Решение по делу № 2-4237/2023 от 15.11.2023 - о взыскании денежных средств за нарушение исключительного права на товарный знак.

Дело № 2-4237/2023

УИД: 78RS0007-01-2023-003953-96

ЗАОЧНОЕ РЕШЕНИЕИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Санкт-Петербург

15 ноября 2023 года

Колпинский районный суд города Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Пиотковской В.А.,

при ведении протокола секретарём судебного заседания Цыганковой К.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Shenzhen Weiboli Technology Co., Ltd (Шэньчжэнь Вэйболи Технолоджи Ко., Лтд.) к ФИО8 о взыскании денежных средств за нарушение исключительного права на товарный знак,

УСТАНОВИЛ:

Истец Shenzhen Weiboli Technology Co., Ltd (Шэньчжэнь Вэйболи Технолоджи Ко., Лтд.) обратился в Колпинский районный суд г.Санкт-Петербурга с исковым заявлением к ФИО9 в котором просил суд:

Взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию за нарушение исключительного права на товарный знак № № в размере 25 000 руб. 00 коп.;

Взыскать с ответчика в свою пользу компенсацию за нарушение исключительного права на товарный знак № № в размере 25 000 руб. 00 коп.;

Взыскать с ответчика в свою пользу судебные издержки в размере 950 руб. 00 коп. (стоимость приобретенного у ответчика товара), 200 руб. 00 коп. (стоимость получения выписки из ЕГРИП), почтовые расходы в размере 284 руб. 14 коп., расходы по уплате государственной пошлины в размере 1 700 руб. 00 коп.

В обоснование заявленных исковых требований истец указал на то, что 13 октября 2022 года в торговой точке, расположенной вблизи адреса: <адрес>, установлен факт продажи ответчиком, ранее имевшей статус ИП, контрафактного товара (электронная сигарета). При этом на указанном товаре содержатся обозначения, сходные до степени смешения с товарными знаками: № №, № №, правообладателем которых является истец. Полагая, что ответчик в ходе реализации товара нарушил исключительное право на товарные знаки №№, №№, истец обратился в суд с настоящим исковым заявлением.

Представитель истца Shenzhen Weiboli Technology Co., Ltd (Шэньчжэнь Вэйболи Технолоджи Ко., Лтд.) в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте проведения судебного заседания извещен надлежащим образом, реализовав процессуальное право, предусмотренное статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ходатайствовал о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Ответчик ФИО10. в судебное заседание не явилась, о дате, времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом, об уважительности причин неявки суд в известность не поставила, отложить судебное заседание не просила, каких-либо иных ходатайств на разрешение суда не представила, как и обоснованных возражений относительно существа заявленных требований.

Информация о дате, времени и месте рассмотрения настоящего гражданского дела в соответствии с частью 2.1. статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, подпунктом в пункта 2 части 1 статьи 14 Федерального закона от 22.12.2008 года N 262-ФЗ "Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации" заблаговременно размещена на официальном сайте Колпинского районного суда города Санкт-Петербурга в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (http://klp.spb.sudrf.ru/).

При таких обстоятельствах, с учетом отсутствия возражений истца против рассмотрения дела в порядке заочного производства, суд счел возможным рассмотреть гражданское дело в порядке заочного производства по правилам, установленным главой 22 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд, оценив доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, ФИО11. имела статус индивидуального предпринимателя, ОГРНИП: 322784700163728, ГРН и дата внесения в ЕГРИП записи, содержащей указанные сведения - № № от 31 мая 2022 (л.д. 18, 20-22).

Дата прекращения деятельности ИП – 02 мая 2023.

В ходе закупки, произведенной 13 октября 2022 года в торговой точке, расположенной вблизи адреса: <адрес>, установлен факт продажи контрафактного товара (электронная сигарета).

В подтверждение продажи был выдан чек с наименованием продавца: ФИО12, дата продажи 13 октября 2022, ИНН продавца: № (л.д. 14).

При этом на указанном товаре содержатся обозначения, сходные до степени смешения с товарными знаками: № №, № № (л.д. 15).

Оригинальный товар, приобретенный в результате осуществленной закупки, представлен истцом в материалы дела.

Исключительные права на распространение данных объектов интеллектуальной собственности на территории Российской Федерации принадлежат Shenzhen Weiboli Technology Co., Ltd (Шэньчжэнь Вэйболи Технолоджи Ко., Лтд.) и ответчику не передавались (л.д.16-17).

Компания является обладателем исключительного права на товарный знак №№ («ELFBAR»), что подтверждается сведениями с официального сайта Федерального института промышленной собственности (ФИПС) (https://www1.fips.ru/registers-web) о регистрации соответствующего товарного знака.

Товарный знак №№ («ELFBAR») имеет правовую охрану в отношении 34 класса Международной классификации товаров и услуг, включающего такие товары, как «табак; сигареты, содержащие заменители табака, не для медицинских целей; сигареты электронные; растворы жидкие для электронных сигарет никотиносодержащие; сигареты с фильтром; спреи для полости рта для курящих; сигареты, папиросы; ароматизаторы для электронных сигарет, кроме эфирных масел; подставки для курительных трубок».

Компания является обладателем исключительного права на товарный знак №№, что подтверждается сведениями с официального сайта Федерального института промышленной собственности (ФИПС) (https://www1.fips.ru/registers-web) о регистрации соответствующего товарного знака.

Товарный знак №№ имеет правовую охрану в отношении 34 класса Международной классификации товаров и услуг, включающего такие товары, как «табак; сигареты, содержащие заменители табака, не для медицинских целей; сигареты электронные; растворы жидкие для электронных сигарет; сигареты с фильтром; спреи для полости рта для курящих; зажигалки для прикуривания; фильтры для сигарет; сигареты, папиросы; ароматизаторы для электронных сигарет, кроме эфирных масел; подставки для курительных трубок».

В целях досудебного урегулирования спора истцом в адрес ответчика направлена претензия с предложением уплаты компенсации за нарушение исключительных прав истца, претензия оставлена ответчиком без удовлетворения, доказательства оплаты компенсации, урегулирования спора в материалы дела не представлены.

Полагая, что ответчик в ходе реализации товара нарушил исключительное право на товарные знаки №№, №№, истец обратился в суд с настоящим исковым заявлением.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233), если Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных Гражданским кодексом Российской Федерации. Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную ГК РФ, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается Гражданским кодексом Российской Федерации.

Пунктом 1 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак). Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

По смыслу нормы указанной статьи нарушением исключительного права владельца товарного знака признается использование не только тождественного товарного знака, но и сходного с ним до степени смешения обозначения.

Из содержания приведенных норм следует, что под незаконным использованием товарного знака признается любое действие, нарушающее исключительное право владельца товарного знака: несанкционированное изготовление, применение, ввоз, предложение о продаже, продажа, иное введение в хозяйственный оборот или хранение с этой целью товарного знака или товара, обозначенного этим знаком, или обозначения, сходного с ним до степени смешения, при этом незаконность воспроизведения чужого товарного знака является признаком контрафактности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1250 Гражданского кодекса Российской Федерации интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

Согласно пункту 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, предусмотренных Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Возможность взыскания компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак предусмотрена частью 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13 декабря 2007 года №122 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел, связанных с применением законодательства об интеллектуальной собственности», а также положениями ст. 494 Гражданского кодекса Российской Федерации, использованием исключительных прав является предложение к продаже (продажа) товара, совершенное лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность по продаже товаров в розницу.

В силу ст. 493 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором розничной купли-продажи, в том числе условиями формуляров или иных стандартных форм, к которым присоединяется покупатель (ст. 428 Гражданского кодекса Российской Федерации), договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара.

Исходя из приведенных норм права, а также положений 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, при предъявлении требования о взыскании компенсации за нарушение исключительного права доказыванию подлежат: факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем незаконного использования.

При определении размера компенсации подлежат учету вышеназванные критерии.

Установление указанных обстоятельств является существенным для дела и от их установления зависит правильное разрешение спора, при этом вопрос оценки представленных на разрешение спора доказательств на допустимость, относимость и достаточность является компетенцией суда, разрешающего спор.

Материалами дела подтверждается, что общество является обладателем исключительного права на товарные знаки №№, №№ (л. д. 16-17).

Представленными в материалы дела доказательствами – кассовым чеком (л. д. 86), самим товаром, подтверждается факт реализации ответчиком контрафактного товара.

Кроме того, истцом на основании статьи 12, 14 Гражданского кодекса Российской Федерации и части 1 статьи 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в целях самозащиты гражданских прав была произведена видеосъемка процесса закупки товара, которая также подтверждает предложение к продаже, заключение договора розничной купли-продажи и передачу чека.

Осуществив продажу спорного товара, ответчик нарушил исключительные права правообладателя, поскольку материалами дела не подтверждается, что истец давал свое разрешение ответчику на использование принадлежащих ему исключительных прав, равно как и не представлены доказательства, подтверждающие наличие у ответчика прав на введение в гражданский оборот посредством розничной купли-продажи товара с обозначениями, исключительные права на которые принадлежат истцу.

Кроме того, сертификат соответствия не подтверждает лицензионный характер товара, а подтверждает лишь соответствие продукции требованиям технических регламентов (ч. 2 ст. 25 Федерального закона от 27 декабря 2002 года №184-ФЗ «О техническом регулировании»). В данном сертификате отсутствуют сведения о том, что продукция была произведена и ввезена в страну с согласия правообладателя. Прохождение товаром таможенного контроля также не подтверждает правомерность изготовления и ввоза данного товара в страну.

Действия ответчика по хранению, предложению к продаже и продаже товаров с нарушением исключительных прав истца представляет собой незаконное использование результатов интеллектуальной деятельности истца. При этом не имеет значения, кем был изготовлен реализованный ответчиком товар, кем были размещены на товаре товарные знаки, поскольку реализация товара, в том числе предложение к продаже, представляет собой самостоятельное нарушение исключительных прав истца.

В рассматриваемом случае истец при обращении с настоящим иском, сославшись на положения подп. 1 п. 4 ст. 1515, под. 1 ст. 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации, определил размер подлежащей взысканию компенсации в общей сумме 50 000 рублей за 2 нарушения (25 000 рублей за каждый факт нарушения).

В обоснование заявленного требований истец указал, что компания Shenzhen Weiboli Technology Со., Ltd известна участникам рынка и потребителям с 2018 года. За этот период компания зарекомендовала себя как производителя продукции высокого качества, преследующей своей целью оказать помощь человечеству отказаться от табачной зависимости, вызванной обычными сигаретами, истец является профессиональным производителем электронных сигарет и предприятием, объединяющим исследования и разработки, производство, продажи и обслуживание данной продукции на рынке по всему миру, бренд «ELFBAR» широко известен на рынке электронных сигарет, который набирает свою популярность из года в год.

Кроме того, истец обращает внимание на качество расходных материалов, необходимых для производства электронных сигарет, которые им используются, соответственно, истец не может нести ответственность за расходные материалы, используемые при производстве контрафактной продукции, которые, как правило, являются низкокачественными и низкопробными, не проходят сертификацию и изготавливаются с нарушением лицензионных технологий, что повышает риски возникновения негативных последствий для потребителя. Повышенная степень общественной опасности использования контрафактных электронных сигарет обуславливается тем, что данная продукция непосредственно взаимодействует с дыхательными путями человека, соответственно, низкопробные и низкокачественные материалы контрафактной продукции могут повлечь причинение вреда жизни и здоровью потребителя, повышают риск возникновения несчастных случаев, в том числе с учетом наличия в устройствах нагревательных элементов. Истец, понимая всю свою ответственность за безопасность использования производимой им продукции, разрабатывает, модернизирует и внедряет в производство новые, современные дорогостоящие технологии, которые призваны, прежде всего, обеспечить при максимальном удовлетворении потребностей потребителей гарантию безопасного использования продукции.

В соответствии с п. 62 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23 апреля 2019 года №10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй п. 3 ст. 1252 Гражданским кодексом Российской Федерации).

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (ст. 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ст. 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (абзац пятый ст. 132, п. 1 ч. 1 ст. 149 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, п. 3 ч. 1 ст. 126 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (п. п. 2 и 3 ч. 2 ст. 149 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, п. 3 ч. 5 ст. 131 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован.

При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Ответчиком не предоставлено доказательств того, что им предпринимались меры по проверке сведений о товарных знаках, чтобы убедится в том, что товар не является контрафактным, кроме того не представлены доказательства, что он приобретал лицензионную продукцию.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в п. 47 «Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 23 сентября 2015 года), суд определяет размер компенсации не произвольно, а исходя из оценки представленных сторонами доказательств.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 13 декабря 2016 года №28-П, уменьшение возможно лишь при совокупности следующих условий: убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком; правонарушение совершено ответчиком впервые; использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Суд не вправе снижать размер компенсации, обосновывая такое снижение лишь принципами разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Суд по интеллектуальным правам в постановлении от 3 февраля 2020 гола по делу №А32-16552/2019 отметил неправомерность снижения размера компенсации в отсутствие мотивированного заявления ответчика.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу об удовлетворении требований о взыскании компенсации за нарушение исключительного права на товарный знак в полном объеме.

Кроме того, по правилам ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Из материалов дела усматривается, что при разрешении настоящего спора истцом понесены расходы, связанные с приобретенного у ответчика контрафактного товара в размере 950 рублей ( л.д. 86), с получением выписки из ЕГРИП в размере 200 рублей (л. д. 19), понесены почтовые расходы в размере 284 рублей 14 копеек (л. д. 88-89), расходы по уплате государственной пошлины в размере 1 700 рублей (л. д. 88).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. п. 11-13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.

Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного суда Российской Федерации следует, что критериями отнесения расходов лица, в пользу которого состоялось решение суда, к судебным издержкам является наличие связи между этими расходами и делом, рассматриваемым судом с участием этого лица, а также наличие необходимости несения этих расходов на реализацию права на судебную защиту. Размер таких понесенных и доказанных расходов может быть подвергнут корректировке (уменьшению) судом в случае его явной неразумности (чрезмерности), определяемой судом с учетом конкретных обстоятельств дела.

Обязанность доказать факт несения судебных расходов, а также их необходимость и связь с рассматриваемым делом возложено на лицо, заявляющее о возмещении этих расходов. Другая сторона вправе представить доказательства, опровергающие доводы заявителя, а также представить обоснование чрезмерности и неразумности таких расходов либо злоупотребления правом со стороны лица, требующего возмещения судебных издержек.

Поскольку оценка обоснованности требований о возмещении судебных издержек осуществляется по общим правилам гражданского процессуального законодательства, результаты оценки доказательств суд обязан отразить в судебном акте, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средства обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (ч. 4 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Данная позиция согласуется с выводами Верховного Суда Российской Федерации, изложенными в определении № 127-КГ23-7-К4 от 4 июля 2023 года.

Разрешая спор на основе представленных доказательств, суд приходит к выводу о необходимости удовлетворения требования о взыскании понесенных судебных расходов в полном размере, в том числе учитывая отсутствие возражений со стороны ответчика.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199, 235 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования Shenzhen Weiboli Technology Co., Ltd (Шэньчжэнь Вэйболи Технолоджи Ко., Лтд.) к ФИО13 о взыскании денежных средств за нарушение исключительного права на товарный знак – удовлетворить.

Взыскать с ФИО14 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт гражданина РФ: №), в пользу Shenzhen Weiboli Technology Co., Ltd (Шэньчжэнь Вэйболи Технолоджи Ко., Лтд.) (номер налогоплательщика 91440300319415160С) компенсацию за нарушение исключительного права на товарный знак №№ в размере 25 000 рублей, за нарушение исключительного права на товарный знак №№ в размере 25 000 рублей, судебные издержки в размере стоимости вещественного доказательства - товара, приобретенного у ответчика в размере 950 рублей, почтовые расходы в размере 284 рублей 14 копеек, расходы, связанные с получением выписки из ЕГРИП в размере 200 рублей, а так же расходы по уплате государственной пошлины в размере 1 700 рублей.

Ответчик вправе подать в суд, принявший заочное решение, заявление об отмене этого решения суда в течение семи дней со дня вручения ему копии этого решения.

Ответчиком заочное решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении заявления об отмене этого решения суда.

Иными лицами, участвующими в деле, а также лицами, которые не были привлечены к участию в деле и вопрос о правах и об обязанностях которых был разрешен судом, заочное решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца по истечении срока подачи ответчиком заявления об отмене этого решения суда, а в случае, если такое заявление подано, - в течение одного месяца со дня вынесения определения суда об отказе в удовлетворении этого заявления.

Судья:

ФИО1

Мотивированное решение суда составлено 22 февраля 2024 года