Гр. дело № 2-525/2025

УИД 56RS0007-01-2025-000820-86

Решение

Именем Российской Федерации

28 апреля 2025 года г. Бугуруслан

Бугурусланский районный суд Оренбургской области

в составе председательствующего судьи М.Н.Макуровой,

при секретаре Ю.В.Мастяевой,

с участием представителя истца помощника Бугурусланского межрайонного прокурора Низамовой Альбины Гизетдиновны,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Бугурусланского межрайонного прокурора Оренбургской области в интересах ФИО1 к муниципальному бюджетному учреждению культуры «Музей-заповедник писателя ФИО2» Бугурусланского района Оренбургской области, администрации Бугурусланского района Оренбургской области о компенсации морального вреда,

установил:

Бугурусланский межрайонный прокурор, действуя в интересах ФИО1, обратился в суд с иском к муниципальному бюджетному учреждению культуры «Музей-заповедник писателя ФИО2» Бугурусланского района Оренбургской области (далее МБУК «Музей-заповедник писателя ФИО2»), ФИО3, указывая на то, что прокуратурой по обращению ФИО1 проведена проверка исполнения трудового законодательства МБУК «Музей-заповедник писателя ФИО2».

Установлено, что ФИО1 был принят на должность <данные изъяты> в МБУК «Музей-заповедник писателя ФИО2» по трудовому договору № от ДД.ММ.ГГГГ на 1 ставку.

19 июля 2024 года произошло дорожно-транспортное происшествие, в результате которого ФИО1 получил телесные повреждения при выполнении работ по поручению работодателя, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем, в рабочее время, совершаемых в интересах работодателя.

Таким образом, ФИО1 получил производственную травму при обстоятельствах, указанных в акте №1 о несчастном случае на производстве, утвержденном 24 декабря 2024 года.

Согласно медицинскому заключению о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести ФИО1 установлена тяжелая степень повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве.

Постановлением Бугурусланского районного суда от 29 ноября 2024 года ФИО3 признан виновным в нарушении п.1.4, 8.1, 9.1, 9.4, 10.3, 10.1 ПДД РФ.

В связи с полученными травмами в результате несчастного случая на производстве ФИО1 длительное время находился на лечении, перенес сильный испуг, физическую боль. После произошедшего испытывает эмоциональные переживания.

Просил взыскать с МБУК «Музей-заповедник писателя ФИО2», ФИО3 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 250000 руб.

Протокольным определением суда от 16 апреля 2025 года к участию в деле в качестве ответчика привлечена администрация Бугурусланского района Оренбургской области.

Определением суда от 23 апреля 2025 года требования Бугурусланского межрайонного прокурора в интересах ФИО1 к ФИО3 о взыскании компенсации морального вреда выделены в отдельное производство.

В судебном заседании представитель истца помощник Бугурусланского межрайонного прокурора Низамова А.Г. исковые требования уточнила, просила взыскать с МБУК «Музей-заповедник писателя ФИО2», ФИО3 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 30000 руб.

Истец ФИО1, в интересах которого заявлены исковые требования прокурором, в суд не явился, дело просил рассмотреть в его отсутствие, уточненные исковые требования прокурора поддерживает.

Представители ответчиков в судебное заседание не явились, дело просили рассмотреть в их отсутствие.

Представитель третьего лица в суд также не явился, о времени и месте его проведения извещен надлежащим образом.

На основании ч.3 ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Выслушав объяснения представителя истца, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

В силу положений абзацев четвертого и четырнадцатого части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый, пятнадцатый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда (абзац второй части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

Таким образом, работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред.

В силу ст. ст. 20, 41 Конституции Российской Федерации, ст. 150 ГК Российской Федерации жизнь и здоровье являются нематериальными благами, принадлежащими гражданину от рождения, и являются неотчуждаемыми.

Согласно ст. 151 Гражданского кодекса РФ причинение вреда здоровью дает потерпевшему право на компенсацию морального вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Статьей 1101 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как усматривается из материалов дела и установлено в судебном заседании, ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ работает в МБУК «Музей-заповедник писателя ФИО2» по трудовому договору № от ДД.ММ.ГГГГ в должности <данные изъяты>.

19 июля 2024 года <данные изъяты> МБУК «Музей-заповедник писателя ФИО2» ФИО1 возвращался в <адрес> на автомобиле марки <данные изъяты>, после развоза работников в <адрес>. Двигаясь по своей полосе движения с допустимой скоростью, ФИО1 заметил впереди быстро приближающийся автомобиль <данные изъяты> под управлением ФИО3, который догонял идущие по встречной полосе машины. Чтобы избежать встречного столкновения, ФИО1 свернул к обочине. Второй водитель ФИО3 начал прижиматься к левой стороне. Однако произошло столкновение транспортных средств, автомобиль под управлением ФИО1 развернуло на дороге, автомобиль под управлением ФИО3 слетел с дороги в кювет.

Согласно медицинскому заключению о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве ГБУЗ «Городская больница» г.Бугуруслана от 22 июля 2024 года у ФИО1 имелись повреждения: <данные изъяты>. Согласно схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве указанное повреждение относится к категории тяжелых.

По факту несчастного случая на производстве 24 декабря 2024 года составлен акт формы Н-1 №1 о несчастном случае на производстве, согласно которому причиной несчастного случая на производстве согласно постановлению Бугурусланского районного суда Оренбургской области от 29 ноября 2024 года по делу №1-288/2024 явилось нарушение ПДД водителем <данные изъяты> ФИО3, который, двигаясь по автодороге «Бугульма-Бугуруслан-Бузулук-Уральск» со стороны <адрес> в сторону <адрес>, выехал на полосу, предназначенную для встречного движения, и совершил столкновение с автомобилем <данные изъяты>.

Постановлением Бугурусланского районного суда Оренбургской области от 29 ноября 2024 года уголовное дело в отношении ФИО3, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.264 Уголовного кодекса Российской Федерации, в связи с примирением с потерпевшим на основании ст.25 Уголовно-процессуального кодекса РФ.

Согласно ст.1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.). Владельцы источников повышенной опасности солидарно несут ответственность за вред, причиненный в результате взаимодействия этих источников (столкновения транспортных средств и т.п.) третьим лицам по основаниям, предусмотренным пунктом 1 настоящей статьи.

Из материалов дела усматривается, что на основании паспорта транспортного средства <адрес> автомобиль <данные изъяты> принадлежит МБУК «Музей-заповедник писателя ФИО2». В момент дорожно-транспортного происшествия ФИО1 находился в данном автомобиле в связи с исполнением своих трудовых обязанностей (после перевозки работников в <адрес> возвращался в <адрес>).

В связи с чем ответчик как владелец источника повышенной опасности в любом случае несет ответственность за причиненный им вред здоровью истца.

При таких обстоятельствах требования прокурора о взыскании с ответчика компенсации морального вреда в пользу ФИО1 являются законными и обоснованными.

Согласно абз. 1 п. 25 Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" (далее Постановление от 15.11.2022 N 33), суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (п. 26 Постановлению от 15.11.2022 N 33).

Как указано в абз. 1 п. 27 Постановления от 15.11.2022 N 33, тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (п. 28 Постановления от 15.11.2022 N 33).

В соответствии с п. 30 Постановления от 15.11.2022 N 33 при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем, исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем (абз. 5 п. 46 Постановления от 15.11.2022 N 33).

Согласно разъяснениям в п. 47 Постановления от 15.11.2022 N 33, суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя.

Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.

Оценив в совокупности все представленные в материалы дела доказательства, учитывая фактические обстоятельства дела, отсутствие вины ответчика в дорожно-транспортном происшествии, принимая во внимание характер физических и нравственных страданий пострадавшего ФИО1, тяжесть, характер и количество причиненных ему в результате несчастного случая на производстве повреждений, наступления неблагоприятных последствий для здоровья, учитывая принципы разумности и справедливости, суд приходит к выводу о необходимости компенсации морального вреда в размере 30000 рублей.

Таким образом, суд находит требования Бугурусланского межрайонного прокурора, заявленные в интересах ФИО1, о компенсации морального вреда подлежащими удовлетворению.

При этом в соответствии с ч.5 ст.123.22 Гражданского кодекса Российской Федерации по обязательствам бюджетного учреждения, связанным с причинением вреда гражданам, при недостаточности имущества учреждения, на которое в соответствии с абзацем первым настоящего пункта может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность несет собственник имущества бюджетного учреждения. Из выписки из ЕГРЮЛ в отношении МБУК «Музей-заповедник писателя ФИО2» видно, что учредителем МБУК «Музей-заповедник писателя ФИО2» является муниципальное образование «Бугурусланский район».

Из приведенных выше норм права следует, что при недостаточности у бюджетного учреждения имущества, на которое может быть обращено взыскание присужденных истцу выплат, субсидиарная ответственность по обязательствам такого учреждения возникает у соответствующего муниципального образования. При этом данная ответственность наступает у муниципального образования с момента неисполнения основным должником своего обязательства.

Руководствуясь ст. ст. 194, 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования Бугурусланского межрайонного прокурора Оренбургской области в интересах ФИО1 о компенсации морального вреда - удовлетворить.

Взыскать с муниципального бюджетного учреждения культуры «Музей-заповедник писателя ФИО2» Бугурусланского района Оренбургской области (ИНН <***>) в пользу ФИО1 в возмещение морального вреда 30000 (тридцать тысяч) рублей.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Оренбургского областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Бугурусланский районный суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья М.Н.Макурова

Решение принято в окончательной форме 30 апреля 2025 года.