Дело № 2-630/2025
УИД 75RS0025-01-2025-000420-51
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
20 мая 2025 года г. Чита
Читинский районный суд Забайкальского края в составе:
председательствующего судьи Галановой Д.И.,
при секретаре Верховод Н.Е.,
с участием прокурора Богачевой Л.И.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 в лице законного представителя ФИО2 к ООО «Читинская фабрика нерудных материалов» об установлении факта трудовых отношений, взыскании компенсации морального вреда, понуждении к действиям,
УСТАНОВИЛ:
Истец в лице законного представителя обратился в суд с указанным иском, ссылаясь на то, что 06.04.2023 с отцом несовершеннолетней ФИО1 произошел несчастный случай на производстве. 14.04.2023 ФИО3 скончался от травмы в ГКУЗ «ККБ», полученной на производстве в ООО «Читинская фабрика нерудных материалов». В январе 2023 года ФИО3 фактически приступил к выполнению работы у ответчика в должности сортировщика-грохотовщика с режимом работы, установленным в течение пятидневной рабочей недели с рабочим временем с 09:00 часов до 18:00 часов с оговоренной заработной платой в сумме примерно 40 000 рублей. ФИО3 выполнял обязанности по управлению механизмом сортировочной установки. Оплату за выполненную работу ФИО3 получал наличными денежными средствами, трудовой договор с последним заключен не был. ФИО2 и ФИО3 состояли в фактических брачных отношениях в период с 2012 по 2017 гг.., в 2014 году родилась ФИО1. С момента прекращения фактических брачных отношений ФИО3 поддерживал связь с ребенком, материально обеспечивал. Указывая, что в нарушение требований трудового законодательства ответчик с ФИО3 трудовой договор не заключал, отрицает факт выполнения последним работы, с учетом уточнений просит суд признать отношения ООО «Читинская фабрика нерудных материалов» и ФИО3 в период с 01.01.2023 по 06.04.2023 трудовыми, установить факт несчастного случая на производстве со смертельным исходом, произошедшего с ФИО3, организовать проведение расследования несчастного случая со смертельным исходом и оформить результаты расследования актом формы Н-1, взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей.
В судебном заседании законный представитель ФИО1 – ФИО2 исковые требования поддержала, просила удовлетворить в полном объеме. Дополнительно пояснила, что знала о том, что ФИО3 работает где-то в с.Засопка, однако подробностей трудоустройства не знала. Несовершеннолетняя ФИО1 поддерживала связь с отцом, ходила к нему в гости, в том числе оставалась на ночь. В свою очередь ФИО3 предоставлял содержание своему ребенку, денежные средства предавал не только лично, но и через сестру.
Третье лицо ФИО4 в судебное заседание не явилась, просила рассмотреть дело в ее отсутствие, ранее в судебном заседании пояснила, что отец сообщал ей, что работает у ответчика. После того, как произошел несчастный случай она (ФИО4) приезжала к ФИО5, просила выплатить заработную плату отца за фактически отработанное время, поскольку через несколько дней после случившегося работникам должны были выплачивать аванс. Денежные средства были ей переданы ФИО5 в сумме 16 000 – 17 000 рублей. После того, как ФИО3 скончался, ФИО4 повторно обратилась к ФИО5 с просьбой оказать материальную помощь, на что последний предоставил дополнительно денежные средства.
Представители ответчика ФИО5, ФИО6 возражали против удовлетворения требований, указали, что ФИО3 не был трудоустроен в обществе, не допускался работодателем к выполнению трудовой функции, заработная плата последнему не выплачивалась. Не отрицали, что ФИО3 приходил трудоустраиваться, однако указывали, что это было 06.04.2023, а также то, что в приеме на работу последнему было отказано. О том, что на территории организации произошел несчастный случай, обо всех обстоятельствах в полном объеме ФИО5 узнал только после ознакомления с материалами уголовного дела. Вместе с тем до настоящего времени оснований полагать, что ФИО3 погиб вследствие полученных на территории организации травм не имеется. Отметили, что свидетели оговаривают ФИО5 с целью понудить последнего выплатить родственникам погибшего денежные средства. Он (ФИО5) полагал на протяжении длительного времени, что ФИО3 с телесными повреждениями обнаружили неподалеку от территории организации. Денежные средства дочери погибшего предоставлял из-за сострадания. Пояснил, что при описанных свидетелями обстоятельствах получить телесные повреждения ФИО3 не мог, поскольку на момент происшествия установка уже не эксплуатировалась, а необходимости прочищать барабан тем способом, которым якобы это осуществлял ФИО3, не имелось, и не представлялось возможным, поскольку чистка барабана осуществлялась иначе. Отметил, что ФИО7 не являлся сотрудником общества, не располагал властно-распорядительными полномочиями.
Выслушав пояснения сторон, показания свидетелей, изучив материалы дела, заслушав заключение прокурора, суд приходит к следующему.
Согласно ст. 15 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) трудовые отношения – отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.
Согласно положениям ст. 56 ТК РФ трудовой договор – соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.
Таким образом, по смыслу действующего трудового законодательства, предметом трудового договора является сам процесс труда, а именно: выполнение работы по определенной специальности, квалификации, должности, то есть выполнение работником определенной трудовой функции.
В соответствии со ст. 67 ТК РФ трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя. При этом при фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех дней со дня фактического допущения к работе.
Аналогичные положения закреплены и в ст. 16 ТК РФ, которая определяет юридические факты, порождающие трудовые отношения.
Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах (если трудовым законодательством или иным нормативным правовым актом, содержащим нормы трудового права, не предусмотрено составление трудовых договоров в большем количестве экземпляров), каждый из которых подписывается сторонами (ч.ч.1,3 ст. 67 ТК РФ). Прием на работу оформляется приказом (распоряжением) работодателя, содержание которого должно соответствовать условиям заключенного трудового договора (ч.1 ст. 68 ТК РФ). Приказ (распоряжение) работодателя о приеме на работу должен быть объявлен работнику под роспись в трехдневный срок со дня фактического начала работы (ч.2 ст. 68 ТК РФ).
Если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (ч.2 ст. 67 ТК РФ). При этом следует иметь в виду, что представителем работодателя в указанном случае является лицо, которое в соответствии с законом, иными нормативными правовыми актами, учредительными документами юридического лица (организации) либо локальными нормативными актами или в силу заключенного с этим лицом трудового договора наделено полномочиями по найму работников, поскольку именно в этом случае при фактическом допущении работника к работе с ведома или по поручению такого лица возникают трудовые отношения (ст. 16 ТК РФ) и на работодателя может быть возложена обязанность оформить трудовой договор с этим работником надлежащим образом.
Из искового заявления, пояснений процессуального истца следует, что ФИО3 в период с января 2023 г. по 06.04.2023 работал в ООО «Читинская фабрика нерудных материалов» в должности сортировщика-грохотовщика. Вместе с тем, ответчиком, в нарушение трудового законодательства, трудовой договор с ФИО3 не был заключен. Также, из пояснений ФИО2 установлено, что о трудоустройстве ФИО3 в ООО «Читинская фабрика нерудных материалов» было известно всем его родственникам. ФИО3 предоставлял содержание своему ребенку – ФИО1. Поскольку у погибшего не было открытых банковских счетов, денежные средства он передавал либо лично ФИО2, либо через свою сестру.
ФИО4 в судебном заседании также пояснила, что ФИО3 с января 2023 по 06.04.2023 был трудоустроен в обществе, о чем последний пояснял лично, также ФИО3 указывал, что официально не трудоустроен, заработная плата составляла примерно 30 000 рублей, говорил, что его в последующем должны устроить официально. На работу ФИО3 ездил с ФИО8. О произошедшем она (ФИО4) узнала в день получения ФИО3 травм. При этом ФИО5 предоставил в медицинское учреждение неверные сведения об обстоятельствах произошедшего, пояснив, что травму ФИО3 получил не при работе с установкой, из-за чего первоначально ФИО3 в медучреждение не приняли. При обращении после произошедшего к ФИО5 ФИО4 указывала о необходимости выплатить ей именно неполученную ФИО3 заработную плату в виде аванса, на что ей были переданы денежные средства в сумме примерно 16 000 – 17 000 рублей, однако ФИО5 отрицал, что ФИО3 работал в обществе, пояснял, то, что ФИО3 кто-то избил, то, что нашли последнего где-то в лесу. Она (ФИО4) указывала ФИО5, что все знали, что ФИО3 работал у ответчика, поясняла, что намерена обращаться за судебной защитой. После того, как ФИО3 скончался, ФИО5 передал на захоронение 50 000 рублей.
Как разъяснено в п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2018 № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям», при разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу статей 55, 59 и 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством. К таким доказательствам, в частности, могут быть отнесены письменные доказательства (например, оформленный пропуск на территорию работодателя; журнал регистрации прихода-ухода работников на работу; документы кадровой деятельности работодателя: графики работы (сменности), графики отпусков, документы о направлении работника в командировку, о возложении на работника обязанностей по обеспечению пожарной безопасности, договор о полной материальной ответственности работника; расчетные листы о начислении заработной платы, ведомости выдачи денежных средств, сведения о перечислении денежных средств на банковскую карту работника; документы хозяйственной деятельности работодателя: заполняемые или подписываемые работником товарные накладные, счета-фактуры, копии кассовых книг о полученной выручке, путевые листы, заявки на перевозку груза, акты о выполненных работах, журнал посетителей, переписка сторон спора, в том числе по электронной почте; документы по охране труда, как то: журнал регистрации и проведения инструктажа на рабочем месте, удостоверения о проверке знаний требований охраны труда, направление работника на медицинский осмотр, акт медицинского осмотра работника, карта специальной оценки условий труда), свидетельские показания, аудио- и видеозаписи и другие.
В п.п. 20 и 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2018 № 15 содержатся разъяснения, являющиеся актуальными для всех субъектов трудовых отношений, о том, что отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания в судебном порядке сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку из содержания статей 11, 15, части 3 статьи 16 и статьи 56 Трудового кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с положениями части 2 статьи 67 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе. Неоформление работодателем или его уполномоченным представителем, фактически допустившими работника к работе, в письменной форме трудового договора в установленный статьей 67 Трудового кодекса Российской Федерации срок, вопреки намерению работника оформить трудовой договор, может быть расценено судом как злоупотребление со стороны работодателя правом на заключение трудового договора (статья 22 Трудового кодекса Российской Федерации) (п. 20 названного постановления).
При разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам исходя из положений статей 2, 67 Трудового кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель - физическое лицо (являющийся индивидуальным предпринимателем и не являющийся индивидуальным предпринимателем) и работодатель - субъект малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям (п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2018 № 15).
Таким образом, по смыслу ст.ст. 15, 16, 56, ч. 2 ст. 67 ТК РФ в их системном единстве, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель.
Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО9 пояснил, что является сотрудником общества, ранее состоял в должности мастера участка, на 06.04.2023 находился в отпуске. Пояснил, что ФИО3 никогда не работал в обществе, не допускался к выполнению трудовых функций, он (ФИО9) никогда последнего на территории работодателя не видел. Указал, что ФИО7 в 2023 году не являлся сотрудником ответчика.
Свидетель ФИО10 суду пояснила, что трудоустроена у ответчика в должности бухгалтера. ФИО3 ей не знаком, такого работника в обществе не было, никогда заработную плату ФИО3 не начисляла и не выплачивала, в том числе наличными.
Каких-либо письменных доказательств, безусловно подтверждающих факт выполнения работы ФИО3 у ответчика, таких как ведомости получения заработной платы, табеля учета рабочего времени и др., материалы дела не содержат.
Вместе с тем 09.01.2024 вторым следственным отделением третьего отдела по расследованию особо важных дел СУ СК России по Забайкальскому краю возбуждено уголовное дело по признакам состава преступления, предусмотренного ч.2 ст.143 УК РФ, по факту получения травмы ФИО3 при выполнении работы на сортировочной установке, вследствие которой последний скончался.
В ходе производства по уголовному делу по запросу следственных органов представлена запись телефонного разговора ФИО11 и оператора экстренной службы, из которого усматривается, что ФИО7 06.04.2023 сообщил по номеру 112, что сотрудник Фабрики нерудных материалов ФИО12 получил травму в барабанной установке. При этом ФИО7 сообщил, что приходится пострадавшему коллегой, указал возраст ФИО3, фамилию, имя и отчество, сообщил предположительно о механизме полученных травм.
Указанные вещественные доказательства приобщены к материалам уголовного дела
Допрошенный в судебном заседании свидетель Г.Д,В. пояснил, что ранее с 2019 года состоял в трудовых отношениях с ответчиком, в том числе в должности сортировщика-грохотовщика. В январе 2023 года он (ФИО8) предложил ФИО3 и жителю с.Еремино Константину трудоустроиться к ответчику, поскольку имелись вакантные должности. ФИО3 совместно с Константином пришли на собеседование к ФИО5, куда их проводил Г.Д.В. Непосредственно при собеседовании он (свидетель) не присутствовал. Однако, когда ФИО3 и ФИО13 вышли из кабинета ФИО5, то ФИО3 сообщил, что он принят на должность сортировщика-грохотовщика, Константину в приеме на работу было отказано. С указанного времени ФИО3 ходил на работу, работал на сортировочной установке. Рабочий день был с 8:00 утра до 17:00 часов, с понедельника по пятницу. В обязанности ФИО3 входило осуществление контроля за работой сортировочной установки, при необходимости ее чистка. На работу ФИО3 чаще ездил совместно с Г,Д,В.., поскольку проживали в с.Еремино, также совместно добирались домой. О том, что трудовой договор в установленном порядке с ФИО3 заключен не был он (свидетель) узнал позже. Заработную плату ФИО3 получал наличными денежными средствами, Г,Д,В. присутствовал единожды в момент расчета по заработной плате работодателя в лице ФИО5 с ФИО3. Заработная плата последнего составляла примерно 45 000 рублей. ФИО3 не скрывал, что работает, все сотрудники его видели. 06.04.2023 непосредственно свидетелем произошедшего он (Г,Д,В..) не был, однако после того, как ФИО3 попал в барабанную установку и получил травму, ему о случившемся сообщил ФИО14. В указанную дату установка еще работала, поскольку температура воздуха позволяла отсортировывать материал. Пояснил, что иногда сортировочный механизм забивался, для этого его нужно было прочистить, но предварительно установку нужно было отключать. Как работать на установке, в том числе как ее прочищать ФИО3 объяснял он (свидетель), об этом просил ФИО7. Указал, что исходя из пояснений лиц, которые изымали ФИО3 из установки после получения травм, вероятно, последний приступил к чистке сортировочного механизма, не выключив ее. Когда он (свидетель) пришел на место происшествия, ФИО3 уже лежал в вагончике, он (Г,Д,В..) позвонил ФИО7 и сообщил о случившемся. Затем уже приехал ФИО5. Когда ФИО7 вызывал бригаду скорой медицинской помощи, он не спрашивал ничего о ФИО3, поскольку знал, что это сотрудник общества, знал его имя и фамилию. Пояснил, что ФИО7 постоянно находился на фабрике, давал указания, советы по выполнению работ. Был ли последний сотрудником общества, пояснить затруднился. Указал, что 06.04.2023 в обеденное время выпивали совместно с ФИО3 и еще одним сотрудником – Алексеем (ФИО15).
Свидетель Я,А,С. суду пояснил, что в обществе выполнял периодически сварочные работы по просьбе ФИО5, официально трудоустроен не был. ФИО3 он (свидетель) знал, поскольку последний был сотрудником ответчика, работал на сортировке вместе с Г,Д,В... Руководство обществом осуществляли ФИО5 и ФИО7. Пояснил, что 06.04.2023 совместно с ФИО3 и Г,Д,В, в обеденный перерыв употребляли спиртные напитки, ФИО3 был в состоянии сильного алкогольного опьянения. Отметил, что ранее также неоднократно выпивали на рабочем месте вместе с ФИО3. 06.04.2023 после обеденного перерыва он (свидетель) остался спать в вагончике и говорил ФИО3, чтобы последний не преступал к работе, однако ФИО3 все же пошел к сортировке. Пояснил, что сортировка не огорожена, находится в свободном доступе, в поле. Через некоторое время в вагончик забежал ФИО14 и сообщил, что ФИО3 упал в барабан. После чего все (свидетель, М.И.В.. и Алексей (Юдин)) пошли вытаскивать ФИО3 из установки. Кто вызывал бригаду скорой медицинской помощи, не помнит. Указал, что дать какие-либо определенные показания его кто-либо из руководства организации не просил. Руководство деятельностью ответчика осуществляли ФИО5 и ФИО7. Последний ставил задачи на производстве, в частности он (свидетель) подчинялся ФИО7.
Свидетель М.И.В.., допрошенный в судебном заседании, пояснил, что являлся сотрудником ответчика, был трудоустроен в должности электрогазосварщика в период с 2021 по 2023 гг.. Руководителем общества являлся ФИО5. Также руководство осуществлял ФИО7, должность последнего не знает. ФИО3 видел несколько раз на базе, тот постоянно находился с Г.Д.В.., последний работал на сортировке, ФИО3 был всегда с ним. Не наблюдал, кто и что из них делал. За две недели до произошедшего постоянно видел ФИО3 с Г.Д.В.. около сортировочной установки. Утвердительно пояснить, работал ли ФИО3 у ответчика, затруднился, указал, что не видел, как ФИО3 получал заработную плату. 06.04.2023 он (свидетель) занимался сваркой дробилки, увидел, что соседняя сортировка работает, но рядом никого не было, подошел посмотреть и увидел ФИО3, который попал в барабан установки. Г.Д.В.. рядом не было. Он (М.И,В. нашел на территории базы Г.Д.В,., сообщил ему о случившемся, после чего совместно с Ю.А,А.. и Я.А.С.. он (М,И.В..) вытащили ФИО3 из сортировочной установки. ФИО3 был жив. Последнего принесли в вагончик, положили на диван. О произошедшем уведомили руководство организации. На место происшествия приехал ФИО7 и ФИО5. Кто звонил в службу скорой помощи, пояснить не может. С медицинскими работниками разговаривал ФИО5. Пояснил, что давать какие-либо определенные показания его никто не понуждал. Ранее давал пояснения при допросе в рамках уголовного дела, что ФИО3 нашли в другом месте, поскольку не хотел проблем, чтобы не было судов. Видел, что примерно в течение недели Я., Г. выпивал с ФИО3 на рабочем месте. Отметил, что рабочий график на производстве с 08:00 часов до 17:00 часов с понедельника по пятницу. Заработную плату свидетель получал на банковский счет, как и все работники. Не знает, был ли кто-то неофициально, кроме Я.А.С.., трудоустроен в обществе. Для оплаты работы Я.А.С.. денежные средства предоставлял ФИО5, а он (М.И.В. передавал их Я.А.С... Указал, что сортировочная установка не огорожена, однако все опасные элементы, приводимые в движение, были закрыты.
При допросе в судебном заседании свидетель Ю.А,А. пояснил, что ранее работал у ответчика. ФИО3 знает как жителя с.Еремино. Указал, что ФИО3 работал у ответчика с января 2023 до апреля указанного года, должность не знает, но работал на барабанной сортировке. Все знали, что ФИО3 устроился к ответчику на работу, об этом говорили работники базы. Видел на работе ФИО3 не часто, поскольку в силу трудовых обязанностей его работа не соприкасалась с трудовыми обязанностями ФИО3. Условия труда, заработную плату ФИО3 не знал, поскольку никогда лично с ним это не обсуждал, равно не знает, был ли последний устроен официально. Пояснил, что ФИО3 работал в паре с Г.Д.В.., в частности последний работал на погрузчике, а ФИО3 на сортировочной установке. 06.04.2023, когда произошел несчастный случай его (свидетеля) позвал М.И.В.., совместно с ним он (Ю.А.А..) вытащили ФИО3 из барабанной установки и занесли в вагончик. Кто вызвал бригаду скорой помощи, не может указать. Приезд бригады скорой помощи не видел, поскольку ушел работать. После видел, что автомобиль ФИО5 стоял там. Руководил организацией ФИО5, ФИО9, он (свидетель) полагал механиком, также был ФИО7, должность которого он не знает, но указания ФИО7 были обязательны для исполнения. Какие-либо показания кто-либо из руководителей не просил давать, однако ФИО7 просил не говорить «лишнего», что под этим подразумевалось, не разъяснял. Ему (свидетелю) не известно достоверно о характере общения погибшего с несовершеннолетней ФИО1
Свидетели Д.Ю.А.., Т.А.М.. пояснили, что погибший ФИО3 приходился им братом, последний работал у ответчика с зимы 2023 года, о чем рассказывал лично. У ФИО3 подробности осуществления им трудовых функций не выясняли. Также свидетели неоднократно видели, как ФИО3 уезжал на работу, в том числе совместно с Г.Д.В... ФИО3 пояснял, что ему нужно отработать 6 месяцев, чтобы взять кредит на автомобиль, увольняться не планировал. Не знают, официально ли ФИО3 был трудоустроен. График работы был с понедельника по пятницу с 08:00 часов, поскольку именно к этому времени погибший уезжал на работу. Подробностей произошедшего не знают, ФИО3 в больнице самостоятельно ничего не пояснял, указал только, что болит шея. Пояснили, что умерший общался со своей дочерью (ФИО1), она приезжала к отцу в гости, на каникулы. ФИО3 предоставлял на содержание ребенка денежные средства ФИО2.
Оценив представленные по делу доказательства, суд приходит к выводу, что между ФИО3 и ответчиком трудовой договор о выполнении работником работ в установленном законом порядке не заключался, приказ о приеме ФИО3 на работу обществом не издавался. Вместе с тем, между ФИО3 и ООО «Читинская фабрика нерудных материалов» фактически сложились трудовые отношения в период с января 2023 года по 06.04.2023, поскольку более точная дата допущения работника к выполнению трудовых функций не установлена. Так, ФИО3 был принят на работу директором общества – ФИО5, с ведома последнего приступил к выполнению работ по сортировке породы на сортировочной установке, подчинялся распорядку дня, установленному у работодателя, выполнял трудовую функцию с 8:00 часов до 17:00 часов ежедневно с понедельника по пятницу, получал заработную плату.
Указанные обстоятельства подтверждаются пояснениями процессуального истца, ФИО4, показаниями свидетелей Г.Д.В.., Я.А.С.., Ю.А.А.., Д.Ю.А.., Т.А.М. последовательно утверждавших, что ФИО3 являлся сотрудником общества, был принят его директором, ежедневно выполнял рабочую функцию. Показания М.И.В. в целом не противоречат пояснениям иных свидетелей, в частности М.И.В.. пояснял, что видел неоднократно ФИО3 на территории ответчика совместно с Г.Д.В. около сортировочной установки.
Также то обстоятельство, что ФИО3 являлся сотрудником общества, подтверждается записью телефонного разговора ФИО7 с оператором экстренной службы, поскольку последний при разговоре пояснял, что травмы причинены сотруднику общества, телесные повреждения получены на производстве.
Указанные доказательства не опровергнуты ответчиком в соответствии с положениями ст.56 ГПК РФ. При этом бремя доказывания отсутствия трудовых отношений законом возложено на работодателя.
Суд учитывает пояснения свидетелей, указывающих на то, что ФИО7 постоянно находился на территории организации, отдавал распоряжения по обстоятельствам выполнения трудовых функций работниками, в связи с чем последние воспринимали его как руководителя. Указанное обстоятельство также не исключает того, что ФИО7 было достоверно известно, кем являлся ФИО3. При этом свидетель Г.Д.В. пояснил, что ФИО7 при вызове экстренной службы не уточнял анкетных данных ФИО3, самостоятельно назвав их, что подтверждается стенограммой записи вызова экстренных служб, из которой не явствует, что ФИО7 у кого-либо переспрашивал анкетные данные лица, получившего травму, при этом именно ФИО7 прибыл на место происшествия, а не официальный руководитель предприятия.
Суд относится критически к пояснениям свидетелей Ф.И.В.., С.О.В.., поскольку последние являются действующими сотрудниками ответчика, находятся в зависимости от работодателя, в связи с чем могут быть заинтересованы в исходе дела.
То обстоятельство, что документально отношения между ФИО3 и ответчиком не оформлялись письменным трудовым договором, приказом о приеме на работу, не свидетельствует об отсутствии трудовых отношений, поскольку обязанность по оформлению данных документов возложена на работодателя.
В соответствии с приведенным выше положениям трудового законодательства наличие трудового правоотношения между сторонами презюмируется и, соответственно, трудовой договор считается заключенным, если работник приступил к выполнению своей трудовой функции и выполнял ее с ведома и по поручению работодателя или его уполномоченного лица, то есть в данном случае ФИО3 приступил к выполнению работ на территории ООО «Читинская фабрика нерудных материалов» с января 2023 года с ведома и по поручению директора общества ФИО5.
Право на труд относится к числу фундаментальных неотчуждаемых прав человека. Реализация этого права предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав, в частности, права на условия труда, отвечающие требованиям безопасности.
В целях защиты прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору, в Трудовом кодексе Российской Федерации введено правовое регулирование трудовых отношений, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника.
В силу положений абз. 4 и 14 ч. 1 ст. 21 ТК РФ работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.
Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абз. 4 и 16 ч. 2 ст. 22 ТК РФ).
Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абз. 2 ч. 1 ст. 210 ТК РФ).
Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (ч. 2 ст. 212 ТК РФ).
Согласно должностной инструкции грохотовщика, утвержденной директором ООО «Читинская фабрика нерудных материалов» ФИО5, к квалификационному требованию к указанной специальности в числе прочего относится наличие профессионально-технического образования.
Типовой инструкцией по охране труда грохотовщика дробильно-сортировочных установок ТОИ Р-218-29-94, утвержденной работодателем 27.01.2014, установлено, что к работе грохотовщиком допускается лицо не моложе 18 лет, признанное годным к данной работе медицинской комиссией, прошедшее обучение по программе грохотовщика, имеющее удостоверение на право выполнения данной работы. Поступающий грохотовщик должен пройти вводный инструктаж по безопасным методам и приемам труда, а также первичный инструктаж на рабочем месте, о чем должны быть сделаны соответствующие записи в журналах.
Сведений об ознакомлении ФИО3 с должностной инструкцией грохотовщика, с правилами техники безопасности при работе с установкой, материалы дела не содержат.
Как следует из материалов дела, ФИО3 получил травмы, работая на сортировочной установке, при этом из пояснений как самого ФИО5, так и свидетелей следует, что в момент произошедшего крышка на барабанной установке отсутствовала, более того, работодатель допустил ФИО3 к выполнению работ на сортировочной установке в отсутствие специального образования у последнего, а также не провел инструктаж по технике безопасности работы с данным механизмом. Надлежит отметить и то обстоятельство, что работник ФИО3 был допущен работодателем к работе в состоянии алкогольного опьянения, поскольку из пояснений свидетелей Г.Д.В. и Я.А.С. следует, что в обеденный перерыв они совместно с ФИО3 употребляли спиртные напитки.
При изложенных обстоятельствах работодатель (ответчик) не обеспечил безопасность работника ФИО3 при эксплуатации оборудования (сортировочной установки) и осуществлении технологического процесса, что повлекло невыполнение последним правил техники безопасности при работе с установкой, получение травм на производстве и последующую гибель ФИО3.
При этом довод стороны ответчика, что ФИО3 мог получить телесные повреждения при иных обстоятельствах, а также в момент транспортировки из одного медицинского учреждения в другое своего подтверждения не нашел, опровергается материалами дела, показаниями свидетелей.
Из представленной в материалы дела медицинской документации усматривается, что транспортировка ФИО3 на всем пути маршрутизации между медицинскими учреждениями осуществлялась службой скорой медицинской помощи, сведений о том, что в период транспортировки ФИО3 получил дополнительные телесные повреждения не имеется. А получение травм при работе с сортировочной установкой подтверждается показаниями свидетелей.
При этом согласно заключению эксперта №450 от 17.05.2023 смерть ФИО3 наступила в результате отека спинного и головного мозга, выразившегося вследствие закрытой тяжелой позвоночно-спинальной травмы: полный симметричный сцепившейся вывих третьего шейного позвонка, перелом дуг 3-5 шейных позвонков, ушиб-сдавление спинного мозга, кровоизлияние в мягкие ткани шеи, теменно-затылочной области, которые могли образоваться в результате падения с высоты на голову с последующим чрезмерным разгибанием шеи, вероятнее всего травма образовалась незадолго до поступления в стационар. Указанная травма находится в причинно-следственной связи со смертью ФИО3.
При изложенных обстоятельствах получение ФИО3 травм на производстве подтверждается материалами дела.
С учетом изложенного суд находит установленным факт несчастного случая на производстве со смертельным исходом, произошедшим с ФИО3.
Согласно ст.227 ТК РФ расследованию и учету в соответствии с настоящей главой подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.
При несчастных случаях, указанных в статье 227 настоящего Кодекса, работодатель (его представитель) обязан, в числе прочего в установленный настоящим Кодексом срок проинформировать о несчастном случае органы и организации, указанные в настоящем Кодексе, других федеральных законах и иных нормативных правовых актах Российской Федерации, а о тяжелом несчастном случае или несчастном случае со смертельным исходом - также родственников пострадавшего, принять иные необходимые меры по организации и обеспечению надлежащего и своевременного расследования несчастного случая и оформлению материалов расследования в соответствии с настоящей главой.
В соответствии со ст.228.1 ТК РФ при групповом несчастном случае (два человека и более), тяжелом несчастном случае или несчастном случае со смертельным исходом работодатель (его представитель) в течение суток обязан направить извещение по установленной форме, в том числе территориальный орган федерального органа исполнительной власти, уполномоченного на осуществление федерального государственного контроля (надзора) за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, по месту происшедшего несчастного случая, в прокуратуру по месту происшедшего несчастного случая.
Согласно требованиям ст. 230 ТК РФ по каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве и повлекшему за собой необходимость перевода пострадавшего в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, на другую работу, потерю им трудоспособности на срок не менее одного дня либо смерть пострадавшего, оформляется акт о несчастном случае на производстве по установленной форме в двух экземплярах, обладающих равной юридической силой, на русском языке либо на русском языке и государственном языке республики, входящей в состав Российской Федерации.
Статьей 229.3 ТК РФ установлено, что при выявлении сокрытого несчастного случая государственный инспектор труда проводит расследование самостоятельно.
В материалы дела представлено заключение государственного инспектора труда №75/4-28-25-ЗП/12-4380-И/73-111 от 28.03.2025 по факту произошедшего с ФИО3 несчастного случая на производстве в ООО «Читинская фабрика нерудных материалов» со смертельным исходом, выполненного в связи с поступлением информации из СУ СК РФ.
При таких обстоятельствах основания для возложения на ответчика обязанности организовать проведение расследования несчастного случая со смертельным исходом и оформить результаты расследования актом формы Н-1 отпали, с учетом чего заявленные требования в указанной части удовлетворению не подлежат.
В соответствии с требованиями ст.237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.
В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.
Как разъяснено в п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы). В соответствии со статьей 237 Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.
В случае смерти работника или повреждения его здоровья в результате несчастного случая на производстве члены семьи работника имеют право на компенсацию работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного нарушением принадлежащих им неимущественных прав и нематериальных благ.
Согласно правовой позиции, сформулированной в п.п. 46-47 Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», при разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.
Суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.
Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.
Истцом заявлено требование о взыскании компенсации морального вреда в размере 100 000 рублей. В обоснование исковых требований о взыскании компенсации морального вреда процессуальный истец указал, что ФИО3 является отцом ФИО1, поддерживал связь с ребенком, предоставлял содержание дочери.
Оценивая степень нравственных страданий несовершеннолетнего истца, суд учитывает, что потеря отца для ребенка, который пребывает в достаточно осознанном возрасте и способна понять, что утрата является безвозвратной, приводит к нарушению спокойного и стабильного психологического состояния, что требует к себе внимание взрослых, заботу, любовь, которые были бы способны снизить обусловленную гибелью родителя психологическую напряженность.
Суд также учитывает, что моральный вред причинен незаконными действиями ответчика, не оформившего надлежащим образом трудовые отношения с погибшим, допустившего ФИО3, не имевшего специальные познания до осуществления работы на сортировочной установке, не обеспечившего ознакомление погибшего с правилами техники безопасности, а также принимает во внимание дальнейшее поведение ответчика, категорически отрицавшего факт несчастного случая на производстве.
Вместе с тем надлежит учесть и то обстоятельство, что ФИО3 приступил к выполнению работы в состоянии алкогольного опьянения, что недопустимо и является общеизвестным фактом, а также то, что каких-либо иных доказательств степени нравственных страданий несовершеннолетней суду не представлено.
Принимая во внимание, что несовершеннолетняя претерпела в результате действий ответчика нравственные страдания, суд приходит к выводу, что указанные обстоятельства отразились на ее общем психологическом состоянии, при этом учитывая, что иных доказательств стороной истца суду не представлено, с учетом принципа разумности и справедливости, суд полагает исковые требования в части возмещения компенсации морального вреда подлежащими удовлетворению частично в размере 50 000 рублей.
Исходя из изложенного суд приходит к выводу об удовлетворении требований частично.
В силу положений ст.98, 103 ГПК РФ с ответчика надлежит взыскать в бюджет государственную пошлину в сумме 9 000 рублей.
Руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ суд
РЕШИЛ:
Исковые требования удовлетворить частично.
Установить факт трудовых отношений между ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и ООО «Читинская фабрика нерудных материалов» в периолд с января 2023 года по 06 апреля 2023 года.
Установить факт несчастного случая на производстве со смертельным исходом, произошедшего с ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в период исполнения трудовых обязанностей в ООО «Читинская фабрика нерудных материалов».
Взыскать с ООО «Читинская фабрика нерудных материалов» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (свидетельство о рождении №) в лице законного представителя ФИО2 (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 50 000 рублей.
В удовлетворении остальной части требований отказать.
Взыскать с ООО «Читинская фабрика нерудных материалов» в местный бюджет государственную пошлину в размере 9 000 рублей.
В остальной части исковых требований отказать.
Решение суда может быть обжаловано в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме в Забайкальский краевой суд путем подачи апелляционной жалобы через Читинский районный суд Забайкальского края.
Судья: Галанова Д.И.
Мотивированное решение изготовлено 03.06.2025