Судья: Блинкова О.В. №

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

<адрес> 10 июля 2023 года

Судебная коллегия по уголовным делам Самарского областного суда в составе председательствующего Арутюняна Г.С.,

судей: Воложанинова Д.В., Берац К.А.,

при секретаре судебного заседания Григорьевой Е.О.,

с участием:

прокурора отдела прокуратуры <адрес> Авдонин Е.А.,

осужденной ФИО1, с использованием видеоконференц-связи,

защитника - адвоката Лукинова А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Касьяновской И.С., апелляционной жалобе с дополнительной апелляционной жалобой адвоката Лукинова А.В., действующих в интересах осужденной ФИО1 на приговор <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженка <адрес>, со средним специальным образованием, вдова, работающая <данные изъяты>, зарегистрированная по адресу: <адрес>, проживавшая по адресу: <адрес>, не судимая,

осуждена по ч. 4 ст. 111 УК РФ к 6 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Мера пресечения в отношении ФИО1 до вступления приговора в законную силу изменена с домашнего ареста на заключение под стражу, взята под стражу в зале суда немедленно.

В соответствии с ч. 3.4, п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время нахождения ФИО1 под домашним арестом в период с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ зачтено в срок лишения свободы из расчета два дня нахождения под домашним арестом за один день лишения свободы; время содержания ФИО1 под стражей в порядке задержания с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и в порядке меры пресечения с момента заключения под стражу в день вынесения настоящего приговора ДД.ММ.ГГГГ до вступления его в законную силу засчитано в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств.

Выслушав доклад судьи Арутюняна Г.С., выступления адвоката Лукинова А.В., осужденной ФИО1 в поддержание доводов апелляционных жалоб, а также прокурора Авдонина Е.А., полагавшего приговор оставить без изменения, проверив материалы дела, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Приговором суда ФИО1 признана виновной в совершении ДД.ММ.ГГГГ умышленного причинения тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего НАВ

Преступление совершено ею при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

Действия ФИО1 квалифицированы по ч. 4 ст. 111 УК РФ.

В апелляционной жалобе адвокат Касьяновская И.С. выражает несогласие с приговором суда, считает его незаконным и необоснованным, просит его отменить, вынести новый приговор, переквалифицировав ее действия на необходимую оборону и смягчить наказание. Указывает, что сторона защиты не согласна с квалификацией действий ФИО1, а также с чрезмерно большим сроком назначенного наказания. В обоснование доводов жалобы указывает, что Н напал на дядю ФИО1 – ЦАА, бил его и душил, в связи с чем, ФИО1 была вынуждена предпринять действия по его спасению. Кроме того, после произошедшего ФИО1 со своего номера телефона вызвала скорую помощь для ЦАА и полицию в связи с противоправным поведением НАВ в отношении нее и ЦАА Считает, что у ФИО1 возникло право на необходимую оборону, что подтверждается показаниями самой ФИО1, ЦАА, ПЯН и ЧИП Обращает внимание, что ЦАА в судебном заседании подтвердил, что Н напал на него, бил и душил, угрожая расправой, кроме того, также указал, что в ходе предварительного расследования следователи направляли ход его мыслей в нужную им сторону и формулировали показания за него, в связи с чем, они существенно отличаются от показаний, данных им в ходе судебного разбирательства. Автор жалобы указывает, что допрошенная в судебном заседании понятая ЧИП пояснила, что она работает уборщицей в отделе полиции <адрес> и ее часто приглашают участвовать в качестве понятой во многие следственные действия, она не вникает в их суть и просто подписывает документы, таким образом, подтвердить, что все было именно так, как написано в протоколе, она не может, а понятой ПЯН в судебном заседании продемонстрировал полное непонимание происходящего. Обращает внимание, что стороной защиты заявлялись ходатайства об исключении ряда доказательств, в том числе психофизических экспертиз свидетелей ТАВ и МОА, а также об истребовании дополнительных доказательств, в удовлетворении которых судом первой инстанции необоснованно было отказано.

В апелляционной жалобе адвокат Лукинов А.В. просит приговор суда отменить как незаконный и необоснованный, дело направить на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе суда, меру пресечения в виде заключения под стражей изменить на домашний арест. Полагает, что у судьи был обвинительный уклон, а также положил в обосновании обвинения противоречивые сведения, не устраняя их, а трактуя в пользу обвинения. Кроме того, суд первой инстанции воспрепятствовал воспользоваться правом на рассмотрение дела судом присяжных заседателей. Считает, что суд не правильно квалифицировал действия ФИО1 и оставил без оценки существовавшую и созданную потерпевшим угрозу жизни и здоровью, как самой подсудимой, так и других лиц.

В дополнительной апелляционной жалобе адвокат Лукинов А.В. также указывал, что виновность его подзащитной в совершении инкриминируемого преступления не подтверждается показаниями основного свидетеля ЦАВ, показания других свидетелей по делу не являются юридически значимыми в части оценки действий ФИО1 в момент возможного нанесения последней ножевого удара. Указывает, что мотивом причинения ФИО1 тяжкого вреда здоровью НАВ являлось, по мнению суда, неприязненные отношения со стороны ФИО1 к потерпевшему, возникшие у нее в ходе конфликта, однако какого-либо конфликта между ними материалами дела не установлено. Кроме того, в протоколе судебного заседания секретарь не отразил показания Ц, который пояснил, что Н стал его душить, от чего он стал задыхаться и хрипеть, после чего, именно в тот момент, когда Ц начал хрипеть и задыхаться, Н внезапно встает и уходит, на самом же деле, именно в этот момент, когда Ц душат и последний начинает от асфиксии хрипеть, ФИО1 наносит удар в спину слева НАА, после чего последний прекращает свои преступные намерения, связанные с возможным причинением тяжкого вреда ЦАА Полагает, что суду следовало выяснить, явилось ли такое прекращение противоправных действий со стороны НАВ результатом нанесенного последнему ножевого ранения в спину, а также допустить и оценить развитие ситуации при невмешательстве в конфликт ФИО1 Обращает внимание суда, что, будучи допрошенная по делу, его подзащитная ФИО1 в целом давала последовательные показания, суть которых сводится, что свою вину в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, не признает, то есть в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни и здоровья человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего. Указывает, что ФИО1 считает себя возможно виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 108 УК РФ, то есть в убийстве при превышении пределов необходимой обороны, поскольку ударила ножом НАВ при наступлении у нее права на необходимую оборону, то есть ее действия были связаны с незаконным посягательством НАВ на жизнь и здоровье близкого ей человека – ЦАА

В возражениях на апелляционную жалобу адвоката КИС государственный обвинитель – помощник прокурора <адрес> Асанов И.К. просит приговор суда оставить без изменения. Указывает, что действия ФИО1 были не правомерными, телесные повреждения НАВ было причинено не в состоянии необходимой обороны и не при превышении ее пределов. Полагает, что мотивом совершения преступления послужила личная неприязнь, возникшая между ФИО1 и НАВ, который оскорблял последнюю. Вместе с тем, в ходе судебного следствия не установлено, что в момент совершения преступления подсудимая находилась в состоянии внезапно возникшего сильного душевного волнения (аффекта), вызванного насилием, издевательством или тяжким оскорблением со стороны потерпевшего, либо иными противоправными или аморальными действиями потерпевшего. Считает, что действия ФИО1 обоснованно квалифицированы по ч. 4 ст. 111 УК РФ. Обращает внимание, что довод жалобы адвоката об исключении доказательств, является несостоятельным поскольку судом не принято в качестве доказательств заключение специалиста № от ДД.ММ.ГГГГ (психофизическое исследование с применением полиграфа ТАВ), а также заключение специалиста № от ДД.ММ.ГГГГ (психофизическое исследование с применением полиграфа МОА).

В возражениях на апелляционную жалобу адвоката Лукинова А.В. государственный обвинитель – помощник прокурора <адрес> Асанов И.К. считает приговор суда законным и обоснованным. Указывает, что суд первой инстанции проанализировал все исследованные доказательства, дал им надлежащую оценку в их совокупности, с точки зрения относимости, допустимости и достоверности. Обращает внимание, что поведение потерпевшего по отношению к ФИО1 и свидетелю ЦАА было оценено судом, одним из смягчающих наказание обстоятельств. Кроме того, довод адвоката Лукинова А.В. о том, что суд первой инстанции воспрепятствовал воспользоваться правом на рассмотрение дела судом присяжных заседателей является несостоятельным, поскольку из протокола судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ подсудимой неоднократно задавались вопросы о том, желает ли она рассмотрения дела коллегией присяжных заседателей, на что был дважды получен ответ, что ранее заявленное ходатайство она не поддерживает.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, дополнений и возражений, выслушав мнения участников судебного разбирательства, судебная коллегия приходит к следующему выводу.

В соответствии с п. п. 2, 3 ст. 389.15 УПК РФ, основаниями отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона и неправильное применение уголовного закона, повлиявшие на исход дела.

В соответствии с положениями ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым и признается таковым, если он соответствует требованиям уголовно-процессуального законодательства, предъявляемым к его содержанию, процессуальной форме и порядку постановления, а также основан на правильном применении уголовного закона.

Как следует из приговора суд первой инстанции, мотивируя свой вывод относительно квалификации содеянного ФИО1 по ч. 4 ст.111 УК РФ, указал, что не может согласиться с доводами ФИО1 о том, что причинение тяжкого вреда здоровью НАВ было вызвано необходимостью защиты от реального общественно опасного посягательства со стороны НАВ из опасения за свою жизнь, и жизнь своего престарелого дяди ЦАА, которого Н душил в ходе драки, находясь в пьяном виде, в агрессивном состоянии, будучи моложе и физически сильнее Ц, так как в момент нанесения ФИО1 удара НАВ он никаких действий, направленных на причинение вреда здоровью и жизни ФИО1 не предпринимал, какими-либо предметами не угрожал, в момент нанесения ему ранения НАВ стоял на коленях, спиной к осуждённой, без каких-либо предметов в руках, действий, угрожающих жизни и здоровья ЦАА, не предпринимал.

Придя к выводу о том, что ФИО1 нанесла НАВ телесные повреждения не в состоянии необходимой обороны и не при превышении ее пределов, а на почве ссоры и возникшей личной неприязни между ФИО1 и НАВ из-за оскорбления осуждённой, суд указал в приговоре, что данную позицию ФИО1 расценивает, как способ смягчения ответственности за совершенное преступление.

Вместе с тем установленные судом фактические обстоятельства происшедшего свидетельствуют в пользу позиции ФИО1, которая как на стадии предварительного следствия, так и в судебном заседании давала последовательные показания, согласно которым убывать НАВ и причинять тяжкий вред его здоровью она не хотела, нанесла ножевое ранение Н в целях самообороны из-за боязни последнего и опасения за себя и за дядю ЦАА, показаний о нанесении ранения Н по причине личной неприязни к нему не давала, при этом показала, что после распития водки и пива, и её оскорблений Н её дядя Ц выгнал последнего из дома и закрыл дверь, а когда пошёл открывать ему дверь, она услышала звуки борьбы, вышла и увидела, что Ц и Н борются в сенях, пыталась оттащить последнего, но тот её оттолкнул, один раз ударил по лицу и высказал угрозу уничтожить, услышав, что Ц хрипит, первым попавшимся на столе предметом ударила Н в правый бок, чтобы он отцепился от Ц, пытаясь спасти свою жизнь и жизнь своего дяди.

Свидетель ЦАА, являющийся очевидцем произошедшего, подтвердил, что после совместного распития спиртных напитков между ФИО1 и НАВ произошла ссора, и он сказал Н уйти из его дома, и тот ушёл, а когда вернулся и он открыл ему дверь Н ударил его кулаком правой руки в лоб, от которого он упал в сенях правым боком на пол, Н кулаком правой руки начал наносить ему удары в голову и по левой части туловища, они стали бороться. В момент борьбы НАВ схватил его за горло, подушил примерно 20 секунд. В руках у Н ничего не было, но он его опасался. Момент нанесения ножевого удара ФИО1 НАВ он не видел, но видел ноги Л, выходящей из дверного проема, перед тем, как Н резко встал и ушел.

Свидетель МТС, являющаяся дочерью ФИО1, сообщила, что ДД.ММ.ГГГГ мама по телефону ей рассказала, что у них произошел конфликт с Н, который начал драться с ЦАВ (Ц), стучался в дверь, Ц ему открыл, Н ударил ЦАВ, тот упал, хрипел, ФИО1 пошла их разнимать, Н ее ударил и она чем-то ударила последнего.

Свидетель БЕС, являющаяся дочерью ФИО1, сообщила, что ДД.ММ.ГГГГ вечером, узнав от сестра МТС, что в <адрес> в <адрес> у Ц, где находилась мама, что-то произошло, она поехала туда, где мама ей рассказала, что Н чуть не убил ЦАВ (Ц), и ее стукнул, она испугалась за жизнь ЦАВ и свою жизнь, что-то взяла со стола и стукнула Н в правый бок.

Свидетели ПЯН и ЧИП, принимавшие участие в качестве понятых при проверке показаний ЦАА подтвердили, что ЦАВ пояснил о том, что в ходе распития алкогольных напитков между ним, ФИО1 и Н возник словесный конфликт, впоследствии переросший в драку, когда Н, вернувшись с улицы, стал быть ЦАВ, ударил его кулаком правой руки в лоб, от которого тот упал, ударившись правым боком, сел над ним, и стал наносить удары по туловищу руками, а после душить, ФИО1 ударила Н ножом.

Вышеуказанные показания осужденной ФИО1 и свидетелей по обстоятельствам преступления согласуются между собой, ничем по уголовному делу не опровергнуты и подтверждаются другими доказательствами, исследованными в судебном заседании.

Из заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что у ФИО1 установлено следующее повреждение: кровоподтек на голове в проекции правого сосцевидного отростка размерами 3,5 см на 1,5 см, который не являлся опасным для жизни во время его причинения, при обычном клиническом течении не вызывает кратковременного расстройства здоровья, и относится к группе повреждений, не влекущих за собой какого-либо вреда здоровью.

Из заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что у ЦАА каких-либо повреждений не установлено. В представленном медицинском документе потерпевшего ЦАА имеется диагноз «Ушиб грудной клетки», который судебно-медицинской оценки не подвергался, поскольку понятие «ушиб» не определяет сущность повреждения, не содержит сведений о виде (кровоподтёк, гематома, ссадина и др.) и свойствах (форма, размеры, цвет, состояние поверхности и др.) повреждения. В представленном медицинском документе (протокол рентгенологического исследования № от ДД.ММ.ГГГГ) у потерпевшего ЦАА имеется диагноз «Множественные сросшиеся переломы ребер справа». Учитывая наличие консолидирования (сросшиеся) (образования костной мозоли в области переломов) данные повреждения получены в срок более 21 дня до времени проведения рентгенограммы и значимого события, указанного в постановлении.

Свидетель СДВ, работающая фельдшером выездной бригады <данные изъяты> сообщила, что ДД.ММ.ГГГГ после 21 часа выезжала на два вызова из <адрес>. Одно из них было ножевое ранение задней поверхности грудной клетки мужчины. Данного мужчину погрузили в машину, он был без сознания и пришёл в сознание в машине минут через 20-30, где сообщил, что распивал алкогольные напитки, назвал адрес, что произошла ссора, его ударили, чем ударили не сказал.

Из заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что при проведении судебно-медицинской экспертизы трупа НАВ обнаружено повреждение: слепое проникающее ранение спины слева с повреждением подкожно-жировой клетчатки, пристеночной плевры, нижней доли левого легкого. Проникающее ранение спины слева левого легкого имеет признак тяжкого вреда здоровью НАВ и находится в прямой причинно-следственной связи с наступлением его смерти.

Эксперт ШЕА пояснила, что рана на трупе была на спине слева в проекции шестого межреберья по лопаточной линии, одно проникающее ранение, которое нанесено в область расположения жизненно-важных органов, с повреждением нижней доли левого легкого и иных повреждений на трупе не было. Смерть последовала наступила от кровопотери, которая возникла от приникающего колото-резанного ранения спины с повреждением нижней доли, сопровождавшимся внутри плевральным кровоизлиянием, осложнившегося массивной кровопотерей.

Не соглашаясь с доводами осуждённой и её защитника о том, что причинение ФИО1 тяжкого вреда здоровью НАВ вызывалось необходимостью защиты от реального общественно опасного посягательства со стороны НАВ в связи с опасением за свою жизнь и жизнь дяди ЦАА, суд объективной оценки приведенным выше обстоятельствам не дал, что повлияло на его выводы о квалификации совершенного ФИО1 деяния.

Вместе с тем, исходя из положений ст. 37 УК РФ не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, в том числе при защите личности обороняющегося или других лиц, от общественно опасного посягательства, если это посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, при этом защита от посягательства, не сопряженного с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, является правомерной, если при этом не было допущено превышения пределов необходимой обороны, то есть умышленных действий, явно не соответствующих характеру и опасности посягательства.

По смыслу уголовного закона под посягательством, не сопряженным с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия, следует понимать, например, побои, причинение легкого или средней тяжести вреда здоровью и т.п., причем уголовная ответственность за причинение вреда нападающему наступает для оборонявшегося лишь в случае превышения пределов необходимой обороны, то есть когда по делу будет установлено, что оборонявшийся прибегнул к защите от посягательства такими способами и средствами, применение которых явно не вызывалось характером и опасностью посягательства для обороняющегося или другого лица, и без необходимости умышленно причинил посягавшему тяжкий вред здоровью или смерть.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 сентября 2012 года N 19 "О применении судами законодательства о необходимой обороне и причинении вреда при задержании лица, совершившего преступление", под посягательством, защита от которого допустима в пределах, установленных ч. 2 ст. 37 УК РФ, следует понимать совершение общественно опасных деяний, сопряженных с насилием, не опасным для жизни и здоровья обороняющегося или другого лица (например, в том числе причинение легкого или средней тяжести вреда здоровью).

С учётом изложенного и принимая во внимание обстоятельства, при которых ФИО1 нанесла НАВ один удар ножом в грудную клетку спины, причинив ему слепое проникающее ранение спины слева с повреждением подкожно-жировой клетчатки, пристеночной плевры, нижней доли левого легкого, которое привело к наступлению смерти последнего, её действия следует расценивать как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью.

Вместе с тем судебная коллегия приходит к выводу о том, что сложившаяся на момент совершения преступления обстановка, давала осужденной все основания полагать, что в отношении её родственника (дяди) ЦАА совершается реальное общественно опасное посягательство, сопряженное с насилием. Однако, вопреки доводам осуждённой и её защитника, это посягательство не было сопряжено с насилием опасным для жизни и здоровья ЦАА (о чём свидетельствует отсутствие у последнего телесных повреждений после нанесённых ему НАВ побоев) и с непосредственной угрозой применения такого насилия, в связи с чем, действия осужденной следует рассматривать как совершенные при превышении пределов необходимой обороны.

При этом судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции об отсутствии данных, подтверждающих наличие у ФИО1 умысла на причинение смерти потерпевшему НАВ

По смыслу уголовного закона умышленное причинение тяжкого вреда здоровью при превышении пределов необходимой обороны, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего, надлежит квалифицировать по ч. 1 ст. 114 УК РФ.

При изложенных выше обстоятельствах судебная коллегия приходит к выводу о том, что в отношении ФИО1 судом был неправильно применен уголовный закон и её действия подлежат переквалификации с ч. 4 ст. 111 УК РФ на ч. 1 ст. 114 УК РФ, как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, совершенное при превышении пределов необходимой обороны.

Оснований считать, что тяжкий вред здоровью потерпевшему НАВ осужденная ФИО1 причинила, находясь в состоянии необходимой обороны, не превышая ее пределы, и для иной квалификации действий осуждённой, а также для освобождения ФИО1 от уголовной ответственности по предусмотренным законом основаниям, судебная коллегия не усматривает.

Вопреки доводам апелляционных жалоб стороны защиты судебное следствие по уголовному делу проведено в соответствии с требованиями ст.ст. 273-291 УПК РФ, принципами состязательности и равноправия сторон. Оснований признать наличие обвинительного уклона со стороны суда не имеется. Общие требования судебного производства, в частности ст. 244 УПК РФ, судом выполнены.

Доводы апелляционной жалобы адвоката Лукинова А.В. о воспрепятствовании судом первой инстанции ФИО1 воспользоваться правом на рассмотрение дела судом присяжных заседателей, являются не состоятельными, поскольку при проведении предварительного слушания осуждённая отказалась от рассмотрения уголовного дела с участием присяжных заседателей, что подтверждается протоколом судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ (Т№ л.д.№).

При назначении ФИО1 наказания за указанное преступление судебная коллегия в соответствии со ст. ст. 6, 60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности содеянного, влияние назначаемого наказания на исправление виновной, все имеющиеся в деле данные о её личности, установленные по делу смягчающие обстоятельства и отсутствие отягчающих обстоятельств.

Принимая во внимание, что отягчающих наказание обстоятельств не установлено, а санкция ч. 1 ст. 114 УК РФ предусматривает и иные виды наказания, судебная коллегия считает необходимым назначить ФИО1 наказание в виде исправительных работ.

Нахождение ФИО1 под домашним арестом и под стражей судебная коллегия засчитывает в срок отбывания наказания и постановляет считать назначенное ей наказание отбытым.

Нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, которые могли бы повлечь отмену приговора, в том числе по доводам апелляционных жалоб, по делу не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13 - 389.20, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1, изменить.

Переквалифицировать действия ФИО1 с ч. 4 ст. 111 УК РФ на ч. 1 ст. 114 УК РФ, по которой назначить ей наказание в виде исправительных работ сроком на 10 месяцев с удержанием 10% из заработной платы ежемесячно в доход государства.

Зачесть ФИО1 в срок лишения свободы в соответствии с ч.3.4, ч. 3 ст. 72 УК РФ время нахождения её под домашним арестом в период с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ из расчета два дня нахождения под домашним арестом за три дня исправительных работ; время содержания ФИО1 под стражей в порядке задержания с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и с момента заключения под стражу с ДД.ММ.ГГГГ до вступления приговора в законную силу, из расчета один день содержания под стражей за три дня исправительных работ и считать назначенное ей наказание отбытым.

ФИО1 из-под стражи освободить.

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Касьяновской И.С., апелляционную жалобу с дополнительной апелляционной жалобой адвоката Лукинова А.В., действующих в интересах осужденной ФИО1 – удовлетворить частично.

Апелляционное определение может быть обжаловано в Шестой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ. Кассационная жалоба может быть подана в течение шести месяцев со дня вступления приговора в законную силу. В случае подачи кассационной жалобы осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий:

Судьи: