ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Самара 9 августа 2023 года

Кировский районный суд г. Самара в составе председательствующего судьи Ерух О.А.,

с участием государственного обвинителя Теплых О.Н.,

подсудимого ФИО1,

защитника – адвоката Матюнина О.Ю., предъявившего удостоверение и ордер,

при секретаре судебного заседания Цепковой В.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела № 1-550/2023 в отношении

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес>, гражданина РФ, со средним специальным образованием, не состоящего в зарегистрированном браке, работающего неофициально <адрес> зарегистрированного и проживающего по адресу: <адрес>, судимого,

обвиняемого в совершении 7 преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 187 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

Органами предварительного следствия ФИО1 обвиняется в совершении 7 преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 187 УК РФ, - неправомерном обороте средств платежей, то есть приобретении, хранении в целях сбыта, сбыт электронных средств, электронных носителей информации, предназначенных для неправомерного осуществления приема, выдачи, перевода денежных средств, при обстоятельствах, подробно изложенных в обвинительном заключении.

В подготовительной части судебного заседания государственным обвинителем заявлено ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, поскольку по делу необходимо выполнить следственные и процессуальные действия, в том числе направленные на выяснение имеющих существенное значение для дела обстоятельств, свидетельствующих о наличии у ФИО1 преступного умысла, являющегося обязательным признаком субъективной стороны инкриминируемых ему преступлений.

Подсудимый и защитник возражали против возвращения уголовного дела прокурору.

Изучив материалы уголовного дела, суд соглашается с доводами государственного обвинителя по следующим основаниям.

В силу п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований настоящего Кодекса, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

По смыслу уголовного закона, отраженному в п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами норм уголовно-процессуального законодательства, регулирующих подготовку уголовного дела к судебному разбирательству», при решении вопроса о возвращении уголовного дела прокурору по основаниям, указанным в статье 237 УПК РФ, под допущенными при составлении обвинительного заключения нарушениями требований уголовно-процессуального закона следует понимать такие нарушения изложенных в статьях 220, 225, частях 1, 2 статьи 226.7 УПК РФ положений, которые служат препятствием для рассмотрения судом уголовного дела по существу и принятия законного, обоснованного и справедливого решения.

Согласно правовой позиции, отраженной в п. 19 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике применения законодательства при рассмотрении уголовных дел в суде первой инстанции (общий порядок судопроизводства)», если в ходе судебного разбирательства выявлены существенные нарушения закона, указанные в п. п. 1 - 6 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, допущенные в досудебном производстве по уголовному делу и являющиеся препятствием к постановлению судом приговора или вынесения иного итогового решения, не устранимые судом, то суд по ходатайству стороны или по своей инициативе возвращает дело прокурору при условии, что их устранение не будет связано с восполнением неполноты произведенного дознания или предварительного следствия.

В п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации», разъяснено, что под допущенными при составлении обвинительного заключения или обвинительного акта нарушениями требований уголовно-процессуального закона следует понимать такие нарушения изложенных в статьях 220, 225 УПК РФ положений, которые исключают возможность принятия судом решения по существу дела на основании данного заключения или акта.

Согласно ст. 220 УПК РФ, в обвинительном заключении следователь указывает существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела; формулировку предъявленного обвинения с указанием пункта, части, статьи Уголовного кодекса Российской Федерации, предусматривающих ответственность за данное преступление; перечень доказательств, подтверждающих обвинение, и краткое изложение их содержания.

В соответствии со ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному обвинению. Пределы судебного разбирательства определяются из содержания обвинительного заключения. Изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим не нарушается право обвиняемого на защиту.

В силу п. 1 ч. 4 ст. 47 УПК РФ, обвиняемый вправе знать, в чем он обвиняется.

По смыслу закона, предъявленное лицу обвинение может быть признано соответствующим требованиям ст.ст. 47,171 УПК РФ, в том числе, если оно содержит достаточно полное изложение фактических обстоятельств содеянного, а также является конкретным и составлено в понятных выражениях с целью соблюдения права обвиняемого на защиту от конкретного обвинения.

Вместе с тем, составленное по уголовному делу в отношении ФИО1 обвинительное заключение не может быть признано соответствующим указанным требованиям уголовно-процессуального закона.

По смыслу п. 19 ст. 3 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 161-ФЗ «О национальной платежной системе», электронное средство платежа - средство и (или) способ, позволяющие клиенту оператора по переводу денежных средств составлять, удостоверять и передавать распоряжения в целях осуществления перевода денежных средств в рамках применяемых форм безналичных расчетов с использованием информационно-коммуникационных технологий, электронных носителей информации, в том числе платежных карт, а также иных технических устройств. Логины и пароли для доступа к системе платежей физического или юридического лица, а равно СМС-пароли, ключи электронной подписи и ключи проверки электронной подписи, устройства визуализации, иные средства аутентификации также относятся к электронным средствам.

Под электронным носителем информации понимается любой объект материального мира, позволяющий записывать, стирать, хранить и изменять в электронном виде информацию, распознание которой возможно лишь с помощью специальных устройств, а в ряде случаев и дополнительной аутентификации со стороны информационной системы. К данным объектам, в первую очередь, относятся флеш-накопители, используемые для подтверждения транзакций юридических лиц при использовании банковской системы онлайн-платежей либо аутентификации пользователя (смарт-карты и карты, содержащие ключ электронной подписи или ключ проверки электронной подписи, флеш-накопители с программным обеспечением, предоставляющим доступ к корпоративной информационной системе юридического лица) и тому подобные устройства, физическое присоединение которых к компьютеру позволяет идентифицировать пользователя как клиента банка, физическое лицо, организацию на совершение каких-либо финансовых операций или иных юридически значимых действий.

При этом, по смыслу закона, уголовно наказуемым является сбыт не любых электронных средств и электронных носителей информации, а только тех, которые по своим свойствам (функционалу) позволяют неправомерно, то есть без ведома владельца счета (клиента банка) и (или) в обход используемых банком систем идентификации клиента и (или) защиты компьютерной информации осуществлять прием, выдачу и перевод денежных средств.

Как следует из обвинительного заключения ФИО1 инкриминирован сбыт одновременно электронных средств и электронных носителей информации, однако, учитывая наличие двух самостоятельных предметов преступного посягательства, орган следствия при предъявлении обвинения указал, по каждому из 7 преступлений, что ФИО1 передал неустановленному лицу полученные им в кредитных организациях реквизиты для обслуживания счета, а после получения электронных средств – карт, одноразовых паролей и логинов, передал их неустановленному лицу вместе с сим-картой, из чего неясно, что из перечисленного относится к электронным носителям информации, а также являются ли реквизиты для обслуживания счета и сим-карта электронным средством или электронным носителем информации. Также в обвинении не указано, что подразумевается под реквизитами счета – выражены ли они в виде цифровых либо иных символов, либо это электронное средство или электронный носитель информации. Аналогичным образом не конкретизирован вид карты (платежная карта, карта памяти, смарт-карта, карта, содержащая ключ электронной подписи или ключ проверки электронной подписи, иное устройство), приведенной в обвинении в качестве одного из электронного средства, что имеет существенное значение для определения значимого для дела обстоятельства - является ли данное средство предметом преступного посягательства применительно к ст. 187 УК РФ.

При этом, из обвинения не следует, что переданные неустановленному лицу реквизиты для обслуживания счета, карты, одноразовые пароли и логины, сим-карты, обладали свойствами (функциями), позволяющими третьим лицам распоряжаться счетами <адрес> в обход используемых банками систем идентификации клиента и (или) защиты компьютерной информации, в предъявленном обвинении содержится лишь указание, что сим-карта позволяла осуществлять доступ к некому расчетному счету.

Таким образом, предъявляя ФИО1 обвинение орган предварительного следствия не установил и не конкретизировал в обвинении какие именно средства платежа относятся к электронным средствам платежа, а какие к электронным носителям информации, не описал свойства средств платежей, отнесенных к данным средствам, которые позволяли бы третьим лицам распоряжаться счетами <адрес> в обход используемых банками систем идентификации клиента и (или) защиты компьютерной информации. Кроме того, из обвинения не следует, что инкриминируемые ФИО1 деяния он совершал, будучи заведомо осведомленным о наличии у предметов преступного посягательства указанных свойств.

Указанные нарушения закона, допущенные при составлении обвинительного заключения по делу в отношении ФИО1 дают основания признать, что предъявленное ему обвинение носит неконкретный характер, что, безусловно, препятствует реализации им своего права на защиту от предъявленного обвинения и лишает суд возможности постановить приговор или вынести иное решение по настоящему делу в соответствии с требованиями ст. 252 УПК РФ, поскольку в данном случае суд лишен возможности определить пределы судебного разбирательства и скорректировать обвинение не выйдя за его пределы, а также установить умысел обвиняемого.

Указанные обстоятельства являются существенным нарушением требований закона и неустранимыми при судебном разбирательстве, поскольку устранение таких нарушений требует проведения следственных и процессуальных действий, как на то указал государственный обвинитель, заявляя ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору.

В соответствии с ч. 3 ст. 15 УПК РФ суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или стороне защиты, а лишь создает необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.

Согласно правовой позиции, выраженной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-О, суд, осуществляя правосудие, и не являясь органом уголовного преследования, не может самостоятельно формулировать обвинение и устранить существенные нарушения закона, устранение таких нарушений относится к компетенции прокурора и органов предварительного расследования.

Суд приходит к убеждению, что указанные обстоятельства препятствуют рассмотрению дела по предъявленному подсудимой обвинению и, в соответствии с требованиями, предусмотренными п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ, влекут за собой необходимость возвращения уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

С учетом данных о личности подсудимого ФИО1 суд считает необходимым меру пресечения виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставить без изменения.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 237,256 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении 7 преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 187 УК РФ, возвратить на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ прокурору <адрес> для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Меру пресечения ФИО1 – подписку о невыезде и надлежащем поведении – оставить без изменения.

Постановление может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Самарского областного суда через Кировский районный суд <адрес> в течение 15 суток со дня его вынесения.

Судья О.А. Ерух