Судья Акимов А.А. Дело № 22-4882/2023
Докладчик судья Свинтицкая Г.Я.
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
20 сентября 2023 года г. Новосибирск
Судебная коллегия по уголовным делам Новосибирского областного суда в составе:
председательствующего судьи Свинтицкой Г.Я.,
судей Плотниковой Е.А., Кашиной Е.В.,
при секретаре Носковой М.В.,
с участием:
прокурора прокуратуры Новосибирской области Соломатовой Т.М.,
адвоката Осипова О.Ю.,
осужденного ФИО1,
рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционной жалобе осужденного ФИО1 и апелляционному представлению прокурора района Череватова В.В. на приговор Сузунского районного суда Новосибирской области от 04 апреля 2023 года, которым
ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, ранее не судимый,
осужден по ч. 3 ст. 160 УК РФ к 2 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 1 год с возложением обязанностей: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного,
разрешены вопросы о мере пресечения и судьбе вещественных доказательств,
установил а:
по приговору суда ФИО1 признан виновным и осужден за растрату, т.е. хищение чужого имущества, вверенного виновному, совершенное с использованием своего служебного положения, в крупном размере.
Преступление совершено на территории Сузунского района Новосибирской области в период времени и при обстоятельствах, установленных судом и изложенных в приговоре, постановленном в общем порядке уголовного судопроизводства.
В апелляционной жалобе осужденный ФИО1, ссылаясь на то, что выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам, установленным по делу, просит приговор суда отменить, уголовное дело прекратить в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.
В обоснование доводов жалобы указывает на то, что одного факта необоснованного начисления стимулирующей выплаты недостаточно для привлечения его к уголовной ответственности по ст. 160 УК РФ. Не отрицая факт необоснованного начисления и выплаты в виде персональной надбавки в размере 273 358 рублей 76 копеек, полагает, что данное нарушение трудового законодательства регулируется гражданско-правовыми нормами и подлежит разрешению в гражданском порядке.
По доводам жалобы осужденного, суд не учел, что руководитель организации, начисливший себе премию без согласования с учредителем, несет уголовную ответственность по ст. 160 УК РФ только в том случае, если указанные действия были совершены умышленно, с корыстной целью.
Ссылаясь на п. 26 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате», указывает на то, что признаков хищения в его действиях не имеется, корыстный мотив не доказан, установлен лишь факт нарушения порядка премирования.
Кроме того, ссылаясь на ст.ст. 8,9 ФЗ «Об автономных учреждениях» № 174- ФЗ отмечает, что получение и использование средств, полученных автономным учреждением от приносящей доход деятельности, не относится к бюджетным правоотношениям.
Цитируя пп.2 п. 6 Постановления Правительства Новосибирской области № 272-п «Об установлении системы оплаты труда работников, условий оплаты труда руководителей, их заместителей …..» указывает на то, что фонд оплаты труда работников автономного учреждения формируется, в том числе из средств, поступивших от приносящей доход деятельности, а потому руководитель вправе самостоятельно выбирать направления использования данных средств. При этом, доходы от внебюджетной деятельности не являются дополнительным источником бюджетного финансирования, поскольку не вверяются директору, а непосредственно поступают в распоряжение организации (<данные изъяты>).
Обращает внимание на то, что вверенные ему бюджетные средства (субсидии) истрачены исключительно на выполнение государственного задания и иные уставные цели.
Оспаривая вывод суда о том, что ему было известно об отсутствии полномочий включать в состав заработной платы персональные надбавки работникам лесхоза, включая руководителя, указывает на то, что у него отсутствует опыт работы в разработке штатного расписания, положения об оплате труда и материальном стимулировании. Отмечает, что разработку указанных актов поручил специалисту по кадрам Иост и главному бухгалтеру <данные изъяты>, которая не разъяснила ему незаконность введения персональной надбавки. Кроме того, штатное расписание с окладами и персональной надбавкой после согласования с главным бухгалтером неоднократно направлялось в Министерство <данные изъяты>, каких-либо замечаний не поступало. Нарушения, были выявлены после консультации работника <данные изъяты> по кадрам со специалистом <данные изъяты> <данные изъяты>, после чего сразу были устранены.
Изначально в возражениях на апелляционную жалобу осужденного ФИО1 прокурор Сузунского района Новосибирской области Череватов В.В. возражал против доводов жалобы адвоката, но затем в апелляционном представлении, ссылаясь на незаконность и необоснованность приговора, просит его отменить и материалы дела направить на новое рассмотрение.
По доводам апелляционного представления прокурора, суд не учел доводы осужденного об отсутствии у него умысла на хищение денежных средств лесхоза, а также не учел показаний представителя потерпевшего <данные изъяты> о том, что бюджет «<данные изъяты>» формируется из субвенций Министерства в размере 20%, которые были затрачены в строгом соответствии с их назначением, и из средств, полученных в результате собственной деятельности в размере 80%. Не учел суд доводов представителя потерпевшего <данные изъяты> о том, что заработная плата ФИО1 начислялась из средств, заработанных предприятием.
С учетом изложенного, судом не установлен размер причиненного предприятию ущерба, что влияет на выводы о наличии или отсутствии в действиях ФИО1 состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 160 УК РФ.
Кроме того, по доводам представления, указывая на причинение предприятию ущерба, суд допустил противоречия, не указав суммы незаконно выплаченной стимулирующей надбавки к заработной плате.
Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, заслушав объяснения осужденного ФИО1, адвоката Осипова О.Ю., поддержавших доводы жалоб, мнение прокурора Соломатовой Т.М., полагавшей необходимым приговор суда отменить, судебная коллегия приходит к следующему.
В соответствии с положениями ст. 297 УПК РФ, приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.
Исходя из положений ст. 307 УПК РФ, описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления, доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого, и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства.
С учетом приведенных требований закона, предъявляемых к составлению приговора, выводы суда должны соответствовать фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом. Согласно положениям ст. 380 УПК РФ приговор суда признается не соответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом, если выводы суда, изложенные в приговоре, содержат существенные противоречия, которые повлияли или могли повлиять на решение вопроса о виновности или невиновности осужденного или оправданного, а также на правильность применения уголовного закона.
Как видно из материалов дела, суд не учел приведенных требований закона.
Из материалов дела следует, что ФИО1 обвинялся в том, что, являясь директором <данные изъяты>, будучи наделенным административно-хозяйственными и организационно-распорядительными функциями, обязанным соблюдать положения Федеральные законы и постановления Правительства Новосибирской области, совершил растрату, то есть хищение денежных средств, вверенных ему, с использованием своего служебного положения, в крупном размере, чем причинил ущерб предприятию в сумме 273358,76 рублей.
В качестве доказательств суду были представлены показания представителей <данные изъяты>, свидетелей <данные изъяты>, и письменные доказательства, приведенные в обвинительном заключении.
Проверив и исследовав представленные доказательства, суд пришел к выводу о виновности осужденного и в описательно-мотивировочной части, описывая преступное деяние указал: бухгалтер <данные изъяты> «начислил директору <данные изъяты> за февраль, март, апрель 2022 года заработную плату, в которую включил сумму стимулирующей выплаты «персональная надбавка» в размере 74252 рубля и в мае 2022 года – 44200 рублей 67 копеек. После этого, списки перечисляемой в банк заработной платы поступили на подпись главному бухгалтеру <данные изъяты>, считая, что расчеты произведены в соответствии с нормативными документами, передала их на утверждение директору <данные изъяты> ФИО1 Продолжая свои преступные действия, ФИО1 …..утвердил списки, которые были направлены в казначейство для перечисления заработной платы.
Согласно «Списков перечисляемой в банк зарплаты», являющихся приложением к платежным поручениям, на лицевой счет директора <данные изъяты> ФИО1, открытый в ПАО Сбербанк, были перечислены денежные средства: ДД.ММ.ГГГГ – в сумме 50000 рублей; ДД.ММ.ГГГГ – в сумме 51990 рублей; ДД.ММ.ГГГГ – в сумме 229497 рублей; ДД.ММ.ГГГГ – в сумме 50000 рублей; ДД.ММ.ГГГГ – в сумме 102998 рублей; ДД.ММ.ГГГГ – в сумме 50000 рублей; ДД.ММ.ГГГГ – в сумме 102938 рублей 27 копеек; ДД.ММ.ГГГГ – в сумме 98050 рублей 05 копеек, всего на общую сумму 735482 рубля 32 копейки.
В соответствии с актом внеплановой проверки <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ №, расхождение между перечисленной учреждению заработной платой за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ компенсацией за неиспользованный отпуск, директору <данные изъяты> ФИО1, и расчетом заработной платы, компенсации за неиспользованный отпуск за тот же период составило 273358 рублей 76 копеек.
Таким образом, в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, ……используя свое служебное положение, из корыстных побуждений, путем растраты, совершил хищение вверенных ему денежных средств, принадлежащих <данные изъяты>, в крупном размере на сумму 273358 рублей 76 копеек».
Между тем, из приведенного судом описания преступного деяния следует, что суд не конкретизировал действия осужденного и не указал какая именно сумма персональной надбавки была незаконно начислена ему в результате его незаконных действий.
Так, описывая преступное деяние, суд изначально указал, что бухгалтер начислил ФИО1 за февраль, март, апрель 2022 года персональную надбавку к заработной плате в сумме 74252 рубля, и за май 2022 года в сумме 44200 рублей, то есть всего в сумме 118452 рубля.
После этого списки начисленной заработной платы были переданы ФИО1 и он утвердил эти списки.
Таким образом, из смысла приведенного судом описания преступного деяния, ФИО1 были представлены списки, в которых была указана сумма к незаконной выплате в размере 118452 рубля.
Однако, описывая далее незаконные действия осужденного, суд указал, что согласно этих списков начиная с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ на лицевой счет ФИО1 поступили денежные средства в сумме 735482,32 рубля, и «расхождение между перечисленной учреждению заработной платой за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ компенсацией за неиспользованный отпуск и расчетом заработной платы», составило 273358,76 рублей, которые он похитил, тогда как прежде суд указывал на хищение осужденным денежных средств в виде «персональной надбавки», а не каких-либо компенсаций, и сумму в размере 118452 рубля, а не 273358,76 рублей.
При этом свои выводы о том, что «расхождение между перечисленной учреждению заработной платой за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ компенсацией за неиспользованный отпуск и расчетом заработной платы», составило 273358,76 рублей, суд не мотивировал, в связи с чем приговор суда в этой части носит непонятный характер.
Таким образом, приведенное судом описание преступного деяния не отвечает требованиям ст. 307 и ст. 380 УПК РФ, поскольку носит не только противоречивый, но и непонятный характер, и не содержит выводов о конкретных действиях осужденного.
Кроме того, как обоснованно указано в апелляционном представлении прокурора и апелляционной жалобе осужденного, суд не дал надлежащей оценки доводам ФИО1 об отсутствии у него корыстного мотива при разрешении вопроса о начислении персональной надбавки, а также его доводам о порядке создания и утверждения штатного расписания, которые не были опровергнуты в судебном заседании ни показаниями потерпевших и свидетелей, ни письменными доказательствами, тогда как эти обстоятельства имеют существенное значение для разрешения вопроса о наличии или отсутствии умысла и о виновности привлекаемого лица.
Существенное значение для разрешения уголовного дела по существу имеют доводы жалобы и апелляционного представления и о том, что суд не проверил доводы осужденного и защиты о формировании фонда заработной платы <данные изъяты>, о целевом использовании денежных средств, поступающих в этот фонд в виде субвенций, и о выплате надбавок из тех 80% бюджета, который формируется за счет средств, полученных в результате деятельности <данные изъяты>, которые также не опровергнуты материалами дела.
Приведенные обстоятельства свидетельствуют о том, что приговор суда не соответствует требованиям ст. 307, ст. 308 УПК РФ, поскольку содержит противоречивые и непонятные выводы о предмете преступления, о сумме причиненного ущерба, не содержит выводов об оценке всех исследованных судом по делу доказательств и доводов осужденного, действия которого не конкретизированы.
Допущенные судом нарушения уголовного и уголовно-процессуального законов являются существенными, повлиявшими на исход дела, поэтому приговор суда подлежит отмене.
В соответствии со ст. 389.22 УПК РФ обвинительный приговор суда первой инстанции подлежит отмене с передачей уголовного дела на новое судебное разбирательство, если в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции были допущены нарушения уголовно-процессуального и (или) уголовного законов, неустранимые в суде апелляционной инстанции.
Такие нарушения судом допущены, поскольку суд не выполнил требований ст. 307, ст. 308 УПК РФ, привел в приговоре противоречивые, не мотивированные и непонятные выводы, и не проверил доводы участников процесса.
Данные нарушения являются нарушениями фундаментальных основ уголовного судопроизводства, последствиями которых явилась процессуальная недействительность судебного решения, а потому неустранимыми в суде апелляционной инстанции.
Принимая во внимание изложенное, в силу п.п. 1, 2 ч. 1 ст. 389.15, ст. 389.22 УПК РФ приговор подлежит отмене с направлением уголовного дела на новое судебное разбирательство, в суд постановивший приговор, со стадии судебного разбирательства, с учетом требований ст. 63 УПК РФ - в ином составе суда.
При новом рассмотрении суду следует учесть изложенное в определении, при рассмотрении уголовного дела и постановлении приговора выполнить требования уголовного и уголовно-процессуального законов, и принять законное и обоснованное решение по делу.
В связи с отменой приговора и направлением дела на новое рассмотрение иные доводы апелляционной жалобы осужденного и апелляционного представления прокурора подлежат рассмотрению при новом судебном разбирательстве.
Из материалов дела следует, что ФИО1 была избрана мера пресечения в виде в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, которую суд апелляционной инстанции считает необходимым оставить прежней для объективного рассмотрения уголовного дела.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия
определил а:
приговор Сузунского районного суда Новосибирской области от 04 апреля 2023 года в отношении ФИО1 отменить, материалы дела направить в тот же суд на новое рассмотрение со стадии судебного разбирательства в ином составе суда.
Меру пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставить прежней.
Апелляционную жалобу осужденного ФИО1 и апелляционное представление прокурора района Череватова В.В. удовлетворить частично.
Апелляционное определение может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.
Председательствующий:
Судьи областного суда: