Решение по делу № 2-799/2023 от 19.07.2023 - о взыскании расходов на погребение и компенсации морального вреда.

Гр.дело №

УИД 58RS0030-01-2023-000659-44

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г.Пенза 19 июля 2023 года

Железнодорожный районный суд г.Пензы в составе:

председательствующего судьи Сергеевой М.А.,

при секретарях Калединой Н.С., Акчурине С.Д.,

с участием помощника прокурора Железнодорожного района г.Пензы Артемова Д.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Пензе гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3, ФИО4 о взыскании расходов на погребение и компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 первоначально обратилась в Первомайский районный суд г.Пензы с вышеназванным иском к ФИО3, указав, что ДД.ММ.ГГГГ произошло ДТП с участием ответчика ФИО3, который управлял а/м марки «Лада 219010 Лада Гранта» и совершил наезд на велосипедиста, мужа истицы - ФИО5, в результате чего ФИО26 от полученных телесных повреждений умер ДД.ММ.ГГГГ Постановлением от ДД.ММ.ГГГГ в возбуждении уголовного дела было отказано на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ в связи с отсутствием в действиях ответчика состава преступления, предусмотренного ч.3 ст.264 УК РФ. В связи со смертью мужа истица понесла расходы на его погребение (похороны и поминальные обеды) в размере 99 949,67 руб. Смертью мужа в результате ДТП ей причинен моральный вред, так как она испытывала физические и нравственные страдания от утраты близкого ей человека, а также от того, что после ДТП на протяжении 17 дней муж находился в больнице, она надеялась на то, что он выживет, не спала ночами. За все время нахождения мужа в больнице, а также после его смерти, похорон и до настоящего времени ответчик никаким образом не выразил ей своего сочувствия, не принял мер к возмещению причиненного ущерба. Моральный вред, причиненный смертью мужа в результате ДТП, с учетом конкретных обстоятельств ДТП, поведения ответчика после ДТП, истица оценивает в 700 000 рублей и считает подлежащим взысканию с него. Ссылаясь на положения ст.ст. 1079, 1083, 1094, 151, 1100 ГК РФ, просила взыскать со ФИО3 в ее пользу расходы на погребение в размере 99 949,67 рублей, в счет компенсации морального вреда 700 000 рублей.

Определением Первомайского районного суда г.Пензы от 09 марта 2023 года гражданское дело передано на рассмотрение по подсудности в Железнодорожный районный суд г.Пензы.

Протокольным определением от 29 мая 2023 года в качестве соответчика привлечен ФИО4 - собственник автомобиля «Лада 219010 Лада Гранта», регистрационный знак №, на момент ДТП – 11.08.2022.

Определением Железнодорожного районного суда г.Пензы от 05 июля 2023 года принят отказ ФИО1 от иска в части взыскания расходов на погребение в размере 24979,47 руб., производство по делу в данной части прекращено.

Определением Железнодорожного районного суда г.Пензы от 19 июля 2023 года принят отказ ФИО1 от иска в части взыскания расходов на погребение в размере 25000 руб., производство по делу в данной части прекращено.

С учетом уточнения исковых требований, в порядке ст.39 ГПК РФ, истец ФИО1 окончательно просила взыскать со ФИО3 и ФИО4 солидарно в ее пользу расходы на погребение в размере 49970,2 рублей, в счет компенсации морального вреда 700000 рублей.

Протокольным определением Железнодорожного районного суда г.Пензы от 14 июня 2023 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, относительно предмета спора, привлечено АО «ГСК «Югория».

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования с учетом отказа от части иска поддержала, просили их удовлетворить, дополнительно пояснила, что ответчики до настоящего времени не выразили ей соболезнования, никто со стороны ответчиков к ней не обращался, не пытался связаться. Они с супругом прожили в браке 50 лет, он был порядочным человеком, хорошим семьянином, у них двое детей, внуки, он всем помогал, алкоголь не употреблял, все его знали и уважали. Он работал до последнего дня в качестве сварщика, помогал на даче. Их семейный доход складывался, в основном из пенсии и заработной супруга, пенсии истца. ДД.ММ.ГГГГ, на девятый день после смерти мужа, умер ее старший сын, которому было 48 лет, и который очень переживал из-за смерти отца.

Представитель истца – адвокат Беспалова Т.В., действующая на основании ордера, исковые требования с учетом отказа от части иска поддержала, просила удовлетворить, дополнительно пояснила, что истцу были причинены моральные и нравственные страдания утратой близкого и родного человека, она долгое время состояла с ним в браке, супруг являлся для нее поддержкой ещё и в финансовом плане, имел крепкое здоровье, не имел вредных привычек, занимался работой на даче, что также служило дополнительным источником дохода. Так как теперь его нет, истец не может самостоятельно выполнять всю работу, так как это тяжелый физический труд, по состоянию её здоровья это невозможно. С момента ДТП у нее постоянные бессонные ночи, что отражается на здоровье, она вынуждена принимать успокоительные таблетки для нормализации своего состояния. Просила учесть поведение ответчика ФИО3, который никоим образом не выразил своего сочувствия и не участвовал в похоронах, в том числе, когда ее супруг находился в больнице, также не проявлял интереса к его состоянию.

В настоящее судебное заседание ответчик ФИО3 и его представитель ФИО6, допущенный к участию в деле на основании ч.6 ст. 53 ГПК РФ, не явились, о времени, дате и месте рассмотрения извещены своевременно и надлежащим образом, о причинах неявки суд не известили, ранее в ходе судебного разбирательства и в письменных возражениях на иск просили уменьшить размер компенсации морального вреда и материального ущерба, ссылаясь на то, что в ходе проведения проверки следователями отдела по расследованию ДТП СО СУ УМВД России по <адрес> было установлено, что в действиях ФИО3 отсутствует состав преступления, предусмотренный ч. 3 ст. 264 УК РФ, поскольку причиной ДТП послужили нарушения требований ПДД РФ, допущенные велосипедистом ФИО5, который, в нарушение требований 8.1, 8.2, 8.4, 8.5 ПДД РФ, не убедившись в безопасности и не приняв мер предосторожности при осуществлении маневра поворота налево, создал одновременно опасную и аварийную обстановку для водителя автомобиля марки «Лада 219010 Лада Гранта», регистрационный знак №, ФИО3, лишив своими действиями последнего технической возможности предотвратить данное дорожно-транспортное происшествие путем применения своевременного экстренного торможения, тем самым поставил свою жизнь и здоровье в опасное состояние. В свою очередь, водитель автомобиля марки «Лада 219010 Лада Гранта», регистрационный знак №, ФИО3 не располагал технической возможностью предотвратить наезд на велосипедиста ФИО2, и его действия не находятся в причинной связи с наступившим ДТП, что подтверждается заключением автотехнической судебной экспертизы №, 1/35, от ДД.ММ.ГГГГ и заключением автотехнической судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ. По результатам проведения проверки органами предварительного расследования было принято решение об отказе в возбуждении уголовного дела в связи с отсутствием в действиях ФИО3 состава преступления, предусмотренного ч.3 ст.264 УК РФ. Таким образом, истец ФИО1, требует очевидно завышенный размер компенсации морального вреда, который должен быть уменьшен, поскольку ДТП произошло не по вине ответчика, а по причине грубой неосторожности самого потерпевшего ФИО2, что было установлено органами предварительного расследования. Кроме того, при взыскании морального вреда считали необходимым также учесть имущественное положение ФИО3, который в настоящее время является учащимся 3 курса очной формы обучения филиала федерального государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Самарский государственный университет путей сообщения», на платной основе. За время учебы зарекомендовал себя только с положительной стороны, что подтверждается характеристикой с места учебы. Проживает совместно с родителями. Собственного заработка не имеет. Просили также суд принять во внимание, что мама ФИО3 является инвалидом по общему заболеванию, установлена третья группа. Кроме этого, на сегодняшний день установлен диагноз «Рак матки». Как было указано выше, истец ФИО1 также просила взыскать с ответчика ФИО3 расходы по организации похорон и поминального обеда, возражали против удовлетворения к возмещению стоимости алкогольной продукции, так как в соответствии с вышеуказанным законом указанные расходы не относятся к необходимым и разумным, а поэтому просили в удовлетворении иска в части возмещения алкогольной продукции отказать.

Ответчик ФИО4 в настоящее судебное заседание не явился, извещен в установленном законом порядке, ранее в ходе судебного разбирательства возражал против удовлетворения исковых требований, пояснял, что поскольку вина его сына в ДТП отсутствует, то он не должен нести возмещать вред, причиненный истцу. Кроме того, пояснял, что на момент ДТП ДД.ММ.ГГГГ он являлся собственником автомобиля Лада 219010 Гранта, регистрационный номер № В начале ноября 2022 года автомобиль был отремонтирован и продан. В день ДТП он находился на работе, позвонила супруга, сказала про аварию. Ключи от машины находились у супруги, когда было необходимо, он ездил на автомобиле, в остальное время он стоял у подъезда. В день аварии супруга отдала сыну ключи, нужно было ехать, забрать бабушку. Доверенность на сына он не оформлял. При этом он не знал, что сын взял машину, это был единственный раз. Ни он, ни его супруга не писали заявление в полицию о том, что сын самовольно взял автомобиль. Ему известно, что автомобиль – источник повышенной опасности, и что ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, несет собственник. В результате указанного ДТП ему причинен материальный ущерб на сумму около 100 тыс. руб., он также будет просить его возместить. Он имеет специальность автослесарь, работает неофициально на стройке, средний заработок составляет 25000 руб., оплачивает кредит, по 14000 рублей ежемесячно, сын учится на платной основе. В собственности имущества он не имеет, в 2004 году они с супругой заключили брачный договор.

Представитель АО «ГСК «Югория» в судебное заседание не явился, о времени, дате и месте рассмотрения извещен своевременно и надлежащим образом, о причинах неявки суд не известил.

Изучив материалы дела, материал проверки № КУСП № от ДД.ММ.ГГГГ, выслушав явившихся участников процесса, показания свидетелей, заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими частичному удовлетворению, суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 7, 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации жизнь и здоровье человека являются благами, имеющими конституционное значение.

Статьей 46 Конституции РФ, каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. В соответствии со ст. 9 ГК РФ граждане по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им процессуальные права. Это включает в себя и реализацию права на их судебную защиту.

На основании ст. 12 ГПК РФ, правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Согласно абз. 1 п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В соответствии с п.п. 1, 2 ст.1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности.

Положениями п. 2 ст. 209 ГК РФ предусмотрено, что совершение собственником по своему усмотрению в отношении принадлежащего ему имущества любых действий не должно противоречить закону и иным правовым актам и нарушать права и охраняемые законом интересы других лиц.

В силу п. 2 ст. 1083 ГК РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается. Вина потерпевшего не учитывается при возмещении дополнительных расходов (пункт 1 статьи 1085), при возмещении вреда в связи со смертью кормильца (статья 1089), а также при возмещении расходов на погребение (статья 1094).

Согласно п. 3 ст. 1083 ГК РФ, суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

Как следует из материалов дела, и установлено судом, ДД.ММ.ГГГГ примерно в 16 часов 10 минут водитель ФИО2, управляя велосипедом марки «Десна», следовал по правому краю проезжей части <адрес> со стороны <адрес> в направлении <адрес> в <адрес>. Двигаясь в указанном направлении и проезжая участок проезжей: части, расположенный вблизи <адрес> В по <адрес>, не убедившись в безопасности и не приняв мер предосторожности при осуществлении маневра поворота налево допустил столкновение с автомобилем марки «Лада 219010 Лада Гранта», регистрационный знак №, под управлением водителя ФИО3, следовавшего по проезжей части <адрес> со стороны <адрес> в направлении <адрес> в <адрес>.

Заключением судебно-медицинской экспертизы №3614-Э от 28 сентября 2022 года установлено, что в результате дорожно-транспортного происшествия велосипедист ФИО2 получил следующие телесные повреждения: <данные изъяты>, в соответствии с Разделом II и. 6.1.3, ДД.ММ.ГГГГ (Вред здоровью, опасный для жизни человека) «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных Приказом №н от ДД.ММ.ГГГГ, и состоящие в причинной связи с наступлением смерти, которая наступила ДД.ММ.ГГГГ в 02 часа 30 минут в ГБУЗ «Клиническая больница №6 им. Г.А. Захарьина» г. Пензы от тупой сочетанной травмы <данные изъяты>, осложнившейся развитием <данные изъяты>.

Таким образом, в результате данного ДТП водитель велосипеда «Десна» ФИО2 получил телесные повреждения, ДД.ММ.ГГГГ был доставлен в ГБУЗ ГКБСМП им. Г.А. Захарьина, где умер ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается копией свидетельства о смерти от ДД.ММ.ГГГГ II-ИЗ №.

Согласно акту <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ освидетельствования на состояние опьянения и результатам технического средства измерения с результатами 0,000 мг/л состояние алкогольного опьянения ФИО3 не установлено.

При химико-токсилогичеком исследовании крови ФИО2 этилового спирта не обнаружено (справка о результатах крови от ДД.ММ.ГГГГ).

Из выводов заключения автотехнической судебной экспертизы №, 1/350 от ДД.ММ.ГГГГ, выполненной ЭКЦ УМВД России по <адрес> в рамках доследственной проверки КУСП УМВД России по <адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ, следует, что на стадии сближения автомобиль марки «Лада 219010 Лада Гранта», регистрационный знак № rus, двигался вдоль продольной оси дороги прямо, велосипед «Десна» располагался впереди справа, находясь на стадии манёвра левого поворота; перемещение автомобиля непосредственно к месту наезда характеризовалось его движением с незначительным смещением влево, к центру дороги; - место наезда на велосипедиста ФИО2, автомобилем марш «Лада 219010 Лада Гранта», регистрационный знак № ms, относительно направления движения в сторону <адрес> городок определяется в районе центра проезжей части <адрес>, на некотором расстоянии перед началом зоны осыпи размерами 16,6 м х 4,8м; в момент первичного контакта осуществлялось взаимодействие передней части кузова и затем передней левой части кузова автомобиля марки «Лада 219010 Лада Гранта», регистрационный знак № rus, с левой боковой стороной велосипеда и левой стороной тела водителя с образованием объёмных повреждений, продольные оси в момент первичного контакта располагались под углом около 45° градусов; определить координаты места наезда в системе прямоугольных координат не представляется возможным по причине отсутствия следов движения автомобиля и велосипеда к месту наезда, следов от автомобиля и велосипеда в момент контакта; конечная стадия механизма происшествия характеризовалась опрокидыванием велосипеда на полотно дороги в результате динамически приложенной силы, которая действовала на него слева направо, и за счет приданной скорости перемещением до места его конечного расположения, зафиксированного в схеме к протоколу осмотра места происшествия, - от дорожного полотна влево относительно направления его движения на стадии сближения, отбросом тела велосипедиста от автомобиля по направлению его движения вперёд и немного левее с последующим контактом о полотно автодороги; конечная стадия механизма происшествия для автомобиля марки «Лада 219010 Лада Гранта», регистрационный знак № rus, характеризовалась продолжением его движения со смещением от первоначального направления влево и занятием конечного положения на левой стороне проезжей части автодороги, которое зафиксировано на схеме к протоколу осмотра места происшествия. В данной дорожной ситуации, при заданных и принятых исходных данных, водитель ФИО3 при управлении автомобилем марки «Лада 219010 Лада Гранта», регистрационный знак № rus, не располагал технической возможностью предотвратить наезд на велосипедиста ФИО2, путём применения экстренного торможения в заданный момент. В данной дорожной ситуации водитель ФИО3 при управлении автомобиля марки «Лада 219010 Лада Гранта», регистрационный знак № rus, должен был действовать в соответствии с требованиями пункта 10.1 /абзац 2/ Правил дорожного движения РФ. В его действиях какие либо несоответствия требованиям Правил дорожного движения РФ, которые находились бы в причинной связи е фактом события наезда на велосипедиста ФИО2, с технической точки зрения, не усматриваются. В данной дорожной ситуации велосипедист ФИО2 должен был действовать в соответствии с требованиями пунктов 8,1 /абзац 1,2/, 8.2, 8.4, 8.5/абзац 1/ Правил дорожного движения РФ. В его действиях усматриваются несоответствия требованиям данных пунктов Правил дорожного движения РФ, которые, с технической точки зрения, находятся в причинной связи с фактом события данного дорожно-транспортного происшествия.

Из выводов заключения автотехнической судебной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, выполненной ФБУ Пензенская ЛСЭ Минюста России в рамках доследственной проверки КУСП УМВД России по <адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ, следует, что в данной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля «Лада 219010 Лада Гранта», р/з №, ФИО3 должен был действовать, руководствуясь требованиям и. 10.1 абзац 2 ПДД РФ, а велосипедист ФИО2,Г. должен был действовать, руководствуясь п.8.1, п.8.2, п.8.4 и п.8,5 абзац 1 ПДД РФ. Несоответствий в действиях водителя автомобиля «Лада 219010 Лада Гранта», р/з №, ФИО3 требованиям п.10.1 абзац 2 ПДД РФ, которые находились бы в причинной связи с фактом события данного ДТП, при заданных исходных данных не усматривается. При заданных исходных данных с технической точки зрения в причинной связи с фактом события данного ДТП находятся только действия велосипедиста ФИО2, несоответствующие требованиям п.8.1, п.8.2, п.8.4 и п.8.5 абзац 1 ПДД РФ. В данной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля «Лада 219010 Лада Гранта», р/з №, ФИО3 имел преимущественное право на движение. С технической точки зрения действия велосипедиста ФИО2, несоответствующие требованиям п.8.1, п.8.2, п.8.4 и п.8.5 абзац 1 ПДД РФ, при заданных исходных данных создали в данной дорожно-транспортной ситуации одновременно и опасную, и аварийную обстановки. При заданных исходных данных с технической точки зрения причиной события, данного ДТП являются действия велосипедиста ФИО2, несоответствующие требованиям п.8.1, п.8.2, п.8.4 и п.8.5 абзац 1 ПДД РФ.

Постановлением следователя отдела по расследованию ДТП СУ УМВД России по <адрес> ФИО12 от ДД.ММ.ГГГГ в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, отказано по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, то есть в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ.

В момент дорожно-транспортного происшествия автомобиль «Лада 219010 Лада Гранта», регистрационный знак №, принадлежал на праве собственности ФИО4, что подтверждается свидетельством о регистрации транспортного средства, приложением к определению №<адрес> от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно страховому полису № № от ДД.ММ.ГГГГ ответственность собственника ФИО4 на момент ДТП была застрахована в страховой компании АО ГСК «Югория», период страхования с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Договор страхования заключен в отношении ограниченного круга лиц. В качестве лиц, допущенных к управлению транспортным средством, являлся только сам ФИО4

Таким образом, в момент ДТП ФИО3 не имел права на управление вышеуказанным транспортным средством.

Постановлением ИДПС взвода № роты № ОБДПС ГИБДД УМВД России по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.12.37 КоАП РФ, за управление автомобилем «Лада 219010 Лада Гранта», регистрационный знак №, ДД.ММ.ГГГГ ч 16 часов 10 мнут, будучи не вписанным в страховой полис ОСАГО.

Истец ФИО1 являлась супругой умершего ФИО2, что подтверждается свидетельством о заключении брака I-ЖЕ №.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратилась в АО ГСК «Югория» с заявлением о страховом возмещении или прямом возмещении убытков по ОСАГО, составлен акт о страховом случае №, которым принято решение о страховой выплате в счет вреда жизни – 475000 рублей, в счет компенсации расходов на погребение – 25000 рублей.

Судом установлено, что истцу ФИО1 страховая сумма в размере 500000 руб. выплачена в полном объеме, что подтверждается платежным поручением ПАО Сбербанк № от ДД.ММ.ГГГГ, расширенной выпиской ПАО Сбербанк по вкладу от ДД.ММ.ГГГГ.

В настоящее время истцом заявлены требования о взыскании морального вреда к ответчикам ФИО3 и ФИО4

В соответствии с п.1 и 3 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными гл. 59 ГК РФ и ст. 151 ГК РФ. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

На основании абз.2 ст.1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Согласно ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Из разъяснений, изложенных в пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», усматривается, что моральный вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, подлежит компенсации владельцем источника повышенной опасности (статья 1079 ГК РФ).

В пункте 25 указанного постановления разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 постановления).

Согласно пункту 27 постановления тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни. При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.

В пункте 28 постановления разъяснено, что под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

Разрешая спор о компенсации морального вреда, суд в числе иных заслуживающих внимания обстоятельств может учесть тяжелое имущественное положение ответчика-гражданина, подтвержденное представленными в материалы дела доказательствами (например, отсутствие у ответчика заработка вследствие длительной нетрудоспособности или инвалидности, отсутствие у него возможности трудоустроиться, нахождение на его иждивении малолетних детей, детей-инвалидов, нетрудоспособных супруга (супруги) или родителя (родителей), уплата им алиментов на несовершеннолетних или нетрудоспособных совершеннолетних детей либо на иных лиц, которых он обязан по закону содержать). Тяжелое имущественное положение ответчика не может служить основанием для отказа во взыскании компенсации морального вреда (пункт 29 постановления).

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (пункт 30 постановления).

Как разъяснено в пункте 32 постановления, при определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Допрошенная в ходе судебного разбирательства свидетель ФИО13 суду показала, что 11.08 2022 они выезжали с соседом с дачи, буквально сразу услышали железный стук, когда выехали, увидели белую машину, она стояла на встречной полосе и была немного повернута, лежал велосипед. Когда они вышли из машины, увидели молодого человека с женщиной, спросили, нужна ли помощь. Мужчина был еще жив, молодой человек спросил, как с сотового звонить в скорую. Затем подъехал автомобиль Камаз, водитель вызвал скорую помощь. Женщина постоянно говорила молодому человеку звонить кому-то. Молодой человек повторял, что велосипедист был пьяный, он вилял.

Свидетель ФИО14 суду показал, что ДД.ММ.ГГГГ он ехал с дачи, стал выезжать на трассу в военный городок, услышал стук, стояла белая машина, рядом находились водитель и женщина, которая постоянно говорила ему звонить кому – то, велосипедист лежал уже около 10 метров от съезда на дачи. Свидетель подобрал вещи и положил рядом.

Свидетель ФИО15 суду показала, что работает медсестрой в отделении реанимации ГБУЗ «Клиническая больница № им. ФИО11», пострадавший приходится ей дядей. Когда его привезли в больницу, он находился в состоянии комы, была черепно-мозговая травма, сломаны ребра. В реанимации он находился 17 дней. Дядю навещала всё это время только свидетель, чтобы не нанести психологическую травму тете. За время его нахождения там, стороны участников ДТП никто не обращался ни к ней, ни к родственникам. На девятый день после смерти дяди умер брат Олег, остановилось сердце. Когда авария случилась, ему стало хуже по здоровью, он переживал, хотя не говорил об этом, это видно было. Погибший дядя занимался с внуками, племянниками, вредных привычек не имел, заболеваний также, занимался скандинавской ходьбой. От тети в настоящее время они практически не отходят, сейчас ей стало чуть лучше, материальное положение ее изменилось в худшую сторону, дядя получал пенсию. То, что выращивали на даче, продавали, сейчас она этого не делает, дядя подрабатывал.

Свидетель ФИО16 суду пояснил, что погибший приходился ему отцом, ни водитель, ни родственники даже извинения на месте ДТП не принесли, не подходили, не спрашивали, нужна ли помощь, хотя все номера телефонов были у следователя. Отец работал до момента смерти сварщиком, имел награды, вел здоровый образ жизни, зарабатывал 30-35 тыс. руб., его подработка была существенная для семьи, они облагородили дачу, поставили теплицу, покрыли крышу на доме и гараже. Каждый год отец ходил на диспансеризацию от работы, не жаловался никогда. На девятый день после смерти отца умер брат, отказало сердце по заключению врачей, он очень переживал, сердце прихватило уже на месте аварии, когда они приехали, он не придал этому значения, после похорон отца он совсем сдал и в итоге умер.

Свидетель ФИО17 суду показала, что сын ФИО3 живет с ними, учится в Железнодорожном техникуме, успеваемость на «хорошо» и «отлично», староста группы, со всеми всегда уважителен, жалоб не было, всегда везде участвует во всех мероприятиях, помогает ей во всем дома, учится платно, не работает, платит за него супруг, который работает в мебельной компании, у них есть также дочь, ей 33 года, у неё своя семья. У нее (свидетеля) инвалидность, больные суставы, сахарный диабет, гипертония и рак. По обстоятельствам ДТП может пояснить, что ехал велосипедист, всё было нормально, там есть съезд в лес, и он его, как понял свидетель, проехал, пытался, наверное, вернуться, они стали подъезжать, он резко развернулся, они бы просто не успели остановиться. Ехавшие водители вызвали ГИБДД, сын вообще не мог говорить. Водитель был жив. Они интересовались состоянием потерпевшего, приезжали в больницу, где он лежал, знали, что с ним. О смерти узнал, когда, не помнит, с родственниками связаться не пытались, не было телефона, они живут в Заречном. Знали, что нужно возмещать вред, но нужную сумму не собрали, пенсия маленькая, сын учится платно, один отец работает, они заняли денег, чтобы отремонтировать машину, и продали её. Полис ОСАГО на автомобиль имелся, но сын не был вписан в него. Сын управлял автомобилем вынужденно, они поехали на кладбище, там стало плохо родственнице. Опыт вождения у сына с ДД.ММ.ГГГГ.

Оснований не доверять показаниям свидетелей у суда не имеется, иным доказательствам по делу они не противоречат.

Ответчик ФИО3 и его представитель ФИО6 с требованиями истца согласились частично, просили уменьшить размер компенсации морального вреда до 50000 рублей, ответчик ФИО4 с исковыми требования не согласился, указывал на отсутствие нарушения в действиях водителя ФИО3 нарушений требований Правил дорожного движения РФ, повлекших дорожно-транспортное происшествие.

Вместе с тем, учитывая, что в результате ДТП имело место причинение травм ФИО2, в результате которых он скончался, источником повышенной опасности, находившимся под управлением ФИО3 и в собственности ФИО4, суд приходит к выводу о пережитых истцом физических и нравственных страданиях, причиненных ему в результате смерти близкого человека, подлежащих денежной компенсации ответчиком ФИО4, как владельцем источника повышенной опасности, не представившим доказательства того, что данный источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц, в том числе ФИО3

Напротив, в ходе судебного заседания ФИО4 показал, что ключи от принадлежащей ему машины находились у супруги ФИО17, которая, в свою очередь, передала их сыну ФИО3, ответственность которого по ОСАГО не застрахована, о чем свидетелю было достоверно известно, между тем, вместе с сыном она выехала на принадлежащей ее супругу машине вследствие возникшей необходимости. Таким образом, ФИО4 не проявил достаточную степень заботливости и осмотрительности к принадлежащему ему имуществу, которым в результате воспользовался его сын, причинив, при управлении автомобилем, как источником повышенной опасности, травмы потерпевшему ФИО2, приведшие к смерти последнего. С заявлением в полицию о том, что автомобиль выбыл помимо его воли, ФИО4 не обращался.

При определении размера компенсации морального вреда, суд учитывает фактические обстоятельства дела, при которых был причинен моральный вред, то обстоятельство, что сам по себе факт смерти человека не может не причинить его родным, в частности, супруге, прожившей в браке с супругом немногим менее 50 лет, соответствующих нравственных страданий в виде глубоких переживаний, полученного стресса, чувства потери и горя, утраты моральной и материальной поддержки со стороны погибшего супруга, а также, принимая во внимание, что вред в данном случае возмещается независимо от вины причинителя вреда, его возмещение прямо предусмотрено действующим законодательством, грубую неосторожность самого погибшего ФИО2, который, не убедившись в безопасности и не приняв мер предосторожности при осуществлении маневра поворота налево, создал одновременно опасную и аварийную обстановку для водителя ФИО3, лишив своими действиями последнего технической возможности предотвратить данное дорожно-транспортное происшествие путем применения своевременного экстренного торможения, тем самым поставил свою жизнь и здоровье в опасное состояние, имущественное положение ответчика ФИО4, его трудоспособный возраст, отсутствие инвалидности и хронических заболеваний, наличие места работы (неофициального, со слов), востребованной профессии (автослесарь), обязанностей по кредитам, необходимость ухода за супругой, являющейся инвалидом, оплату учебы сыну, принципы разумности и справедливости и полагает подлежащими взысканию с ответчика ФИО4 в пользу истца в качестве компенсации морального вреда денежные средства в размере 450000 рублей. Оснований для дальнейшего снижения размера компенсации морального вреда суд не усматривает.

Истцом также заявлены исковые требования о взыскании расходов на погребение погибшего супруга.

При этом, в силу положений ч. 3 ст. 196 ГПК РФ, суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

Руководствуясь указанной правовой нормой, суд считает необходимым разрешить и дать оценку в решении только тем требованиям, на рассмотрении которых истец настаивал, и от которых он не отказался.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1094 ГК РФ, лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

Перечень необходимых расходов, связанных с погребением, содержатся в Федеральном законе от 12 января 1996 г. № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле».

Согласно статье 3 Федерального закона от 12.01.1996 года № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле» настоящий Федеральный закон определяет погребение как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям; погребение может осуществляться путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу, склеп), огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), воде (захоронение в воду в порядке, определенном нормативными правовыми актами Российской Федерации).

Исходя из положений Федерального закона «О погребении и похоронном деле», а также обычаев и традиций населения России, расходы на достойные похороны (погребение) включают как расходы на оплату ритуальных услуг, оплату медицинских услуг морга, так и расходы на установку памятника и благоустройство могилы.

Вопрос о размере таких расходов должен решаться с учетом необходимости обеспечения достойного отношения к телу умершего (ст. 5 Федерального закона от 12.01.1996 года № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле», ст. 1174 ГК РФ), и с учетом положений ст. 9 Федерального закона «О погребении и похоронном деле», устанавливающей, что к гарантированному перечню услуг по погребению относятся оформление документов, необходимых для погребения, предоставление и доставка гроба и других предметов, необходимых для погребения, иные услуги.

Статями 55, 57 ГПК РФ установлено, что доказательства… могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов. Доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле. Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (статья 67 ГПК РФ).

Истец ФИО1 указала, что сумма понесенных ею расходов не погребение, с учетом отказа от части иска 05.07.2023, складывается из: стоимости ритуальных услуг на сумму 30455 руб., бальзамирования умершего (полостного), облачения тела умершего в похоронную одежду с укладкой в гроб ритуальных принадлежностей, обмера теле умершего на сумму 1850 руб., внутрисосудистого бальзамирование на сумму 3650 руб., поминального обеда в день похорон на сумму 25665,2 руб., установки ограды на сумму 13350 руб., а всего 74970,2 руб.

В подтверждение указанных расходов на похороны ФИО18 истец ФИО1 представила следующие документы (копии – в деле): договор об оказании ритуальных услуг, заключенный с ИП ФИО19, от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 3650 руб.; кассовый чек ИП ФИО19 на сумму 3650 руб.; договор № об оказании платных медицинских услуг, заключенный с ГБУЗ «Областное бюро судебно-медицинской экспертизы» от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 1850 руб.; акт ГБУЗ «Областное бюро судебно-медицинской экспертизы» от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 1850 руб.; кассовый чек ГБУЗ «Областное бюро судебно-медицинской экспертизы» на сумму 1850 руб.; договор № оказания ритуальных услуг от ДД.ММ.ГГГГ с приложением; бланк заказа изделий из металла по индивидуальным размерам от ДД.ММ.ГГГГ; кассовый чек на сумму 30455 руб.; товарный чек ИП ФИО20 № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 30455 руб.; товарный чек ИП ФИО20 № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 13350 руб.; кассовый чек ИП ФИО20 на сумму 13350 руб.; товарный чек от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 49805 руб.; расписка ИП ФИО21 о поминальном обеде от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 25665,20 руб.; кассовый чек ИП ФИО21 на сумму 25665,20 руб.; товарный чек ИП ФИО21 на сумму 25665,20 руб.

Допрошенная в ходе судебного заседания свидетель ФИО22, работающая агентом в ритуальной компании «ЗРК», суду показала, что она от имени ИП ФИО7 заключала договор на оказание ритуальных услуг с ФИО1 В платежных документах относительно оказания услуг по бальзамированию умершего, косметической обработке трупа заказчиком указана она, а не ФИО1, поскольку они родственников не отправляют в морг, этим занимается агент, он везет деньги и вещи, ждет справку о смерти, расписывается за нее, оплачивает, дальше занимается оформлением. Однако денежные средства, которые передавались от имени свидетеля, принадлежали ФИО1 Оказание платных медицинских услуг это часть общего договора, там все прописано. Сумма 6000 руб. – услуги морга, отдельная услуга. Если едут в морг в <адрес>, то там дают чек, они его отдельно оплачивают, а если она едет в областной морг, то везет оттуда чек, и чек идет отдельно, к договору он не будет иметь отношения. В морге также, есть умершие разных размеров, сумма оплаты будет 5500 руб. или 6000 руб., была ли в данном случае сдача, она не помнит. Сумма ограды варьируется от 4000 руб., имеются ограды и стоимостью 27000 руб., зависит от качества.

Перечисленные выше товары и услуги, приобретенные ФИО1 соответствуют сложившимся православным обычаям и традициям в РФ, в частности, в Пензенской области, в соответствии с религиозными убеждениями, цены за указанные услуги и товара не значительно различаются с ценами МУ «Спецбюро» (ответ на запрос № от ДД.ММ.ГГГГ, № от ДД.ММ.ГГГГ), в связи с изложенным произведенные ФИО1 расходы можно отнести к расходам на достойные похороны наследодателя. Суд признает расходы, произведенные ФИО1 на достойные похороны ФИО2, разумными и целесообразными.

Учитывая, что АО ГСК «Югория» выплатило частично истцу сумму расходов на погребение в размере 25000 руб., в указанной части судом принят отказа от иска, с ответчика ФИО4, как владельца источника повышенной опасности, истцу в пользу ФИО1 подлежат взысканию расходы на погребение в сумме 49970,20 руб. (74970,2 руб. – 25000 руб.).

Довод стороны ответчика о том, что из стоимости ущерба должны быть исключены алкогольные напитки, проверялись судом, однако не могут быть приняты во внимание, поскольку в приведенных выше расходах таковые истцом не заявлены.

Таким образом, исковые требования ФИО1 к ФИО4 подлежат частичному удовлетворению, исковые требования ФИО1 к ФИО8 подлежат оставлению без удовлетворения, как заявленные к ненадлежащему ответчику.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО4 удовлетворить частично.

Взыскать со ФИО4 (<данные изъяты>) в пользу ФИО1 (<данные изъяты>) расходы на погребение в размере 49970,2 рублей, компенсацию морального вреда в размере 450 000 руб., отказав в удовлетворении остальной части исковых требований.

Исковые требования ФИО1 к ФИО3 оставить без удовлетворения.

Решение суда может быть обжаловано сторонами в Пензенский областной суд через Железнодорожный районный суд г.Пензы в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий судья Сергеева М.А.

Мотивированное решение изготовлено 26 июля 2023 года.