Дело № 2-22/2025

УИД 16RS0041-01-2024-001214-26

Учёт 2.212г

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

26 июня 2025 года город Лениногорск Республики Татарстан

Лениногорский городской суд Республики Татарстан в составе председательствующего судьи Ивановой С.В., при секретаре судебного заседания Гудковой Е.А., с участием прокурора Сулеймановой Л.Н., истца ФИО1, представителя истца ФИО, представителя ответчика ФИО, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Государственному автономному учреждению «Лениногорская Центральная районная больница», Министерству здравоохранения Республики Татарстан о компенсации морального вреда в связи с оказанием некачественной медицинской помощи,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к Министерству здравоохранения, Государственному автономному учреждению «Лениногорская центральная районная больница» о взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование требований указано, что в производстве третьего отдела по расследованию особо важных дел следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по <адрес> находится уголовное дело №, возбужденное ДД.ММ.ГГГГ по части 2 статьи 109 Уголовного кодекса Российской Федерации по факту смерти супруга истца ФИО, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в ГАУЗ «Лениногорская ЦРБ» МЗ РТ. Истец проживала со своим супругом ФИО ДД.ММ.ГГГГ супругу истца стало плохо с самочувствием, после чего он был доставлен бригадой скорой медицинской помощи в ГАУЗ «Лениногорская ЦРБ», где он был прооперирован (была операция на желудок) и поместили в реанимационное отделение, где после операции он так в сознание не пришел и ДД.ММ.ГГГГ скончался. В ходе предварительного следствия по вышеуказанному уголовному делу для оценки качества оказания ФИО медицинской помощи в ГАУЗ «Республиканское бюро судебно-медицинской экспертизы» и ФГКУ «СЭЦ СК России» приведены комиссионные судебно –медицинские экспертизы. При этом комиссией экспертов установлены дефекты, допущенные врачами ГАУЗ «Лениногорская ЦРБ» МЗ РТ при оказании медицинской помощи ФИО: врачами скорой медицинской помощи ГАУЗ «Лениногорская ЦРБ» на этапе оказания медицинской помощи ФИО ДД.ММ.ГГГГ, применен препарат «Диклофенак», при наличии анамнестических сведений о том, что у пациента язвенная болезнь желудка и двенадцатиперстной кишки; врачами скорой медицинской помощи ГАУЗ «Лениногорская ЦРБ», на этапе оказания медицинской помощи ФИО ДД.ММ.ГГГГ не выставлен диагноз «острый перитонит» при наличии характерных клинических проявлений, жалобы на боли в животе, при осмотре живот напряжен, выраженная болезненность при пальпации по всему животу, симптом ФИО2 – ФИО3 положительный; на этапе стационарного лечения врачами ГАУЗ «Лениногорская ЦРБ» в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом «Язвенная болезнь двенадцатиперстной кишки, осложненная перфорацией, разлитой фибринозно-гнойный перитонит» выявлены следующие дефекты: не исследованы уровни холестерина, свободного и связанного билирубина, С – реактивного белка, альбумина и наличие эндотоксина в крови; при наличии гиперкалиемии назначены препараты «стерофундин» и «калия хлорид»; при наличии признаков гиперкапнии, гипоксемии и дыхательного ацидоза не проведена коррекция параметров искусственной вентиляции легких; при наличии показаний не проведена заместительная почечная терапия.

На основании изложенного, истец просит суд взыскать с Министерства здравоохранения Республики Татарстан, ГАУЗ «Лениногорская ЦРБ» в пользу истца денежную сумму в размере 5 000 000 рублей в качестве компенсации морального вреда.

Истец ФИО1, представитель истца ФИО, действующая на основании ордера, в судебном заседании исковые требования поддержали, дали пояснения согласно иску.

Представитель ответчика ГАУЗ «Лениногорская ЦРБ» ФИО, действующая на основании доверенности, исковые требования не признала, просила в удовлетворении исковых требований отказать.

Представитель ответчика Министерства здравоохранения Республики Татарстан в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, в письменном отзыве на исковое заявление просили рассмотреть дело в отсутствие, исковые требования не признали.

Суд, руководствуясь положениями статей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле, надлежаще уведомленных о времени и месте слушания данного дела.

Суд, выслушав представителя истца, представителя ответчика, мнение прокурора Сулеймановой Л.Н., полагавшей возможным исковые требования удовлетворить частично с учетом принципов разумности и справедливости, изучив материалы дела, оценив доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, приходит к следующему.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее также - Федеральный закон "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В статье 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи (пункты 1, 2, 5 - 7 статьи 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь организуется и оказывается в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, а также на основе стандартов медицинской помощи, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации (часть 1 статьи 37 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации".

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого Федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2 и 3 статьи 98 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная <данные изъяты>, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 12 Гражданского кодекса Российской Федерации одним из способов защиты нарушенных гражданских прав является компенсация морального вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Судом установлено и следует из материалов дела, что истец ФИО1 является супругой ФИО, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, что подтверждается свидетельством о заключении брака (л.д. 83).

Как следует из пояснений истца в судебном заседании, ДД.ММ.ГГГГ у супруга истца ФИО ухудшилось самочувствие, после чего он был доставлен бригадой скорой медицинской помощи в ГАУЗ «Лениногорская ЦРБ», где был прооперирован (была операция на желудок) и поместили в реанимационное отделение, где после операции ФИО так в сознание не пришел и ДД.ММ.ГГГГ скончался.

ДД.ММ.ГГГГ старшим следователем Лениногорского МРСО следственного управления Следственного комитета РФ по <адрес> старшим лейтенантом полиции юстиции ФИО вынесено постановление о возбуждении уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного частью 2 статьи 109 УК РФ, которым установлено, что ФИО в период с ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ проходил лечение в ГАУЗ «Лениногорская ЦРБ» Министерства здравоохранения Республики Татарстан, где ДД.ММ.ГГГГ скончался в результате отека мозга, язвы двенадцатиперстной кишки, в результате ненадлежащего исполнения медицинскими работниками ГАУЗ «Лениногорская ЦРБ» Министерства здравоохранения Республики Татарстан своих профессиональных обязанностей вследствие не проведения соответствующего лечения и обследования, наступила смерть ФИО (л.д. 26-27).

Согласно Заключению эксперта №, составленному Приволжским филиалом Федерального государственного казенного учреждения «Судебно-экспертный центр Следственного комитета Российской Федерации», согласно протоколу патологоанатомического исследования, смерть ФИО наступила вследствие атеросклероза сосудов головного мозга, который в послеоперационном периоде осложнился ишемическим инфарктом Варолиева моста с захватом обоих полушарий мозжечка с отеком головного мозга. Фоновыми заболеваниями являлись аденома предстательной железы с двусторонней гидронефротической трансформацией почек и острой почечной недостаточностью; язва 12– перстной кишки, осложнившаяся перфорацией, по поводу которой проведена лапаротомия. При этом комиссия экспертов считает необходимым отметить следующее: выставленный патологоанатомический диагноз (инфаркт Варолиева моста) подтвержден макроскопическими данными, описанными в протоколе патологоанатомического вскрытия. При этом диагноз не подтвержден гистологическими данными. Кроме ишемического инфаркта головного мозга к смерти ФИО могли привести следующие заболевания (патологические состояния). В протоколе патологоанатомического вскрытия отмечено следующее «В передней стенке левого желудочка участок неравномерного кровенаполнения бледно желтовато – красного цвета, с полосой кровоизлияний светло – красного цвета вокруг шириной 0,5 см», вышеизложенное можно расценивать как морфологические проявления инфаркта миокарда, при этом при гистологическом исследовании сердца, признаков повреждения миокарда не описано. Кроме изложенного у ФИО имелись морфологические признаки пневмонии и фибринозно-гнойного перитонита. В медицинской карте стационарного больного отмечены проявления кетоацидоза, ДД.ММ.ГГГГ отмечались признаки гиперкапнии и гипоксемии, что указывало на наличие у пациента дыхательной недостаточности. На основании вышеизложенного непосредственной причиной смерти ФИО следует считать отек и дислокацию головного мозга. К развитию отека головного мозга могли привести патологические процессы, указанные выше, представленные доводы не позволяют достоверно и доказательно установить основное заболевание, послужившее причиной развития отека головного мозга. На этапе оказания скорой медицинской помощи ДД.ММ.ГГГГ выявлено следующее: применен препарат «Диклофенак», при наличии анамнестических сведений о том, что у пациента язвенная болезнь желудка и двенадцатиперстной кишки. На этапе оказания скорой медицинской помощи ДД.ММ.ГГГГ выявлено следующее: не выставлен диагноз «острый перитонит» при наличии характерных клинических проявлений (жалобы на боли в животе, при осмотре живот напряжен, выраженная болезненность при пальпации по всему животу, синдром ФИО2 – ФИО3 положительный). При этом отмечалось улучшение состояния пациента, ФИО доставлен в ГАУЗ «Лениногорская ЦРБ». На данном этапе стационарного лечения в ГАУЗ «Лениногорская ЦРБ» (ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ) с диагнозом «Язвенная болезнь двенадцатиперстной кишки, осложненная перфорацией. Разлитой фибринозно-гнойный перитонит» выявлено следующее: не исследованы уровни холестерина, свободного и связанного билирубина, С – реактивного белка, альбумина и наличие эндотоксина в крови, при наличии гиперкалиемии (по лабораторным данным) назначены препараты «Стерофундин» и «Калия хлорид» (противопоказаны при гиперкалиемии), при наличии признаков гиперкапнии, гипоксемии и дыхательного ацидоза не проведена коррекция параметров искусственной вентиляции легких, при наличии показаний не проведена заместительная почечная терапия (гемодиализ). Выявленные нарушения на всех этапах оказания медицинской помощи не связаны с воздействием физических, химических, биологических и психогенных факторов внешней среды и не привели к развитию у ФИО нового патологического процесса и ухудшения состояния его здоровья. Таким образом, нарушения при оказании медицинской помощи не состоят в причинной связи с наступлением смерти ФИО (л.д. 35-51)

Согласно Заключению эксперта (комиссионная судебно – медицинская экспертиза) № от ДД.ММ.ГГГГ, составленному ГАУЗ Республиканское Бюро судебно-медицинской экспертизы, ввиду наличия несоответствий (отсутствие признаков инфаркта в тканях мозга и сердца при судебно-гистологической экспертизе при наличии их микроскопического описания при патологоанатомическом исследовании трупа), а также отсутствие объективных данных о состоянии легких до ДД.ММ.ГГГГ (рентгенография или томография) и всех параметров проведенной искусственной вентиляции легких (дыхательный объем), экспертной комиссии достоверно установить причину смерти ФИО не представляется возможным. При проведении экспертной реконструкции событий, экспертная комиссия приходит к выводу, что наиболее вероятной причиной наступления смерти ФИО является полиорганная недостаточность (сердечнососудистая, почечная, дыхательная), которая развилась вследствие сепсиса, возникшего от гнойного перитонита, причиной которого послужила перфорация язвы двенадцатиперстной кишки (л.д. 52-69).

Согласно данным представленных медицинских документов и данных Территориального Фонда обязательного медицинского страхования, ФИО были выставлены следующие диагнозы: «Слабый миопический астигматизм», «Люмбоншалгия слева», «Язвенная болезнь 12-ти перстной кишки», «Гипертрофический гастрит», «Пояснично-кресцовый остеохондроз», «Гипертензивная энцефалопатия», «Гиперплазия предстательной железы», «Хронический простатит». Имеющаяся у ФИО язвенная болезнь двенадцатиперстной кишки с развитием осложнения в виде перфорации, явилось причиной развития перитонита, сепсиса и полиорганной недостаточности у ФИО

Из представленных медицинских документов следует, что ФИО медицинская помощь оказывалась: ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ сотрудниками скорой медицинской помощи ГАУЗ «Лениногорская ЦРБ». На данном этапе выявлен недостаток: владея информацией о наличии у ФИО в анамнезе язвенной болезни двенадцатиперстной кишки, был применен «Диклофенак» (нестероидное противовоспалительное средство) в нарушении инструкции к применению данного препарата. Данный недостаток в прямой причинно – следственной связи с перфорацией язвы двенадцатиперстной кишки, развитием перитонита, сепсиса и полиорганной недостаточности у ФИО не состоит. ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ сотрудниками скорой медицинской помощи ГАУЗ «Лениногорская ЦРБ». На данном этапе выявлен недостаток: при наличии клинических признаков перитонита (жалобы на боли в желудке, при осмотре живот напряжен, выраженная болезненность при пальпации по всему животу, есть симптомы раздражения брюшины – ФИО2 – ФИО3 положительный) не выставлен диагноз «Перитонит» согласно части «б» пункта 15 Приложения № Приказа МЗ РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении Порядка оказания скорой, в том числе скорой специализированной медицинской помощи». Однако, предпринятые сотрудником СМП меры по стабилизации пациента имели положительный эффект, ФИО был эвакуирован в стационар ГАУЗ «Лениногорская ЦРБ» вовремя. Данный недостаток в причинно – следственной связи с перфорацией язвы двенадцатиперстной кишки, развитием перитонита, сепсиса и полиорганной недостаточности не состоит. ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ в стационаре ГАУЗ «Лениногорская ЦРБ» с диагнозом «Язвенная болезнь двенадцатиперстной кишки, осложненная перфорацией. Разлитой фибринозно-гнойный перитонит». На данном этапе выявлены следующие недостатки: не исследованы уровни холестерина, свободного и связанного билирубина, С – реактивного белка, альбумина и наличие эндотоксина в крови в соответствии с Приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении стандарта медицинской помощи больным с перитонитом (при оказании специализированной помощи)». Данные недостатки не состоят в причинно-следственной связи с перфорацией язвы двенадцатиперстной кишки, развитием перитонита, сепсиса и полиорганной недостаточности, поскольку результат данных диагностических мероприятий не влияет на лечение. При наличии клинических признаков при поступлении не выставлен диагноз «Сепсис» в соответствии с пунктом 11 Приказа МЗ РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «хирургия». При наличии лабораторных признаков гиперкалиемии назначены препараты «Стерофундин» и «Калия хлорид», которые противопоказаны согласно инструкции их применения. При наличии признаков гиперкапнии, гипоксемии и дыхательного ацидоза не проведена коррекция параметров искусственной вентиляции легких в соответствии с пунктом 20 Приказа МЗ РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «анестезиология и реаниматология». При наличии абсолютных показаний не проведена заместительная почечная терапия (гемодиализ) в соответствии с пунктом 20 Приказа МЗ РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению по профилю «анестезиология и реаниматология». Данные недостатки в прямой причинно –следственной связи с наступлением смерти от полиорганной недостаточности, перитонита и сепсиса не состоят.

Вышеуказанные заключения экспертов не обжалованы ответчиком, что не оспаривалось в ходе судебного разбирательства.

Полагая, что столь неблагоприятные последствия в виде смерти супруга истца были вызваны некачественным оказанием медицинской помощи ФИО в ГАУЗ «Лениногорская ЦРБ», истец обратилась в суд с настоящим иском.

В связи с возникшим между сторонами спором относительно качества оказания медицинской помощи определением Лениногорского городского суда Республики Татарстан от ДД.ММ.ГГГГ по ходатайству представителя ответчика назначена комплексная судебно – медицинская экспертиза, проведение которой поручено Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Самарское областное бюро судебно – медицинской экспертизы».

Согласно заключению эксперта № № Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Самарское областное бюро судебно – медицинской экспертизы», в государственном автономном учреждении «Лениногорская центральная районная больница» в период ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ на основании изучения представленных медицинских документов установлены дефекты медицинской помощи ФИО Дефекты медицинской помощи на догоспитальном этапе ССМП ГАУЗ «Лениногорская ЦРБ»: ДД.ММ.ГГГГ: дефект лечения – противопоказанное применение лекарственного препарата «Диклофенак» при сообщенных анамнестических сведениях о язвенной болезни желудка и двенадцатиперстной кишки; ДД.ММ.ГГГГ: дефекты диагностики: не поставлен диагноз «Язва двенадцатиперстной кишки», о окторой было сообщено анамнестически, симптомы боли в животе, холодный пот более характерны для перфорации язвы двенадцатиперстной кишки, а не желудочного кровотечения, при положительных симптомах раздражения брюшины, напряжения мышц живота не поставлен диагноз «Перитонит». Дефекты лечения: при поставленном диагнозе «Желудочное кровотечение» недостаточная дозировка гемостатического препарата транексан 500 мг., необходимая дозировка 750-1000 мг.; при геморрагическом шоке недостаточный объем и состав инфузионной терапии, недостаточный объем кристаллоидов, отсутствуют коллоидные препараты; дефект оформления медицинской документации, не указаны параметры оксигенации: способ, объем, скорость. Дефекты медицинской помощи на госпитальном этапе ГАУЗ «Лениногорская ЦРБ» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Дефект диагностики: не поставлен диагноз гиповолемического шока. Дефекты лечения: неадекватная респираторная поддержка: при нарастании гипоксии и гиперкапнии не изменен режим ИВЛ, не проведен показанный гемодиализ при выраженном ацидозе, остром почечном повреждении (ОПП), нарастании в крови шлаков (креатинин, молчевина, амилаза), гиперкалиемии, применение противопоказанных стерофундина, хлорида калия 4% при повышенном уровне калия. Комиссия экспертов считает наиболее вероятной причиной смерти ФИО совокупность воспалительных изменений: гнойно-фибриозного перотонита, очаговой бактериальной гнойно-фибринозная пневмония с признаками деструкции, гнойного бронхита, осложнившихся системной воспалительной реакцией с развитием мультиорганной дисфункции (полиорганной недостаточности). Ни один из установленных при производстве настоящей экспертизы дефектов медицинской помощи, сам по себе не привел к перфорации язвы двенадцатиперстной кишки, перитониту, к очаговой бактериальной гнойно-фибриозной пневмонии с признакми деструкции, гнойному бронхиту и к развитию осложнений, а также не оказал активного влияния на их прогрессирование. Следовательно, причинно-следственной связи между перечисленными дефектами и наступлением смерти ФИО не имеется (л.д. 130-162).

В соответствии с положениями статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта должно содержать подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы.

В соответствии с частями 3 и 4 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основаниям, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

Заключение судебной экспертизы оценивается судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно – следственными связями между ними и их системными свойствами.

Проанализировав содержание заключения Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Самарское областное бюро судебно – медицинской экспертизы», суд приходит к выводу, что заключение отвечает требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержит подробное описание произведенных исследований, анализ имеющихся данных, результаты исследования, ссылку на использованную литературу, конкретные ответы на поставленные судом вопросы, выводы эксперта обоснованы документами, представленными в материалы дела, последовательны.

Эксперты Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Самарское областное бюро судебно – медицинской экспертизы» имеют соответствующее образование и значительный опыт работы, они были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, при проведении экспертизы ими использовались все материалы гражданского дела.

Заключение экспертизы не допускает неоднозначного толкования, не вводит в заблуждение, является достоверным и допустимым доказательством, которое не опровергнуто другими доказательствами.

Оценивая заключение судебной экспертизы, сравнивая соответствие заключения поставленным вопросам, определяя полноту заключения, его научную обоснованность и достоверность полученных выводов, суд принимает в качестве допустимого, относимого и достоверного доказательства заключение экспертов Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Самарское областное бюро судебно – медицинской экспертизы».

Каких-либо относимых и допустимых доказательств, опровергающих выводы заключения судебной экспертизы, сторонами не представлено, заключение является ясным и понятным.

Учитывая изложенное, а также то, что в настоящее время отсутствуют дополнительные исходные данные, которые могут повлиять на выводы эксперта, суд оснований для назначения повторной либо дополнительной судебной экспертизы не усматривает.

Таким образом, из заключения № № Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Самарское областное бюро судебно – медицинской экспертизы», следует, что при оказании медицинской помощи ФИО в ГАУЗ «Лениногорская ЦРБ» были выявлены дефекты оказания медицинской помощи.

В соответствии с пунктом 48 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

Согласно пункту 49 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.

Неблагоприятный для пациента исход в развитии заболевания, в том числе возможный летальный исход, не снимает с медицинской организации обязанность оказывать медицинскую помощь в строгом соответствии с установленными государственными стандартами, что не было обеспечено со стороны ответчика, доказательств об отсутствии вины ответчика суду не представлено, что в данном случае в силу требований статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презюмируется.

В соответствии с абзацем 2 пункта 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" на медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" даны разъяснения о том, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинная связь между наступившим вредом и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. Гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если не докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации. Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет наступление негативных последствий в виде физических и нравственных страданий потерпевшего. При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим моральным вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить моральный вред только прямую причинную связь.

Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага (в настоящем случае - право на родственные и семейные связи), при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В данном случае условие наступления ответственности за причинение морального вреда при наличии только прямой причинной связи между противоправным поведением ответчика и наступившим вредом (смерть ФИО, повлекшее причинение истцу моральных страданий), противоречит приведенному правовому регулированию спорных отношений, которым возможность взыскания компенсации морального вреда не поставлена в зависимость от наличия только прямой причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом.

Юридическое значение может иметь и косвенная (опосредованная) причинная связь, если дефекты (недостатки) оказания работниками ГАУЗ «Лениногорская ЦРБ» ФИО могли способствовать ухудшению состояния его здоровья и привести к неблагоприятному для него исходу, то есть в данном случае к смерти ФИО. При этом ухудшение состояния здоровья человека вследствие ненадлежащего оказания ему медицинской помощи, в том числе по причине дефектов ее оказания (постановка неправильного диагноза и, как следствие, неправильное лечение пациента, непроведение пациенту всех необходимых диагностических и лечебных мероприятий, ненадлежащий уход за пациентом и т.п.), причиняет страдания, то есть причиняет вред, как самому пациенту, так и его родственникам, что является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

В то же время ответчиком ГАУЗ «Лениногорская ЦРБ» не представлено доказательств, подтверждающих отсутствие его вины в установленных дефектах оказания медицинской помощи ФИО

Доводы представителя ответчика о том, что в удовлетворении иска следует отказать по причине отсутствия причинно-следственной связи, суд считает необоснованными, так как наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и причиненным вредом, в том числе моральным, означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет наступление негативных последствий в виде причиненного потерпевшему вреда. При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить вред только прямую причинную связь.

При таком положении, суд, учитывая, что сам по себе факт отсутствия прямой причинно-следственной связи между выявленными дефектами оказания медицинской помощи, не исключает обязанность ГАУЗ «Лениногорская ЦРБ» компенсировать причиненный истцу моральный вред, поскольку факт причинения морального вреда истец связывает не только с фактом смерти ее мужа ФИО, но и с фактом оказания ненадлежащей медицинской помощи, выразившимся в допущенных дефектах ее оказания, установленных, в том числе по результатам проведенной судебной экспертизы, тем самым приходит к выводу о причинении истцу нравственных страданий, связанных с переживаниями за жизнь и здоровье близкого и родного человека.

Смерть родного и близкого человека является невосполнимой утратой, необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи.

Утрата родственника рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, влекущего состояние эмоционального расстройства, препятствующего адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам.

Из изложенного следует, что, поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав пострадавшей стороны как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает обстоятельства дела, степень причиненных истцу нравственных и физических страданий, смерть мужа для истца является необратимым обстоятельством, невосполнимой утратой, нарушающей психическое благополучие близкого родственника, степень участия причинителя вреда в восстановлении здоровья потерпевшего.

Поскольку в результате смерти ФИО нарушены семейные связи истца, причинены переживания утратой мужа, а также переживания по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести состояния близкого родственника, при определении размера компенсации морального вреда суд, руководствуясь разъяснениями, содержащимися в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", учитывая характер причиненных истцу физических и нравственных страданий, требования разумности и справедливости, полагает возможным определить сумму компенсации морального вреда в размере <данные изъяты> в пользу ФИО1

Оснований для определения компенсации морального вреда в большем размере не усматривается с учетом представленных сторонами и исследованных судом доказательств.

Поскольку установлено, что в действиях ГАУЗ «Лениногорская ЦРБ», экспертами выявлены дефекты оказания медицинской помощи ФИО, ГАУЗ «Лениногорская ЦРБ» самостоятельно отвечает по своим обязательствам, оснований для взыскания присужденной суммы компенсации морального вреда с Министерства здравоохранения Республики Татарстан не имеется, в связи с чем, в удовлетворении исковых требований к нему следует отказать.

Руководствуясь статьями 12, 56, 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковое заявление ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного автономного учреждения «Лениногорская Центральная районная больница», №, в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт <данные изъяты>, в счет компенсации морального вреда <данные изъяты>

В остальной части заявленных требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Татарстан в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме через Лениногорский городской суд Республики Татарстан.

Судья Лениногорского городского суда

Республики Татарстан подпись Иванова С.В.

Мотивированное решение составлено ДД.ММ.ГГГГ.

Копия верна: судья Иванова С.В.

Подлинник данного документа подшит в деле № 2-22/2025, хранящемся в Лениногорском городском суде РТ.