УИД: 66RS0020-01-2022-002518-19
№ 2-183/2023 (№ 33-10864/2023)
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
г. Екатеринбург
12.07.2023
Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе:
председательствующего Ивановой Т.С.,
судей Мурашовой Ж.А., Редозубовой Т.Л.,
при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Волковым К.В.,
рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Вега» о взыскании компенсации морального вреда,
по апелляционной жалобе истца
на решение Белоярского районного суда Свердловской области от 10.04.2023.
Заслушав доклад судьи Ивановой Т.С., объяснения представителя ответчика ФИО2, возражавшей против доводов и требований апелляционной жалобы; заключение прокурора отдела по обеспечению участия прокуроров в гражданском процессе Прокуратуры Свердловской области Беловой К.С., полагавшей, что имеются основания для изменения решения суда, судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
01.12.2022 истец обратился с иском к ответчику о взыскании компенсации морального вреда, с учетом уточнения исковых требований (л.д. 92-97) просил:
- взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 500000 руб. 00 коп.
В обоснование исковых требований истец указал, что с 01.02.2022 между ним и ответчиком заключен трудовой договор, в соответствии с которым истец принят на работу по профессии слесарь по сборке металлоконструкций.
05.02.2022 в результате исполнения трудовых функций в производственном цехе по адресу: <...>, с истцом произошел несчастный случай. Около 09:10 часов, истец приступил к работе за вальцовочным станком, при выполнении работ сопроводил металлический лист рукой, после чего перчатка попала между вальцами, затем стало затягивать правую руку. В результате происшествия истцу был причинен вред здоровью, а именно: размозжение правой кисти руки. В дальнейшем пальцы правой кисти руки пришлось ампутировать. Представителем ответчика истец был доставлен на станцию скорой медицинской помощи, расположенную по адресу: <...>, где установлен первичный диагноз: размозжение правой кисти: травматический дефект части ногтевой фаланги 1 пальца, рваные раны 2 и 3 пальцев, с дефектами мягких тканей, открытый перелом ногтевых фаланг 2-3 пальцев. Вывих средней фаланги 3 пальца. После чего истец был доставлен в ЦГКБ № 23 г. Екатеринбурга, где ему был установлен диагноз: размозжение мягких тканей 2 и 3 пальцев правой кисти с частичным повреждением сухожилий поверхностного и глубокого сгибателя 3 п. Открытый перелом головок основных фаланг 2,3 пальцев и основания фаланги 3 пальца. Дефект мягких тканей. Ссадины 1,4 пальцев правой кисти. 05.02.2022 была проведена операция (органосберегающее оперативное лечение). 14.02.2022 проведена операция: ампутация 2,3 пальцев правой кисти.
21.02.2022 истец выписан из стационара на амбулаторное лечение по месту жительства.
С 21.02.2022 по 11.04.2022 истец находился на амбулаторном лечении по месту жительства.
Согласно Программе реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания от 08.04.2022, степень утраты профессиональной трудоспособности установлена 20% на один год - до 07.04.2023.
С полученной травмой истец находился на больничном – 64 дня.
В результате несчастного случая на производстве продолжение выполнения профессиональной деятельности согласно Программе реабилитации пострадавшего от 08.04.2022 года возможно «При изменении условий труда», однако ответчиком не были установлены оптимальные условия труда, поэтому истец был вынужден уволиться с работы.
Кроме того, истцом указано, что находясь на стационарном лечении, после проведения первой операции, к истцу приходили директор и инженер по охране труда ответчика и просили его подписать инструкции по охране труда и другие документы, которые истец подписал, но подробно с текстом документов не знакомился. При этом, при трудоустройстве с инструкцией по охране труда при работе на станках истец ознакомлен не был, инструктаж не проводился. Как следует из акта о несчастном случае на производстве, который был составлен 21.02.2022, несчастный случай произошел по причине неудовлетворительной организации производства работ. Исходя из пункта 10.4 акта, факт грубой неосторожности пострадавшего не установлен.
Истец полагает, что ответчиком не была обеспечена безопасная организация работ, что привело к несчастному случаю.
В результате травмы истец испытывает постоянные физические и нравственные страдания из-за нарушений организма, ограничения основных категорий жизнедеятельности в связи с изменением обычного образа жизни, а также невозможности выполнения домашней работы. Истец нуждается в проведении реабилитационных мероприятий в виде санаторно-курортного лечения последствий производственной травмы, а также может выполнять труд по профессии, предшествующей несчастному случаю, при изменении условий труда. Из-за полученной травмы, по состоянию своего здоровья, находясь в трудоспособном возрасте, истец не может в полной мере работать, активно отдыхать, вынужден при встрече с людьми прятать кисть руки. Также истец утратил возможность вести полноценный образ жизни, поскольку одна рука лишена функции захвата предметов, ему трудно обращаться с мелкими предметами: застегивать пуговицы, выполнять работу по дому: держать шурупы, забивать гвозди, в связи с травмой частично утрачена трудоспособность. При перемене погоды кисть руки ноет. Истец имеет садовый участок, из-за травмы не может в полную силу работать в огороде. Из-за травм он стал эмоционально не сдержан, вспыльчив, его мучает бессонница. С жалобами обращался к неврологу, истцу назначены успокоительные препараты. В результате несчастного случая, произошедшего из-за неудовлетворительной организации производства работ со стороны работодателя, он испытал сильнейшие физические страдания, выразившиеся в физической боли от размозжения правой кисти. В результате полученной травмы истцу пришлось перенести операцию по ампутации пальцев правой кисти, после чего пройти медикаментозное лечение. На протяжении двух месяцев, в течение которых продолжалась реабилитация, истец испытывал постоянные болезненные симптомы. Ампутация пальцев правой руки привела к тому, что в настоящее время по состоянию здоровья истец не может осуществлять работу по своей специальности. Из-за произошедшего несчастного случая приходится выполнять низкоквалифицированную работу, не соответствующую профессиональным навыкам истца. Качество жизни истца и его семьи существенно снизилось, из-за потери прежнего заработка, т.к. появились долги по оплате коммунальных услуг.
В исковом заявлении истец указывал, что в настоящее время испытывает бытовые неудобства, поскольку отсутствие пальцев на правой руке ограничивает его в действиях. До несчастного случая истец был востребован по своей профессии, имел хороший доход. Полученная травма привела к понижению социального статуса истца. С момента получения производственной травмы истец также испытывает сильные эмоциональные переживания, ощущает чувство беспомощности и разочарования. Из-за увечья не может поддерживать прежний уровень жизни своей семьи, имеет двух несовершеннолетних детей, и сильно переживает за то, что в связи с падением своего уровня доходов не сможет обеспечить их.
В ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции ответчик против удовлетворения исковых требований возражал, предоставил возражения на исковое заявление, дополнительные пояснения (л.д. 34-38, 164-168) в которых указал, что истец не представил доказательств, которые бы подтверждали факт причинения ему морального вреда выразившиеся в нравственных или физических страданиях, изложенных в исковом заявлении. Кроме того, согласно п.10.4. Акта о несчастном случае на производстве со стороны истца не были соблюдены требования п.3.11 и 3.12 Инструкции по охране труда при работе на электромеханических вальцах № 23. Ответчиком предприняты действия, направленные на реабилитацию истца в результате несчастного случая на производстве. Для создания оптимальных условий труда истца, а также в соответствии с рекомендациями, указанными ПРП № 18.32. ФМ/2022 от 08.04.2022, оформлен приказ № 13 от 01.06.2022 о переводе истца на другую работу в должности контролера сварочных работ 3 разряда, также ответчиком был оформлен приказ № 53 от 08.04.2022 об изменении условий труда в связи с несчастным случае. 06.09.2022 трудовой договор расторгнут по инициативе работника по причине его трудоустройства на новое место работы в пгт. Белоярский. Ответчиком созданы все необходимые оптимальные условия для продолжения выполнения профессиональной деятельности истцом, для реабилитации в результате несчастного случая на производстве. Доводы истца о выполнении им в настоящее время низкоквалифицированной работы, не соответствующей профессиональным навыкам, а также относительно снижения уровня жизни находит неподтвержденными. Ответчик в добровольном порядке выплатил истцу материальную помощь в размере 83 000 рублей.
Решением Белоярского районного суда Свердловской области от 10.04.2023 исковые требования удовлетворены частично, с ответчика в пользу истца взыскана компенсация морального вреда в размере 100000 руб. В остальной части исковые требования оставлены без удовлетворения.
Ответчик решение суда не обжаловал.
С таким решением в части размера компенсации морального вреда не согласился истец, принес на него в этой части апелляционную жалобу, а также дополнения к ней, в которых указал, что судом первой инстанции нарушены нормы материального права при вынесении решения. В апелляционной жалобе истец указывает, что решение суда в части компенсации морального вреда не отвечает принципам разумности, справедливости, соразмерности характеру и степени физических и нравственных страданий истца. Истец в апелляционной жалобе указывает, что вывод суда о присуждении 100000 руб. нельзя признать правомерным и обоснованным, поскольку присужденный размер компенсации не мотивирован, не приведены доводы в обоснование присужденной истцу суммы, которая является недостаточной и не позволяет сгладить остроту страданий, а тем более устранить их полностью, что противоречит нормам действующего законодательства. Просит решение в этой части изменить, принять новое решение об удовлетворении иска в полном объеме.
В заседание суда апелляционной инстанции 12.07.2023 явились:
- представитель ответчика ФИО2, возражавшая против доводов и требований апелляционной жалобы истца,
- прокурор отдела по обеспечению участия прокуроров в гражданском процессе Прокуратуры Свердловской области Беловая К.С., полагавшая, что размер компенсации морального вреда подлежит увеличению, поскольку определен судом первой инстанции без полного и достаточного учета всех обстоятельств, имеющих значение для определения размера компенсации морального вреда.
Учитывая надлежащее извещение лиц, участвующих в деле (судебные извещения, размещение информации о месте и времени рассмотрения дела на официальном сайте Свердловского областного суда), руководствуясь положениями ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия определила о рассмотрении дела при данной явке.
Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения суда в ее пределах (ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), судебная коллегия приходит к следующему.
По мнению судебной коллегии, заслуживают внимания доводы апелляционной жалобы истца о том, что решение суда в части размера компенсации морального вреда подлежит изменению с учетом характера и степени физических и нравственных страданий, причиненных истцу в результате несчастного случая на производстве, с учетом того, что в акте о несчастном случае на производстве по форме Н-1 факта грубой неосторожности в действиях истца не установлено, в то же время, в акте установлено, что именно ответчик не обеспечил безопасные условия труда. Также, по мнению судебной коллегии, при определении размера компенсации морального вреда не в полной мере учтена тяжесть полученной истцом травмы, тяжесть наступивших после получения травмы последствий не только в виде ухудшения состояния здоровья истца, но и в виде утраты истцом возможности полноценно трудиться, обслуживать себя в быту, как до травмы. Не в полной мере судом первой инстанции, по мнению судебной коллегии, учтена длительность проведенного истцом после получения травмы лечения и необходимость постоянного в дальнейшем, в связи с ухудшением состояния здоровья, прохождения лечения и реабилитации.
Из материалов дела усматривается, что 21.02.2022 ответчиком составлен акт № 1 о несчастном случае на производстве, в соответствии с которым 05.02.2022 около 09:10 часов в производственном цеху ответчика, расположенному по адресу: <...>, произошел несчастный случай с истцом (л.д. 10-13).
По результатам расследования несчастного случая установлено, что лицами, допустившими нарушение требований охраны труда, как следует из п. 10 акта, являются: ФИО3 – мастер ООО «Вега», который не обеспечил контроль за соблюдением истцом требований п. 3.11., 3.12 инструкций по охране труда при работе на электромеханических вальцах № 23. Нарушение п. 5.3 Правил по охране труда при обработке ответственность за нарушения, явившиеся причинами несчастного случая, указанными в п. 9 металлов, утв. приказом Минтруда и социальной защиты Российской Федерации от 11.12.2020 № 887н. ( / / )8 – начальник цеха ООО «Вега», который не обеспечил контроль за соблюдением истцом требований п. 3.11, 3.12 инструкций по охране труда при работе на электромеханических вальцах № 23. Нарушение п. 5.3 Правил по охране труда при обработке металлов, утв. приказом Минтруда и социальной зашиты Российской Федерации от 11.12.2020 № 887н. ( / / )9 – заместитель директора ООО «Вега», который не обеспечил контроль за соблюдением истцом требований п. 3.11. 3.12 инструкций по охране труда при работе на электромеханических вальцах № 23. Нарушение п. 5.3 Правил по охране труда при обработке металлов, утв. приказом Минтруда и социальной защиты РФ от 11.12.2020 № 887н. истец – слесарь по сборке металлоконструкций, не соблюдение требований п.3.11. и 3.12 инструкции по охране труда при работе на электромеханических вальцах № 23. При этом факт грубой неосторожности пострадавшего не установлен.
В п. 8.2 акта указан характер полученных повреждений, а именно: S62.31 размозжение правой кисти: травматический дефект части ногтевой фаланги 1 пальца, рваные раны 2 и 3 пальцев, с дефектами мягких тканей, открытый перелом ногтевых фаланг 2-3 пальцев. Вывих средней фаланги 3 пальца.
Из материалов дела следует, что бюро медико-социальной экспертизы № 32 (смешанного профиля) в связи с несчастным случаем на производстве 05.02.2022 на основании акта по форме Н-1 №1 от 21.02.2022, истцу установлено 20% утраты профессиональной трудоспособности сроком с 08.04.2022 до 01.05.2023 (л.д. 15).
Как следует из справки № 1962 от 07.04.2022 врачебной комиссии ФБУЗ МСЧ № 32 ФМБА России, истцу поставлен диагноз: последствия производственной травмы: ампутационные культи второго и третьего пальцев правой руки на уровне оснований основных фаланг, 1/2 дистальной фаланги первого пальца правой руки. МКБ: S68.2. Нуждается в санаторно-курортном лечении заболеваний опорно-двигательного аппарата 1 раз в год (л.д. 14).
Согласно ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
В соответствии с разъяснениями, данными в п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.
При определении размера компенсации морального вреда, по мнению судебной коллегии, необходимо учесть, что причиной несчастного случая послужила неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в недостаточном контроле со стороны должностных лиц за соблюдением работником требований инструкции по охране труда при работе на электромеханических вальцах № 23. Нарушение п. 5.3 Правил по охране труда при обработке металлов, утв. приказом Минтруда и социальной защиты Российской Федерации от 11.12.2020 № 887н.
Судебная коллегия находит заслуживающими внимания доводы апелляционной жалобы истца в части того, что фактические обстоятельства свидетельствуют о том, что после получения травмы значительно снизилось качество жизни самого истца и его семьи, потеря пальцев правой руки повлекла сложности в самообслуживании.
Судебная коллегия принимает во внимание длительность лечения, длительность последующей реабилитации истца, необходимость для истца претерпевать соответствующие неудобства и ограничения в быту, которых не было до травмы, невосполнимость восстановления прежнего состояния здоровья, нарушение функций моторики руки, что исключает возможность ведения истцом прежнего образа жизни, наличие на иждивении двух несовершеннолетних детей.
Судебная коллегия также учитывает тот факт, что до получения травмы истец был полностью трудоспособен и мог не только работать, но и самостоятельно полностью обслуживать себя в быту, без каких-либо ограничений, а после полученных травм ему установлена степень утраты профессиональной трудоспособности 20%.
Судебная коллегия также учитывает отсутствие в действиях истца грубой неосторожности, что установлено результатами расследования несчастного случая и не оспаривалось сторонами при рассмотрении дела, а также то обстоятельство, что работодателем добровольно и своевременно предприняты меры к заглаживанию вреда, причиненного истцу, созданы необходимые и оптимальные условия для продолжения выполнения истцом профессиональной деятельности.
В то же время, с учетом приведенных выше доводов, судебная коллегия находит заслуживающими внимания доводы возражений ответчика в части отсутствия оснований для взыскания компенсации морального вреда в заявленном размере 500 000 руб., с учетом установленных выше фактических обстоятельств.
По мнению судебной коллегии, по смыслу ст. ст. 22, 212, 237 Трудового кодекса Российской Федерации, с учетом правовых позиций, приведенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» и в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», имеются основания для изменения решения суда первой инстанции и взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в размере 300000 руб. 00 коп.
Согласно ст. 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации результатам рассмотрения апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции вправе, в том числе, отменить или изменить решение суда первой инстанции полностью или в части и принять по делу новое решение.
В силу ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.
Руководствуясь ст. ст. 328, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
решение Белоярского районного суда Свердловской области от 10.04.2023 изменить.
Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Вега» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 300000 рублей 00 копеек.
В остальной части решение Белоярского районного суда Свердловской области от 10.04.2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу истца – без удовлетворения.
Председательствующий: Т.С. Иванова
Судьи Ж.А. Мурашова
Т.Л. Редозубова