РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

27 мая 2025 года <адрес>

Шейх-Мансуровский районный суд <адрес> Республики в составе:

председательствующего судьи Мормыло О.В.,

при помощнике судьи ФИО7,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по иску Комитета имущественных и земельных отношений Мэрии <адрес> к ФИО2, ФИО3, ФИО1, ФИО5 о признании недействительными выписки из решения исполкома и договора купли-продажи, признании отсутствующим права собственности на земельный участок и аннулировании записи о государственной регистрации права,

УСТАНОВИЛ:

КИЗО Мэрии <адрес> обратился в суд с иском к ФИО2, ФИО1, ФИО5, в котором истец просил: признать недействительной выписку из решения от ДД.ММ.ГГГГ № выданную Исполнительным комитетом <адрес> Совета народных депутатов трудящихся «О выделении земельного участка под строительство индивидуального жилого дома»; признать недействительным договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный ФИО2 и ФИО4; признать отсутствующим право собственности ФИО2 на земельный участок с кадастровым номером 20:17:0345004:233, расположенный по адресу: <адрес>; аннулировать запись в ЕГРН от ДД.ММ.ГГГГ за № о государственной регистрации права собственности ФИО2 на земельный участок, расположенный по адресу: <адрес>.

Определением Шейх-Мансуровского районного суда <адрес> ЧР от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве соответчика был привлечен ФИО3, а для надлежащего представления интересов соответчика ФИО5, место жительства которой неизвестно, ей в качестве представителя был назначен адвокат из Адвокатской Палаты Чеченской Республики в порядке ст.50 ГПК РФ, с возобновлением рассмотрения дела с начала и повторным проведением подготовки и назначением нового судебного заседания.

Во вновь назначенном по делу судебном заседании представитель истца ФИО8, действующая по доверенности со всеми процессуальными правами, предусмотренными ст.54 ГПК РФ, на заявленных исковых требованиях настаивала, подтвердив изложенные в иске обстоятельства, согласно которым по выписке из ЕГРН от ДД.ММ.ГГГГ собственником спорного земельного участка является ФИО2 Данное право собственности ответчица зарегистрировала на основании договора купли-продажи земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного с ФИО4, которому оспариваемый земельный участок принадлежал на основании договора купли-продажи домовладения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного с ФИО9, и выписки из решения от ДД.ММ.ГГГГ №, выданной Исполнительным комитетом <адрес> Совета депутатов трудящихся «О выделении земельного участка под строительство индивидуального жилого дома». Истец полагал, что ФИО2 зарегистрировала свое право собственности на оспариваемый земельный участок незаконно, в нарушение действующего законодательства, которое подлежит отмене, так как основанием регистрации права собственности на земельный участок явились договора купли-продажи домовладения от ДД.ММ.ГГГГ, предметом купли-продажи по которому был жилой саманный кирпичный дом. Вместе с тем наличие у граждан в собственности домовладения, по мнению истца, не может стать основанием для государственной регистрации права собственности на земельный участок, расположенный под данным строением, так как государственная регистрация права собственности сама по себе не влечет возникновения прав на недвижимость, в отрыве от материального носителя зарегистрированного права – правоустанавливающего документа. Конституционный Суд РФ в своем определении от ДД.ММ.ГГГГ №-О указывал, что государственная регистрация призвана лишь удостоверить со стороны государства юридическую силу соответствующих правоустанавливающих документов; она не затрагивает самого содержания указанного гражданского права, не ограничивает способы договоров, юридическое равенство сторон, автономию и имущественную самостоятельность. В иске указывалось, что ФИО1 путем заключения договора купли-продажи домовладения с ФИО9 от ДД.ММ.ГГГГ, приобрел в собственность дом, а не земельный участок, который в таких случаях находится в фактическом пользовании гражданина, а так как государственная собственность на такие земельные участки не разграничена, то в соответствии со ст.3 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ №137-ФЗ «О введении в действие Земельного кодекса РФ» этими земельными участками распоряжается орган местного самоуправления, в данном случае – Мэрия <адрес> в лице КИЗО Мэрии <адрес>. Указанная в договоре купли-продажи с ФИО2 качестве основания принадлежности ФИО10 отчужденного ей земельного участка выписка из решения Исполнительного комитета <адрес> Совета депутатов трудящихся от ДД.ММ.ГГГГ № «О выделении земельного участка под строительство индивидуального жилого дома», по мнению истца, является поддельной из-за указания в ней точного адреса земельного участка (ул.им.Белинского, 70), хотя согласно действовавшему в то время Земельному кодексу РСФСР 1991 г. земельные участки предоставлялись нуждающимся гражданам из свободного городского фонда с указанием номера квартала, в котором находился земельный участок, и только после окончания строительства на нем объекта недвижимости именно объекту недвижимости присваивался адрес.

Кроме того, в иске содержались ссылки на положения Земельного кодекса РСФСР 1991 года, предусматривавшие обязательное наличие государственного акта на земельный участок, либо оформления договоров аренды и временного пользования с прилагавшимся к ним планом земель, предоставленных во временное пользование или аренду, которых не имеется у ответчика, как и землеотводных документов на участок.

Требование о признании отсутствующим права собственности на земельный участок обосновывалось ссылкой на постановление Пленума Верховного Суда РФ и Пленума ВАС РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав».

В судебном заседании представитель истца дополнительно обращала внимание на то, что земельный массив, в котором находится земельный участок, являлся незастроенным, участок – пустующим, в 1978 году площади участков указывались в гектарах, а не в квадратных метрах. Данный участок ФИО2 не освоила, не огородила, поэтому КИЗО не имел возможности своевременно узнать о владельцах участка, а регистрирующий орган сведений в Мэрию <адрес> о каждом факте регистрации прав на участки не сообщает, поэтому представитель истца полагала срок исковой давности не пропущенным. Однако, объяснить причины, помешавшие истцу своевременно уточнить информацию о зарегистрированных правах на спорный участок и обратиться с иском при наличии сведений о земельном участке, его кадастровом номере, границах и размерах в государственном кадастре недвижимости и на публичной кадастровой карте с 2016 года, представитель истца в суде не смогла.

Ответчица ФИО2, явившаяся в судебное заседание, исковые требования КИЗО Мэрии <адрес> не признала, подтвердила изложенные в ее письменном возражении доводы и обстоятельства, согласно которым земельный участок был первоначально предоставлен на основании решения Исполнительного комитета <адрес> Совета народных депутатов «О выделении земельного участка под строительство индивидуального жилого дома» № от ДД.ММ.ГГГГ. Затем, право собственности на земельный участок было зарегистрировано в Управлении Росреестра по ЧР ДД.ММ.ГГГГ за ФИО4, а за ФИО2 право собственности на земельный участок было зарегистрировано в Управлении Росреестра по ЧР ДД.ММ.ГГГГ. То есть с 2012 года в Управлении Росреестра по ЧР имелись сведения о регистрации права собственности на спорный земельный участок за вышеуказанными лицами. Учитывая положения ст. 200 ГК РФ о начале исчисления срока исковой давности со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, ФИО2 обращала внимание на то, что КИЗО Мэрии <адрес> иск был подан в феврале 2025 года, по истечении более 46 лет с момента предоставления участка ФИО5, более 12 лет с момента регистрации права собственности на имя ФИО4, и более чем 8 лет после регистрации права собственности за ФИО2 и ФИО3 Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, в силу ч.2 ст.199 ГК РФ является основанием для отказа в иске.

Ответчица в письменном возражении указывала, что согласно п.12 постановления Пленума Верховного Суда РФ № от ДД.ММ.ГГГГ срок исковой давности, пропущенный юридическим лицом, восстановлению не подлежит, что также вытекает из положений ст. 205 ГК РФ, предусматривающих возможность восстановления срока только для граждан в исключительных случаях. Изменение состава органов юридического лица не влияет на определение начала течения срока исковой давности.

Также ФИО2 обращала внимание на то, что она является собственником 7/9 долей земельного участка, а собственником оставшихся 2/9 долей является ФИО3 на основании договора купли-продажи (купчей) земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ, запись о регистрации их права собственности в ЕГРН внесена ДД.ММ.ГГГГ. Более того, ДД.ММ.ГГГГ ею в <адрес> Мэрии <адрес> было направлено уведомление о планируемом строительстве жилого дома, а ДД.ММ.ГГГГ за № получено Уведомление о соответствии указанных в уведомлении параметров объекта индивидуального жилищного строительства установленным параметрам и допустимости размещения объекта индивидуального жилищного строительства на земельном участке 20:17:0345004:233 по адресу: <адрес>.

В связи с указанными обстоятельствами ответчица полагала, что КИЗО Мэрии <адрес> как орган Мэрии <адрес>, осуществляющий права собственника земельных участков, государственная собственность на которые не разграничена, не мог не знать о наличии собственников на спорный земельный участок, которые все это время добросовестно и открыто им владели, а также оплачивали налоги.

Помимо этого, в возражении отражено, что иск о признании зарегистрированного права отсутствующим является исключительным способом защиты, который подлежит применению лишь тогда, когда нарушенное право истца не может быть защищено посредством предъявления специальных исков, предусмотренных действующим гражданским законодательством, что было отражено как в пункте 3 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № (2019), так и в постановлении Президиума ВАС РФ от ДД.ММ.ГГГГ № по делу №А46-14110/2010, (то есть когда нельзя оспорить сделку, применить виндикацию, признать право собственности и т.д.).

В данном же случае КИЗО Мэрии <адрес> в своем иске одновременно и оспаривает сделку, сам факт предоставления ФИО5 земельного участка в 1978 году, и просит признать право собственности на имя ФИО2 отсутствующим, что, по мнению ответчицы, противоречит закону.

Однако, никаких доказательств незаконности регистрации права собственности на земельный участок на имя ответчицы КИЗО Мэрии <адрес> не представлено, запись о государственной регистрации права собственности на земельный участок на имя ФИО4 и ФИО2 внесена в ЕГРН в установленном законом порядке.

В связи с изложенным, ответчица считала, что требования о признании отсутствующим права собственности КИЗО Мэрии <адрес> заявлено умышленно в связи с пропуском срока исковой давности предъявления к ней иных исковых требований. При том, что истец не представил обоснования, что в случае признания недействительными ее документов и аннулирования записи в ЕГРН права КИЗО Мэрии <адрес> будут восстановлены.

Также в возражении указывается, что иск о признании права собственности отсутствующим, в силу п.52 постановления Пленума Верховного суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, может заявить только владеющий собственник, право которого зарегистрировано в ЕГРН, но участком фактически владеют она с ФИО3, что никем не оспаривается, поэтому оснований для удовлетворения этих требований КИЗО Мэрии <адрес> также не имеется.

Кроме доводов, изложенных в письменном возражении, ответчица ФИО2 в судебном заседании дополнительно пояснила, что на момент приобретения ею у ФИО4 данного земельного участка и последующей регистрации права в Управлении Росреестра по ЧР в ноябре 2016 года ее документы прошли проверку регистратора, никаких споров о праве на земельный участок не заявлялось, ограничений или обременений в выписке у предыдущего правообладателя не было. В противном случае она бы отказалась от заключения договора купли-продажи либо расторгла бы сделку в 2016 году, вернула свои деньги и приобрела другой участок. Она также уведомляла префектуру о параметрах строительства жилого дома на земельном участке, оформляла соответствующие документы, после чего регулярно чистила земельный участок, приступить к строительству не смогла в силу объективных причин и выявившейся необходимости проведения дополнительных подготовительных работ, выравнивания земельного участка, очистки его от строительного мусора, завезенного с соседних участков. Все эти работы производились за счет ответчицы с несением ею дополнительных расходов. В этих условиях заявление КИЗО Мэрии <адрес> своего иска по прошествии более 8 лет с момента приобретения ею земельного участка она считает недобросовестным и незаконным, поэтому просит в удовлетворении исковых требований КИЗО Мэрии <адрес> отказать в полном объеме.

Соответчики ФИО1, ФИО5 и ФИО3, извещенные о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явились. От ФИО3 в суд представлено нотариально удостоверенное заявление, в котором он просил рассмотреть дело в его отсутствие, направить ему копию решения суда, с иском КИЗО Мэрии <адрес> также не согласился, полностью поддерживал возражения ФИО2 Остальные соответчики в суд своих отзывов (возражений) не направили, об отложении не просили, сведений об уважительности причин неявки не сообщили.

Участвующая в судебном заседании в качестве представителя соответчика ФИО5 – адвокат ФИО11, действующая в порядке ст.50 ГПК РФ, по назначению на основании ордера 2№ от ДД.ММ.ГГГГ, разрешение иска КИЗО Мэрии <адрес> оставила на усмотрение суда, пояснив о неосведомленности с обстоятельствами оформления оспариваемых документов на земельный участок на имя ФИО5

Представитель третьего лица – Управления Росреестра по ЧР, также уведомленный о времени и месте судебного разбирательства надлежащим образом, в суд не явился, об уважительности причин своей неявки не сообщил, об отложении не просил, отзывов (возражений) по существу заявленных исковых требований в суд не представил.

Выслушав представителей сторон, исследовав материалы дела, суд с согласия явившихся участников процесса признал возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц и пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьями 12 и 56 ГПК РФ правосудие осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон и каждая сторона должна доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

В силу ч.4 ст.198 ГПК РФ в случае отказа в иске в связи с признанием неуважительными причин пропуска срока исковой давности или срока обращения в суд в мотивировочной части решения суда указывается только на установление судом данных обстоятельств.

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Исходя из указанной нормы под правом лица, подлежащим защите судом, следует понимать субъективное гражданское право конкретного лица.

Если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).

Согласно пункту 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре, которая в силу положений статьи 56 ГПК РФ, несет бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока исковой давности. Бремя доказывания наличия обстоятельств, свидетельствующих о перерыве, приостановлении течения срока исковой давности также возлагается на лицо, предъявившее иск.

Заявленные истцом требования о признании отсутствующим права собственности ФИО2 на указанный земельный участок удовлетворению не подлежат, так как в силу правовой позиции, содержащейся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», (далее - Постановление №), оспаривание зарегистрированного права может быть осуществлено путем предъявления иска о признании права отсутствующим лишь в случае, если запись в ЕГРП нарушает право истца, которое не может быть защищено путем признания права или истребования имущества из чужого незаконного владения, то есть иным предусмотренным законом способом, а в данном деле истцом заявлены требования о признании недействительной сделки (правоустанавливающего документа – выписки из решения) на имя ответчиков, удовлетворение которых и может являться основанием к аннулированию произведенной на ее основании записи о государственной регистрации права собственности на земельный участок на имя ответчика.

Как следует из официального толкования законодательства, содержащегося в пунктах 35 и 36 Постановления №, если имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе обратиться с иском об истребовании имущества из незаконного владения приобретателя (статьи 301 и 302 ГК РФ). Когда в такой ситуации предъявлен, иск о признании недействительными сделок по отчуждению имущества, суду при рассмотрении дела следует иметь в виду правила, установленные ст.ст. 301, 302 ГК РФ.

КИЗО Мэрии <адрес> предъявил требования об оспаривании выписки из решения № от ДД.ММ.ГГГГ, выданной Исполнительным комитетом <адрес> Совета народных депутатов трудящихся на имя ФИО5, а также о признании недействительным договора купли-продажи земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО4 с одной стороны, и ФИО2 с ФИО3 – с другой, но о признании за собой права собственности на участок не просил, требования о признании отсутствующим права собственности ФИО2 и аннулировании записи о государственной регистрации права собственности на ее имя связывал с недействительностью выписки из решения Исполкома и договора купли-продажи. Поэтому ко всем исковым требованиям подлежат применению ст.ст. 301, 302 ГК РФ, на которые в полной мере распространяются положения ст.ст. 196, 200 ГК РФ о сроке исковой давности, составляющем 3 года и исчисляемым со дня, когда истец мог и должен был узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Так как право собственности и другие вещные права на недвижимое имущество подлежат государственной регистрации в ЕГРП (ЕГРН) органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней, то течение срока исковой давности по таким искам начинается не позднее дня, когда лицо узнало или должно было узнать о соответствующей записи в ЕГРП (ЕГРН) (п.57 Постановления №).

Поскольку сама по себе запись в ЕГРП (ЕГРН) о праве или обременении недвижимого имущества не означает, что именно со дня ее внесения в ЕГРП лицо знало или должно было знать о нарушении права, постольку момент начала течения срока исковой давности по заявленным требованиям может определяться исходя из обстоятельств конкретного дела, например, со дня, когда публично-правовое образование в лице уполномоченных органов узнало или должно было узнать о передаче имущества другому лицу или о совершении действий, свидетельствующих об использовании другим лицом спорного имущества (п.4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности").

Из содержания представленных в материалы дела выписки из ЕГРН от ДД.ММ.ГГГГ №КУВИ-001/2025-26963459, копий договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ Р№, выписки из решения Исполкома № от ДД.ММ.ГГГГ, договора купли-продажи (купчей) земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ Р№, а также показаний представителя истца КИЗО Мэрии <адрес> и ответчика ФИО2 следует, что право собственности на земельный участок было зарегистрировано в ЕГРН Управления Росреестра по ЧР сначала на имя ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ записью №, на основании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенного нотариусом 1-й Грозненской государственной нотариальной конторы ФИО12 по реестру №, зарегистрированного в БТИ <адрес> ДД.ММ.ГГГГ (в соответствии с ранее действовавшим законодательством) и перерегистрированного ДД.ММ.ГГГГ в БТИ <адрес> ФГУП «Ростехинвентаризация» (после окончания военных действий), и выписки из решения № от ДД.ММ.ГГГГ, выданной <адрес> Совета депутатов трудящихся (в качестве первичного землеотводного документа на имя ФИО5, как первоначального владельца участка под домовладением). Затем, право собственности на земельный участок перешло к ФИО2 и ФИО3 по договору купли-продажи земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенному ФИО13, нотариусом Грозненского городского нотариального округа ЧР в реестре №, сторонами которого являлись: продавец – ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., уроженец <адрес>, и покупатели – ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., уроженка <адрес>, и ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ г.р., уроженец <адрес>. При этом пунктом 2.2. указанного договора закреплено, что ФИО2, ФИО3 купили у ФИО4 земельный участок в долевую собственность в следующих долях: ФИО2 – 7/9 (семь девятых) долей; ФИО3 – 2/9 (две девятых) доли. Право общей долевой собственности ФИО2 и ФИО3 было зарегистрировано в ЕГРН записью № от ДД.ММ.ГГГГ и до настоящего времени право собственности на земельный участок к иным лицам не переходило, остается за ФИО2 и ФИО3 с ДД.ММ.ГГГГ.

Кадастровый номер № данному земельному участку был присвоен еще ДД.ММ.ГГГГ при регистрации права на имя ФИО4 с установлением точных координат границ и размеров земельного участка и постановкой его на государственный кадастр и отображением на публичной кадастровой карте.

Сведения об объекте недвижимости имеют статус «актуальные, ранее учтенные», при отсутствии данных об изъятии участка для государственных (муниципальных) нужд, как и данных об образовании участка из земель, государственная собственность на которые не разграничена, что также опровергает доводы истца о его праве на распоряжение участком и обращение в суд с иском в качестве защиты прав и интересов муниципального образования <адрес>.

В представленной в суд самим истцом выписке из ЕГРН от ДД.ММ.ГГГГ №КУВИ-001/2025-269634597 также указано, что кадастровый номер участку присвоен ДД.ММ.ГГГГ, а также имеется план участка, с его расположением относительно соседних объектов недвижимости на кадастровой карте, что опровергает доводы представителя истца о невозможности своевременного получения сведений о владении ответчиком земельным участком.

Представитель истца в ходе рассмотрения дела не представила доказательств невозможности получения приложенных к иску копий правоустанавливающих документов ответчика на земельный участок до января 2025 года, как и доказательств наличия препятствий в получении сведений из ЕГРН о зарегистрированных правах ответчиков на земельный участок до ДД.ММ.ГГГГ.

Из приложенной к возражению ответчика ФИО2 копии уведомления от ДД.ММ.ГГГГ №, выданного <адрес> Мэрии <адрес> на имя ФИО2 о соответствии указанных в ее уведомлении от ДД.ММ.ГГГГ №Д-11 параметров объекта индивидуального жилищного строительства установленным параметрам и допустимости размещения объекта индивидуального жилищного строительства на земельном участке 20:17:0345004:233 по адресу: ЧР, <адрес>, следует, что подразделения Мэрии <адрес>, от имени которой осуществляет свои полномочия истец, были осведомлены о владении ответчиками данным земельным участком, его параметрах, кадастровом номере и зарегистрированных правах на него и в 2019 году.

Поэтому суд приходит к выводу, что срок исковой давности относительно заявленных КИЗО Мэрии <адрес> требований о признании недействительными выписки из решения Исполкома № от ДД.ММ.ГГГГ и договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ Р№, аннулировании записи о государственной регистрации права собственности ФИО2 на оспариваемый земельный участок следует исчислять с даты государственной регистрации права собственности ФИО2 и ФИО3 на указанный земельный участок в ЕГРН записью № от ДД.ММ.ГГГГ, произведенной уже после постановки участка на кадастровый учет ДД.ММ.ГГГГ с кадастровым номером 20:17:0345004:233 с точными координатами, течение указанного срока не прерывалось и не приостанавливалось, продолжалось ДД.ММ.ГГГГ при осведомленности истца о правах ответчиков на земельный участок. Данный срок истек ДД.ММ.ГГГГ.

В приложенной к иску копии акта обследования земельного участка №, датированного ДД.ММ.ГГГГ, отсутствуют сведения об участии в проведении обследования и составлении акта владельцев участка ФИО2 или ФИО3, а равно их вызова для проведения указанных действий. В связи с этим представленные истцом материалы не могут быть приняты судом в качестве доказательств отсутствия у истца возможности своевременно узнать о владении ответчиками ФИО2 и ФИО3 участком и регистрации прав на него. Данный акт обследования датирован через три дня после получения истцом выписки из ЕГРН от ДД.ММ.ГГГГ, основания получения которой истец не представил, равно как не сообщил причины возникшей в январе-феврале 2025 года необходимости в проведения проверки участка и зарегистрированных на него прав.

При таких обстоятельствах, обращение КИЗО Мэрии <адрес> в Шейх-Мансуровский районный суд <адрес> ДД.ММ.ГГГГ вх№М-307/1907 с иском к ФИО5. ФИО1, ФИО2 и ФИО3 по данному делу, свидетельствует о пропуске КИЗО Мэрии <адрес> срока исковой давности.

В своем иске представитель КИЗО Мэрии <адрес> в качестве основания для признания недействительной выписки из решения Исполкома № от ДД.ММ.ГГГГ на имя ФИО5 указывала на наличие в этом документе «признаков поддельности».

Однако, вступившего в законную силу приговора суда о признании ФИО5, ФИО4 или иных лиц виновными в фальсификации документов, изготовлении и/или использовании подложных документов, либо мошенничестве с использованием оспариваемых документов на указанный земельный участок, а равно постановлений о прекращении уголовного преследования ответчика или иных лиц за совершение преступлений с указанным земельным участком по не реабилитирующим основаниям, представитель истца в суд не представила.

Доводы представителя истца об отсутствии иных землеотводных документов, а равно отсутствии на земельном участке жилого дома, указанного в договоре дарения от ДД.ММ.ГГГГ Р№ в полной мере опровергаются общеизвестными фактами о повсеместной утрате государственных архивных фондов на территории Чеченской Республики и разрушении жилых домов в <адрес> в период разрешения кризиса в 1994-1995, 1999-2000 г.

Указанные обстоятельства также свидетельствуют о злоупотреблении истцом своими правами и об отсутствии оснований считать срок исковой давности Комитетом имущественных и земельных отношений Мэрии <адрес> не пропущенным.

Пропуск срока исковой давности при отсутствии оснований для его восстановления является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований а КИЗО <адрес> в полном объеме.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд,

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований Комитета имущественных и земельных отношений Мэрии города к ФИО2, ФИО3, ФИО1, ФИО5 о признании недействительными выписки из решения исполкома и договора купли-продажи, признании отсутствующим права собственности на земельный участок и аннулировании записи о государственной регистрации права – отказать.

Настоящее решение суда может быть обжаловано лицами, участвующим в деле, в апелляционном порядке в Верховный Суд Чеченской Республики через Шейх-Мансуровский районный суд <адрес> в течение месяца со дня вынесения решения суда в окончательной форме.

Резолютивная часть решения суда оглашена в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ.

Полный мотивированный текст решения суда изготовлен ДД.ММ.ГГГГ.

Председательствующий О.В Мормыло