Дело №2-217/2023 (25) УИД 66RS0004-01-2022-007563-88
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
(мотивированное решение изготовлено 10.08.2023года)
г.Екатеринбург 03 августа 2023 года
Ленинский районный суд г.Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Докшиной Е.Н. при секретаре судебного заседания Фоминых С.А. с участием:
- истца ФИО1,
- представителя истца ФИО1 – ФИО2, действующего на основании устного ходатайства,
- представителя ответчика ФИО3/3-его лица не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора ФИО4, действующей на основании доверенности,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО3 о возмещении материального ущерба, причиненного в результате ДТП,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратилась в Ленинский районный суд г.Екатеринбурга с иском к ФИО3 о возмещении материального ущерба, причиненного в результате ДТП.
В обоснование заявленных требований в исковом заявлении указано, что 23.04.2022 года в14 часов 20 минут по адресу: <...> произошло ДТП с участием автомобиля «Пежо», госномер <данные изъяты>, принадлежащего ФИО4 и под управлением ФИО3 (полис ОСАГО в АО «СОГАЗ», ТТТ 7014934022) и автомобиля «КИА», госномер <данные изъяты> регион, принадлежащего и под управлением ФИО1 (полис ОСАГО в ПАО СК «Росгосстрах», ТТТ 7013033571). Полагает, что виновным в ДТП является водитель ФИО3, нарушившая ПДД РФ, в результате ДТП автомобилю истца причинены механические повреждения. Истец ФИО1 обратилась к страховщику ПАО СК «Росгосстрах» с заявлением о выплате страхового возмещения по данному страховому событию, после заключенного соглашения ПАО СК «Росгосстрах» произвело истцу ФИО1 выплату в размере 67800 рублей 00 копеек. Согласно заключения №35-07/2022 от 26.07.2022года, составленного ООО «Уральская палата оценки и недвижимости» стоимость восстановительного ремонта по среднерыночным ценам автомобиля «КИА», госномер <данные изъяты> без учета износа составляет 143847 рублей 00 копеек.
Истец ФИО1, представитель истца ФИО1 – ФИО2, действующий на основании устного ходатайства, в судебном заседании на заявленных исковых требованиях с учетом письменных уточнений и дополнений настаивали в полном объеме, указав, что в данном ДТП вина 100% водителя ФИО3, нарушившей п.8.1, 13.4 ПДД РФ, не убедилась в безопасности маневра, в действиях истца отсутствуют нарушения ПДД РФ. Просит суд взыскать с ответчика ФИО3 в пользу истца в счет возмещения материального ущерба, причиненного в результате ДТП, сумму в размерен 76047 рублей 00 копеек, расходы по составлению заключения в размере 12000 рублей 00 копеек, расходы по оплате услуг представителя в размере 20000 рублей 00 копеек, почтовые расходы в размере 458 рублей 00 копеек, расходы по оплате государственной пошлины в размере 2481 рубль 41 копейка (том 1 л.д.5-6, 178, 189-191, том 2 л.д. 79-81).
Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явилась, извещена в срок и надлежащим образом.
Представитель ответчика ФИО3 – ФИО4, действующая на основании доверенности, в судебном заседании подтвердившая факт надлежащего извещения ответчика ФИО3 о дате судебного заседания, заявленные исковые требования не признала в полном объеме по основаниям, изложенным в отзыве на исковое заявление с учетом письменных дополнений и пояснений, указав, что эксперт не рассмотрел версию по европротоколу. ФИО3 написала, что согласна с ущербом, на момент составления протокола ущерб никто не оценивал. Если она не согласна с европротоколом, почему она его подписала, почему на следующий день не пошла в ГИБДД, сделать фото- и видеофиксацию. Так же эксперт не сделал привязку к местности, что ТС остановились за столбом за 20 м от пешеходного перехода, ФИО1 проехала еще 30 метров, почему он не проставил размеры, истец пытались скрыться с места ДТП, уехав с места предполагаемого ДТП, никакой доказательной базы не представил, пока вина не будет доказана никто не имеет право обвинить человека в совершении преступления. Экспертиза составлена непрофессионально, эксперт указывает, что осматривал ТС «Пежо», он его не осматривал, меня не вызвал. 100 метров от места ДТП, до ул.Куйбышева 57 м, замерил ширину двух полос и сопоставил машины, угол ТС «Пежо» не имеет никаких повреждений, только передняя сторона у бампера, было касательное столкновение, ФИО1 задней дверью задела боковую сторону ТС ТС «Пежо», эту версию эксперт не рассмотрел. Он выдвигает версию, что ФИО5 виновата, не имею ни фото-не видео фиксации, он лжесвидетельствует против ФИО5 и должен быть привлечен к уголовной ответственности. Машины проехали полквартала и после ДТПостановились, ФИО5 утверждает, что она сразу остановилась после столкновения, почему он рассмотрел версию ФИО1 через 3 месяца, когда уже невозможно провести административное расследование, так же схема машин, места для разворота ТС хватает, в европротоколе было тоже самое отражено, что ФИО5 едет по левой полосе и с правой стороны ФИО1 наезжает левой задней частью. Истец неопытная водитель, ехала на большой скорости, не справилась с управлением, задела ТС «Пежо». Перекресток огромный, почему она не приняла меры торможения, машина 1,5 тонны, она едет на таран на ТС «Пежо», ФИО1 педагог, подает пример детям, летит с большой скоростью, на красный свет, не справляется с управлением и задевает правый передний бампер ТС «Пежо». У меня нет никаких доказательств, ни фото- не видео-фиксации, ФИО6 пишет, что он не может установить место ДТП, оно нигде не зафиксировано, не понимаю, как ФИО6 занимается автотехнической экспертизой, его надо лишить этого права.
Я привожу схему ДТП, видим ширину полос, под каким углом, как столкнулись автомобили, как он может без осмотра второго автомобиля делать выводы, его предупредили об уголовной ответственности, почему он подделывает ДТП, ширину полос. Зафиксировано повреждение ТС «Пежо», покажите акт осмотра, угол ТС «Пежо» чистый, повреждена боковая часть при касании, машина истца слишком длинная, оно не влезет на эту улицу, эксперт не указал столб, за которым машины остановились. В деле очень много вопросов, которые эксперт не рассмотрел, а пытался ввести суд в заблуждение, и признать ответчика виновной в ДТП. Был небольшой угол касания. ТС «Пежо» ехало прямо, при перестроении ТС «КИА» задела правую сторону бампера ТС «Пежо», что соответствует схеме ДТП, ответчик не меняет свои показания, у истца объяснения поменялись несколько раз, то с ул. Белинского ехала, то с ул. Куйбышева, что ТС «Пежо»едет по диагонали, почему на следующий день не оказалась в ГИБДД, сделала намерено, чтобы суд не смог ничего доказать, прошу запросить в Росгосстрахе калькуляцию по стоимости повреждений ТС «КИА», почему настолько сократили стоимость? Если вина установлена, то да, пусть оплачивает, если этого нет, ФИО5 признать виновной нельзя без фото- и видеофиксации ТС «КИА» и ТС «Пижо». Прошу ФИО1 остановиться, отремонтировать свое ТС за свой счет, считаю ее виновником в ДТП, нарушившей пп. 6.2, 8.1, 8.2, 8.4 ПДД РФ, за 60 метров не могла нажать на педаль тормоза, что она делала в машине, может она пьяная была, что лишат ее прав, моя дочь пожалела женщину, взяла вину на себя, хотя надо было бы вызвать ГИБДД, сделать фото- и видеофиксацию. Почему эксперт учитывает схему ФИО1, кроме того, истец за экспертизу не заплатила, т.к. она сделана некачественно, я с этим согласна, нарушен закон о защите прав потребителей. Эксперт пишет, что применяет криминалистические методы, он понятия не имеет, что это такое. Прошу принять решение о том, что нужно разойтись мирным путем, отремонтировать ТС за свой счет, прошу ФИО1 дать время. Она пришла в суд без опровержимых доказательств, суд должен оставить исковое заявление без рассмотрения, пока она не принесла фото- и видеофиксацию от ГИБДД, нам рассматривать нечего. Суд принял документы без доказательной базы, выводы будут сделаны на экспертизе, прошу дать правовую оценку, провести автотехническую профессиональную экспертизу, чтобы условия с ФИО1 были одинаковые, эксперт не смотрит, что ФИО5 ехала прямо, смотрит только на объяснения ФИО1, не выводя ТС в естественную среду. Просит суд отказать в удовлетворении заявленных исковых требований в полном объеме (том 1 л.д. 73-80, 86-88, 129-146, том 2 л.д. 64-78, 91-138, 185-233).
Допрошенный в судебном заседании эксперт ООО «Евентус» ФИО6 подтвердил выводы и доводы заключения №9906 от 06.06.2023года, пояснив суду, что представленных материалов было достаточно для подготовки заключения, был предоставлен административный материал, объяснение обоих участников ДТП, стр. 8-9 привел фотокопии объяснений, на стр. 10-12 объяснение, как изучал материалы, даю им оценку, представлена цветная фототаблица расположения ТС после ДТП, выводы являются категоричными. Анализ по фотографиям, что на них усматривается 2 ТС, зафиксированы конечные положения, и пр., имеется в виду фототаблица, место ДТП на предоставленной фототаблице, удар был скользящий, оба ТС были в процессе движения, в момент удара они не останавливаются, продолжили свое движение на скоростях. Первоначально изучаются объяснения, которые водители давали в ГИБДД, т.к. в суде начинают менять показания, есть фотографии, есть угол поворота, согласно, которому ТС не могло так контактировать, как говорит ФИО5, поэтому и пришел к таким выводам, чтобы в масштабе сделать схему, нужно точное место ДТП, оно указано в районе пешеходного перехода, даже если место сместиться вперед или назад угол расположения ТС не изменится, угол ТС «Пежо» имеет повреждения, начальный след начинается в передней части, далее след внедрения углубляется, что значит движение продолжается, единый массив повреждений, есть грязепылевой слой, он стерт, след свежий, заднюю левую дверь исключена, дверь задняя левая замена, окраска.
3-и лица не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора АО «СОГАЗ», ПАО СК «Росгосстрах» в судебное заседание не явились, извещены в срок и надлежащим образом.
При таких обстоятельствах, в силу положений ч.5 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом мнения лиц, участвующих в деле, суд полагает возможным рассмотреть гражданское дело при данной явке, принимая во внимание, что в соответствии со статьями 14 и 16 Федерального закона от 22.12.2008 года №262-ФЗ "Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации" информация о дате, времени и месте судебного заседания размещена на официальном интернет-сайте Ленинского районного суда г.Екатеринбурга leninskyeka.svd.sudrf.ru.
Заслушав лиц, участвующих в деле, допрошенного в судебном заседании эксперта, исследовав письменные материалы гражданского дела, о дополнении которых сторонами не заявлено, каждое представленное доказательство в отдельности и все в совокупности, суд приходит к следующему.
В соответствии со ст.ст. 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации гражданское судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, если иное не предусмотрено законом.
На основании ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.
Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
В силу ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от ответственности, если докажет, что вред причинен не по его вине.
В силу ст. 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, п.1 ст. 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.
Согласно ч.4 ст.931 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.
Как установлено в судебном заседании и подтверждается письменными материалами дела, 23.04.2022 года в14 часов 20 минут по адресу: <...> произошло ДТП с участием автомобиля «Пежо», госномер <данные изъяты>, принадлежащего ФИО4 и под управлением ФИО3 (полис ОСАГО в АО «СОГАЗ», ТТТ 7014934022) и автомобиля «КИА», госномер <данные изъяты>, принадлежащего и под управлением ФИО1 (полис ОСАГО в ПАО СК «Росгосстрах», ТТТ 7013033571) (том 1 л.д.110-116).
Кроме того, в материалах дела имеется извещение по факту ДТП (европротокол) от 23.04.2022года, заполненными водителями, в котором водитель ФИО3 собственноручно указывает, что вину в ДТП признает, с размером ущерба согласна, со схемой согласна. После завершения разворота автомобиль «Пежо» двигался прямо по левой полосе, автомобиль «Киа» двигался по левой полосе за автомобилем «Пежо», после перекрестка не успев перестроиться вправо задело правый передний бампер автомобиля «Киа» (том 1л.д.115).
Из объяснений водителя ФИО1, данных сотрудникам ГИБДД, следует, что управляя автомобилем «Киа», двигаясь по ул. Куйбышева в сторону ул. 8 марта в левом ряду со скоростью 45 км/ч, приблизилась к перекрестку с ул.Белинского, убедилась, что на светофоре горит зеленый сигнал светофора, въехала на перекресток. Продолжая двигаться по левой полосе, посмотрела налево, убедилась, что автомобили стоят на светофоре, достигнув середины перекрестка, увидела, что слева с трамвайных путей на нее движется водитель автомобиля «Пежо». Водитель автомобиля «Пежо» начал перестроение на левую полосу проезжей части по ул. Куйбышева, по которой двигалась она, предприняла экстренное торможение, но столкновения избежать не удалось. Полагает, что в ДТП виновата водитель автомобиля «Пежо», которая во время совершения маневра не убедилась в безопасности маневра, что полоса, на которую собирается перестроиться, свободна.
В результате ДТП автомобилю «КИА», госномер <данные изъяты> причинены механические повреждения – передняя правая дверь, задняя левая дверь, заднее левое крыло, левый порог, задний бампер, автомобилю «Пежо» - передний бампер.
28.04.2022года истец ФИО1 обратилась к страховщику ПАО СК «Росгосстрах» в порядке прямого возмещения убытков по факту ДТП от 23.04.2022 года с заявлением о выплате страхового возмещения (том2 л.д.157), автомобиль «Киа» осмотрен 28.04.2022 года, что подтверждается актом осмотра – дверь задняя правая, замена; задний бампер ремонт; боковина задняя правая ремонт; колесный колпак задний правый замена (том 2 л.д.158).
28.04.2022 года между ФИО1 и страховщиком ПАО СК «Росгосстрах» заключено соглашение о размере страхового возмещения в рамках ст.14.1 Федерального закона «Об ОСАГО», согласно которому размер возмещения составляет 67800 рублей 00 копеек (том 2 л.д.181), указанная сумма выплачена на основании платежного поручения №23553 от 11.05.2022 года (том 2 л.д.179).
Согласно заключения №0019145791 от 28.04.2022года, составленного ООО «ТК Сервис М» (заказчик ПАО СК «Росгосстрах») стоимость восстановительного ремонта по Единой методике автомобиля «КИА», госномер <данные изъяты> без учета износа составляет 79516 рублей 00 копеек, с учетом износа – 67800 рублей 00 копеек (том 3 л.д.4-9).
19.05.2022 года страховщиком ПАО СК «Росгосстрах» отказано в удовлетворении претензии ФИО1 в связи с наличием соглашения (том 3 л.д.14).
28.06.2022года решением финансового уполномоченного №У-22-67070/5010-003 в удовлетворении требований ФИО1 к ПАО СК «Росгосстрах» о взыскании страхового возмещения отказано в связи с заключенным между сторонами соглашением на основании п.12 ст.12 Федерального закона «Об ОСАГО» (том 3 л.д.15-17).
Истцом ФИО1 в обоснование своей позиции представлено заключение №35-07/2022 от 26.07.2022года, составленного ООО «Уральская палата оценки и недвижимости», из которого следует, что стоимость восстановительного ремонта по среднерыночным ценам автомобиля «КИА», госномер <данные изъяты> без учета износа составляет 143847 рублей 00 копеек (том 1 л.д.16-46).
В целях установления всех обстоятельств дела, 10.01.2023 года определением Ленинского районного суда г.Екатеринбурга по данному делу назначена судебная автотехническая автотовароведческая экспертиза.
Из заключения №9906 от 06.06.2023года, составленного экспертом ООО «Евентус» ФИО6 следует, что водитель ФИО1, управляя автомобилем «Киа» в данной сложившейся обстановке с технической точки зрения должна была руководствоваться п.6.2, 9.1, 9.7, 10.1, 10.2, 13.7 ПДД РФ. В действиях водителя ФИО1, управляющей автомобилем «Киа» в данной сложившейся обстановке с технической точки зрения наблюдаются несоответствия действий требованиями п.10.1 ПДД РФ. Действия водителя автомобиля «Киа», совершенные в данной сложившейся обстановке с технической точки зрения не имели последствий для участников дорожного движения, т.к. водитель автомобиля «Киа» своими действиями, соответствующими требованиям ПДД РФ, не мог создать помех и опасностей для движения другим участникам дорожного движения, в частности, водителю автомобиля «Пежо», более того, совершенного маневрирования вправо водителем автомобиля «Киа», чтобы избежать столкновения с автомобилем «Пежо», в случае, если бы водитель автомобиля «Пежо», не создал бы ему помеху и опасность для движения, могло и не быть, в связи с чем, ввиду невозможности установить техническую возможность водителя автомобиля «Киа» избежать ДТП путем торможения (отсутствуют требуемые исходные данные в материалах дела), требования п.10.1 ПДД РФ водителю автомобиля «Киа» аннигилируются.
Водитель ФИО3, управляя автомобилем «Пежо» в данной сложившейся обстановке с технической точки зрения должна была руководствоваться пп.6.2, 8.1, 8.5, 9.1, 9.7, 10.1, 10.2, 11.4, 13.7 ПДД РФ. В действиях водителя ФИО3, управляющей автомобилем «Пежо» в данной сложившейся обстановке с технической точки зрения наблюдаются несоответствия действий требованиями п.8.1 и 8.4 ПДД РФ. Действия водителя автомобиля «Пежо», совершенные сложившейся дорожно-транспортной ситуации, выраженные в совершении маневра разворота на регулируемом перекрестке улиц Куйбышева-Белинского, не уступив, при этом дорогу, движущемуся ему навстречу автомобилю «Киа», движущемуся прямолинейно и не маневрируя, имели последствия для участников дорожного движения, ввиду того, что водитель автомобиля «Пежо» создал своими действиями помеху и опасность для движения водителю автомобиля «Киа», вследствие чего произошло столкновение с автомобилем «Киа».
Стоимость восстановительного ремонта автомобиля «КИА», госномер <данные изъяты> по устранению повреждений от ДТП 23.04.2022года, рассчитанная исходя из среднерыночных цен, сложившихся в Свердловской области без учета износа – 106400 рублей 00 копеек, с учетом износа – 96900 рублей 00 копеек.
Проанализировав содержание заключения судебной экспертизы, суд приходит к выводу о том, что заключение №9906 от 06.06.2023года, составленного экспертом ООО «Евентус» ФИО6 в полном объеме отвечает требованиям ст.86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, является мотивированным, содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в их результате выводы и обоснованные ответы на поставленные вопросы; в заключении эксперт указал исходные данные, которые были им исследованы и проанализированы при выполнении экспертизы. Из исследованных в судебном заседании письменных материалов дела следует, что эксперт ФИО6 имеет соответствующее техническое образование, в том числе трассологическое, опыт в проведении экспертиз, заключение дано в пределах его специальных познаний, также эксперт был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, оснований сомневаться в его заключении у суда не имеется, поскольку незаинтересован в исходе дела, а поэтому принимается судом в качестве относимого и допустимого доказательства.
По смыслу положений ст.86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации экспертное заключение является одним из самых важных видов доказательств по делу, поскольку оно отличается использованием специальных познаний и научными методами исследования, тем не менее, суд при наличии в материалах рассматриваемого дела заключения эксперта не может пренебрегать иными добытыми по делу доказательствами, в связи с чем, законодателем в ст.67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации закреплено правило о том, что ни одно доказательство не имеет для суда заранее установленной силы, а в положениях ч.3 ст.86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации отмечено, что заключение эксперта для суда необязательно и оценивается наряду с другими доказательствами. Однако, это не означает права суда самостоятельно разрешить вопросы, требующие специальных познаний в определенной области науки.
При таких обстоятельствах, экспертное заключение оценивается судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.
При рассмотрении данного гражданского дела суд не усматривает оснований ставить под сомнение достоверность заключения №9906 от 06.06.2023года, составленного экспертом ООО «Евентус» ФИО6, поскольку экспертиза проведена компетентным экспертом, имеющим значительный стаж работы в соответствующих областях экспертизы, на основании определения суда о поручении проведения экспертизы, доказательств какой-либо заинтересованности в исходе дела при подготовке данного заключения судом не установлено, в полном объеме отвечает требованиям ст.86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 31.05.2001 года №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", от 29.07.1998 года №135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации», поскольку содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в результате их выводы и научно обоснованные ответы на поставленные вопросы.
При рассмотрении настоящего гражданского дела суд отмечает, что согласно п.1.2. Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Совета Министров – Правительства Российской Федерации №1090 от 23.10.1993 года «Опасность для движения» - ситуация, возникшая в процессе дорожного движения, при которой продолжение движения в том же направлении и с той же скоростью создает угрозу возникновения дорожно-транспортного происшествия.
В силу п. 1.5 Правил дорожного движения Российской Федерации участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.
В соответствии с п.8.1 Правил дорожного движения Российской Федерации перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения.
На основании п.8.5. Правил дорожного движения Российской Федерации перед поворотом направо, налево или разворотом водитель обязан заблаговременно занять соответствующее крайнее положение на проезжей части, предназначенной для движения в данном направлении, кроме случаев, когда совершается поворот при въезде на перекресток, где организовано круговое движение.
Таким образом, из доказательств, оцененных судом в их совокупности следует, что водитель автомобиля «Пежо» ФИО3 в нарушение п.8.1, 8.5, 11.4 Правил дорожного движения, совершив маневр разворота на регулируемом перекрестке, не убедившись в безопасности маневра, создав помеху, не уступила дорогу автомобилю «Киа» под управлением ФИО1, движущемуся в прямом направлении без изменения направления движения, допустив столкновение с указанным автомобилем.
Вывод о нарушении ФИО3 указанных Правил суд делает из схемы расположения транспортных средств после ДТП, административных материалов по факту ДТП, представленных фотоматериалов с места ДТП, исходя из элементарного проецирования развития дорожной ситуации, дислокации дорожных знаков и дорожной разметки, истребованных судом, собственноручным признанием вины в извещении по факту ДТП, заполненной водителем ФИО3, являющейся взрослым, дееспособным водителем, управляющей источником повышенной опасности, схемой места ДТП, содержащейся в извещении по факту ДТП, принимая во внимание полученные транспортными средствами характерные повреждения вследствие развития дорожной ситуации.
Таким образом, нарушение водителем ФИО3 состоит в прямой причинно-следственной связи с произошедшим ДТП и она является для него непосредственными и единственным виновником, вины водителя ФИО1 суд не усматривает, отклоняя доводы ответчика ФИО3 в лице ее представителя ФИО4 об обратном, поскольку все ссылки представителя ответчика опровергаются исследованными письменными материалами дела.
При рассмотрении настоящего гражданского дела суд полагает необходимым отметить, что взаимосвязанные положения ст. 15, п. 1 ст. 1064, ст. 1072 и п. 1 ст. 1079 ГК РФ по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования и во взаимосвязи с положениями Закона об ОСАГО предполагают возможность возмещения лицом, гражданская ответственность которого застрахована по договору ОСАГО, потерпевшему, которому по указанному договору выплачено страховое возмещение в размере, исчисленном в соответствии с Единой методикой с учетом износа подлежащих замене деталей, узлов и агрегатов транспортного средства, имущественного вреда по принципу полного его возмещения, если потерпевший надлежащим образом докажет, что действительный размер понесенного им ущерба превышает сумму полученного страхового возмещения. Осуществление страховщиком страхового возмещения в пользу истца в денежной форме не противоречит закону, поскольку получение страхового возмещения в денежной форме при условии достижения потерпевшим и страховщиком соответствующего соглашения является законным правом потерпевшего, при этом законом каких-либо специальных условий для реализации сторонами договора страхования (потерпевшим и страховщиком) права на заключение соглашения о выплате страхового возмещения в денежной форме не предусмотрено.
Согласно преамбуле Закона об ОСАГО данный закон определяет правовые, экономические и организационные основы обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств в целях защиты прав потерпевших (п. 9 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации №2 (2021)" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 30.06.2021 г.).
Однако в отличие от норм гражданского права о полном возмещении убытков причинителем вреда (ст. 15, п. 1 ст. 1064 ГК РФ) Закон об ОСАГО гарантирует возмещение вреда, причиненного имуществу потерпевших, в пределах, установленных этим законом (абзац второй ст. 3 Закона об ОСАГО).
При этом страховое возмещение вреда, причиненного повреждением транспортных средств потерпевших, ограничено названным законом как лимитом страхового возмещения, установленным ст. 7 Закона об ОСАГО, так и предусмотренным п. 19 ст. 12 Закона об ОСАГО специальным порядком расчета страхового возмещения, осуществляемого в денежной форме - с учетом износа комплектующих изделий (деталей, узлов и агрегатов), подлежащих замене, и в порядке, установленном Единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденной положением Центрального банка Российской Федерации от 19.09.2014 года №432-П.
Согласно п. 15 ст. 12 Закона об ОСАГО по общему правилу страховое возмещение вреда, причиненного транспортному средству потерпевшего, может осуществляться по выбору потерпевшего путем организации и оплаты восстановительного ремонта на станции технического обслуживания либо путем выдачи суммы страховой выплаты потерпевшему (выгодоприобретателю) в кассе страховщика или перечисления суммы страховой выплаты на счет потерпевшего (выгодоприобретателя).
Однако этой же нормой установлено исключение для легковых автомобилей, находящихся в собственности граждан и зарегистрированных в Российской Федерации.
В силу п. 15.1 ст. 12 Закона об ОСАГО страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется (за исключением случаев, установленных п. 16.1 указанной статьи) в соответствии с пп. 15.2 или 15.3 данной статьи путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего (возмещение причиненного вреда в натуре).
Также подп. "ж" п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО установлено, что страховое возмещение в денежной форме может быть выплачено при наличии соглашения об этом в письменной форме между страховщиком и потерпевшим (выгодоприобретателем).
Таким образом, в силу подп. "ж" п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО потерпевший с согласия страховщика вправе получить страховое возмещение в денежной форме.
Реализация потерпевшим данного права соответствует целям принятия Закона об ОСАГО, указанным в его преамбуле, и каких-либо ограничений для его реализации при наличии согласия страховщика Закон об ОСАГО не содержит.
Получение согласия причинителя вреда на выплату потерпевшему страхового возмещения в денежной форме Закон об ОСАГО также не предусматривает.
В то же время п. 1 ст. 15 ГК РФ установлено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.
Согласно ст. 1072 названного кодекса юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (ст. 931, п. 1 ст. 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.
Из разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, данных в п. 63 постановления от 08.11.2022 года №31 "О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" следует, что причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда надлежащее страховое возмещение является недостаточным для полного возмещения причиненного вреда (ст. 15, п.1 ст. 1064, ст. 1072, п. 1 ст. 1079, ст. 1083 ГК РФ).
Давая оценку положениям Закона об ОСАГО во взаимосвязи с положениями гл. 59 ГК РФ, Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 31.05.2005 года №6-П указал, что требование потерпевшего (выгодоприобретателя) к страховщику о выплате страхового возмещения в рамках договора обязательного страхования является самостоятельным и отличается от требований, вытекающих из обязательств вследствие причинения вреда. Различия между страховым обязательством, где страховщику надлежит осуществить именно страховое возмещение по договору, и деликтным обязательством непосредственно между потерпевшим и причинителем вреда обусловливают разницу в самом их назначении и, соответственно, в условиях возмещения вреда. Смешение различных обязательств и их элементов, одним из которых является порядок реализации потерпевшим своего права, может иметь неблагоприятные последствия с ущемлением прав и свобод стороны, в интересах которой установлен соответствующий гражданско-правовой институт, в данном случае - для потерпевшего. И поскольку обязательное страхование гражданской ответственности владельцев транспортных средств не может подменять собой и тем более отменить институт деликтных обязательств, как определяют его правила гл. 59 ГК РФ, применение правил указанного страхования не может приводить к безосновательному снижению размера возмещения, которое потерпевший вправе требовать от причинителя вреда.
Согласно постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 10.03.2017 года №6-П, Закон об ОСАГО, как специальный нормативный правовой акт не исключает распространение на отношения между потерпевшим и лицом, причинившим вред, общих норм Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах вследствие причинения вреда. Следовательно, потерпевший при недостаточности страховой выплаты на покрытие причиненного ему фактического ущерба вправе рассчитывать на восполнение образовавшейся разницы за счет лица, в результате противоправных действий которого образовался этот ущерб, путем предъявления к нему соответствующего требования. В противном случае - вопреки направленности правового регулирования деликтных обязательств - ограничивалось бы право граждан на возмещение вреда, причиненного им при использовании иными лицами транспортных средств.
Взаимосвязанные положения ст. 15, п. 1 ст. 1064, ст. 1072 и п. 1 ст. 1079 ГК РФ по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования и во взаимосвязи с положениями Закона об ОСАГО предполагают возможность возмещения лицом, гражданская ответственность которого застрахована по договору ОСАГО, потерпевшему, которому по указанному договору выплачено страховое возмещение в размере, исчисленном в соответствии с Единой методикой с учетом износа подлежащих замене деталей, узлов и агрегатов транспортного средства, имущественного вреда по принципу полного его возмещения, если потерпевший надлежащим образом докажет, что действительный размер понесенного им ущерба превышает сумму полученного страхового возмещения.
При этом лицо, к которому потерпевшим предъявлены требования о возмещении разницы между страховой выплатой и фактическим размером причиненного ущерба, не лишено права ходатайствовать о назначении соответствующей судебной экспертизы, о снижении размера возмещения и выдвигать иные возражения. В частности, размер возмещения, подлежащего выплате лицом, причинившим вред, может быть уменьшен судом, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.
Из приведенных положений закона в их совокупности, а также актов их толкования следует, что в связи с повреждением транспортного средства в тех случаях, когда гражданская ответственность причинителя вреда застрахована в соответствии с Законом об ОСАГО, возникает два вида обязательств - деликтное, в котором причинитель вреда обязан в полном объеме возместить причиненный потерпевшему вред в части, превышающей страховое возмещение, в порядке, форме и размере, определяемых Гражданским кодексом Российской Федерации, и страховое обязательство, в котором страховщик обязан предоставить потерпевшему страховое возмещение в порядке, форме и размере, определяемых Законом об ОСАГО и договором.
Реализация потерпевшим права на получение страхового возмещения в форме страховой выплаты, в том числе и в случае, предусмотренном подп. "ж" п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО, является правомерным поведением и соответствует указанным выше целям принятия Закона об ОСАГО, а следовательно, сама по себе не может расцениваться как злоупотребление правом.
Ограничение данного права потерпевшего либо возложение на него негативных последствий в виде утраты права требовать с причинителя вреда полного возмещения ущерба в части, превышающей рассчитанный в соответствии с Единой методикой размер страховой выплаты в денежной форме, противоречило бы как буквальному содержанию Закона об ОСАГО, так и указанным целям его принятия и не могло быть оправдано интересами защиты прав причинителя вреда, который, являясь лицом, ответственным за причиненный им вред, и в этом случае возмещает тот вред, который он причинил, в части, превышающей размер страхового возмещения в денежной форме, исчислен в соответствии с Законом об ОСАГО и Единой методикой.
Такая же позиция изложена в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 11.07.2019 года №1838-О по запросу Норильского городского суда Красноярского края о проверке конституционности положений пп. 15, 15.1 и 16 ст. 12 Закона об ОСАГО с указанием на то, что отступление от установленных общих условий страхового возмещения в соответствии с пп. 15, 15.1 и 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО не должно нарушать положения ГК РФ о добросовестности участников гражданских правоотношений, недопустимости извлечения кем-либо преимуществ из своего незаконного или недобросовестного поведения либо осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, о недопустимости действий в обход закона с противоправной целью, а также иного, заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (пп. 3 и 4 ст. 1, п. 1 ст. 10 ГК РФ).
В п.5.2 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации №6-П от 10.03.2017 года указано, что в контексте конституционно-правового предназначения статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 ГК Российской Федерации Федеральный закон "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", как регулирующий иные - страховые - отношения, и основанная на нем Единая методика определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства не могут рассматриваться в качестве нормативно установленного исключения из общего правила об определении размера убытков в рамках деликтных обязательств и, таким образом, не препятствуют учету полной стоимости новых деталей, узлов и агрегатов при определении размера убытков, подлежащих возмещению лицом, причинившим вред.
П. 5.3. указанного Постановления закрепляет правило, что положения статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 ГК Российской Федерации по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования (во взаимосвязи с положениями Федерального закона "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств") предполагают возможность возмещения лицом, гражданская ответственность которого застрахована по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, потерпевшему, которому по указанному договору страховой организацией выплачено страховое возмещение в размере, исчисленном в соответствии с Единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства с учетом износа подлежащих замене деталей, узлов и агрегатов транспортного средства, имущественного вреда исходя из принципа полного его возмещения, если потерпевшим представлены надлежащие доказательства того, что размер фактически понесенного им ущерба превышает сумму полученного страхового возмещения.
Как следует из Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 года №25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения; размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества (пункт 13).
В контексте конституционно-правового предназначения ст. 15, п. 1 ст. 1064, ст. 1072 и п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации Закон об ОСАГО, как регулирующий иные - страховые - отношения, и основанная на нем Единая методика определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства не могут рассматриваться в качестве нормативно установленного исключения из общего правила об определении размера убытков в рамках деликтных обязательств и, таким образом, не препятствуют учету полной стоимости новых деталей, узлов и агрегатов при определении размера убытков, подлежащих возмещению лицом, причинившим вред.
Конституционный Суд Российской Федерацииотметил в пункте 4.3Постановления№6-П, что законодательство об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств регулирует исключительно данную сферу правоотношений (что прямо следует из преамбулы Федерального закона "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", а также из преамбулы Единой методики определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденной Центральным банком Российской Федерации 19 сентября 2014 года) и обязательства вследствие причинения вреда не регулирует: в данном случае страховая выплата, направленная на возмещение причиненного вреда, осуществляется страховщиком на основании договора обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств и в соответствии с его условиями (пункт 4.3 Постановления N 6-П), Как указано в пункте 5.1 Постановления N 6-П, положения статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 ГК Российской Федерации - по их конституционно-правовому смыслу в системе мер защиты права собственности, основанной на требованиях статей 7 (часть 1), 17 (части 1 и 3), 19 (части 1 и 2), 35 (часть 1), 46 (часть 1) и 52 Конституции Российской Федерации и вытекающих из них гарантий полного возмещения потерпевшему вреда, - не предполагают, что правила, предназначенные исключительно для целей обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, распространяются и на деликтные отношения, урегулированные указанными законоположениями.
В пункте 5.2 Постановления №6-П указано, что в контексте конституционно-правового предназначения статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 ГК Российской Федерации Федеральный закон "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", как регулирующий иные - страховые - отношения, и основанная на нем Единая методика определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства не могут рассматриваться в качестве нормативно установленного исключения из общего правила об определении размера убытков в рамках деликтных обязательств и, таким образом, не препятствуют учету полной стоимости новых деталей, узлов и агрегатов при определении размера убытков, подлежащих возмещению лицом, причинившим вред.
Таким образом, взысканию с ФИО3 в пользу ФИО1 в счет возмещения материального ущерба, причиненного в результате ДТП, подлежит сумма в размере 76047 рублей 00 копеек (с учетом положений ч.3 ст.196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации о рассмотрении гражданского дела в пределах заявленных исковых требований).
В силу ч.1 ст.100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
Как следует из материалов дела, истцом ФИО1 понесены расходы по оплате услуг представителя в размере 20000 рублей 00 копеек на основании договора оказания услуг от 28.07.2022года, квитанции.
Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 20.10.2005 года №355-О указал, что обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных на реализацию требования ст.17 (ч.3) Конституции Российской Федерации и на сохранение баланса между правами лиц, участвующих в деле. При этом суд не вправе уменьшать размер сумм на оплату услуг представителя произвольно, тем более, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательств чрезмерности взыскиваемых с него расходов.
В целях соблюдения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон, принимая во внимание доказанность понесенных истцом расходов на оплату услуг представителя, учитывая размер взыскиваемой суммы, количество судебных заседаний, времени, необходимого на подготовку процессуальных документов, проделанную представителем истца работу по данному делу, суд считает требование истца подлежащим удовлетворению, а поэтому с ответчика ФИО3 в пользу истца надлежит взыскать расходы по оплате услуг представителя в размере 25000 рублей 00 копеек.
В соответствии со ст. 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся почтовые расходы и другие признанные судом необходимыми расходы.
Как следует из материалов дела, истцом ФИО1 понесены расходы по составлению заключений в размере 12000 рублей 00 копеек на основании квитанции №037019, почтовые расходы в размере 458 рублей 00 копеек. Данные расходы суд признает необходимыми и подлежащими взысканию с ответчика ФИО3 в пользу истца (в том числе соответствующими положениям Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №1 от 21.01.2016 года «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела»); также суд принимает во внимание, что данные расходы являются необходимыми для истца, поскольку подготовка и составление данного заключения являлось необходимым условием для подачи искового заявления, определения размера заявленных исковых требований и уплаты государственной пошлины.
На основании ст.98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований.
Таким образом, в соответствии с положениями ст.333.19. Налогового Кодекса Российской Федерации с ответчика ФИО3 в пользу истца надлежит взыскать расходы по оплате государственной пошлины в размере 2481 рубль 41 копейка, исходя из размера удовлетворенных исковых требований.
В удовлетворении требований ответчика ФИО3 о взыскании компенсации за фактическую потерю времени суд полагает необходимым отказать, как заявленных необоснованно, поскольку положения ст.99 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации подлежат применению лишь в тех случаях, когда в судебном заседании будет доказано, что сторона недобросовестно заявила неосновательный иск или спор относительно иска, либо систематически злоупотребляла процессуальными правами, противодействовала правильному и быстрому рассмотрению и разрешению спора, при этом действовала виновно. Недобросовестность в поведении истца может иметь место в совокупности с неосновательностью иска, что должно быть установлено в процессе рассмотрения и разрешения дела, а стороной, которая ходатайствует о выплате ей компенсации за потерю времени, должно быть доказано, что в результате указанных действий противоположной стороны она теряет доходы, заработную плату или понесла иные убытки.
Изложенные обстоятельства не свидетельствуют о наличии недобросовестности со стороны истца и не могут быть основанием для взыскания ответчику ФИО3 компенсации за фактическую потерю времени; какого-либо злоупотребления процессуальными правами и противодействия правильному и быстрому рассмотрению и разрешению спора со стороны истца не усматривается, в судебных заседаниях истец, представитель истца принимал участие, необоснованных ходатайств не заявлял, затягиванию рассмотрения дела не способствовал, факты для применения положений ст. 94 и ст. 99 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судом не установлены; в удовлетворении в данной части надлежит отказать как заявленных необоснованно.
На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 к ФИО3 о возмещении материального ущерба, причиненного в результате ДТП, удовлетворить.
Взыскать с ФИО3 (паспорт <данные изъяты>) в пользу ФИО1 (паспорт <данные изъяты>) в счет возмещения материального ущерба, причиненного в результате ДТП, сумму в размерен 76047 рублей 00 копеек, расходы по составлению заключения в размере 12000 рублей 00 копеек, расходы по оплате услуг представителя в размере 20000 рублей 00 копеек, почтовые расходы в размере 458 рублей 00 копеек, расходы по оплате государственной пошлины в размере 2481 рубль 41 копейка.
Решение может быть обжаловано лицами, участвующими в деле, подачей апелляционной жалобы в течение месяца с момента изготовления мотивированного решения в Судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда через Ленинский районный суд г.Екатеринбурга.
Судья Е.Н. Докшина