 г. состоял с ответчиком в трудовых отношениях, занимал должность <данные изъяты> 6 разряда на участках <данные изъяты>. 05.07.2018 г. при исполнении трудовых обязанностей, а именно, при выполнении работ по ремонту ВШН-160 по заданию начальника цеха, работая на станке-прессе, в процессе выпрессовки подшипника последний лопнул. Одна из механических частей подшипника попала ему в область левого глаза. На автомобиле скорой помощи он был доставлен в БУ ХМАО- Югры «Нижневартовская окружная клиническая больница», куда был госпитализирован. Проведено оперативное вмешательство по ушиванию раны роговицы и установлен диагноз: <данные изъяты> Работодателем проведено расследование несчастного случая, по результатам которого 25.07.2018 г. составлен Акт № 1 о несчастном случае на производстве, в числе причин которого указано на неудовлетворительную организацию производства работ, отсутствие контроля за безопасным проведением работ, за состоянием рабочих мест на участках, эксплуатацией оборудования и механизмов со стороны руководства цеха. В момент удара части подшипника он претерпел невыносимую головную боль и боль в области глаза, в голове появился шум. Он закрыл глаз рукой и почувствовал, что из него идет кровь. До получения травмы он не имел проблем со зрением, хорошо видел. Появились периодические головные боли, бессонница, что изматывало его. В связи с этим он вынужден регулярно принимать сильные обезболивающие и снотворные препараты. Из-за полученной травмы и ухудшения зрения он был направлен на обследование и лечение АО Екатеринбургский Центр МНТК «Микрохирургия глаза», где ему проведено оперативное вмешательство и установлен имплант хрусталика глаза. Спустя некоторое время после операции головные боли стали беспрерывными. Он обратился к неврологу. После проведенного обследования была выявлена аневризма развилки левой внутренней сонной артерии, возникновение которой он связываю с полученной травмой. В связи с этим он был госпитализирован в нейрохирургическое отделение № 3 БУ «Сургутская клиническая травматологическая больница», где 05.07.2021 г. проведено следующее лечение: клипирование шейки аневризмы внутренней сонной артерии Краниотомия птериональным доступом слева, клипирование аневризмы бифуркации левой внутренней сонной артерии. После случившегося он перестал слышать левым ухом, ему установлен диагноз: «тугоухость». В результате полученной травмы он утратил профессиональную трудоспособность на 10 %. В итоге, он фактически потерял прежнюю работу и получаемый ранее доход. Имея на иждевении двоих несовершеннолетних детей, он утратил прежний материальный уровень дохода. Данные обстоятельства вызывают душевные волнения и переживания. Просит взыскать с ответчика компенсацию причиненного морального вреда в размере 1000000 руб. и судебные расходы в размере 7 000 руб.

Истец ФИО1 в судебном заседании на удовлетворении исковых требований настаивал, пояснил, что не поддерживает требования в части причинения вреда его здоровью по требованиям о наличии у него аневризмы и тугоухости, поскольку обстоятельства не подтверждены заключением экспертизы. При этом поддерживает требования в части причинения вреда его здоровью в результате попадания подшипника в его глаз. Возражал против доводов ответчика относительно неиспользования им специальных очков, поскольку, по его мнению, применение очков причинило бы ему больший вред здоровью. Опущенный кожух также не мог способствовать его защите, поскольку представляет собой небольшой квадрат и не защищает лицо работающего на станке в полной мере. После случившегося работодатель «наварил» на станки защитные решетки. Поле попадания в глаз част подшипника он испытал сильную боль, от которой лег на пол. Также сильные болевые ощущения он испытал в ходе операции в Окружной больнице г. Нижневартовска. Он таже проходил оперативное лечение в МНТК «Микрохирургия глаза» в г. Екатеринбурге, оплату стоимости оперативного лечения в размере 75000 руб. произвел работодатель. В настоящее время у него установлена 10 % утраты трудоспособности, инвалидность установлена по иному заболеванию.

Представитель истца ФИО2 исковые требования поддержал, пояснил, что требования истца подлежат частичному удовлетворению, поскольку доводы, на которых основаны требования иска подтверждены частично с учетом проведённой по делу судебной экспертизы. Полагал, что с учетом установленных по делу обстоятельств, вины работодателя, причинения вреда в результате воздействия источника повышенной опасности. Требований разумности и справедливости, объема причиненных истцу физических страданий, требования истца подлежат удовлетворению в размере 500000 руб.

Представитель ответчика ФИО3 в судебном заседания требования истца полагала подлежащими удовлетворению частично. Поддержала письменные возражения, в которых указала, что несчастный случай на производстве произошел в результате грубой неосторожности самого истца, им были нарушены требования безопасных приемов труда, выразившееся в неиспользовании СИЗ защиты глаз - защитных очков. Согласно п. 9 Акта № 1 от 25.07.2018 г. о несчастном случае на производстве по форме Н-1 одной из причин несчастного случая, произошедшего с истцом 05.07.2018 г., послужило несоблюдение безопасных приемов труда со стороны слесаря-ремонтника 6 разряда ФИО1 В момент несчастного случая, произошедшего с истцом 05.07.2018 г., истец работал в ООО «Мегион геология» слесарем-ремонтником 6 разряда (приказ № 143 от 02.06.2016 г.) на участках по ремонту бурового оборудования. Истец не являлся новичком в профессии слесаря-ремонтника 6 разряда, имел опыт работы в профессии, необходимый стаж, знания и навыки при выполнении трудовых обязанностей. В силу ст. 21 ТК РФ и Рабочей инструкции слесаря-ремонтника 6 разряда МЭЦ МНЭ с которой истец ознакомлен, работник обязан соблюдать требования по охране труда и обеспечению безопасности труда, а работодатель, в соответствии со ст. 214 ТК РФ обязан приобретать за счет собственных средств и выдавать средства индивидуальной защиты в соответствии с требованиями охраны труда и установленными нормами работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, а также на работах, выполняемых в особых температурных условиях или связанных с загрязнением. По результатам специальной оценки условий труда (карта № 242) на рабочем месте истца установлен класс условий труда 3.2, то есть вредные условия труда 2 степени, согласно п. 2 ч. 4 ст. 14 Федерального закона от 28.12.2013 N 426-ФЗ «О специальной оценке условий труда», в связи с чем в декабре 2017 ему были выданы СИЗ, в том числе очки «Виртуа», что подтверждается требованием-накладной № 1 (имеется в материалах дела). Факт получения СИЗ подтвержден личной подписью работника в требовании-накладной № 1. Согласно п. 3.2 Рабочей инструкции слесарь - ремонтник обязан до начала работ и после их окончания проверять и приводить в порядок спецодежду, средства индивидуальной и коллективной защиты, наличие и исправность инструментов. В соответствии с п. 3.6 Рабочей инструкции слесарь - ремонтник обязан работать только исправным инструментом, применять средства индивидуальной и коллективной защиты. В ходе расследования несчастного случая было установлено, что истец не использовал СИЗ защиты глаз - защитные очки. Данный факт подтверждается актом № 1 от 25.07.2018, а также протоколом объяснений самого истца и протоколами опросов очевидцев несчастного случая, имеющимися в материалах гражданского дела. Между тем, СИЗ глаз (защитные очки) предназначены для защиты глаз от следующих видов опасности (ГОСТ 12.4.253-2013): механических воздействий; воздействия агрессивных химических средств; оптического излучения; частиц расплавленного металла и горячих твердых частиц; капель и брызг жидкостей; грубодисперсных аэрозолей (пыли); газов и мелкодисперсных аэрозолей; теплового излучения или любой комбинации этих факторов. Использование СИЗ могло полностью предотвратить наступление неблагоприятных для здоровья Истца последствий, вызванных несчастным случаем, произошедшим 05.07.2018 г. Таким образом, не соблюдение истцом требований правил и инструкций по безопасному ведению работ, технологических режимов и регламентов и не применение безопасных приемов труда в нарушение п. 3.2, п. 3.5, п. 3.6, п. 3.12 Рабочей инструкции слесаря-ремонтника 6 разряда механо-энергетического цеха МНРЭ и требований Трудового кодекса РФ, явилось непосредственной причиной причинения вреда здоровью истца. Истцом нарушены требования правил и инструкций по безопасному ведению работ, технологических режимов и регламентов. 05.07.2018 г. начальником механо-энергетического цеха МНРЭ ФИО5 истцу было выдано задание выполнить работы по ремонту агрегата электронасосного центробежного вертикального шламового ВШИ-150 (далее - ВШН-150) и проведен инструктаж и проверка знаний по данному виду работ, что подтверждается выкопировкой из журнала ежедневных разнарядок за 05.07.2018 г. с личной подписью истца. В процессе выполнения работ по ремонту ВШИ-150 потребовалось проведение работ по выпрессовыванию подшипника из подшипникового узла. Для выпрессовки подшипника из подшипникового узла было необходимо использование гидравлического пресса (далее - станок). Истец знал, что он не обладает необходимыми навыками для работы на данном оборудовании, не проходил обучение по работе на нем, а также не проходил проверку знаний по охране труда при работе на прессе, в связи с чем не мог выполнять работы на данном оборудовании. Более того, на оборудовании цеха, в том числе на гидравлическом прессе, указаны ФИО лиц, имеющих допуски для работы на нем, что следует из протокола опроса очевидца несчастного случая ФИО6 Истца в данном списке не было. О необходимости выполнения работ по выпрессовыванию подшипника из подшипникового узла и отсутствии у него соответствующих навыков и допуска, истец должен был сообщить руководителю, в соответствии с п.п. 7 п. 3.12 Рабочей инструкции, для поручения выполнения данной работы лицу, прошедшему инструктаж и проверку знаний по охране труда при работе на прессе. К числу таких лиц, в том числе, относился слесарь-ремонтник 5 разряда цеха МНРЭ - ФИО6, выполняющий аналогичные работы по ремонту ВШИ в одной рабочей зоне с истцом. Истец, заведомо зная о том, что у него отсутствуют необходимые навыки и допуск для работы на прессе, тем не менее, включил станок и не опустив защитный кожух, а также, не используя СИЗ глаз, стал выполнять работы по выпрессовыванию подшипника, который в ходе выпрессовки лопнул. Часть лопнувшего подшипника попала в район левого глаза истца. Обломок подшипника травмировал истца в связи с тем, что при выполнении работ не был опущен защитный кожух, выполняющий функции щита, а также не были использования СИЗ защиты глаз. При опущенном кожухе и использовании СИЗ нанесение телесных повреждений истцу, в результате поломки подшипника, было бы исключено. Таким образом, вред здоровью истца был причинен в результате очевидного и преднамеренного нарушения правил работы с источником повышенной опасности самим истцом, то есть при наличии грубой неосторожности самого потерпевшего, в связи с чем размер возмещения должен быть уменьшен на основании ст. 1083 ГПК РФ. Истцом не представлены доказательства того, что аневризма развилки левой внутренней сонной артерии и резвившаяся у него тугоухость связаны с травмой глаза, полученной в результате несчастного случая на производстве, произошедшего с ним 05.07.2018 г. Сумма исковых требований, заявленная истцом, обоснована нравственными страданиями, которые были причинены ему в результате травмы глаза, полученной из-за несчастного случая на производстве, а также аневризмы развилки левой внутренней сонной артерии и тугоухости, развившихся, по мнению истца, из-за травмы глаза. Согласно Заключению медицинской экспертизы № 419, проведенной Отделом особо сложных экспертиз «Бюро судебно-медицинской экспертизы» не установлено причинно-следственной связи между развившимися у истца заболеваниями, такими как аневризма развилки левой внутренней сонной артерии и тугоухость, и травмой глаза, полученной истцом в результате несчастного случая на производстве. Таким образом, ООО «Мегион геология» не является причинителем нравственных страданий, которые испытал истец в результате развившихся/диагностированных у него аневризмы развилки левой внутренней сонной артерии и тугоухости. Заявленный ко взысканию размер компенсации морального вреда в сумме 1 000 000 руб. не отвечает требованиям разумности и справедливости и не учитывает обстоятельств произошедшего несчастного случая. Причиной несчастного случая послужила грубая неосторожность самого потерпевшего, выразившаяся в нарушение истцом требований правил и инструкций по безопасному ведению работ, технологических режимов и регламентов, безопасных приемов труда. При этом необходимо отметить, что работодателем были выполнены установленные нормативными актами требования по обеспечению безопасных условий труда истца, в том числе: при приеме на работу был проведен вводный инструктаж (выписка из журнала регистрации от 16.09.2014 г. имеется в материалах дела), 02.07.2018 г. был проведен повторный инструктаж на рабочем месте (выписка из журнала регистрации имеется в материалах дела), проведена проверка знаний требований охран труда для слесарей-ремонтников, что подтверждается протоколом № 73 от 21.11.2017 г. (имеется в материалах дела), были выданы сертифицированные СИЗ, в том числе защиты глаз - очки «Виртуа» (Декларации о соответствии от 13.05.2018 г., от 03.08.2018 г. (Приложение 3, 4), что подтверждается требованием-накладной № 1 (имеется в материалах дела). Также работодателем организовано проведение периодических медицинских осмотров. Последний медицинский осмотр истца перед несчастным случаем был проведен 07.03.2018 г. (заключение по результатам медицинского осмотре прилагается); 05.07.2018 г. после выдачи задания истцу был проведен инструктаж по охране труда, что подтверждается его личной подписью в журнале ежедневных разнарядок. Согласно справке № 0033969, выданной истцу Бюро № 3 - филиал ФКУ «ГБ МСЭ по ХМАО - Югре» Минтруда России степень утраты профессиональной трудоспособности истца, в связи с несчастным случаем на производстве составила 10 %. Инвалидность, в связи с несчастным случаем на производстве установлена Истцу не была. Истец продолжал работу в ООО «Мегион геология» после несчастного случая и пройденного лечения и прекратил работу только 04.04.2022 г. В настоящее время Истец также не лишен возможности осуществлять трудовую деятельность, в связи с чем запрашиваемый размер компенсации морального вреда является неоправданно завышенным. Существующая судебная практика указывает на то, что даже при самых тяжелых последствиях несчастного случая (смерти работника) размер возмещения морального вреда родственникам погибшего составляет в среднем 505 000 руб. на человека. С учетом грубой неосторожности самого истца, повлекшей причинение вреда его здоровью и явившейся ключевой причиной несчастного случая, размером утраты истцом трудоспособности считает, что размер возмещения морального вреда не может составлять более 100 000 руб.

Опрошенный в качестве специалиста ФИО4 пояснил, что работает слесарем-ремонтником в ООО «МУБР», имеет допуск по ремонту ВШН-160, подтвердил что ремонт оборудования ВШН-150 невозможно без выпрессовки подшипника, уточнил последовательность действий при ремонте оборудования, которое ремонтировал истец.

Суд, заслушав стороны, заключение прокурора об удовлетворении требований, изучив материалы гражданского дела, приходит к следующему.

В силу абзаца 4 части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда;

В соответствии со статьей 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

В силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или (бездействием) работодателя, возмещается в денежной форме независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно ст. 1079 ГК РФ, юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Статья 150 Гражданского кодекса Российской Федерации относит к нематериальным благам жизнь и здоровье человека.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

По делу установлено, что в период с 18.09.2014 г. по 04.04.2022 г. ФИО1 состоял с ответчиком в трудовых отношениях, занимал должность слесаря-ремонтника 6 разряда на участках по ремонту бурового оборудования.

05.07.2018 г. при исполнении трудовых обязанностей, а именно, при выполнении работ по ремонту ВШН-150 по заданию начальника цеха, работая на станке-прессе, в процессе выпрессовки подшипника последний лопнул. Одна из механических частей подшипника попала ему в область левого глаза.

На автомобиле скорой помощи он был доставлен в БУ ХМАО- Югры «Нижневартовская окружная клиническая больница», куда был госпитализирован. Проведено оперативное вмешательство по ушиванию раны роговицы и установлен диагноз: «левый глаз: контузия глазного яблока тяжелой степени; корнеальный разрыв; травматическая катаракта; гифема; ушибленная рана верхнего века; ушибленная рана нижнего века. Степень тяжести повреждения здоровья оценена как тяжелая».

Работодателем проведено расследование несчастного случая, по результатам которого 25.07.2018 г. составлен Акт № 1 о несчастном случае на производстве, согласно которому 05.07.2018 г. ФИО1 получил задание от начальника механоэнергетического цеха ФИО5 по ремонту ВШН-150 с проведением инструктажа по данному виду работ. В 15610 истец вытащил стакан (корпус шарикоподшипников) ВШН-150, произвел чистку стакана и вала от бурового раствора. Зажав вал со стаканом ФИО1 перевез их при помощи кран-блока к прессу гидравлическому, сняв стакан с вала ВШН-150 установил вал на пресс. При работе с прессом защитный кожух был снят в связи с неудобством фиксации вала на прессе, при этом ФИО1 при работе на станке-прессе не использовал СИЗ-защита глаз (защитные очки). Далее ФИО1 установил на вал фиксирующий шаблон для выдавливания подшипника. В момент происшествия рядом проводил работы по разборке ВШН-150слесарь-ремнтник 5 разряда ФИО6, который стоял позади ФИО1 ФИО6 в 15:40 услыша как ФИО1 включил станок, но не сказал ему что у него нет допуска для работы на нем. Включив станок ФИО1 левой рукой придерживал вал для фиксации на прессе выпрессовывал подшипник. Управляя правой рукой рычагом пресса. В ходе выпрессовки подшипник лопнул, одна из механических частей попала в область левого глаза ФИО1 после чего ФИО1 схватился за глаз, развернулся относительно станка и упал на пол. Начальник цеха ФИО7 не обеспечил контроль за безопасным проведением работ, за состояние рабочих мест на участках, эксплуатацию оборудования и механизмов, чем нарушил требования должностной инструкции начальника цеха. ФИО1 нарушил требования правил и инструкций по безопасному ведению работ, технологическому режиму и регламенту неприменения не безопасных предметов труда, чем нарушил требования рабочей инструкции слесаря-ремонтника. ФИО6 не принял меры по пресечению выявленных нарушений правил безопасности, противопожарных и других правил, создающих угрозу деятельности работодателя и его работника, чем нарушил требования рабочей инструкции слесаря-ремонтника.

Отсутствие контроля за безопасным проведением работ, за состоянием рабочих мест на участках, эксплуатацией оборудования и механизмов со стороны руководства цеха подтверждено

В силу п. 3.2 Рабочей инструкции слесаря-ремонтника 6 разряда до начала работ и после окончания работ работник обязан проверять и приводить в порядок спецодежду, СИЗ, наличие исправности инструментов.

Открывать и снимать ограждения только после полной остановки оборудования или механизма (п. 3.5 Рабочей инструкции).

В соответствии с п. 3.6 Рабочей инструкции истца слесарь - ремонтник обязан работать только исправным инструментом, применять средства индивидуальной и коллективной защиты.

Согласно п. 3.12 Рабочей инструкции работник обязан использовать средства защиты и приспособления, обеспечивающие безопасность труда.

Начальник цеха ФИО7, зная о необходимости выпрессовки подшипника в ходе ремонта ВШН-150, зная об отсутствии допуска работника ФИО1 для работы с таким оборудование не обеспечил его специалистом имеющим допуск для работы на прессе.

Ри этом довод представителя ответчика о наличии такого допуска у ФИО6 опровергнуто объяснениями в протоколе опроса от 12.07.2018 г. ФИО6, который пояснил, что работы с применением оборудования он и ФИО1 не выполняли в связи с малым опытом работы по специальности слесаря-ремонтника и в связи с тем, что ранее не привлекались к работе с этим оборудованием.

Факт отсутствия со стороны какого-либо лица за ходом работ также подтверждены вышеуказанными письменными объяснениями ФИО6

Письменных доказательств, подтверждающих факт наличия у ФИО6 допуска к работе на прессе ответчиком не представлено.

Согласно заключению судебной медицинской экспертизы КУ ХМАО-Югры «Бюро судебно-медицинской экспертизы» (отдел особо сложных экспертиз) из представленных медицинских данных у ФИО1 выявлены следующие телесные повреждения: травма левого глаза в виде контузии глазного яблока тяжелой степени, корнеального разрыва, гифемы, ушибленной раны верхнего века и нижнего века с развитием травматической катаракты, образовалась от 1 воздействия тупого твердого предмета ограниченного по длине и ширине в область левого глаза, в течение примерно до 1-х суток до обращения за медицинской помощью 05.07.2018 г. в БУ «Нижневартовская окружная клиническая больница», возможно при выполнении работ по ремонту ВШН-160 05.07.2018 г. в результате разрыва подшипника, причинила тяжкий вред здоровью: по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на 1/3 (согласно п. 24 Таблицы процентов стойкой утраты общей трудоспособности в результате различных травм, отравлений и других последствий воздействия внешних причин Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, Приказ М3 и СР РФ от 24.04.2008 г. № 194н).

Прямой причинно-следственной связи между травмой левого глаза и формированием аневризмы развилки левой внутренней сонной артерии нет. Аневризма развилки внутренней сонной артерии является отдельным самостоятельным заболеванием с другими причинами возникновения. В данном случае дообследование по поводу последствий травмы глаза (головные боли напряжения на фоне стресса и потери функции органа) позволило диагностировать своевременно опасное для жизни заболевание.

Установлено, что причиной развития аневризм сосудов головного мозга является наследственная предрасположенность к слабости сосудистой стенки, изменения в сосудистой стенке вызванные атеросклерозом, инфекцией и др. причинами, отсутствие коррекции предрасполагающих факторов внутрисосудистой гипертензии (пациент не принимает препараты при повышенном артериальном давлении и др.).

Период образования аневризмы левой ВСА у ФИО1 невозможно. С большой долей вероятности она имела место до факта получения им травмы глаза.

Имеется прямая причинно-следственная связь между операцией по поводу выключения аневризмы и развитием описанных в медицинской карте № 6814 осложнений. Не исключено, что тугоухость является также следствием операции. При этом необходимо отметить, что возникшие осложнения являются не следствием некачественно выполненного хирургического вмешательства, а особенностями данной патологии, сложностью аневризмы, сложностью хирургии данной области. Без хирургического лечения с большой долей вероятности у ФИО1 случился бы спонтанный разрыв стенки аневризмы с неблагоприятным для жизни прогнозом.

Следует отметить, что также причиной тугоухости у ФИО1 могли быть другие причины и не иметь связи с оперативным вмешательством по поводу аневризмы. На это указывает: отсутствие указаний на данное осложнение в медицинской карте № 6814; прохождение слухового нерва вне зоны выполнения операции, что исключает его повреждение.

Согласно выписке из медицинской карты стационарного больного № 4425 БУ ХМАО-Югры «Нижневартовская окружная клиническая больница» в период с 05.07.018 г. по 18.07.2018 г. ФИО1 находился на стационарном лечении в связи с диагнозом: <данные изъяты> ему проведена операция – хирургическая обработка раны или инфицированной ткани, ушивание раны роговицы ОS». В период с 05.07.2018 г. по 18.07.2018 г., с 18.07.2018 г. по 19.07.2018 г.

Согласно эпикризу из карты больного № 1774 АО Екатеринбургский Центр МНТК «Микрохирургия глаза» 23.04.2019 г. истцу проведено оперативное лечение-ультразвуковая факоэмульсификация через роговичный тоннель бесшовной имплантации иол, разделение иридокорнеальных сращений на левом глазу, после чего он в период с 26.04.2019 г. по 30.04.2019 г. был нетрудоспособен.

Определяя размер компенсации морального вреда, истец в обоснование требований ссылался на наличие причиненных ему по вине работодателя физических и нравственных страданий, связанных с травмой глаза, наличие выявленной у него аневризмы развилки левой внутренней сонной артерии, возникновение которой он связывал с полученной травмой и приобретенной после лечения диагноза: «тугоухость».

Выводами экспертизы установлено, что аневризма и впоследствии установленной истцу диагноз «<данные изъяты>» не связаны с полученной им травмой глаза.

Согласно справке № 0033969, выданной истцу Бюро № 3 - филиал ФКУ «ГБ МСЭ по ХМАО - Югре» Минтруда России степень утраты профессиональной трудоспособности ФИО1 в связи с несчастным случаем на производстве составила 10 %.

В соответствии с п. 2 ст. 1083 ГК РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

Согласно абз. 2 и 3 п. 17 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего. Также из Определения Конституционного Суда РФ от 19.05.2009 г. № 816-0-0 следует, что в случаях, когда имеется грубая неосторожность потерпевшего и вина причинителя вреда федеральный законодатель формулирует императивное требование уменьшить размер возмещения, поскольку при грубой неосторожности потерпевшего удовлетворение соответствующего иска в полном объеме недопустимо и применение смешанной ответственности является не правом, а обязанностью суда.

Анализируя представленные в дело письменные доказательства, результаты расследования несчастного случая на производстве суд приходит к выводу о наличии в действиях работника ФИО1 грубой неосторожности, выразившейся в неиспользовании им СИЗ - защитных очков, использования защитного кожуха станка и ведении работ на станке при отсутствие допуска.

Доводы истца относительно того, что применение СИЗ-защитных очков повлекло для него большей вред здоровью в сложившейся ситуации основаны на его предположениях.

Факт неприменения истцом защитного кожуха станка установлено в результате расследования несчастного случая. Доводы истца об отсутствии у защитного кожуха защитной функции лица не доказано, поскольку не установлена траектория движения частицы подшипника, угол его полета, положение тела (головы) истца в момент получения травмы.

Истец не отрицал факт отсутствия у него допуска к работе на прессе.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает возраст потерпевшего, его личные особенности (инвалид с детства ДЦП), обстоятельства при которых был причинен вред здоровью истца (производство, источник повышенной опасности), степень вины ответчика в причинении вреда, степень причиненного вреда здоровью истца (тяжкий вред здоровью: по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на 1/3), грубую неосторожность потерпевшего, характер перенесенных им физических и нравственных страданий, периоды его нетрудоспособности, факт утраты им трудоспособности – 10 % в результате причиненного вреда, последствия для здоровья истца в результате полученной травмы, материальное положение ответчика как владельца источника повышенной опасности, требования разумности и справедливости и считает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 350000 руб.

В порядке ст. 103 ГПК РФ с ответчика в доход бюджета г. Мегиона подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 руб.

Руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 к ООО «Мегион Геология» о компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «Мегион Геология» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 350000 руб. и судебные расходы в размере 7000 руб.

Взыскать с ООО «Мегион Геология» в доход бюджета города Мегиона расходы по оплате государственной пошлины в размере 300 руб.

Решение может быть обжаловано в суд Ханты-Мансийского автономного округа – Югры в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме, через Мегионский городской суд.

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Судья К.В. Мишенькина