59RS0007-01-2022-008616-49
Судья Берсенёва О.П.
Дело № 2-1517/2023
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
г. Пермь Дело № 33-9935/2023
05 сентября 2023 года
Судебная коллегия по гражданским делам Пермского краевого суда в составе
председательствующего Казанцевой Е.С.,
судей Заривчацкой Т.А., Мухтаровой И.А.,
при секретаре Ландышевой М.Н.,
рассмотрела в открытом судебном заседании дело по апелляционной жалобе Общества с ограниченной ответственностью «Компания Брокеркредитсервис» на решение Свердловского районного суда города Перми от 07 июня 2023 года.
Изучив материалы дела, заслушав доклад судьи Заривчацкой Т.А., пояснения истца ФИО4 (паспорт), представителя истца ФИО1 (паспорт, диплом), представителей ответчика ФИО2 (паспорт, доверенность, диплом), ФИО3 (паспорт, доверенность, диплом), заключение прокурора Левыкиной Л.Л. (служебное удостоверение), судебная коллегия,
установила:
ФИО4 обратилась в суд с иском, уточненным в порядке ст.39 ГПК РФ, к Обществу с ограниченной ответственностью «Компания Брокеркредитсервис» (далее - ООО «Компания БКС») о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, премии, убытков, компенсации морального вреда.
В обоснование заявленных требований указано, что с 05.08.2004 истец работала в ООО «Компания БКС», с 23.01.2012 - в должности директора Пермского филиала ООО «Компания БКС», одновременно она работала в ОАО «БКС Банк» в должности управляющего кредитно-кассового офиса Камский мост. В июле 2022 года её непосредственный руководитель – ФИО5 стал предпринимать необоснованные действия, направленные на доведение ФИО4 до увольнения, а именно: сообщил, что в отношении истца планируется проведение служебной проверки сотрудниками безопасности, а также указал, что, поскольку истец не намерена увольняться по собственному желанию, то работодателем будут созданы обстоятельства, при которых она будет уволена по инициативе работодателя. В результате указанных действий истец испытывала нравственные переживания, моральные страдания. В период нахождения истца в отпуске по временной нетрудоспособности 15.09.2022 начальником отдела продаж ООО«Компания БКС» было сообщено истцу, что ФИО5 сообщил сотрудникам ООО«Компания БКС» об увольнении истца. 16.09.2022 на совещании сотрудников Пермского филиала ФИО5 сообщил, что принял решение об увольнении ФИО4, после чего истец была удалена из рабочих чатов. 19.09.2022 в офис пришел ФИО6 и сообщил сотрудникам, что является директором Пермского филиала ООО «Компания БКС», вещи ФИО4 были вынесены из кабинета. При этом, по состоянию на 16.09.2022 истец занимала данную должность. 04.10.2022 обратилась к работодателю с заявлением об увольнении по собственному желанию, при этом, намерения прекратить трудовые отношения у неё не было. 17.10.2022 в офисе Пермского филиала ООО «Компания БКС» ФИО4 подписала приказ об увольнении и получила документы. В результате действий ответчика она испытывала постоянный стресс, тревогу, бессонницу, переживала за деловую и личную репутацию, что стало причиной для обращения к врачу. Поведением ответчика истцу длительное время причинялись моральные и нравственные страдания, она была лишена средств к существованию, испытывала переживания, связанные с невозможностью обеспечить себя, а также ребенка-инвалида, находящегося на её иждивении. Истец считает, что окончательный расчет при увольнении произведен не в полном размере, так как премия за второй квартал 2022 года ей не была выплачена. ФИО4 просит привлечь в качестве соответчика АО «БКС Банк», восстановить ее на работе в ООО «Компания БКС» в должности директора Пермского филиала ООО «Компания БКС» и в должности директора дополнительного офиса «Камский мост» АО «БКС Банк»; взыскать с АО «БКС Банк» средний заработок за время вынужденного прогула с 17.10.2022 по день восстановления на работе; взыскать с ООО «Компания БКС» средний заработок за время вынужденного прогула с 17.10.2022, премию по КПЭ за 2 квартал 2022 года в размере 496 181,00 руб., компенсацию морального вреда в размере 500 000,00 руб., убытки в размере 4 811,00 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 120 000,00 руб.
Протокольным определением суда от 15.02.2022 исковые требования к АО «БКС Банк» не приняты судом к производству, отказано в привлечении соответчика АО «БКС Банк», истцу разъяснено ее право обратиться к АО«БКС Банк» с самостоятельным исковым заявлением.
Судом рассмотрены следующие требования истца с учетом уточнения требований, согласно которым истец просит восстановить ее на работе в ООО «Компания БКС» в должности директора Пермского филиала ООО «Компания БКС»; взыскать с ООО«Компания БКС» средний заработок за время вынужденного прогула с 17.10.2022 по день восстановления на работе, премию по КПЭ за 2 квартал 2022 года в размере 496181,00 руб., компенсацию морального вреда в размере 500000,00 руб., убытки в размере 4811,00 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 120000,00 руб.
Истец ФИО4 в судебном заседании требования искового заявления поддержала в полном объеме, просила иск удовлетворить.
Ее представитель требования искового заявления поддержал в полном объеме, просил иск удовлетворить.
Представители ответчика возражали против удовлетворения исковых требований истца в полном объеме по основаниям, изложенным в письменных возражениях, дополнительных письменных возражениях и пояснениях, согласно которым с 05.08.2004 ФИО4 работала в ООО «Компания БКС», с 23.01.2022 в должности директора Пермского филиала ООО «Компания БКС». 04.10.2022 истец обратилась к работодателю с заявлением об увольнении по собственному желанию. В период с 04.10.2022 по 17.10.2022 заявлений от отзыве заявления об увольнении в ООО «Компания БКС» не поступало. 17.10.2022, находясь на больничном, ФИО4 ознакомилась с приказом об увольнении, получила причитающиеся к выдаче в день увольнения документы. После 17.10.2022 истец на работу не выходила, в связи с чем, у работодателя не было оснований полагать, что ФИО4 не имела намерения уволиться. Доводы истца о принуждении ее к увольнению основаны на предположениях, так как со стороны работодателя не было предпринято никаких действий, свидетельствующих о намерении прекращения трудового договора, не проводились служебные проверки, не применялись дисциплинарные взыскания, не оказывалось финансовое давление. Конфликтная ситуация с ФИО5, описанная истцом, не является принуждением к увольнению, поскольку ФИО5 не обладает полномочиями по прекращению трудовых отношений с истцом. Также ответчик указал, что заработная плата при увольнении истцу выплачена в полном объеме.
Участвующим в деле прокурором дано заключение об обоснованности требований истца о признании приказа об увольнении незаконным и восстановлении истца на работе.
Решением Свердловского районного суда города Перми от 07.06.2023 исковые требования удовлетворены частично; ФИО4 восстановлена в должности директора Пермского филиала с 18.10.2022; с ООО «Компания БКС взыскано в пользу ФИО4 средний заработок за время вынужденного прогула за период с 18.10.2022 по 07.06.2023 в размере 3569646,90руб. компенсация морального вреда в сумме 15000,00 руб., судебные расходы на оплату услуг представителя в сумме 60000,00 руб.; в удовлетворении остальной части исковых требований ФИО4 отказано; с ООО «Компания БКС взыскана в доход местного бюджета госпошлина в размере 41148,00 руб.
В апелляционной жалобе ответчик просит решение отменить, в удовлетворении исковых требований отказать, ссылаясь на недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела, несоответствие выводов суда первой инстанции изложенным в решении обстоятельствам дела, нарушение или неправильное применение норм материального права и норм процессуального права. С указанием обстоятельств дела ответчик приводит доводы о том, что, принимая решение об удовлетворении заявленных требований о восстановлении на работе, суд не указал, в чем в данном случае выразилось недобровольность волеизъявления работника, и какие действия работодателя сформировали порок воли работника при увольнении по собственному желанию. Суд не указал мотивы, по которым он пришел к выводу, что сообщение на совещании ФИО5 информации об увольнении истца, повлияло на решение истца и сформировало у него волю на прекращение трудового договора по инициативе работника, которое не являлось его добровольным волеизъявлением. Суд не указал, каким образом произведена оценка аудиозаписи со свидетелем ФИО7, какие слова и реплики свидетеля и истца сформировали такой вывод и как данный вывод согласуется с возможностью работника отозвать заявление об увольнении по собственному желанию. Судом не произведена оценка, почему работник не обратился к работодателю с докладной запиской или хотя бы к лицу, уполномоченному на прекращение трудовых отношений. Суд не исследовал, какую должность занимает ФИО8, какую трудовую функцию он выполняет, были ли в компетенции данного работника принятие управленческих решений, не истребовал должностную инструкцию ФИО8 Истец не направила отзыв заявления об увольнении по собственному желанию, поскольку планировала обращение в суд за судебной защитой и заранее готовилась к этому. Судом не указывается, какие конкретно действия ФИО5 легли в основу решения истца об увольнении по собственному желанию, в чем выразилась конфликтная ситуация между истцом и её непосредственным руководителем ФИО5, послужившая основанием для написания работником заявления об увольнении по собственному желанию, которое не являлось добровольным волеизъявлением работника. Работник направил заявление об увольнении и исключил какую-либо возможность для урегулирования разногласий и проведение каких-либо переговоров, поскольку пребывала на больничном и использовала дни отдыха по уходу за ребенком-инвалидом. В решении судом не указано, в чем выразились конкретные действия работодателя, связанные с принуждением работника к увольнению по собственному желанию, «конфликтная ситуация», какие действия непосредственно руководителя истца ФИО5 были положены в основу вывода суда об отсутствии добровольности увольнения ФИО4 по собственному желанию. С претензией к генеральному директору или к уполномоченному работодателем лицу истец не обращалась. Работник целенаправленно написала заявление об увольнении, имея волю на прекращение трудовых отношений и последующее восстановление в должности. Совокупность действий истца содержит признаки злоупотребления правом и недобросовестного поведения. Работник в сентябре 2022 года в рамках приобщенной к материалам дела аудиозаписи сообщает, что будет обращаться в судебные органы. 03.10.2022 работник направляет докладную записку, которая не доходит до работодателя. Работник направляет заявление работодателю об увольнении (04.10.2022), пребывает с 04.10.2022 по 17.10.2022 – 4 дня на дополнительном выходном, 2 дня на выходном дне и 8 дней на больничном. У работодателя отсутствовала возможность для взаимодействия с работником и выяснения отношений для урегулирования ситуации по поданному работником заявлению. Все это время работник могла отозвать заявление об увольнении, если оно было написано именно в период эмоционального срыва. Данные действия свидетельствуют, что работник целенаправленно написала заявление об увольнении, имея волю на прекращение трудовых отношений и последующее восстановление в должности Директора Пермского филиала с учетом складывающейся судебной практики по трудовым спорам по делам об увольнении работника по собственному желанию в пользу работников. Суд неправильно применил нормы Налогового кодекса РФ в части расчета государственной пошлины. Суд выносит неисполнимый судебный акт, поскольку не ясно, как должны быть продолжены и сохранены трудовые отношения в условиях «конфликтной ситуации».
В возражениях на апелляционную жалобу ФИО4 приводит доводы об отсутствии оснований для отмены или изменения решения суда в части восстановления ФИО4 на работе, взыскания в её пользу денежных средств. Указывает, что конфликтная ситуация исчерпана в связи со сменой непосредственного руководителя. Вопрос об изменении оспариваемого решения в части размера взысканной с ответчика в пользу федерального бюджета государственной пошлины оставляет на усмотрение суда.
На заседание судебной коллегии представители ответчика доводы апелляционной жалобы поддержали, ФИО3 на заседании судебной коллегии пояснила, что доводы истца о принуждении ее к увольнению основаны на предположениях, так как со стороны работодателя не было предпринято никаких действий, свидетельствующих о намерении прекращения трудового договора, не проводились служебные проверки, не применялись дисциплинарные взыскания, не оказывалось финансовое давление. Работник не обратился к Генеральному директору компании в данной ситуации. Обращение работника с жалобой в Государственную инспекцию труда с заявлением о нарушении ее трудовых прав незаконным увольнением было уже после прекращения трудовых отношений между истцом и ответчиков.
ФИО2 на заседании судебной коллегии пояснила, что истец могла обратиться напрямую к руководителю за разрешением каких-то вопросов. Истец несколько раз говорила, что готова уволиться, полагает, что это был способ манипуляции.
ФИО4, её представитель ФИО1 просили решение оставить без изменения, в части размера взысканной с ответчика в пользу федерального бюджета государственной пошлины решение суда оставили на усмотрение суда.
Прокурором дано заключение об отсутствии оснований для отмены или изменения решения суда.
Проверив законность и обоснованность решения по доводам, изложенным в апелляционной жалобе и возражений на них (часть 1 статьи 327.1 ГПК РФ), судебная коллегия приходит к следующим выводам.
Согласно статье 1 Трудового кодекса Российской Федерации целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работников и работодателей.
Исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признаются, в частности, свобода труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается, право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности, запрещение принудительного труда и дискриминации в сфере труда (абзацы первый - третий статьи 2 Трудового кодекса Российской Федерации).
В соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор может быть прекращен по инициативе работника (статья 80 Трудового кодекса Российской Федерации).
Частью 1 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен данным кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.
По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении (часть 2 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации).
До истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с данным кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора (часть 4 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации).
В подпункте «а» пункта 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.
Из приведенных выше правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что правовой механизм, обеспечивающий реализацию права граждан на свободное распоряжение своими способностями к труду, предусматривает в том числе возможность работника беспрепятственно в любое время уволиться по собственной инициативе, подав работодателю соответствующее заявление, основанное на добровольном волеизъявлении, предупредив об увольнении работодателя не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен ТК РФ или иным федеральным законом, а также предоставляет возможность сторонам трудового договора достичь соглашения о дате увольнения, определив ее иначе, чем предусмотрено законом. Для защиты интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении за работником закреплено право отозвать свое заявление до истечения срока предупреждения об увольнении (если только на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому не может быть отказано в заключении трудового договора).
Как следует из материалов дела, 05.08.2004 между ООО «Компания БКС» и ФИО4 заключён трудовой договор № б/н на основании которого ФИО4 принята на работу на должность специалиста клиентского отдела Пермского филиала ООО«Компания БКС» (т. 1 л.д. 26-29, 42-44).
Трудовые отношения закреплены приказом ООО «Компания БКС» о приеме работника на работу № БК000000120 от 05.08.2004 (т. 1 л.д. 47).
В последующем с ФИО4 неоднократно заключались дополнительные соглашения по изменению условий трудового договора, приказы о переводе на другую работу (т. 1 л.д. 44-45, 46, 48, 49, 50, 51, 52).
На основании приказа ООО «Компания БКС» № 62-п от 23.01.2012 К.Н.ВБ. переведена на должность директора Пермского филиала ООО«Компания БКС» с 23.01.2012 (т. 1 л.д. 52).
Должностные обязанности истца определены должностной инструкцией (т. 1 л.д. 119-125), Положением о филиале (т. 1 л.д. 126-127).
С 08.09.2022 истец находилась в отпуске по временной нетрудоспособности по 03.10.2022 (т. 1 л.д. 97).
03.10.2022 истцом направлено заявление (т. 1 л.д. 58) о предоставлении ей дополнительных оплачиваемых выходных дней для ухода за ребенком-инвалидом в количестве 4 календарных дней (с 04.10.2022 по 07.10.2022).
Приказом № 403/1-до от 04.10.2022 (т. 1 л.д. 59) истцу были представлены 4 дополнительных оплачиваемых выходных дней для ухода за ребенком-инвалидом с 04.10.2022 по 07.10.2022. С указанным приказом истец ознакомлена 04.10.2022, о чем имеется ее подпись в приказе.
Одновременно 04.10.2022 ФИО4 в адрес генерального директора ООО«Компания БКС» представлено заявление об увольнении ее по собственному желанию с 17.10.2022. В заявлении указано, что увольнение связано с тем, что непосредственным руководителем ФИО5 в рабочем коллективе намеренно формируется отрицательное общественное мнение в отношении нее, представление коллективу нового директора филиала, отключением от части ПО, ФИО4 испытывает морально-психологический дискомфорт, что препятствует качественно исполнять должностные обязанности, в связи с чем она просит уволить ее по собственному желанию (т. 1 л.д. 25, 53).
В судебном заседании истец пояснила, что с июля 2022 года работодатель стал предпринимать необоснованные действия, направленные на доведение ФИО4 до увольнения. Более того, она стала подвергаться психологическому давлению и нападкам, в том числе личностного характера.
Также истец в судебном заседании последовательно указывала, что намерения на увольнение не имела, надеялась, что при подаче такого заявления с указанием причины увольнения по собственному желанию на то, что ее непосредственным руководителем ФИО5 намеренно формируется отрицательное мнение относительно нее, на нее выйдет служба безопасности организации или руководство организации с целью выяснения причин конфликтной ситуации.
На основании приказа ООО «Компания БКС» № 826-у от 17.10.2022 К.Н.Б. уволена по п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ (по инициативе работника) (т. 1 л.д. 54).
ФИО4 ознакомлена с приказом 17.10.2022, поставила свою подпись графе «С приказом ознакомлен», передала уполномоченному лицу ключи от офиса и сейфа (т. 1 л.д. 79-80
Расчет при увольнении произведен ответчиком с истцом 17.10.2022, что истцом не оспаривалось.
Не согласившись с данным увольнением, ФИО4 обратилась в суд с настоящим иском.
В целях установления обстоятельств наличия волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию и добровольность волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию судом оценены доводы стороны истца и ответчика, а также представленные доказательства и установлены следующие обстоятельства, а именно:
с июля 2022 года ФИО4 вела переписку с сотрудниками ООО «Компания БКС» в мессенджерах, из текста переписки которой следует, что истец находилась в тяжелом психологическом состоянии, связанном с взаимоотношением с коллегами по работе (т. 1 л.д. 93, 102-104);
в обоснование того, что 16.09.2022 заместителем директора Дирекции региональной сети Блока продаж ООО «Компания БКС» ФИО5 (т. 1 л.д. 239, 240, 241-244) проведено совещание с сотрудниками Пермского филиала ООО «Компания БКС», на котором, по утверждению истца, ФИО5 довел до сведения сотрудников информацию, что принято решение об увольнении истца, истцом представлена аудиозапись (т. 1 л.д. 77, файл № 1), данного совещания;
16.09.2022 из кабинета истца был вынесен ее персональный компьютер и личные вещи (т. 1 л.д. 94); данное обстоятельство стороной ответчика не оспаривалось; ответчиком было пояснено, что вещи из кабинета ФИО4 в период отсутствия последней на работе действительно вынесли, однако, занимаемый ей ранее кабинет не является ее непосредственным местом работы, что отражено в условиях трудового договора. По возвращению ФИО4 на рабочее место, ее личные вещи были бы возвращены в кабинет; из показаний ФИО4 следует, что когда 16.09.2022 было сообщено об ее предстоящем увольнении, из ее кабинета вынесли все вещи, кабинет занял сотрудник, который представился новым директором филиала;
истцом в материалы дела представлена флеш-карта с аудиозаписью двух разговоров со свидетелем ФИО7, согласно которой ФИО4 после сообщения ей о том, что вынесли вещи из ее кабинета, 16.09.2022 позвонила с целью прояснения ситуации (т. 1 л.д. 77, файлы № 2 и № 3), данные записи сделаны с личного телефона истца вне ее рабочего места (истец находилась на больничном) и факт указанных договоров подтверждён свидетелем ФИО7 Из содержания аудиозаписи следует, что истец находится в подавленном моральном состоянии, свидетель пытается ее успокоить; данное обстоятельство подтверждено показаниями свидетеля ФИО7 в судебном заседании;
из докладной записки ФИО4, направленной ею в адрес заместителя Президента – Председателя по корпоративной безопасности ЛёзоваА.А., следует, что она подвергается психологическому давлению и нападкам, в том числе личностного характера, и что в Пермском филиале организации сложилась нездоровая конфликтная ситуация между сотрудниками, истцом высказана мысль о ее скором увольнении не по ее желанию (т. 1 л.д. 82-87); в судебном заседании истец пояснила, что данная служебная записка направлена ею на адрес рабочей электронной почты Председателя по корпоративной безопасности ООО «Компания БКС» с целью проведения проверки службой безопасности организации; ответчик факт получения докладной записки отрицал, указал, что адрес электронной почты не является официальным адресом ООО «Компания БКС»; однако в процессе рассмотрения дела представители ответчика подтвердили получение указанного письма, но указали, что оно было распознано, как спам, и не было своевременно открыто, было открыто только после подачи истцом искового заявления;
согласно доводам ответчика, ФИО4 занимала должность директора филиала, при написании заявления об увольнении ее по собственному желанию обладала компетенциями в области трудового законодательства, осознавала последствия подачи заявления. Более того, в 2022 году ФИО4 уже воспользовалась правом отзыва заявления об увольнении по собственному желанию (т. 1 л.д. 117, 118);
В целях определения обстоятельств подачи ФИО4 заявления об увольнении судом также были допрошены свидетели ФИО7, ФИО5
Полномочия свидетеля ФИО7 как начальника управления кадрового учета дирекции по управлению персоналом ООО «Компания БКС» подтверждаются должностной инструкцией (т.1 л.д. 203-208), приказами (т.1 л.д. 212, 214), трудовым договором (т. 1 л.д. 213, 215-216).
Полномочия свидетеля ФИО5 как заместителя директора Дирекции региональной сети Блока продаж ООО «Компания «БКС» подтверждается должностной инструкцией (т.1 л.д. 193-200), справкой о работе (т. 1 л.д. 239), приказом (т. 1 л.д. 240), трудовым договором (т.1 л.д. 241-244).
Судом установлено, что ФИО5 является непосредственным руководителем истца, наделенным правом давать истцу обязательные для исполнения указания. Данное подтверждается и его должностной инструкцией.
Из показаний данных свидетелей следует, что наличие напряженных отношений в Пермском филиале организации между сотрудниками, между ФИО4 и ФИО5 имели место быть, что написание истцом заявления об увольнении со ссылкой на то, что увольнение связано с действиями ФИО5 было предметом обсуждения. Согласно показаниям свидетеля ФИО7 следует, что о конфликтных взаимоотношениях между ФИО5 и ФИО4 ей было известно.
Судом установлены обстоятельства, предшествующие написанию ФИО4 заявления об увольнении по собственному желанию, при которых имела место конфликтная ситуация между истцом и ее непосредственным руководителем ФИО5, данное обстоятельство стороной ответчика в судебном заседании не оспорено. При этом, то, что данная ситуация отрицательно воспринималась самой ФИО4 еще до написания заявления об увольнении подтверждается и свидетелем ФИО7, которая подтвердила факт двух звонков ФИО4 16.09.2022, ее нахождение в стрессовом состоянии от известия о том, что ее вещи вынесены из кабинета, а сотрудникам сообщено о ее увольнении.
Также ФИО4 при обращении с заявлением об увольнении непосредственно указала, что увольнение связано с конфликтом между ней и непосредственным руководителем. Данный мотив подачи заявления истец подтвердила в судебном заседании, указала, что намерения прекратить трудовые отношения у нее не было.
Судом установлено, что истец имеет ребенка-инвалида (т. 1 л.д. 13-15), что ответчиком не оспаривалось.
17.10.2022 ФИО4 (непосредственно после увольнения) обратилась в Государственную инспекцию труда с заявлением о нарушении ее трудовых прав незаконным увольнением.
Истцом заявлено требование о взыскании премии по КПЭ за 2 квартал 2022 года в размере 496 181,00 руб.
За период с 01.10.2021 по 30.09.2022 общий размер дохода истца, подлежащего исчислению для расчета среднего заработка, составил 3546617,07 руб. (расчет ответчика т. 1 л.д. 130, расчетные листки т. 1 л.д. 98,138-145). Общая сумма дохода, приведенная ответчиком судом проверена, признана правильной.
Истцом согласно табелям учета рабочего времени (т. 1 л.д. 131-137) за период с 01.10.2021 по 30.09.2022 отработано 154 рабочих дня (октябрь 2021 – 17 дней, ноябрь 2021 – 16 дней, декабрь 2021 – 18 дней, январь 2022 – 7 дней, февраль 2022 – 15 дней, март 2022 – 18 дней, апрель 2022 – 12 дней, май 2022 – 14 дней, июнь 2022 – 15 дней, июль 2022 – 12 дней, август 2022 – 7 дней, сентябрь 2022 – 3 дня).
Расчет среднедневного заработка 3 546 617,07 руб. / 154 дня = 23029,98 руб.
Разрешая спор и удовлетворяя исковые требования ФИО4 о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, оценив представленные доказательства по правилам статьи 67 ГПК РФ, свидетельствующие о понуждении работника со стороны работодателя к увольнению, суд первой инстанции со ссылкой на статьи 77, 80 Трудового кодекса Российской Федерации, регламентирующих порядок прекращения трудовых отношений по инициативе работника, разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенными в постановлении от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», исходил из того, действия истца при подаче 04.10.2022 заявления об увольнении по собственному желанию добровольными и осознанными не были, учитывая, что в этом заявлении истец указывает на факт создания ей невыносимых условий труда со стороны руководства и невозможность ввиду этого выполнять свои должностные обязанности; руководством ООО «Компания БКС» причины подачи ФИО4 04.10.2022 заявления об увольнении по собственному желанию с учетом имеющихся сведений о наличии конфликтной ситуации между ФИО4 и её непосредственным руководителем ФИО5 - заместителем директора Дирекции региональной сети Блока продаж ООО «Компания «БКС» не выяснялись, руководством ООО «компания БКС» последствия написания истцом заявления об увольнении по инициативе работника и право отозвать свое заявление об увольнении по собственному желанию не разъяснялись. При этом, судом учтено, отсутствие злоупотребления правом со стороны работника ФИО4, что прекращать трудовые отношения с ответчиком по собственной инициативе истец не хотела, руководство истца вынудило её подать заявление об увольнении по собственному желанию.
Отказывая в удовлетворении требований о взыскании убытков в размере 4811,00 руб., причиненных ей в связи с приобретением лекарственных средств, суд не усмотрел назначение врачом лекарственного препарата «Бринтелликс» именно в связи со сложившейся ситуацией.
Суд взыскал с ответчика в пользу истца средний заработок за время вынужденного прогула за период с 18.10.2022 по 07.06.2023 в размере 3569646,90руб.
Установив факт нарушения трудовых прав истца, суд взыскал согласно ст. 237 ТК РФ компенсацию морального вреда в размере 15000 рублей
Руководствуясь главой 7 ГПК РФ, суд взыскал судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 60000 рублей.
Судебная коллегия соглашается с выводами суда, так как они соответствуют установленным по делу обстоятельствам, сделаны при правильном применении норм материального права и его толковании, на основании представленных сторонами доказательств, которым судом дана надлежащая оценка в порядке статьи 67 ГПК Российской Федерации.
Выводы решения суда подтверждены материалами дела, которым суд дал надлежащую оценку. Юридически значимые обстоятельства судом определены правильно. Доводы апелляционной жалобы не содержат обстоятельств, которые опровергают правильность выводов судебного решения, направлены на иную оценку доказательств, что не является основанием для его отмены или изменения.
Решение суда в части размера взысканного среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, судебных расходов ответчиком не обжалуется, судебной коллегией не проверяется.
Доводы жалобы о том, что суд неправильно применил нормы Налогового кодекса РФ в части расчета государственной пошлины, судебная коллегия находит заслуживающими внимание.
Согласно ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.
Согласно положениям статьи 333.19 Налогового кодекса РФ по делам, рассматриваемым Верховным Судом Российской Федерации в соответствии с гражданским процессуальным законодательством Российской Федерации судами общей юрисдикции государственная пошлина уплачивается в следующих размерах: при подаче искового заявления имущественного характера при цене иска: свыше 1 000 000 рублей - 13 200 рублей плюс 0,5 процента суммы, превышающей 1 000 000 рублей, но не более 60 000 рублей;
при подаче искового заявления имущественного характера, не подлежащего оценке, а также искового заявления неимущественного характера: для физических лиц - 300 рублей.
Сумма удовлетворенных требований имущественного характера составляет 3569646,90 руб.
Согласно ст. 333.19 НК РФ расчет размера государственной пошлины должен быть следующий:
13 200 рублей плюс 0,5 процента суммы * (3569646,90 – 1 000 000) = 26348,23 руб.
Истцом заявлены два самостоятельных требования неимущественного характера: требование о восстановлении на работе, требование о взыскании компенсации морального вреда.
26348,23+(300*2)=26948,23 руб.
Поскольку истцы по трудовым спорам освобождены от уплаты госпошлины, с ответчика в доход местного бюджета подлежит уплате госпошлина в размере 26948,23 руб., решение в этой части подлежит изменению.
Нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены решения в соответствии с положениями части 4 статьи 330 ГПК РФ, не установлено.
Руководствуясь статьями 199, 328, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия,
определила:
Решение Свердловского районного суда города Перми от 07 июня 2023 года изменить в части, определив взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Компания Брокеркредитсервис» (ОГРН <***>) в доход соответствующего бюджета государственную пошлину в размере 26948 рублей 23 копейки.
В остальной части решение оставить без изменения, апелляционную жалобу Общества с ограниченной ответственностью «Компания Брокеркредитсервис» без удовлетворения.
Председательствующий: подпись
Судьи: подписи
В окончательном виде апелляционное определение изготовлено 12.09.2023.
Копия верна
Судья Заривчацкая Т.А.