Судья ЕрчеваА.Ю. Дело № 33-2032/2023

Номер дела в суде первой инстанции № 2-260/2023

УИД 37RS0010-01-2022-003466-79

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

30августа2023 года г. Иваново

Судебная коллегия по гражданским делам Ивановского областного суда в составе:

председательствующего судьи ХрящевойА.А.,

судей АртёменкоЕ.А., К.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем МасюкС.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Артёменко Е.А. дело по апелляционной жалобе Министерства Финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Ивановской области на решение Ленинского районного суда г. Иваново от ДД.ММ.ГГГГ по иску ФИО2 к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда,

установила:

ФИО2 обратилась в суд с иском к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации, в котором просила взыскать с ответчика за счет казны Российской Федерации в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 500000руб., расходы по оплате услуг представителя в сумме 20000руб.

Исковые требования мотивированы тем, что в связи со смертью ДД.ММ.ГГГГ подсудимого по уголовному делу № ФИО7, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного <данные изъяты> (далее также – УК РФ), ДД.ММ.ГГГГ Фрунзенским районным судом г. Иваново истец привлечена к участию в деле для защиты его достоинства и доброго имени в качестве законного представителя умершего подсудимого. Вступившим в законную силу приговором Фрунзенского районного суда г.Иваново от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 признан невиновным и оправдан в связи с отсутствием в его действиях состава преступления на основании пункта 3 части 1 статьи 302 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец лично и через своего представителя участвовала в судебных заседаниях судов первой и апелляционной инстанций. ФИО8 обвинялся в <данные изъяты>. По делу проведено большое количество судебных экспертиз, допрошено много специалистов в области медицины, свидетелей. Соболезнуя родным <данные изъяты>, истец длительное время была вынуждена доказывать невиновность своего супруга путем активного участия в судебных заседаниях, заявления ходатайств, возражений. Судебный процесс активно освещался в средствах массовой информации, где супруг истца назывался виновным в <данные изъяты>. В судебных заседаниях присутствовали журналисты не только местных средств массовой информации, но и федеральных каналов, на которых транслировались их телерепортажи. Все знакомые и родственники семьи истца знали о привлечении ФИО1 к уголовной ответственности. Все это время истец находилась в состоянии стресса, что отразилось на ее здоровье, у нее <данные изъяты>. Фактом привлечения ФИО1 к уголовной ответственности нарушены личные неимущественные права – достоинство и доброе имя <данные изъяты>, а также достоинство и доброе имя членов его семьи, в том числе истца, как представителя <данные изъяты>. С ДД.ММ.ГГГГ до смерти ФИО1 истец состояла с ним в зарегистрированном браке. Истец и ФИО9 знакомы с ДД.ММ.ГГГГ года, вместе проходили обучение в высшем учебном заведении, работали в медсанотделе № <адрес>, ставшем впоследствии ГУЗ «Краевая больница № 4», которое обслуживало жителей города, которые работали на урановых родниках. ФИО1 был единственным инфекционистом на несколько районов области. Истец работала <данные изъяты>. В ДД.ММ.ГГГГ году истец и ФИО1 вместе вернулись в <адрес>, помогали детям растить <данные изъяты> внуков. Старшая дочь воспитывает <данные изъяты> сыновей без мужа. Семья истца занимались садоводством. Супруг выполнял физическую работу, ремонтировал технику, являлся опорой для истца. Указом Президента Российской Федерации «О награждении государственными наградами Российской Федерации» от 21июня2020года № 407 за особые трудовые заслуги, самоотверженность и высокий профессионализм, проявленные в борьбе с коронавирусной инфекцией (COVID-19) ФИО1 награжден орденом Пирогова. Предварительное следствие по уголовному делу длилось с ДД.ММ.ГГГГ более <данные изъяты> месяцев. ДД.ММ.ГГГГ ФИО10 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного <данные изъяты>, в тот же день избрана мера пресечения в виде <данные изъяты>, ДД.ММ.ГГГГ обвинение перепредъявлено по той же статье. Супруг истца сильно переживал из-за чрезвычайного происшествия в больнице – <данные изъяты>, а также из-за незаконного привлечения его к уголовной ответственности при отсутствии на то каких-либо оснований. Истец связывает смерть супруга с его незаконным привлечением в качестве обвиняемого, а затем подсудимого. Истец, зная супруга много лет, долгие годы, работая вместе с ним, не сомневалась в его компетенции и невиновности в связи с чем, не согласилась с прекращением уголовного дела в связи со <данные изъяты>, а решила отстаивать его честь и доброе имя. Приговором Фрунзенского районного суда г. Иваново от ДД.ММ.ГГГГ за истцом признано право на реабилитацию и возмещение вреда, связанного с незаконным уголовным преследованием. Размер морального вреда, причиненного, как законному представителю умершего оправданного, истец оценивает в 500000руб. Кроме того, в связи с рассмотрением гражданского дела истец понесла судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 20000руб.

Решением Ленинского районного суда г. Иваново от ДД.ММ.ГГГГ иск ФИО11 удовлетворен частично, с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу истца взыскана компенсация морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием ее супруга ФИО1, как представителя, в размере 200000руб., судебные расходы по оплате услуг представителя в размере 15000руб.

С решением суда не согласился ответчик Минфин России, в апелляционной жалобе, ссылаясь на несоответствие выводов суда, изложенных в решении, обстоятельствам дела, нарушение и неправильное применение норм материального права, просит решение суда отменить и принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции истец ФИО12 не явилась, о времени и месте слушания дела извещена надлежащим образом в порядке главы 10 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь частью 3 статьи 167, частью 1 статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия сочла возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившегося истца, в пределах доводов апелляционной жалобы в соответствии с требованиями частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее также – ГПК РФ).

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика Российской Федерации в лице Министерства Финансов Российской Федерации ФИО13 апелляционную жалобу поддержала по изложенным в ней доводам; представитель Прокуратуры Ивановской области ФИО14 полагала апелляционную жалобу обоснованной и подлежащей удовлетворению.

Представитель истца адвокат ФИО15 полагала решение суда законным и обоснованным, просила решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. В письменных возражениях представитель истца указала, что приговором суда за истцом признано право на реабилитацию, которое связано с тем, что ФИО16 лично была привлечена к участию в уголовном деле в качестве законного представителя умершего подсудимого и лично участвовала в судебных заседаниях.

Проверив законность и обоснованность решения суда, исходя из изложенных в апелляционной жалобе доводов, изучив материалы дела, обсудив доводы жалобы, возражений на нее судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 330 ГПК РФ основаниями для отмены решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Из материалов дела следует и судом установлено, что ФИО17 и ФИО18 состояли в зарегистрированном браке с ДД.ММ.ГГГГ (<данные изъяты>).

Указом Президента Российской Федерации «О награждении государственными наградами Российской Федерации» от ДД.ММ.ГГГГ № за особые трудовые заслуги, самоотверженность и высокий профессионализм, проявленные в борьбе с коронавирусной инфекцией (COVID-19) ФИО1 награжден орденом Пирогова (<данные изъяты>).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО19 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного <данные изъяты>, и в тот же день избрана мера пресечения в виде <данные изъяты>. После поступления уголовного дела в суд ДД.ММ.ГГГГ, ФИО20 умер (дата смерти ДД.ММ.ГГГГ (<данные изъяты>)).

ФИО21 была привлечена к участию в уголовном деле в качестве представителя умершего подсудимого, принимала участие в судебных заседаниях при рассмотрении уголовного дела в суде первой и апелляционной инстанции, что следует из приговора суда, апелляционного постановления (<данные изъяты>).

Приговором Фрунзенского районного суда г. Иваново от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 признан невиновным и оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного <данные изъяты>, в связи с <данные изъяты> (<данные изъяты>).

Апелляционным постановлением Ивановского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ приговор Фрунзенского районного суда г. Иваново в отношении ФИО1 оставлен без изменения (<данные изъяты>).

Кассационным постановлением Второго кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ приговор Фрунзенского районного суда г. Иваново от ДД.ММ.ГГГГ и апелляционное постановление Ивановского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 оставлены без изменения (<данные изъяты>).

Согласно приговору суда за ФИО23 признано право на реабилитацию ФИО24. и возмещение вреда, связанного с незаконным уголовным преследованием.

Судебный процесс освещался в средствах массовой информации, в подтверждение чего истцом в материалы дела представлены скриншоты публикаций в средствах массовой информации о <данные изъяты> (<данные изъяты>).

По утверждению истца, незаконное уголовное преследование ее супруга привело к нарушению ее личных неимущественных благ, в том числе права на личную и семейную жизнь, права на проживание с ним семьей, получение заботы и внимания от него, причинило ей нравственные и физические страдания, умалило ее честь и достоинство.

Разрешая спор, суд первой инстанции руководствовался положениями статей 8, 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, статьи 53 Конституции Российской Федерации, статей 150-151, 1070-1071 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее - УПК РФ), разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15ноября2022года № 33 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29ноября2011года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» и пришел к выводу, что самим фактом незаконного уголовного преследования ФИО25. истцу причинен моральный вред, определив размер компенсации морального вреда в размере 200000руб. исходя из обстоятельств привлечения супруга к уголовной ответственности, степени физических и нравственных страданий истца, требований разумности и справедливости, что явилось основанием для частичного удовлетворения исковых требований.

В апелляционной жалобе ответчик указывает, что право на компенсацию морального вреда, причиненного в результате незаконного уголовного преследования, принадлежит только реабилитированным лицам, родственники реабилитированных не имеют право на такую компенсацию, в связи с чем суд незаконно распространил на нее действие пункта 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, взыскав компенсацию морального вреда вне зависимости от вины причинителя вреда.

Суд апелляционной инстанции полагает заслуживающими внимания доводы апелляционной жалобы.

Согласно пункту 1 статьи 195 ГПК РФ решение суда должно быть законным и обоснованным.

В пунктах 2, 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19декабря2003года № 23 «О судебном решении» разъяснено, что решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 ГПК РФ).

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59-61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Судебная коллегия полагает, что указанным требованиям решение суда не соответствует.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: 1) вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности; 2) вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ; 3) вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию; 4) в иных случаях, предусмотренных законом.

Из искового заявления следует, что ФИО26 обратилась в суд с требованиями о взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате уголовного преследования, связывая свои страдания с фактом незаконного привлечения своего супруга ФИО27 к уголовной ответственности.

Таким образом, требования о компенсации морального были заявлены истцом в соответствии с нормами, предусматривающими право на реабилитацию. Иных оснований для взыскания компенсации морального вреда ФИО28 в исковом заявлении не приведено.

В соответствии с частью 1 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют: 1) подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор; 2) подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения; 3) подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 настоящего кодекса; 4) осужденный - в случаях полной или частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 части первой статьи 27 настоящего кодекса; 5) лицо, к которому были применены принудительные меры медицинского характера, - в случае отмены незаконного или необоснованного постановления суда о применении данной меры (часть 2 статьи 133 УПК РФ).

Право на возмещение вреда в порядке, установленном главой 18 УПК РФ, имеет также любое лицо, незаконно подвергнутое мерам процессуального принуждения в ходе производства по уголовному делу (часть 3 статьи 133 УПК РФ).

Согласно разъяснениям пункта 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29ноября2011года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» физические лица, не указанные в части 2 статьи 133 УПК РФ, незаконно подвергнутые в ходе производства по уголовному делу мерам процессуального принуждения, а также юридические лица, которым незаконными действиями (бездействием) и решениями суда, прокурора, следователя, дознавателя, органа дознания в ходе производства по уголовному делу причинен вред (например, вследствие незаконного наложения ареста на имущество юридического лица), не отнесены уголовно-процессуальным законом к кругу лиц, имеющих право на реабилитацию. Однако в случае причинения вреда указанным лицам они имеют право на его возмещение в порядке, предусмотренном главой 18 УПК РФ (часть 3 статьи 133 УПК РФ, статья 139 УПК РФ).

Лица, не имеющие права на реабилитацию и на возмещение вреда на основании части 3 статьи 133 УПК РФ, в случае причинения им вреда дознавателем, следователем, прокурором или судом в соответствии с частью 5 статьи 133 УПК РФ имеют право на его возмещение в порядке гражданского судопроизводства (например, в случае причинения вреда при проведении оперативно-розыскных мероприятий до возбуждения уголовного дела; в случае причинения вреда лицам, к которым при производстве по уголовному делу непосредственно меры процессуального принуждения не применялись (п. 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29ноября2011года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве»).

Из положении статей 135 и 138 УПК РФ следует, что возмещение имущественного вреда и восстановление трудовых, пенсионных, жилищных и иных прав реабилитированного производится в уголовно-процессуальном порядке.

В соответствии с частью 2 статьи 136 УПК РФ иски о компенсации за причиненный моральный вред в денежном выражении предъявляются в порядке гражданского судопроизводства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Суд первой инстанции правильно указал, что реабилитация умершего лица не предусматривает право на компенсацию морального вреда родственникам реабилитированного, тем не менее распространил на ФИО29 положения пункта 1 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации. Других правовых оснований для взыскания в ее пользу компенсации морального вреда в решении суда не приведено.

Между тем, в отношении ФИО30 допущенной в качестве законного представителя умершего подсудимого, уголовное преследование не осуществлялось, статус подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления не присваивался, она не подвергалась мерам процессуального принуждения, в связи с чем оснований для взыскания в ее пользу с Министерства финансов Российской Федерации за счет сред казны Российской Федерации компенсации морального вреда на основании ст.1070 Гражданского кодекса Российской Федерации не имелось.

Указание суда на то, что незаконность действий (бездействия) органов следствия, прокуратуры и суда подтверждается незаконностью уголовного преследования супруга истца, установленной вступившим в законную силу оправдательным приговором суда, правового значения для разрешения требований о взыскании компенсации морального вреда в порядке пункта 1 статьи 1070 ГК РФ не имеет.

Как разъяснено в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении», суд принимает решение только по заявленным истцом требованиям. Выйти за пределы заявленных требований (разрешить требование, которое не заявлено, удовлетворить требование истца в большем размере, чем оно было заявлено) суд имеет право лишь в случаях, прямо предусмотренных федеральными законами. Заявленные требования рассматриваются и разрешаются по основаниям, указанным истцом, а также по обстоятельствам, вынесенным судом на обсуждение в соответствии с частью 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Таким образом, суд не вправе самостоятельно изменять предмет или основание иска.

Такого основания иска как незаконность действий (бездействия) органов следствия, прокуратуры и суда исковое заявление М. не содержит, что свидетельствует о том, что суд при вынесении решения фактически изменил основание ее иска, применив к разрешению спора положения пункта 1 статьи 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, которые предполагают не только иной субъектный состав лиц, участвующих в деле, но и установление состава гражданского правонарушения, включающего в себя наличие вреда, противоправное поведение причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом и вину причинителя вреда.

При таких обстоятельствах, решение суда подлежит отмене, как принятое с нарушением норм материального и процессуального права, с вынесением нового решения об отказе в иске ФИО31 о взыскании компенсации морального вреда.

Ссылки представителя истца адвоката ФИО32 на то, что приговором суда за истцом признано право на реабилитацию, подлежат отклонению. Как следует из содержания самого приговора, за ней признано право на реабилитацию ФИО33 и возмещение вреда, связанного с его незаконным уголовным преследованием, т.е. право на восстановление прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 июня 2021 года № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции», в случае изменения судом апелляционной инстанции судебного постановления суда первой инстанции, а также в случае его отмены и принятия нового судебного постановления суд апелляционной инстанции изменяет или отменяет решение суда первой инстанции о распределении судебных расходов.

Учитывая, что новым судебным постановлением суда апелляционной инстанции в иске ФИО34 к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда отказано, в силу статьи 100 ГПК РФ решение суда первой инстанции в части взыскания судебных расходов в сумме 15000руб., понесенных истцом в связи с рассмотрением настоящего гражданского дела в суде первой инстанции, также подлежит отмене.

На основании изложенного, руководствуясь статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия,

определила:

решение Ленинского районного суда г. Иваново от ДД.ММ.ГГГГ – отменить.

Принять по делу новое решение.

В иске ФИО2 к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда – отказать.

Председательствующий

Судьи

Апелляционное определение в окончательной форме принято ДД.ММ.ГГГГ