Дело №

РЕШЕНИЕИменем Российской Федерации

14 августа 2023 года <адрес>

Магасский районный суд Республики Ингушетия в составе:

председательствующего судьи Белхароева Т.А.,

при секретаре Ахильгове М.Б.,

с участием представителя истца ФИО1, действующего на основании доверенности №<адрес>4 от ДД.ММ.ГГГГ,

представителя ОСФР по РИ ФИО2, действующего на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по <адрес> и Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по <адрес> о признании решения о прекращении выплаты пенсии незаконным, возложении обязанности возобновить выплату пенсии, взыскании компенсации морального вреда и расходов на оказание юридических услуг,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО3 обратилась в суд с указанным исковым заявлением, в котором просит признать незаконным решение Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по <адрес> о прекращении выплаты страховой пенсии, обязать ответчиков восстановить ей выплату пенсии в прежнем размере с даты ее прекращения, взыскать компенсацию морального вреда в размере 20 000 рублей и расходы на оказание юридических услуг в размере 25 000 рублей.

Исковое заявление мотивирует тем, что решением ответчика ДД.ММ.ГГГГ ей была назначена страховая пенсия по старости, которую она получала вплоть до ДД.ММ.ГГГГ

Уведомлением от ДД.ММ.ГГГГ ответчик сообщил ей о том, что выплата страховой пенсии по старости ей прекращена ссылаясь на то, что основанием для прекращения пенсии стало, неправомерное установление и выплата досрочной страховой пенсии по старости, как педагогу в государственных и муниципальных учреждениях и компетентная сверка наличия или отсутствия подтверждающих документов о необходимом страховом стаже работы, в соответствии пунктом 1,2 части 1 статьи 30 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 400-ФЗ «О страховых пенсиях».

С данным решением пенсионного фонда она не согласна, считает его незаконным и нарушающим ее право на получение пенсии.

Получаемая ею продолжительное время с февраля 2015 года пенсия была основным источником ее существования.

Нарушение ответчиком ее прав, безусловно, причинило ей моральный вред, в связи с чем, требование о взыскании компенсации такого вреда обоснованно и подлежит удовлетворению. Размер компенсации причиненного морального вреда оценивает в 20 000 рублей.

В целях защиты своих прав она заключила договор на оказание юридических услуг, согласно которому ею произведена оплата в размере 25 000 рублей.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в настоящем гражданском деле в качестве соответчика привлечено Отделение СФР по <адрес>.

В судебном заседании представитель истца ФИО1 поддержал исковые требования и просил суд их удовлетворить.

Представитель ОСФР по РИ ФИО2 исковые требования не признал, просил суд отказать в их удовлетворении по доводам, изложенным им в возражениях на исковое заявление.

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания иные лица, участвующие в деле, в суд не явились.

Заслушав объяснения явившихся лиц, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно ч. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГПК РФ судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В соответствии со ст. 6 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на началах равенства перед законом и судом всех граждан независимо от пола, расы, национальности, языка, происхождения, имущественного и должностного положения, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности к общественным объединениям и других обстоятельств, а также всех организаций независимо от их организационно-правовой формы, формы собственности, места нахождения, подчиненности и других обстоятельств.

Статьей 56 ГПК РФ установлена обязанность каждой из сторон доказывать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Указанные положения закона относятся в равной степени к гражданам и органам местного самоуправления, участвующим в деле в качестве сторон спора.

В гражданском судопроизводстве реализация этих принципов имеет свои особенности, связанные прежде всего с присущим данному виду судопроизводства началом диспозитивности: дела возбуждаются, переходят из одной стадии процесса в другую или прекращаются под влиянием, главным образом, инициативы участвующих в деле лиц. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается в обоснование своих требований и возражений в соответствии со ст. 56 ГПК РФ. В соответствии со ст. 57 ГПК РФ доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле, в случае если представление необходимых доказательств для этих лиц затруднительно, суд по их ходатайству оказывает содействие в собирании и истребовании доказательств. Исходя из указанных особенностей гражданского судопроизводства, активность суда в собирании доказательств ограничена.

Суд, рассматривающий дело по существу, не является самостоятельным субъектом собирания доказательств.

В силу положений статей 35, 55, 56, 57, 67, 79, 131, части 2 статьи 195 и части 3 статьи 196 ГПК РФ суд принимает решение по предъявленным истцом требованиям и основаниям с учётом представленных и исследованных в судебном заседании доказательств и заявленных в ходе рассмотрения дела доводов и ходатайств.

Частью 2 ст. 39 Конституции Российской Федерации закреплено, что государственные пенсии и социальные пособия устанавливаются законом.

По общему правилу право на страховую пенсию по старости имеют мужчины, достигшие возраста 65 лет, и женщины, достигшие возраста 60 лет (ч. 1 ст. 8 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», далее Закон № 400-ФЗ).

Гражданам, которые в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ достигнут возраста, дающего право на страховую пенсию по старости (в том числе на ее досрочное назначение) в соответствии с законодательством РФ, действовавшим до ДД.ММ.ГГГГ, либо приобретут стаж на соответствующих видах работ, требуемый для досрочного назначения пенсии, страховая пенсия по старости может назначаться ранее достижения возраста либо наступления сроков, предусмотренных соответственно приложениями 6 и 7 к настоящему Федеральному закону, но не более чем за шесть месяцев до достижения такого возраста либо наступления таких сроков. Лицам, имеющим страховой стаж не менее 42 и 37 лет (соответственно мужчины и женщины), страховая пенсия по старости может назначаться на 24 месяца ранее достижения возраста, предусмотренного частями 1 и 1.1 настоящей статьи, но не

ранее достижения возраста 60 и 55 лет (соответственно мужчины и женщины).

Страховая пенсия по старости назначается при наличии не менее 15 лет страхового стажа.

Страховая пенсия по старости назначается при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30.

Согласно п. 19 ч. 1 ст. 30 Закона № 400-ФЗ, страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного ст. 8 Закона № 400-ФЗ, при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 лицам, не менее 25 лет осуществлявшим педагогическую деятельность в организациях для детей, независимо от их возраста с применением положений части 1.1 настоящей статьи.

Постановлением Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № утверждены списки работ, профессий, должностей, специальностей и учреждений, с учетом которых досрочно назначается трудовая пенсия по старости в соответствии со ст. 27 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации и правила исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со ст. 27 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации.

Согласно утвержденному списку, должность «учителя» отнесена к категории работ, профессий, должностей, специальностей и учреждений, с учетом которых досрочно назначается трудовая пенсия по старости в соответствии со ст. 27 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации».

Частью 3 статьи 30 Закона № 400-ФЗ предусмотрено, что периоды работы (деятельности), имевшие место до дня вступления в силу этого федерального закона, засчитываются в стаж на соответствующих видах работ, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, при условии признания указанных периодов в соответствии с законодательством, действовавшим в период выполнения данной работы (деятельности), дающей право на досрочное назначение пенсии.

Пунктом 3 части 1 статьи 25 данного закона предусмотрено, что прекращение выплаты страховой пенсии производится в случае утраты пенсионером права на назначенную ему страховую пенсию (обнаружения обстоятельств или документов, опровергающих достоверность сведений, представленных в подтверждение права на указанную пенсию, истечения срока признания лица инвалидом, приобретения трудоспособности лицом, получающим пенсию по случаю потери кормильца, поступления на работу (возобновления иной деятельности, подлежащей включению в страховой стаж) лиц, предусмотренных п. 2 ч. 2 ст. 10 настоящего Федерального закона, и в других случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации) - с 1-го числа месяца, следующего за месяцем, в котором обнаружены указанные обстоятельства или документы, либо истек срок инвалидности, либо наступила трудоспособность соответствующего лица.

Судом установлено и из материалов дела следует, что истцу ФИО3 назначена страховая пенсия по старости, которую она получала вплоть до ДД.ММ.ГГГГ

Уведомлением от ДД.ММ.ГГГГ ответчик сообщил истцу, что выплата страховой пенсии по старости прекращена со ссылкой на то, что основанием для прекращения пенсии стало, неправомерное установление и выплата досрочной страховой пенсии по старости, как педагогу в государственных и муниципальных учреждениях и компетентная сверка наличия или отсутствия подтверждающих документов о необходимом страховом стаже работы, в соответствии п. 1,2 ч. 1 ст. 30 Закона № 400-ФЗ.

При этом, доводы ответчика о том, что прекращение выплаты пенсионным органом истцу досрочно назначенной пенсии, было вызвано устранением допущенных ошибок при их назначении, суд отклоняет как несостоятельные в связи со следующим.

Согласно записям в трудовой книжке серии АТ-V N 82615774 ФИО3 работала в СШ №<адрес> и в СШ № <адрес> Республики Ингушетия.

Факт льготного трудового стажа ФИО3 подтверждается помимо записей в трудовой книжке АТ - V №, которая не опорочена и является доказательством

льготного трудового стажа, а также другими документами, имеющимися в ее пенсионном деле.

Согласно части 4 статьи 28 Федерального закона "О страховых пенсиях" в случае обнаружения органом, осуществляющим пенсионное обеспечение, ошибки, допущенной при установлении и (или) выплате страховой пенсии, установлении, перерасчёте размера, индексации и (или) выплате фиксированной выплаты к страховой пенсии (с учётом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии), производится устранение данной ошибки в соответствии с законодательством Российской Федерации. Установление указанной пенсии или выплаты в размере, предусмотренном законодательством Российской Федерации, или прекращение выплаты указанной пенсии или выплаты в связи с отсутствием права на них производится с 1-го числа месяца, следующего за месяцем, в котором была обнаружена

соответствующая ошибка.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации, совершение органами, осуществляющими пенсионное обеспечение, при установлении пенсий тех или иных ошибок, в том числе носящих технический характер, - учитывая необходимость оценки значительного числа обстоятельств, с наличием которых закон связывает возникновение права на пенсию, включая проверку представленных документов и проведение математических подсчётов, - полностью исключить невозможно.

Учитывая необходимость оценки значительного числа фактов, с наличием которых закон связывает возникновение права на пенсию, а в дальнейшем - на перерасчет ее размера, совершение органами, осуществляющими пенсионное обеспечение, при установлении (перерасчете) пенсий тех или иных ошибок, включая носящие технический характер, полностью исключить невозможно. Как указал Конституционный Суд Российской Федерации, определение правовых способов исправления таких ошибок независимо от срока, прошедшего после их совершения, - право и обязанность государства (Постановление от ДД.ММ.ГГГГ N 1-П).

Предусмотренная законом возможность исправления ошибки, допущенной пенсионным органом при назначении пенсии, в том числе пенсии за выслугу лет, призвана, таким образом, обеспечить соблюдение требований социальной справедливости и формального равенства, способствовать предотвращению необоснованного расходования бюджетных средств и злоупотребления правом как со стороны пенсионных органов, так и со стороны граждан, а потому не может подвергаться сомнению.

В рамках этих правоотношений в случае выявления ошибки, допущенной пенсионным органом при назначении пенсии гражданину, - при отсутствии с его стороны каких-либо виновных действий, приведших к неправомерному назначению пенсии, - бремя неблагоприятных последствий, связанных с устранением выявленной ошибки, должно распределяться на основе общеправового принципа справедливости, исключающего формальный подход, и с учётом особенностей жизненной ситуации, в которой находится гражданин, продолжительности периода, в течение которого он получал назначенную по ошибке пенсию, и других значимых обстоятельств (абзац четвёртый пункта 5 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 1-П).

Приведённая правовая позиция Конституционного Суда Российской Федерации в отношении правовых последствий ошибочного назначения пенсии за выслугу лет гражданину, уволенному со службы в органах внутренних дел, вследствие неправильного подсчёта кадровым подразделением уполномоченного органа стажа службы (выслуги лет) может быть применена к сходным отношениям по пенсионному обеспечению граждан в соответствии с Федеральным законом "О страховых пенсиях".

Конституционный Суд Российской Федерации также указывал, что принципы правовой справедливости и равенства, на которых основано осуществление прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации как правовом и социальном государстве, в том числе права на социальное обеспечение (в частности, пенсионное обеспечение), по смыслу статей 1, 2, 6 (часть 2), 15 (часть 4), 17 (часть 1), 18, 19 и 55 (часть 1) Конституции Российской Федерации, предполагают правовую определённость и связанную с ней предсказуемость законодательной

политики в сфере пенсионного обеспечения.

Это необходимо для того, чтобы участники соответствующих правоотношений могли в разумных пределах предвидеть последствия своего поведения и быть уверенными в неизменности своего официально признанного статуса, приобретённых прав, действенности их государственной защиты (абзац второй пункта 2 постановления от ДД.ММ.ГГГГ N 2-П "По делу о проверке конституционности отдельных положений статьи 30 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" в связи с запросами групп депутатов Государственной Думы, а также Государственного Собрания (Ил Тумэн) Республики Саха (Якутия), <адрес> и жалобами ряда граждан").

Из приведённых норм материального права, подлежащих применению к спорным отношениям, и изложенных правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации следует, что законом предусмотрена возможность исправления ошибки, допущенной пенсионным органом при установлении или перерасчёте размера пенсии.

При этом необходимо соблюдение баланса публичных и частных интересов, вследствие чего бремя неблагоприятных последствий, связанных с устранением выявленной ошибки, должно распределяться на основе общеправового принципа справедливости, исключающего формальный подход. В связи с этим при разрешении вопроса об исправлении такой ошибки в случае отсутствия со стороны пенсионера каких-либо виновных действий, приведших к неправомерному назначению или перерасчёту пенсии, должны учитываться интересы пенсионера, особенности жизненной ситуации, в которой он находится, его возраст, продолжительность периода получения им пенсии в размере, ошибочно установленном ему пенсионным органом и другие значимые обстоятельства, как указано Верховным Судом Российской Федерации в определении от ДД.ММ.ГГГГ №-КГ22-11-К7.

Тем самым, как указано высшей судебной инстанцией, при разрешении подобных споров недопустимо применение формального подхода, а бремя доказывания правомерности принятого пенсионным органом решения о прекращении выплаты пенсии, таким образом, ложится на пенсионный орган, выступающий ответчиком в рамках настоящего спора.

Между тем, как следует из уведомления ОСФР по РИ истцу сообщено о том, что в ходе ревизии пенсионных дел выявлено отсутствие подтверждения обоснованности выдачи документов, необходимых для установления и выплаты страховой пенсии, а также достоверности содержащихся в них сведений о характере льготной работы, при этом не пояснено, в чем именно заключается подобная недостоверность сведений, никаких иных сведений данное уведомление не содержат.

Кроме того, суд принимает во внимание срок, в течение которого данные ошибки не были выявлены и устранены пенсионным органом, возраст истца, длительность получения им пенсии, его материальное положение и право на пенсионное обеспечение в соответствии с принципами поддержания доверия граждан к закону и действиям государства.

Между тем, ответчиком доказательств правомерности осуществленных им действий не приведено. Все доводы ответчика сводятся к тому, что документы истца вызвали сомнение у работников пенсионного фонда, проводивших проверку пенсионных дел получателей досрочной пенсии по старости. При этом недостоверность документов никакими официальными документами (заключение эксперта, решение суда и т.д.) не подтверждена.

При таких обстоятельствах, учитывая правовые позиции, изложенные в постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 2-П от ДД.ММ.ГГГГ N 1-П, и уклонение ответчика от доказывания в рамках гражданского дела, суд находит обоснованными и подлежащими удовлетворению требования истцов о признании незаконным решений о прекращении выплаты страховой пенсии, принятых отделением Пенсионного фонда Российской Федерации по <адрес> в 2022-м году (до реорганизации) и об обязании нового юридического лица - Отделения фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по <адрес> - возобновить истцу выплату страховой пенсии с даты прекращения.

Согласно ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

В соответствии со ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Из материалов дела следует, что представление интересов истца осуществлял представитель ФИО1, действующий на основании доверенности №<адрес>4 от ДД.ММ.ГГГГ. Факт наличия соответствующих договорных отношений между ФИО3 и ФИО1 и передачи денежных средств в размере 25 000 рублей подтвержден договором об оказании юридических услуг от ДД.ММ.ГГГГ.

По общему правилу, условия договора определяются по усмотрению сторон (п.4 ст. 421 ГК РФ). К их числу относятся и те условия, которыми устанавливаются размер и порядок оплаты услуг представителя.

Учитывая изложенное, суд считает необходимым взыскать с ответчиков расходы на

оплату услуг представителя в размере 25 000 рублей, в равных долях по 12 500 рублей с каждого ответчика, что будет отвечать принципу разумности и соразмерности объему оказанных юридических услуг.

Требования истца о компенсации морального вреда в размере 20 000 рублей, суд находит неподлежащими удовлетворению в связи со следующим.

Согласно разъяснений, изложенных в п. 31 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О практике рассмотрения судами дел, связанных с реализацией прав граждан на трудовые пенсии», поскольку нарушения пенсионных прав затрагивают имущественные права граждан, требования о компенсации морального вреда исходя из положений п. 2 ст. 1099 ГК РФ не подлежат удовлетворению, так как специального закона, допускающего в указанном случае возможность привлечения органов, осуществляющих пенсионное обеспечение, к такой ответственности, не имеется.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Таким образом, компенсация морального вреда может быть взыскана либо в случаях, прямо предусмотренных законом, либо при представлении доказательств, подтверждающих причинение истцу нравственных или физических страданий действиями ответчика. По настоящему делу таких обстоятельств не установлено.

При таких обстоятельствах, исковое заявление подлежит частичному удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО3 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по <адрес> и Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по <адрес> о признании решения о прекращении выплаты пенсии незаконным, возложении обязанности возобновить выплату пенсии, взыскании компенсации морального вреда и расходов на оказание юридических услуг удовлетворить частично.

Признать незаконным решение Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по <адрес> и Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по <адрес> о прекращении выплаты ФИО3 страховой пенсии.

Обязать Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по <адрес> и Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по <адрес> возобновить выплату страховой пенсии ФИО3 в прежнем размере с даты ее прекращения.

Взыскать Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по <адрес> и Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по <адрес> в пользу ФИО3 в равных долях расходы на оплату услуг представителя в размере 25 000 (двадцать пять тысяч) рублей, а именно по 12 500 (двенадцать тысяч пятьсот) рублей с каждого из ответчиков.

В остальной части исковые требования оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Ингушетия в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Решение суда в окончательной форме принято ДД.ММ.ГГГГ.

Председательствующий:

Копия верна:

Судья Магасского районного суда Т.А. Белхароев