Решение по делу № 2-2092/2023 от 14.07.2023 - о признании незаконными приказов и их отмене, восстановлении на работе, взыскании заработной платы, компенсации морального вреда.

Гражданское дело № 2-2092/2023

68RS0001-01-2023-002017-70

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

14 июля 2023 года <...>

Октябрьский районный суд г.Тамбова в составе:

председательствующего судьи Беловой Н.Р.

при секретаре Денисовой Ю.О.

с участием: прокурора Октябрьского района г.Тамбова Коломлина М.В., истца ФИО3, представителей ответчика ООО «ВАЙСТЕХ ИНЖИНИРИНГ» ФИО4, ФИО7,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ООО «ВАЙСТЕХ ИНЖИНИРИНГ» о признании незаконными приказов и их отмене, восстановлении на работе, взыскании заработной платы, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратился с иском к ООО «ВАЙСТЕХ ИНЖИНИРИНГ» о признании незаконными и отмене приказов о привлечении его к дисциплинарной ответственности и увольнении, просил восстановить его на работе на должности «Руководитель проекта» отдела реализации проектов ООО «ВайсТех Инжиниринг» и взыскать заработную плату за время вынужденного прогула, компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей.

В обоснование привел, что с 17 марта 2022г. он работал руководителем проекта отдела реализации проектов в филиале ООО «ВайсТехИнжиниринг» «Центральный». При трудоустройстве работодателем устно было озвучено, что входит его должностные обязанности по причине отсутствия в компании должностных инструкций, которые были разработаны только в сентябре 2022г. Считает, что должностная инструкция для профессии «Руководитель проекта» в редакции от 18.11.2022 не соответствует тем трудовым функциям, которые обсуждались при трудоустройстве, что приводит к изменению его трудовой функции, с чем он не согласен.

За период работы в ООО «ВайсТех Инжиниринг» на него постоянно возлагались трудовые функции, которые он как руководитель проекта выполнять был не обязан. Например, выполнение операций и обязанностей младшего менеджерского состава, и иные, не связанные с его профессиональной деятельностью, в результате он постоянно был вынужден работать за пределами предусмотренного трудовым договором рабочего времени, а именно в утреннее, вечернее время, в праздничные и выходные дни. Время переработок до настоящего момента работодателем не оплачено в полном размере.

После отказа от согласия с новыми требованиями должностной инструкции работодатель стал выдавать поручения без предоставления информации, необходимой для выполнения заданий. Он направлял запросы на раскрытие информации, но работодатель и его представители или вообще не предоставляли информацию, или предоставляли ее не в соответствии с сутевым содержанием уточняющих вопросов во время, чтобы не было обеспечено нормальное выполнение поставленных заданий. Несмотря на отсутствие необходимой информации, задания им выполнялись и результаты предоставлялись работодателю, но под любым предлогом результаты его работы не соответствовали ожиданиям работодателя. Работодатель прекратил приглашать его на еженедельные и иные рабочие совещания в рамках деятельности компании, запретил общаться с представителями заказчика, другими сотрудниками компании.

Считает, что приказы, ставшие в дальнейшем основанием для применения дисциплинарных взысканий в виде выговоров и последующего приказа об увольнении, незаконными, не подкрепленными реальными причинами, а лишь последствием отказа от снижения размера заработной платы, расширения требований и обязанностей и изменения трудовой функции <данные изъяты>

До его увольнения со стороны работодателя часто обсуждался вопрос его предстоящего увольнения из-за невыполнения поставленных заданий, озвучивалось, что его путь в компании подходит к концу, несмотря на то, что обязанности и задания выполнялись им в полном объеме в соответствии с располагаемыми ресурсами и информацией и в установленный работодателем срок. Постоянно во время рабочих совещаний <данные изъяты> Необоснованные претензии к качеству его работы <данные изъяты> со стороны работодателя с использованием <данные изъяты>. Подобное поведение работодателя <данные изъяты>. Работодатель неоднократно принуждал его к увольнению.

Работодателем не были обеспечены безопасность и условия труда после того как 25.01.2023 его рабочее место с 4 этажа здания было перемещено на 3 этаж. Выполняя обязанности по профессии «Руководитель проекта» работодателем не была выдана симкарта для осуществления звонков и отправки СМС сообщений, у него был изъят стационарный телефон. В кабинете температура была ниже 22-24оС, приходилось сидеть в куртке. Теплыми батареи оказались на несколько дней после выхода с больничного и направления жалобы в государственные контролирующие органы. Считает, что работодателем намеренно <данные изъяты>. Работодателю известно, что у <адрес>, при которой указанные выше условия не допустимы. Продолжительное нахождение в указанных условиях повлекло за собой длительное <данные изъяты>. При этом работодатель издал приказ о направлении его в командировку. Он устно озвучил о наличии противопоказаний, просил не направлять его в командировку, на что работодатель сообщил «Это Ваши проблемы». Даже справка из медицинского учреждения не остановила работодателя от направления его в командировку.

С 25.01.2023 и до его увольнения в кабинете находились двери, остатки строительных и отделочных материалов, части систем кондиционирования и иные материалы, которые являются горючими компонентами и при возможном воспламенении могли бы заблокировать выход и привести к негативным последствиям - причинению <данные изъяты>. Не проводилась ежедневная уборка кабинета. Рабочее кресло не регулировалось по наклону спинки и отсутствовали фиксирующие устройства, что не позволяло находиться в удобном положении и создавало дополнительную нагрузку <данные изъяты>. Электрические кабели находились в непосредственной близости от ног. Заземляющих устройств и конструкций он не наблюдал. Отсутствовала подставка для ног.

Он не был ознакомлен с расположением аптечки первой медицинской помощи и углекислотным огнетушителем для тушения пожара. Помещение для приема пищи не позволяло вместить достаточное количество людей за время обеденного перерыва и ему приходилось есть на рабочем месте. <данные изъяты>

В офисе компании без согласия работника в неизвестных местах были установлены камеры видеонаблюдения, в дополнительном соглашении это не оговорено.

За нарушение трудовых прав просил взыскать компенсацию морального вреда.

В судебном заседании истец ФИО3 исковые требования поддержал в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении, не оспаривал размер заработной платы, подлежащий взысканию за время вынужденного прогула, по справке предоставленной ответчиком.

Представители ООО «ВАЙСТЕХ ИНЖИНИРИНГ» ФИО4 и ФИО7 (по доверенности) в судебном заседании исковые требования не признали и пояснили, что, истец подвергался дисциплинарным взысканиям обоснованно, поскольку уклонялся от выполнения своих трудовых функций, после получения заданий постоянно направлял руководителю уточняющие вопросы, которые не имели никакого отношения к их выполнению. Считают, что ФИО3 таким образом собирал информацию для последующей передачи ее в конкурирующую компанию, где в настоящий момент он работает. Фактически работодателю приходилось передавать поручения от ФИО3 другому сотруднику, поскольку работа им выполнялась ненадлежащим образом. Доводы ФИО3 о несоответствии рабочего места надуманны. Просили в иске отказать.

Суд, выслушав стороны, изучив материалы дела, приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований.

Трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором (статья 15 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан, в том числе, добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором; соблюдать правила внутреннего трудового распорядка; соблюдать трудовую дисциплину; выполнять установленные нормы труда.

Согласно статье 189 Трудового кодекса Российской Федерации дисциплина труда - обязательное для всех работников подчинение правилам поведения, определенным в соответствии с Кодексом, иными законами, коллективным договором, соглашениями, трудовым договором, локальными нормативными актами организации.

Как следует из смысла данной статьи, дисциплина труда предполагает обязательное подчинение работников правилам поведения, установленным нормами Трудового Кодекса, коллективным договором и соглашениями, локальными нормативными актами, другими законами, иными правовыми актами и распространяется на работников, состоящих в трудовых отношениях с работодателем.

В статье 192 Трудового кодекса Российской Федерации установлены дисциплинарные взыскания за совершение дисциплинарного проступка, то есть за неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание; выговор; увольнение по соответствующим основаниям.

К дисциплинарным взысканиям, в частности, относится увольнение работника по основанию, предусмотренному пунктом 5 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации (часть 3 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации).

Пунктом 5 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случаях неоднократного неисполнения работником без уважительных причин трудовых обязанностей, если он имеет дисциплинарное взыскание.

Частью 5 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что при наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершённого проступка и обстоятельства, при которых он был совершён.

Порядок применения дисциплинарных взысканий установлен статьёй 193 Трудового кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Непредставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.

Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.

Дисциплинарное взыскание не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка, а по результатам ревизии, проверки финансово-хозяйственной деятельности или аудиторской проверки - позднее двух лет со дня его совершения.

За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание.

Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

По смыслу изложенных норм следует, что основанием для применения к работнику дисциплинарного взыскания, является факт совершения работником дисциплинарного проступка, которое в силу норм действующего трудового законодательства следует рассматривать, как виновное, противоправное неисполнение или ненадлежащее исполнение работником возложенных на него трудовых обязанностей, в том числе нарушение должностных инструкций, положений, приказов работодателя, при этом, следует учитывать необходимость соблюдения установленной законом процедуры наложения дисциплинарного взыскания.

Неисполнение или ненадлежащее исполнение трудовых обязанностей признается виновным, если работник действовал умышленно или по неосторожности. Не может рассматриваться как должностной проступок неисполнение или ненадлежащее выполнение обязанностей по причинам, не зависящим от работника (например, из-за отсутствия необходимых материалов, нетрудоспособности).

Противоправность действий или бездействия работников означает, что они не соответствуют законам, иным нормативным правовым актам, в том числе положениям и уставам о дисциплине, должностным инструкциям. Дисциплинарным проступком могут быть признаны только такие противоправные действия (бездействие) работника, которые непосредственно связаны с исполнением им трудовых обязанностей.

При этом право выбора конкретной меры дисциплинарного взыскания из числа предусмотренных законодательством принадлежит работодателю, который должен учитывать степень тяжести проступка, обстоятельства, при которых он совершен, предшествующее поведение работника.

Днем обнаружения проступка, с которого начинается течение месячного срока, считается день, когда лицу, которому по работе (службе) подчинен работник, стало известно о совершении проступка, независимо от того, наделено ли оно правом наложения дисциплинарных взысканий. В месячный срок для применения дисциплинарного взыскания не засчитывается время болезни работника, пребывания его в отпуске, а также время, необходимое на соблюдение процедуры учета мнения представительного органа работников.

В пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 33 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, при разрешении споров лиц, уволенных по пункту 5 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации за неоднократное неисполнение без уважительных причин трудовых обязанностей, следует учитывать, что работодатель вправе расторгнуть трудовой договор по данному основанию при условии, что к работнику ранее было применено дисциплинарное взыскание и на момент повторного неисполнения им без уважительных причин трудовых обязанностей оно не снято и не погашено. Применение к работнику нового дисциплинарного взыскания, в том числе и увольнения по пункту 5 части 1 статьи 81 Кодекса, допустимо также, если неисполнение или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей продолжалось, несмотря на наложение дисциплинарного взыскания.

По делам о восстановлении на работе лиц, уволенных по пункту 5 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, на ответчике лежит обязанность представить доказательства, свидетельствующие о том, что: 1) совершённое работником нарушение, явившееся поводом к увольнению, в действительности имело место и могло являться основанием для расторжения трудового договора; 2) работодателем были соблюдены предусмотренные частями 3 и 4 статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации сроки для применения дисциплинарного взыскания. При этом следует иметь в виду, что: а) месячный срок для наложения дисциплинарного взыскания необходимо исчислять со дня обнаружения проступка; б) днём обнаружения проступка, с которого начинается течение месячного срока, считается день, когда лицу, которому по работе (службе) подчинён работник, стало известно о совершении проступка, независимо от того, наделено ли оно правом наложения дисциплинарных взысканий; в) в месячный срок для применения дисциплинарного взыскания не засчитывается время болезни работника, пребывания его в отпуске, а также время, необходимое на соблюдение процедуры учёта мнения представительного органа работников (часть 3 статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации) (пункт 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации").

При рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по пункту 5 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, или об оспаривании дисциплинарного взыскания следует учитывать, что неисполнением работником без уважительных причин является неисполнение трудовых обязанностей или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.) (абзац первый пункта 35 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации").

Суд, являющийся органом по разрешению индивидуальных трудовых споров, в силу части 1 статьи 195 ГПК РФ должен вынести законное и обоснованное решение. Обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции Российской Федерации и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а следовательно, и дисциплинарной ответственности, таких как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм. В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершён (часть 5 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду. Если при рассмотрении дела о восстановлении на работе суд придёт к выводу, что проступок действительно имел место, но увольнение произведено без учёта вышеуказанных обстоятельств, иск может быть удовлетворён (абзацы второй, третий, четвёртый пункта 53 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации").

По смыслу приведённых норм Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению, работник может быть уволен на основании пункта 5 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации только при условии неоднократного нарушения своих трудовых обязанностей без уважительных причин. Нарушение трудовых обязанностей признаётся неоднократным, если, несмотря на дисциплинарное взыскание, которое не снято и не погашено, со стороны работника продолжается или вновь допускается виновное неисполнение или ненадлежащее исполнение трудовых обязанностей. В этом случае к работнику возможно применение нового дисциплинарного взыскания, в том числе в виде увольнения.

Для обеспечения объективной оценки фактических обстоятельств, послуживших основанием для увольнения работника, и для предотвращения необоснованного применения к работнику дисциплинарного взыскания работодателю необходимо соблюсти установленный законом порядок применения к работнику дисциплинарного взыскания, в том числе затребовать у работника письменное объяснение. За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание. При проверке в суде законности увольнения работника по пункту 5 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, какие конкретно нарушения трудовых обязанностей были допущены по вине работника, явившиеся поводом к увольнению, с указанием дня обнаружения проступка, а также доказательства соблюдения порядка привлечения работника к дисциплинарной ответственности и того, что при наложении на работника дисциплинарного взыскания учитывались тяжесть совершённого проступка и обстоятельства, при которых он был совершён.

Из материалов дела следует, что на основании трудового договора от 17.03.2022 №11 ФИО3 принят на должность «Руководитель проекта» в отделе реализации проектов в филиале ООО «ВАЙСТЕХ ИНЖИНИРИНГ» «Центральный» с 17.03.2022.

Трудовой договор от 17.03.2022 №11, заключенный с ФИО3, не содержит трудовых обязанностей истца. На дату трудоустройства истца в ООО «ВАЙСТЕХ ИНЖИНИРИНГ» отсутствовала должностная инструкция руководителя проекта отдела реализации проектов.

14.11.2022 проект Должностной инструкции посредством корпоративной электронной почты направлен на согласование руководителям проекта, в том числе и истцу, от которого ни устных, ни письменных замечаний к проекту не поступило.

18.11.2022 должностная инструкция утверждена генеральным директором ООО «ВайсТех Инжиниринг», экземпляр передан на ознакомление истцу. От ознакомления истец отказался, что подтверждается актом №1 от 18.11.2022.

21.11.2022 работодатель повторно знакомит истца с должностной инструкцией путем прочтения вслух при свидетелях. ФИО3 отказался от ознакомления, выйдя из кабинета, что отражено в акте №2 от 21.11.2022 об отказе работника от ознакомления с должностной инструкцией.

22.11.2022 работодателем выполнено повторное направление должностной инструкции истцу посредством корпоративной электронной почты.

Истец вплоть до своего увольнения не представил работодателю ни протокол разногласий к должностной инструкции, ни сделал какие-либо письменные замечания к должностной инструкции любым способом. В судебном заседании ФИО3 пояснил, что хочет иметь не электронный вариант должностной инструкции, а напечатанный ее оригинал, чтобы на неv делать отметки, с чем он не согласен.

При таких обстоятельствах суд признает, что работодателем доказан факт уклонения работника от ознакомления с должностной инструкцией и что работодатель предпринял все возможные способы доведения должностной инструкции до истца. Доводы истца о противоречии должностной инструкции тем трудовым функциям, которые были оговорены при приеме его на работу, свидетельствуют, что он знаком с содержанием названного локального нормативного акта.

Отказ работника от подписания инструкции не позволяет ему уклониться от соблюдения ее норм. Суд признает это документальной фиксацией уже существующего трудового отношения и выполняемых по определенной должности обязанностей на основании следующего: согласно устным и письменным пояснениям истца при приеме на работу ответчиком ему было разъяснено, что в его должностные обязанности входит организация сбора, хранения, обмена и передачи данных, документации и результатов работ внутри группы, и с представителями заказчика, субподрядных организаций, других компаний; организация коммуникаций внутри рабочей группы, и с представителями заказчика, субподрядных организаций, других компаний; контроль деятельности исполнителей внутри рабочей группы, выполнение сроков работ субподрядными организациями; назначение и проведение совещаний, переговоров, деловых встреч в ходе реализации проекта; организация разработки и оформления документов по проекту. Предложенная к подписи ответчиком должностная инструкция руководителя проекта отдела реализации проектов, по мнению истца, включает в себя дополнительные обязанности, не оговоренные при приеме на его работу, какие именно истец не конкретизировал.

Анализ доводов истца и представителей ответчика в совокупности с содержанием должностной инструкции позволяет суду прийти к выводу, что вопреки доводам истца должностная инструкция руководителя проекта, утвержденная в ООО «ВайсТех Инжиниринг» 18.11.2022 не изменила и не расширила перечень должностных обязанностей истца, а раскрыла и конкретизировала их. Перечисленные в должностной инструкции обязанности идентичны тем, что были указаны истцом в ходе судебного разбирательства. Организационные условия труда не изменились, увеличения служебной нагрузки не произошло. Круг обязанностей, перечисленных в должностной инструкции, не находится в противоречии с содержанием доводов истца относительно его обязанностей, устно оговоренных работодателем при приеме на работу. Истец фактически выполнял обязанности, которые затем получили закрепление в должностной инструкции.

Оспаривая приказы о привлечении его к дисциплинарной ответственности и увольнении, ФИО3 не мотивировал иск тем, что задания поручались ему работодателем за пределами его должностных обязанностей.

При этом истец сослался на то, что в период работы в ООО «ВайсТех Инжиниринг» работодатель возлагал на него трудовые функции, которые он как руководитель проекта выполнять был не обязан, в частности, выполнение операций и обязанностей младшего менеджерского состава, в результате он постоянно был вынужден работать за пределами предусмотренного трудовым договором рабочего времени. Время переработок работодателем не оплачено в полном размере. При этом требования о взыскании заработной платы по этому основанию истцом не заявлены.

Проверив указанные доводы истца, суд пришел к выводу об отсутствии объективных данных, свидетельствующих о нарушении указанных истцом трудовых прав. Заявляя эти доводы, ФИО3 не указал конкретные случаи привлечения его к сверхурочной работе и какая именно работа поручалась ему, не относящаяся к его должностным обязанностям. Данный факт оспаривался ответчиком и в опровержение представлены доказательства пресечения попытки ФИО3 задержаться на рабочем месте по собственной инициативе.

Работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором; на полную и достоверную информацию об условиях труда и о требованиях охраны труда на рабочем месте, включая реализацию прав, предоставленных законодательством о специальной оценке условий труда (абзацы четвёртый и седьмой части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Указанному праву работника корреспондирует обязанность работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, исполнять иные обязанности, предусмотренные в том числе законодательством о специальной оценке условий труда (абзац четвёртый части 2 статьи 22, статья 212 Трудового кодекса Российской Федерации).

Так, в силу абзаца одиннадцатого части 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан обеспечить проведение специальной оценки условий труда в соответствии с законодательством о специальной оценке условий труда.

Отношения, возникающие в связи с проведением специальной оценки условий труда, а также с реализацией обязанности работодателя по обеспечению безопасности работников в процессе их трудовой деятельности и прав работников на рабочие места, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, регулируются Федеральным законом от 28 декабря 2013 г. N 426-ФЗ "О специальной оценке условий труда" (далее также - Федеральный закон от 28 декабря 2013 г. N 426-ФЗ), вступившим в силу с 1 января 2014 г.

Специальная оценка условий труда является единым комплексом последовательно осуществляемых мероприятий по идентификации вредных и (или) опасных факторов производственной среды и трудового процесса и оценке уровня их воздействия на работника с учётом отклонения их фактических значений от установленных уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти нормативов (гигиенических нормативов) условий труда и применения средств индивидуальной и коллективной защиты работников (часть 1 статьи 3 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 426-ФЗ).

Доводы истца о несоответствии его рабочего места требованиям безопасности и условиям труда суд отклоняет как несостоятельные, поскольку они противоречат карте специальной оценки условий труда работников по должности «Руководитель проекта» №31-335/2022А составленной ООО «Центр Безопасности Труда». С картой СОУТ истец был ознакомлен, от подписи отказался, что подтверждается актом.

Трудовое законодательство не регламентирует список необходимого для оснащения рабочего места руководителя проекта инструментами, оборудованием, технической документацией для работы. Список необходимого для оснащения рабочего места «руководителя проекта» работодателем не определен.

Вопреки доводам истца о том, что работодатель не обеспечил его оборудованным рабочим местом, необходимыми для исполнения им трудовых обязанностей руководителя проекта судом установлено, что для работы в этой должности истец был обеспечен работодателем рабочим столом, стулом, компьютером, ручкой, бумагой и иными необходимыми для работы руководителя проекта принадлежностями.

Доказательствами иного суд не располагает.

В связи с чем эти доводы истца признаются судом надуманными, поскольку противоречат фактическим обстоятельствам дела, ответчиком представлены декларации о соответствии кресла и стола предъявляемым к ним стандартам и заключение о подтверждении производства промышленной продукции на территории Российской Федерации, приобретение офисной мебели в специализированом магазине. Судом установлено, что ФИО3 не ставил в известность работодателя о неудобной либо сломанной мебели, находящейся в его пользовании, истец данное обстоятельство не оспаривал в суде.

Приведенные истцом доводы о низком температурном режиме в кабинете (ниже 22-24оС) были опровергнуты ответчиком, пояснившем в суде, что все помещения в арендуемом здании отапливаются, ФИО3 постоянно работал в своем кабинете с открытым окном. На что истец объяснил о необходимости проветривать помещение в любом случае.

Ссылаясь на не обеспечение его условиями труда, ФИО3, в том числе указал на отсутствие у него стационарного телефона и не выдачу симкарты для осуществления звонков и отправки СМС сообщений.

В опровержение указанных доводов ответчик разъяснил в суде, что основным средством коммуникации между сотрудниками ООО «ВайсТех Инжиниринг» является корпоративная почта, которой ФИО3 активно пользовался в течение всего периода работы в ООО «ВайсТех Инжиниринг». Именно со своего рабочего компьютера, используя корпоративную почту с электронным адресом kobzev@wisetechepc.com он направлял письма как сотрудникам компании, так и с контрагентам. Стационарные телефоны, находящиеся на этаже, где работает ФИО3, доступны каждому сотруднику. При этом у большинства работников ООО «ВайсТех Инжиниринг» отсутствуют стационарные телефоны, что не препятствует их коммуникации как внутри компании, так и с заказчиками.

Поскольку ни трудовым договором ни иным локальным нормативным актом не закреплено обязательное условие обеспечения работника работодателем стационарным телефоном либо выдача сим карты, суд критически относится к этим доводам истца, поскольку истец не был лишен ответчиком средств коммуникации тем способом, который обычно применятся сотрудниками ООО «ВайсТех Инжиниринг».

Наличие в кабинете истца остатков строительных материалов и других предметов, нерегулярное проведение ежедневной уборки кабинета, отсутствие подставки под ноги и др. являются временными неудобствами, которые могут быть устранены в рабочем режиме и не приводят к нарушению правил пожарной безопасности. Доказательствами иного суд не располагает.

То обстоятельство, что истцу не было известно, где находится аптечка первой медицинской помощи и огнетушитель не свидетельствует о том, что эти предметы отсутствовали у работодателя. Установлено, что прием пищи организован в ООО «ВайсТех Инжиниринг» в кафе. Указанные истцом доводы не являются основанием для признания его рабочего места, не отвечающим требованиям безопасности и условиям труда.

Помимо того, истец считает, что его права были нарушены работодателем, поскольку в офисе компании в неизвестных местах были установлены камеры видеонаблюдения, а в дополнительном соглашении это не оговорено. В суде истец пояснил, что имеет ввиду его рабочий кабинет на третьем этаже.

Как установлено судом, в кабинете истца установлена камера видеонаблюдения с указанием места ее расположения соответствующим обозначением с целью проведения видеонаблюдения вне пределов кабинета, на балкон с выходом на улицу.

При таких обстоятельствах на основании изложенного выше суд признает доводы истца о несоответствии его рабочего места условиям труда и требованиям безопасности надуманными, не имеющими под собой объективного подтверждения.

Обращаясь с настоящим иском, ФИО1 просил признать незаконными приказы о привлечении его к дисциплинарной ответственности и увольнении, мотивируя тем, что работодатель безосновательно <данные изъяты> задания, не обеспечивая при этом необходимой информацией для выполнения поручений, намеренно создавал условия для его увольнения. При этом истец не оспаривал, что задания, после выполнения которых он привлекался к дисциплинарным взысканиям, ему поручались работодателем в соответствии с его должностными обязанностями.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ Генеральным директором ООО «ФИО2 ФИО5» ФИО13 дано поручение руководителю проекта ФИО1 в срок до ДД.ММ.ГГГГ подготовить план по подготовке и реализации проекта - комплектная поставка оборудования склада («Склад готовой продукции») с указанием контрольных точек, в плане указать количество времени, необходимое для реализации проекта, в т.ч. его отдельных этапов; произвести оценку стоимости оборудования и бюджет проекта, включая затраты на работы, услуги и другие возможные затраты и <адрес> необходимо произвести на основании опыта работы как руководителя проекта. При этом на первоначальном этапе запросы поставщикам направлять нельзя; подготовить предложение по формированию рабочей группы проекта. В предложении должно быть отражено какие специалисты необходимы и какие функции они должны будут выполнять. Для оперативной корректировки хода выполнения задания ежедневно в конце рабочего дня направлять рабочие версии указанных документов уполномоченным лицам, указанным в задании. Для исполнения указанного задания был приложен опросный лист Заказчика (ОЛ) на 33 листах (т.1 л.д. 49).

30.01.2023 от ФИО3 поступил отчет о выполнении задания от 25.01.23, согласно которому по причине отсутствия достаточной уточняющей информации, а также данных об объеме выполненных мероприятий и принятых решений в рамках реализуемого проекта и проводимых ФИО8 переговоров, корректный и полный план по подготовке и реализации проекта, с указанием контрольных точек, не представляется возможным. Оценка стоимости оборудования, бюджета проекта, включая затраты на работы, услуги и другие возможные затраты без наличия полноценной актуальной информации об объеме выполненных мероприятий и принятых решений в рамках реализуемого проекта и проводимых ФИО8 переговоров не представляется возможным. Коммерческое предложение, на основании которого ФИО8 проводит переговоры с заказчиком ему не было предоставлено. В тексте задания указана фраза «на этом этапе запросы сторонним поставщикам направлять нельзя», что явно ограничивает возможность выполнения качественной оценки и проработки стоимостей, т.к. коммерческие условия предоставляются профильными торгующими и производственными компаниями. Приблизительная оценка стоимости проекта - не менее 1 млн. рублей с НДС. По причине отсутствия раскрывающей актуальной информации о штате ООО «ВайсТех Инжиниринг», ООО «ВайсТех УК», ООО «ВайсТех Пром» и ООО «ВайсТех ИЦ», должностных обязанностях сотрудников компаний и их функциях, а также информации о выполненных мероприятиях и принятых решениях в рамках реализуемого проекта и проводимых ФИО8 переговоров, подготовка предложения по формированию рабочей группы, а также определение решения о необходимости привлечения субподрядных организаций, не представляется возможным».

По мнению Ответчика, для качественного выполнения задания ФИО1 была передана вся необходимая информация, позволяющая своевременно и в полном объеме его выполнить. В ходе судебного разбирательства Генеральный директор ООО «ФИО2 ФИО5» ФИО11 пояснил, что на стр. 3 ОЛ указан перечень поставляемого оборудования для склада готовой продукции, в котором указано, что весь объем разделен на 2 этапа и необходимо поставить оборудование только для 1 этапа. На этой же странице указано, что другое вспомогательное оборудование или какие-то другие виды работ производить не требуется. На стр. 4 ОЛ содержались конкретные характеристики оборудования, которое должно быть поставлено с учетом очередности. Следовательно, руководитель проекта должен был данную информацию довести до своего руководителя и в плане предусмотреть работы по изготовлению, закупке и комплектации указанного оборудования. Для каждого оборудования, указано место установки - <адрес>, следовательно, ФИО1 должен был в плане предусмотреть работы по организации доставки оборудования до Места установки. Для емкостного оборудования, например, на стр. 8 ОЛ указано, что на стадии подготовки технико-коммерческого предложения (далее ТКП) необходимо предоставить габаритные и присоединительные размеры, следовательно, руководитель проекта должен был указать в плане работы по привлечению специалистов - разработчиков документации на емкостное оборудование (или из состава ООО «ФИО2 ФИО5» или привлеченных со стороны исполнителей). На стр. 9 ОЛ указаны требования к сопроводительной документации, следовательно, руководитель проекта должен был указать в плане работ привлечение специалистов ООО «ФИО2 ФИО5», которые отвечают за контроль сопроводительной документации или потребовать данную документацию для сторонних поставщиков оборудования. На стр. 7 ОЛ приведены габаритные размеры емкостного оборудования, которое составляет 9.6 м *7,2 м. Это означает, что в готовом виде данную емкость доставить до Заказчика будет невозможно. Действующие нормы не позволяют перевозить груз подобных размеров по автомобильным дорогам РФ. Данные сведения указывают на то, что емкость будет необходимо поставлять в разборном виде, а уже на обозначенном Заказчиком месте она будет монтироваться окончательно. Это означает, что со стороны изготовителя и поставщика таких емкостей должны быть 2 этапа (1 этап поставка частей для сборки (заготовок) на Место установки и 2 этап сборка емкости из частей), а со стороны ФИО2 ФИО5 потребуются шеф-монтажные работы. Эти виды работ также должны быть отражены в плане реализации проекта. По второй части поручения ФИО1 необходимо было провести оценку стоимости оборудования и бюджета проекта в целом. Для этого в ОЛ на страницах 4-6,10,11,14,17,21-27 были указаны технические характеристики на поставляемое оборудование, указано наименование и количество поставки по каждой позиции. Должность руководителя проекта и в том числе работа ФИО1 в должности руководителя проекта по проекту МЭЗ позволяет дать примерную стоимость как поставляемого оборудования, так и приблизительную стоимость работ. Оценку требовалось произвести на основе своего личного опыта участия в других проектах, в том числе, проекте ФГУП «Московский эндокринный завод», которым руководил ФИО1 с момента трудоустройства, и по которому, он был ответственным для составления таблицы стоимости оборудования. Не желая выполнять и этот пункт задания, ФИО1 сослался на следующее: «оценка стоимости оборудования, бюджета проекта, включая затраты на работы, услуги и другие возможные затраты без наличия полноценной актуальной информации об объеме выполненных мероприятий и принятых решений в рамках реализуемого проекта и проводимых ФИО14 переговоров не представляется возможным. Коммерческое предложение, на основании которого ФИО14 проводит переговоры с заказчиком мне не было предоставлено. В тексте задания указана фраза «на этом этапе запросы сторонним поставщикам направлять нельзя», что явно ограничивает возможность выполнения качественной оценки и проработки стоимостей, т.к. коммерческие условия предоставляются профильными торгующими и производственными компаниями. Приблизительная оценка стоимости проекта - не менее 1 млн. рублей с НДС.». Работодатель посчитал, что доводы ФИО1 о невозможности оценить проект из-за запрета направлять запросы сторонним поставщикам, надуманы, так как в задании не ставился вопрос определить стоимость проекта точно, не поручалось провести подбор поставщиков оборудования и персональных исполнителей конкретных видов работ. Для оценки стоимости оборудования, сотруднику был предоставлен ОЛ, который содержал все технические характеристики требуемого оборудования, поэтому ориентировочные цены на них можно было найти в том числе и в сети Интернет и на основе своего личного опыта. Ограничение по направлению запросов сторонним поставщикам было обусловлено недопущением передачи этой информации конкурентам. У истца имелась вся необходимая информация для выполнения задания. Оценка стоимости требовалась приблизительная, но при этом максимально близкая к реальной. ФИО1 прекрасно понимал это и располагал информацией, что только один центробежный насос может стоить более 1 млн руб., емкостное оборудование объемом 400 м.куб. и нержавеющей стали стоит существенно больше 5 млн.руб. Для выполнения 3 части поручения, ФИО1 было необходимо сформировать перечень рабочей группы проекта, т.е. это перечень специалистов, которые должны быть привлечены для обсуждения проекта в целом и дальнейшего участия в нем. В случае, если ФИО1 проанализировал информацию, которая была ему предоставлена для выполнения первых двух поручений служебного задания, то в формировании состава рабочей группы для обсуждения проекта не было никаких сложностей. Как было указано, по проекту требуется закупка оборудования (насосы, запорная арматура, фильтры и т.д.), следовательно, необходимо участие менеджера по закупке. Заказчиком определено место установки емкости - <адрес>, значит необходим специалист по логистике. Выше описаны габаритные размеры «Емкостного оборудования», что влечет невозможность транспортировки его в собранном состоянии. Требовался шеф-монтаж на месте установки и, следовательно, необходим специалист по шеф-монтажу. Если необходимы данные по емкостному оборудованию, то необходимо участие конструктора или проектировщика. Также сотруднику необходимо было предусмотреть свое участие, как руководителя, сопровождающего проект и контролирующего своевременное выполнение всех его стадий. Ничего из вышеперечисленного ФИО1 не предоставил. Ответчиком отмечалось в ходе судебного разбирательства, что в рамках представленного задания ФИО1 не доводилась информация о том, что ведутся какие-либо переговоры с Заказчиком, что выдано какое-то коммерческое предложение. Непонятно каким образом ФИО1 получил информацию о том, что переговоры ведет ФИО14, для чего ему была необходима информация об уже выполненных мероприятиях по проекту и суть проводимых переговоров. Единственно объяснение запросов по уточняющей информации ФИО1 это намеренное получение информации для сторонней компании, которая также претендовала на этот проект. Вместо того, чтобы детально изучить опросный лист заказчика и сделать из него соответствующие выводы, ФИО1 постоянно запрашивал ненужную для выполнения задания информацию: на какой стадии находится проект? Какие мероприятия проводились в рамках реализации проекта? Проводились ли переговоры, велась ли электронная рабочая переписка с представителями заказчика? Какие вопросы обсуждались, приняты ли какие-либо решения? Направлялись ли в адрес заказчика на ознакомление коммерческое предложение, какая-либо документация или иные материалы? Предоставлял ли и присылал ли заказчик какую-либо уточняющую информацию в рамках реализации проекта? Прошу Вас прислать списки сотрудников ООО «ФИО2 УК», ООО «ФИО2 ФИО5», ООО «ФИО2 ИЦ», ООО «ФИО2 ФИО6» с уточнением ФИО и занимаемых должностей, порядок взаимодействия между работниками компаний. Каковы причины отсутствия возможности для меня направлять запросы сторонним поставщикам в рамках выполнения задания? На основании какого документа (трудовой договор, должностная инструкция) Вами формировалось служебное задание и список задач!» Данные вопросы не имели никакого отношения к выполнению задания – считает ответчик предполагает, что ФИО1 таким образом собирал информацию для последующей передачи ее в конкурирующую компанию. Был очевиден факт затягивания рабочего процесса путем направления различных «уточняющих вопросов». Оснований для невыполнения задания в срок у ФИО1 не имелось, о чем был составлен акт о ненадлежащем исполнении трудовых обязанностей (т.1 л.д. 51-54).

ДД.ММ.ГГГГ истцу было предложено дать письменные объяснения по факту неисполнения своих должностных обязанностей (т.1 л.д.57).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 даны объяснения, в которых истец выразил не согласие с Актом № от ДД.ММ.ГГГГ и пояснил, что выполнил задание, исходя из имевшейся у него информации (т.1 л.д.62-63).

Далее, согласно служебному заданию от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д. 56) руководителю проекта ФИО1 было поручено в срок не позднее 12:00 час. ДД.ММ.ГГГГ подготовить калькуляцию и график финансирования по объекту «Склад готовой продукции» на основании ранее предоставленного опросного листа в рамках служебного задания от ДД.ММ.ГГГГ и отчета руководителя проекта ФИО15 от ДД.ММ.ГГГГ по результатам выполнения поручения от ДД.ММ.ГГГГ. Форма калькуляции (смета в формате Excel) руководителю проекта ФИО1 была предоставлена для ознакомления заместителем генерального директора по экономике и финансам управляющей организации ООО «ФИО2 УК» ФИО16 С данной формой работник был ознакомлен, что подтверждает его служебная записка от ДД.ММ.ГГГГ.

07.02.2023 в 11:43 час. руководителем проекта ФИО1 по электронной рабочей почте был направлен проект калькуляции.

Для предоставления заключения на предмет соответствия требованиям, указанная смета была переправлена заместителю генерального директора по экономике и финансам управляющей организации ООО «ФИО2 УК» ФИО16 и коммерческому директору управляющей организации ООО «ФИО2 УК» ФИО14 Согласно служебной записке заместителя генерального директора по экономике и финансам ФИО16 от ДД.ММ.ГГГГ при проведении анализа сметы, объединяющей в себе калькуляцию и график финансирования, предоставленной ДД.ММ.ГГГГ руководителем проекта отдела реализации проектов ФИО1 было установлено, что в данном документе отсутствовало порядка 80% информации, заполнение которой предусматривала данная форма. Фактически, смета содержит только информацию в части проектирования и не предоставляет возможности анализа и принятия управленческих решений (т.1 л.д. 58). Коммерческим директором управляющей организации ООО «ФИО2 УК» ФИО14 в присутствии руководителя проекта ФИО1 в рамках совещания от ДД.ММ.ГГГГ было установлено, что по предоставленной работником смете, стоимость продажи должна составлять 1311 320 рублей с НДС, что является грубейшей ошибкой и может привести к убытку по договору более 35 миллионов рублей. Количество часов, предложенных руководителем проекта ФИО1 на сопровождение проекта - 880, что недопустимо завышено для вида работ по сопровождению закупки оборудования. Не заполнено наименование оборудования и не проставлены стоимости.

В связи с чем работодателем был сделан вывод, что по данному документу невозможно принять правильное решение и для работы документ, оформленный истцом, не применим, так как существует риск для работы организации, убыток более 35 миллионов рублей способен привести к банкротству компании. ФИО1 дано требование о предоставлении письменного объяснения в срок до ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д. 59).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 в своем объяснении указал, что выполнил поручение, исходя из имевшейся у него информации, ответы на свои запросы не получил (т.1 л.д. 62, 63).

ДД.ММ.ГГГГ ООО «ФИО2 ФИО5» издан приказ № о применении к ФИО1 меры дисциплинарного взыскания в виде выговора за ненадлежащее исполнение должностных обязанностей, выразившихся в невыполнении служебных заданий от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ, непредставления запрашиваемых документов и необходимой информации по данным заданиям, повлекшим за собой отсутствие полноценной информации в рамках принятия управленческих решений для реализации проектов с запланированными показателями и с учетом имеющегося примененного ранее дисциплинарного взыскания (приказ от ДД.ММ.ГГГГ №). С приказом от ДД.ММ.ГГГГ № истец был ознакомлен в тот же день, о чем свидетельствует его подпись (т.1 л.д.48).

Удовлетворяя требования истца о признании незаконным и отмене приказа от ДД.ММ.ГГГГ № об объявлении ФИО1 дисциплинарного взыскания в виде выговора, суд исходит из того, что работодателем неправомерно при выборе конкретной меры дисциплинарного взыскания был учтен факт привлечения истца к дисциплинарной ответственности приказом от ДД.ММ.ГГГГ №, поскольку решением Октябрьского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ приказ об объявлении ФИО1 замечания признан незаконным и отменен. Соответственно, при определении меры дисциплинарного взыскания в приказе от ДД.ММ.ГГГГ №, работодателю не следовало принимать во внимание наличие у работника дисциплинарного проступка, совершенного ранее, поскольку судебным актом, вступившим в законную силу, установлено, что ФИО1 был привлечен к дисциплинарной ответственности приказом от ДД.ММ.ГГГГ № незаконно. В оспариваемом приказе ДД.ММ.ГГГГ № не указано на нарушение конкретного пункта должностной инструкции работника либо положений, приказов работодателя, что также является процессуальным нарушением, влекущим отмену приказа. В том числе, при выборе меры дисциплинарного взыскания работодателю следовало учитывать степень тяжести проступка, обстоятельства, при которых он совершен, предшествующее поведение работника, его отношение к работе, что в оспариваемом приказе не отражено.

При этом суд признает доказанным факт совершения ФИО1 дисциплинарного проступка, которое следует рассматривать, как виновное, ненадлежащее исполнение работником возложенных на него трудовых обязанностей, исходя из анализа предоставленных ответчиком документов (служебных заданий, отчета ФИО1, служебной записки ФИО16, акта о ненадлежащем исполнении трудовых обязанностей, объяснительных и служебной записки ФИО1 с учетом данных сторонами пояснений в ходе судебного разбирательства). Процедура наложения дисциплинарного взыскания работодателем была соблюдена.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 получил задание определить состав работ, которые должна выполнить компания ООО «ФИО2 ФИО5», какой объем будет выполнять Заказчик или привлеченные им сторонние организации. В ходе судебного разбирательства представитель ответчика пояснил, что для выполнения задания ФИО1 в электронном виде, был направлен файл- это задание Заказчика в форме таблицы на 25 листах, согласно которому, Заказчику требовалась разработка предпроектной документации для строительства цеха по выпуску лесохимической продукции (канифоль, жирные кислоты талового масла (ЖКТМ), дистилированное талловое масло), мощностью 158 тыс. тонн в год. При этом, со стороны Заказчика на 1 странице в п. 4 было описано 2 сценария реализации проекта и необходимость проработки каждого из них. 1 сценарий - это новое строительство цеха ректификации сырого таллового масла в <адрес>, производительностью 103 000 тонн в год по переработке сырого таллового масла; реконструкция существующего цеха ректификации таллового масла в <адрес> с целью увеличения мощности с 45 до 55 тыс. т/год по переработке сырого таллового масла. 2 сценарий - это строительство цеха ректификации сырого таллового масла в <адрес> мощностью 158 тыс. т/год по переработке сырого таллового масла. Текст задания Заказчика содержал перечень узлов планируемого цеха, состав оборудования, необходимость выполнения лабораторных анализов, указаны требования к технологии и т.д. ФИО1 следовало проанализировать и предоставить Руководству конкретную информацию о перечене работ по проекту, что сможет выполнить ООО «ФИО2 ФИО5» самостоятельно, что будет выполнять сам Заказчик, привлеченные субподрядчики. ФИО1, как руководителю проекта необходимо было иметь представление, какой результат получит компания по факту выполнения данного проекта. Вместо анализа предоставленной документации и составления информативного документа, истец сослался на то, что в направленном ему электронном файле была всего одна страница, отсутствовало задание на проектирование, иная раскрывающая информация, что не позволяло ему выполнить задание. ФИО1 предоставил документ без смысловой нагрузки, в нем не было указано ни наименование проекта, ни наименование сырья, ни перечень планируемых к выпуску продуктов.

Ознакомившись с результатом работы ФИО3, Генеральный директор был вынужден перенести переговоры по обсуждению этого проекта с Заказчиком на более позднюю дату. ФИО3 было повторно дано время на выполнение задания со сроком до конца дня 10.02.2023 и в присутствии других сотрудников компании продемонстрировано, что файл на его рабочем компьютере возможно открыть и что он содержит 25 страниц.

10.02.2023 от ФИО3 поступил документ, дублировавший отчет от 09.02.2023.

На основании служебных записок от 14.02.2023 директора департамента проектирования ФИО9 и исполнительного директора ООО «ВайсТех ИЦ» ФИО10 работодателем составлен акт ненадлежащего исполнения трудовых обязанностей от 14.02.2023 (т.1 л.д. 92-100). Требованиями от 14.02.2023 и от 06.03.2023 ФИО3 предложено дать объяснения, в которых он не согласился с актом, полагая, что с учетом имевшейся у него информации он выполнил поручение работодателя в срок (т.1 л.д. 101-106).

15.03.2023 ФИО3 было получено требование работодателя о даче объяснений по факту невыполнения служебного задания от 07.02.2023.

16.03.2023 в объяснении ФИО3 выразил несогласие с утверждением о невыполнении им служебного задания.

17.03.2023 от АО «Юникэм» получено письмо- предупреждение о срыве сроков пуско-наладочных работ (как следствие финансовые потери) из-за того, что ООО «ВайсТех Инжиниринг» не предоставило запрашиваемые документы.

Приказом №26 от 20.03.2023 в отношении ФИО3 применены меры дисциплинарного взыскания в виде выговора в связи с ненадлежащим исполнением должностных обязанностей, выразившемся в невыполнении служебного задания от 07.02.2023, нарушением п.п. 2.1, 2.2, 2.3, 2.4 должностной инструкции руководителя проекта отдела реализации проектов – предоставление работником информации оформленной в виде плана, которая не могла быть применена в работу для проведения совещания с потенциальным Заказчиком ООО «ВайсТехИнжиниринг» - АО «Группа Илим», повлекшим за собой вынужденный перенос запланированного совещания с конечным заказчиком на другую дату, с учетом имеющегося дисциплинарного взыскания (приказ от 14.02.2023 №16).

Не оспаривая, что задание выдавалось ему работодателям в рамках его должностных обязанностей, истец просит отменить приказ, полагая, что названный приказ издан необоснованно, поскольку задание им выполнено в срок надлежащим образом, исходя из имевшейся у него информации.

Проанализировав доводы истца и ответчика в совокупности с материалами дела, суд приходит к выводу, что ФИО3 допущено виновное ненадлежащее исполнение трудовых обязанностей в нарушение пунктов 2.1-2.4 должностной инструкции, что подтверждается служебными записками от 14.02.2023 директора департамента проектирования ФИО9 и исполнительного директора ООО «ВайсТех ИЦ» ФИО10, актом ненадлежащего исполнения трудовых обязанностей от 14.02.2023. Доводы истца о надлежащем исполнении поручении работодателя от 07.02.2023 суд отклоняет на основании изложенного выше. Критически суд относится и к доводам истца о том, что он не располагал необходимой информацией для подготовки более полного отчета, поскольку для выполнения задания ФИО3 в электронном виде, был направлен файл задание Заказчика в форме таблицы на 25 листах с описанием предмета проекта. Запрашиваемая истцом информация для выполнения задания не требовалась. Процедура привлечения истца к дисциплинарной ответственности работодателем соблюдена.

Между тем, суд удовлетворяет требования истца об отмене приказа от 20.03.2023 №26 о применении к нему меры дисциплинарного взыскания в виде выговора на основании следующего: ответчик при издании оспариваемого приказа учел то, что истец имеет ранее наложенное на него дисциплинарное взыскание приказом от 14.02.2023 №16, который судом признан незаконным и отменен. Однако, при выборе меры дисциплинарного взыскания работодателю следовало учитывать степень тяжести проступка, обстоятельства, при которых он совершен, предшествующее поведение работника, его отношение к работе, что в оспариваемом приказе не отражено. При таких обстоятельствах суд признает приказ от 20.03.2023 №26 о применении к ФИО3 меры дисциплинарного взыскания в виде выговора незаконным и подлежащим отмене.

01.03.2023 в адрес Генерального директора ООО «ВайсТех УК» ФИО4 был направлен запрос от АО «Юникэм» о предоставлении эксплуатационной документации на ранее поставленное оборудование. Ответственным по данному проекту был ФИО3, поставка была осуществлена в октябре 2022 года. В связи с тем, что в период с февраля 2023г. по 14 марта 2023 г. ФИО3 отсутствовал на рабочем месте, то поручение «обеспечить материалы заказчику» ему было передано 15.03.2023 со сроком исполнения до 17.03.2023 (т.1 л.д. 127).

17.03.2023 распоряжением Генерального директора ООО «ВайсТехИнжиниринг» от ФИО3 затребовано предоставление письменного отчета по выполнению служебного задания от 15.03.2023 в срок до 15:00 17.03.2023 (т.1 л.д. 128)

22.03.2023 работодателем составлен акт о непредставлении письменных объяснений работником. Между тем, 23.03.2023 в ООО «ВайсТехИнжиниринг» зарегистрировано объяснение ФИО3 (датированное 21.03.2023 и направленное в адрес работодателя Почтой России), в котором он сообщил о несогласии с утверждением об игнорировании им задания ФИО4 и что им приложены все силы и использованы все средства для выполнения поставленного задания, он просил предоставить ФИО4 и ФИО12 раскрывающую информацию: скан копии контракта, обновленное штатное расписание, перечень подписанных договоров с АО «Синтема» для ознакомления с документами и уточнения о сотрудниках, у которых он мог бы получить необходимую информацию.

Из пояснений ответчика в суде следовало, что задние от 15.03.2023 ФИО3 не выполнил, сославшись на отсутствие уточняющей информации. При этом, в период конец сентября и по ноябрь 2022 года именно ФИО3 готовил договор и вел сопровождение по проекту поставки чилперов в АО «Юникэм». Имея всю необходимую документацию, ФИО3 не передал ее Заказчику. Никакая уточняющая информация работнику была не нужна, так как вся информация по данному вопросу находится у него в компьютере.

Истец в суде не смог пояснить для чего ему была нужна истребуемая им информация.

Приказом от 22.03.2023 №28 в отношении ФИО3 применены меры дисциплинарного взыскания в виде выговора в связи с ненадлежащим исполнением должностных обязанностей, выразившемся в невыполнении служебного задания от 15.03.2023, а именно необеспечение исходными данными о необходимых материалах Заказчика по запросу АО «Синема»-представителя АО «Юникэм» от 01.03.2023, в рамках договора поставки оборудования от 07.10.2022, повлекшим за собой задержку закупки сроков доставки недостающих материалов в обвязке электрической и КИП части по информации Заказчика от 17.03.2023 с учетом имеющихся дисциплинарных взысканий (приказ от 14.02.2023 №16, приказ от 20.03.2023 №26).

Удовлетворяя требования истца о признании незаконным отмене приказа от 22.03.2023 №28 о применении к нему дисциплинарного взыскания, суд исходит из того, что в оспариваемом приказе отсутствует указание на нарушение работником конкретного пункта должностной инструкции и ответчиком при выборе меры дисциплинарного взыскания не учтены степень тяжести проступка, обстоятельства, при которых он совершен, предшествующее поведение работника, его отношение к работе. Указанное не нашло отражение в оспариваемом приказе, что является основанием для его отмены.

Из пояснений ответчика в суде следовало, что Генеральный директор ООО «ВайсТех Инжиниринг» самостоятельно обеспечил Заказчика АО «Синема»-представителя АО «Юникэм» запрашиваемой документацией и принял решение о направлении в командировку своего представителя для оценки фактического состояния дел на площадке Заказчика. Так как реализацией договора поставки оборудования, для которого требовалась документация, занимался ФИО3, то в командировку на площадку Заказчика в г. Заволжск был направлен истец приказом от 16.03.2023 №18.

С направлением в командировку с 20.03.23 по 22.03.23 ФИО3 не согласился, сославшись на состояние здоровья, сообщив об этом работодателю, что подтверждается записью разговора между ФИО3 и ФИО4 и письменными пояснениями истца в адрес работодателя. 20.03.2023 и 21.03.2023 ФИО3 находился на рабочем месте, снова устно пояснив работодателю, что не может ухать по состоянию здоровья, оправдательных документов не предоставил.

22.03.2023 приказ №18 от 16.03.23 о направлении в командировку ФИО3 отменен приказом №27.

23.03.2023 ООО «ВайсТех Инжиниринг» получило заказное письмо от ФИО3 с медицинской справкой, подтверждающей невозможность длительных командировок. По мнению ответчика, справка от 17.03.2023 № 979 выданная ТОБУЗ Городская поликлиника №5 г.Тамбова, не соответствует п.6, п.7 Приказа Министерства здравоохранения РФ от 14.09.2020 №972н «Об утверждении Порядка выдачи медицинскими организациями справок и медицинских заключений» к ее оформлению, так как на ней отсутствуююют личные печати врачей-специалистов. На лицевой стороне документа было поименовано «Справка», а на оборотной стороне содержалось «Заключение врачебной комиссии», тогда как справка и заключение являются двумя разыми документами.

Из материалов дела следует, что 21.03.2023 ответчик затребовал у истца объяснения по поводу его отказа от поездки в служебную командировку.

ФИО3 сообщил работодателю, что направит объяснение почтой, отказавшись передать их лично.

23.03.2023 в 16.50ч. составлен акт о непредставлении письменных объяснений работником.

27.03.2023 в адрес ответчика поступили письменные объяснения истца от 22.03.2023, где он указал причину отказа от поездки в командировку – наличие противопоказаний по состоянию здоровья.

Приказом №3 от 24.03.2023 с ФИО3 расторгнут трудовой договор от 17.03.2022 №11, он уволен на основании пункта 5 части 1 статьи 81 Трудового Кодекса РФ за неоднократное неисполнение работником без уважительных причин трудовых обязанностей.

24.03.2023 ФИО3 сделал отметку на приказе о несогласии с увольнением.

Основанием к изданию приказа послужили ранее изданные приказы о привлечении истца к дисциплинарной ответственности в виде выговоров (от 14.02.2023 №16, от 20.03.2023 №26, от 22.03.2023 №28), а также служебное задание от 16.03.2023 №086, приказ о направлении ФИО3 в командировку от 16.03.2023 №18, акты о невыезде его в командировку и отказе от командировки, приказ об отмене командировки от 22.03.2023 №27 и акт о непредставлении письменных объяснений от 23.03.2023 №11.

В судебном заседании представители ответчика пояснили, что отказ ФИО3 поехать в командировку стал причиной издания приказа от 24.03.2023 №3 об увольнении истца.

Удовлетворяя требования истца о признании незаконным отмене приказа от 22.03.2023 №28 о применении к нему дисциплинарного взыскания в виде увольнения, суд исходит из того, что оспариваемый приказ не содержит сведений относительно проступка, который послужил поводом для привлечения истца к данной мере дисциплинарной ответственности, в нём не указан временной промежуток, в течение которого истцом было допущено неоднократное неисполнение без уважительных причин трудовых обязанностей, из приказа не усматривается какие допущены работником нарушения требований законодательства либо обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций и т.п. В том числе в приказе не отражено, что работодателем принимались во внимание при выборе меры дисциплинарного взыскания тяжесть проступка и обстоятельства, при которых он был совершён (часть 5 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

Сомнения работодателя в достоверности медицинского документа, предоставленного работником в связи с отказом от командировки, на дату рассмотрения настоящего спора не имеют документального подтверждения. При таких обстоятельствах у работодателя не было оснований для привлечения истца к дисциплинарной ответственности, поскольку по общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. При наличии заболевания у работника, препятствующего нахождению его в командировке, отказ от командировки является уважительной причиной.

На основании изложенного выше суд приходит к выводу о незаконности приказа №3 от 24.03.2023 о применении в отношении ФИО3 меры дисциплинарного взыскания в виде увольнении на основании п.5 ч.1 ст.81 ТК РФ. В связи с чем, исковые требования в этой части подлежат удовлетворению, а приказ - отмене. Требования ФИО3 о восстановлении его на работе в ООО «ВАЙСТЕХ ИНЖИНИРИНГ» на должность «Руководитель проекта» в отделе реализации проектов в филиале ООО «ВАЙСТЕХ ИНЖИНИРИНГ» «Центральный» с 25 марта 2023 года и взыскании заработной платы за время вынужденного прогула за период с 25 марта 2023 года по 14 июля 2023 года в размере 275 072,96 руб. (согласно справке ответчика, проверенной судом и признанной верной, размер задолженности истцом не оспаривался) также подлежат удовлетворению.

В соответствии со статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Пунктом 63 постановления Пленума Верховного суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" предусмотрено, что поскольку кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд, в силу статьи 21 (абз. 14 ч. 1) и статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненными ему любыми действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости (п. 63 Постановления Пленума ВС РФ).

Принимая во внимание конкретные обстоятельства дела, а именно характер причиненных истцу нравственных страданий, характер и степень вины ответчика в нарушении прав истца, индивидуальные особенности истца, суд полагает размер компенсации морального вреда в сумме 5000 руб. в наибольшей степени соответствующим требованиям статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации о разумности и справедливости.

В силу положений ст.103 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию в доход бюджета г.Тамбова государственная пошлина.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194- 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО3 удовлетворить частично.

Признать незаконным и отменить приказ №16 от 14.02.2023 о применении в отношении ФИО3 меры дисциплинарного взыскания в виде выговора.

Признать незаконным и отменить приказ №26 от 20.03.2023 о применении в отношении ФИО3 меры дисциплинарного взыскания в виде выговора.

Признать незаконным и отменить приказ №28 от 22.03.2023 о применении в отношении ФИО3 меры дисциплинарного взыскания в виде выговора.

Признать незаконным и отменить приказ №3 от 24.03.2023 об увольнении ФИО3 на основании пункта 5 части 1 статьи 81 Трудового Кодекса РФ.

Восстановить ФИО3 на работе в ООО «ВАЙСТЕХ ИНЖИНИРИНГ» на должность «Руководитель проекта» в отделе реализации проектов в филиале ООО «ВАЙСТЕХ ИНЖИНИРИНГ» «Центральный» с 25 марта 2023 года.

Взыскать с ООО «ВАЙСТЕХ ИНЖИНИРИНГ» (ИНН<***>) в пользу ФИО3 заработную плату за время вынужденного прогула за период с 25 марта 2023 года по 14 июля 2023 года в размере 275 072,96 руб., компенсацию морального вреда в размере 5000 руб.

В остальной части иска отказать.

Взыскать с ООО «ВАЙСТЕХ ИНЖИНИРИНГ» (ИНН<***>) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 6250 рублей.

Решение суда в части восстановления на работе и взыскании заработной платы за время вынужденного прогула за три месяца (с 15.03.2023 по 14.07.2023) в сумме 220 782,81 рублей подлежит немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме в Тамбовский областной суд через суд, принявший решение.

Мотивированное решение изготовлено 25.07.2023.

Судья