Дело № 2-36/2023

22RS0068-01-2022-001818-93

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

30 января 2023 года г. Барнаул

Центральный районный суд г. Барнаула Алтайского края в составе:

председательствующего Поповой Н.Н.,

при секретаре Устименко Е.А.,

с участием прокурора Овчинниковой С.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО1 к ООО «Махаон» о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском, указав, что в июне 2020 года была принята продавцом-кассиром в магазин «Puma», ООО «Махаон» с испытательным сроком в 3 месяца. В сентябре 2020 была официально трудоустроена. На момент трудоустройства истец была полностью здорова, однако позже началось систематическое психологическое давление на истца со стороны руководства, выражались нецензурной бранью, повышали голос, доводили до слез, систематически штрафовали за невыполнение показателей. Истец неоднократно работала за рамками установленного рабочего времени, переработки не оплачивались. На фоне систематических переработок, психологического давления на истца состояние здоровья истца ухудшилось, сказывалось сильное нервное напряжение, было тяжело дышать, началась бессонница. С установленным графиком в месяц истец физически не справлялась. На данный момент из-за возникших проблем со здоровьем истец испытывает психологические проблемы, проблемы с сердцем, находится на лечении у невролога, началось развитие варикоза, болят ноги. 13.09.2021 утром истцу стало плохо и она упала в обморок, находилась на больничном листе с 13.09.2021 по 14.09.2021, с 15.09.2021 по 22.09.2021.

На основании изложенного истец просит обязать ответчика предоставить трудовой договор, заключенный с истцом. Взыскать с ООО «Махаон» компенсацию морального вреда в размере 50000 руб., расходы по оплате услуг представителя 40000 руб.

В судебном заседании истец на требованиях настаивала в полном объеме, пояснила, что до начала работы у ответчика у нее имелись заболевания, которые обострились в период работы из-за стресса, оказанного на нее руководством давления, в частности, директор говорил, что у нее плохие показатели, мог нецензурно выразиться в ее адрес, повысить голос. В настоящее время находится на учете у невролога. Проходит лечение. Поступила в университет в 2019 году, в 2020 была вынуждена взять академический отпуск из-за материальных проблем, устроилась на работу к ответчику. С графиком работы была ознакомлена, необходимо было отработать 18 смен в месяц, пыталась подстроиться под учебу, совмещала учебу и работу. Между тем, в период работы со стороны работодателя постоянно оказывалось давление, и применялись санкции – за опоздание, за невыполнение плана, постоянно имели место задержки сверх рабочего времени, а также работы вне и сверх графика. Уволиться в связи с плохим отношением и тяжелыми условиями труда не могла, поскольку необходимы были денежные средства. Негативное отношение работодателя привело к тому, что начала падать в обмороки, начались регулярные переживания по поводу работы, поскольку отдыхать во время смены нельзя, даже присесть на стул, целый день находились под камерами, такси до дома после работы начали оплачивать только спустя полгода после трудоустройства, и то после звонка матери истца работодателю. Требования относительно возложения обязанности на ответчика предоставить трудовой договор не поддержала, поскольку в рамках рассмотрения дела копия трудового договора ей представлена.

Представитель ответчика в судебном заседании иск не признал, поддержал доводы письменных отзывов на исковое заявление. Дополнительно пояснил, что заболевания у истца возникли до трудоустройства, наличие причинно-следственной связи между состоянием здоровья истца и ее работой у ответчика не подтверждено. Истец была на хорошем счету у работодателя, не смотря на то обстоятельство, что не всегда выполняла поставленный план, однако, раз в квартал всегда премировалась, пользовалась услугами такси за счет ответчика. Причиной ее ухудшения состояния здоровья, в том случае, если оно имело место быть, явилось то обстоятельство, что истец совмещала работу и учебу. Ранее истец обращалась в Государственную инспекцию труда с требованиями произвести перерасчет отпускных, было два предписания, потому что неверно были рассчитаны отпускные, это нарушение было устранено.

Суд полагает возможным рассмотреть дело при данной явке.

Выслушав пояснения участников процесса, заключение прокурора полагавшей, что оснований для удовлетворения требований истца не имеется, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с положениями статьи 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы) в интересах, под управлением и контролем работодателя, подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Трудовые отношения, как следует из положений части 1 статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации, возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации.

Работник имеет право на заключение, изменение и расторжение трудового договора в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами (абзац второй части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации).

Работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров (абзац второй части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Порядок и условия возмещения морального вреда работнику определены статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Ввиду отсутствия в Трудовом кодексе Российской Федерации норм, регламентирующих иные основания возмещения работнику морального вреда, помимо неправомерных действий или бездействия работодателя, к отношениям по возмещению работнику морального вреда применяются нормы Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующие обязательства вследствие причинения вреда.

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина (пункт 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Судом установлено, что на основании личного заявления ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ, между ней и ООО «Махаон» в указанную дату был заключен трудовой договор №, согласно которому истец принята на должность продавца – кассира с испытательным сроком 3 месяца и должностным окладом 13 000 руб. в месяц, что также подтверждается приказом о приеме работника на работу № от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно пункту 4 трудового договора, работнику устанавливается гибкий график режима рабочего времени, период учета суммарного рабочего времени отработанного работником устанавливается 6 месяцев.

Продолжительность обязательного ежедневного времени присутствии на рабочем месте устанавливается правилами внутреннего распорядка и графиком выхода на работу, утвержденным работодателем. Перерыв на обед устанавливается также согласно правилам внутреннего трудового распорядка в организации, но не менее 30 минут.

Выходные дни предоставляются в различные дни недели в соответствии с графиком выхода на работу, утвержденном работодателем.

При работе по гибкому графику режима рабочего времени работодатель имеет право привлекать работника для дополнительной работы, обусловленной производственной необходимостью (инвентаризация, составление отчетов, необходимость срочной реализации товара, выездная торговля и т.п.) сверх установленного обязательного времени присутствия на рабочем месте. Отработанное дополнительное время учитывается в течение периода учета суммарного рабочего времени, и за переработанное время предоставляются дополнительные дни отдыха или дополнительный неоплачиваемый отпуск.

Дополнительным соглашением от ДД.ММ.ГГГГ к трудовому договору № от ДД.ММ.ГГГГ, размер должностного оклада установлен 14 000 руб.

Экземпляр трудового договора и дополнительного соглашения, вопреки доводам истца, получены ею, что подтверждается личной подписью на указанных документах.

Правилами внутреннего трудового распорядка установлены время начала и окончания работы и перерыва для отдыха и питания: начало работы – 09:30 (либо с учетом режима рабочего времени торгового центра), окончание работы – 20:00 (либо с учетом режима рабочего времени торгового центра). Перерывы в период с 12 до 14 часов продолжительностью 15 минут; в период с 14 до 16 продолжительностью 30 минут; в период с 16 до 19 часов продолжительностью 15 минут.

На основании личного заявления ФИО1 об увольнении по собственному желанию без отработки от ДД.ММ.ГГГГ, действие трудового договора с истцом прекращено с указанной даты на основании п.3 ч.1 ст. 77 Трудового кодекса РФ (расторжение трудового договора по инициативе работника), что подтверждается приказом № от ДД.ММ.ГГГГ.

Истцом в адрес ответчика ДД.ММ.ГГГГ направлена претензия с изложением доводов и требований, аналогичных настоящему иску, в ответе ООО «Махаон» № от ДД.ММ.ГГГГ истцу указано на получение ею экземпляра трудового договора при его заключении, на отсутствие оснований для компенсации морального вреда.

Обращаясь с исковыми требованиями, ФИО1 указала на наличие оснований для взыскания компенсации морального вреда с ответчика, поскольку на фоне систематических переработок, психологического давления со стороны работодателя, состояние ее здоровья ухудшилось – стало тяжело дышать, началась бессонница, испытывает психологические проблемы, проблемы с сердцем, находится на лечении у невролога.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО5, которая является матерью истца, пояснила, что истец работала в ООО «Махаон» в отделе «Puma» первые полгода после трудоустройства все было хорошо, потом истец стала чрезвычайно нервной, постоянно сидела в телефоне, чтобы читать сообщении из общего чата с работы, даже в выходные дни, начала конфликтовать. На предложение уволиться истец отказывалась, поскольку ей нужные денежные средства для оплаты учебы, обращалась к неврологу, в настоящее время невролог диагностирует ухудшение здоровья. Указала, что на ее дочь оказывалось давление тем, что постоянно должна была быть в курсе рабочих дел, даже когда она не на работе, со стороны работодателя были крики и сообщения с нецензурной бранью в адрес истца, если не могла найти какую – то вещь в магазине, также директор говорил, что все будут оштрафованы. Возможности прекратить трудовые отношения у истца не было, поскольку ее потребности выросли и ей нужны были деньги.

Для установления юридически значимых обстоятельств по делу судом назначена судебно-медицинская экспертиза, проведение которой поручено экспертам ГКУЗ «Алтайское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы».

Заключением экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что согласно представленным медицинским документам и материалам дела, ФИО1 до июня 2020 года имелись следующие хронические заболевания/<данные изъяты> (с декабря 2016 года).

Данных об обращении ФИО1 за медицинской помощью с сентября 2019 по сентябрь 2021 в медицинских документах не имеется.

Таким образом, в период времени с июня 2020 по ДД.ММ.ГГГГ у ФИО1 не зафиксировано ухудшения течения вышеуказанных заболеваний, а так же появление у нее новых заболеваний и/или патологических состояний.

Экспертами указано, что по данным представленных медицинских документов, ДД.ММ.ГГГГ у ФИО1 отмечалось синкопальное состояние (<данные изъяты> по поводу которого она вызвала бригаду скорой медицинской помощи.

Бригадой скорой медицинской помощи отмечено наличие у ФИО1 жалоб на <данные изъяты>, которые больная связывала с переутомлением. При объективном осмотре каких-либо отклонений от нормы выявлено не было. С диагнозом: «Постсинкопальное состояние» ФИО1 была доставлена в ЧУЗ «Клиническая больница «РЖД-Медицина», г. Барнаул.

При последующем обследовании в ЧУЗ «Клиническая больница «РЖД-Медицина», г. Барнаул, а затем в ООО КДЦ «Добрый доктор», г. Барнаул, на основании жалоб (<данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, <данные изъяты>), анамнеза (данные жалобы в течение месяца на фоне стресса на работе), объективных данных (<данные изъяты>) с учетом результатов дополнительных методов исследовании (в том числе электроэнцефалографии от 24.09.2021г., дуплексного сканирования брахиоцефальных и транскраниальных сосудов от ДД.ММ.ГГГГ) ФИО1 был установлен диагноз: «<данные изъяты>).

Таким образом, экспертами установлено, что у ФИО1 в сентябре 2021 имело место ухудшение состояния здоровья - появление <данные изъяты>, а так же развитие <данные изъяты> на фоне ранее имеющейся у нее ангиодистонии <данные изъяты>

Согласно записям в представленных медицинских документах, ФИО1 связывала ухудшение состояния здоровья с переутомлением и стрессами на работе (данные «Карты вызова скорой медицинской помощи №» от 13.09.2021г., записи врача- невролога ЧУЗ «Клиническая больница «РЖД-Медицина», ...., от 13.09.2021г., врача-невролога ООО КДЦ «Добрый доктор», ...., от 14.09.2021г.).

Между тем, экспертами указано, что как правило, <данные изъяты> обусловлено психоэмоциональным напряжением (стрессовый фактор), инфекционными заболеваниями (отит, тонзиллит, бронхит и др.), интоксикациями (производственные вредности, чрезмерное потребление алкоголя, фармакофагия /применение медикаментов в больших дозах), приемом некоторых лекарственных препаратов и др.

С учетом исследованных комиссией экспертов медицинских документов, сделан вывод, что установить, что именно явилось непосредственной причиной развития у ФИО1 <данные изъяты> не представляется возможным.

Также указано, что объективных данных о наличии у ФИО1 варикозной болезни и каких-либо кардиологических заболеваний в представленных медицинских документах не представлено.

В соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

Проанализировав содержание заключение экспертов, суд приходит к выводу о том, что оно в полном объеме отвечает требованиям ст. 86 ГПК РФ, поскольку содержит подробное описание произведенных исследований и сделанные в результате их выводы. В обоснование сделанных выводов приведены соответствующие данные из имеющихся в распоряжении экспертов документов, основываются на исходных данных, их выводы согласуются с другими доказательствами по делу, также имеется информация о квалификации экспертов, образовании, стаже работы, имеются сведения о предупреждении экспертов об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

В соответствии со ст.56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч.3 ст.123 Конституции Российской Федерации и ст.12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на компенсацию морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага (п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33).

Согласно п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ). Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред. Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

Исходя из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению, моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. В статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплены общие правила по компенсации морального вреда без указания случаев, когда допускается такая компенсация. Поскольку возможность денежной компенсации морального вреда обусловлена посягательством на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, само по себе отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда.

Пунктом 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с Гражданским кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и в тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации установлены общие основания ответственности за причинение вреда. Согласно данной норме закона вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Из изложенного следует, что в случае причинения гражданину морального вреда (нравственных и физических страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, в числе которых право гражданина на охрану здоровья, право на семейную жизнь, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Разрешая требования ФИО1 суд приходит к выводу, что истцом не представлено доказательств, подтверждающих факт причинения ей действиями (бездействием) ответчика морального вреда.

Из представленных доказательств, заключения судебной экспертизы, следует, что достоверно установить причину что именно явилось непосредственной причиной развития у ФИО1 синдрома вегето-сосудистой дистонии, липотимических состояний, инсомнии, астено-тревожного и невротического синдрома не представляется возможным.

Судом также учитывается, что данных об обращении ФИО1 за медицинской помощью с сентября 2019 по сентябрь 2021 в медицинских документах не имеется, сведений о наличии у истца <данные изъяты> и каких- либо кардиологических заболеваний в представленных медицинских документах также не представлено.

Таким образом, наличие причинно – следственной связи между работой истца в ООО «Махаон» и появлением у истца синдрома <данные изъяты> а так же развитие <данные изъяты> на фоне ранее имеющейся у нее <данные изъяты> не имеется.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о недоказанности истцом обстоятельств, с которыми законодатель связывает возникновение права на компенсацию морального вреда.

Сам по себе факт диагностирования у истца указанных выше заболеваний не свидетельствует об их возникновении вследствие работы у ответчика, в связи с чем невозможно сделать вывод о наличии вины сотрудников ООО «Махаон» в причинении ФИО1 вреда здоровью и, как следствие, отсутствуют основания для возложения на ответчика ответственности по компенсации истцу морально вреда.

Кроме того, судом принимается во внимание позиция ответчика, согласно которой истец при осуществлении трудовой функции находилась на «хорошем счету», регулярно премировалась, у ответчика не имелось намерений прекращать с истцом трудовые отношения. Данная позиция также согласуется с показаниями истца, из которых следует, что в целях удобства истца, она осуществляла поездки с работы домой на такси за счет ответчика, имела достойную заработную плату, нормированный рабочий день и гибкий график работы, удобный ей с точки зрения обучении в высшем учебном заведении.

Также суд отмечает, что при заключении трудового договора, истец была ознакомлена с его условиями, в том числе, в части графика работы, продолжительности рабочего времени и времени отдыха, в связи с чем, ссылки истца на непродолжительное время отдыха во время рабочего дня, нахождение «под камерами», штрафы за опоздание, не принимаются судом в качестве доказательства причинения истцу морального вреда.

Тот факт, что ранее истец обращалась в Государственную инспекцию труда в Алтайском крае с жалобами на неизвещение о ежегодном оплачиваемом отпуске, о невыплате отпускных, не имеет значение при рассмотрении настоящего дела, с учетом заявленных истцом требований и оснований иска.

С учетом изложенного, исковые требования удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ООО «Махаон» о компенсации морального вреда оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца со дня составления мотивированного решения в Алтайский краевой суд через Центральный районный суд г. Барнаула.

Председательствующий Н.Н. Попова