Дело № 2-184/2022

УИД 24RS0038-01-2022-000270-69

Решение

Именем Российской Федерации

18 августа 2022 г. п. Нижний Ингаш

Нижнеингашский районный суд Красноярского края в составе:

председательствующего судьи Смольской Т.С.,

при секретаре Парчевской О.В.,

с участием: представителя истца – старшего помощника прокурора Крюковой В.В., истца ФИО1, представителя ответчика - ОАО «РЖД» ФИО2 (по доверенности),

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Красноярского транспортного прокурора в интересах ФИО1 к ОАО «Российские железные дороги» о компенсации морального вреда в связи с повреждением здоровья в результате профессионального заболевания,

установил:

Красноярская транспортная прокуратура обратилась в суд с исковым заявлением в интересах ФИО1, в котором просит взыскать с ОАО «РЖД» в пользу ФИО1 500 000 рублей в возмещение морального вреда, причиненного в связи с выполнением работ в условиях воздействия вредных производственных факторов.

Заявленные исковые требования мотивированы тем, что прокуратурой рассмотрено обращение бывшего работника Иланской дистанции пути – структурного подразделения Красноярской дирекции инфраструктуры – структурного подразделения Центральной дирекции инфраструктуры – филиала ОАО «РЖД» ФИО1 по вопросу компенсации морального вреда, причиненного в связи с выполнением работ в условиях воздействия вредных производственных факторов. Установлено, что у ФИО1 диагностировано профессиональное заболевание, а именно: потеря слуха, вызванная шумом . Данный факт подтверждается актом о случае профессионального заболевания от 16.10.2018, утвержденным главным государственным санитарным врачом по Красноярской железной дороге. В результате причиненного профессиональным заболеванием вреда здоровью, ФИО1 испытывает нравственные и физические страдания, не может комфортно себя чувствовать в обществе и вести полноценный образ жизни. Улучшений в состоянии здоровья у ФИО1 не происходит, а с возрастом приобретенные в результате профессиональной деятельности заболевания усугубляются. Так, в результате заболевания возникли: боли и онемение, головокружение и шум в ушах. Учитывая то, что ФИО1 находится на пенсии, имеет хроническое заболевание и тяжелое материальное положение, не имеет юридического образования, данные причины являются уважительными и препятствуют самостоятельному обращению гражданина в суд, а также позволяют прокурору защитить и интересы гражданина в судебном порядке.

Представителем ответчика ОАО «РЖД» на заявленные исковые требования был предоставлен отзыв, согласно которого просят суд в заявленных исковых требованиях отказать полностью, в связи с тем, что ФИО1 добровольно вступил в трудовые отношения с ответчиком, знал о вредных условиях труда (локальная вибрация, общая вибрация, производственный шум, физические перегрузки) и свободно распорядился своим правом на труд, согласившись на неблагоприятные производственные условия своей работы, на то, что на него в течение рабочего времени будут оказывать воздействие вредные производственные факторы, в том числе производственный шум. ОАО «РЖД» в соответствии с действующим законодательством РФ принимало все зависящие от работодателя и необходимые меры и обеспечивало ФИО1 безопасность труда и условия, отвечающие требованиям охраны и гигиены труда, также предоставляло истцу гарантии и компенсации в связи с занятостью на рабочем месте «монтер пути» в виде обеспечения средствами индивидуальной защиты, регулярными периодическими медицинскими осмотрами, повышенной оплаты труда. Таким образом, ФИО1 стаж работы которого в должности монтер пути 23 года 4 месяца 21 день, было известно о вредных показателях тяжести своего трудового процесса о том, что на него при выполнении указанной работы воздействуют вредные, неблагоприятные производственные факторы, в том числе производственный шум, который при длительном воздействии может привести к заболеванию органов слуха. Вышеуказанные обстоятельства имеют значение при рассмотрении настоящего спора и свидетельствуют о том, что со стороны ОАО «РЖД» как работодателя отсутствовали неправомерные действия или бездействие в отношении ФИО1, которые могли бы повлечь причинение последнему морального вреда. Вина работников ОАО «РЖД» либо нарушения ими в данном случае государственных санитарно – эпидемиологических правил и иных нормативных актов комиссией не установлено (п.21 акта от 16.10.2018). Истцом применительно к требованиям ст.151 ГК РФ, ст.237 ТК РФ не доказано, что именно неправомерными действиями или бездействием ОАО «РЖД» ФИО1 причинен моральный вред. Требуемый размер компенсации морального вреда является завышенным, заявлен без учета фактических обстоятельств дела, в т.ч. без учета отсутствия вины работодателя, а также требований разумности и справедливости. Более того, прокурором в нарушение ст.56 ГПК РФ не представлены документальные доказательства наличия уважительных причин (возраст, состояние здоровья, материальное положение, иные причины) по которым ФИО1 самостоятельно не может обратиться за компенсацией морального вреда.

В судебном заседании представитель истца – старший помощник прокурора Крюкова В.В., заявленные исковые требования поддержала в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении, просила суд их удовлетворить.

Истец ФИО1 в судебном заседании заявленные требования прокурора поддержал в полном объеме, по основаниям, изложенным в иске, просил суд их удовлетворить. Дополнительно суду пояснил, что полученное заболевание негативно влияет на его жизнедеятельность, приносит ему физические и нравственные страдания, он плохо слышит, в ушах постоянный шум, ему приходится постоянно все переспрашивать.

Представитель ответчика ОАО «Российские железные дороги» - ФИО2 (полномочия проверены) в судебном заседании заявленные требования прокурора не признала, просила суд в иске отказать по основаниям, изложенным в отзыве на иск.

Соответчики: Иланская дистанция пути – структурное подразделение Красноярской дирекции инфраструктуры; Красноярская дирекция инфраструктуры; Центральная дирекция инфраструктуры – филиал ОАО «РЖД», о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, о причинах не явки суд не уведомили, уважительных причин отсутствия суду не представили, об отложении судебного разбирательства не ходатайствовали.

По смыслу статьи 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, лицо само определяет объем своих прав и обязанностей в гражданском процессе. Лицо, определив свои права, реализует их по своему усмотрению. Распоряжение своими правами является одним их основополагающих принципов судопроизводства, поэтому неявка лица, извещенного в установленном порядке о времени и месте рассмотрения дела, является его волеизъявлением, свидетельствующим об отказе от реализации своего права на непосредственное участие в судебном разбирательстве, в связи с чем, суд, руководствуясь требованиями ст. 167 ГПК РФ, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся участников процесса.

Суд, исследовав материалы гражданского дела, заслушав стороны, приходит к следующим выводам:

В случае если работнику был причинен вред жизни или здоровью, работодатель обязан возмещать вред, причиненный в связи с исполнением им трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, федеральными законами и иными правовыми актами (ст. 22 ТК РФ).

В соответствии со ст. 212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий труда и охраны труда возлагаются на работодателя.

То есть, трудовое законодательство предусматривает в качестве основной обязанности работодателя обеспечить безопасность труда и условия, отвечающие требованиям охраны и гигиены труда, то есть создавать такие условия труда, при которых исключалось бы причинение вреда жизни и здоровью работника.

В силу ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В силу ч. 3 ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Надлежащим ответчиком по требованиям о компенсации морального вреда в связи с профессиональным заболеванием является работодатель (страхователь) или лицо, ответственное за причинение вреда (п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.03.2011 № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний»). При этом, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается.

Из материалов дела следует и установлено судом, что с 10.05.1995 по 31.12.2021 ФИО1, состоял в трудовых отношениях с ответчиком – ОАО «РЖД» в должности монтера пути.

Согласно акту о случае профессионального заболевания от 16.10.2018, утвержденного главным государственным санитарным врачом по Красноярской железной дороге, у ФИО1, установлено: потеря слуха, вызванная шумом (хроническая двусторонняя нейросенсорная тугоухость 1(первой) степени стадия «А»). Указанное заболевание является профессиональным и возникло в результате длительного воздействия шума, превышающего предельно допустимые уровни, из-за особенностей технологического процесса невозможно применение средств индивидуальной защиты органов слуха и снизить шум на рабочем месте. Непосредственной причиной заболевания послужило длительное воздействие шума, превышающего предельно допустимые уровни; вины работника в возникновении профессионального заболевания не имеется.

Исходя из положений ст. ст. 12, 56 ГПК РФ истцу следовало доказать, что в период работы у ответчика у него возникло профессиональное заболевание, а ответчику доказать отсутствие его вины в возникновении данного заболевания у истца.

В соответствии с п. 22 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 15.12.2000 № 967, расследование обстоятельств и причин возникновения профессионального заболевания производится по месту прежней работы с вредным производственным фактором.

В п. 5.2 Инструкции о порядке применения Положения № 967, утвержденной Приказом Министерства здравоохранения РФ от 28.05.2001 № 176, предусмотрено, что акт о случае профзаболевания составляется по последнему месту работы пострадавшего в контакте с вредным производственным фактором.

Согласно п. 30 Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 15.12.2000 № 967, акт о случае профессионального заболевания является документом, устанавливающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника на данном производстве.

Принимая во внимание изложенное, учитывая, что актом расследования профессионального заболевания от 16.10.2018, утвержденным главным государственным санитарным врачом по Красноярской железной дороге, у ФИО1 установлено наличие профессионального заболевания, которое находится в причинно-следственной связи с выполнением работы и условиями труда, в которых ФИО1 работал у ответчика, а ОАО «РЖД» не представлено доказательств того, что указанный акт признан незаконным, либо изменен, отсутствие его вины в возникновении данного заболевания у ФИО1, следовательно, имеются правовые основания для удовлетворении исковых требований истца о компенсации морального вреда, причиненного в результате профессионального заболевания.

Согласно п. 1 ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Из разъяснений, содержащихся в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с повреждением здоровья.

В связи с тем, что моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в денежной форме и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд должен в полной мере учитывать предусмотренные ст. 1100 ГК РФ требования разумности и справедливости, позволяющие, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

Оценив представленные доказательства в совокупности, суд приходит к выводу о причинении истцу в связи с профессиональным заболеванием, нравственных страданий и необходимостью в связи с этим компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика, как с работодателя.

Кроме того, вред здоровью был причинен в ходе длительной трудовой деятельности истца у ответчика, при этом, характер выполняемой истцом трудовой функции с учетом технологических и внешних факторов, влечет неблагоприятное воздействие на организм человека, что подтверждается выплатой надбавки за вредные условия труда и предоставлением дополнительных социальных гарантий.

На основании всего вышеизложенного, суд, с учетом всех перечисленных в законе обстоятельств (ст. ст. 1099, 1100 ГК РФ), степени нравственных страданий, конкретных обстоятельств дела, полагает возможным определить к взысканию с ОАО «РЖД» компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.

Доводы ответчика о том, что у прокурора отсутствовали основания для обращения в суд с настоящим иском, поскольку последним не представлено доказательств наличия уважительных причин, по которым ФИО1 сам не может обратиться в суд за компенсацией морального вреда, судом не могут быть признаны достоверными.

В соответствии со ст. 45 ГПК РФ прокурор вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов граждан, в случае, если гражданин по состоянию здоровья, возрасту, недееспособности и другим уважительным причинам не может сам обратиться в суд. Указанное ограничение не распространяется на заявление прокурора, основанием для которого является обращение к нему граждан о защите нарушенных или оспариваемых социальных прав, свобод и законных интересов в сфере трудовых (служебных) отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений.

Поскольку правоотношения, сложившиеся между ОАО «РЖД» и ФИО1, относятся к иным отношениям, непосредственно связанным с трудовыми отношениями, что в силу норм ст. 45 ГПК РФ предоставляет прокурору право обратиться в суд в защиту интересов ФИО1

Согласно ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

В соответствии с п. 9 ч. 1 ст. 333.36 НК РФ от уплаты государственной пошлины освобождаются прокуроры - по заявлениям в защиту прав, свобод и законных интересов граждан, неопределенного круга лиц или интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации и муниципальных образований.

В связи с чем, суд считает необходимым взыскать с ответчика в доход местного бюджета сумму государственной пошлины, от уплаты которой истец в силу действующего законодательства освобожден, в размере 300 (триста) рублей.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования истца удовлетворить частично.

Взыскать с ОАО «Российские железные дороги» (ИНН №) в пользу ФИО1 (СНИЛС №) компенсацию морального вреда в размере 100 000 (сто тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с ОАО «Российские железные дороги» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в Красноярский краевой суд через Нижнеингашский районный суд Красноярского края в течение одного месяца со дня составления мотивированного решения суда.

Председательствующий

Мотивированное решение суда составлено 25.08.2022.