дело № 2-304/2025
УИД 75RS0015-01-2025-000188-16
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
г. Краснокаменск 30 мая 2025 года
Краснокаменский городской суд Забайкальского края в составе:
председательствующего судьи Пахатинского Э.В.,
при секретаре Эповой Е.В.
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 ФИО9 к Кузьмину ФИО10 о возмещении вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратилась в суд с названным иском ссылаясь на то, что ДД.ММ.ГГГГ по заявлению Кузьмина Ю.С. мировым судьёй судебного участка № Краснокаменского судебного района Забайкальского края возбуждено уголовное дело в отношении неё по ч. 1 ст. 128.1 УК РФ. Приговором мирового судьи судебного участка № Краснокаменского судебного района Забайкальского края от ДД.ММ.ГГГГ, вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 оправдана по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 УК РФ на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, в связи с отсутствием состава преступления. В период незаконного уголовного преследования нарушались конституционные права истицы на защиту своей чести и доброго имени. Незаконное привлечение к уголовной ответственности отразилось на её психическом и физическом состоянии здоровья (чувство стыда и унижения перед коллегами). Ссылаясь на положения ст. ст. 151, 1064, 1099 ГК РФ, ст. 28 Конституции РФ, истица иросит суд взыскать с ответчика Кузьмина Ю.С. компенсацию морального вреда в сумме <данные изъяты> рублей и судебные расходы, связанные с услугами адвоката в сумме <данные изъяты> рублей.
Истица ФИО1 о времени и месте рассмотрения дела уведомлена надлежащим образом и своевременно, в судебное заседание не явилась.
Ответчик Кузьмин Ю.С. в судебном заседании исковые требования не признал, суду пояснил, что действовал добросовестно, обращался в суд с заявлением частного обвинения с целью защиты своих нарушенных прав. Считает, что никаких страданий ФИО1 не причинил. При обращении в порядке частного обвинения он хотел доказать, что распространённые истицей сведения являются ложными. Просил суд в удовлетворении иска отказать.
Представитель ответчика Кузьмина Ю.С. - адвокат Максимов Д.Г., действующий на основании ордера, в судебном заседании исковые требования не признал, суду пояснил, что истицей не представлено доказательств об умысле Кузьмина Ю.С. на причинение вреда, полагал заявленные требования необоснованными, нарушающими права ответчика, судебные расходы, связанные с услугами адвоката не соответствующими принципам разумности и соразмерности. Просил суд в удовлетворении иска отказать.
Исследовав материалы дела, выслушав пояснения ответчика и его представителя, проверив приведенные ими доводы, суд приходит к следующему выводу.
В соответствии с п. 5 ст. 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, каждый, кто стал жертвой неосновательного привлечения к уголовной ответственности, имеет право на компенсацию. Данная Конвенция в силу ч. 4 ст. 15 Конституции РФ, является составной частью правовой системы Российской Федерации.
Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют: 1) подсудимый, в отношении которого вынесен оправдательный приговор; 2) подсудимый, уголовное преследование в отношении которого прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения; 3) подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 настоящего Кодекса; 4) осужденный – в случаях полной или частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 части первой статьи 27 настоящего Кодекса; 5) лицо, к которому были применены принудительные меры медицинского характера, – в случае отмены незаконного или необоснованного постановления суда о применении данной меры (ч. 2 ст. 133 УПК РФ).
Как установлено судом и следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 обратился к мировому судье судебного участка № Краснокаменского судебного района Забайкальского края с заявлением о привлечении к уголовной ответственности ФИО1 за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 УК РФ.
Определением и.о. мирового судьи судебного участка № Краснокаменского судебного района Забайкальского края от ДД.ММ.ГГГГ заявление Кузьмина Ю.С. принято к производству.
Приговором мирового судьи судебного участка № Краснокаменского судебного района Забайкальского края от ДД.ММ.ГГГГ, вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 оправдана по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 128.1 УК РФ на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ, в связи с отсутствием состава преступления (л.д. 17-20, 21-25).
Кассационным определением Восьмого кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ кассационная жалоба Кузьмина Ю.С. на приговор мирового судьи судебного участка № Краснокаменского судебного района Забайкальского края от ДД.ММ.ГГГГ и апелляционное постановление Краснокаменского городского суда Забайкальского края от ДД.ММ.ГГГГ оставлена без удовлетворения.
Обращаясь в суд с настоящим иском, ФИО1 ссылается на причинение ей имущественного и морального вреда в результате незаконного уголовного преследования по делу частного обвинения, возбужденному по заявлению ответчика Кузьмина Ю.С. и наличием у неё права на реабилитацию.
Частью 1 ст. 133 УПК РФ предусмотрено, что право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.
Согласно разъяснениям, изложенным в п. 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве", право на реабилитацию при постановлении оправдательного приговора либо прекращении уголовного дела по основаниям, указанным в части 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, имеют лица не только по делам публичного и частно-публичного обвинения, но и по делам частного обвинения.
Ввиду того, что уголовное преследование по уголовным делам частного обвинения (за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 части 1 и частью 4 статьи 147 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации) возбуждается частным обвинителем и прекращение дела либо постановление по делу оправдательного приговора судом первой инстанции не является следствием незаконных действий со стороны государства, правила о реабилитации на лиц, в отношении которых вынесены такие решения, не распространяются.
Специфика правовой природы дел частного обвинения, уголовное преследование по которым осуществляется частным обвинителем, ограничивает применение к ним положений главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. Вынесение мировым судьей оправдательного приговора в отношении подсудимого по такому делу не порождает обязанность государства возместить причиненный ему вред (если он не был причинен иными незаконными действиями или решениями судьи), поскольку причинителем вреда в данном случае является частный обвинитель, выдвинувший необоснованное обвинение (пункт 5).
В силу ч. 9 ст. 132 УПК РФ при оправдании подсудимого по уголовному делу частного обвинения суд вправе взыскать процессуальные издержки полностью или частично с лица, по жалобе которого было начато производство по данному уголовному делу. При прекращении уголовного дела в связи с примирением сторон процессуальные издержки взыскиваются с одной или обеих сторон.
При этом в статье 131 названного Кодекса расходы лица, в отношении которого имело место обращение в порядке частного обвинения, на юридическую помощь и специалиста в качестве судебных издержек не указаны.
Вместе с тем Конституционный Суд Российской Федерации в определении от ДД.ММ.ГГГГ №-О «По жалобе гражданина ФИО3 на нарушение его конституционных прав пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации» подчеркнул, что отсутствие в уголовно-процессуальном законодательстве прямого указания на возмещение вреда за счет средств частного обвинителя и независимо от его вины не может расцениваться как свидетельство отсутствия у государства обязанности содействовать реабилитированному лицу в защите его прав и законных интересов, затронутых необоснованным уголовным преследованием.
В названном определении указано, что в системе действующего правового регулирования, в том числе в нормативном единстве со статьей 131 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, расходы на оплату услуг представителя могут расцениваться как вред, причиненный лицу в результате его необоснованного уголовного преследования по смыслу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.
В соответствии со ст. 15 ГПК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1).
Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2).
Общие основания ответственности за вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, устанавливаются статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Согласно конституционно-правовой позиции, изложенной в определении Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-О, обращение к мировому судье с заявлением о привлечении лица к уголовной ответственности в порядке частного обвинения само по себе не может быть признано незаконным лишь на том основании, что в ходе судебного разбирательства предъявленное обвинение не нашло своего подтверждения. В противном случае ставилось бы под сомнение конституционное право каждого на судебную защиту, выступающее, как неоднократно подчеркивал Конституционный Суд Российской Федерации, гарантией всех других прав и свобод человека и гражданина, в том числе права на защиту своей чести и доброго имени, гарантированного статьей 23 Конституции Российской Федерации.
Недоказанность обвинения какого-либо лица в совершении преступления, по смыслу части 1 статьи 49 Конституции Российской Федерации, влечет его полную реабилитацию и восстановление всех его прав, ограниченных в результате уголовного преследования, включая возмещение расходов, понесенных в связи с данным преследованием. Взыскание в пользу реабилитированного лица расходов, понесенных им в связи с привлечением к участию в уголовном деле, со стороны обвинения, допустившей необоснованное уголовное преследование подсудимого, является неблагоприятным последствием ее деятельности. При этом, однако, возложение на частного обвинителя обязанности возместить лицу, которое было им обвинено в совершении преступления и чья вина не была доказана в ходе судебного разбирательства, понесенные им вследствие этого расходы не может расцениваться как признание частного обвинителя виновным в таких преступлениях, как клевета или заведомо ложный донос. Принятие решения о возложении на лицо обязанности возместить расходы, понесенные в результате его действий другими лицами, отличается от признания его виновным в совершении преступления как по основаниям и порядку принятия решений, так и по их правовым последствиям и не предопределяет последнего (определение Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-О).
Соответственно, частный обвинитель не освобождается от обязанности возмещения оправданному лицу как понесенных им судебных издержек, так и причиненного ему необоснованным уголовным преследованием имущественного вреда (в том числе расходов на адвоката), а также компенсации морального вреда. Что же касается вопроса о необходимости учета его вины при разрешении судом спора о компенсации вреда, причиненного необоснованным уголовным преследованием, то, как указал Конституционный Суд Российской Федерации в определении от ДД.ММ.ГГГГ №-О-О, реализация потерпевшим его процессуальных прав по делам частного обвинения не является основанием для постановки его в равные правовые условия с государством в части возмещения вреда в полном объеме и независимо от наличия его вины.
Статью 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, не исключающую обязанность частного обвинителя возместить оправданному лицу понесенные им судебные издержки и компенсировать имущественный и моральный вред, следует трактовать в контексте общих начал гражданского законодательства, к числу которых относится принцип добросовестности: согласно статье 1 указанного Кодекса при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно (пункт 3); никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 1). Иными словами, истолкование статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации в системе действующего правового регулирования предполагает возможность полного либо частичного возмещения частным обвинителем вреда в зависимости от фактических обстоятельств дела, свидетельствующих о добросовестном заблуждении или же, напротив, о злонамеренности, имевшей место в его действиях, а также с учетом требований разумной достаточности и справедливости.
Положения гражданского права, действующие в неразрывном системном единстве с конституционными предписаниями, в том числе со статьей 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц и которая в силу статьи 15 (часть 1) Конституции Российской Федерации, как норма прямого действия, подлежит применению судами при рассмотрении ими гражданских и уголовных дел, позволяют суду при рассмотрении каждого конкретного дела достигать такого баланса интересов, при котором равному признанию и защите подлежит как право одного лица, выступающего в роли частного обвинителя, на обращение в суд с целью защиты от преступления, так и право другого лица, выступающего в роли обвиняемого, на возмещение ущерба, причиненного ему в результате необоснованного уголовного преследования (пункт 3) (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-О).
Из изложенного следует, что реабилитированное лицо имеет право на возмещение понесенных в связи с производством по уголовному делу расходов с лица, по заявлению которого начато производство по уголовному делу, и в возмещении ему таких расходов не может быть отказано полностью только на том основании, что ответчик своим правом не злоупотреблял. Такие фактические обстоятельства дела, свидетельствующие о добросовестном заблуждении частного обвинителя или о злоупотреблении им правом, могут быть приняты во внимание при определении размера подлежащих возмещению расходов, но не могут выступать в качестве критерия обоснованности либо необоснованности заявленных требований.
Иное привело бы к невозможности реализации права реабилитированного лица на компенсацию причиненных убытков, что не было учтено судом первой инстанции (аналогичная правовая позиция изложена в определениях Верховного суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-КГ22-2-К2, от ДД.ММ.ГГГГ №-КГ23-1-К2, от ДД.ММ.ГГГГ №-КГ24-1-К9).
Вместе с тем неподтверждение в ходе судебного разбирательства предъявленного обвинения само по себе не является достаточным основанием для признания незаконным обращения к мировому судье с заявлением о привлечении лица к уголовной ответственности в порядке частного обвинения и, как следствие, для принятия решения о взыскании процессуальных издержек с частного обвинителя в полном объеме.
Разрешая данный вопрос, необходимо учитывать, в частности, фактические обстоятельства дела, свидетельствующие о добросовестном заблуждении частного обвинителя либо, напротив, о злоупотреблении им правом на осуществление уголовного преследования другого лица в порядке частного обвинения.
Уголовное преследование впоследствии оправданного подсудимого по уголовному делу частного обвинения не может быть основанием для взыскания с частного обвинителя убытков в виде расходов на оплату услуг представителя обвиняемого без исследования и установления юридически значимых обстоятельств, связанных со злоупотреблением правом на осуществление уголовного преследования другого лица в порядке частного обвинения или добросовестным заблуждением.
При этом требования о компенсации морального вреда, причиненного необоснованным предъявлением частного обвинения в совершении уголовного преступления, в тех случаях, когда должностными лицами органов предварительного следствия и дознания уголовное дело не возбуждалось, обвинение не предъявлялось и обвинительный приговор судом не выносился, подлежат разрешению в порядке гражданского судопроизводства на основании норм Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом того, что причинителем вреда является не государственный орган или должностное лицо, а частный обвинитель.
Пунктом 1 ст. 1099 ГК РФ установлено, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 этого же кодекса.
В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Из п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» следует, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.
Степень и характер физических и нравственных страданий, как следует из вышеназванных норм, должны приниматься во взаимосвязи с рядом других обстоятельств. Так законодатель приписывает учитывать степень страданий, связанных с индивидуальными особенностями потерпевшего.
В соответствии со ст. 151 ч. 2 ГК РФ при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства, в также степень физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред. Также судом должны учитываться требования разумности и справедливости.
В силу ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда (п. 1).
Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (п. 2).
В соответствии с ч. 1 ст. 45 Конституции РФ каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом.
Статья 22 УПК РФ предусматривает право лица выдвигать и поддерживать обвинение по уголовным делам частного обвинения в установленном данным Кодексом порядке.
В отличие от уголовного преследования, осуществляемого в публичном и частно-публичном порядке (части 1, 3, 5 статьи 20 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации), привлечение к уголовной ответственности по делам частного обвинения, за исключением случаев, предусмотренных частью 4 статьи 20 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, является следствием обращения частного обвинителя в суд с заявлением о привлечении к уголовной ответственности конкретного лица.
Такое обращение является одной из форм реализации конституционного права граждан на обращение в государственные органы (статья 33 Конституции Российской Федерации) и конституционного права каждого на судебную защиту (часть 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации).
При этом в отличие от органов дознания, предварительного следствия и государственного обвинения на частного обвинителя не возлагается юридическая обязанность по установлению события преступления и изобличению лица или лиц, виновных в совершении преступления (часть 2 статьи 21 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации).
На основании пункта 3 статьи 1083 ГК РФ суд вправе уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.
Разрешая заявленные требования на основании вышеизложенных норм материального права, оценив представленные доказательства в их совокупности по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд учитывает то, что возможность обращения к мировому судье с заявлением в порядке частного обвинения предусмотрена законом. Использование данного способа защиты права ответчиком не является противоправным, так как, направляя мировому судье в порядке частного обвинения заявление, Кузьмин Ю.С. реализовал свое конституционное право на обращение в органы, которые в силу закона обязаны разрешать такие заявления, имел намерения защитить свои интересы, не преследовал цели необоснованного привлечения истца к уголовной ответственности и не имел намерений причинить вред ФИО1, данные, свидетельствующие о злоупотреблении ответчиком предусмотренным ст. 22 УПК РФ правом на обращение в суд с заявлением в порядке частного обвинения, а также об изложении им в заявлении заведомо ложных сведений, данных с целью причинить истцу какой-либо вред, отсутствуют.
Как разъяснено в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права.
Под нравственными страданиями, в частности понимаются страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека, переживания в связи с утратой родственников (п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).
Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (п. 26 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).
Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред; характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда, а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).
Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежных средствах и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого возмещения за перенесенные нравственные страдания.
Определяя размер компенсации морального вреда, исходя из длительности уголовного преследования, характера, предъявленного истице обвинения, отсутствия достаточных и достоверных доказательств того, что уголовное преследование повлекло болезненное её состояние, ухудшение условий жизни, в том числе изменение отношения к ней друзей и коллег по работе, учитывая фактические обстоятельства дела и представленные доказательства, характер причиненных истице физических и нравственных страданий, добросовестное заблуждение ответчика Кузьмина Ю.С. при реализации им своего конституционного права на обращение в государственные органы и судебную защиту, возраст, состояние здоровья, а также требований разумности и справедливости, суд считает заявленный истицей размер компенсации чрезмерно завышенным и считает необходимым взыскать компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> рублей.
Требования о взыскании судебных расходов, связанных с услугами адвоката подлежат частичному удовлетворению исходя из следующего.
Применительно к ст. 1064 ГК РФ на истце лежит обязанность доказать, что им понесены расходы на адвоката по уголовному делу, размер этих расходов, а также то, что имеется причинно-следственная связь между понесенными истцом расходами и действиями частного обвинителя Кузьмина Ю.С., вина которого в причинении ущерба предполагается. С другой стороны на ответчике лежит обязанность доказать отсутствие своей вины и наличие обстоятельств, которые закон связывает с уменьшением или освобождением от ответственности.
В п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.
Согласно представленной квитанции № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 при рассмотрении уголовного дела понесла расходы на оплату услуг адвоката в размере <данные изъяты> рублей (л.д. 26).
Из материалов уголовного дела усматривается, что в суде первой инстанции по делу состоялось 9 судебных заседаний, из которых 3 судебных заседаний были отложены по причине неявки обвиняемого, 1 судебное заседание отложено, в связи с не явкой всех участников процесса, и 2 судебных заседания были непродолжительное время – менее 30 минут. В суде апелляционной инстанции состоялось 2 судебных заседаний, одно их которых откладывалось по причине извещение сторон менее чем за 7 суток до начала судебного заседания. В суде кассационной инстанции состоялось 1 судебное заседание.
Принимая во внимание представленные истицей доказательства в обоснование размера понесенных убытков в виде расходов на оплату услуг адвокатов, количество судебных заседаний по уголовному делу, в которых принимали участие адвокаты, причины отложения рассмотрения дела, даты судебных заседаний, в которых принимал участие лично истец, как подсудимый по делу частного обвинения, учитывая, что ответчик Кузьмин Ю.С. добросовестно заблуждался при обвинении ФИО1 и реализовывал свое конституционное право на обращение в государственные органы и судебную защиту, с учетом требований разумности и справедливости, а также материального положения ответчика, суд полагает возможным снизить заявленный размер ущерба и определить размер имущественного вреда, подлежащий возмещению в сумме <данные изъяты> рублей.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Иск удовлетворить частично.
Взыскать с Кузьмина ФИО11 (паспорт №), в пользу ФИО1 ФИО12 паспорт (№) компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> рублей, судебные расходы в сумме <данные изъяты> рублей 00 копеек, всего <данные изъяты> рублей.
В удовлетворении остальной части иска отказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Забайкальский краевой суд через Краснокаменский городской суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.
Судья Э.В. Пахатинский