№ 2-277/2025
10RS0004-01-2025-000175-32
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
30 июня 2025 года г. Кондопога
Кондопожский городской суд Республики Карелия в составе:
председательствующего судьи Бахориной М.А.,
при секретаре Бахаревой Е.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению прокурора Кондопожского района, действующего в интересах ФИО1, к акционерному обществу «Кондопожский целлюлозно-бумажный комбинат» о взыскании компенсации морального вреда в связи с произошедшим несчастным случаем на производстве,
УСТАНОВИЛ:
Прокурор Кондопожского района Республики Карелия, действуя в интересах ФИО1, обратился в суд с исковым заявлением к акционерному обществу «Кондопожский целлюлозно-бумажный комбинат» (далее также по тексту АО «Кондопожский ЦБК», ответчик), мотивируя требования тем, что на основании трудового договора от ХХ.ХХ.ХХ и дополнительных соглашений к нему от ХХ.ХХ.ХХ, ХХ.ХХ.ХХ, ХХ.ХХ.ХХ ФИО1 состоит в трудовых отношениях с АО «Кондопожский ЦБК» в должности <...>. 20.10.2024 при исполнении трудовых обязанностей ФИО1 получила производственную травму левой руки при следующих обстоятельствах: во время заправки бумажного полотна в бумаговедущие валы ПРС на БДМ № 4 увидела отсутствие обрезной полосы бумаги у приемного раструба воздуховода удаления обрезков, проследовала в зону обслуживания ножевой балки и рукой попыталась направить обрезную полосу под ножом, собиравшуюся в гофру, в воздуховод вентилятора удаления обрезков, в этот момент указательный палец оказался между вращающимся дисковым ножом. Согласно медицинскому заключению о характере полученных повреждений здоровья, выданному ГБУЗ «Кондопожская ЦРБ», ФИО1 получила <...>. В соответствии с актом о несчастном случае на производстве основными причинами несчастного случая явились: несовершенство технологического процесса, выразившегося в отсутствии технологической карты на выполнение работы по заправке бумажного полотна в ПРС, недостатки в организации и проведении подготовки работников по охране труда, выразившиеся в недостаточном изложении мер безопасности в инструкции по охране труда для резчиков бумаги, картона и целлюлозы при заправке бумажного полотна в ПРС, неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в необеспечении надлежащего контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы по заправке бумажного полотна, конструктивные недостатки технологического оборудования, периодическое образование бумажной гофры на лицевых обрезных ножах ПРС, препятствующей самопроизвольной заправке обреза в воздуховод вентилятора удаления обрезков. 20.10.2024 ФИО1 была вызвана бригада скорой медицинской помощи, также она обращалась в приемный покой ГБУЗ «Кондопожская ЦРБ», находилась на амбулаторно-поликлиническом лечении с 21.10.2024 по 20.12.2024. В связи с произошедшим несчастным случаем на производстве и полученной травмой ФИО1 испытывала физические (сильные болевые ощущения, <...>) и нравственные страдания (страх, переживания из-за случившегося, невозможности вести привычный образ жизни, самостоятельно себя обслуживать в быту, справляться по хозяйству, невозможность заниматься спортом, должным образом ухаживать за находящимися на иждивении несовершеннолетними детьми). Ссылаясь на указанные обстоятельства, исходя из характера и степени физических и нравственных страданий, обстоятельств произошедшего несчастного случая, степени вины ответчика, отсутствия вины ФИО1, состояния ее здоровья, периода нахождения в нетрудоспособном состоянии, периода прохождения лечения, последствий полученной травмы, требований разумности и справедливости, прокурор просил взыскать с АО «Кондопожский ЦБК» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 600 000 рублей.
В порядке подготовки дела к судебному разбирательству к участию в деле на основании положений ст. 47 ГПК РФ для дачи заключения по гражданскому делу привлечена Государственная инспекция труда Республики Карелия. Протокольным определением суда от 04.03.2025 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО2, ФИО3
В судебном заседании прокурор и ФИО1 поддержали заявленные требования по доводам и основаниям, изложенным в исковом заявлении. ФИО1 указала, что вследствие полученной травмы была <...>, с 20.10.2024 находилась на амбулаторном лечении в медицинских учреждениях, в настоящее время продолжает проходить реабилитационные лечебные мероприятия. Полученная травма сказалась на привычном образе жизни, связанном с трудностями в бытовом плане, все необходимые действия выполняет преимущественно одной рукой, продолжает испытывать болевые ощущения. Также пояснила, что указанное происшествие повлияло на ее эмоциональное, психологическое состояние, ей было сложно осознать, то, что с ней произошло, принимала успокоительные лекарственные препараты. Просила удовлетворить требования в полном объеме.
Представитель ответчика ФИО4, действующая на основании доверенности, с заявленными требованиями не согласилась, просила отказать в удовлетворении иска, ссылаясь на недоказанность факта причинения истцу нравственных и (или) физических страданий. Просила учесть, что при определении размера компенсации морального вреда суду необходимо учитывать поведение самого потерпевшего при причинении вреда. В произошедшем несчастном случае имеется непосредственная вина и грубая неосторожность самой ФИО1, ею были допущены нарушения требований охраны труда, в частности, своими действиями истец грубо нарушила инструкцию № 5 по охране труда для <...> бум.цеха № 3, поскольку фактически выявляла возможные неисправности оборудования опасным способом – на не обесточенном оборудовании прикосновением рукой к движущимся предметам. Полагает, что суд должен применить положения п. 2 ст. 1083 ГК РФ. Определяя размер компенсации морального вреда необходимо учитывать, что наряду с работодателем и сам работник должен осмотрительно относиться к своему здоровью и безопасности. Считает, что размер компенсации морального вреда явно и необоснованно завышен, в то время как истец не обосновал заявленную сумму. Указывает, что размер компенсации морального вреда определяется в зависимости от характера причиненных лицу физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда. При определении размера компенсации должны учитываться требования разумности и справедливости.
Третьи лица ФИО2, ФИО3 в судебное заседание не явились, о рассмотрении дела извещены надлежащим образом.
Представитель третьего лица - Государственной инспекции труда Республики Карелия в судебное заседание не явился, о рассмотрении дела извещен, правовой позиции по делу не выразил.
Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав письменные доказательства в их совокупности и взаимосвязи, допросив свидетелей, суд приходит к следующим выводам.
В соответствии с ч. 1 ст. 45 Гражданского процессуального кодекса РФ (далее – ГПК РФ) прокурор вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов граждан, неопределенного круга лиц или интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований. Заявление в защиту прав, свобод и законных интересов гражданина может быть подано прокурором только в случае, если гражданин по состоянию здоровья, возрасту, недееспособности и другим уважительным причинам не может сам обратиться в суд. Указанное ограничение не распространяется, в частности, на заявление прокурора, основанием для которого является обращение к нему граждан о защите нарушенных или оспариваемых социальных прав, свобод и законных интересов в сфере трудовых (служебных) отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений.
В силу положений абз. 14 ч. 1 ст. 21 Трудового кодекса РФ (далее - ТК РФ) работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном ТК РФ, иными федеральными законами.
В соответствии со ст. 12 Гражданского кодекса РФ (далее - ГК РФ) компенсация морального вреда является одним из способов защиты гражданских прав.
К нематериальным благам п. 1 ст. 150 ГК РФ отнесены жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемые и непередаваемые иным способом.
В соответствии с положениями ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
Согласно ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и ст. 151 ГК РФ.
Исходя из положений ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.
В соответствии с п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.
Согласно п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).
В силу п. 30 вышеупомянутого Постановления при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (п. 2 ст. 1101 ГК РФ). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.
По смыслу приведенных нормативных положений, право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда.
Следовательно, для применения ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины.
В силу положений абз. 4 и абз. 14 ч. 1 ст. 21 ТК РФ работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом РФ, иными федеральными законами.
Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом РФ, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абз. 4 и абз. 16 ч. 2 ст. 22 ТК РФ).
Согласно ч. 1 ст. 209 ТК РФ охрана труда - это система сохранения жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, включающая в себя правовые, социально-экономические, организационно-технические, санитарно-гигиенические, лечебно-профилактические, реабилитационные и иные мероприятия.
Условия труда - это совокупность факторов производственной среды и трудового процесса, оказывающих влияние на работоспособность и здоровье работника (ч. 2 ст. 209 ТК РФ).
Из приведенных нормативных положений в их системной взаимосвязи с нормами ГК РФ о компенсации морального вреда следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред.
Судом установлено, что на основании трудового договора № ... от ХХ.ХХ.ХХ и дополнительных соглашений к нему от ХХ.ХХ.ХХ, ХХ.ХХ.ХХ, ХХ.ХХ.ХХ ФИО1 осуществляет трудовую деятельность в АО «Кондопожский ЦБК» в должности <...>, указанное обстоятельство подтверждается и копией трудовой книжки ФИО1
20.10.2024 при исполнении трудовых обязанностей ФИО1 получила производственную травму в результате несчастного случая.
Приказом от 21.10.2024 № 474 создана комиссия по расследованию произошедшего несчастного случая.
Из акта № 4 о несчастном случае на производстве, следует, что 19.10.2024 звено <...> БДМ № 4 в составе ФИО1, ФИО5, ФИО6 работали в смене № 1 с 20 час. 00 мин. 19.10.2024 до 08 час. 00 мин. 20.10.2024 под руководством сменного мастера БЦ № 3 ФИО2 Примерно в 01 час. 05 мин. 20.10.2024 ФИО1, ФИО5 и ФИО6 занимались заправкой бумажного полотна в бумаговедущие валы ПРС, ФИО5 и ФИО6 находились со стороны ведущих валов ПРС и занимались заправкой бумаги между валами, ФИО1, О.Ю., находясь в помещении пультовой ПРС, обратила внимание на отсутствие обрезной полосы бумаги у приемного раструба воздуховода удаления обрезков. Она проследовала в зону обслуживания ножевой балки, чтобы выяснить причину нештатной работы. Заметив, что обрезная полоса под ножом собирается в гофру, ФИО1 попыталась рукой направить полосу в воздуховод вентилятора удаления обрезков. В этот момент указательный палец оказался между вращающимся дисковым ножом, пострадавшая получила травму левой руки.
Как отражено в акте о несчастном случае на производстве, основной причиной несчастного случая явилось несовершенство технологического процесса, выразившегося в отсутствии технологической карты на выполнение работы по заправке бумажного полотна в ПРС (нарушение п. 5.83 должностной инструкции инженера-технолога бумажного цеха № 3 АО «Кондопожский ЦБК»). Дополнительными причинами несчастного случая указаны: недостатки в организации и проведении подготовки работников по охране труда, выразившиеся в недостаточном изложении мер безопасности в инструкции по охране труда для резчиков бумаги, картона и целлюлозы при заправке бумажного полотна в ПРС (нарушения ст. 22 Трудового кодекса РФ, п. 5.83 должностной инструкции инженера-технолога бумажного цеха № 3 АО «Кондопожский ЦБК»), неудовлетворительная организация производства работ, выразившаяся в необеспечении надлежащего контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы по заправке бумажного полотна в ПРС (нарушение п. 5.54 должностной инструкции сменного мастера бумажного цеха № 3 АО «Кондопожский ЦБК»), конструктивные недостатки технологического оборудования, периодическое образование бумажной гофры на лицевых обрезных ножах ПРС, препятствующей самопроизвольной заправке обреза в воздуховод вентилятора удаления обрезков.
Как следует из акта о несчастном случае, отраженные в нем нарушения требований охраны труда допустили работники АО «Кондопожский ЦБК» ФИО3 – инженер-технолог бумажного цеха № 3, ФИО2 – сменный мастер бумажного цеха № 3. Указанные обстоятельства не оспариваются сторонами.
По сообщению Государственной инспекции труда в Республике Карелия, ФИО2 и ФИО3 к административной ответственности не привлекались.
Согласно медицинскому заключению ГБУЗ «Кондопожская ЦРБ» от 22.10.2024, ФИО1 установлен диагноз «<...>». Полученная в результате несчастного случая на производстве травма относится к категории легкой степени тяжести.
Поскольку травма получена ФИО1 в ходе исполнения ею трудовых обязанностей по поручению работодателя в рабочее время истца, в силу ст. ст. 22, 212 ТК РФ именно работодатель обязан обеспечить безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, а данная обязанность ответчиком должным образом не исполнена, что и стало одной из причин причинения вреда здоровью истца в период выполнения им работы. Именно за данное нарушение, допущенное им, ответчик и обязан нести ответственность в форме компенсации морального вреда.
Представленными в материалы дела сведениями медицинских учреждений установлено следующее:
20.10.2024 ФИО1 была осмотрена фельдшером здравпункта, установлен диагноз «<...>», отмечается онемение, умеренное кровотечение, направлена в приемной отделение Кондопожской ЦРБ;
20.10.2024 зафиксирован вызов скорой помощи, состояние – <...>, в этот же день осмотрена в приемном покое ГБУЗ «Кондопожская ЦРБ», <...>, в условиях перевязочной под местной анестезией раствором новокаина выполнена первичная хирургическая обработка раны, наложены швы, асептическая повязка, введен анатоксин столбнячный;
21.10.2024, 22.10.2024, 23.10.2024, 24.10.2024, 28.10.2024, 30.10.2024, 01.11.2024, 05.11.2024, 08.11.2024, 11.11.2024, 15.11.2024, 18.11.2024, 25.11.2024, 06.12.2024, 20.12.2024 лечение у врача-травматолога по поводу «<...>);
23.02.2025 вызов скорой помощи в связи с острой болью и отеком верхней конечности;
25.02.2025 осмотрена врачом-травматологом ГБУЗ «Кондопожская ЦРБ», выдано направление на консультацию в консультативную поликлинику «ГБУЗ «Республиканская больница им. В.А. Баранова»;
28.02.2025 осмотрена врачом-хирургом поликлиники АО «Кондопожский ЦБК», жалобы на умеренные боли в области <...>. Ранее <...>. 19.02.2025 выполнен первый этап оперативного лечения: <...>, находилась на листке временной нетрудоспособности с 19.02.2025 по 28.02.2025, продлен с 01.03.2025 по 05.03.2025;
05.03.2025 контрольная явка к врачу-хирургу поликлиники АО «Кондопожский ЦБК», вынесено представление на врачебную комиссию, нуждается в продлении дней нетрудоспособности с 06.03 по 20.03.2025, на указанный период лист временной нетрудоспособности продлен для долечивания, уточнения диагноза;
08.03.2025 обращение в приемный покой ГБУЗ «Кондопожская ЦРБ», состояние <...>, инфицированная рана, выполнено дренирование <...> под местной анестезией, наложена асептическая повязка;
10.03.2025 осмотрена врачом-травматологом ГБУЗ «Кондопожская ЦРБ»;
11.03.2025, 12.03.2025, 13.03.2025, 17.03.2025 контрольная явка к врачу-хирургу поликлиники АО «Кондопожский ЦБК», рана чистая, отделяемого нет, выполнены перевязки.
Согласно п. 66 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» факт нарушения личных неимущественных прав потерпевшего либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага может подтверждаться любыми средствами доказывания, предусмотренными ст. 55 ГПК РФ, в том числе объяснениями сторон и третьих лиц, показаниями свидетелей, письменными доказательствами (включая сделанные и заверенные лицами, участвующими в деле, распечатки материалов, размещенных в информационно-телекоммуникационной сети (скриншот), с указанием адреса интернет-страницы, с которой сделана распечатка, и точного времени ее получения), а также вещественными доказательствами, аудио- и видеозаписями, заключениями экспертов.
По ходатайству ФИО1 для установления степени тяжести вреда, причиненного здоровью истца, в связи с произошедшим несчастным случаем на производстве, определением Кондопожского городского суда Республики Карелия от 31.03.2025 по настоящему делу была назначена комиссионная судебно-медицинская экспертиза, проведение которой было поручено ГБУЗ РК «Бюро судебно-медицинской экспертизы».
Из заключения экспертов ГБУЗ РК «Бюро судебно-медицинской экспертизы» № № ... от 22.05.2025 следует, что при обращении за медицинской помощью 20.10.2024 и прохождении последующего лечения у ФИО1 установлено повреждение – <...> Описанные врачом морфологические признаки повреждения, избранная им тактика, позволяют говорить о небольшой давности образования установленного повреждения. Возможность оказания последних незадолго до обращения за медицинской помощью 20.10.2024 (ориентировочно в 01:05, как указано в акте о несчастном случае на производстве) не исключается. Учитывая характер установленного повреждения, экспертная комиссия пришла к выводу, что оно возникло от воздействия твердого предмета и могло образоваться при обстоятельствах, изложенных в акте о несчастном случае на производстве. Установленное у ФИО1 повреждение вызвало длительное расстройство здоровья (более 21 дня) и по этому признаку квалифицируется как вред здоровью средней тяжести. <...> вызывает стойкую утрату общей трудоспособности в размере 10%. Таким образом, установленное у ФИО1 повреждение квалифицируется как вред здоровью средней тяжести как по признаку длительного (более 21 дня) расстройства здоровью, так и по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности.
Каких-либо оснований не доверять экспертному заключению, а также оснований усомниться в компетенции экспертов, у суда не имеется. Судебная экспертиза проведена в порядке, установленном ст. 84 ГПК РФ, заключение экспертов выполнено в соответствии с требованиями ст. 86 ГПК РФ с учетом представленных материалов дела, экспертиза проведена специалистами, имеющими специальные знания по вопросам, поставленным на разрешение, стаж работы в данной области, экспертиза проведена в соответствии с требованиями Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ», эксперты предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.
Учитывая положения ст. ст. 55, 59, 60 ГПК РФ, суд принимает вышеуказанное экспертное заключение как доказательство и оценивает его с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу. Допустимых доказательств в опровержение выводов экспертов не представлено. Экспертное заключение не содержит взаимоисключающих выводов.
С 19.02.2025 по 20.02.2025, с 01.04.2025 по 02.04.2025, с 13.05.2025 по 15.05.2025 года ФИО1 находилась на стационарном лечении в «<...>. 13.05.2025 проведено оперативное вмешательство – <...> В настоящее время находится на листе временной нетрудоспособности, проходит амбулаторное лечение, рекомендованы обезболивающие таблетки, повышенное положение верхней конечности постоянно, перевязки, ограничение передвижений первую неделю после операции, иммобилизация аппаратом внешней фиксации в течение 2 месяцев. После окончания амбулаторного лечения планируется очередное оперативное вмешательство <...>.
Из объяснений истца, не оспоренных ответчиком, следует, что после произошедшего с ФИО1 несчастного случая, истец испытывала и продолжает испытывать болевые ощущения в травмированной руке, перенесла множество медицинских манипуляций в виде инъекцией, наложения швов, перевязок раны, в том числе оперативного вмешательства, на длительное время она частично утратила способность самостоятельно себя обслуживать, а также осуществлять уход за несовершеннолетними детьми. Кроме того обращалась в ГБУЗ «<...>», поскольку не могла справиться с эмоциональным состоянием, где ей рекомендованы к применению специальные медикаменты.
Допрошенные в ходе рассмотрения дела свидетели ХХХ и Свидетель №2 пояснили, что работают с ФИО1, в день, когда произошел несчастный случай, была большая обрывность на машине, в связи с чем необходимо было поправлять обрез бумаги руками. После случившегося ФИО1 плохо себя чувствовала, была подавленной, обращалась за медицинской помощью, ей была проведена операция, возникли сложности с работой по дому.
Показания свидетелей оцениваются судом в совокупности с иными имеющимися в деле доказательствами. У суда нет оснований не доверять показаниям свидетелей, поскольку они ничем не опорочены, не опровергнуты, согласуются с представленными материалами дела.
Из вышеизложенного в совокупности усматривается, что вследствие несчастного случая на производстве ФИО1 претерпела значительные физические страдания, которые выразились в том, что она получила телесные повреждения, причинившие ей физическую боль, повлекшие причинение среднего вреда здоровью, чем было обусловлено длительное амбулаторное лечение, реабилитация. Из-за полученных травм состояние здоровья истца ухудшилось, что повлекло за собой ограничение ее физических возможностей, способностей к труду, что, безусловно, существенно повлияло на качество жизни истца. Истцом претерпевались и нравственные страдания, которые заключались в переживаниях из-за испытанной боли от полученной травмы, страха, нарушения привычного жизненного уклада, ограничении в жизнедеятельности, невозможности заниматься спортом, осуществлять должный уход за несовершеннолетними детьми.
Представитель ответчика при определении размера компенсации морального вреда просила применить положения ч. 2 ст. 1083 ГК РФ.
Частью 2 ст. 1083 ГК РФ предусмотрено, что если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.
При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.
Из разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, содержащихся в п. 17 постановления от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», следует, что виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего.
Вопрос же о том, является ли неосторожность потерпевшего грубой небрежностью или простой неосмотрительностью, не влияющей на размер возмещения вреда, разрешается в каждом случае судом с учетом конкретных обстоятельств (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и иных). При этом, применяя общее правовое предписание к конкретным обстоятельствам дела, суд принимает решение в пределах предоставленной ему законом свободы усмотрения.
Понятие грубой неосторожности применимо в случае возможности правильной оценки ситуации, которой потерпевший пренебрег, допустив действия либо бездействия, приведшие к неблагоприятным последствиям. Грубая неосторожность предполагает предвидение потерпевшим большой вероятности наступления вредоносных последствий своего поведения и наличие легкомысленного расчета, что они не наступят.
По мнению ответчика, истец нарушил п. 3.23, 3.39.17, 3.39.29, 3.39.34, 3.42.6 инструкции № 5 по охране труда для <...> бум.цеха № 3, а также порядок действий обслуживающего персонала ПРС в нештатных ситуациях, предусмотренный п. 3.12 и 3.44.
Инструкцией № 5 по охране труда для <...> бум.цеха № 3, с которой истец ознакомлена 15.03.2021, предусмотрено:
п. 3.23 – осмотр и ремонт станка производить только при обесточенных электродвигателях, на пускателях которых необходимо вывесить таблички «не включать – работают люди»,
п. 3.39.17 – резчику запрещается заправлять оборвавшееся полотно во время работы ПРС,
п. 3.39.29 – резчику запрещается останавливать ножи, несущие валы, прижимной, бумаговедущий валы и другие вращающиеся части ПРС руками или какими-либо приспособлениями,
п. 3.39.34 – резчику запрещается заправлять бумагу в ПРС при неостановленных и неотведенных промежуточных (внутренних) ножах,
п. 3.42.6 – во время работы с металлическими ножами не допускается направлять нож при надрезании торца рулона в направлении «на себя», проверять остроту режущей кромки ножа руками, ловить нож при его падении.
Между тем, актом о несчастном случае на производстве № 4 от 20.10.2024 вина ФИО1 не определена.
Учитывая, что понятие «грубой неосторожности» законодательно не определено, вопрос о том, является ли неосторожность потерпевшего грубой небрежностью или простой неосмотрительностью, не влияющей на размер возмещения вреда, разрешается в каждом случае судом с учетом конкретных обстоятельств. Неосторожность может быть выражена в форме легкомыслия, небрежности, неаккуратности. О грубой неосторожности можно говорить, если потерпевший действовал легкомысленно, не задумывался о вредных последствиях или самонадеянно рассчитывал их предотвратить. Грубой неосторожностью можно признать поведение пострадавшего, который не предвидел вредных последствий своего поведения, хотя с учетом здравого смысла, знаний, опыта мог и должен был иметь их виду. При этом, если в ходе рассмотрения дела установлено, что одной из причин несчастного случая явилось нарушение, допущенное самим пострадавшим, пострадавший может быть установлен как лицо, ответственное за допущенное нарушение. Однако это не свидетельствует о том, что им допущена грубая неосторожность, способствовавшая возникновению или увеличению вреда, причиненного здоровью. Выявленное нарушение может быть простой неосмотрительностью, невнимательностью, либо вынужденными действиями, либо ошибочными или поспешными действиями в нештатной или аварийной ситуациях.
Исходя из того, что грубая неосторожность предполагает очевидное предвидение потерпевшим вероятности наступления вредоносных последствий своего поведения и наличие легкомысленного расчета, что они не наступят, оценив приведшие к причинению вреда здоровью истца фактические обстоятельства с учетом представленных в материалы дела доказательств, а также того, что основной причиной несчастного случая явилось несовершенство технологического процесса, выразившееся в отсутствии технологической карты на выполнение работы по заправке бумажного полотна в ПРС, суд приходит к выводу об отсутствии в действиях истца неосторожности, квалифицируемой, как грубой.
Учитывая изложенное, довод представителя ответчика, что в произошедшем несчастном случае имеется непосредственная вина и грубая неосторожность самой ФИО1, так как ею были допущены нарушения требований охраны труда, является несостоятельным и направлен на уход работодателя от ответственности за неудовлетворительную организацию производства работ, а именно за неисполнение обязанностей по обеспечению безопасных условий работ и охраны труда.
Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает характер и степень причиненных истцу физических и нравственных страданий, фактические обстоятельства, при которых он был причинен, тяжесть причиненного вреда здоровью, отсутствие в действиях истца грубой неосторожности, степень вины работодателя, не обеспечившего работнику безопасные условия труда.
Судом учитывается, что АО «Кондопожский ЦБК» выплаты в счет компенсации причиненного морального вреда, в связи с несчастным случаем на производстве 20.10.2024, не производились, ФИО1 за указанной выплатой не обращалась.
Оценивая вышеизложенные обстоятельства в совокупности, исходя из того, что здоровье относится к числу наиболее значимых человеческих ценностей, а их защита является приоритетной, а также принимая во внимание перенесенные истцом физические и нравственные страдания, степень тяжести причиненного вреда, влияние полученной травмы на повседневный образ жизни истца, необходимость претерпевать неудобства и ограничения, длительность лечения, проведение операций, негативные последствия для здоровья истца и необходимость дальнейшего лечения, утрату истцом общей трудоспособности в размере 10%, с учетом требований разумности и справедливости, а также исходя из вины ответчика в произошедшем несчастном случае, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении требований и определяет сумму компенсации морального вреда, подлежащую взысканию с АО «Кондопожский ЦБК» в пользу ФИО1 в размере 300 000 рублей.
В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 настоящего Кодекса.
В рамках гражданского дела ГБУЗ РК «Бюро СМЭ» была проведена судебно-медицинская экспертиза, стоимость которой согласно счету на оплату № № ... от ХХ.ХХ.ХХ составила 14 500 рублей.
Денежные средства в размере стоимости экспертизы - 14 500 рублей внесены истцом на депозит Управления Судебного департамента в ........, также истцом уплачена комиссия за перевод денежных средств на оплату экспертизы в сумме 435 рублей, что подтверждается чеком по операции ПАО «Сбербанк» от 03.04.2025.
Заключение судебной экспертизы положено в основу выводов суда, в связи с чем расходы, понесенные на её проведение, признаются судом судебными издержками и подлежат взысканию с ответчика в пользу истца в размере стоимости судебной экспертизы - 14 500 рублей. При этом суд признает необходимыми расходы, связанные с уплатой истцом комиссии за внесение денежных средств на депозит Управления Судебного департамента в Республике Карелия в сумме 435 руб.
В силу ч. 1 ст. 103 ГПК РФ (подп. 8 п.1 ст.333.20 НК РФ) государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов.
Таким образом, с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход бюджета Кондопожского муниципального района в сумме 3000 рублей.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 194–198 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Иск удовлетворить частично.
Взыскать с акционерного общества «Кондопожский целлюлозно-бумажный комбинат (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (ХХ.ХХ.ХХ года рождения, уроженки ........ ........, паспорт серии № ... № ... выдан ........ ........ ХХ.ХХ.ХХ) компенсацию морального вреда, в связи с произошедшим несчастным случаем на производстве, в размере 300 000 рублей, а также расходы по оплате судебно-медицинской экспертизы в размере 14 935 рублей.
В удовлетворении остальной части иска отказать.
Взыскать с акционерного общества «Кондопожский целлюлозно-бумажный комбинат (ИНН <***>) в доход бюджета Кондопожского муниципального района государственную пошлину в размере 3000 рублей.
Решение может быть обжаловано в Верховный суд Республики Карелия через Кондопожский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Судья М.А. Бахорина
Решение изготовлено в окончательной форме 11.07.2025.
Кондопожский городской суд Республики Карелия
10RS0004-01-2025-000175-32
https://kondopozhsky.kar.sudrf.ru