Решение по делу № 2-166/2025 от 26.06.2025 | Новгородский районный суд (Новгородская область)

дело № 2-166/2025

53RS0022-01-2024-005599-48

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

26 июня 2025 года Великий Новгород

Новгородский районный суд Новгородской области в составе председательствующего судьи Гусенкова А.С.

при секретаре Потапчик О.В.

с участием истца ФИО1,

представителя Министерства финансов РФ ФИО2,

представителя прокуратуры Новгородской области Вахромеевой С.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к Министерству финансов РФ о компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование, просил взыскать с Министерства финансов РФ за счёт казны РФ денежную компенсацию морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование в размере 5 000 000 рублей. В обоснование требований указано, что в рамках уголовного дела № 016618, находившегося в производстве следственного управления УМВД России по г. Великий Новгород, частично прекращено уголовное преследование в отношении ФИО1 и за ним признано право на реабилитацию.

Определениями суда к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены прокуратура Новгородской области, УМВД России по г. Великий Новгород, следователи следственного управления УМВД России по г. Великий Новгород ***. и *** А.С.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал в полном объёме по мотивам и основаниям, указанным в иске, полагая, что заявленная сумма морального вреда соответствует тяжести морального вреда, причинённого истцу. Дополнительно истец указал, что 26 марта 2021 года в отношении него также было прекращено уголовное преследование по уголовному делу №. При этом официальных извинений прокурор ему не принёс до настоящего времени. Также истец просил взыскать с ответчика компенсацию за фактическую потерю времени на основании ст. 99 ГПК РФ.

Представитель ответчика Министерства финансов РФ *** исковые требования не признала по доводам письменных возражений, полагая, что признание права на реабилитацию не является безусловным основанием для взыскания компенсации морального вреда.

Представитель прокуратуры Новгородской области *** поддержала представленный письменный отзыв на иск ФИО1, указав, что иск является обоснованным, при этом размер компенсации морального вреда подлежит снижению с учётом принципов разумности и справедливости.

Представитель третьего лица УМВД России по г. Великий Новгород, третьи лица следователи следственного управления УМВД России по г. Великий Новгород *** и *** извещённые о времени и месте судебного заседания надлежащим образом, не явились.

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ, суд счёл возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле.

Выслушав участников судебного заседания, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Согласно п. 1 ст. 1070 ГК РФ вред, причинённый гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде возмещается за счёт казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счёт казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объёме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В случаях, когда в соответствии с ГК РФ или другими законами причинённый вред подлежит возмещению за счёт казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с п. 3 ст. 125 ГК РФ эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина (ст. 1071 ГК РФ).

Пунктом 39 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» предусмотрено, что судам следует учитывать, что нормами статей 1069 и 1070, абзацев третьего и пятого статьи 1100 ГК РФ, рассматриваемыми в системном единстве со статьей 133 УПК РФ, определяющей основания возникновения права на возмещение государством вреда, причинённого гражданину в результате незаконного и необоснованного уголовного преследования, возможность взыскания компенсации морального вреда, причинённого уголовным преследованием, не обусловлена наличием именно оправдательного приговора, вынесенного в отношении гражданина, или постановления (определения) о прекращении уголовного дела по реабилитирующим основаниям либо решения органа предварительного расследования, прокурора или суда о полной реабилитации подозреваемого или обвиняемого. Поэтому не исключается принятие судом в порядке гражданского судопроизводства решения о взыскании компенсации морального вреда, причинённого при осуществлении уголовного судопроизводства, с учётом обстоятельств конкретного уголовного дела и на основании принципов справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина (например, при отмене меры пресечения в виде заключения под стражу в связи с переквалификацией содеянного на менее тяжкое обвинение, по которому данная мера пресечения применяться не могла, и др.).

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинён вред.

Статьёй 1100 ГК РФ определено, что компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.

Согласно ч. 1 ст. 133 УПК РФ право на реабилитацию включает право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах, при этом вред, причинённый гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объёме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

В силу пункта 3 части 2 вышеуказанной статьи право на реабилитацию, включая право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным п.п. 1, 2, 5 и 6 ч. 1 ст. 24 и п.п. 1 и 4-6 ч. 1 ст. 27 УПК РФ.

Исходя из п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ уголовное дело не может быть возбуждено, а возбужденное уголовное дело подлежит прекращению при отсутствии в деянии состава преступления.

На основании п. 2 ч. 1 ст. 27 УПК РФ уголовное преследование в отношении подозреваемого или обвиняемого прекращается в связи с прекращением уголовного дела по основаниям, предусмотренным пп. 1-6 ч. 1 ст. 24 УПК РФ.

Согласно ч. 2 ст. 136 УПК РФ иски о компенсации за причинённый моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

В судебном заседании из письменных материалов дела установлено, что 08 мая 2016 года дознавателем ОД УМВД России по г. Великий Новгород возбуждено уголовное дело № 016618 по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 158 УК РФ в отношении неустановленного лица по факту того, что в период времени с 22 часов 00 минут 06 мая 2016 года по 01 час 05 минут 2016 года неустановленное лицо, находясь на территории частного дома по адресу <адрес> путём свободного доступа, тайно, с преступной целью, похитило металлическое изделие (подставку под цветы подоконника), стоимостью 15 000 рублей, принадлежащую ***, тем самым причинило последнему материальный ущерб на указанную сумму.

09 декабря 2015 года СО МОМВД России «Новгородский» возбуждено уголовное дело № 147695 по признакам преступления, предусмотренного п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ по факту того, что в период времени с 10 ноября 2015 года по 22 ноября 2015 года совершено хищение из садового строения, расположенного на участке <адрес>, откуда похищено имущество, принадлежащее ***

<данные изъяты>

При этом суд отмечает, что по факту тайного хищения имущества, принадлежащего ***, уголовное преследование в отношении ФИО1 по ч. 1 ст. 158 УК РФ прекращено по п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, то есть по основанию, не дающему права на реабилитацию в соответствии с 133 УПК РФ.

Таким образом, из изложенного следует, что ФИО1 в указанные периоды безосновательно подозревался в совершении 5 преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 158 УК РФ, 2 преступлений, предусмотренных п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ, 5 преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, и преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ.

На основании ст. 151, 1070 ГК РФ истец вправе требовать компенсации морального вреда, причинённого незаконным уголовным преследованием, в результате которого были нарушены личные неимущественные права ФИО1, принадлежащие ему от рождения, в том числе честь, достоинство и доброе имя, вследствие чего истец испытывал нравственные страдания, что презюмируется и не вызывает у суда сомнений.

На основании ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причинённого незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом, а государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причинённого ущерба (ст. 52 Конституции Российской Федерации).

Из содержания названных конституционных норм следует, что действия (или бездействие) органов государственной власти или их должностных лиц, причинившие вред любому лицу, влекут возникновение у государства обязанности этот вред возместить, а каждый пострадавший от незаконных действий органов государственной власти или их должностных лиц наделяется правом требовать от государства справедливого возмещения вреда.

На основании изложенного суд приходит к выводу о том, что требования истца о компенсации морального вреда обоснованы и подлежат удовлетворению.

Факт причинения моральных и нравственных страданий истцу при изложенных в иске обстоятельствам судом под сомнение не ставится.

В то же время заявленный истцом к взысканию размер компенсации такого вреда суд считает завышенным.

В этом отношении в соответствии с п. 2 ст. 1101 ГК РФ суд исходит из характера причинённых истцу нравственных страданий, а также требований разумности и справедливости. Характер нравственных страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств, при которых был причинён моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В частности, при определении размера компенсации морального вреда судом учитывается характер и тяжесть выдвинутого в отношении истца обвинения по каждому эпизоду преступлений и период производства по уголовному делу, вынесение приговора судом по 12 эпизодам преступной деятельности, по которым уголовное преследование в отношении ФИО1 впоследствии прекращено по реабилитирующему основанию.

Кроме того, судом учитывается, что официальные извинения от имени государства в связи с необоснованным привлечением к уголовной ответственности в нарушение требований Указания Генпрокуратуры России от 03 июля 2013 года № 267/12 «О порядке реализации положений части 1 статьи 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации», предусматривающего принесение таких извинений в возможно короткий срок, но не позднее одного месяца со дня вынесения следователем постановления о прекращении уголовного преследования, прокурором ФИО1 принесены не были. Доказательств обратного суду не представлено.

Наряду с изложенным судом принимается во внимание, что мера пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО1 была избрана по факту его обвинения в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а», «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ. В части обвинения истца по данному эпизоду преступной деятельности уголовное преследование в отношении ФИО1 не прекращалось. При допросах в качестве подозреваемого и обвиняемого на начальных стадиях расследований по указанным уголовным делам ФИО1 давались изобличающие себя признательные показания, от которых впоследствии он отказывался, что, безусловно, способствовало затягиванию производства по таким уголовным делам.

В ходе предварительного следствия по уголовному делу № обвинение ФИО1 не предъявлялось, мера пресечения не избиралась, в порядке ст. 91-92 УПК РФ ФИО1 по данному уголовному делу не задерживался, он не ограничивался в свободе передвижения и выборе места жительства.

Указание истца на невозможность реализации им своих жилищных прав в связи с необоснованным уголовным преследованием объективными доказательствами не подтверждено, в связи с чем признаётся судом не установленным.

Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» предусмотрено, что одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (статьи 12, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причинённые действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Пунктом 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» предусмотрено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинён вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

Таким образом, по смыслу приведённого выше правового регулирования, размер компенсации морального вреда определяется исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесённых истцом физических или нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, и иных заслуживающих внимания обстоятельств конкретного дела.

Принимая во внимание указанные обстоятельства, исходя из принципа справедливости и разумности, суд определяет размер подлежащей взысканию в пользу истца ФИО1 денежной компенсации морального вреда в размере 20 000 рублей.

Исходя из положения ст. 1071 ГК РФ, с учётом разъяснений, содержащихся в п. 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2011 года № 17, согласно которым к участию в делах по требованиям реабилитированных о возмещении имущественного вреда в качестве ответчика от имени казны Российской Федерации привлекается Министерство финансов Российской Федерации, обязанность компенсировать причинённый истцу моральный вред надлежит возложить на Российскую Федерацию в лице Министерства финансов Российской Федерации.

Рассматривая требование ФИО1 о взыскании с ответчика компенсации за фактическую потерю времени определённом судом в размере, суд исходит из того, что согласно ст. 99 ГПК РФ со стороны, недобросовестно заявившей неосновательный иск или спор относительно иска либо систематически противодействовавшей правильному и своевременному рассмотрению и разрешению дела, суд может взыскать в пользу другой стороны компенсацию за фактическую потерю времени. Размер компенсации определяется судом в разумных пределах и с учётом конкретных обстоятельств.

Положения указанной статьи подлежат применению лишь в тех случаях, когда в судебном заседании будет доказано, что сторона недобросовестно заявила неосновательный иск или спор относительно иска, либо систематически злоупотребляла процессуальными правами, противодействовала правильному и быстрому рассмотрению и разрешению спора, при этом действовала виновно.

При этом суду не представлено доказательств недобросовестности в поведении ответчика, в том числе систематическое противодействие правильному и своевременному рассмотрению дела. Также ФИО1 не представлено доказательств утраты соответствующей суммы при рассмотрении дела и наступления негативных последствий, связанных с упущением указанных денежных средств. Таким образом, оснований для взыскания в пользу истца компенсации за фактическую потерю времени не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 151, 1070 Гражданского кодекса РФ, ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации (ИНН <***>) за счёт казны Российской Федерации в пользу ФИО1 (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Новгородский областной суд через Новгородский районный суд Новгородской области в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья А.С. Гусенков

Мотивированное решение составлено 26 июня 2025 года.