Судья Сабельфельд А.В. Дело №

Докладчик Пудовкина Г.П.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

<адрес> ДД.ММ.ГГГГ

Судебная коллегия по уголовным делам Новосибирского областного суда в составе:

председательствующего Пудовкиной Г.П.,

судей Павловой Т.В., Плотниковой Е.А.,

при секретаре Носковой М.В.,

с участием государственного обвинителя Бабенко К.В., представителя потерпевшей АОВ- адвоката Иванова А.Ю., адвоката Муштина Н.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционное представление государственного обвинителя Богдановой М.Э., апелляционную жалобу представителя потерпевшей АОВ- адвоката Иванова А.Ю. на приговор Кировского районного суда <адрес> с участием присяжных заседателей от ДД.ММ.ГГГГ, которым

ФИО1, <данные изъяты>

-оправдан по ч. 1 ст. 105 УК РФ на основании п.п. 1 и 4 ч. 2 ст. 302 УПК РФ за не установлением события преступления.

На основании ч. 3 ст. 302 УПК РФ за ФИО1 признано право на реабилитацию в связи с уголовным преследованием в порядке, установленном гл.18 УПК РФ.

Разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Новосибирского областного суда Пудовкиной Г.П., мнение государственного обвинителя Бабенко К.В., представителя потерпевшей АОВ- адвоката Иванова А.Ю., поддержавших доводы апелляционных представления и жалобы, мнение адвоката Муштина Н.В., возражавшего против удовлетворения апелляционных представления и жалобы, судебная коллегия

УСТАНОВИЛ

А:

Органами предварительного следствия ФИО1 обвинялся в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 105 УК РФ, а именно в убийстве, то есть умышленном причинении смерти другому человеку.

По приговору, постановленному на основании вердикта коллегии присяжных заседателей, ФИО1 оправдан по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ за не установлением события преступления.

В апелляционном представлении и дополнении к нему государственный обвинитель Богданова М.Э. просит приговор суда отменить, как незаконный, необоснованный и несправедливый, направить уголовное дело на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе.

В обоснование доводов представления указывает, что при рассмотрении уголовного дела судом допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые выразились в несоблюдении процедуры судопроизводства с участием присяжных заседателей, в нарушении уголовно-процессуального закона при допросе свидетелей, при проведении прений сторон, а также выступлении председательствующего с напутственным словом.

Кроме того, полагает, что суд при рассмотрении уголовного дела ограничил сторону обвинения в праве предоставления доказательств для их предъявления присяжным заседателям, а именно было отказано в удовлетворении ходатайств государственного обвинителя об истребовании у операторов сотовой связи детализации телефонных соединений, об обозрении протокола осмотра диска, представленного ГКУ НСО «Служба 112», об исследовании протокола осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ и обозрении шланга подкачки от компрессора в судебном заседании.

По мнению автора представления, судом при рассмотрении уголовного дела допущены нарушения при допросе свидетелей. Так, при допросе свидетеля БТС - участкового уполномоченного, которая выезжала на место происшествия, сторона защиты недопустимым образом порочила представленные стороной обвинения доказательства и задавала вопросы, которые не могли быть исследованы в присутствии коллегии присяжных заседателей, а суд данные вопросы не снимал, тем самым ответы на поставленные вопросы способствовали формированию у присяжных заседателей предубеждения. При допросе эксперта ТВВ, по мнению автора представления, допущены нарушения уголовно- процессуального закона, выразившиеся в ответах на вопросы защиты, которые не подлежат рассмотрению при коллегии присяжных заседателей.

Полагает, что в прениях адвокат Муштин Н.В., критикуя выводы судебно- медицинской экспертизы о причине смерти потерпевшего, ссылался на медицинскую литературу о производстве судебно- медицинских экспертиз при повешении и сопутствующих морфологических признаках; ссылаясь на свидетельство о смерти, допустил высказывания о смерти АВА в результате суицида и суждения о наличии морфологических признаков, свидетельствующих о смерти в результате отравления алкоголем, тем самым поставив под сомнение компетентность эксперта ТВВ

Обращает внимание, что во время судебного разбирательства до сведения коллегии присяжных заседателей доводилась информация, не подлежащая исследованию с их участием, а также характеризующая личность ФИО1, в том числе давалась положительная характеристика его личности, что могло повлечь проявление симпатии и сочувствия у присяжных заседателей и тем самым сформировать предубеждение. Также сторона защиты при допросе эксперта ТВВ, в прениях сторон, недопустимым образом порочила представленные стороной обвинения доказательства, а именно заключения судебно- медицинских экспертиз, на что суд не реагировал и не обратил должного внимания присяжных заседателей в напутственном слове.

Считает, что суд необоснованно удовлетворил ходатайство стороны защиты об исследовании с участием коллегии присяжных заседателей сведений, внесенных в статистический документ,- медицинское свидетельство о смерти, согласно которому смерть АВА наступила в результате асфиксии при «самоубийстве путем повешения в общественном учреждении».

Полагает, что напутственное слово председательствующего не соответствует требованиям уголовно- процессуального закона, поскольку присяжным заседателям не были даны надлежащие и полные разъяснения, какие из обстоятельств, доведенных до их сведения в нарушение требований уголовно- процессуального закона они не должны учитывать при вынесении вердикта.

Представитель потерпевшей АОВ- адвокат Иванов А.Ю. в апелляционной жалобе и дополнениях к ней просит приговор суда отменить, уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе суда.

В обоснование доводов жалобы указывает, что в ходе рассмотрения уголовного дела судом были допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые ограничили право потерпевшей и её представителя на представление доказательств, а также повлияли на содержание постановленных перед присяжными заседателями вопросов и на содержание данных присяжными заседателями ответов.

По мнению автора жалобы, в нарушение требований ст. 345 УПК РФ вердикт коллегии присяжных заседателей является противоречивым, поскольку, отвечая на вопрос №, присяжные заседатели признали недоказанным событие преступления, несмотря на наступление смерти потерпевшего АВА ДД.ММ.ГГГГ от механической асфиксии, развившейся в результате сдавления органов шеи петлей при удавлении, что подтверждается исследованными с участием присяжных заседателей заключениями эксперта, а также допросом эксперта ТВВ Данное обстоятельство свидетельствует о заблуждении коллегии присяжных заседателей относительно понятий «событие», «состав» и «виновность», однако председательствующий не воспользовался положениями ч.2 ст. 345 УПК РФ.

Обращает внимание, что стороной защиты при оглашении судебно-медицинских экспертиз, допросе эксперта ТВВ и в прениях сторон были поставлены под сомнение выводы экспертизы (экспертизы трупа) относительно характера смерти АВА, а также квалификация эксперта ТВВ

Также указывает, что сторона защиты в присутствии присяжных заседателей порочила доказательства, представленные стороной обвинения, а именно заключение эксперта, протоколы осмотра, указывая на неполноценное расследование по делу, при этом председательствующий не ограждал коллегию присяжных заседателей от незаконного воздействия стороны защиты.

Считает, что в напутственном слове председательствующий, в нарушение требований ст. 340 УПК РФ, не разъяснил присяжным заседателям, какие конкретно сведения и высказывания не должны приниматься ими во внимание в совещательной комнате при вынесении вердикта, а ограничился лишь общей фразой об их наличии и необходимости не принимать их во внимание.

В возражениях на апелляционное представление государственного обвинителя Богдановой М.Э., апелляционную жалобу представителя потерпевшей АОВ- адвоката Иванова А.Ю. и дополнения к ним адвокат Муштин Н.В. в интересах оправданного ФИО1 просит приговор суда оставить без изменения, а апелляционное представление государственного обвинителя, апелляционную жалобу представителя потерпевшей и дополнения к ним- без удовлетворения.

Проверив материалы дела, выслушав мнение участников судебного заседания, обсудив доводы апелляционного представления, апелляционной жалобы, дополнений к ним и возражений, судебная коллегия находит приговор подлежащим отмене по следующим основаниям.

Согласно положениям ч. 1 ст. 389.25 УПК РФ оправдательный приговор, постановленный на основании оправдательного вердикта коллегии присяжных заседателей, может быть отменен по представлению прокурора либо жалобе потерпевшего или его законного представителя и (или) представителя лишь при наличии таких существенных нарушений уголовно-процессуального закона, которые ограничили право прокурора, потерпевшего или его законного представителя и (или) представителя на представление доказательств, либо повлияли на содержание поставленных перед присяжными заседателями вопросов или на содержание данных присяжными заседателями ответов.

Особенности судебного следствия в суде с участием присяжных заседателей определены ст. 335 УПК РФ, согласно которой в присутствии присяжных заседателей подлежат исследованию только те фактические обстоятельства уголовного дела, доказанность которых устанавливается присяжными заседателями в соответствии с их полномочиями, предусмотренными ст. 334 УПК РФ.

По смыслу закона сторонам в ходе судебного следствия с участием присяжных заседателей запрещается исследовать данные, способные вызвать предубеждение присяжных заседателей, обсуждать вопросы, связанные с применением права, либо вопросы процессуального характера, в том числе о нарушении УПК РФ при получении доказательств, недостатках следствия, о якобы оказанном давлении во время предварительного следствия, задавать наводящие вопросы, выяснять обстоятельства о возможной причастности к преступлению иных лиц, не являющихся подсудимыми по рассматриваемому делу, ссылаться в обоснование своей позиции на не исследованные в присутствии присяжных заседателей или недопустимые доказательства.

Данные требования уголовно-процессуального закона в соответствии со ст. ст. 336 и 337 УПК РФ распространяются на все этапы судебного разбирательства с участием присяжных заседателей, в том числе, на стадию судебных прений и реплик сторон, а также при выступлении с последним словом.

Как следует из протокола судебного заседания, указанные особенности судебного следствия перед началом судебного заседания были разъяснены председательствующим судьей участникам процесса.

Несмотря на это, как справедливо отмечено в апелляционном представлении и апелляционной жалобе представителя потерпевшей, положения указанных норм уголовно-процессуального закона при рассмотрении настоящего уголовного дела нарушались подсудимым и его защитником.

Так, в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ в качестве свидетеля допрошена БТС- участковый уполномоченный отдела полиции № «Кировский» УМВД России по <адрес>, которая выезжала на место происшествия. При допросе данного свидетеля сторона защиты порочила представленные стороной обвинения доказательства и задавала вопросы, которые не могли быть исследованы в присутствии коллегии присяжных заседателей, а суд данные вопросы не снимал, тем самым ответы на поставленные вопросы способствовали формированию у присяжных заседателей предубеждения. При допросе свидетеля БТС выяснялись вопросы, связанные с установлением причин невыезда на место происшествия сотрудников следственного комитета; о составлении протокола осмотра и отсутствии в нем надлежащего описания повреждений на трупе потерпевшего, в результате чего та допустила высказывание о своей халатности. Таким образом, судом допущены существенные нарушения уголовно- процессуального закона, поскольку оглашались данные, которые в силу закона исследовать при присяжных заседателях запрещено, тем самым доведенная до присяжных заседателей информация способствовала формированию у них предубеждения.

При допросе эксперта ТВВ также допущены существенные нарушения уголовно- процессуального закона, выразившиеся в ответах на вопросы защиты, в частности, касающиеся причины смерти потерпевшего, которые не подлежат рассмотрению при коллегии присяжных заседателей.

Стороной защиты в ходе судебного следствия, в том числе, при допросе эксперта ТВВ, а также в прениях сторон, были поставлены под сомнение выводы судебно- медицинской экспертизы о причине смерти потерпевшего, а также компетентность эксперта ТВВ Вместе с тем, в ходе судебного разбирательства заключения экспертов не были признаны недопустимыми доказательствами и были представлены присяжным заседателям, как доказательства виновности ФИО1 в совершении преступления. Сторона защиты же поставила под сомнение их допустимость, что повлекло формирование у присяжных заседателей предубеждения.

Судебная коллегия считает, что исследование перед коллегией присяжных заседателей данных о личности подсудимого, если это не обусловлено фактическими обстоятельствами дела, подлежащими установлению коллегией присяжных заседателей, было способно вызвать у коллегии присяжных заседателей предубеждение и является существенным нарушением положений действующего законодательства. Как видно из протокола судебного заседания, в ходе допроса свидетеля СЕН последняя давала положительную характеристику личности ФИО1, в том числе, что он любит кошек и кормит бездомных кошек, что могло повлечь проявление симпатии и сочувствия у присяжных заседателей и сем самым сформировать предубеждение.

Судебная коллегия также соглашается с доводами государственного обвинителя и представителя потерпевшей в части ограничения стороны обвинения в праве предоставления доказательств, отказав в удовлетворении ходатайство об истребовании у операторов сотовой связи детализаций телефонных соединений с указанием базовых станций абонентских номеров, принадлежащих ФИО1, потерпевшему АВА, свидетелям СЕН и ТАС с целью проверки достоверности их показаний; в исследовании протокола выемки от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому из гаража изъят шланг подкачки компрессора и предоставлении указанного вещественного доказательства коллегии присяжных заседателей; в исследовании протокола осмотра диска, представленного ГКУ НСО «Служба 112», содержащего сведения о вызовах от ДД.ММ.ГГГГ, а также на котором имеются аудиозаписи звонков в скорую медицинскую помощь.

При таких данных, в связи с допущенными судом существенными нарушениями уголовно-процессуального закона постановленный в отношении ФИО1 оправдательный приговор подлежит отмене, а уголовное дело- передаче в тот же суд на новое судебное разбирательство в ином составе суда со стадии судебного разбирательства, в ходе которого необходимо выполнить требования уголовно- процессуального закона и создать надлежащие условия для объективного и справедливого разрешения дела.

Что касается остальных доводов апелляционных представления и жалобы представителя потерпевшей, то их нельзя признать состоятельными.

Вопреки доводам представления, председательствующим обоснованно удовлетворено ходатайство стороны защиты об исследовании с участием коллегии присяжных заседателей сведений, внесенных в медицинское свидетельство о смерти, согласно которому смерть АВА наступила в результате асфиксии при самоубийстве путем повешения в общественном учреждении, поскольку данные сведения зафиксированы в заключении эксперта (экспертиза трупа) № от ДД.ММ.ГГГГ, которое доведено до коллегии присяжных заседателей в соответствии со ст. 335 УПК РФ.

Вопреки доводам жалобы напутственное слово председательствующего соответствует требованиям ст. 340 УПК РФ, в нем изложены содержание обвинения и уголовного закона, предусматривающего ответственность за инкриминируемое ФИО1 преступление, позиции государственного обвинения и стороны защиты, исследованные в судебном заседании доказательства, разъяснения присяжным заседателям основных правил оценки доказательств, сущность принципа презумпции невиновности, положение о толковании не устраненных сомнений в пользу осужденного, о том, что их вердикт может быть основан только на исследованных в судебном заседании доказательствах, разъяснен порядок совещания, подготовки ответов на поставленные вопросы, голосования и вынесения вердикта, а также просьба не принимать во внимание информацию, которая не была исследована в ходе судебного разбирательства.

Доводы апелляционной жалобы в части противоречивости вердикта присяжных заседателей судебная коллегия также находит несостоятельными. Вердикт является ясным и непротиворечивым. Приговор постановлен в соответствии с вердиктом.

Руководствуясь п. 4 ч. 1 ст. 389.20 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛ

А:

Приговор Кировского районного суда <адрес> с участием присяжных заседателей от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 отменить.

Уголовное дело направить на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе суда со стадии судебного разбирательства.

Апелляционные представления государственного обвинителя Богдановой М.Э., апелляционную жалобу представителя потерпевшей АОВ- адвоката Иванова А.Ю. удовлетворить.

Апелляционное определение может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий – подпись.

Судьи областного суда – подписи.

Копия верна: Судья-