Дело №2-2560/2022 16 августа 2022 года

29RS0014-01-2022-003583-07

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Ломоносовский районный суд города Архангельска в составе

председательствующего судьи Москвиной Ю.В.,

при секретаре судебного заседания Звереве И.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Архангельске гражданское дело по иску ФИО2 к Государственному учреждению – Отделению Пенсионного фонда Российской Федерации по Архангельской области и Ненецкому автономному округу о возложении обязанности произвести перерасчет фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости,

установил:

ФИО2 обратился в суд с иском к Государственному учреждению – Отделению Пенсионного фонда Российской Федерации по Архангельской области и Ненецкому автономному округу о возложении обязанности произвести перерасчет фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости.

В обоснование требований истец указал, что является отцом ФИО1, года рождения, который обучается по очной форме обучения в высшей школе педагогики, психологии и физической культуры ФГАО ВО «С(А)ФУ им. М.В. Ломоносова». С 28 октября 2012 года истец является получателем пенсии по старости. 07 апреля 2022 года им было подано заявление о перерасчете фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости в связи с доплатой за иждивенца – ФИО1 Решением пенсионного органа от 13 апреля 2022 года № 91718/22 истцу было отказано в установлении факта иждивения и перерасчете пенсии. С указанным решением не согласен. Иждивенец осуществляет трудовую деятельность в виде подработок. Вместе с тем его заработок составляет менее прожиточного минимума, установленного в Архангельской области. Истец получает страховую пенсию и заработную плату. Общий доход истца составляет 41 692 рубля, что намного больше заработка иждивенца. Истец и иждивенец проживают вместе. Просит обязать ответчика произвести перерасчет фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости с 01 мая 2022 года.

В судебное заседание истец ФИО2 не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом. Его представитель ФИО3 заявленные требования поддержал.

Представитель ответчика в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом. В отзыве на исковое заявление представитель ответчика ФИО4 с иском не согласилась.

По определению суда дело рассмотрено при данной явке.

Исследовав письменные материалы дела, обозрев пенсионное дело ФИО2 №253755, суд приходит к следующему.

Согласно Конституции Российской Федерации в Российской Федерации как в правовом и социальном государстве, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека (преамбула; ст. 1; статья 7, часть 1) охраняется труд и здоровье людей, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты; в Российской Федерации материнство и детство, семья находятся под защитой государства; забота о детях, их воспитание - равное право и обязанность родителей (статья 38, части 1 и 2); каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (статья 39, часть 1).

Принцип социального государства, относящийся к основам конституционного строя Российской Федерации, обязывает публичную власть надлежащим образом осуществлять государственную поддержку семьи, материнства, отцовства и детства, устанавливать государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты на основе общепринятых в правовом и социальном государстве стандартов и гуманитарных ценностей. Такой подход согласуется с Конвенцией о правах ребенка, одобренной Генеральной Ассамблеей ООН 20 ноября 1989 года (статьи 3, 18, 26 и 27), указывающей на необходимость оказания государствами-участниками надлежащей помощи родителям и законным опекунам, в том числе через систему социального обеспечения, в выполнении ими своих обязанностей по воспитанию детей в целях обеспечения ребенку (детям) такой защиты и заботы, которые необходимы для его (их) благополучия.

Перечень случаев (социальных рисков), с которыми Конституция Российской Федерации связывает право на социальное обеспечение, не является исчерпывающим. Относя установление таких случаев к сфере регулирования законом, Конституция Российской Федерации тем самым подтверждает обязанность государства гарантировать гражданам социальное обеспечение при наступлении не только названных в ее статье 39, но и других социальных рисков, признаваемых законодателем в качестве основания для его предоставления.

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в Постановлении от 03 июня 2004 года № 11-П, важнейшим элементом социального обеспечения является пенсионное обеспечение. Конституционное право на социальное обеспечение включает право на получение пенсии в определенных законом случаях и размерах. При этом Конституция Российской Федерации непосредственно не предусматривает конкретные условия и порядок предоставления пенсий, - государственные пенсии и социальные пособия, согласно ее статье 39 (часть 2), устанавливаются законом.

Основания возникновения и порядок реализации права граждан Российской Федерации на страховые пенсии установлены Федеральным законом от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» (далее – Закон № 400-ФЗ).

Согласно части 1 статьи 16 Закона № 400-ФЗ фиксированная выплата к страховой пенсии по старости лицам (за исключением лиц, являющихся получателями пенсии за выслугу лет либо пенсии по инвалидности в соответствии с Законом Российской Федерации от 12 февраля 1993 года № 4468-1 «О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, войсках национальной гвардии Российской Федерации, органах принудительного исполнения Российской Федерации, и их семей», а также лиц, указанных в пункте 7 статьи 3 Федерального закона от 15 декабря 2001 года № 166-ФЗ «О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации»), к страховой пенсии по инвалидности (за исключением фиксированной выплаты к страховой пенсии по инвалидности инвалидам III группы) устанавливается в сумме 4 982 рубля 90 копеек в месяц.

Как указано в части 3 статьи 17 Закона № 400-ФЗ, лицам, на иждивении которых находятся нетрудоспособные члены семьи, указанные в пунктах 1, 3 и 4 части 2 статьи 10 настоящего Федерального закона, повышение фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости и к страховой пенсии по инвалидности устанавливается в сумме, равной одной третьей суммы, предусмотренной частью 1 статьи 16 настоящего Федерального закона, на каждого нетрудоспособного члена семьи, но не более чем на трёх нетрудоспособных членов семьи.

Таким образом, установленное частью 3 статьи 17 Закона № 400-ФЗ повышение фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости и к страховой пенсии по инвалидности представляет собой способ материальной компенсации иждивенческой нагрузки получателя соответствующей пенсии, а потому право на повышенную фиксированную выплату к страховой пенсии по старости и к страховой пенсии по инвалидности связывается законодателем с фактом наличия на иждивении у лица, получающего такую пенсию, нетрудоспособного члена семьи, относящегося к какой-либо из предусмотренных законом категорий.

Согласно части 1 статьи 10 Закона № 400-ФЗ право на страховую пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, состоявшие на его иждивении (за исключением лиц, совершивших уголовно наказуемое деяние, повлекшее за собой смерть кормильца и установленное в судебном порядке).

В силу части 2 статьи 10 Закона № 400-ФЗ к нетрудоспособным членам семьи умершего кормильца относятся: 1) дети, братья, сестры и внуки умершего кормильца, не достигшие возраста 18 лет, а также дети, братья, сестры и внуки умершего кормильца, обучающиеся по очной форме обучения по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, в том числе в иностранных организациях, расположенных за пределами территории Российской Федерации, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет или дети, братья, сестры и внуки умершего кормильца старше этого возраста, если они до достижения возраста 18 лет стали инвалидами. При этом братья, сестры и внуки умершего кормильца признаются нетрудоспособными членами семьи при условии, что они не имеют трудоспособных родителей; 2) один из родителей или супруг либо дедушка, бабушка умершего кормильца независимо от возраста и трудоспособности, а также брат, сестра либо ребенок умершего кормильца, достигшие возраста 18 лет, если они заняты уходом за детьми, братьями, сестрами или внуками умершего кормильца, не достигшими 14 лет и имеющими право на страховую пенсию по случаю потери кормильца в соответствии с пунктом 1 настоящей части, и не работают; 3) родители и супруг умершего кормильца, если они достигли возраста 65 и 60 лет (соответственно мужчины и женщины) (с учетом положений, предусмотренных приложением 6 к настоящему Федеральному закону) либо являются инвалидами.

На основании части 3 и части 4 той же статьи закона члены семьи умершего кормильца признаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Определении от 30 сентября 2010 года № 1260-О-О, понятие «иждивение» предполагает как полное содержание лица умершим кормильцем, так и получение от него содержания, являвшегося для этого лица основным, но не единственным источником средств к существованию, то есть не исключает наличие у лица (члена семьи) умершего кормильца какого-либо собственного дохода. Факт нахождения на иждивении либо получения существенной помощи от умершего может быть установлен как во внесудебном, так и судебном порядке путём определения соотношения между объёмом помощи, оказываемой погибшим, и собственными доходами иждивенца, и такая помощь может быть признана постоянным и основным источником его средств к существованию.

Таким образом, исходя из вышеуказанных положений закона и разъяснений Конституционного Суда Российской Федерации, для признания факта нахождения на иждивении необходимо установление одновременно двух условий: постоянность источника средств к существованию и установление факта того, что такой источник является основным для существования лица.

Согласно Постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 22 апреля 2020 года № 20-П «По делу о проверке конституционности части 3 статьи 17 Федерального закона «О страховых пенсиях» в связи с жалобой гражданки ФИО5» часть 3 статьи 17 Федерального закона «О страховых пенсиях» признана не соответствующей Конституции Российской Федерации, её статьям 19 (части 1 и 2) и 39 (часть 1), в той мере, в какой она в силу неопределённости нормативного содержания, порождающей на практике неоднозначное её истолкование и, соответственно, возможность произвольного применения, допускает в системе действующего правового регулирования различный подход к решению вопроса о праве родителя инвалида с детства на сохранение после достижения этим инвалидом совершеннолетнего возраста и признания его судом недееспособным повышенной фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости, установленной такому родителю, притом что он фактически продолжает осуществлять необходимые данному инвалиду с детства постоянный уход и помощь (надзор).

Как установлено судом, истец является получателем страховой пенсии по старости с 28 октября 2012 года.

07 апреля 2022 года истец обратился в пенсионный орган с заявлением о перерасчете фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости с учетом повышения в соответствии с ч. 3 ст. 17 Федерального закона «О страховых пенсиях».

При обращении в пенсионный орган истцом была представлена справка ФГОУ ВО «С(А)ФУ им. М.В. Ломоносова» от 16 февраля 2022 года № 517, договор об образовании от 15 августа 2019 года № 20190095, согласно которым ФИО1 обучается в данном учебном заведении по очной форме обучения с полным возмещением затрат на обучение с 01 сентября 2019 года, срок окончания обучения – 30 июня 2024 года.

Решением пенсионного органа от 13 апреля 2022 года № 91718/22 истцу отказано в перерасчете фиксированной выплаты к страховой пенсии с учетом повышения, предусмотренного ч. 3 ст. 17 Федерального закона «О страховых пенсиях», в связи с тем, что ФИО1 не признан нетрудоспособным членом семьи, состоящим на иждивении отца.

Как следует из материалов дела, ФИО2 является отцом ФИО1, года рождения, который обучается по очной форме обучения по основным образовательным программам в организации, осуществляющей образовательную деятельность.

Между ФИО1 и ООО «СРП» заключен трудовой договор от 11 августа 2021 года, в соответствии с которым сын истца принят на должность работника ПБО «Макдональдс» (в настоящее время ООО «Система ПБО»). Установлен режим рабочего времени не более 40 рабочих часов в неделю в соответствии с установленным графиком. При составлении индивидуальных рабочих графиков компания гарантирует работнику установление режима рабочего времени не менее 20 рабочих часов в месяц.

Из представленных в материалы дела справок о доходах ООО «СРП» следует, что размер заработка сына истца составляет менее размера прожиточного минимума, установленного в Архангельской области, трудовая деятельность осуществляется в виде подработок.

При этом судом учитывается, что ФИО2 является получателем страховой пенсии по старости, также состоит в трудовых отношениях с ООО «СЦ Копия», размер заработной платы и пенсии ежемесячно составляет более 41 000 рублей.

В соответствии с договором об образовании от 15 августа 2019 года, заключенным между ФГАО ВО «С(А)ФУ им. М.В. Ломоносова» и ФИО6, ФИО1 обучается на платной основе. Полная стоимость образовательных услуг за весь период обучения на момент заключения договора составила 762 300 рублей, размер ежегодной платы рассчитывается путем деления полной стоимости образовательных услуг на количество лет обучения и составляет на момент заключения договора 152 460 рублей.

Таким образом, размер вознаграждения за работу, выполняемую ФИО1, значительно меньше предоставляемых ему ежемесячно истцом денежных средств и не является для него постоянным и основным источником средств к существованию.

Одно лишь формальное наличие дохода у сына истца не может явиться основанием для установления повышенной фиксированной выплаты, поскольку истец, фактически продолжая осуществлять помощь своему достигшему совершеннолетия ребенку в силу биологической и социальной связи со своим ребенком, по-прежнему несет сопряженные с этим значительные материальные затраты в целях поддержания жизнеобеспечения данного ребенка и удовлетворения его нужд и потребностей, которые могут не покрываться за счет доходов данного лица, нетрудоустроенного в силу обучения в учебном заведении по очной форме обучения.

Принимая во внимание, что истец продолжает осуществлять содержание сына, обучающегося в высшем профессиональном учебном заведении и не достигшего 23 лет, после достижения им 18 лет, суд приходит к выводу о том, что указанные обстоятельства подтверждают тот факт, что ФИО1 находится на иждивении ФИО2, который оказывает своему сыну помощь, которая является для него постоянным и основным источником средств к существованию, доходы ФИО1, составляющие менее прожиточного минимума в Архангельской области, не позволяют ему удовлетворить свои жизненные потребности, а потому доводы ответчика в части недоказанности истцом указанного обстоятельства суд находит необоснованными, принимая во внимание и то обстоятельство, что положения ч. 3 ст. 17 Закона № 400-ФЗ не ограничивают право на расчет пенсии с учетом иждивенца наличием у последнего самостоятельного дохода.

Согласно статье 23 Федерального закона «О страховых пенсиях» перерасчет размера страховой пенсии, фиксированной выплаты к страховой пенсии, за исключением случаев, предусмотренных частями 4 и 5 настоящей статьи, производится с 1-го числа месяца, следующего за месяцем, в котором принято заявление пенсионера о перерасчете размера страховой пенсии, фиксированной выплаты к страховой пенсии в сторону увеличения.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что исковые требования о возложении на ответчика обязанности произвести перерасчет пенсии с 01 мая 2022 года подлежат удовлетворению.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО2 (СНИЛС к Государственному учреждению – Отделению Пенсионного фонда Российской Федерации по Архангельской области и Ненецкому автономному округу (ИНН <***>) о возложении обязанности произвести перерасчет фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости удовлетворить.

Обязать Государственное учреждение – Отделение Пенсионного фонда Российской Федерации по Архангельской области и Ненецкому автономному округу (ИНН <***>) произвести перерасчет фиксированной страховой пенсии по старости в соответствии с положениями ч. 3 ст. 17 Федерального закона «О страховых пенсиях» ФИО2 (СНИЛС ) с 01 мая 2022 года.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Архангельский областной суд через Ломоносовский районный суд г.Архангельска в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий Ю.В. Москвина