Решение по делу № 2-3143/2023 от 16.07.2025 | Октябрьский районный суд г. Ижевска (Удмуртская Республика)

Дело №2-75/2025

УИД: 18RS0003-01-2023-001093-09

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

27 июня 2025 года

Октябрьский районный суд г.Ижевска в составе:

председательствующего судьи Кузнецовой Н.В.,

при секретаре Ознобихиной А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО9 к обществу с ограниченной ответственностью «Технология», ФИО2, ФИО1 о взыскании компенсации стоимости оборудования, взыскании неосновательного обогащения, судебных расходов,

установил:

Первоначально ФИО8 обратилась в суд с исковыми требованиями к ООО «Технология» об истребовании имущества из чужого незаконного владения, взыскании неосновательного обогащения. Просила суд истребовать из чужого незаконного владения (пользования) ООО «Технология» следующее имущество, принадлежащее ей на праве собственности:

№

Наименование

Характеристики

Количество

Металлический стеллаж

2000x1000x400

Шкаф архивный

Метал, ячейки

Шкаф для одежды

2 секции

Шкаф для одежды

3 секции

Тележка (рохля)

б\у

Рохля

гидравлика

Паллетные стеллажи

б\у

Стеллажноеоборудование для торгового зала (комплект)

Рама, ригель, пластина, анкерный болт

В случае невозможности ООО «Технология» вернуть ФИО8, указанное в п. 1 Требования оборудование, взыскать с ООО «Технология» в пользу ФИО8 денежную компенсацию в объеме действительной стоимости оборудования и убытков, связанных с изменением стоимости вышеуказанного оборудования в размере 2 354 817 руб.

Взыскать с ООО «Технология» в пользу ФИО8 сумму всех полученных Ответчиком доходов (или доходов, которые он должен был получить) за все время владения спорным имуществом, в том числе: в качестве неосновательно обогащения от использования оборудования принадлежащего Истцу в размере 565 333 рубля 28 копеек за период с 29.10.2021г. по 28.02.2023г.;

Взыскать с ООО «Технология» в пользу ФИО8 сумму всех полученных Ответчиком доходов (или доходов, которые он должен был получить) за все время владения спорным имуществом, в том числе: в качестве неосновательно обогащения от использования оборудования принадлежащего Истцу за период с 01.03.2023г. по день фактического погашения задолженности Ответчика перед Истцом из расчета 35 333 рубля 33 копейки в месяц;

Взыскать с ООО «Технология» в пользу ФИО8 денежную сумму в размере 8 ООО рублей в качестве понесенных ею затрат на оценку имущества и стоимости неосновательного обогащения;

В ходе рассмотрения дела к участию в деле:

- в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, было привлечено АО «Удмуртская коммерческая компания» (определение суда от <дата>);

- по ходатайству истца в качестве соответчиков были привлечены ФИО2, ФИО3 (определение суда от <дата>);

- в связи с заключением договора уступки права требования от <дата> по ходатайству истца и ФИО9 было произведено процессуальное правопреемство истца ФИО8 на ФИО9 (определение суда от <дата>).

В ходе рассмотрения дела исковые требования истцом неоднократно изменялись, в окончательном виде были сформулированы следующим образом (заявление от 30 мая 2025):

1) взыскать с ООО «Технология» в пользу ФИО10 денежную компенсацию в объеме рыночной стоимости спорного имущества (оборудования) по состоянию на 11.11.2022 в размере 1 458 931 руб.;

2) взыскать с ФИО12 в пользу ФИО10 денежную компенсацию в объеме рыночной стоимости спорного имущества (оборудования) по состоянию на 11.11.2022 в размере 1 458 931 руб.;

3) взыскать с ФИО13 в пользу ФИО10 денежную компенсацию в объеме рыночной стоимости части спорного имущества (оборудования) согласно его расписке в размере 207 274 руб.;

4) взыскать солидарно с ООО «Технология», ФИО12, ФИО13 в пользу ФИО10 сумму всех полученных ими доходов (или доходов, которые они должны были получить) за период с 29.10.2021 по 28.02.2023 (за 16 месяцев), в том числе, в качестве неосновательного обогащения от использования спорного имущества (оборудования) в размере 360 203 руб.;

5) взыскать солидарно с ООО «Технология», ФИО12, ФИО13 в пользу ФИО10 сумму всех полученных ими доходов (или доходов, которые они должны были получить) за все время владения спорным имуществом, в том числе: в качестве неосновательного обогащения от использования спорного оборудования за период с 01.03.2023 по день фактического погашения ими задолженности перед истцом из расчета 22 512 руб. 69 коп. в месяц;

6) взыскать солидарно с ООО «Технология», ФИО2, ФИО1 в пользу ФИО9 денежную компенсацию понесенных затрат на оценку оборудования (имущества) в ООО «Компас» в сумме 8000 руб., судебные расходы на проведение судебной оценочной экспертизы в сумме 55 000 руб., судебные расходы на оплату госпошлины в сумме 22 844 руб.

Истец ФИО10, действующий за себя, а также в качестве представителя третьих лиц ФИО24, ФИО26, в судебном заседании исковые требования поддержал по основаниям, изложенным в иске. Ссылался на то, что ни один из ответчиков, несмотря на длительный срок с момента предъявления требования, имущество не вернул, что дает право полагать, что возврат имущества в натуре невозможен и дает право на получение денежной компенсации его стоимости. Также пояснил, что в период с 15.03.2016 по 21.06.2016 имущество приобреталось ФИО26, которая в то время осуществляла деятельность в качестве ИП, у ООО Стройсервис» на сумму 548 228 руб., у ООО «ИЖКАР» на сумму 108700 руб., в ООО «ДИРЕКС» на смуму 1 007 628 руб., а всего – 1 664 705 руб. 97 коп. В период с 29.12.2017 по 29.2020 оборудование находилось в арендуемых ИП ФИО26 у ООО «Удмуртская коммерческая компания» складских помещениях по адресу: <...>. В связи с окончанием срока действия последнего договора аренды ФИО26 выехала с арендуемых площадей, а все вышеуказанное оборудование передала по договору безвозмездного пользования ИП ФИО24 Оборудование со складов не вывозилось ни ФИО26, ни в дальнейшем ФИО24 После досрочного расторжения договора аренды ИП ФИО24 с ООО «УКК» в октябре 2020 ни она, ни ФИО27 не смогли забрать оборудование, т.к. оно незаконно удерживалось ООО «Технология». После обращения ФИО28 в ОП № 2 в июне 2022 была проведена проверка по ее заявлению, в ходе которой оборудование было обнаружено, от ФИО12 и ФИО13 сотрудниками полиции были отобраны расписки о том, что они обязуются хранить указанное в расписках складское оборудование. В настоящее время все три ответчика уклоняются от возврата оборудования. Стоимость оборудования и размер доходов от его аренды определены на основании заключения судебной оценочной экспертизы, поэтому исковые требования подлежат удовлетворению в полном объеме.

ФИО8 в ранее проведенных судебных заседаниях суду поясняла, что в 2017-2019 арендовала складские помещения по адресу: <адрес>, у ООО «УКК». В период с <дата> по <дата> она приобрела складское оборудование у ООО Стройсервис» на сумму 548 228 руб., у ООО «ИЖКАР» на сумму 108700 руб., в ООО «ДИРЕКС» на сумму 1 007 628 руб., а всего на общую сумму 1 664 705 руб. 97 коп. Оплачивала наличными денежными средствами, т.к. ей предоставили скидку за оплату наличными. В связи с окончанием срока действия последнего договора аренды выехала с арендуемых площадей, а все вышеуказанное оборудование передала по договору безвозмездного пользования ИП ФИО4, т.к. сама перестала осуществлять торговую деятельность. В дальнейшем от ФИО4 узнала, что оборудование осталось на складе и ей его не возвращают. Обратилась в полицию. В ходе проверки оборудование было обнаружено, передано на хранение ФИО2, ФИО1, поэтому в возбуждении уголовного дела было отказано. В дальнейшем уступила право требования ФИО9

Третье лицо ФИО4 в судебное заседание не явилась, будучи уведомленной о времени и месте его проведения надлежащим образом. В ранее проведенном судебном заседании суду пояснила, что осуществляла предпринимательскую деятельность, арендовала складские помещения по адресу: <адрес>, у ООО «УКК», по соседству с ИП ФИО8 Когда та выезжала, взяла у нее в безвозмездное пользование складское оборудование. При расторжении договора аренды в октябре 2020 оборудование не вывезла, т.к. продала остатки товара ООО «Технология», товар лежал на стеллажах, его некуда было деть. В дальнейшем оборудование не вернули.

Представитель третьего лица АО (ранее – ООО) «Удмуртская коммерческая компания» в судебное заседание не явился, будучи уведомленным о времени и месте его проведения надлежащим образом. В ранее проведенных судебных заседаниях представитель АО «УКК» ФИО14 суду пояснила, что компании принадлежат складские помещения по адресу: <адрес>. Представила письменные пояснения об арендаторах и сроках действия договоров аренды с приложением копии договоров аренды (субаренды). Пояснила, что действительно, часть помещений оборудована складским оборудованием, в том числе, стеллажами, которые сдаются в аренду вместе с помещением. На принадлежащих АО «УКК» стеллажах имеются инвентарные номера. Стеллажи на фото похожи на те, которыми оборудованы складские помещения. АО «УКК» не контролирует, что завозят/вывозят в складские помещения арендаторы. При передаче помещения составляется акт приема-передачи, в нем указывается только оборудование АО «УКК».

Ответчики ФИО2, ФИО1 в судебное заседание не явились, будучи уведомленными о времени и месте его проведения надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщили. Представили письменные возражения на иск, где указали, что с исковыми требованиями не согласны, никакого оборудования, принадлежавшего ФИО8 не получали. В арендованных помещениях, которые они арендовали после ООО «Технология», было складское оборудование, его они и обязались хранить в расписках. О требованиях ФИО8 ничего не знали, она к ним не обращалась. Просили применить срок исковой давности.

Представители ответчика ООО «Технология» ФИО15 и ФИО16, действующие на основании доверенностей, в судебном заседании исковые требования не признали по основаниям, изложенным в письменных возражениях на иск. В обоснование подтверждения права собственности Истец представил

Договор поставки <номер>ПР-03 от <дата> между ООО «Дирекс» и ИП ФИО8 и приходные кассовые ордера в обоснование передачи денежных средств;

Товарную накладную <номер> от <дата> выданную ООО «Стройсервис», подписанную ФИО17

III. Договор <номер> от <дата> с ООО «Ижкар», платежные поручения на оплату безымянных счетов.

Представители ответчика полагают, что Истец не доказал право собственности на истребуемое имущество в связи со следующим.

Ни договоры поставки, ни материалы дела, которые ограничены лишь ссылкой на некий перечень имущества не позволяют идентифицировать имущество, которое было приобретено и которое истребует Истец. При рассмотрении аналогичных дел Верховным судом РФ было определено, что согласно действующему законодательству РФ при истребовании имущества (вещи) она должна быть индивидуально определена, обладать специфическими свойствами, по которым можно индивидуализировать истребуемую вещь. В материалы дела не представлено ни одного доказательства, из которых бы следовало, что, например, тележка, приобретенная по договору поставки с ООО «Стройсервис», именно та тележка, которая истребуется истцом. Не представлены и не идентифицированы физико-технические параметры (материал из которого произведены (дерево, метал: черный металл, аллюминий, титан и тп.; толщина материала, размер конструктивных особенностей, количество элементов и т.п.) вещей, из ходя из которых, можно было бы произвести сравнение.

Ответчиком поставлены под сомнение правовые последствия представленных договоров о приобретении истребуемого имущества - заявлено ходатайство о фальсификации.

Согласно сведениям из ЕГРЮЛ ООО «Дирекс» было зарегистрировано <дата>, а Свидетель №3 в качестве единоличного исполнительного органа - директора, был зарегистрирован только <дата>, т.е. на момент подписания всех представленных документов (июнь-июль 2016 г.) Свидетель №3 не обладал необходимыми полномочиями. Более того, согласно заявлению Свидетель №3, удостоверенному нотариусом, следует, что он даже в тот период (а именно, с <дата>) не имел намерения исполнять обязанности исполнительного органа ООО «Дирекс».

Пункт 2.2. договора поставки <номер>ПР-03 от <дата> устанавливает, что расчеты должны производиться безналичным путем, иного не предусмотрено. Условиями договора не предусмотрено внесение оплаты наличными денежными средствами; стороны в установленном порядке не внесли изменения в условия договора в части проведения расчетов.

Следовательно, имеющиеся в деле договор поставки <номер>ПР-03 от <дата>, заключенный с ООО «Дирекс» товарная накладная <номер> от <дата> а также квитанции к приходным кассовым ордерам от <дата> на сумму 503 814 руб., от <дата> на сумму 300 000 руб., от <дата> на сумму 203 814 руб., подписанные Свидетель №3, не обладают признаками достоверности, вследствие чего не могут подтверждать передачу товара поставщиком покупателю.

Согласно сведениям Росстата ООО «Дирекс» имеет нулевые показатели баланса, что свидетельствует об отсутствии какой - либо деятельности. По сведениям налогового органа (выписка из ЕГРЮЛ) уже через год ООО «Дирекс» было внесено в реестр сведений компаний представляющих недостоверные сведения, что является основание для признания регистрации недействительной, т.е. по итогам 2016 <адрес> просуществовала 2 года и в связи с отсутствием движения денежных средств, не сдачей отчетности были ликвидирована по нереабилитирующим основаниям, на основании п. 2 ст.21.1 Федерального закона от <дата> №129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей». И согласно имеющейся налоговой практике такое общество имеет признак технической компании, не создающей права и обязанности в хозяйственном обороте.

Представленные в материалы дела товарная накладная <номер> от <дата> по приобретению у компании ООО «Стройсервис» и квитанции к приходным накладным также не подтверждают приобретения имущества в связи с нарушением запрета на наличный расчет между юридическими лицами сверх определенного предела. Согласно сведениям Росстата ООО «Стройсервис» имеет нулевые показатели баланса, что свидетельствует об отсутствии какой - либо деятельности. По сведениям налогового органа (выписка из ЕГРЮЛ) уже через 2 года ООО «Стройсервис» были внесена в реестр компаний, представляющих недостоверные сведения, что является основание для признания регистрации недействительной. Компания просуществовала 3 года и в связи с отсутствием движения денежных средств, не сдачей отчетности были ликвидирована по нереабилитирующим основаниям.

Указанная информация свидетельствует, что ФИО17 создавая юридическое лицо, не имел намерения вести хозяйственную деятельность, при этом многократное привлечение к ответственности по статьям 15.5., 15.6. КоАП РФ позволяют сделать вывод о фиктивности создания компании, и документооборота.

В отношении компании ООО «Ижкар» истец представил платежные поручения <номер> от <дата>, <номер> от <дата>, <номер> от <дата> с указанием оплаты по счету, что не позволяет идентифицировать назначение платежа.

Определением от <дата> судом было назначено проведение экспертизы ООО «ЭКСО-Ижевск», по адресу <адрес>. В марте 2023 г. ООО «Технология» расторгло договора аренды с ООО «УКК» и выехало из арендованного помещения. Согласно актам прима передачи помещений, Ответчик и Арендодатель не имели претензий друг к другу относительно объема передаваемого имущества.

Учитывая, что на период проведения осмотра экспертом: октябрь - декабрь 2023 г. ООО «Технология» не являлось титульным владельцем помещения, оно не могло обеспечить беспрепятственный доступ в силу физических и юридических обстоятельств, о чем уведомило суд.

Основываясь на данном событии, Истец со ссылкой на п. 3 ст. 79 ГПК РФ «При уклонении стороны от участия в экспертизе, непредставлении экспертам необходимых материалов и документов для исследования и в иных случаях, если по обстоятельствам дела и без участия этой стороны экспертизу провести невозможно, суд в зависимости от того, какая сторона уклоняется от экспертизы, а также какое для нее она имеет значение, вправе признать факт, для выяснения которого экспертиза была назначена, установленным или опровергнутым» презюмируя, что право собственности на истребуемое имущество, а также и то, что имущество у ООО «Технология» якобы было, бездоказательно, в нарушение ст. 39 ГПК РФ изменяет исковые требования, привлекая в качестве соответчиков новых лиц: солидарно требует взыскать денежную компенсацию (предмет исковых требований), основанием является нарушение требований хранения.

Одновременное изменение предмета и основания иска не допускается в гражданском процессе.

В качестве основания исковых требований и установления факта имеющихся стеллажей и имущества, истребуемого по первоначальному иску, Истец представил расписки в хранении некого НЕ ИНДИВИДУАЛЬНО определенного имущества (стеллажи), полученные в ходе проверки событий на предмет возбуждения уголовного дела. Следует отметить, что данные доказательства не могут быть приняты в качестве допустимых, в связи нарушением порядка оформления и хранения вещественных доказательств, предусмотренных УПК РФ.

Также представители ответчика отмечают, что в материалы дела представлены копии документов из материалов проверки МВД по УР по заявлению ФИО27 (КУСП). Данные документы (материалы фото-фиксации), были предметом исследования эксперта, на предмет выявления излишних относительно договоров аренды стеллажей.

Считают, что указанные исследования не могут быть признаны в качестве допустимых доказательств, так как получены с нарушением действующего законодательства.

Согласно требованиям статьи 83 УПК РФ «Протоколы следственных действий и протоколы судебных заседаний допускаются в качестве доказательств, если они соответствуют требованиям, установленным настоящим Кодексом».

Фото-материалы, направленные эксперту по инициативе суда, были получены при проведении осмотра места происшествия от 06 июля 2022 г., составленном оперуполномоченным ФИО31. Осмотр был произведен с 18:11 до 18:30 без участия понятых!!!, что является нарушением требований ст. 170 УПК РФ.

Более того, согласно протоколу, фото-фиксация велась на мобильный телефон самого оперуполномоченного. То, что не указана модель, марка телефона не идет ни в какое сравнение с тем, что нет информации относительно сертификации данного аппарата на предмет невозможности внесения изменений в материалы фото документации, каких-либо изменений после фиксации.

Учитывая вышеизложенное, Истец в качестве доказательств, ссылается на недопустимые материалы не только в силу ГПК РФ, но и УПК РФ.

Таким образом, истец изначально подменил и подтасовал факты и обстоятельства необходимые к доказательству в настоящем процессе.

О недобросовестности поведения истца ФИО30 и третьего лица ФИО4 свидетельствуют также многочисленные арбитражные и гражданские дела с их участием, в которых они создают видимость доказательств ведения предпринимательской деятельности, хотя определением АС УР от <дата> АС УР установил, и отразил в тексте судебного акта следующее: «ФИО4 показала, что в 2016 году она пришла к ФИО5 на собеседование на должность руководителя розничной сети кондитерских отделов; на собеседовании находились ФИО5 и ФИО8 ФИО4 решила трудоустроиться неофициально, зарплату ФИО4 выдавал ФИО5 из кассы наличными денежными средствами. В сентябре 2016 года ФИО5 попросил ее оформить статус индивидуального предпринимателя, пояснив, что розничные магазины необходимо переоформить на ее имя; <дата> было открыто ИП ФИО4, ОГРНИП <номер>. С <дата> деятельность розничных магазинов была переоформлена на ИП ФИО4, а именно переоформлены договоры аренды, зарегистрированы кассовый аппараты, поставлены на налоговый учет торговые точки, приняты на работу продавцы и т.д. Ранее данные магазины осуществляли деятельность от ИП ФИО8

ФИО4 не имела доступа к расчетному счету, ей не известно количество сотрудников и на каких условиях они были оформлены, договоры с поставщиками для поставки товара на склад она не подписывала. Всей деятельностью, в том числе, распределением денежных средств, занимался ФИО5

Из Определением Арбитражного суда УР от <дата> по делу № А71- 12016/2021 (Т/8) следует, что опрошенный по материалу процессуальной проверки СЧ СУ УМВД России по <адрес> по уголовному делу <номер> ФИО5 пояснил, что осуществлял предпринимательскую деятельность в сфере оптово-розничной торговли кондитерскими изделиями, продуктами питания, через группу компаний: ИП ФИО5, ИП ФИО8, ИП ФИО32., ИП ФИО6, ИП ФИО18, ООО «Сладомир», ООО «Сладамир», ООО «Удмуртская кондитерская компания». В настоящее время все указанные предприятия закрыты и ликвидированы в связи с тем, что образовались задолженности перед поставщиками. В данных организациях ФИО5 выступал в роли бенефициара и фактически руководил ими (стр. 7-8 определения от <дата>).

Согласно сформированной правовой позиции Верховным Судом Российской Федерации, при определении аффилированности (заинтересованности) сторон, возможно учитывать фактическую аффилированность.

Кредитор указал на то, что Верховный Суд РФ неоднократно указывал, что фактическая аффилированность может свидетельствовать об искусственном создании задолженности, притворности или мнимости сделок, совершение их с целью причинения ущерба независимым кредиторам должника и получения контроля над процедурой банкротства должника, а также совершение сделок на нерыночных условиях.».

По настоящему делу при тех же лицах: ФИО30 и ФИО4, сложилась идентичная ситуация, когда при видимости соответствия представленных документов, фактически ситуация свидетельствует об искусственном создании утраты имущества.

Верховным судом РФ установлено, что согласно действующему законодательству РФ, при истребовании имущества (вещи) она должна быть индивидуально определена, обладать специфическими свойствами, по которым можно индивидуализировать истребуемую вещь.

Как было указано выше, не представил Истец также доказательств того, что истребуемое имущество находится по адресу <адрес>. Лишь голословное утверждение Истца о наличии этого имущества по указанному адресу.

Согласно представленным договорам аренды <номер>-а от <дата>, <номер>-а от <дата> в приложениях <номер> (к вышеуказанным договорам аренды) «Акт приема- передачи имущества» указанное в исковом заявлении имущество не числится, и не передавалось от Арендодателя.

Обращаем внимание суда, что все акты приема-передачи по договорам аренды подписаны без разногласий, что доказывает отсутствие претензий ВСЕХ (включая Истца, и третье лицо - ФИО4) участников хозяйственного оборота.

Положениями пункта <дата> договоров аренды, на Арендатора (Истец) возложена обязанность: «Ввоз(внос) и вывоз (вынос) материальных ценностей производить по товарно - транспортным накладным, копии которых предоставлять работникам «Сторожевой службы», в соответствии с согласованным образцом». Таким образом, любое перемещение имущества должно было быть оформлено в соответствии с указанным пунктом договора.

Между тем, Истец не представил доказательств перемещения имущества по указанному адресу, тем самым не доказал право на обращение к ответчику.

Согласно договору аренды <номер>-а от <дата> ООО «Технология» арендовало помещения до <дата>, в которых отсутствовало истребуемое Истцом имущество - акт приема передачи имущества. Далее стороны заключили аналогичный договор аренды <номер>-а от <дата> на срок «с 01 января по <дата>» в составе переданного имущества также не было истребуемого Истцом имущества. Далее был заключен аналогичный договор аренды <номер>-а от <дата> на срок «с 01 января по <дата>» в составе переданного имущества также не было истребуемого Истцом имущества.

<дата> стороны пришли к обоюдному соглашению о расторжении договора аренды <номер>-а от <дата> и подписании акта приема передачи имущества из арендного пользования. Обращаю внимание суда, на положения пункта <дата> всех договоров аренды между ООО «Технология» и АО «УКК», на Арендатора возложена обязанность: «Ввоз(внос) и вывоз (вынос) материальных ценностей производить по товарно - транспортным накладным, копии которых предоставлять работникам «Сторожевой службы», в соответствии с согласованным образцом». Таким образом, любое перемещение имущества должно было быть оформлено в соответствии с указанным пунктом договора. Указанных накладных нет, так как никакого имущества не ввозилось и не вывозилось.

Учитывая вышеизложенное, Истец не доказал ни одного факта, необходимого для удовлетворения его требований:

не представил доказательств индивидуальности имущества;

не доказал право собственности на истребуемое имущество;

не доказал, что имущество находится у Ответчика.

Аналогичные доводы были приведены также представителем третьего лица - ОАО «УКК».

В период с 01.01.2020г. по <дата> был заключен договор аренды <номер>-а от <дата>, по условиям которого АО «УКК» передало в аренду ФИО8 следующее имущество:

а) складское отапливаемое помещение (Литер «В» <номер>) площадью 509,4 кв.м, б) торговый зал (бытовые помещения Литер «В» №<номер>,7а) общей площадью 45,0 кв.м, в) рампа склада площадью 100,1 кв.м, г) служебное помещение (Литер «Б» <номер>-й этаж). <дата> стороны подписали соглашение о расторжении договора аренды нежилых помещений <номер>-а от <дата>, с <дата> арендные отношения с ИП ФИО8 прекращены.

Договор безвозмездного пользования подписан между ФИО30 и ФИО4 подписан <дата> - то есть с мая по декабрь включительно - оборудование, которое является предметом спора, где то пропадало, и Истец его не истребовал.

Заключение договора безвозмездного пользования от <дата> является мнимой сделкой, ввиду отсутствия документов, подтверждающих реальность заключения и исполнения договора, а также неразумность заключения безвозмездного договора между двумя хозяйствующими субъектами, отсутствия в течение длительного периода с мая по декабрь 2020 г. предпринятых мер к истребованию или поиску своего имущества со стороны ФИО8

Истечение срока исковой давности, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (пункт 2 статьи 199 ГК РФ).

В пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> <номер> «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Согласно пункту 1 статьи 196 ГК РФ, общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 ГК РФ. Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности по иску об истребовании имущества из чужого незаконного владения начинается со дня, когда собственник имущества узнал или должен был узнать об утрате владения при отсутствии правовых оснований и о том, кто является надлежащим ответчиком (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации <номер> (2016) (утвержден Президиумом Верховного Суда РФ <дата>) (пункт 13)

Таким образом, ФИО19 после подписания соглашения о расторжении договора аренды (а также акта приема передачи по договору аренды), <дата> должна была знать, что при наличии своего имущества в арендованном помещении его следует забрать.

Исковая давность по иску об истребовании имущества из чужого незаконного владения при смене владельца этого имущества не начинает течь заново (Информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от <дата> <номер> «Обзор судебной практики по некоторым вопросам, связанным с истребованием имущества из чужого незаконного владения» (пункт 13).

Истечение срока давности погашает материальное право на иск об истребовании имущества у лица, фактически владеющего спорным имуществом, независимо от законности владения им (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от <дата> <номер>).

Следовательно, начиная с <дата> начал течь срок исковой давности об истребовании имущества из чужого незаконного владения. Окончание срока приходится на <дата>

Как было указано выше, Истец в феврале 2024 г. изменил предмет и основание исковых требований (самостоятельное основание для прекращения производства по делу).

А в июле 2024 г. направил ходатайство о привлечении к солидарной ответственности 2-х физических лиц, при этом опять изменил основание своих требований. Считают, что направление новых требований к ФИО2 и ФИО29 было сделано за пределами срока исковой давности.

Допрошенный в качестве свидетеля в судебном заседании <дата> ФИО25 пояснил, что проводил судебную оценочную экспертизу по делу, на осмотр, запланированный <дата> в 10-00 часов, уведомлял всех участников сам, но доступ на объект не был предоставлен. Далее уведомления о необходимости предоставить доступ на объект для осмотра и проведения экспертизы делал суд, но доступ на объект так и не был предоставлен. Директор ООО «Технология» ФИО2 не сообщал ему о том, что ООО там более не находится, только сказал в разговоре, что ему надо посоветоваться с юристами. В связи с отсутствием доступа осмотр не был проведен. Допрошенный в качестве эксперта <дата> и в дальнейшем <дата> и <дата> ФИО20 пояснил суду, что экспертиза проведена по фотографиям, имеющимся в деле. Фотографии не позволяют судить о наличии инвентарных номеров, сопоставить количество оборудования, указанного в договоре аренды и указанного в расписках о передаче на ответственное хранение, можно только примерно, по количеству пролетов в стеллажах и открытых данных об их размерах. Иное оборудование на фотографиях не отражено, но указано в иске и приложенных к нему документах, поэтому было принято при проведении оценки его стоимости и стоимости его аренды.

Допрошенная в качестве свидетеля в судебном заседании <дата> Свидетель №2 пояснила суда, что является сотрудником полиции по <адрес>, в ее производстве находилось заявление ФИО8 о неправомерном удержании ее имущества ООО «Технология». Она проводила проверку по этому заявлению. Первоначально доступ в помещение ей не предоставили, но по ее звонку приехал сотрудник уголовного розыска и в помещение пустили. В помещении имелись стеллажи и тележки, на которых отсутствовали инвентарные номера. ФИО2 в ходе опроса дал понять, что имущество ему не принадлежит. Были отобраны расписки от него и от ФИО1, что до окончания проверки они обязаны не вывозить и хранить имущество, являющееся предметом преступных посягательств. Эти расписки имеют юридическое значение. В возбуждении уголовного дела было отказано, т.к. имущество было обнаружено. При определении перечня имущества она руководствовалась накладными и договорами, которые были у ФИО8

Допрошенная в качестве свидетеля <дата> ФИО21 пояснила суду, что работала торговым представителем сначала у ФИО4, а потом – по выходу из декретного отпуска - в ООО «Технология». Работа носила разъездной характер. В том числе, бывала на складах по адресу: <адрес>, которые сначала занимала ФИО4, а потом ООО «Технология». Оборудование там не менялось, кому оно принадлежало, пояснить не может, документы не видела.

Выслушав участвующих в деле лиц, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующим выводам.

<дата> ФИО8 в полном объеме уступила право требования в отношении солидарных должников ООО «Технология», ФИО2, ФИО1 ФИО9 (л.д.190-192 т.4), определением суда было произведено процессуальное правопреемство истца ФИО8 на ФИО9 (определение суда от <дата>).

АО «Удмуртская коммерческая компания» предоставлены копии техпаспорта и копий договоров аренды нежилых помещений, расположенных по адресу УР <адрес>. 10, заключенных между АО УКК и ФИО5, ФИО6. ФИО8. ФИО4. ФИО1н. и ООО «Технология» за период с 2016 года по 2024 год.

Взаимоотношения с арендатором ИП ФИО8 (<номер>): В период с 2016г. по <дата> между ООО «Удмуртская коммерческая компания» (ИНН<***>) и ИП ФИО8 заключались договора субаренды <номер>-а от 29.12.2015г., <номер>-а от 29.12.2016г., <номер>-а от 29.12.2017г., <номер>-а от 29.12.2018г., предметом которых было следующее передаваемое имущество:

а) складское отапливаемое помещение (Литер «В» <номер>,8а) площадью 478,6 кв.м.

б) рампа склада площадью 100 кв.м.

в) торговый зал (бытовые помещения Литер «В» №<номер>,7а) общей площадью 45,0 кв.м.

С <дата> между АО «Удмуртская коммерческая компания» (ИНН<***>) и ИП ФИО8 был заключен договор аренды <номер>-а, предметом которого являлось имущество, перечисленное выше (Литер «В» №<номер>, 7, 7а)

С 01.09.2019г. Стороны заключили соглашение об изменении договора аренды, согласно которому в предмет договора было добавлено имущество - служебное помещение (Литер «Б» <номер> этаж), которое фактически являлось офисом.

В период с 01.01.2020г. по 30.04.2020г. согласно договору аренды <номер>-а от 30.12.2019г. АО «УКК» передало в аренду ФИО8 следующее имущество:

а) складское отапливаемое помещение (Литер «В» <номер>) площадью 509,4 кв.м..

б) торговый зал (бытовые помещения Литер «В» <номер>,7а) общей площадью 45.0 кв.м.

в) рампа склада площадью 100,1 кв.м.

Г) служебное помещение (Литер «Б» 3-й этаж)

<дата> стороны подписали соглашение о расторжении договора аренды нежилых помещений <номер>-а от <дата>, с <дата> арендные отношения с ИП ФИО8 прекращены.

Взаимоотношения АО «УКК» с арендатором ИП ФИО4 (ОГРНИП <номер>):

В период с 01.01.2020г. по 30.04.2020г. согласно договору аренды <номер>-а от 30.12.2019г., заключённому между АО «УКК» и ИП ФИО4, в пользование арендатору было передано следующее имущество:

а) служебные помещения (Литер «Б» №<номер>,11,12,15) 3-й этаж общей площадью 66,4 кв.м., которые фактически использовались под офис.

<дата> Стороны заключили соглашение об изменении договора аренды, согласно которому с <дата> Арендатору передается следующее имущество:

а) служебные помещенья (Литер «Б» №<номер>,11,12,15) 3-й этаж общей площадью 66,4 кв.м.

б) служебное помещение (Литер «Б» №<номер>) 3-й этаж общей площадью 35,2 кв.м.

в)складское отапливаемое помещение (Литер «В» <номер>) площадью 509,4 кв.м.

г) торговый зал (бытовые помещения Литер «В» №<номер>, 7а) общей площадью 45,0 кв.м.

д)рампа склада площадью 100,1 кв.м.

<дата> Стороны подписали дополнительное соглашение, согласно которому с 01 октября по <дата>, Арендатору кроме вышеперечисленного имущества, передается следующее имущество:

е) складское отапливаемое помещение (Литер «В» <номер>) общей площадью 690,0 кв.м.

ж) рампа склада площадью 133,4 кв.м.

Данное складское помещение (Литер «В» <номер>) в период с <дата> по 30.09.2019г. арендовалось ИП ФИО5 (ОГРНИП <номер>) по договору субаренды <номер>-а от <дата> с ООО «Удмуртская коммерческая компания» (ФИО11 <***>), в период с <дата> по <дата> ИП ФИО6 (ОГРНИП <номер>) по договорам субаренды <номер>-а от 01.10.2019г., <номер>-а от 30.12.2019г.

В период с 01.01.2021г. по 30.10. 2021г. по договору аренды <номер>-а от 29.12.2020г. АО «УКК» передало в аренду ИП ФИО4 следующее имущество:

а) служебные помещения (Литер «Б» №<номер>,11,12,15) 3-й этаж общей площадью 66,4 кв.м.

б)служебное помещение (Литер «Б» №<номер>) 3-й этаж общей площадью 35,2 кв.м.

в)складское отапливаемое помещение (Литер «В» <номер>) площадью 509,4 кв.м.

г) торговый зал (бытовые помещения Литер «В» №<номер>,7а) общей площадью 45,0 кв.м.

д)рампа склада площадью 100,1 кв.м.

е) складское отапливаемое помещение (Литер «В» <номер>) общей площадью 690,0 кв.м.

ж) рампа склада площадью 133.4 кв.м.

<дата> стороны подписали соглашение о расторжении договора аренды нежилых помещении <номер>-а от <дата>.

С <дата> арендные отношения с ИП ФИО4 прекращены.

Взаимоотношения АО «УКК» с арендатором ИП ФИО5 (ОГРНИП <номер>):

В период с <дата> по <дата> в соответствие с условиями договора субаренды <номер>-а от <дата>, заключенного между ООО «Удмуртская коммерческая компания» и ИП ФИО5, Арендатору передавалось в аренду следующее имущество:

а) торговый зал (Литер «В» <номер>а) площадью 33 кв.м.

б)бытовые помещения (Литер «В» №<номер>,5а) площадью 15.7 кв.м.

в) складское отапливаемое помещение (Литер «В» <номер>) общей площадью 690,0 кв.м,

г) рампа склада площадью 133,4 кв.м.

С <дата> арендные отношения с ИП ФИО5 прекращены.

Взаимоотношения АО «УКК» с арендатором ИП ФИО6 (ОГРНИП <номер>):

В период с <дата> по <дата> в соответствие с условиями договора субаренды <номер>-а от <дата>, заключенного между ООО «Удмуртская коммерческая компания» и ИП ФИО6, Арендатору передавалось в аренду следующее имущество:

а) торговый зал (Литер «В» <номер>а) площадью 33 кв.м.

б)бытовые помещения (Литер «В» №<номер>.5а) площадью 15.7 кв.м.

в) складское отапливаемое помещение (Литер «В» <номер>) общей площадью 690,0 кв.м.

г)рампа склада площадью 133,4 кв.м.

В период с 01.01.2020г. по 30.09. 2020г. по договору субаренды <номер>-а от 30.12.2019г., заключенного с ООО «Удмуртская коммерческая компания» и ИП ФИО6, передано в аренду следующее имущество:

а) торговый зал ( Литер «В» <номер>а) площадью 33 кв.м.

б)бытовые помещения (Литер «В» №<номер>,5а) площадью 15.7 кв.м.

в) складское отапливаемое помещение (Литер «В» <номер>) общей площадью 690,0 кв.м.

г) рампа склада площадью 133.4 кв.м.

<дата> Стороны подписали дополнительное соглашение, согласно которому в пользовании Арендатора до <дата> остаются следующие помещения:

а) торговый зал (Литер «В» <номер>а) площадью 33 кв.м.

б)бытовые помещения ( Литер «В» №<номер>,5а) площадью 15.7 кв.м.

С <дата> арендные отношения с ИП ФИО6 прекращены.

Взаимоотношения АО «УКК» с арендатором ООО «Технология» (ИНН <***>):

В период с <дата> по <дата> между АО УКК и ООО «Технология» был заключен договор аренды <номер>, по условиям которого Арендатору передается следующее имущество:

а)служебные помещения (Литер «Б» №<номер>,11,12,15) 3-й этаж общей площадью 66,4 кв.м.

б)служебное помещение (Литер «Б» №<номер>) 3-й этаж общей площадью 35,2 кв.м.

в)складское отапливаемое помещение (Литер «В» <номер>) площадью 509,4 кв.м.

г)складское отапливаемое помещение (Литер «В» <номер>) общей площадью 690.0 кв.м.

д)торговый зал (Литер «В» <номер>а) площадью 33 кв.м.

е)бытовые помещения (Литер «В» №<номер>.5a) площадью 15. 7 кв.м.

ж)торговый зал (бытовые помещения Литер «В» №<номер>,7а) общей площадью 45,0 кв.м.

з) рампа склада площадью 100,1 кв.м.

и) рампа склада площадью 133,4 кв.м.

В период с 01.01.2022г. по 30.12.2022г. между АО УКК и ООО «Технология» был заключен договор аренды <номер>-а, по условиям которого Арендатору передается следующее имущество:

а) служебные помещения (Литер «Б»№<номер>.13,15) 3-й этаж общей площадью 83.5 кв.м.

б) складское отапливаемое помещение (Литер «В» <номер>) площадью 509.4 кв.м.

в) складское отапливаемое помещение (Литер «В» <номер>) общей площадью 690,0 кв.м.

г) помещение (Литер «В»<номер>а) общей площадью 33.0 кв.м.

д)бытовые помещения (Литер «В» №<номер>,5а) площадью 15.7 кв.м.

е)помещения(Литер «В» №<номер>,7а) общей площадью 45,0 кв.м.

ж) рампа склада площадью 100,1 кв.м.

з) рампа склада площадью 133,4 кв.м.

<дата> стороны подписали соглашение об изменении договора аренды <номер> от 29.12.2021г., согласно которому с <дата> по <дата> арендатор пользуется следующим имуществом:

а)служебные помещения (Литер «Б» №<номер>) З-й этаж общей площадью 15,3 кв.м.

б)складское отапливаемое помещение (Литер «В» <номер>) общей площадью 690.0 кв.м.

г)помещения (Литер «В» Ns<номер>,7а) общей площадью 45,0 кв.м..

В период с <дата> по <дата> между АО УКК и ООО «Технология» был заключен договор аренды <номер>-а, по условиям которого Арендатору передается следующее имущество:

а)служебное помещение (Литер «Б» <номер>) З-й этаж общей площадью 15.3 кв.м.

б)складское отапливаемое помещение (Литер «В» <номер>) общей площадью 690,0 кв.м.

в)рампа склада площадью 133,4 кв.м.

г)помещения (Литер «В» №<номер>, 7а) общей площадью 45,0 кв.м.

<дата> стороны подписали соглашение о расторжении договора аренды нежилых помещений <номер>-а от <дата>, с <дата> арендные отношения прекращены.

а)служебные помещения (Литер «Б» №<номер>) З-й этаж общей площадью 15,3 кв.м.

б)складское отапливаемое помещение (Литер «В» <номер>) общей площадью 690.0 кв.м.

г)помещения (Литер «В» Ns<номер>,7а) общей площадью 45,0 кв.м..

а)служебное помещение (Литер «Б» <номер>) З-й этаж общей площадью 15.3 кв.м.

б)складское отапливаемое помещение (Литер «В» <номер>) общей площадью 690,0 кв.м.

в)рампа склада площадью 133,4 кв.м.

г)помещения (Литер «В» №<номер>, 7а) общей площадью 45,0 кв.м.

Взаимоотношения АО «УКК» с арендатором ИП ФИО7 (ОГРНИП <номер>):

В период с <дата> по <дата> по условиям договора аренды <номер>-а от <дата> Арендатору передается следующее имущество:

а/ служебное помещение (Литер «Б» 13) З-й этаж общей площадыо35.2 кв.м.

б) складское отапливаемое помещение (Литер «В» <номер>) площадью 509,4 кв.м.

в)рампа склада площадью 100,1 кв.м.

д)помещение (Литер «В» <номер>а) общей площадью 33,0 кв.м.

е)бытовые помещения (Литер «В» №<номер>,5а) площадью 15. 7 кв.м.

<дата> стороны подписали соглашение об изменении договора аренды <номер>-а от <дата>, согласно которому с <дата> арендатор пользуется следующим имуществом:

а) служебное помещение (Литер «Б» №<номер>) З-й этаж общей площадью 35,2 кв.м.

б) складское отапливаемое помещение (Литер «В» <номер>) площадью 509.4 кв.м.

в)рампа склада площадью 100,1 кв.м.

д)помещение (Литер «В» <номер>а) общей площадью 33,0 кв.м.

е)бытовые помещения (Литер «В» №<номер>,5а) площадью 15.7 кв.м.

ж)служебное помещение (Литер «Б» <номер>) З-й этаж общей площадью 15.3 кв.м.

з)складское отапливаемое помещение (Литер «В» <номер>) общей площадью 690,0 кв.м.

и)рампа склада площадью 133,4 кв.м.

к)помещения (Литер «В» №<номер>.7а) общей площадью 45,0 кв.м.

<дата> стороны подписали соглашение об изменении договора, в соответствие с которым с <дата> по <дата> в аренду передается следующее имущество:

а) служебное помещение (Литер «Б»№<номер>) З-й этаж общей площадью 35.2 кв.м.

б) складское отапливаемое помещение (Литер «В»<номер>) площадью 509,4 кв.м.

в)рампа склада площадью 100,1 кв.м.

д)помещение (Литер «В» <номер>а) общей площадью 33,0 кв.м.

е)бытовые помещения (Литер «В» №<номер>,5а) площадью 15.7 кв.м..

ж)служебное помещение (Литер «Б» <номер>) З-й этаж общей площадью 15,3 кв.м.

з)складское отапливаемое помещение (Литер «В» <номер>) общей площадью 690,0 кв.м.

и)рампа склада площадью 133,4 кв.м.

к)помещения (Литер «В» №<номер>, 7а) общей площадью 45,0 кв.м.

л) служебное помещение (Литер «Б» №<номер>, 11) площадью 18,1 кв.м., 3 этаж

<дата> между АО «УКК» и ИП ФИО22 заключен договор аренды <номер>-а, по условиям которого, в аренду передано следующее имущество:

а) служебное помещение (Литер «Б»№<номер>) З-й этаж общей площадью 35,2 кв.м.

б) складское отапливаемое помещение (Литер «В» <номер>) площадью 509,4 кв.м.

в)рампа склада площадью 100,1 кв.м.

д)помещение (Литер «В» <номер>а) общей площадью 33,0 кв.м.

е)бытовые помещения (Литер «В» №<номер>,5а) площадью 15.7 кв.м.

ж)служебное помещение (Литер «Б» <номер>) З-й этаж общей площадью 15,3 кв.м.

з)складское отапливаемое помещение (Литер «В» <номер>) общей площадью 690.0 кв.м.

и)рампа склада площадью 133,4 кв.м.

к)помещения (Литер «В» №<номер>,7а) общей площадью 45,0 кв.м.

л) служебное помещение (Литер «Б» №<номер>, 11) площадью 18,1 кв.м., 3 этаж

Договор аренды <номер>-а от 29.12.2023г. заключён до <дата>.

Указанные обстоятельства подтверждены соответствующими договорами (л.д.6-173 т.4).

В обоснование заявленных исковых требований ФИО8 предоставлены:

1) Договор поставки стеллажного оборудования <номер> от <дата>, заключенный между ИП ФИО8 и ООО «ИЖКАР», предметом которого являлись передача в собственность и монтаж оборудования общей стоимостью 108 000 руб. на объекте: УР, <адрес> склад 8/9 (л.д.39-41 т.1). Склад <номер> предметом арендных отношений между ИП ФИО23 и АО «УКК» не являлся. В обоснование также представлены платежные поручения <номер> от <дата> на сумму 50 000 руб, <номер> от <дата> на сумму 30 000 руб., <номер> от <дата> на сумму 28 700 руб., а всего – 108 700 руб. (л.д.210220 т.1), однако, во всех платежных поручениях указано назначение – по счету <номер> от <дата> (л.д.16.т.3).

2) Договор поставки оборудования <номер>ПР-03 от <дата>, заключенный между ИП ФИО8 и ООО «ДИРЕКС», предметом которого являлись передача в собственность оборудования общей стоимостью 1 007 628 руб. Место доставки оборудования: УР, <адрес>. Товарная накладная <номер> от <дата> (л.д.42-44 т.1). Как договор, так и товарная накладная со стороны ООО «ДИРЕКС» подписаны директором Свидетель №3 Согласно сведениям из ЕГРЮЛ ООО «Дирекс» было зарегистрировано <дата>, а Свидетель №3 в качестве единоличного исполнительного органа - директора, был зарегистрирован только <дата> (л.д.168-169 т.3, л.д. 180-210 т.1), т.е. на момент подписания всех представленных документов (июнь-июль 2016 г.) Свидетель №3 не обладал необходимыми полномочиями. Более того, согласно протокола адвокатского опроса от <дата> (л.д.184-186 т.3) и заявления Свидетель №3, удостоверенного нотариусом (л.д.67-69 т.5), следует, что он даже в тот период (а именно, с <дата>) не имел намерения исполнять обязанности исполнительного органа ООО «Дирекс»; более того, в июне 2016 об ООО «ДИРЕКС» ничего не знал, первичные документы - Договор поставки оборудования <номер>ПР-03 от <дата>, Товарная накладная <номер> от <дата>, квитанции к приходным кассовым ордерам от <дата> на сумму 503 814 руб., от <дата> на сумму 300 000 руб., от <дата> на сумму 203 814 руб. – не подписывал, кто такая ФИО23 не знает, в договорные отношения с ней не вступал. Оборудование ФИО30 не поставлял, не монтировал, денежные средства от нее не получал. К нотариусу для переоформления ООО обратился с прежним директором Свидетель №4 только в сентябре 2016, поэтому документы от июня, июля и августа 2016 за его подписью не могли быть исполнены. Печать и все документы сразу же передал ранее незнакомому человеку, от которого получил денежные средства в сумме 20 000 руб.

Указанные обстоятельства не могут не вызывать сомнений у суда в подлинности представленных суду документов (Договор поставки оборудования <номер>ПР-03 от <дата>, Товарная накладная <номер> от <дата>, квитанции к приходным кассовым ордерам от <дата> на сумму 503 814 руб., от <дата> на сумму 300 000 руб., от <дата> на сумму 203 814 руб.), поскольку в момент их составления Свидетель №3 ничего не знал о существовании ООО «ДИРЕКС» и подписать документы не мог; не мог их подписать и кто-либо другой от его имени.

3) Равным образом и товарная накладная <номер> от <дата> по приобретению у компании ООО «Стройсервис» и квитанции к приходным накладным от <дата> на сумму 548 228 руб. (л.д.220, 221 т.1) также не подтверждают приобретения имущества. По сведениям налогового органа (выписка из ЕГРЮЛ) ООО создано <дата>, уже через 2 года ООО «Стройсервис» были внесена в реестр компаний, представляющих недостоверные сведения, что является основание для признания регистрации недействительной. Компания просуществовала 3 года и в связи с отсутствием движения денежных средств, не сдачей отчетности были ликвидирована по нереабилитирующим основаниям (л.д.173-179 т.1). Указанные обстоятельства следуют также из ответа УФНС по УР от <дата> <номер>дсп (л.д.111-113 т.3).

Указанная информация свидетельствует, что ФИО17 создавая юридическое лицо, не имел намерения вести хозяйственную деятельность, при этом, многократное привлечение к ответственности по статьям 15.5., 15.6. КоАП РФ позволяют сделать вывод о фиктивности создания компании, и документооборота.

Суд также отмечает, что согласно договора субаренды <номер>-А от <дата>, заключенного между ООО «УКК» и ИП ФИО8 на срок по <дата> (л.д.146-148 т.4), договора субаренды <номер>-А от <дата>, заключенного между ООО «УКК» и ИП ФИО8 на срок по <дата> (л.д.153-155 т.4), а также договора субаренды <номер>-А от <дата>, заключенного между ООО «УКК» и ИП ФИО8 на срок по <дата> (л.д.167-169 т.4) в Перечень передаваемого арендатору по договору технологического оборудования в складе <номер> указаны: стеллажи сборные одинарные 3-хсекционные – 1, стеллажи сборные одинарные 4-хсекционные – 2, стеллажи сборные одинарные 4-хсекционные – 3, итого – 5 (??, при суммировании – 6!), стоимостью 115200 руб. – л.д.150, л.д.157 и л.д.171 т.4 соответственно. То есть склад <номер>, куда предположительно были поставлены и смонтированы стеллажи по договору с ООО «ИЖКАР» в мае 2016, уже был оборудован стеллажами, принадлежащими арендодателю ООО «УКК». Ни по истечении срока договора субаренды <номер>-А от <дата>, заключенного между ООО «УКК» и ИП ФИО8 на срок по <дата> (л.д.167-169 т.4), ни в договоре субаренды <номер>-А от <дата>, заключенного между ООО «УКК» и ИП ФИО8 на срок по <дата>, ни в соглашении о расторжении договора с ИП ФИО8 (л.д.133 т.4) судьба этого оборудования не отражена; претензий о стеллажном оборудовании в складе <номер> стороны друг другу не заявляли.

Как уже указано, <дата> АО «УКК» и ИП ФИО8 подписали соглашение о расторжении договора аренды нежилых помещений <номер>-а от <дата>, с <дата> арендные отношения с ИП ФИО8 прекращены.

Договор безвозмездного пользования подписан между ИП ФИО8 и ИП ФИО4 подписан только <дата> - то есть с мая по декабрь 2020 включительно – место нахождения оборудования, которое является предметом спора, не установлено, и Истец его не истребовал, попыток вывезти оборудование (в случае, если оно все же существовало) не предпринимала, каких-либо действий по обеспечению его сохранности не предпринимала. Более того, в тексте договора не указано, где именно (в каком помещении, складе) находится оборудование. В условиях, когда АО «УКК» и/или кто-либо иной не контролирует ввоз/вывоз товаров со складов, обеспечение сохранности оборудования в этот период лежало исключительно на его собственнике.

Сам факт договора безвозмездного пользования между ИП ФИО8 и ИП ФИО4 от <дата> (л.д.24-25 т.1) возлагает обязанность обеспечить сохранность имущества на ссудополучателя – ФИО4: Ссудополучатель несет риск случайной гибели или случайного повреждения полученной в безвозмездное пользование вещи, если вещь погибла или была испорчена в связи с тем, что он использовал ее не в соответствии с договором безвозмездного пользования или назначением вещи либо передал ее третьему лицу без согласия ссудодателя (ст.696 ГК РФ). Вместе с тем, таких требований ФИО8, а затем и ее правопреемник – истец ФИО9, ссудополучателю не заявляла ни по истечении срока договора безвозмездного пользования, ни по настоящее время.

Суд также отмечает, что ни допрошенные в судебном заседании свидетели Свидетель №2 и ФИО21, ни эксперт ФИО25 данными о принадлежности оборудования не располагали, выводы о принадлежности оборудования делали только со слов ФИО8 Имеющиеся в деле фотографии не позволяют достоверно установить, какое именно оборудование изображено на фотографиях, его принадлежность, технические характеристики и т.д.

Согласно договора аренды <номер>а от <дата>, заключенного между АО «УКК» и ООО «Технология» и приложения <номер> к нему (л.д.38-45 т.4) в состав оборудования склада, переданного арендодателем в пользование арендатору, входили стеллажи для хранения и отпуска продукции: а) 3-хярусный двойной 3-хсекционный - 2 шт; б) 3-хярусный одинарный 3-хсекционный - 1 шт; а) 3-хярусный двойной 5-хсекционный - 2 шт; б) 3-хярусный одинарный 5-хсекционный - 2 шт; а) 3-хярусный одинарный 8-хсекционный- 1 шт (л.д.43 т.4).

Согласно договора аренды <номер>а от <дата>, заключенного между АО «УКК» и ООО «Технология» и приложения <номер> к нему (л.д.46-52 т.4) в состав оборудования склада, переданного арендодателем в пользование арендатору, также входили стеллажи для хранения и отпуска продукции: а) 3-хярусный двойной 3-хсекционный - 2 шт; б) 3-хярусный одинарный 3-хсекционный - 1 шт; а) 3-хярусный двойной 5-хсекционный - 2 шт; б) 3-хярусный одинарный 5-хсекционный - 2 шт; а) 3-хярусный одинарный 8-хсекционный- 1 шт (л.д.49 т.4, оборот).

<дата> АО «УКК» и ООО «Технология» подписали соглашение о расторжении договора аренды нежилых помещений <номер>-а от <дата>, с <дата> арендные отношения прекращены (л.д.53 т.4). В настоящее время помещения складов арендует ИП ФИО1.

Ссылка истца на расписки, отобранные <дата> в ходе проверки материала КУСП <номер> от <дата>, у ФИО2 и ФИО1 не принимается судом, поскольку указанные расписки (л.д. 135 т.1 и оборот) не позволяют однозначно сделать вывод о том, чье именно оборудование было передано на хранение (ФИО8, ООО «УКК», иного лица). Объяснения, данные ФИО2 и ФИО1 сотрудникам ОП <номер> УМВД по <адрес> <дата> и <дата> соответственно, также не указывают на это обстоятельство, в них только указано, что о принадлежности имущества опрашиваемым неизвестно, оно было в помещении при заключении договоров аренды (л.д.133, 134 т.1).

Что касается иного оборудования (металлический стеллаж – 74 шт, шкаф металлический архивный – 1 шт, шкаф металлический для одежды 2х-секционный – 18 шт, шкаф металлический для одежды 3х-секционный- 2 шт, тележка-рохля складская – 3 шт, рохля гидравлика - 9 шт), их фактическое наличие на момент передачи арендованного склада ООО «Технология», а в дальнейшем- ИП ФИО1 не установлено, доказательствами не подтверждено.

Если в отношении стеллажей ФИО4 пояснила, что оставила их в складе, потому что они были заняты продукцией, остатки которой она продала ООО «Технология», то о причинах, по которым она не забрала указанное оборудование, и не сообщила о необходимости его вывоза собственнику ФИО8, перед которой оставалась ответственным лицом по договору безвозмездного пользования, какого-либо объяснения суду не дала.

Суд не принимает доводы ответчиков о пропуске истцом срока исковой давности по следующим основаниям.

Следовательно, начиная с <дата> начал течь срок исковой давности об истребовании имущества из чужого незаконного владения. Окончание срока приходится на <дата> Однако настоящий иск подан <дата>, то есть до истечения срока исковой давности

Вместе с тем, исковые требований не подлежат удовлетворению в силу их необоснованности по изложенным выше основаниям: истцом не доказан факт приобретения соответствующего имущества в собственность; не доказан факт противоправного завладения имуществом ответчиками; не доказан размер исковых требований; иск подан к ненадлежащим ответчикам, поскольку в силу ст.696 ГК РФ ответственность за возврат предмета договору ссуды/невозможность его возврата несет ссудополучатель.

Таким образом, исковые требований не подлежат удовлетворению в полном объеме, включая судебные расходы.

руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ :

Исковые требования ФИО9 (паспорт <номер>)) к обществу с ограниченной ответственностью «Технология» (ФИО11 <***>), ФИО2 (паспорт <номер>), ФИО1 (паспорт <номер>) о взыскании компенсации стоимости оборудования, взыскании неосновательного обогащения, судебных расходов оставить без удовлетворения в полном объеме.

На решение может быть подана апелляционные жалоба в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Октябрьский районный суд г.Ижевска.

Решение в окончательной форме будет изготовлено не позднее 11 июля 2025.

Председательствующий судья Кузнецова Н.В.

Решение в окончательной форме изготовлено <дата>.

Председательствующий судья Кузнецова