Гр.дело №**
Материал №М-46/2025
УИД 51RS0№**-71
Мотивированное решение составлено 23 июня 2025 года.
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
<дата> <адрес>
Полярнозоринский районный суд <адрес> в составе председательствующего судьи Мухаметшиной А.И.,
при секретаре ФИО9,
с участием истца ФИО5,
ответчика ФИО6,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по искуФИО5 к ФИО6 об обязании привести место захоронения родителей в первоначальное состояние,
УСТАНОВИЛ:
ФИО5 обратилась в суд к ФИО6 с иском об обязании привести место захоронения родителей в первоначальное состояние.
В обоснование заявленных требований истец указала, что её дочь ФИО1, состоявшая в браке с ФИО6, умерла <дата>. МКУ «Управление городским хозяйством» <дата> выдалоФИО6 разрешение на захоронение его супруги на городском кладбище №** муниципального образования <адрес> рядом с могилой её (истца) родителей ФИО2, умершей в 1992 году, и ФИО3, умершего в 2003 году.
В 2024 году ответчик ФИО6 без её (ФИО5) согласия осуществил благоустройство семейного захоронения путем выравнивания площади трёх захоронений щебнем с последующей бетонной заливкой и заменой надгробия ФИО10
С таким благоустройством истец не согласна, поскольку нахождение её родителей под слоем камней и бетона противоречит её религиозным убеждениям. При жизни родители высказывали свои пожелания быть похороненными вместе, при этом оба придерживались традиционных ФИО4 взглядов о захоронении.
С сентября 2024 года она обращалась в МО МВД России «Полярнозоринский» и прокуратуру <адрес> с заявлениями о привлечении ФИО6 к ответственности и понуждении привести место захоронения её родителей в первоначальное состояние, то есть демонтировать бетонную плиту, убрать щебень до земли, однако до настоящего времени данный вопрос положительно не решен.
Ссылаясь на положения ст. ст. 11, 12 Гражданского кодекса РФ о способах защиты гражданских прав; п. 1 ст. 4, ст. ст. 5, 18, 21 Федерального закона от <дата> № 8-ФЗ «О погребении и похоронном деле»; п.п.2.11.7, 2.2.4 «ГОСТ 32609-2014. Межгосударственный стандарт. Услуги бытовые. Услуги ритуальные. Термины и определения» (приказ Росстандарта от <дата> №**-ст); п.п. 2.4.4 Рекомендаций о порядке похорон и содержании кладбищ в Российской Федерации, утвержденных протоколом Госстроя РФ от <дата> №**-НС-22/1 «МДК 11-01.2002…», истец полагает, что ответчик не имел права без её согласия осуществлять мероприятия по благоустройству захоронения родителей ФИО17, и неправомерно отказывается в настоящее восстановить их захоронение в первоначальном состоянии.
При этом истец, указав, что для неё имеет важное значение осознание того, что её родители захоронены в земле, а не в бетоне, настаивала, чтобы к ФИО4 празднику Святой Троицы (<дата>) бетон на месте захоронения родителей был ответчиком демонтирован, и она по сложившейся традиции могла прибраться на могиле, почтить память своих родителей.
На основании изложенного, истец ФИО5 просила обязать ответчика ФИО6 в срок до <дата> привести в первоначальное состояние место захоронения её родителей ФИО3 (<дата>-<дата>) и ФИО2 (<дата>-<дата>), расположенное на территории городского кладбища №** муниципального образования <адрес>, путем выполнения работ по демонтажу бетонной плиты, уборке камней (щебня) с указанных захоронений до земли (т. 1, л.д. 6-9).
Ответчик ФИО6 возражал против заявленных требований истца ФИО5, пояснив в письменных возражениях, что, действительно, в период с 2022 по 2024 годы занимался обустройством родственного захоронения на кладбище №** в <адрес>, где покоится его супруга ФИО1 и её дед с бабушкой ФИО17 (родители истца ФИО5), а именно: в 2022 году заменил оградку, поставил скамейку со столиком; в 2023 году поставил памятник жене; в 2024 году выложил плиткой площадь захоронения внутри оградки и заменил памятник бабушке (матери истца). Согласия на данное благоустройство от истца получить не смог, так как она с ним не общается. При жизни супруги у его семьи произошли разногласия со старшей дочерью истца ФИО11 по поводу раздела 4-х комнатной квартиры между двумя семьями, которые были разрешены в судебном порядке, после чего он и его супруга (ФИО1) обеспечили жильем истца ФИО5, заботились о ней. Однако когда умерла супруга, старшая дочь истца ФИО11 стала оказывать влияние на ФИО5, в результате чего между ними (истцом и ответчиком) сложились плохие отношения, в том числе из-за вопросов наследования имущества после смерти ФИО1 Полагает, что настоящий спор не связан с надуманным нарушением им ФИО4 традиций захоронения, но обусловлен исключительно неприязненными отношениями истца к нему, сложившимися под влиянием ФИО11, и желанием навредить.
Работы по благоустройству родственного захоронения были направлены исключительно на сохранение его достойного состояния, на предотвращение зарастания могилы сорняками, побегами молодых деревьев, и обусловлены благими намерениями. Препятствий для подзахоронения других умерших лиц он не создавал, поскольку на сегодняшний день в это родственное захоронение более подзахоранивать нельзя. Для истца оставлено место на участке, расположенном в 20 метрах от родственного захоронения, рядом с могилой её мужа. Из оставшихся родственников - дочь истца с мужем и сыном. В этой связи ему непонятна суть исковых требований, поскольку нарушений действующего законодательства в его действиях нет, осквернение родственного захоронения он не допустил (т. 1, л.д. 52-54, 71, 158-162).
Протокольным определением в ходе предварительного судебного заседания <дата> к делу в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика были привлечены Администрация муниципального образования <адрес> с подведомственной территорией (далее – Администрация <адрес>) и МКУ «Управление городским хозяйством» (т. 1, л.д. 127-128), представившими в суд письменные отзывы по существу исковых требованиях.
Так, начальник МКУ «Управление городским хозяйством» (далее – МКУ «УГХ») в отзыве, поступившем в суд <дата>, подтвердил, что <дата> в МКУ «УГХ» обратился ФИО6 с заявлением о предоставлении разрешения на захоронение ФИО12, умершей <дата>. На основании представленных документов, подтверждающих родство ФИО1 с захороненным ФИО3, умершим <дата>, ФИО6 было дано разрешение на захоронение супруги в пределах существующего ограждения рядом с могилой ФИО3, то есть в родственном захоронении.
При этом порядок организации похоронного дела на территории муниципального образования <адрес> с подведомственной территорий урегулирован постановлением администрации <адрес> №** от <дата>, которым предусмотрена организация работы муниципальных кладбищ. В пунктах 6.5, 6.6, 6.16 Порядка содержатся минимальные требования к благоустройству могилы, порядок погребения в родственной могиле, а также определено, кому на праве собственности принадлежат намогильные сооружения.
С учетом действующего Порядка организации похоронного дела, МКУ «УГХ» считает, что установку надгробной плиты ответчику необходимо было согласовать с родственниками во избежание разногласий и учесть их пожелания, прийти к компромиссу по увековечению памяти умерших родственников (т. 1, л.д. 146).
В дополнительном отзыве от <дата> руководитель МКУ «УГХ» указал, что <дата> специалистом МКУ «УГХ» был осуществлен выезд на место захоронения ФИО1 с целью установления нарушений либо их отсутствия, в ходе которого установлено, что на могильных сооружениях ФИО10, ФИО3 и ФИО1 установлены надгробные плиты (цветники), установка которых вместо холма на могильных сооружениях не запрещена и регулируется Федеральным законом «О погребении и похоронном деле» от <дата> № 8-ФЗ.
В свою очередь холм, намогильная плита, цветник помогают предотвратить размывание могилы, что позволяет избежать оголения крышки гроба при проседании почвы, обеспечивает её целостность на протяжении длительного времени, а также служат ориентиром, облегчающим поиск захоронения для родственников и знакомых, то есть указывают на место упокоения. Кроме того, данные могильные сооружения позволяют определить границы захоронения.
Поскольку основное право на благоустройство места захоронения в соответствии с законодательством о погребении имеют близкие родственники умершего: супруги, дети, родители, братья и сестры, а ответственным за захоронение является лицо, которое взяло на себя организацию похорон и оформление всех необходимых документов, связанных с захоронением, обладающее преимущественным правом на установку надгробного памятника, - МКУ «УГХ» не имеет претензий и не находит нарушений в обустройстве надгробных сооружений вышеуказанного места захоронения.
В части порядка регулирования захоронения третье лицо указало, что МКУ «УГХ» выдает разрешение на захоронение (подзахоронение) с указанием числа и даты захоронения; лица, к которому будет осуществляться подзахоронение (в пределах существующей оградки); размера участка, в случае нового захоронения. Паспорт захоронения Учреждением не выдается.
С учетом изложенного, определить наличие либо отсутствие нарушений в части размера установленной ограды специалист МКУ «УГХ» не смог по причине отсутствияинформации о размере выделенного участка на момент захоронения ФИО10, умершей <дата>, так как захоронение является старым.
По факту установки надгробных плит (цветников) на месте захоронения ФИО10 и ФИО3 позиция МКУ «УГХ» соответствует позиции, изложенной в первоначальном отзыве, в части необходимости согласования данного решения с родственниками усопших, так как их религиозные взгляды могут различаться и влиять на выбор оформления могилы (т. 1, л.д. 242).
В письменном отзыве представитель Администрации указала, что органом управления Администрации, созданным с целью осуществления деятельности, направленной на реализацию компетенции органов местного самоуправления в сфере владения, пользования и распоряжения муниципальным имуществом, в том числе землями муниципального образования, а также осуществления муниципального контроля, является Отдел имущественных отношений и муниципального контроля администрации <адрес> (далее – ОИОиМК), входящий в структуру Администрации <адрес>. Соответственно, изложенные в отношении настоящего гражданско-правового спора пояснения, подкрепленные документами, являются как пояснениями Администрации, так и её структурного подразделения ОИОиМК.
При этом представитель третьего лица подтвердила, что для обслуживания старого городского кладбища №** выделено два земельных участка с кадастровыми номерами 51:28:0130001:2 и 51:28:0130001:3.
На основании решения Полярнозоринского городского совета народных депутатов от <дата>, постановлений администрации <адрес> от <дата> №**, от <дата> №**, распоряжения администрации <адрес> от <дата> №**р, собственников вышеперечисленных земельных участков, выделенных под захоронение на старом городском кладбище №**, в том числе под захоронение ФИО2, ФИО3 и ФИО1 является Муниципальное образование <адрес> с подведомственной территорией <адрес>, что подтверждается выписками из Единого государственного реестра недвижимости от <дата> № КУВИ-001/2025-99011826, от <дата> № КУВИ-001/2025-99009394.
Изучив исковое заявление ФИО5, представитель третьего лица указала, что Администрация оставляет рассмотрение заявленных требований на усмотрение суда (т. 1, л.д. 196-197).
Истец ФИО5 в судебном заседании поддержала заявленные исковые требований, уточнив, что на конкретном сроке демонтажа плит и ликвидации щебня до земли не настаивает.
Дополнительно пояснила, что номер и размер участка родственного захоронения ей неизвестен. Земельный участок был выделен ещё в 1992 году, когда хоронили маму. Её семье показали место на кладбище, где необходимо хоронить, похороны были организованы трудовым коллективом, где работала ФИО2 Ей впоследствии был установлен памятник из гранитной крошки. Похоронить папу ФИО3 рядом с мамой было семейным решением. Когда хоронили дочь ФИО1, она (истец) возражений не имела, чтобы могила дочери находилась в пределах родственного захоронения рядом с могилами ФИО17, лично присутствовала на похоронах. Впоследствии у неё с ответчиком сложились конфликтные отношения, но она не возражала против замены ограды на новую, против установки памятника дочери, а также против замены памятника ФИО2 на новый, однако категорически против заливки всей площади захоронения бетоном. Отчёт о работах, которые сделал ответчик в части выравнивания площадки захоронения, он направил в виде фотографий, и ей такое благоустройство не понравилось. Настаивает, что бетон над местом захоронения родителей необходимо убрать таким образом, чтобы памятники стояли на земле. По обустройству места захоронения дочери и прилегающей к её могиле территории она претензий не имеет; не возражает, чтобы ответчик сохранил там плитку, но требует её демонтажа над местом захоронения родителей с восстановлением холмиков из земли (протокол судебного заседания от <дата>, т. 1, л.д. 167).
Ответчик ФИО6 возражал против удовлетворения исковых требований, дополнительно к ранее представленному письменному отзыву и объяснениям пояснил, что истец в декабре 2021 года настаивала на том, чтобы её дочь ФИО1 была похоронена на месте родственного захоронения рядом с дедушкой и бабушкой. На захоронение супруги в пределах оградки им было получено разрешения МКУ «УГХ». С родственниками супруги (матерью, сестрой) он не мог договориться о благоустройстве родственного захоронения, так как они заблокировали его номер телефона, на контакт не шли. Решение об использовании плитки для покрытия всей площади захоронения около могил было принято с целью ликвидации сорняков, чтобы за местом захоронения было проще ухаживать, при этом могилы жены и её родственников остались в пристойном, надлежащем санитарно-техническом состоянии.
В судебное заседание представители третьих лиц - Администрации<адрес> и МКУ «УГХ» - не явились, извещены надлежащим образом. Руководитель МКУ «УГХ» просил рассмотреть дело без участия своего представителя (т. 1, л.д. 242).
На основании ч.ч. 3,5 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие представителей третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора.
Выслушав истца, ответчика, допросив в качестве свидетелей ФИО11, ФИО13, исследовав материалы настоящего гражданского дела, а также материалы КУСП №**, представленные МО МВД России «Полярнозоринский»; надзорное производство прокуратуры <адрес> №**; материалы дела №** об административном правонарушении, представленные мировым судьей; материалы дела об административном правонарушении №**, суд приходит к следующему выводу.
В соответствии с п.1 ст. 2 Федерального закона "О погребении и похоронном деле" № 8-ФЗ от <дата> законодательство Российской Федерации о погребении и похоронном деле состоит из настоящего Федерального закона и принимаемых в соответствии с ним других федеральных законов, иных нормативных правовых актов Российской Федерации, а также законов и иных нормативных правовых актов субъектов Российской Федерации (Далее – Закон о погребении).
В силу п. 1 ст. 4 Закона о погребении, местами погребения являются отведенные в соответствии с этическими, санитарными и экологическими требованиями участки земли с сооружаемыми на них кладбищами для захоронения тел (останков) умерших, стенами скорби для захоронения урн с прахом умерших (пеплом после сожжения тел (останков) умерших, далее - прах), крематориями для предания тел (останков) умерших огню, а также иными зданиями и сооружениями, предназначенными для осуществления погребения умерших.
Согласно положениям статьи 5 указанного Закона, волеизъявление лица о достойном отношении к его телу после смерти (далее - волеизъявление умершего) - пожелание, выраженное в устной форме в присутствии свидетелей или в письменной форме, в том числе о доверии исполнить своё волеизъявление тому или иному лицу.
В случае возложения завещателем на одного или нескольких наследников по завещанию или по закону обязанности по осуществлению погребения завещателя в соответствии с его волей (статья 1139 Гражданского кодекса Российской Федерации) приоритет имеет волеизъявление умершего, выраженное в завещании (п. 1.1 ст. 5 Закона № 8-ФЗ).
Действия по достойному отношению к телу умершего должны осуществляться в полном соответствии с волеизъявлением умершего, если не возникли обстоятельства, при которых исполнение волеизъявления умершего невозможно, либо иное не установлено законодательством Российской Федерации (п. 2 ст. 5 Закона № 8-ФЗ).
Согласно пункту 3 указанной статьи, в случае отсутствия волеизъявления умершего право на разрешение действий, указанных в пункте 1 настоящей статьи, имеют супруг, близкие родственники (дети, родители, усыновленные, усыновители, родные братья и родные сестры, внуки, дедушка, бабушка), иные родственники либо законный представитель умершего, а при отсутствии таковых иные лица, взявшие на себя обязанность осуществить погребение умершего.
Из положений ст. 6 Закона о погребении следует, что исполнителями волеизъявления умершего являются лица, указанные в его волеизъявлении, при их согласии взять на себя обязанность исполнить волеизъявление умершего. В случае отсутствия в волеизъявлении умершего указания на исполнителей волеизъявления либо в случае их отказа от исполнения волеизъявления умершего оно осуществляется супругом, близкими родственниками, иными родственниками либо законным представителем умершего. В случае мотивированного отказа кого-либо из указанных лиц от исполнения волеизъявления умершего оно может быть исполнено иным лицом, взявшим на себя обязанность осуществить погребение умершего, либо осуществляется специализированной службой по вопросам похоронного дела.
На территории Российской Федерации, в силу положений п. 1 ст. 7 Закона о погребении, каждому человеку после его смерти гарантируются погребение с учетом его волеизъявления, предоставление бесплатно участка земли для погребения тела (останков) или праха в соответствии с настоящим Федеральным законом.
Исполнение волеизъявления умершего о погребении его тела (останков) или праха на указанном им месте погребения, рядом с ранее умершими гарантируется при наличии на указанном месте погребения свободного участка земли или могилы ранее умершего близкого родственника либо ранее умершего супруга. В иных случаях возможность исполнения волеизъявления умершего о погребении его тела (останков) или праха на указанном им месте погребения определяется специализированной службой по вопросам похоронного дела с учетом места смерти, наличия на указанном им месте погребения свободного участка земли, а также с учетом заслуг умершего перед обществом и государством (п. 2 ст. 7Закона о погребении).
В силу п. 1 ст. 17 Закона о погребении, деятельность на местах погребения осуществляется в соответствии с санитарными и экологическими требованиями и правилами содержания мест погребения, устанавливаемыми органами местного самоуправления.
В соответствии с п. 1 ст. 18Закона о погребении общественные кладбища предназначены для погребения умерших с учетом их волеизъявления либо по решению специализированной службы по вопросам похоронного дела. Общественные кладбища находятся в ведении органов местного самоуправления.
На основании положений ст. 21 Закона о погребении, гражданам Российской Федерации могут предоставляться участки земли на общественных кладбищах для создания семейных (родовых) захоронений в соответствии с законодательством Российской Федерации и законодательством субъектов Российской Федерации.
Согласно ст. 25 указанного Федерального закона гарантии осуществления погребения умершего реализуются путем организации в Российской Федерации похоронного дела как самостоятельного вида деятельности, которая осуществляется органами местного самоуправления.
Пунктом 2 названной статьи прямо предусмотрено, что погребение умершего и оказание услуг по погребению осуществляются создаваемыми органами местного самоуправления специализированными службами по вопросам похоронного дела, порядок деятельности которых определяется названными органами.
В ходе судебного разбирательства на основании представленных администрацией муниципального образования <адрес>, МКУ «УГХ» документов установлено, что погребение на территории муниципального образования <адрес> с подведомственной территорией осуществляется в соответствии как с вышеуказанным Законом о погребении, так и «Порядком организации похоронного дела на территории муниципального образования <адрес>, Порядком организации работы муниципальных кладбищ», утвержденного постановлением администрации <адрес> от <дата> №**, а также административным регламентом предоставления муниципальной услуги «Предоставление участка земли на территории кладбища для погребения (подзахоронения) умершего и выдача справок о месте захоронения на территории муниципального образования <адрес> с подведомственной территорией», утвержденного постановлением главы муниципального образования <адрес> от <дата> №**, определяющим порядок предоставления перечисленных в названии документа муниципальных услуг.
Согласно п.п. 19 п.1.5 ст. 36 Устава муниципального образования <адрес>, к полномочиям администрации в сфере жилищных отношений, благоустройства территории, ритуальных услуг относится организация ритуальных услуг, содержание кладбищ и иных мест захоронения (т. 1, л.д. 204).
Постановлением главы муниципального образования <адрес> от <дата> №** определено местоположение кладбищ муниципального образования, к числу которых относится кладбище городское №**, на территории которого находится место родственного захоронения близких лиц истца и ответчика (т. 1, л.д. 233, 235).
Представленными администрацией города документами: копиями выписок из ЕГРН, документами государственного фонда данных, выпиской из реестра муниципального имущества, - подтверждается, что земельные участки, выделенные под размещение кладбищ муниципального образования, включая земельные участки с кадастровыми номерами 51:28:0130001:2 и 51:28:0130001:3, выделенные для городского кладбища №**, являются объектами муниципальной собственности муниципального образования <адрес> с подведомственной территорией (т.1, л.д. 220, 221, 222, 223, 225, 226, 228, 229, 216-217, 218-219)
В соответствии с разделом 6 «Порядка организации похоронного дела на территории муниципального образования <адрес>, Порядка организации работы муниципальных кладбищ», утвержденного постановлением администрации <адрес> от <дата> №** (далее – Порядок, том 1, л.д. 119-124, том 2 материалов настоящего дела, а также размещен в общем доступе в справочно-правовой системе «Консультант Плюс»), содержащим требования к порядку захоронения и установке намогильных сооружений, захоронение умерших на муниципальных кладбищах производится в соответствии с действующими санитарными нормами и правилами не ранее через 24 часа после наступления смерти при предъявлении свидетельства о смерти, выданного органами ЗАГС, после оформления заказа (п. 6.1).
В соответствии с положениями п. 6.3 указанного Порядка, места захоронения умерших определяются специализированной службой в последовательном порядке по мере заполнения сектора, предназначенного для массового захоронения.
При этом погребения подразделяются на свободные и родственные (подзахоронение).
Свободным считается погребение на выделенном участке земли, где ранее погребение не производилось.
Родственным считается погребение к существующей могиле (подзахоронение).
Размер участка земли для погребения тела (останков) умерших на муниципальных кладбищах должен обеспечивать возможность погребения на этом же участке земли умершего супруга или близкого родственника (п. 6.4).
Размеры земельного участка для свободного погребения должны составлять: для одиночного погребения - 2,5 x 2,0 м; для двойного погребения - 2,5 x 4,0 м.
Глубина могилы должна быть не менее 1,5 м.
Над каждой могилой должна быть земляная насыпь (могильный холм) высотой не менее 0,5 м от поверхности земли (п. 6.5).
В силу п. 6.6 Порядка, предоставление земельного участка для погребения к существующей родственной могиле осуществляется бесплатно.
Погребение к существующей родственной могиле осуществляется по письменному заявлению родственников ранее умершего при условии наличия намогильного сооружения с указанием фамилии, имени, отчества, даты смерти умершего либо регистрационных номеров, а также наличия свободного участка земли и соблюдения санитарных норм. К заявлению прилагаются документы, подтверждающие родство, и копия свидетельства о смерти ранее умершего.
После произведенного погребения лицо, взявшее на себя обязанность осуществлять погребение, обязано установить на могиле знак с указанием фамилии, имени, отчества умершего, даты его смерти. Ответственность за сохранность знака с информацией об умершем несет лицо, его установившее (п. 6.15).
Намогильные сооружения являются собственностью лиц, за счет которых они изготовлены и (или) установлены.
Намогильные сооружения устанавливаются в пределах отведенного под захоронение участка земли. Установка надмогильных сооружений за пределами отведенного под погребение участка земли не допускается.
В случае установления намогильного сооружения за пределами отведенного под погребение участка земли лица, установившие намогильные сооружения, обязаны перенести и установить их в границах отведенного участка (п. 6.16).
Согласно материалам настоящего дела, уполномоченным органом по содержанию мест захоронения в <адрес> является Муниципальное казенное учреждение «Управление городским хозяйством» (МКУ «УГХ»), на которое постановлением главы муниципального образования <адрес> с подведомственной территорией от <дата> №** возложены с <дата> функции специализированной службы по вопросам похоронного дела (т. 1, л.д. 118).
В ходе судебного разбирательства на основании объяснений сторон и материалов настоящего гражданского дела, в том числе актовых записей, предоставленных отделом ЗАГС администрации <адрес>, установлено, что ФИО1, умершая <дата>, согласно записи акта о смерти №** от <дата> (т. 1, л.д. 46), являлась супругой ответчика ФИО6 (запись акта о заключении брака №** о <дата>, т. 1, л.д. 45) и дочерью истца ФИО5 (запись акта о рождении №** от <дата>, т. 1, л.д. 44).
Кроме того, умершие <дата> ФИО2, согласно записи акта о смерти №** от <дата> (т.1, л.д. 47), и <дата> ФИО3, согласно записи акта о смерти №** от <дата> (т. 1, л.д. 48), являлись родителями истца ФИО5, что подтверждается записью акта о её рождении №** от <дата> (т. 1, л.д. 49) и записью акта о заключении брака №** от <дата> (смена фамилии «ФИО17» на «ФИО16», т. 1, л.д. 50) и, соответственно, дедушкой и бабушкой ФИО1
ФИО2, ФИО3 и ФИО1 захоронены на городском кладбище №** в пределах семейного (родового) захоронения, что сторонами не оспаривалось.
При этом в силу давности захоронения ФИО2 и ФИО3 каких - либо разрешительных документов на выделение их родственникам земельного участка на городском кладбище №** для захоронения ФИО17 не сохранилось, что подтверждается как отзывами представителей администрации муниципального образования <адрес>, МКУ «УГХ», так и объяснениями истца, а также сообщениями ГОКУ «Государственный архив <адрес>» (т. 1, л.д. 186), филиала ГОКУ «Государственный архив <адрес> в <адрес> (т. 1, л.д 195).
Вместе с тем, МКУ «УГХ» дало разрешение ответчику ФИО6 на подзахоронение его супруги ФИО1 рядом с могилой её дедушки ФИО3 в пределах оградки, что подтверждается копией Разрешения на захоронение от <дата> (т. 1, л.д. 78).
Из объяснений истца ФИО5 и показаний свидетеля ФИО11 следует, что они как близкие родственники ФИО1 не имели возражений относительно подзахороненияФИО14 рядом с могилами бабушки и дедушки (протокол судебного заседания от <дата>, т. 1, л.д. 167, 168).
Таким образом, ответчик ФИО6, получив согласие истца на подзахоронение его супруги около могил ФИО17, на основании которого ему было выдано разрешение МКУ «УГХ» на захоронение супруги в пределах семейного (родового) захоронения, взял на себя обязанность осуществлять погребение и, как следствие, в силу вышеприведенного п. 6.15 Порядка организации работы муниципальных кладбищ, обязанность установления на могиле знака с указанием сведений об умершей, и впоследствии - надгробного сооружения, а также по выполнению работ по обустройству родового захоронения, где похоронена супруга, в пределах его ограды, на что согласие истца не требовалось.
Из акта осмотра участка захоронений ФИО10, ФИО3 и ФИО1 от <дата>, составленного специалистом МКУ «УГХ», следует, что на могильных сооружениях ФИО17, ФИО16 имеются надгробные плиты, что позволяет идентифицировать захоронение; размер ограды составляет 4,5 х 3 м. Фотоизображениями и видеозаписью объективность сведений, изложенных в акте, подтверждается (т. 1, л.д. 244, 245).
Фотографиями и видеозаписью, представленными ответчиком; показаниями допрошенной в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО13 (дочери ответчика и внучки истца, протокол судебного заседания от <дата>, т. 1, л.д. 168, обратная сторона) также подтверждается объем выполненных им работ по благоустройству семейного (родового) захоронения (т. 1, л.д. 72-75, л.д. 238-239) и соответствие их результатов требованиям раздела 6 Порядка организации работы муниципальных кладбищ, в том числе п. 6.16, согласно требованиям которого намогильные сооружения устанавливаются в пределах отведенного под захоронение участка земли.
При этом обязанность лица, установившего намогильное сооружение, перенести и установить его в границах отведенного участка, возникает только в случае установления намогильного сооружения за пределами отведенного под погребение участка земли.
Нарушений подобного рода судом в данном гражданско-правовом споре не установлено.
Исходя из мотивированных отзывов третьих лиц (т. 1, л.д. 196; л.д. 242), уполномоченные органы местного самоуправления, как контролирующий (администрация <адрес>), так и отвечающий за похоронное дело на территории муниципального образования (МКУ «УГХ»), не имеют претензий и не находят нарушений обустройства надгробных сооружений ответчиком ФИО6
Нарушений норм уголовного законодательства и Кодекса РФ об административных правонарушениях в действиях ответчика ФИО6 правоохранительными органами также установлено не было.
Так, по материалам проверки заявления ФИО5 о факте вандализма, зарегистрированного в КУСП №** от <дата>, должностным лицом МО МВД России «Полярнорзоринский» (участковым уполномоченным полиции) было отказано в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО6 по ч. 1 ст. 244 УК РФ по обстоятельствам надругательства над телами умерших либо уничтожения, повреждения или осквернения мест захоронения, надмогильных сооружений за отсутствием состава преступления. Не установлен в действиях ФИО6 и состав преступления, предусмотренный ст. 330 УК РФ (самоуправство).
По указанным обстоятельствам участковым уполномоченным полиции вынесено постановление от <дата> об отказе в возбуждении уголовного дела на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ (отсутствие состава преступления в действиях лица), не обжалованное сторонами.
Из материалов №** по делу об административном правонарушении в отношении ФИО6 по ст. 19.1 КоАП РФ (самоуправство), предоставленного мировым судьей судебного участка Полярнозоринского судебного района, установлено, что в ходе подготовки дела об административном правонарушении по материалам МО МВД России «Полярнозоринский» №**, протокол об административном правонарушении в отношении ФИО6 по ст. 19.1 КоАП РФ был возвращен определением судьи от <дата> в административный орган для устранения допущенных нарушений при составлении протокола, поскольку должностным лицом отдела полиции не установлены действия, образующие состав данного правонарушения, а также не установлено наличие существенного вреда интересам ФИО5
Указанное определение о возврате протокола об административном правонарушении в отношении ФИО6 о правонарушении, предусмотренном ст. 19.1 КоАП РФ, для устранения допущенных нарушений поступило в МО МВД России «Полярнозоринский» <дата>, после чего каких-либо итоговых процессуальных решений по материалам проверки принято не было.
Из материала надзорного производства №**ж-2024, возбужденного на основании заявления ФИО5 к прокурору от <дата> о привлечении к ответственности ФИО6 за действия по благоустройству родового захоронения ФИО17-ФИО16 на городском кладбище №**, установлено, что по итогам проведенной проверки прокурором <адрес> было рекомендовано ФИО5 обратиться за защитой своих прав в суд с иском в связи с наличием спора гражданско-правового характера (копии имеющих значение для настоящего гражданского дела документов из материалов КУСП №**; надзорного производства прокуратуры <адрес> №**; из материалов дела №** об административном правонарушении, представленных мировым судьей, материалов дела об административном правонарушении №** приобщены после исследования в судебном заседании к материалам настоящего дела, том 2).
В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Так, несмотря на то, что третьими лицами, включая МКУ «УГХ», не оспаривается, что на территории городского кладбища №** расположено семейное (родовое) захоронение семей ФИО17-ФИО16, вместе с тем, истец ФИО5 разрешительными документами, подтверждающими, что она является лицом, ответственным за указанное родовое захоронение, взявшим на себя обязанность захоронить умерших родственников, не располагает, в отличие от ответчика ФИО6, у которого, как установлено выше, такие документы имеются в отношении своей супруги.
Из объяснений истца следует, что организацией похорон матери ФИО17 в 1992 года занимался трудовой коллектив, а погребением отца в 2003 году занималась вся семья.
Доказательств того, что истец являлась исполнителем воли (душеприказчиком) своих родителей относительно порядка и способа их захоронения, и на этом основании в силу п. 1 ст. 7Федерального закона от <дата> N 8-ФЗ "О погребении и похоронном деле" отвечала за их погребение в соответствии с волеизъявлением родителей, суду предоставлено не было.
Напротив, согласно сообщению нотариуса нотариального округа <адрес> завещание от имени ФИО2 не оформлялось, при этом в архиве имеется завещание ФИО3, удостоверенное <дата>, то есть почти за 10 лет до его смерти, не в пользу истца (т. 1, л.д. 144). Так, всё своё имущество ФИО3 завещал ФИО15 (т. 1, л.д. 154, 155), который, согласно пояснениям истца, приходился родственником еёумершей родной сестры.
Оценив представленные сторонами доказательства в соответствии с требованиями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности, а также учитывая достаточность представленных доказательств для разрешения спора по существу и их взаимную связь в совокупности, суд приходит к выводу, что правовых оснований для удовлетворения исковых требований ФИО5 не установлено, поскольку истцом не доказано нарушений ответчиком требований законодательства в части содержания и благоустройства родового захоронения семей ФИО17-ФИО16. Напротив, судом установлено, что ответчиком внесены существенные улучшения по содержанию и текущему состоянию места семейного захоронения, что также подтверждается, наряду с совокупностью вышеприведенных доказательств, фотографиями места захоронения до его благоустройства и после (т. 1, л.д. 55-57, 60; 72-74, 75).
Ссылка истца на требования «ГОСТ 32609-2014. Межгосударственный стандарт. Услуги бытовые. Услуги ритуальные. Термины и определения» (приказ Росстандарта от <дата> №**-ст) и Рекомендации о порядке похорон и содержании кладбищ в Российской Федерации МДК 11-01.2002, рекомендованные Протоколом НТС Госстроя Российской Федерации от <дата> N 01-НС-22/1 на выводы суда о необоснованности заявленных исковых требований не влияет, поскольку вопросы организации похоронного дела на территории муниципального образования <адрес> наряду с Законом о погребении в полной мере урегулированы нормативными правовыми актами, принятыми администрацией <адрес> в пределах своих полномочий, при этом нормы «Порядка организации похоронного дела на территории муниципального образования <адрес>, Порядка организации работы муниципальных кладбищ», утв. постановлением администрации <адрес> от <дата> №**, не противоречат по своему содержанию положениям приведенных в иске ГОСТа и Рекомендаций. По смыслу всех перечисленных правовых актов правомочиями по благоустройству места захоронения обладает лицо, получившее в установленном порядке разрешение на захоронение умершего. При отсутствии такого лица, обязанность по содержанию места захоронения распределяется в зависимости от степени родства.
Показания свидетеля ФИО11, старшей дочери истца, подтвердившей в судебном заседании выполнение ответчиком работ по благоустройству места родового захоронения, и настаивающей, что действиями ответчика нарушены права истца на возможное подзахоронение к могилам ФИО17 (т. 1, л.д. 168), суд оценивает критически, поскольку возможность подзахоронения в данном случае зависит не от состояния покрытия площади семейного захоронения внутри ограды, а от наличия свободного участка земли и соблюдения санитарных норм. При этом земельные участки, выделенные под захоронение, являются муниципальной собственностью и разрешение на подзахоронение находится исключительно в компетенции уполномоченного администрацией органа, в данном случае МКУ «УГХ».
На этом основании суд приходит к выводу, что удовлетворение требований истца о демонтаже уложенной по заказу ответчика плитки и её подложки на прилегающей к могилам ФИО17 площади захоронения может привести к нарушению интересов не столько ответчика, сколько общества в части соблюдения требований Закона о погребении и нормативных актов органа местного самоуправления о соответствии места погребения этическим, санитарным и экологическим требованиям.
Отсутствие согласования между истцом и ответчиком объема работ по благоустройству семейного (родового) захоронения относится к аспекту морального, а не правового характера, поскольку обусловлено наличием конфликта между сторонами, разрешение которого является исключительно нравственным выбором истца и ответчика.
Доводы истца о том, что ответчик вопреки ФИО4 традициям о захоронении произвёл благоустройство родового захоронения, выравнив его по всей площади щебнем с последующей заливкой бетоном с укладыванием на него плитки, - признаются судом надуманными и основанными на неправильном толковании ФИО4 канонов.
Так, в целях получения разъяснений вышеуказанного морального аспекта гражданско-правового спора суду был предоставлен ответ Митрополита Мурманского и Мончегорского на предмет соблюдения ответчиком требований ФИО4 погребального обряда в процессе проведенных по его заказу работ по благоустройству родового захоронения (т. 1, л.д. 140, 175), из которого следует, что наличие тротуарной плитки вокруг самой могилы не противоречит ни канонам, ни традициям ФИО4, поскольку не существует никаких установлений по поводу того, каким должен быть цветник, можно ли помещать на могиле целый камень или укладывать плитку. Представление, будто плитка «давит» на покойного, является суеверием, так как в могилах находятся не души умерших близких, а их прах.
Из всех работ, проведенных ответчиком, излишним атрибутом указано только установление столика в месте захоронения.
Поскольку Митрополит как руководитель митрополии разрешает в силу своего высокого ранга на постоянной основе административные и канонические задачи епархии, имеет степень кандидата богословия, его разъяснения по вопросам выполнения ответчиком требований ФИО4 погребального обряда в контексте настоящего гражданско-правового спора, выходящие за пределы правового регулирования, представляются суду убедительными, позволяющими оценить неправомерность требований истца не только с точки зрения гражданско-правовых норм, но и в аспекте морально-нравственных притязаний.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
ФИО5(паспорт <...>, выдан <дата> Полярнозоринским ГОВД <адрес>) в удовлетворении иска к ФИО6 (вид на жительство 83 №**, выдан 15.11.2021УМВД России по <адрес>) об обязании привести место захоронения родителей в первоначальное состояние, отказать.
Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суд через Полярнозоринский районный суд <адрес> путем подачи апелляционной жалобы в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.
Председательствующий А.И. Мухаметшина