Судья Кондратьева Л.М.

Дело № 2-2164/2023

74RS0032-01-2023-001804-80

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

дело № 11-12478/2023

26 сентября 2023 года город Челябинск

Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Скрябиной С.В.,

судей Манкевич Н.И., Подрябинкиной Ю.В.,

при секретаре ФИО20

с участием прокурора ФИО21

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Федеральному государственному бюджетному учреждению науки Южно-Уральский Федеральный научный центр минералогии и геоэкологии Уральского отделения Российской академии наук о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за дни вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе Федерального государственного бюджетного учреждения науки Южно-Уральский Федеральный научный центр минералогии и геоэкологии Уральского отделения Российской академии наук на решение Миасского городского суда Челябинской области от 23 июня 2023 года.

Заслушав доклад судьи Скрябиной С.В. об обстоятельствах дела, пояснения представителя ответчика ФИО2, настаивавшей на удовлетворении апелляционной жалобы, истца ФИО1, возражавшего против ее удовлетворения, заключение прокурора о законности и обоснованности решения суда, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с иском к Федеральному государственному бюджетному учреждению науки Южно-Уральский Федеральный научный центр минералогии и геоэкологии Уральского отделения Российской академии наук (далее – Научный центр) о признании приказа об увольнении незаконным, восстановлении на работе, взыскании заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда.

В обоснование иска указал, что с 09 ноября 2020 года он работал <данные изъяты> Научном центре. Приказом от 03 апреля 2023 года он был уволен по инициативе работодателя на основании пункта 5 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с неоднократным неисполнением работником без уважительных причин трудовых обязанностей. Считал свое увольнение незаконным, поскольку работодателем не доказаны обстоятельства, указанные в приказе о его увольнении, нарушен порядок увольнения, а также работодатель привлек его как к дисциплинарной, так и административной ответственности, что является недопустимым.

Истец ФИО1 в судебном заседании суда первой инстанции иск поддержал.

Представители ответчика директор ФИО25. и действующие на основании доверенностей ФИО3, ФИО4 иск не признали.

Представитель третьего лица первичной профсоюзной организации Научного центра в судебное заседание при надлежащем извещении не явился.

Решением суда исковые требования ФИО1 удовлетворены частично. Суд признал незаконным и отменил приказ ответчика от 03 апреля 2023 года «О применении дисциплинарного взыскания в виде увольнения» в отношении ФИО1, восстановил его на работе в Научном центре в должности <данные изъяты> 04 апреля 2023 года, взыскал с ответчика в пользу истца средний заработок за время вынужденного прогула в размере 63 605 руб. 30 коп., компенсацию морального вреда в размере 8 000 руб., госпошлину в сумме 2 408 руб. 16 коп. Решение суда в части восстановления ФИО1 на работе обратил к немедленному исполнению.

В апелляционной жалобе ответчик просит решение суда отменить, принять новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований в полном объеме. Полагает, что судом не правильно истолкован пункт 2.9 должностной инструкции о том, что работник обязан сдать орудия добычи (вылова) водных биоресурсов только в том случае, если именно он их изъял, либо если они ему принадлежат, а раз указанные факты им не доказаны, то не доказан факт нарушения. Принадлежность орудий вылова, равно как и изъятие данных орудий именно истцом не имеют правого значения. Сам факт нахождения на территории заповедника орудий добычи (вылова) водных биоресурсов, пусть даже и не установлено, кем данные предметы были занесены на территорию заповедника, является нарушением законодательства. Нахождение на территории заповедника орудий вылова (добычи) водных биоресурсов с ведома ФИО1 является нарушением установленного режима охраны, в обязанности которого входит обеспечение установленного режима охраны на территории обхода. Тем самым факт не исполнения работником своих обязанности нашел свое подтверждение.

Кроме того, указывает, что судом не устанавливалось, знал ли ФИО1 о нахождении орудий вылова на его кордоне, хотя данное обстоятельство определяет наличие его вины. Поскольку доступ к кордону «Ишкуль» имелось исключительно у ФИО1, очевидно, что орудия добычи (вылова) водных биоресурсов не могли быть оставлены там неизвестным лицом, следовательно, он не мог не знать о наличии на кордоне указанных орудий. Также суд первой инстанции необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства о вызове свидетелей, не приведя мотивы отказа.

Выражает несогласие с выводом суда о несоблюдении им процедуры увольнения ФИО1 Мнение первичной профсоюзной организации было датировано 03 мая 2023 года (так указано в апелляционной жалобе) и получено работодателем в тот же день, в связи с чем ссылка суда о проведении заседания профкома уже после фактического увольнения правового значения не имеет. Также указание суда на отсутствие подписей всех участвующих лиц на собрании выборного профсоюзного органа несостоятельно, поскольку на законодательном уровне каких-либо требований к форме мнения выборного профсоюзного органа не предусмотрено, при этом мнение подписано председателем профсоюзной организации. Полагает, что вывод суда о непроведении собрания 03 мая 2023 года является недоказанным.

В судебное заседание суда апелляционной инстанции представитель третьего лица не явился. В соответствии со статьями 167 и 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия сочла возможным провести судебное заседание в его отсутствие.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, допросив заявленных представителем ответчика свидетелей, судебная коллегия не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы.

Как установлено судом и следует из материалов дела, с 09 ноября 2020 года ФИО1 работал в Научном центре в должности <данные изъяты> (л.д. 58-62, 90 том 1).

Приказом <данные изъяты> Научного центра от 03 апреля 2023 года № действие трудового договора, заключенного с ФИО1, было прекращено, он уволен за неоднократное неисполнение работником без уважительных причин трудовых обязанностей по пункту 5 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации 03 апреля 2023 года (л.д. 118-123, том 1). С указанным приказом работник ознакомлен в тот же день, выразил свое несогласие с ним.

Основанием для издания приказа об увольнении послужили приказ от 14 июля 2022 года № письменное объяснение ФИО1 от 11 июля 2022 года, служебная записка <данные изъяты> по ПД ФИО28 от 13 июля 2022 года, приказ от 15 июля 2022 года, письменное объяснение ФИО1 от 11 июля 2022 года, докладная <данные изъяты>, <данные изъяты> на ООПТ ФИО29 от 12 мая 2022 года и служебная записка <данные изъяты> по ПД ФИО32 от 14 июля 2022 года, приказ от 12 октября 2022 года, докладная записка <данные изъяты> по ПД ФИО33 от 22 июля 2022 года, объяснение ФИО1 от 25 июля 2022 года, приказ от 02 ноября 2022 года №, докладная <данные изъяты> по ПД ФИО34. от 20 сентября 2022 года, объяснительная <данные изъяты> ФИО1 от 10 октября 2022 года, акт осмотра производственного помещения – <адрес> от 02 декабря 2022 года, протокол изъятия вещей и документов от 02 декабря 2022 года, служебная записка <данные изъяты> ФИО35 от 02 декабря 2022 года, распоряжение о запросе объяснений от 17 октября 2022 года, заявление <данные изъяты> ФИО1 от 03 апреля 2023 года, распоряжение о запросе объяснений от 05 декабря 2022 года, заявление <данные изъяты> ФИО1 от 03 апреля 2023 года.

Как указано в приказе, обстоятельствами, послужившими основанием для привлечения истца к дисциплинарной ответственности явилось то, что 02 декабря 2022 года и 12 декабря 2022 года в производственном помещении – <адрес>, закрепленном за <данные изъяты> ФИО1, ключ от которого находился только у него, согласно акту комиссионного осмотра и видео-фото фиксации должностными лицами Научного центра обнаружено нахождение орудий добычи (вылова) водных биоресуров, что является нарушением установленного режима и иных правил охраны и использования природных ресурсов на территории Ильменского государственного природного заповедника.

Разрешая спор и признавая незаконным приказ ответчика о прекращении трудового договора, заключенного с истцом, суд первой инстанции руководствовался положениями 189, 192, 193 Трудового кодекса Российской Федерации и исходил из того, что ответчиком не представлено убедительных доказательств, свидетельствующих о совершении работником дисциплинарного проступка в виде нарушения требований должностной инструкции, нарушен порядок привлечения к дисциплинарной ответственности – не только не запрошены объяснения по обстоятельствам совершения проступка, но и не запрошено в установленном законом порядке мотивированное мнение профсоюзного органа о возможности расторжения трудового договора с работником, являющимся членом профсоюзной организации.

Придя к таким выводам, суд, руководствуясь требованиями статей 237, 394 Трудового кодекса Российской Федерации, признал увольнение истца из Научного центра незаконным, восстановил его на прежней работе, взыскал заработную плату за время вынужденного прогула, денежную компенсацию морального вреда.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о наличии оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1

В силу статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить к работнику дисциплинарное взыскание, в том числе в виде замечания, выговора, увольнения по соответствующим основаниям.

Порядок привлечения работника к дисциплинарной ответственности регламентирован статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации.

В силу указанной нормы права до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников. Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

С учетом разъяснений, содержащихся в пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», при расторжении трудового договора по инициативе работодателя обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

Пункт 5 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации предусматривает, что трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случае неоднократного неисполнения работником без уважительных причин трудовых обязанностей, если он имеет дисциплинарное взыскание.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 33 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», при разрешении споров лиц, уволенных по пункту 5 части 1 статьи 81 Кодекса за неоднократное неисполнение без уважительных причин трудовых обязанностей, следует учитывать, что работодатель вправе расторгнуть трудовой договор по данному основанию при условии, что к работнику ранее было применено дисциплинарное взыскание и на момент повторного неисполнения им без уважительных причин трудовых обязанностей оно не снято и не погашено. Применение к работнику нового дисциплинарного взыскания, в том числе и увольнение по пункту 5 части 1 статьи 81 Кодекса, допустимо также, если неисполнение или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей продолжалось, несмотря на наложение дисциплинарного взыскания.

Исходя из этого ответчик обязан доказать правильность наложения всех дисциплинарных взысканий, которыми он обосновал приказ об увольнении по пункту 5 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 53 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции Российской Федерации и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а, следовательно, и дисциплинарной, ответственности, таких, как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм. В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть 5 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду. Если при рассмотрении дела о восстановлении на работе суд придет к выводу, что проступок действительно имел место, но увольнение произведено без учета вышеуказанных обстоятельств, иск может быть удовлетворен.

Из приведенных норм Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснений постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что за совершение работником дисциплинарного проступка работодатель вправе применить к нему дисциплинарное взыскание. Дисциплинарным проступком является виновное, противоправное неисполнение или ненадлежащее исполнение работником возложенных на него трудовых обязанностей, выразившееся в нарушении трудового законодательства, положений трудового договора, правил внутреннего трудового распорядка, должностной инструкции или локальных нормативных актов работодателя, непосредственно связанных с деятельностью работника.

Работник может быть уволен на основании пункта 5 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации только при условии неоднократного нарушения работником трудовых обязанностей без уважительных причин. Нарушение трудовых обязанностей признается неоднократным, если, несмотря на дисциплинарное взыскание, которое не снято и не погашено, со стороны работника продолжается или вновь допускается виновное неисполнение или ненадлежащее исполнение трудовых обязанностей. В этом случае к работнику возможно применение нового дисциплинарного взыскания, в том числе в виде увольнения.

При проверке в суде законности увольнения работника по пункту 5 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, какие конкретно нарушения трудовых обязанностей были допущены по вине работника, явившиеся поводом к его увольнению, могли ли эти нарушения являться основанием для расторжения трудового договора, а также доказательства соблюдения порядка привлечения работника к дисциплинарной ответственности и того, что при наложении на работника дисциплинарного взыскания учитывались тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

Увольнение работников, являющихся членами профсоюза, по основаниям, предусмотренным пунктами 2, 3 или 5 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, производится с учетом мотивированного мнения выборного органа первичной профсоюзной организации в соответствии со статьей 373 названного кодекса (часть 2 статьи 82 Трудового кодекса Российской Федерации).

Статьей 373 Трудового кодекса Российской Федерации установлен порядок учета мотивированного мнения выборного органа первичной профсоюзной организации при расторжении трудового договора по инициативе работодателя.

При принятии решения о возможном расторжении трудового договора в соответствии с пунктами 2, 3 или 5 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации с работником, являющимся членом профессионального союза, работодатель направляет в выборный орган соответствующей первичной профсоюзной организации проект приказа, а также копии документов, являющихся основанием для принятия указанного решения (часть 1 статьи 373 Трудового кодекса Российской Федерации).

Выборный орган первичной профсоюзной организации в течение семи рабочих дней со дня получения проекта приказа и копий документов рассматривает этот вопрос и направляет работодателю свое мотивированное мнение в письменной форме. Мнение, не представленное в семидневный срок, работодателем не учитывается (часть 2 статьи 373 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 5 статьи 373 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что работодатель имеет право расторгнуть трудовой договор не позднее одного месяца со дня получения мотивированного мнения выборного органа первичной профсоюзной организации. В указанный период не засчитываются периоды временной нетрудоспособности работника, пребывания его в отпуске и другие периоды отсутствия работника, когда за ним сохраняется место работы (должность).

В подпункте «в» пункта 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что увольнение работников, являющихся членами профсоюза, по основаниям, предусмотренным пунктами 2, 3 или 5 части 1 статьи 81 Кодекса, производится с соблюдением процедуры учета мотивированного мнения выборного органа первичной профсоюзной организации в соответствии со статьей 373 Кодекса (часть 2 статьи 82 Трудового кодекса Российской Федерации). При этом исходя из содержания части 2 статьи 373 Кодекса увольнение по указанным основаниям может быть произведено без учета мнения выборного органа первичной профсоюзной организации, если он не представит такое мнение в течение семи рабочих дней со дня получения от работодателя проекта приказа и копий документов, а также в случае если он представит свое мнение в установленный срок, но не мотивирует его, т.е. не обоснует свою позицию по вопросу увольнения данного работника.

По смыслу приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, мнение первичной профсоюзной организации по вопросу увольнения по пункту 5 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации работника, являющегося членом профессионального союза, представленное работодателю в письменной форме, но без обоснования позиции профсоюза, не может быть признано мотивированным.

Как следует из материалов дела, согласно пунктам 2.2, 2.4, 2.9 должностной инструкции от 03 марта 2021 года № 39, с которой истец ознакомлен 03 марта 2021 года, ФИО1 был обязан знать законодательные и нормативные акты об особо охраняемых природных территориях, режим охраны государственного природного заповедника и положения о нем, правила пожарной безопасности и санитарные правила в лесах, правила рубок, отпуска древесины на корню, сенокошения, пастьбы скота и иного побочного пользования лесом, а также другие нормы лесного законодательства; действующие в регионе правила охоты, любительского и спортивного рыболовства, другие нормативные акты об охране и использовании животного мира, нормы административного и гражданского права, приказы, распоряжения и другие руководящие материалы, касающиеся деятельности по охране заповедника, основы лесной пирологии и противопожарной профилактики в лесах, средства и способы борьбы с лесными пожарами, биологию вредителей и болезней леса, основы лесной таксации, общей экологии, биологии зверей и птиц, основы трудового права, делопроизводства, правила и нормы охраны труда, техники безопасности, производственной санитарии и противопожарной защиты, нормы установленной материальной, уголовной и иной ответственности за нарушение заповедного режима, границы, ландшафтные и экологические условия и особенности заповедной территории (п. 2.2); обеспечивать соблюдение установленного режима охраны на территории обхода или иной закрепленной территории, систематически проводить их патрулирование в целях предупреждения, выявления и пресечения нарушений заповедного режима, о результатах патрулирования своевременно информировать вышестоящее должностное лицо (п. 2.4); своевременно и в установленном порядке сдавать протоколы и иную документацию о нарушениях заповедного режима, изъятые орудия и продукцию незаконного природопользования заместителю директора по природоохранной деятельности или руководителю учреждения (п. 2.9) (л.д.96-97, том 1).

Распоряжением от 01 декабря 2022 года директором Научного центра была создана комиссия для вскрытия производственного помещения - <адрес> для обеспечения доступа аварийной бригады для ремонта линии электроснабжения и обеспечения приборов электропитания 02 декабря 2022 года, произвести установку нового навесного замка на входную дверь и закрепить ключи за <данные изъяты> ФИО36., государственным инспектором ФИО1, ФИО37., ФИО38 и <данные изъяты> ФИО39. (л.д. 108, том 1).

Из акта осмотра производственного помещения <адрес> от 02 декабря 2022 года следует, что в составе комиссии <данные изъяты> ФИО40., <данные изъяты> ФИО41., <данные изъяты> ФИО42. и <данные изъяты> ФИО43. произведена замена замка. При осмотре помещения были обнаружены запрещенные орудия вылова биоресурсов, а именно: рыболовная сеть в количестве 4 шт., рыболовка 11 шт., удочка (спиннинг для ловли) 2 шт., устройство для подледной установки сетей, подкормка для рыбы 2 мешка. Настоящие предметы были изъяты, что также подтверждается протоколом об изъятии вещей (л.д. 112, 113, том 1).

При этом согласно табелям учета рабочего времени за октябрь, декабрь 2022 года, январь-апрель 2023 года, расчетным листкам по заработной плате истца за октябрь, ноябрь, декабрь 2022 года, переписке ФИО1 с номером № приказу от 11 ноября 2022 года он с 17 октября 2022 года до 28 ноября 2022 года был освобожден от работы в связи с болезнью, с 27 ноября 2022 года по 31 декабря 2022 года находился в ежегодном отпуске, с 27 декабря 2022 года по 27 марта 2023 года был временно нетрудоспособен (л.д.115, том 1, л.д. 44-54, 60, том 2).

Распоряжением <данные изъяты> Научного центра от 30 ноября 2022 года ФИО1 на время своего ежегодного оплачиваемого отпуска необходимо было сдать ключи производственного помещения – <адрес>» <данные изъяты> ФИО44. в срок до 01 декабря 2022 года, о чем истец был уведомлен путем направления фотокопии распоряжения (л.д. 77, том 2).

Согласно распоряжению от 05 декабря 2022 года, ФИО1 предлагалось представить объяснения по поводу хранения в производственном помещения <адрес> орудий добычи (вылова) водных биоресурсов, нахождение которых на территории Ильменского государственного заповедника запрещено, что было выявлено при комиссионном вскрытии 02 декабря 2022 года производственного помещения <адрес>, расположенного по адресу: <адрес>. Распоряжение ФИО1 получено 31 марта 2023 года (л.д. 19, том 1).

На данное распоряжение ФИО1 03 апреля 2023 года составлено письменное заявление, в котором он указал, что его доступ в служебное помещение <адрес> был ограничен, о дате, времени вскрытия помещения он не был уведомлен, при открытии он не присутствовал и об обстоятельствах обнаружения вещей ему ничего не известно. Также он сообщил, что по факту вскрытия кордона и обнаружения вещей ведутся следственные действия и в настоящее время его причастность к хранению указанных изделий не установлена (л.д. 20, том 1).

Из решения Миасского городского суда Челябинской области от 20 июня 2023 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном статьей № Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в отношении ФИО1, следует, что директором Научного центра 06 апреля 2023 года было вынесено постановление по делу об административном правонарушении, которым ФИО1 был признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного статьей № Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, и подвергнут административному штрафу в размере 20 000 руб. Из указанного постановления следует, что 02 декабря 2022 года <данные изъяты> ФИО1 допустил нарушение установленного режима и иных правил охраны и использования окружающей среды и природных ресурсов на <адрес>, а именно совершил действия, которые прямо запрещены пунктом 10 Положения об Ильменском государственного заповеднике: допустил нахождение орудий добычи (вылова) водных биоресурсов на территории Ильменского государственного заповедника (в производственном помещении кордона Ишкуль) рыболовные сети китайского производства в количестве 4 шт., раколовки – 11 шт., спиннинги и катушки к спиннингам, устройство для подледной установки сетей – 1 шт., подкормку для рыбы – 2 мешка. 12 декабря 2022 года в ходе более тщательного осмотра помещения <адрес> совместно с сотрудниками оперативной группы УВД Аргаяшского района, которая производила осмотр производственного помещения <адрес> в рамках №, в условиях целостности входной двери и окон, были дополнительно обнаружены в более скрытых местах орудия добычи (вылова) водных биоресурсов: удочка зимняя – 18 шт., леска с мотовилом – 2 шт., кормушка для рыбы – 1 шт., капкан для ловли щуки -10 шт., жерлицы – 15 шт., ящик рыболовный – 2 шт., ящик для рыбных принадлежностей – 2 шт., устройство для установки сетей для подледного лова рыбы – 1 шт., сети – 7 шт., раколовки – 8 шт., витиль – 7 шт., коробка с мормышками пластиковая – 1 шт., коробка с приманками для летней рыбалки – 1 шт. Указанным решением суда жалоба ФИО1 на постановление от 06 апреля 2023 года была удовлетворена, постановление в его отношении отменено, производство по делу прекращено в связи с недоказанностью обстоятельств, на основании которых вынесено обжалуемое постановление (л.д. 113-114, том 2).

Как следует из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 07 апреля 2023 года, вынесенного участковым уполномоченным полиции Отдела МВД России по Аргаяшскому райну, в ходе проведения проверки по материалу по № Уголовного кодекса Российской Федерации не добыто достоверных данных о принадлежности ФИО1 спорного имущества (трех патронов и одной гильзы, обнаруженных 12 декабря 2022 года в служебном помещении <адрес>) (л.д.220, том 1).

Из анализа исследованных в судебном заседании доказательств суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии в действиях истца состава дисциплинарного проступка, наличие которого обязан был доказать работодатель.

Вопреки доводам апелляционной жалобы ответчика судом на основании имеющихся в гражданском деле доказательств, которые оценены им по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, объективном и непосредственном исследовании доказательств, сделаны правильные выводы относительно того, что сам факт нахождения на территории заповедника орудий вылова (добычи) водных биоресурсов не может свидетельствовать о нарушении ФИО1 должностных обязанностей, поскольку материалами дела не установлено, что данные предметы были занесены на территорию заповедника с ведома истца.

ФИО1 указанный факт отрицал, сославшись, что помещение было вскрыто в его отсутствии, о нахождении в помещении орудий вылова водных биоресурсов ему ничего неизвестно.

Как правильно указал суд первой инстанции, ответчиком не доказано, что ФИО1, находясь в ежегодном отпуске, должен был обеспечивать соблюдение установленного режима охраны на территории обхода или иной закрепленной территории, систематически проводить их патрулирование в целях предупреждения, выявления и пресечения нарушений заповедного режима, о результатах патрулирования своевременно информировать вышестоящее должностное лицо.

Сторона ответчика настаивала на том, что единственный ключ от помещения <адрес> находился у ФИО1, поэтому он не мог не знать о нахождении внутри помещения орудий вылова водных биоресурсов, с целью подтверждения указанного факта ходатайствовала о допросе в качестве свидетелей ФИО45 и ФИО46., <данные изъяты> Научного центра.

Из показаний допрошенных в судебном заседании суда апелляционной инстанции свидетелей ФИО47 и ФИО48 следует, что им известно, что ключ от <адрес> был единственным и он находился в пользовании ФИО1 В связи с тем, что ФИО1 на кордоне отсутствовал в день приезда комиссии, замок был взломан и установлен новый.

При этом свидетель ФИО49 о наличии единственного ключа от замка на <адрес> указал, что его ответ является вероятностным, он предполагает, но не утверждает, что он был один.

Свидетель ФИО50 являясь <данные изъяты>, также указал, что в Научном центре заведено, что ключи от кордона, который закрепляется за <данные изъяты>, находятся только у <данные изъяты>, в частности, только у него находятся ключи от своего кордона. О наличии других экземпляров ключей от замка кордона Ишкуль или его дубликатов ему ничего неизвестно. В его должностные обязанности не входит хранение ключей от производственных помещений Научного центра.

При таких обстоятельствах судебная коллегия отклоняет доводы апелляционной жалобы ответчика о том, что доступ к <адрес> имелся только исключительно у ФИО1, поскольку данные обстоятельства не подтверждаются материалами дела, а также показаниями свидетелей ФИО51. и ФИО52 допрошенных в суде апелляционной инстанции.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что орудия добычи (вылова) водных биоресурсов, обнаруженные как 02 декабря 2022 года, а также 12 декабря 2022 года (после смены замка и невыдачи новых ключей ФИО1) в помещении <адрес>, принадлежали истцу, либо были им помещены для хранения на заповедной территории.

Истец в суде апелляционной инстанции указал, что привлечение его к дисциплинарной ответственности и его увольнение явились следствием неприязненных отношений со стороны <данные изъяты> ФИО53 в отношении которого им была подана жалоба в прокуратуру, признанная обоснованной.

Кроме того, судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции, что в нарушение положений Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению ответчиком не представлены в материалы дела доказательства, свидетельствующие о том, что работодателем были затребованы у ФИО1 объяснения, по обстоятельствам, установленным работодателем 12 декабря 2022 года, и вменяемого ему в вину дисциплинарного проступка.

Также не может судебная коллегия согласиться и с доводом ответчика о том, что судом при удовлетворении исковых требований ФИО1 сделан неправильный вывод о неполучении мотивированного согласия на расторжение трудового договора с истцом по пункту 5 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации.

Согласно справке от 22 мая 2023 года ФИО1 являлся членом первичной профсоюзной организации Научного центра (л.д. 76, том 1).

Из выписки из протокола № 6 заседания профсоюзного комитета от 03 апреля 2023 года следует, что по приложенным работодателем к уведомлению документам не представляется возможным в полной мере оценить факт объективности и необходимости увольнения ФИО1 (л.д.74-75, том 1).

Как следует из выписки из протокола № 7 заседания профсоюзного комитета от 03 апреля 2023 года время 14-00 исх. 3/1, профсоюзный комитет в составе из 4х человек пришел к выводу об обоснованности увольнения ФИО1 по пункту 5 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации (л.д. 117, том 1).

При этом в материалы дела было представлено письмо (уведомление) председателя первичной профсоюзной организации Научного центра ФИО54 согласно которой 05 апреля 2023 года в 13 часов в присутствии ФИО1 проведено заседание профсоюзного органа о рассмотрении вопроса о его увольнении.

С целью устранения противоречий суд первой инстанции обязал явкой председателя профсоюзной организации ФИО55., которая была вызвана в судебное заседание судебной повесткой, однако от участия в судебном заседании отказалась (л.д. 234-240, том 1).

Как правильно отмечено судом первой инстанции, в представленных выписках из протоколов заседания профсоюзного комитета не указаны фамилии лиц, присутствовавших на двух заседаниях профсоюзного органа, распределение их голосов при принятии решения либо указание на принятие решения единогласно, выписки подписаны ФИО56 единолично, при этом на обеих выписках указано, что мотивированное мнение профкома получено <данные изъяты> Научного центра 03 апреля 2023 года..

Данные обстоятельства подтверждаются, представленной в материалы дела истцом распечаткой телефонных соединений, из которых следует, что с 02 апреля 2023 года по 06 апреля 2023года на телефонный номер ФИО1 поступал единственный звонок 05 апреля 2023 года в 09 ч. 37 мин. с телефонного номера, принадлежащего ФИО57. (л.д.234, том 1, л.д. 98, том 2).

Признавая незаконным и отменяя приказ № от 03 апреля 2023 года «О применении дисциплинарного взыскания в виде увольнения», суд первой инстанции восстановил ФИО1 в должности <данные изъяты> Научного центра с 04 апреля 2023 года.

Руководствуясь частью 2 статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации, суд, признав увольнение истца с работы незаконным, взыскал в его пользу средний заработок за время вынужденного прогула, основываясь на справке работодателя, с которой согласился и истец.

В апелляционной жалобе ответчика доводы о несогласии с размером среднего заработка, подлежащего взысканию с Научного центра, отсутствуют.

Частично удовлетворяя требование ФИО1 о компенсации морального вреда, суд первой инстанции сослался на статью 237 Трудового кодекса Российской Федерации и пришел к выводу о том, что допущенные работодателем нарушения права истца на труд являются основанием для возложения на ответчика обязанности по компенсации причиненного ему морального вреда.

Определяя размер подлежащей взысканию с Научного центра в пользу ФИО1 компенсации морального вреда в соответствии со статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, предусматривающей возмещение работнику морального вреда, причиненного неправомерными действиями или бездействием работодателя, а также в силу части 9 статьи 394 Трудового кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции указал, что он исходит из фактических обстоятельств дела, а также учитывает требования разумности и справедливости, посчитав достаточной сумму компенсации морального вреда в размере 8 000 руб.

Судебная коллегия считает, что выводы суда в части определения размера подлежащей взысканию в пользу истца компенсации морального вреда основаны на верном применении норм материального права, регулирующих спорные отношения. В апелляционной жалобе доводов в данной части также не указано.

Руководствуясь статьей 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции взыскал с ответчика в доход местного бюджета государственную пошлину, размер которой определил верно.

В целом доводы жалобы ответчика являлись предметом рассмотрения суда первой инстанции и не могут служить основанием для отмены правильного по существу решения суда.

С учетом вышеизложенного обжалуемое решение, постановленное в соответствии с установленными в суде обстоятельствами и требованиями закона, подлежит оставлению без изменения, а апелляционная жалоба, которая не содержит предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для отмены решения суда первой инстанции - оставлению без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 328-329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Миасского городского суда Челябинской области от 23 июня 2023 года оставить без изменения, апелляционную жалобу Федерального государственного бюджетного учреждения науки Южно-Уральский Федеральный научный центр минералогии и геоэкологии Уральского отделения Российской академии наук – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи:

Мотивированное определение изготовлено 03 октября 2023 года.