Дело № 2-2064/2025

64RS0046-01-2025-002166-86

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

16 июня 2025 года г.Саратов

Ленинский районный суд г.Саратова в составе председательствующего судьи Афанасьевой Н.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Ивановой В.В.,

с участием прокурора Никитиной Н.А., представителя истца ФИО2, представителя ответчика ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО4 ФИО15 к акционерному обществу «Монолитное Строительное Управление-1» о компенсации морального вреда,

установил:

ФИО5 обратилась в суд с исковым заявлением к акционерному обществу «Монолитное Строительное Управление-1» (далее по тексту АО «МСУ-1») о компенсации морального вреда в сумме 2000000 рублей. В обоснование исковых требований указано, что ФИО6, являющийся сыном истца, состоял в должности арматурщика в АО «МСУ - 1» на основании трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ. ДД.ММ.ГГГГ в 12 часов 40 минут ФИО6, находясь на своем рабочем месте на объекте, расположенном по адресу: <адрес>, вблизи <адрес> Коммунальной зоны Красногорск-Митино, стройплощадка «Московская областная детская больница», при выполнении своих должностных обязанностей выпал с 6 этажа строящегося здания больницы, в результате чего получил телесные повреждения от которых скончался на месте. По данному факту была проведена проверка, в ходе которой установлено, что допущенные ДД.ММ.ГГГГ при производстве строительных работ прорабом ФИО7 нарушения правил безопасности при ведении строительных работ при осуществлении не использовавшим средства индивидуальной защиты (страховочный пояс) ФИО6 погрузки строительных материалов находятся в причинно-следственной связи с наступившими последствиями и имеют признаки состава преступления. Приговором Красногорского городского суда Московской области от ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 216 УК РФ (нарушение правил безопасности при ведении строительных работ, повлекшее по неосторожности смерть человека). Таким образом, в результате совершенного ФИО7 преступления погиб сын истца. Смертью сына истцу причинены физические и нравственные страдания, появилось чувство безысходности и горечь утраты близкого человека.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, привлечен ФИО7,.

Истец ФИО5, извещенная о времени и месте судебного заседания не явилась, ходатайств об отложении не заявила. В судебном заседании, назначенном на ДД.ММ.ГГГГ, истец поддержала доводы искового заявления, пояснив, что до 2017 году она со своим сыном и дочерью проживала в с.ФИО1 <адрес>, после окончания сыном ФИО6 в 2017 году школы, она совместно с детьми проживала в Саратове в съемной квартире, сын получал профессиональное образование, она находилась с сыном в хороших отношениях, он помогал ей, оказывал материальную помощь, после окончания учебного заведения сын поехал в.Москву, где устроился работать на стройке. Сын рассказывал о своей работе, присылал фотографии. О смерти сына она узнала от супруга дочери, который работал вместе с сыном. Тело сына было доставлено из Москвы организацией, в которой он работал. Организация выплатила неполученную сыном зарплату и 7000 рублей на погребение, похороны оплачивала она. Узнав о смерти сына, она испытала сильное душевное потрясение, обращалась за помощью к психологу, состояние её здоровья ухудшилось. В настоящее время она официально не трудоустроена, восстанавливает ухудшившееся здоровье. Каких-либо выплат в счет компенсации морального вреда от ответчика она не получала.

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании поддержал исковые требования в полном объеме, считая заявленный размер компенсации разумным.

Представитель ответчика ФИО3 в судебном заседании возражала против удовлетворения заваленных исковых требований, указывая, что АО «МСУ-1» обеспечило каждого работника, в том числе ФИО6 специальными средствами индивидуальной защиты, провело с ним инструктаж по технике безопасности. На основании приказа о приеме работника на работу №-л.с от ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 принят в обособленное подразделение «Офис на Ольховской» АО «МСУ-1» на должность арматурщика с испытательным сроком на 3 (три) месяца, о чем заключен трудовой договор № от ДД.ММ.ГГГГ. Пунктами п. 4.3.2, 4.3.3 трудового договора, на работника возложена обязанность соблюдать требования правил охраны труда, правил внутреннего трудового распорядка, нормативов техники безопасности, локальных нормативных актов Работодателя, приказов и распоряжений Работодателя, санитарно-гигиенических норм и правил, а также правильно и по назначению использовать пережданные ему для работы оргтехнику, оборудование и материалы. С ФИО6 были проведены инструктажи по технике безопасности, а также обучения по охране труда и технике безопасности, о чем имеется личная подпись последнего в журнале регистрации вводного инструктажа от 26.01.2023г. и в журнале регистрации инструктажа на рабочем месте от 26.01.2023г. Личной карточкой учета выдачи средств индивидуальной защиты № от 26.01.2023г. подтверждается получение ФИО6 средств индивидуальной защиты (СИЗ), а именно: каски защитная с храповым механизмом; подшлемника под каску; страховочной привязи; костюма сигнального на утепляющей прокладке 3 класса защиты; костюма из смешанных тканей для защиты об общих производственных загрязнений и механических воздействий, сапоги кожаные с жестким подноском. Согласно наряду-допуску на производство работ на высоте №б/н от 15.02.2023г. и наряду-допуску на производство работ в местах действия опасных или вредных факторов №б/н от 15.02.2023г., ФИО6 с условиями работ ознакомлен и прошел инструктаж. ФИО6 прошел обучение безопасным методом и приемам выполнения работ на высоте и мог быть допущен к работам в составе бригады или под непосредственным контролем работника, назначенного приказом работодателя, что подтверждается удостоверением №ОТ-1(1)-191-18 от 28.02.2023г., выданным ООО «Центр обучения специалистов». В соответствии с Актом о несчастном случае на производстве № от 13.12.2023г. (по форме II-1) комиссией в состав уполномоченных лиц были установлены причины несчастного случая, произошедшего 10.03.2023г., а именно: неприменение работником средств индивидуальной защиты, а также неприменение работников средств коллективной защиты в том числе: от падения с высоты. В ходе судебного разбирательства по уголовному делу № в отношении ФИО7, Красногорским городским судом Московской области были допрошены свидетели, которые подтвердили, что в момент произошедшего несчастного случая ФИО6 было обеспечен всем необходимы комплектом средств индивидуальной защиты, в том числе страховочным поясом. На расчетный счет ФИО8, являющейся бабушкой погибшего, по заявлению последней были перечислены заработная плата и иные выплаты, полагающиеся ФИО6 и не полученные им, а также выплата по погребению, что подтверждается платежными поручениями № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ. Сестрой погибшего ФИО12 ФИО16 собственноручно написана расписка об отсутствии претензий к работодателю и должностным лица. Указывает, что истец ФИО5 совместно с умершим ФИО6 не проживала, общее хозяйства с ним не вела, со слов сотрудников АО «МСУ-1», которые непосредственно общались с умершим ФИО6, членом семьи последнегоявлялась бабушка ФИО4 ФИО17 ДД.ММ.ГГГГ г.р. и сестра ФИО12 ФИО18. На момент смерти ФИО6 истец не признана нетрудоспособной, на иждивении у сына не находилась, занята уходом за находившимися на иждивении умершего детьми, внуками, братьями и сестрами, не достигшими 14 лет, не была, инвалидом не является. Полагает, что доказательств причинения истцу ФИО5 физических и нравственных страданий не представлено, вследствие чего в удовлетворения исковых требований необходимо отказать. В случае, если суд придет к выводу о причинении истцу моральных страдания просила снизить компенсацию морального вреда до 100000 рублей, возражала против взыскания расходов на оказание юридических услуг в сумме 50000 рублей, ссылаясь на их завышенный размер, а также расходов на оформление нотариально доверенности, поскольку доверенность является общей.

Третье лицо, извещенное о времени и месте судебного заседания, не явилось, ходатайств об отложении не заявило.

Прокурор полагает требования истцов законными и обоснованными, требования о взыскании компенсации морального вреда подлежат удовлетворению с установлением размера компенсации исходя из принципа разумности и справедливости.

Суд, заслушав пояснения явившихся лиц, исследовав путем оглашения в судебном заседании письменные доказательства, содержащиеся в материалах дела, и оценив их в совокупности на предмет относимости, достоверности и допустимости, заслушав заключение прокурора, полагавшего заявленные истцом требования частичному удовлетворению, приходит к следующему.

В судебном заседании установлено, что ФИО4 ФИО19 в соответствии с трудовым договором № от ДД.ММ.ГГГГ и приказом приказа о приеме работника на работу №-л.с от ДД.ММ.ГГГГ принят на работу в АО «МСУ - 1», где осуществлял трудовую деятельностью в должности арматурщика.

ДД.ММ.ГГГГ в 12 часов 40 минут ФИО6, находясь на своем рабочем месте на объекте, расположенном по адресу: <адрес>», при выполнении своих должностных обязанностей выпал с 6 этажа строящегося здания больницы, в результате чего получил телесные повреждения от которых скончался на месте.

Согласно свидетельству о смерти № IV-PУ № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО6 умер ДД.ММ.ГГГГ.

ФИО4 ФИО20 является матерью погибшего ФИО4 ФИО21, что подтверждается свидетельством о рождении последнего.

Актом о несчастном случае на производстве № от ДД.ММ.ГГГГ (по форме II-1) комиссией в состав уполномоченных лиц было установлено, что ДД.ММ.ГГГГ около 12 часов 40 минут ФИО6 находясь на выносной площадке, расположенной на 6 этаже строительного объекта, вместе с арматурщиком ФИО9, и ФИО10 занимались прикреплением кассеты со строительными материалами, а именно стойками серого цвета, к цепному стропу. На ФИО4 Д,А. в этот момент был надет полный комплект средств индивидуальной защиты, а именно: каска защитная с храповым механизмом, подшлемник под каску, страховочная привязь, костюм сигнальный на утепляющей прокладке 3 класса защиты, костюм из смешанных тканей для защиты от общих производственных загрязнений и механических воздействий, сапоги кожаные с жестким подноском. ФИО9, с ФИО6 находились на выносной площадке и укомплектовывали кассеты стойками, в какой-то момент цепной строп начал резко подниматься наверх, зацепив кассету, от чего она накренилась и из нее стали выпадать стойки в сторону ФИО6, столкнув его с выносной площадки вниз. При этом защитная улавливающая сетка была натянута под 6 этажом и была целой, но от падающих на нее стоек она порвалась, в результате чего ФИО6 упал на землю. От полученных травм ФИО6 скончался до приезда скорой медицинской помощи. Причинами несчастного случая, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ, признаны: неудовлетворительная организация производства работ, в том числе необеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, соблюдением трудовой дисциплины выразившееся в несоблюдении работниками требований законодательства и локальных нормативных актов по охране труда, а именно в неосуществлении непрерывного контроля за работой членов бригады, выполнением ими мер безопасности и соблюдением технологии производства работ приведшее к неприменению средств индивидуальной защиты пострадавшим.

Лицами, допустившими нарушение требований охраны труда, указаны: ФИО11, арматурщик – ответственный исполнитель работ, согласно наряду-допуску от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно «Заключению эксперта» № от ДД.ММ.ГГГГ судебно-медицинской экспертизы ФИО6, 21 год, установленные у ФИО6 повреждения, оцениваются в совокупности, принимая во внимание общность места и времени их причинения (в условиях падения с большой высоты), по признаку опасности для жизни относятся к тяжкому вреду, причиненному здоровью человека (п. ДД.ММ.ГГГГ. Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных ДД.ММ.ГГГГ приказом Минздравсоцразвития РФ №н), смерть ФИО6 наступила в результате сочетанной тупой травмы головы туловища, конечностей, с множественными переломами костей скелета, с повреждением внутренних органов, образовавшейся в условиях падения пострадавшего с большой высоты, таким образом, между причиненным тяжким вредом здоровью (пункт «6» выводов) и наступлением смерти ФИО6 имеется прямая причинно-следственная связь. При судебно-химическом исследовании крови, мочи трупа ФИО6 этиловый спирт, наркотические средства, психотропные вещества и лекарственные средства не обнаружены.

Приговором Красногорского городского суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО7, являвшийся ответственным производителем работ ДД.ММ.ГГГГ вместо отсутствующего на рабочем месте ФИО11, был признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 216 УК РФ (нарушение правил безопасности при ведении строительных работ, повлекшее по неосторожности смерть человека).

Приговором установлено, что ФИО7, являвшимся ответственным лицом за производство работ, проявлена преступная небрежность, что повлекло по неосторожности смерть ФИО6, осуществлявшего погрузку строительных материалов без использования средств индивидуальной защиты на выносной площадке на 6-от этаже строящегося здания по адресу: <адрес> смерть которого наступила в результате падения на землю в шестого этажа строящегося здания.

Согласно ч. 2 и ч. 4 ст. 61 ГПК РФ следует, что обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Частью 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

В целях защиты прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору, в Трудовом кодексе Российской Федерации введено правовое регулирование трудовых отношений, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника.

В силу положений абзацев четвертого и четырнадцатого части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый, пятнадцатый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Положениями статьи 214 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель обязан создать безопасные условия труда исходя из комплексной оценки технического и организационного уровня рабочего места, а также исходя из оценки факторов производственной среды и трудового процесса, которые могут привести к нанесению вреда здоровью работников.

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии с пунктом 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33 под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

Согласно пункту 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Согласно пункту 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно ФИО1, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

В случае смерти работника или повреждения его здоровья в результате несчастного случая на производстве члены семьи работника имеют право на компенсацию работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного нарушением принадлежащих им неимущественных прав и нематериальных благ (абзац 3 пункта 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №).

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО12, являющаяся дочерью истца ФИО5 и сестрой погибшего ФИО6, пояснила, что после смерти брата состояние здоровья её матери ухудшилось. Брат до отъезда в Москву проживал с матерью, они поддерживали друг друга, имели хорошие отношения. Мама испытывала сильное эмоциональное потрясение в связи со смертью сына, в связи с ухудшением здоровья принимала лекарственные препараты, поэтому организацией похорон занимались она (свидетель) и бабушка ФИО4 ФИО22. В настоящее время у мамы проблемы с нервной системой, она плохо спит, постоянно принимает успокоительные средства, разговаривает с братом. Расписку об отсутствии претензий к организации, где работал брат, писала она, но при каких обстоятельствах не помнит, так как также находилась в состоянии потрясения после смерти брата. Ответчиком были произведены выплаты в сумме 7000 рублей на погребение и заработная плата брата на карту бабушки. Мама не возражала против перечисления средств на карту бабушки. Иных денежных выплат ответчиком не производилось. Ей, бабушке и маме моральный вред в связи со смертью ФИО6 не компенсировался.

Свидетель ФИО8 в судебном заседании пояснила, что является матерью истца ФИО5, здоровье последней после смерти сына ухудшилось, до отъезда в Москву её внук проживал с истцом в Саратове, внук финансово помогал матери и ей (свидетелю), отношения между истцом и сыном были хорошие.. После гибели внука ответчик перечислил заработную плату внука и средства на погребение в сумме 7000 рублей. Денежные средства были перечислены на её (свидетеля) карту, поскольку мать находилась в тяжелом состоянии. Иных выплат, кроме указанных, не было.

Довод возражений ответчика о том, что АО «МСУ-1» не является стороной виновной в причинении истцу моральных страданий, поскольку в полном объеме обеспечило работника специальными средствами индивидуальной защиты опровергаются исследованными материалами, а именно Актом о несчастном случае на производстве № от ДД.ММ.ГГГГ (по форме II-1) согласно которому причиной несчастного случая, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ, в том числе указана неудовлетворительная организация производства работ, необеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, соблюдением трудовой дисциплины выразившееся в несоблюдении работниками требований законодательства и локальных нормативных актов по охране труда, а именно в неосуществлении непрерывного контроля за работой членов бригады, выполнением ими мер безопасности и соблюдением технологии производства работ приведшее к неприменению средств индивидуальной защиты пострадавшим.

Моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежном эквиваленте и полного возмещения, то предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд первой инстанции исходит из положений ст. ст. 151, абз. 2 ст. 1100, абз. 2 ч. 2 ст. 1083 ГК РФ, п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", учитывает, что нравственные страдания ФИО5 вызваны трагической гибелью сына, утратой родственной и семейной связи, что смерть сына, безусловно, является невосполнимой утратой, принимая во внимание характер взаимоотношений, степень их родства, конкретные обстоятельства дела, руководствуясь правилами разумности и справедливости, определяет размер подлежащей взысканию с ответчика компенсации морального вреда в сумме 1000000 рублей.

Истец просит возместить расходы на плату услуг представителя в сумме 50000 рублей в порядке ст.15 ГК РФ.

Истцом представлен договор оказания юридических услуг, заключенный между ФИО5 и ФИО2, принимавшим участие в качестве представителя при рассмотрении данного гражданского дела, стоимость юридических услуг по договору определена в сумме 50000 рублей и оплачена в полном объеме.

Согласно положениям ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся в частности расходы на оплату услуг представителей, другие признанные судом необходимыми расходы.

В соответствии со ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству, суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Доказательства, подтверждающие разумность расходов на оплату услуг представителя, должна представить сторона, требующая возмещения указанных расходов (ст. ст. 56, 100 ГПК РФ).

Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования статьи 17 Конституции Российской Федерации.

Согласно п. 11 Постановления Пленума ВС РФ № разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.

При этом, в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон, суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Как следует из п. 13 вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №, разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Учитывая характер и сложность рассматриваемого спора, конкретные обстоятельства дела, а именно объем и сложность выполненной работы, суд признает разумными, соответствующими объему защищаемого права и объему выполненной представителями работы, расходы на оплату услуг представителя в размере 20000 рублей.

Требование о взыскании расходов в сумме 2440 рублей, понесенных истцом по оформлению нотариальной доверенности, не подлежит удовлетворению, поскольку представленной в материалы дела доверенностью истец доверяет представителю представлять его интересы не только в рамках данного дела, но и по другим делам, вследствие чего понесенные истцом не в связи с рассматриваемым спором расходы не являются судебными и не подлежат возложению на ответчика.

В силу ч.1 ст.88. ч.1 ст.103 ГПК РФ государственная пошлина относится к судебным расходам, государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований, и зачисляется в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством РФ.

В соответствии со ст. 333.19 НК РФ по делам, рассматриваемым мировыми судьями, государственная пошлина уплачивается в следующих размерах: при подаче искового заявления неимущественного характера - 3000 рублей.

Поскольку истец при подаче искового заявления был освобожден от уплаты госпошлины, то с ответчика в доход бюджета муниципального образования «<адрес>» подлежит взысканию госпошлина в сумме 3000 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО4 ФИО23 к акционерному обществу «Монолитное Строительное Управление-1» о компенсации морального вреда удовлетворить.

Взыскать с акционерного общества «Монолитное Строительное Управление -1» в пользу ФИО4 ФИО24 в счет компенсации морального вреда денежные средства в сумме 1000000 рублей, расходы по оплате услуг представителя в сумме 20000 рублей.

Взыскать с акционерного общества «Монолитное Строительное Управление - 1» в доход бюджета муниципального образования «город Саратов» государственную пошлину в сумме 3000 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Саратовский областной суд в течение одного месяца по истечении срока изготовления мотивированного решения через Ленинский районный суд г. Саратова.

Решение в мотивированной форме изготовлено 30 июня 2025 года.

Судья Н.А. Афанасьева