УИД 72RS0014-01-2025-000220-48
Дело № 2-7604/2025
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
г. Тюмень 07 ноября 2025 года
Ленинский районный суд г. Тюмени в составе:
председательствующего судьи Кинслер К.А.,
при секретаре Ионовой О.П.,
с участием истца ФИО1, представителя ответчика ФИО5, третьего лица ФИО3,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «ЦСМ» о понуждении предоставить медицинскую документацию, взыскании убытков, компенсации морального вреда, штрафа,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1 обратилась в суд с иском к ответчику ООО «ЦСМ» (с учётом изменения требований в порядке ст. 39 ГПК РФ) (л.д. 209-210 т. 1) о взыскании денежной суммы в счёт возмещения убытков и компенсации морального вреда в размере 398 534 рублей, из которых: фактически понесенные убытки, включающие расходы, связанные с поиском врача, который смог бы продолжить лечение, консультации, диагностики, назначенные клиникам в связи с запросом на продолжение лечения, почтовые расходы в размере 25 634 рублей, будущие убытки, обусловленные задержкой начала лечения на два года, исчисляемые как 50% от стоимости предстоящего лечения, рекомендованного врачом стоматологической клиники «Сириус» в размере 272 900 рублей, компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей, а также штрафа, понуждении предоставить медицинскую документацию, касающуюся лечебного процесса ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в клинике. Требования мотивированы тем, что
ДД.ММ.ГГГГ истец ФИО1 сопровождала дочь ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, на приеме у ее лечащего врача ФИО3, которая практиковала в клинике АльДентис (ООО «ЦСМ»). АльДентис - третья по счету клиника, в которой практиковала ФИО3 с июля 2019 года, т.е. за период лечения у нее дочери истца. Перед началом приема, предваряя какие бы то ни было медицинские манипуляции, истец попросила ФИО3 рассказать, какие манипуляции она предполагает делать, так как истец хотела понимать, есть ли у нее план действий в актуальной на данный момент ситуации, когда истец с дочерью пришли с конкретными вопросами по поводу значительных и волнующих их изменений в зубном ряду, происшедших с прошлого посещения. ФИО3 сказала, что плана у нее пока нет и что сегодня уже «ничего не успеем сделать». Но все-таки, как выяснилось в регистратуре после приема, она произвела замену лигатур, как было отражено в акте оказанных услуг: «АДД.ММ.ГГГГ.003 Ортодонтическая Коррекция, Активация лигатурных брекет-систем (замена лигатур) 1 челюсть». Смена лигатур истцу показалась не просто бессмысленной (потому что актуального плана лечения на данный момент не было), но и вредной, так как значительное изменение положения зубов за короткий промежуток времени с прикладыванием чрезмерных усилий считает, по собственному пониманию, очень вредным. Но, поскольку истец не обладает специальными знаниями в области ортодонтии, она попросила лечащего врача письменно обосновать разумность и безвредность проведенной манипуляции, а соответственно обоснованность счета за прием. На это ФИО3 ответила, что так как работает в частной клинике, то не может оказать меньше минимально установленного набора услуг для одного приема. Исходя из ситуации, что к этому приему и, главное, на самом приеме у истца и её дочери появилось много вопросов, на которые до того момента не было получено ответа от лечащего врача, истец запросила у врача комментарий и анализ всего лечения с 2019 года, чтобы понять ее позицию по проведенному лечению, как она видит перспективы лечения, чтобы соотнести планируемое ФИО3 лечение и их с дочерью запрос. Комментарий запросила письменный. Кроме того, истец запросила в клинике все имеющиеся у них материалы истории лечения ФИО2 Ответов на письменные запросы истец от лечащего врача не получила. Ответ по обоснованию набора медицинских услуг на приеме ДД.ММ.ГГГГ был дан заведующей врачебным отделением «АльДентис» (ООО «ЦСМ) ФИО7 В нем она описала стандартную процедуру смены лигатур как необходимую и обоснованную. Но истец не увидела обоснования процедуры относительно индивидуального плана лечения. В ответе не было отражено, какое действие, направленное на достижение необходимого результата лечения, было активировано данной сменой лигатур и в каком воздействии на зубной ряд была бы утеряна эффективность брекетов в конкретной ситуации неопределенности хода дальнейшего лечения, зафиксированной в разговоре с лечащим врачом на приеме ДД.ММ.ГГГГ, если бы врач не заменила крепления брекетов (лигатуры) на одной из челюстей. Истца в очередной раз ввел в недоумение ответ ФИО7, так как истец не заказывала услугу смены лигатур, а заказывала услугу исправления прикуса на основе индивидуального плана лечения. Хотя рекомендованная регулярность процедуры замены лигатур 1 раз в месяц, вероятно, смену лигатур, при необходимости, возможно произвести и через более длительный срок - такой вывод можно сделать на основе действий ФИО3, которая не известила пациента о переходе на работу в другую клинику, дочь узнала об этом только когда пришла на очередной прием, соответственно, записаться в новую клинику к врачу нужно было заново, в результате перерыв между приемами оказался практически 3 месяца. В ответе ФИО12 не было ссылки на обоснование необходимости манипуляции от лечащего врача, не было подписи врача, не было отсылки ни к конкретному плану лечения, ни к записи в медкарте пациента. Также считает, что если бы ФИО3 добросовестно готовилась к приему, то заранее информировала бы пациента, какие из медицинских документов и результатов исследований лучше забрать из предыдущей клиники и принести на прием ДД.ММ.ГГГГ. Такой подход к организации лечения и коммуникации с пациентом в течение всего срока лечения свидетельствует о небрежности врача. Еще ФИО7 поясняла в ответе, что истории и курса лечения пациентки ФИО8 в клинике «АльДентис» нет, предлагая обратиться по этому вопросу в клиники, в которых дочь начинала и продолжала лечение. Но все так же настаивала на оплате истцом счета от ДД.ММ.ГГГГ. Позднее, когда в конце декабря 2022 года истец запросила возможность ознакомиться с оригиналом карты, с историей лечения из клиники ГрандДент, где начинала лечение дочь, то истцу так и не предоставили такую возможность, истцу выдали только копии, которые готовила перед выдачей ФИО3 - еще один аспект, ставящий под сомнение добросовестность врача. Судя по этим фактам, можно предполагать, что в карте ортодонтического пациента о приеме ДД.ММ.ГГГГ не было сделано записи, не было описано запроса пациента, жалоб, с которыми пациент пришел на прием. То есть ни истец, ни врач, который продолжит лечение не смогут узнать, что происходило с зубами и брекет-системой на самом деле и что планировала лечащий врач в этой ситуации, не смогут оценить объективную ситуацию на тот момент, если выяснится, например, нанесение вреда здоровью, что не исключено. То есть, ДД.ММ.ГГГГ истец получила на свой запрос о предоставлении полной информации о проведенной манипуляции и состоянии здоровья дочери стандартную отписку, причем от сотрудника клиники, который не занимался лечением её дочери - ни по одному из пунктов истец не получила ни запрашиваемой информации, ни обоснования отказа. В ответном письме ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ истец указала на это и вновь повторила, что не согласна со счетом и тем, как небрежно клиника, в лице ФИО7, относится к правам пациентов. ДД.ММ.ГГГГ дочери пришло сообщение от администратора клиники, что ее последующая запись к ФИО3 отменена в связи с «неоплаченными приемами», хотя неоплаченный прием только один, в отношении которого и возник вопрос. Права истца, как заказчика медицинской услуги, и права пациента были нарушены. Истцу не была предоставлена исчерпывающая информация о проведенной на приеме медицинской манипуляции. Фактически, истцу предложили оплатить услугу, которая, с определенной долей вероятности, нанесла бы вред здоровью дочери. Истцу не предоставили необходимой информации, чтобы истец могла, также, воспользоваться правом получения второго мнения у другого врача. Никаких попыток прийти к пониманию и соглашению со стороны ответчика предпринято не было, наоборот, клиника попыталась ввести истца в заблуждение, либо дать неполную информацию, пренебрегая правами истца, чтобы истец ввиду своего неведения и зависимого положения отказалась от своих попыток получить информацию (которая помогла бы ей ориентироваться в ходе лечения дочери и контролировать его в рамках прав пациента), и приняла бы услугу в таком виде, в каком они ей предлагают, то есть не соответствующей требованиям закона, как это уже было не раз за время лечения у ФИО3 Истец не согласилась, тогда клиника решила злоупотребить правом и отказать в приеме. В результате отказа клиники от исполнения договора истцу и её дочери пришлось искать нового врача-ортодонта, который продолжил бы лечение, начатое ФИО3 В связи с объективной сложностью найти врача для долечивания в принципе, и на той же системе брекетов в частности, поиск врача повлек материальные расходы, физические и моральные страдания дочери. Лечение прервано почти на 2 года. Сейчас истец с дочерью вынуждены продолжать лечение по прейскурантам примерно в 2-3 раза выше, чем если бы продолжили лечение в 2022-2023 гг.
ДД.ММ.ГГГГ судом в судебном заседании, в соответствии со статьей 43 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО3, ФИО2
Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме.
Представитель ответчика ФИО5 в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований, по основаниям указанным в письменном отзыве на исковое заявление (л.д. 12-13 т. 2), из которого следует, что ФИО2 обратилась в ООО «ЦСМ» на первичный прием ДД.ММ.ГГГГ, ей была заведена карта стоматологического больного № от ДД.ММ.ГГГГ, также заключен договор оказания платных медицинских услуг № от ДД.ММ.ГГГГ, подписано согласие на обработку персональных данных в соответствии с Федеральным законом «О персональных данных» от 27.07.2006 № 152-ФЗ, а также информированное добровольное согласие во исполнение ст. 20 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» от 21.11.2011 № 323-ФЗ. После проведения медицинской манипуляции был выставлен счет на 2 000 рублей, который не оплачен до сих пор. ФИО1 несколько раз обращалась в ООО «ЦСМ» с запросами и претензией, ей современно были даны ответы. Никакого больше ортодонтического лечения в ООО «ЦСМ» пациентка ФИО2, не проходила. Дополнительно сообщено, что ранее врач ФИО3 работала врачом на базе многопрофильной клиники ТюмГМА. Все ортодонтическое лечение было проведено в многопрофильной клинике. Врач ФИО3 не ведёт никакой самостоятельной деятельности, не имеет медицинской лицензии, а работает по трудовому договору.
Третье лицо ФИО3 в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований.
Третье лицо ФИО2 в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом, доказательств уважительности причин неявки суду не представила, дело рассмотрено в ее отсутствие. Представила в суд письменные пояснения (л.д. 211-216 т. 1), согласно которым поддержала исковые требования истца и просила удовлетворить их. Указывает, что в процессе её лечения, она сталкивалась с низким уровнем информационной поддержки и несоблюдением профессиональных стандартов. Многие действия врачей был не прозрачны и плохо задокументированы, что отрицательно сказывалось на процессе лечения. ФИО2 имеет претензии, касающиеся низкого качества информирования пациента о ходе лечения, недостаточность заполнения медицинской документации, а также к отказу клиники в приёме, в нормальной коммуникации, неисполнении стандартов медобслуживания, нежелании оказать надлежащей помощи и содействии в поиске другого врача после отказа в приеме. Во всём процессе лечения не устраивало то, что если ФИО2 задаёт вопрос, на него врач отвечает слишком поверхностно. Когда ФИО2 пыталась что-то уточнить, было ощущение, что ей не хотят предоставить всю необходимую информацию или просто ею не владеют. ФИО2 не понимала, зачем делают ту и иную манипуляцию, возникало ощущение, что доктор не помнит, что было в прошлый раз, процесс особо не фиксируется. ДД.ММ.ГГГГ очередная консультация закончилась тем, что ФИО2 услышала общие фразы не получила полноценной картины заболевания. Считает, что ФИО3 не знала, что делать с её зубами и затягивала всячески лечение, а потом клиника нашла формальный повод, чтобы отказать в лечении ФИО2 В результате чего, лечение сильно затянуто.
Исследовав материалы дела, выслушав пояснения явившихся лиц, суд считает, что исковые требования подлежат удовлетворению частично.
Как установлено судом и следует из материалов дела, истец ФИО1 является матерью ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, что подтверждается свидетельством о рождении серии II-ФР № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 160 т. 1).
ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 сопровождала дочь ФИО6, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, на первичном приеме в клинике АльДентис (ООО «ЦСМ»).
ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2, с согласия законного представителя ФИО1, и ООО «ЦСМ» был заключен договор № предоставления платных медицинских услуг (несовершеннолетний в возврате от 14 до 18 лет), в соответствии с которым ответчик обязался предоставить пациенту ФИО2 платные медицинские услуги, а пациент принять предоставленные услуги и оплатить их стоимость на условиях, предусмотренных настоящим договором (л.д. 243-247 т. 1).
Кроме того, ФИО2 были подписаны информационное согласие пациента на проведение консультации и осмотра, информационное добровольное согласие пациента на ортодонтическое лечение с использование брекет-системы и согласие на обработку персональных данных (л.д. 237-242 т. 1).
Из представленного в материалы дела протокола осмотра ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 235 т. 1) следует, что пациент проходит ортодонтическое лечение на брекет-системе на верхней и нижней челюстях более 3 лет. Последний визит к врачу-ортодонту был более 1 года назад. После проведённого визита мама пациента отказалась от оплаты выполненных медицинских услуг.
ФИО2 обратилась с целью продолжения лечения, с жалобой на то, что не устраивает наклон верхних клыков внутрь.
Врачом ФИО3 поставлен предварительный диагноз К07.02 дистальный прикус, К07.3 аномалии положения зубов.
ДД.ММ.ГГГГ проведено лечение, осмотр, фотометрия, смена лигатур на зубах верхней и нижней челюстей.
В качестве рекомендаций указано:
Профессиональная гигиена полоти рта.
Для установления окончательного клинического диагноза необходимы дополнительные исследования: 3д КТ челюстно-лицевой области, ТРГ в боковой проекции, КДМ, ортодонтическая диагностика с последующим составлением плана ортодонтического лечения.
Выписка и КДМ предыдущего места лечения.
Явка через месяц для проведения диагностики и составления плана дальнейшего лечения.
ДД.ММ.ГГГГ истец направила ответчику ООО «ЦСМ» письменное заявление с требованиями письменно обосновать счет за лечение от ДД.ММ.ГГГГ врачом ФИО3 с контекстом обсуждения хода лечения на приеме в этот день, дать письменный комментарий ФИО3 по ходу всего курса лечения ФИО2, начиная с 2019 года, выдать материалы истории лечения в полном объеме: копии и оригиналы медицинских документов, выписок из них, фото и видеоматериалы и другие изображения в бумажном или электронном виде (л.д. 140 т. 1).
ДД.ММ.ГГГГ ООО «ЦСМ» в ответ на заявление истца указало, что ФИО2 была в клинике ООО «ЦСМ» один раз ДД.ММ.ГГГГ на первичном приеме у врача-ортодонта ФИО9, далее приёмов в клинике ООО «ЦСМ» не имелось. Так как ортодонтическое лечение не было начато в клинике и ФИО2 в клинике на наблюдалась, то истории и курса лечения пациентки ФИО2, нет.
ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 была записана на повторный приём с целью продолжения ортодонтического лечения, к врачу-ортодонту ФИО3 Данный врач являлся лечащим врачом ФИО2 – Стоматологической клиники ГБОУ ВПО «Тюменская государственная медицинская академия». В ходе данного приёма, согласно плана лечения, ФИО2 была проведена манипуляция замена креплений брекетов (лигатур), так как ФИО10 выбрала исправление прикуса при помощи лигатурных брекетов, то один из этапов обслуживания – это регулярная замена лигатур. Лигатура – это резинки, которые крепят брекет к дуге. Со временем лигатуры теряют эластичность и требуют замены. Если этого не сделать, давление на зубы станет меньшим и система потеряет эффективность, замедляется весь процесс коррекции. Замена старых лигатур новыми повышает эффективность брекетов, также их своевременная замена является профилактикой кариеса, который развивается под резинкой. Замену лигатур необходимо проводить один раз в месяц. Данная манипуляция была выполнена и отражена в акте оказанных медицинских услуг № от ДД.ММ.ГГГГ – сумма выполненных работ равнялась 2 000 рублей, которая не была ФИО1 оплачена. ООО «ЦСМ» также в ответном письме указала на необходимость оплаты выполненных работ в срок до ДД.ММ.ГГГГ.
Данные обстоятельства подтверждаются письмом ООО «ЦСМ» исх. № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 134 т. 1).
Позже, как следует из искового заявления, пояснений лиц, участвующих в деле, ответчиком в последующем приеме дочери истца было отказано, в связи с неоплаченным приемом (л.д. 136 т. 1).
ДД.ММ.ГГГГ истец обратилась к ответчику с претензией с требованиям выплатить убытки, связанные с поиском врача, все диагностики, почтовые расходы в размере 23 130 рублей, будущие убытки, которые понесет истец с дочерью, в связи с тем, что вынуждены продолжить лечение на 2 года позже, чем могли бы в размере 272 900 рублей, моральный и физической вред в размере 100 000 рублей. Помимо указанного истец потребовала предоставить все имеющие в клинике материалы истории лечения ФИО2, включая фотоснимки, предоставить возможность лично ознакомиться и сделать фотоснимки оригиналов: истории лечения, записанной в медицинской карте дочери, договора с истцом, как с заказчиком, информированного добровольного согласия от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 24-27 т. 2).
В ответ на претензию от ДД.ММ.ГГГГ, ООО «ЦСМ» указало на невозможность получения сведений о факте обращения гражданина за оказанием медицинской помощи, состоянии и его здоровья и диагнозе, иные сведения, полученные при его медицинском обследовании и лечении, поскольку они составляют врачебную тайну, со ссылкой на ст. 13 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (л.д. 98-100 т. 2).
А поскольку дочь ФИО1 – ФИО2 является совершеннолетней, в клинике нотариальной доверенности на представление ее интересов и запрос документов от ее имени, нет информированного добровольного согласия, где ФИО1 указана как лицо, имеющее право делать запросы на представление медицинской документации, то ООО «ЦСМ» пришло к выводу об отсутствии прав направлять такую информацию.
Относительно требования направить все материалы и ответ на указанный адрес электронной почты, ООО «ЦСМ» сообщило, что электронная почта является незащищённым каналом связи, в связи с изложенным медицинская организация не вправе отправлять сведения, содержащие врачебную тайну относящиеся к категории специальных персональных данных, по электронной почте – во избежание несанкционированного доступа к ним третьих лиц, который может повлечь их разглашение и нарушение действующего законодательства РФ (л.д. 99 т. 2).
Также, ФИО1 обращалась в Территориальный орган Росздравнадзора по Тюменской области, ХМАО-Югре, ЯНАО с обращением (вх. № от ДД.ММ.ГГГГ) по вопросу оказания медицинской помощи в ООО «Аль-Дентис».
По итогам рассмотрения обращения ФИО1, нарушений приказа Министерства здравоохранения РФ от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи взрослому населению при стоматологических заболеваниях», Территориальным органом Росздравнадзора, не выявлено (л.д. 54-55 т. 2).
По смыслу и содержанию части 5 статьи 22 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" пациент либо его законный представитель имеет право по запросу, направленному, в том числе в электронной форме, получать отражающие состояние здоровья пациента медицинские документы (их копии) и выписки из них, в том числе в форме электронных документов.
Минздрав России установил правила и условия выдачи гражданам документов, отражающих состояние здоровья пациента, в том числе медицинской амбулаторной карты пациента, результатов диагностических исследований, иных медицинских документов, их копий и выписок из них, если не установлен специальный порядок выдачи определенных документов.
Для получения медицинских документов пациент (законный представитель) должен предоставить в медорганизацию запрос на бумажном носителе лично или по почте либо в форме электронного документа, подписанного пациентом или его законным представителем усиленной квалифицированной электронной подписью или простой электронной подписью посредством применения портала госуслуг.
В соответствии с ч. 2 ст. 5 Федерального закона от 27.07.2006 N 149-ФЗ "Об информации, информационных технологиях и о защите информации" информация в зависимости от категории доступа к ней подразделяется на общедоступную информацию, а также на информацию, доступ к которой ограничен федеральными законами (информация ограниченного доступа). Перечень сведений конфиденциального характера утвержден Указом Президента РФ N 188 от 06.03.1997 года. К сведениям, связанным с профессиональной деятельностью, доступ к которым ограничен в соответствии с Конституцией Российской Федерации и федеральными законами, отнесена и врачебная тайна.
В соответствии с ч. 1, ч. 2 ст. 13 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" от 21.11.2011 года N 323-ФЗ, сведения о факте обращения гражданина за оказанием медицинской помощи, состоянии его здоровья и диагнозе, иные сведения, полученные при его медицинском обследовании и лечении, составляют врачебную тайну; не допускается разглашение сведений, составляющих врачебную тайну, в том числе после смерти человека, лицами, которым они стали известны при обеспечении, исполнении трудовых, должностных, служебных и иных обязанностей; с письменного согласия гражданина или его законного представителя допускается разглашение сведений, составляющих врачебную тайну, другим гражданам, в том числе должностным лицам, в целях медицинского обследования и лечения, проведения научных исследований, использования в учебном процессе и в иных целях.
Медицинская организация, в соответствии с законодательством, обязана принять меры защиты информации от неправомерного доступа. Согласно ч. 3 ст. 13 Закона N 323-ФЗ передача сведений, составляющих врачебную тайну, допускается только с согласия гражданина или его законного представителя.
Учитывая личный и конфиденциальный характер запрашиваемой и передаваемой информации и установленную законом обязанность медицинской организации соблюдать врачебную тайну, существенным условием взаимодействия с пациентом в данном случае является надлежащая идентификация его личности.
Обмен информацией ограниченного доступа в электронной форме предполагает идентификацию сторон при помощи электронной подписи и использование инфраструктуры, обеспечивающей информационно-технологическое взаимодействие информационных систем. То есть простой обмен электронными сообщениями по электронной почте, не отвечает требованиям информационной безопасности.
Федеральным законом "Об электронной подписи" от 06.04.2011 N 63-ФЗ "Об электронной подписи" регулируются отношения в области использования электронных подписей при совершении гражданско-правовых сделок, оказании государственных и муниципальных услуг, исполнения государственных и муниципальных услуг, исполнении государственных и муниципальных функций, при совершении иных юридически значимых действий, в том числе в случаях, установленных другими федеральными законами.
Пунктом 1 ст. 2 Федерального закона от 06.04.2011 года N 63-ФЗ "Об электронной подписи" определено, что электронная подпись - это информация в электронной форме, которая присоединена к другой информации в электронной форме (подписываемой информации) или иным образом связана с такой информацией и которая используется для определения лица, подписывающего информацию. В свою очередь п. 5 названной статьи установлено, что для создания электронной подписи используется ключ электронной подписи, представляющий собой уникальную последовательность символов.
В соответствии со ст. 6 Федерального закона от 06.04.2011 N 63-ФЗ "Об электронной подписи" информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью или неквалифицированной электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, в случаях, установленных федеральными законами, принимаемыми в соответствии с ними нормативными правовыми актами или соглашением между участниками электронного взаимодействия. Нормативные правовые акты и соглашения между участниками электронного взаимодействия, устанавливающие случаи признания электронных документов, подписанных неквалифицированной электронной подписью, равнозначными документами на бумажных носителях, подписанным собственноручной подписью, должны предусматривать порядок проверки электронной подписи. Нормативные правовые акты и соглашения между участниками электронного взаимодействия, устанавливающие случаи признания электронных документов, подписанных простой электронной подписью, равнозначными документами на бумажных носителях, подписанным собственноручной подписью, должны соответствовать требованиям статьи 9 настоящего Федерального закона.
Без электронной подписи заявление, не имеет юридической силы, поскольку получение заявления по факсу или по электронной почте скана заявления, нельзя с достоверностью судить о том, было ли оно направлено именно данным человеком (Определение Санкт-Петербургского городского суда от 27.01.2011 года N 33-1136/2011; Определение Краснодарского краевого суда от 15.01.2013 N 33-493/2013).
Федеральный закон "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" от 21.11.2011 N 323-ФЗ, являясь базовым законодательным актом, регулирующим отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, закрепляет в качестве одного из основных принципов охраны здоровья принцип соблюдения врачебной тайны (пункт 9 статьи 4), содержание которого определяется положениями его статьи 13, устанавливающей специальный правовой режим сведений, составляющих врачебную тайну.
В соответствии с ч. 2 ст. 13 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" от 21.1.2011 N 323-ФЗ, не допускается разглашение сведений, составляющих врачебную тайну, в том числе после смерти человека, лицами, которым они стали известны при обучении, исполнении трудовых, должностных, служебных и иных обязанностей, за исключением случаев, установленных частями 3 и 4 данной статьи.
В частности, разглашение сведений, составляющих врачебную тайну, другим гражданам, в том числе должностным лицам, в целях медицинского обследования и лечения пациента, проведения научных исследований, их опубликования в научных изданиях, использования в учебном процессе и в иных целях допускается с письменного согласия гражданина (ч. 3 ст. 13 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" от 21.11.2011 года N 323-ФЗ).
В случае обращения от имени пациента его законного представителя в запросе также указываются сведения о нем. Следует указать наименование запрашиваемых медицинских документов (их копий) или выписок из них и период, за который он намерен их получить. Также в запросе необходимо назвать способ получения документов: на бумажном носителе - при личном обращении или по почте, в форме электронных документов - посредством направления в личный кабинет пациента (его законного представителя) на портале госуслуг. Запрос должен содержать дату его подачи и подпись пациента либо его законного представителя (для письменного запроса).
Изучив материалы дела, суд приходит к выводу об обоснованности заявленного требования истца о возложении обязанности на ответчика, предоставить медицинскую документацию, касающуюся лечебного процесса ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в клинике.
Ответчиком, в нарушение ст. 56 ГПК РФ, не представлено доказательств исполнения запроса истца от ДД.ММ.ГГГГ о предоставлении имеющейся в клинике медицинской документации в отношении пациента - её дочери ФИО2
Отказ ответчика в предоставлении ФИО1 медицинской документации на ФИО6 на том основании, что последняя является совершеннолетней, а в клинике нотариальной доверенности на представление ее интересов и запрос документов от ее имени, нет информированного добровольного согласия, где ФИО1 указана как лицо, имеющее право делать запросы на представление медицинской документации, суд находит необоснованным.
Так, как на момент первого обращения истца с требованием о предоставлении имеющейся в ООО «ЦСМ» медицинской документации в отношении её дочери был направлен ДД.ММ.ГГГГ, на указанную дату ФИО2 являлась несовершеннолетней (17 лет), следовательно, ФИО1 как законный представитель была вправе истребовать информацию о состоянии здоровья, прохождении лечения ее дочерью ФИО2, а также требовать о предоставлении имеющейся медицинской документации.
При таких обстоятельствах, требование истца о понуждении ООО «ЦСМ» предоставить ФИО1 медицинскую документацию, касающуюся лечебного процесса ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в клинике, подлежит удовлетворению.
Однако, ответчиком, по запросу суда была представлена копия имеющейся в их клинике медицинской документации, в том числе: карта стоматологического больного № от ДД.ММ.ГГГГ, договор оказания платных медицинских услуг № от ДД.ММ.ГГГГ, согласие на обработку персональных данных в соответствии с Федеральным законом «О персональных данных» от 27.07.2006 № 152-ФЗ, информированное добровольное согласие во исполнение ст. 20 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» от 21.11.2011 № 323-ФЗ, а также фотопротокол, сделанный на первичном приеме пациентки в ООО «ЦСМ» (л.д. 230-247 т. 1, 29-51 т. 2).
Истец ознакомлена, с представленной по запросу суда медицинской документацией, о чём свидетельствует её собственноручная подпись от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 230 т. 1), в связи с чем, суд приходит к выводу, что ответчиком в добровольном порядке до окончания рассмотрения дела по существу исполнено требование о предоставлении медицинской документации в отношении ФИО2, следовательно оно не подлежит приведению в исполнение.
Помимо указанного, истцом заявлено требование о возмещении убытков, связанных с поиском врача, осуществления диагностик, будущих убытков, которые понесет истец с дочерью, в связи с тем, что вынуждены продолжить лечение на 2 года позже.
В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.
Исходя из положений части 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, под убытками понимаются, в том числе и расходы, которые лицо, чье право нарушено, должно будет произвести для восстановления нарушенного права.
Положения абзаца пятого пункта 1 статьи 29 Закона Российской Федерации от 07.02.1992 г. N 2300-I "О защите прав потребителей" также наделяют потребителя правом при обнаружении недостатков выполненной работы (оказанной услуги) потребовать возмещения понесенных им расходов по устранению недостатков выполненной работы (оказанной услуги) своими силами или третьими лицами.
Суд, рассматривая требования истца о возмещении убытков, понесённых истцом в связи с поиском врача, проведения диагностик, и отказывая в удовлетворении требований, исходит из того, что истцом в нарушение ст. 56 ГПК РФ, не доказаны обстоятельства, на которых она основывает свои требования.
Исследуя материалы дела, суд на усмотрел достоверных и надлежащих доказательств, представленных истцом, которые подтверждали бы односторонний отказ ответчика от исполнения договора оказания платных стоматологических услуг, заключенного между истцом и ООО «ЦСМ», и невозможности продолжения лечения у врача-ортодонта уже в ООО «ЦСМ», следовательно, суд не находит причинно-следственной связи между понесёнными истцом убытками и оказанными ответчиком стоматологическими услугами.
Заявляя требование о взыскании с ответчика убытков на будущее в размере 272 900 рублей (л.д. 210 т. 1), которые истец понесёт в связи с прохождением лечения в иной стоматологической клинике «Сириус», истец мотивирует тем, что цены на лечение с декабря 2022 года по июль 2024 года выросли примерно в 2-3 раза, следовательно, лечение, которое не смогла получить дочь истца в 2022 году обойдётся ей в настоящее время в 2 раза дороже.
При расчёте убытков на будущее, истец исходит из того, что по плану лечения от врача стоматологического центра «Сириус», который может продолжить лечение ФИО2, стоимость лечения составляет 545 800 рублей, следовательно, половина этой стоимости составляет убытки истца.
Суд не находит обоснованным и подлежащим удовлетворению требование истца о взыскание убытков на будущее, поскольку материалами дела подтверждается оказание ДД.ММ.ГГГГ ООО «ЦСМ» стоматологических услуг ФИО11, результатом которых явилось получение результата оказанной услуги, а именно замена креплений брекетов (лигатур), истцом не доказаны противоправность действий, вина исполнителя, наличие причинно-следственной связи между действиями исполнителя (ООО «ЦСМ») и убытками заказчика (истца), которые она понесёт в будущем.
Согласно части 8 статьи 84 указанного Закона, к отношениям, связанным с оказанием платных медицинских услуг, применяются положения Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года N 2300-1 "О защите прав потребителей".
В соответствии со статьей 15 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года N 2300-1 "О защите прав потребителей" моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных потребителем убытков.
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).
В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.
Пунктом 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.
Пунктами 26 - 28 вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации предусмотрено, что определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.
Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.
При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.
Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.
Таким образом, из нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, в системной взаимосвязи с нормами Гражданского кодекса Российской Федерации, предусматривающими основания и условия ответственности за причинение вреда, следует, что медицинские организации несут ответственность за нарушение права граждан на охрану здоровья и обязаны возместить причиненный при оказании гражданам медицинской помощи вред, в том числе моральный вред.
Кроме того, положениями статьи 15 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 года N 2300-1 "О защите прав потребителей" моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.
По смыслу п. 45 Постановления Пленума Верховного Суда от 28 июня 2012 года N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" сам по себе факт нарушения прав потребителя презюмирует обязанность ответчика компенсировать моральный вред.
Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 55 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вред", моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации потребителю в случае установления самого факта нарушения его прав (статья 15 Закона о защите прав потребителей). Суд, установив факт нарушения прав потребителя, взыскивает компенсацию морального вреда за нарушение прав потребителя наряду с применением иных мер ответственности за нарушение прав потребителя, установленных законом или договором.
Таким образом, основанием для удовлетворения требований о взыскании компенсации морального вреда является сам факт нарушения прав потребителей, при этом возмещение материального ущерба не освобождает от ответственности за причиненный моральный вред.
Поскольку судом установлено нарушение прав истца как потребителя, так как ответчиком истцу, на основании ее заявления, не были своевременно представлены медицинские документы в отношении ее дочери ФИО2, в связи с чем, суд находит требование о взыскании с ответчика компенсации морального вреда обоснованным и подлежащим удовлетворению частично с учётом разумности, в размере 10 000 рублей. Оснований для взыскания компенсации морального вреда в размере превышающем указанную сумму суд не находит.
Согласно п. 6 ст. 13 Закона РФ «О защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.
В соответствии с указанной выше нормой, в пользу истца с ответчика подлежит взысканию штраф в размере 5 000 рублей (10 000 * 50%).
В силу ст.103 ГПК РФ, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов.
В связи с чем, с ответчика в доход бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 6 000 рублей.
Руководствуясь ст.ст. 3, 12, 56, 67, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 - удовлетворить частично.
Обязать общество с ограниченной ответственностью «ЦСМ» предоставить ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт гражданина РФ серии № №) медицинскую документацию, касающуюся лечебного процесса ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в клинике.
Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ЦСМ» (ИНН <***>) в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт гражданина РФ серии № №) компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей, штраф за нарушение прав потребителя в размере 5 000 рублей.
В остальной части иска отказать.
Не приводить в исполнение решение суда в части понуждения общества с ограниченной ответственностью «ЦСМ» предоставить ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (паспорт гражданина РФ серии № №) медицинскую документацию, касающуюся лечебного процесса ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в клинике, в связи с фактическим исполнением.
Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ЦСМ» государственную пошлину в доход муниципального образования г. Тюмень в размере 6 000 рублей.
Решение может быть обжаловано в Тюменский областной суд через Ленинский районный суд г. Тюмени путем подачи апелляционной жалобы в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.
Решение в окончательной форме изготовлено 21 ноября 2025 года.
Председательствующий судья /подпись/ К.А. Кинслер
Подлинник решения, постановления, определения подшит в
гражданское дело, материал № 2-7604/2025 и хранится
в Ленинском районном суде г. Тюмени
УИД 72RS0014-01-2025-000220-48
Решение, постановление, определение вступило в законную
силу _______________________________________________
Судья К.А. Кинслер
Секретарь О.П. Ионова