Гражданское дело № ******
В мотивированном виде решение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ года
УИД № ******
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
ДД.ММ.ГГГГ Октябрьский районный суд г. Екатеринбурга в составе:
председательствующего судьи Лукичевой Л.В.,
с участием истца ФИО2, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетнего ФИО3,
ответчика ФИО4,
представителя ответчика ГУ МВД РФ по Свердловской области – ФИО10, действующего на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ,
представителя ответчиков МВД РФ и УМВД РФ по городу Екатеринбургу – ФИО9, действующей на основании доверенностей от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ соответственно,
при секретаре ФИО6,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ФИО3, к ФИО4, Министерству внутренних дел Российской Федерации, Министерству финансов Российской Федерации, Главному Управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по Свердловской области, Управлению Федерального казначейства по Свердловской области, отделу полиции № ****** Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по городу Екатеринбургу, Управление Министерства внутренних дел Российской Федерации по городу Екатеринбургу о признании действий должностного лица незаконными, взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов,
УСТАНОВИЛ:
ФИО2, действуя в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего ФИО3, обратилась в суд с иском к подполковнику полиции отдела полиции № 6 УМВД России по г. Екатеринбургу ФИО4 о признании ее действий незаконными и компенсации морального вреда.
В обоснование исковых требований указала, что ДД.ММ.ГГГГ около 21 часов 30 минут в квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, находящуюся в собственности истца, ворвалась женщина, представившаяся сотрудником отдела полиции № 6 УМВД России по г. Екатеринбургу. Фамилии, имени и отчества не назвала, служебного удостоверения и даже паспорта, удостоверяющего личность, не предоставила, была одета в гражданскую одежду. Формы сотрудника полиции и погонов, определяющих данную женщину как должностное лицо сотрудника полиции, не имелось.
После того, как в дверь позвонили, несовершеннолетний сын истца – ФИО3, открыл входную дверь квартиры, в то время, как истец отдыхала в большой комнате и готовилась ко сну. Несмотря на то, что свет в комнате был выключен, женщина пробежала через большую комнату на кухню с криками, что ей нужно допросить несовершеннолетнего сына истца относительно пропавшего другого несовершеннолетнего ребенка – ФИО1, который не вернулся домой после прогулки.
Истец попросила женщину, во-первых, покинуть жилое помещение, дать возможность одеться, поскольку находилась в нижнем белье, как и ее муж, который уже спал; во-вторых, предъявить свое служебное удостоверение и объяснить на каких основаниях она вторглась в частное жилое помещение, нарушает покой несовершеннолетнего ребенка и других членов семьи.
Ответчик начала грубить в адрес истца, указав, что форма сотрудника полиции, служебное удостоверение и паспорт находятся у нее на работе.
Затем ответчик села на кухне и, в отсутствие педагога и психолога, начала допрашивать несовершеннолетнего ФИО3, применяя угрозы и нецензурную лексику. ФИО5 пояснил, что видел ФИО1 на берегу озера «Рамада» живым и здоровым, в 16 часов попрощался с ним и ушел со своим другом Данилом домой; опознал сланцы Николая по фото с телефона ответчика и рассказал все, что видел и слышал по данному факту, однако ответчик продолжала задавать ему уже не относящиеся к факту пропажи ребенка вопросы и не желала покидать квартиру истца, а затем стала обвинять ФИО3 в том, что он якобы закопал сотовый телефон ФИО1 в песок на берегу озера. В итоге, ответчик довела ФИО5 до истерики и слез.
ФИО2 стала звонить в полицию: сначала пыталась дозвониться до дежурной части отдела полиции № 7 УМВД России по г. Екатеринбургу, но там не отвечали; затем дозвонилась до отдела полиции № 6 и сообщила о противоправных действиях ответчика и стала выяснять, действительно ли ответчик является сотрудником полиции. Сотрудник дежурной части отдела полиции № 6 пояснил, что у них проходят экстренные меры по розыску пропавшего ребенка. Данный разговор был записан на диктофон в телефоне истца.
Затем ответчик стала заставлять истца и ФИО3 подписать написанные ей объяснения, ФИО5 успел это сделать, а истец – отказалась, из-за чего ответчик разозлилась и стала говорить, что в случае отказа от подписи она заберет истца в отдел полиции для дачи объяснений, а также, что составит в отношении истца протокол по ст. 5.35 КоАП РФ.
После того, как ответчик покинула жилое помещение истца, истец всю ночь пыталась успокоить своего несовершеннолетнего ребенка ФИО3, поскольку он был напуган действиями ответчика, плакал. При этом у ФИО3 третья группа здоровья, он состоит на учете у нефролога и уролога, перенес несколько операций на почки и ему нельзя нервничать. В результате вся семья истца перенервничала.
Утром ДД.ММ.ГГГГ истец ушла на работу в ООО «Юридическая фирма «Перспектива», где является директором, учредителем и юристом. Это был понедельник. В 15 часов истцу позвонила сотрудник отдела полиции № 6 УМВД России по г. Екатеринбургу и сообщила, что истец немедленно должна приехать с ребенком в отдел полиции по адресу: <адрес> для дачи показаний по поводу пропавшего ребенка и что если истец этого не сделает, то будет подвергнута принудительному приводу. Истец выполнила данное требование и приехала с ребенком в отдел полиции № 6, где их встретила начальник ОДИ одела полиции № 6 УМВД России по г. Екатеринбургу подполковник ФИО4, которая не была одета в форму сотрудника полиции и у нее не было удостоверения сотрудника полиции. После замечания истца ответчик одела форму сотрудника полиции и, в присутствии психолога-педагога, стала проводить повторный опрос несовершеннолетнего ФИО3 и обвинила его в краже сотового телефона и 100 рублей у умершего ФИО1. Затем ФИО4 составила в отношении истца протокол об административном правонарушении по ст. 5.35 КоАП РФ, с которым истец не согласилась. Также ответчик угрожала, что поставит ребенка истца на учет по делам несовершеннолетних, что его заберут в специальное учреждение.
Своими противоправными действиями ответчик нарушила неприкосновенность частной жизни истца и ее семьи, чем нанесла моральный вред как истцу, так и ее несовершеннолетнему ребенку, который ФИО2 расценивает в 150 000 руб. в отношении каждого.
Моральный вред ребенку был причинен следующими действиями ответчика: оказанием психологического давления ответчиком на ребенка, высказыванием угроз в его адрес, непозволительными для ответчика высказываниями, в результате чего ребенок был напуган, доведен до истерики и слез, не спал всю ночь, на следующий день у него болела голова.
Моральный вред истцу причинен следующими действиями ответчика: когда ответчик ворвалась в квартиру истца, истец находилась в своей кровати. При этом ответчик не дала возможности ей сначала одеться, при том, что истец просила ее выйти за пределы квартиры. Ответчик нарушила сон и покой истца, право на отдых в выходной день. Поведение ответчика не соответствовало поведению сотрудника полиции. Изначально истец полагала, что ответчик является родственницей пропавшего ребенка – ФИО1, что у нее стресс. В результате противоправных действий ответчика у истца резко снизилось давление, сильно болела голова, а также истец безусловно переживала за своего ребенка. ДД.ММ.ГГГГ ответчик по телефону грубо разговаривала с истцом, заставила немедленно приехать в отдел полиции, при том, что истец находилась на работе.
В связи с изложенным, ФИО2, действуя в своих интересах и интересах несовершеннолетнего ФИО3, просит признать незаконными действия подполковника полиции отдела полиции № 6 УМВД России по г. Екатеринбургу ФИО4, совершенные ей в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО2 и ее несовершеннолетнего ребенка ФИО3; взыскать с ФИО4 в свою пользу и в пользу несовершеннолетнего ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 300 000 руб., а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 руб.
В судебном заседании истец ФИО2, действующая в своих интересах и интересах несовершеннолетнего ФИО3, на удовлетворении исковых требований настаивала по изложенным в иске основаниям. Дополнительно пояснила, что она является единоличным собственником квартиры, расположенной по адресу: <адрес>. Данная квартира является двухкомнатной. Попасть на кухню можно только через комнату, в которой она готовилась ко сну со своим гражданским супругом ФИО14 Ответчик пришла в квартиру истца примерно в 21 час 30 минут. Дверь открыл ребенок истца – ФИО3, поскольку истец полагала, что в дверь звонят его друзья. На дату ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 было 12 лет. Ответчик зашла в квартиру без разрешения, не представилась, удостоверения сотрудника полиции не предъявила, находилась в гражданской одежде, пробежала через комнату, где готовилась ко сну истец и ее гражданский супруг, на кухню и стала там опрашивать ФИО3 Истец подумала, что это мать, которая ищет пропавшего ребенка. Затем, в присутствии истца, ответчик стала обвинять ФИО3 в том, что он закопал телефон пропавшего ФИО1. Ответчик находилась в квартире истца около одного часа. При этом истец не находилась в состоянии алкогольного опьянения.
В предварительном судебном заседании ответчик ФИО4, являющаяся заместителем начальника ОУУП и ПДН отдела полиции № 6 УМВД России по г. Екатеринбургу, суду пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ являлось воскресением, у нее был выходной день, находилась дома. На ее телефон поступил звонок от сотрудника дежурной части, было сообщено, что около полутора суток домой не возвращается несовершеннолетний ребенок, по тревоге был поднят весь личный состав для его розыска. В описываемой истцом ситуации она действовала в рамках ФЗ «О полиции». Поскольку наступало ночное время, необходимо было успеть провести необходимые мероприятия. Она пришла в квартиру истца около 21 часа 30 минут, находилась там непродолжительное время – около 20-30 минут. Поскольку имело место безотлагательная ситуация, необходимо было действовать быстро, опрос ФИО3 проводился без участия педагога, но при этом она попросила ФИО5 позвать родителей. Когда она шла на кухню, то через комнату не проходила, комната была слева. Увидела ФИО2 только когда она сама зашла на кухню, при этом истец была в халате. Ответчик пояснила, что целью ее визита является розыск пропавшего ребенка ФИО1 и что истец может позвонить в отдел полиции № 6, чтобы удостовериться в ее личности. Но истец почему-то стала звонить в отдел полиции № 7. ДД.ММ.ГГГГ с ФИО3 были взяты объяснения на 1 листе, но истец отказалась их подписывать и объяснения были зачитаны вслух. ДД.ММ.ГГГГ истец была вызвана в отдел полиции № 6 путем телефонного звонка, целью вызова являлось составление административного протокола по ст. 5.35 КоАП РФ за ненадлежащее исполнение родительских обязанностей, поскольку ребенок истца находился на озере «Рамада» в отсутствие родителей.
Определениями суда от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве соответчиков привлечены Министерство внутренних дел Российской Федерации, Министерство финансов Российской Федерации, Главное Управление Министерства внутренних дел Российской Федерации по Свердловской области, Управление Федерального казначейства по Свердловской области, Отдел полиции № 6 Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по городу Екатеринбургу, Управление Министерства внутренних дел Российской Федерации по городу Екатеринбургу.
В направленном суду ДД.ММ.ГГГГ отзыве ответчик ФИО4 с исковыми требованиями не согласилась, просила в удовлетворении отказать, пояснив, что ДД.ММ.ГГГГ (воскресение, вне службы) в вечернее время на сотовый телефон поступило сообщение от оперативного дежурного дежурной части ОП № 6 об объявлении для личного состава сигнала «Сбор» (время прибытия к месту несения службы не более 3 часов) по КУСП 11861, заявитель ФИО7, в связи с розыском пропавшего несовершеннолетнего сына ФИО13, 14 лет, ушедшего из дома свыше суток назад. Учитывая выходной день, но вместе с тем чрезвычайную ситуацию, связанную с розыском ребенка, действуя в условиях крайней необходимости, т.к. наступало ночное время, в которое проведение розыскных мероприятий неэффективно, по согласованию с оперативным дежурным, который в ночное время, выходные и праздничные дни наделен полномочиями начальника ОП, незамедлительно выдвинулась для отработки связей разыскиваемого, проживающих в районе «ПСМ». Форменное обмундирование, предписанное к ношению в служебное время, кроме отдельных случаев, когда по указанию начальника можно нести службу без форменной одежды, и служебное удостоверение в связи с выходным днем находились в служебном кабинете. Точное время не помнит, возможно это было около 21 часа 30 минут, пришла в квартиру по адресу <адрес>, где проживает друг разыскиваемого – ФИО3. Мать несовершеннолетнего ФИО2 вышла из комнаты, была выпившая, о чем свидетельствовал характерный запах алкоголя изо рта. Из одежды на ней был халат, провоцировала конфликтную ситуацию, умышленно затягивала время нахождения ответчика в квартире. При общении с ФИО2 ФИО8 сохраняла выдержку, контролировала свое эмоциональное состояние, вела себя вежливо, доброжелательно: представилась, назвала свои фамилию, имя и отчество, занимаемую должность, цель визита, пояснила, что пришла для опроса ребенка. Пояснила, что форма и служебное удостоверение находятся на работе, сообщила матери номер телефона дежурной части ОП № 6, по которому можно установить ее принадлежность к службе. С согласия матери несовершеннолетнего проследовала на кухню для опроса ребенка. В связи с тем, что квартира находилась в неудовлетворительном состоянии (длительное время не производился ремонт, мебель требует замены, необходима влажная уборка помещения), а кроме того в целях личной безопасности, обувь не снимала. Нецензурной бранью не выражалась, оскорблений в адрес ребенка не высказывала. Опрос ребенка производился около 10 минут. Ребенку и матери объяснение было зачитано вслух. Ребенок подписал объяснение в присутствии матери, мать от подписания объяснений отказалась. Статьей 191 УПК РФ регламентированы только особенности допроса несовершеннолетнего с участием педагога или психолога. Что касается получения объяснений несовершеннолетнего в рамках доследственной проверки, имеется пробел в законодательстве. В связи с чем в практической деятельности используются положения п. 3 ст. 13 Закона «О полиции», устанавливающие возможность получения от граждан необходимых объяснений, сведений и т.д. Проблем с общением ребенка и установлением контакта не возникло. На всем протяжении беседы у ребенка прослеживался положительный эмоциональный фон, ребенок легко вступал в общение, проявлял заинтересованность. В квартире находилась около 30 минут, то есть до 22 часов, так как далее проследовала по адресам проживания еще двух семей.
ДД.ММ.ГГГГ около 12 часов 20 минут из воды озера «Исток» было извлечено тело ФИО13 с признаками утопления. После чего поступило указание ГУ о незамедлительном повторном опросе связей ФИО13 по вопросу местонахождения сотового телефона, которым при жизни пользовался подросток и который пропал. В связи с чем, ФИО3 вместе с матерью был приглашен в ОП № 6, где был опрошен в присутствии педагога. Опрос ребенка занял не более 30 минут. В служебном кабинете ответчик находилась не в форменной одежде, что не противоречит п. 11 Приказа МВД России от 17.11.2020 года № 777 «Об утверждении Правил ношения сотрудниками органов внутренних дел Российской Федерации форменной одежды, знаков различия и ведомственных знаков отличия». Чтобы не провоцировать конфликтную ситуацию, попросила подождать, чтобы переодеться в форму, при себе имела служебное удостоверение, которое предъявила ФИО2 по ее требованию. В отношении ФИО2 был составлен протокол по ст. 5.35 КоАП РФ, разъяснено основание постановки на учет в ПДН. В рамках составления протокола проведена проверка по информационному центру на предмет привлечения ФИО2 к административной ответственности. Протокол по ст. 5.35 КоАП РФ в отношении ФИО2 рассмотрен комиссией по делам несовершеннолетних, назначено административное наказание – предупреждение. Постановление о назначении административного наказания не обжаловалось, вступило в силу. По доводам, изложенным в исковом заявлении, руководством ОП № 6 проведена проверка, которой вины ФИО4 не установлено.
В судебном заседании ответчик ФИО4 доводы письменных возражений поддержала, просила в удовлетворении исковых требований отказать.
В судебном заседании представитель ответчиков МВД РФ и УМВД РФ по городу Екатеринбургу – ФИО9 полагала исковые требования не подлежащими удовлетворению по доводам письменных возражений, указав на то, что заявляя требование о компенсации морального вреда, истец не указала ни на одно из принадлежащих ей личных неимущественных прав и нематериальных благ, нарушенных в результате действий сотрудника полиции, не представила доказательств противоправности действий сотрудника полиции. ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 действовала в соответствии с требованиями Закона «О полиции», при этом поскольку данный день для нее являлся выходным днем, она находилась в гражданской форме одежды и без служебного удостоверения. При возникновении такой чрезвычайной ситуации как пропажа исчезновение ребенка, она немедленно отреагировала на это и приняла меры к опросу несовершеннолетнего ФИО3, чтобы установить обстоятельства произошедшего. Доводы истца о том, что ФИО4 вела себя некорректно, ничем не подтверждены. Дверь в квартиру ФИО4 открыли добровольно и впустили ее. Протокол об административном правонарушении, составленный в отношении истца, в установленном порядке обжалован не был.
Представитель ответчика ГУ МВД РФ по Свердловской области – ФИО10 в судебном заседании против удовлетворения исковых требований возражал, поддержав позицию, изложенную представителем ответчиков МВД РФ и УМВД РФ по городу Екатеринбургу ФИО9
Представители ответчиков Министерства Финансов РФ, Управления Федерального казначейства по Свердловской области, Отдела полиции № 6 УМВД РФ по городу Екатеринбургу в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом.
В направленных суду письменных возражениях представитель ответчика Министерства Финансов РФ ФИО11 указала о непредоставлении истцом каких-либо документальных доказательств нравственных и физических страданий, а также доказательств причинно-следственной связи между незаконными действиями и наступившим вредом. При этом заявленный размер компенсации морального вреда в размере 300 000 руб. является чрезмерно завышенным, не соответствующим причиненным негативным последствиям. Просила о рассмотрении дела в отсутствие представителя Минфина России.
В направленных суду письменных возражениях представитель ответчика Управления Федерального казначейства по Свердловской области ФИО11 указала на то, что УФК по Свердловской области в рассматриваемых правоотношениях является ненадлежащим ответчиком.
В письменном отзыве Врио заместителя начальника ОП № 6 УМВД РФ по городу Екатеринбургу ФИО12 просил в удовлетворении исковых требований ФИО2 отказать, пояснив следующее. ФИО4 является заместителем начальника ОУУП и ПДН ОП № 6 УМВД РФ по городу Екатеринбургу с июля 2011 года. За время прохождения службы зарекомендовала себя грамотным и исполнительным сотрудником.
ДД.ММ.ГГГГ (воскресение) в 17 часов 55 минут в дежурной части ОП № 6 в КУСП 11861 зарегистрирован материал проверки по сообщению ФИО7 о том, что ДД.ММ.ГГГГ ушел несовершеннолетний ФИО13, ДД.ММ.ГГГГ года рождения и его местонахождение не известно.
В связи с розыском ребенка для всего личного состава ОП № 6 был объявлен сигнал «Сбор» (прибытие к месту несения службы при чрезвычайной ситуации в срок, не превышающий 3 часов).
ФИО4, находящейся вне службы в связи с выходным днем, оперативным дежурным была поставлена задача незамедлительно выдвинуться для отработки связей разыскиваемого, проживающих в микрорайоне «ПСМ».
Ношение форменного обмундирования регламентировано приказом МВД РФ от 17.11.2020 года № 777, в соответствии с п. 5, 11 которого предписано к ношению в служебное время, кроме отдельных случаев, когда по указанию начальника можно нести службу без форменной одежды.
ФИО4 находилась в гражданской форме одежды делового стиля, что не противоречит п. 12 Приказа МВД России от 26.06.2020 года № 460 «Об утверждении Кодекса этики и служебного поведения сотрудников органов внутренних дел Российской Федерации».
Из объяснений ФИО4 следует, что в квартире истца она находилась не более 30 минут, вела себя корректно и вежливо, представилась, назвала свою фамилию, имя и отчество, объяснила причину своего визита и сказала, что пришла для опроса ребенка. При этом в штате ОП № 6 нет должности педагога-психолога. При назначении на должность инспектора ПДН отдается предпочтение лицам с педагогическим образованием.
По поступившей от ФИО2 жалобе, в ОП № 6 в отношении ФИО4 проведена проверка, вины которой не усмотрено.
С учетом изложенного, руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд определил рассмотреть дело при данной явке.
Заслушав пояснения истца ФИО2, действующей в своих интересах и интересах несовершеннолетнего ФИО3, представителя ответчиков МВД РФ и УМВД РФ по городу Екатеринбургу – ФИО9, представителя ответчика ГУ МВД РФ по Свердловской области – ФИО10, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к выводу о частичном удовлетворении заявленных требований на основании следующего.
Конституцией Российской Федерации установлено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства (статья 2).
Достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления (часть 1 статьи 21).
Жилище неприкосновенно. Никто не вправе проникать в жилище против воли проживающих в нем лиц иначе как в случаях, установленных федеральным законом, или на основании судебного решения (статья 25).
Каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, защиту своей чести и доброго имени (часть 1 статьи 23).
Каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц (статья 53).
В силу статьи 2 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации задачами гражданского судопроизводства являются правильное и своевременное рассмотрение и разрешение гражданских дел в целях защиты нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, организаций, прав и интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, других лиц, являющихся субъектами гражданских, трудовых или иных правоотношений. Гражданское судопроизводство должно способствовать укреплению законности и правопорядка, предупреждению правонарушений, формированию уважительного отношения к закону и суду, мирному урегулированию споров.
Согласно статье 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом (часть 1).
Согласно статье 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1).
Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы (часть 2).
Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (часть 3).
Таким образом, по общему правилу, доказать обстоятельства, на которых основываются требования, должен истец, что не исключает обязанности соответствующих должностных лиц доказать законность и необходимость совершаемых ими действий, а также их соразмерность содеянному с учетом конкретных обстоятельств дела.
Это обусловлено тем, что при разрешении споров, связанных с проникновением сотрудника полиции в жилое помещение без какого-либо предупреждения, гражданин не всегда и не в любых случаях имеет возможность фиксации событий и представления доказательств о данных обстоятельствах, в то время как должностное лицо правоохранительных органов такими возможностями располагает. Более того, на него возложена обязанность фиксации и надлежащего оформления документов о совершаемых им действиях.
В соответствии с положениями ч. 4 ст. 10 Федерального закона от 30.11.2011 N 342-ФЗ "О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" сотруднику органов внутренних дел выдаются служебное удостоверение и специальный жетон с личным номером. Образцы служебного удостоверения и специального жетона сотрудника органов внутренних дел и порядок их выдачи утверждаются федеральным органом исполнительной власти в сфере внутренних дел. Служебное удостоверение сотрудника органов внутренних дел является документом, подтверждающим личность сотрудника, его принадлежность к федеральному органу исполнительной власти в сфере внутренних дел, его территориальному органу или подразделению, должность и специальное звание сотрудника. Служебное удостоверение сотрудника органов внутренних дел подтверждает его право на ношение и хранение огнестрельного оружия и (или) специальных средств, иные права и полномочия, предоставленные сотруднику законодательством Российской Федерации.
Полиция осуществляет свою деятельность на основе соблюдения и уважения прав и свобод человека и гражданина (ч.1 ст. 5 Федерального закона от 07.02.2011 N 3-ФЗ "О полиции").
При обращении к гражданину сотрудник полиции, в том числе, называет свои должность, звание, фамилию, предъявляет по требованию гражданина служебное удостоверение, после чего сообщает причину и цель обращения (подп. 1 ч.4 ст. 5 ФЗ "О полиции").
Сотруднику полиции запрещается прибегать к пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению. Сотрудник полиции пресекает действия, которыми гражданину умышленно причиняются боль, физическое или нравственное страдание (ч.3 ст. 5 ФЗ "О полиции").
Как следует из ст. 15 ФЗ "О полиции" полиция защищает право каждого на неприкосновенность жилища (часть 1).
Сотрудники полиции не вправе проникать в жилые помещения помимо воли проживающих в них граждан иначе как в случаях и порядке, установленных федеральными конституционными законами, настоящим Федеральным законом и другими федеральными законами (часть 2).
Проникновение сотрудников полиции в жилые помещения, в иные помещения и на земельные участки, принадлежащие гражданам, в помещения, на земельные участки и территории, занимаемые организациями (за исключением помещений, земельных участков и территорий дипломатических представительств и консульских учреждений иностранных государств, представительств международных организаций), допускается в случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации, а также (часть 3):
1) для спасения жизни граждан и (или) их имущества, обеспечения безопасности граждан или общественной безопасности при массовых беспорядках и чрезвычайных ситуациях;
2) для задержания лиц, подозреваемых или обвиняемых в совершении преступления, а также лиц, застигнутых на месте совершения ими деяния, содержащего признаки преступления, и (или) скрывающихся с места совершения ими такого деяния, и (или) лиц, на которых потерпевшие или очевидцы указывают как на совершивших деяние, содержащее признаки преступления;
3) для пресечения преступления;
4) для установления обстоятельств несчастного случая.
Сотрудник полиции, осуществляющий проникновение в жилое помещение, обязан (часть 5):
1) перед тем как войти в жилое помещение, уведомить находящихся там граждан об основаниях вхождения, за исключением случаев, если промедление создает непосредственную угрозу жизни и здоровью граждан и сотрудников полиции или может повлечь иные тяжкие последствия;
2) при проникновении в жилое помещение помимо воли находящихся там граждан использовать безопасные способы и средства, с уважением относиться к чести, достоинству, жизни и здоровью граждан, не допускать без необходимости причинения ущерба их имуществу;
3) не разглашать ставшие известными ему в связи с проникновением в жилое помещение факты частной жизни находящихся там граждан;
4) сообщить непосредственному начальнику и в течение 24 часов представить рапорт о факте проникновения в жилое помещение.
Материалами дела установлено, что истец ФИО2 совместно со своим малолетним сыном ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения проживают в двухкомнатной квартире, расположенной по адресу: <адрес>. ФИО2 является единоличным собственником данного жилого помещения, что следует из свидетельства о государственной регистрации права от ДД.ММ.ГГГГ.
Ответчик ФИО4 является заместителем начальника ОУУП и ПДН отдела полиции № 6 УМВД РФ по городу Екатеринбургу.
ДД.ММ.ГГГГ (воскресение) в 17 часов 55 минут в отделе полиции № 6 УМВД РФ по городу Екатеринбургу в книгу учета заявлений (сообщений) о преступлениях под № ******, зарегистрировано сообщение ФИО7, о том, что ДД.ММ.ГГГГ около 12-00 часов из квартиры по адресу: <адрес> ушел ее несовершеннолетний сын ФИО13, ДД.ММ.ГГГГ рождения и его местонахождение не известно.
Как следует из доводов письменного отзыва Врио заместителя начальника ОП № 6 УМВД РФ по городу Екатеринбургу ФИО12, в связи с розыском ребенка для всего личного состава ОП № 6 был объявлен сигнал «Сбор» (прибытие к месту несения службы при чрезвычайной ситуации в срок, не превышающий 3 часов).
ДД.ММ.ГГГГ сотрудник отдела полиции № 6 ФИО4 находилась вне службы, у нее был выходной день. Между тем, оперативным дежурным ей была поставлена задача незамедлительно выдвинуться для отработки связей разыскиваемого ФИО13, проживающих в микрорайоне «ПСМ».
Как следует из пояснений истца ФИО2, и не оспаривалось самой ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ около 21 часа 30 минут ФИО4 не в форменном обмундировании, в отсутствие служебного удостоверения и вообще какого-либо документа, удостоверяющего ее личность, пришла в квартиру по адресу: <адрес>. Со слов ответчика, ей было известно, что по данному адресу проживает друг разыскиваемого ребенка – ФИО3. Дверь квартиры открыл ребенок ФИО3.
Из доводов искового заявления следует, что какого-либо разрешения войти в жилое помещение ФИО4 у законного представителя ребенка не спросила, не представилась, служебного удостоверения не предъявила, а сразу вместе с ребенком проследовала на кухню квартиры, где стала его допрашивать. При этом проход на кухню возможен только через комнату, где готовилась ко сну истец, находилась только в нижнем белье, также в комнате спал ФИО14, с которым истец совместно проживает. Поведение ответчика не соответствовало поведению сотрудника полиции. Истец полагала, что к ним пришла мать пропавшего ребенка с целью его розыска. Ответчик находилась в жилом помещении не менее одного часа, при том, что с 22 часов наступило ночное время, когда проведение каких-либо оперативных действий запрещено.
Возражая против доводов иска, ФИО4 указала, что после того, как Большедворой ФИО5 открыл ей дверь, в коридор квартиры вышла его мать ФИО2, которая стала провоцировать конфликтную ситуацию, умышленно затягивать время нахождения ответчика в квартире. При этом ФИО4, во время нахождения в квартире, сохраняла выдержку, контролировала свое эмоциональное состояние, вела себя вежливо и доброжелательно: представилась, назвала свои фамилию, имя и отчество, занимаемую должность, цель визита, пояснила, что пришла для опроса ребенка. Пояснила, что форма и служебное удостоверение находятся на работе, сообщила ФИО2 номер телефона дежурной части ОП № 6, по которому можно установить ее принадлежность к службе. С согласия матери несовершеннолетнего проследовала на кухню для опроса ребенка. В связи с тем, что квартира находилась в неудовлетворительном состоянии (длительное время не производился ремонт, мебель требует замены, необходима влажная уборка помещения), а кроме того в целях личной безопасности, обувь не снимала. Нецензурной бранью не выражалась, оскорблений в адрес ребенка не высказывала. Опрос ребенка производился около 10 минут. Ребенку и матери объяснение было зачитано вслух. Ребенок подписал объяснение в присутствии матери, мать от подписания объяснений отказалась.
Между тем, опрошенный по ходатайству истца в судебном заседании ФИО3 суду пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ вечером он готовился ко сну, когда в домофоне прозвенел звонок. Его мама сказала ему ответить, так как подумала, что это звонят его друзья. Он открыл дверь, в квартиру вошла женщина, которую он видел в первый раз, она не представилась, толкнула его и повела на кухню, сама включила на кухне свет, стала показывать ему фотографии и кричать, что якобы он закопал ФИО16 телефон в песок. Он испугался, поскольку женщина говорила на повышенных тонах. В квартире еще находилась его мама и мамин муж – Константин. Почти сразу же на кухню пришла мама, которая до этого находилась в своей комнате, попросила женщину выйти, чтобы она могла одеться. На кухню можно попасть только через комнату, где спала мама. Женщина пробыла в квартире около часа. Он плакал, т.к. она его обозвала и сильно кричала, в связи с чем он испугался. ДД.ММ.ГГГГ он был в школе, а мама на работе. Ему позвонила мама и сказала выйти, он отпросился и они вместе поехали в отдел полиции. В этом отделе полиции была женщина, которая приходила к ним в квартиру, обвинила его в том, что он украл телефон Николая. Затем ему в полиции сказали, что Коля погиб.
Допрошенный по ходатайству истца ФИО14 суду пояснил, что проживает совместно с ФИО2 в принадлежащей ей квартире по адресу: <адрес>, брак не зарегистрирован. ДД.ММ.ГГГГ являлось воскресением. Примерно в 21-30 часов в квартире раздался звонов в дверь, они с ФИО2 подумали, что это звонят друзья ФИО5, сказали ему ответить, что уже поздно и чтобы друзья приходили на следующий день. Миша открыл дверь и в квартиру ворвалась какая-то женщина, которая не представилась и, без разрешения, почти бегом, прошла с ФИО5 через комнату на кухню. ФИО2 встала, зашла на кухню и сказала женщине выйти, для того, чтобы они могли одеться. Женщина стала опрашивать ФИО5, говорить про друга ФИО5 – Николая. Только после того, как ФИО2 дозвонилась до отдела полиции, они узнали, что эта женщина является сотрудником полиции. Какой-либо конфликтной ситуации его супруга не провоцировала. Добровольно покидать квартиру женщина отказывалась, вела себя не корректно. После ее ухода ФИО5 ревел всю ночь, ФИО2 его успокаивала. ФИО2 алкоголь практически не употребляет, может выпить только по праздникам, ДД.ММ.ГГГГ алкоголь не употребляла.
Из прослушанной в судебном заседании записи телефонного звонка, совершенного ДД.ММ.ГГГГ истцом ФИО2 с ее сотового телефона в отдел полиции № 6 следует, что он совершен в 22:38 часов. Из текста разговора следует, что ФИО2 выясняет у сотрудника дежурной части кто приходил к ней в квартиру около получаса назад: сотрудник ли это полиции отдела № 6, поскольку у данной женщины не было ни удостоверения, ни паспорта; стала отбирать у ребенка объяснения. Оперативный дежурный пояснил, что действительно в квартиру истца приходил сотрудник отдела полиции № 6 в связи со срочными мероприятиями по розыску пропавшего ребенка.
С учетом вышеизложенного, суд приходит к выводу о том, что ФИО4 были нарушены требования ч. 4 ст. 10 ФЗ от 30.11.2011 N 342-ФЗ "О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", ст. ст. 5, 15 ФЗ "О полиции", а также требование ч.3 ст. 164 Уголовно процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку вне рамок возбужденного уголовного дела и в отсутствие оснований, предусмотренных ч.3 ст. 15 ФЗ "О полиции", она, явилась в жилое помещение истца, без удостоверения сотрудника полиции, в гражданской одежде, находилась в жилом помещении в ночное время, осуществляла опрос малолетнего ребенка в ночное время, при том, что Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации такого процессуального действия как опрос малолетнего ребенка не предусмотрено вообще; положениями ст. 191 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено такое процессуальное действие – как допрос несовершеннолетнего, при этом обязательно участие педагога или психолога. Наличие у ФИО4 педагогического образования какого-либо процессуального значения в заявленном случае не имеет, поскольку, как уже отмечено судом, УПК РФ не предусмотрено такого процессуального действия как опрос несовершеннолетнего.
При этом суд полагает необходимым отметить, что в рассматриваемой ситуации – отсутствия у ФИО4 удостоверения сотрудника полиции, форменного обмундирования – истец ФИО2 не могла и не должна была воспринимать ФИО4 как сотрудника полиции, а потому у ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ в принципе отсутствовали основания для применения положений ФЗ "О полиции", а потому ссылка представителей ответчиков на положения подп. 2 ч.2 ст. 27 ФЗ "О полиции" является необоснованной.
В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 данного кодекса.
В силу статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.
В соответствии со статьей 1101 данного кодекса размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2).
Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Для применения такой меры ответственности, как компенсация морального вреда, юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины.
С учетом положений Конституции Российской Федерации о праве каждого на возмещение государственного вреда, причиненного незаконными действиями органов государственной власти или их должностных лиц (статья 53), обеспечение потерпевшим доступа к правосудию, государственной защиты прав и свобод человека и гражданина (статья 45 часть 1, статья 46 Конституции Российской Федерации), положений статьи 13 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, ратифицированной Федеральным законом от 30 марта 1998 года N 54-ФЗ "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней", суд приходит к выводу, что вышеизложенными незаконными действиями ответчика ФИО4, совершенными ДД.ММ.ГГГГ, были нарушены личные неимущественные права как истца ФИО15, так и ее ребенка ФИО3, гарантированные, в том числе и главой 2 Конституции Российской Федерации: право на соблюдение федеральных законов государственными органами, право на достоинство, на неприкосновенность жилища и неприкосновенность частной жизни, и, как следствие, наличие оснований для денежной компенсации морального вреда в размере 15 000 руб. в пользу каждого.
Моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания. Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает характер причиненных нравственных страданий истцов, связанных с нарушением указанных выше прав истцов, а также степень вины причинителя вреда, требования разумности и справедливости. Кроме того, суд учитывает, что истец и ее сын ФИО3 в медицинские учреждения после совершенных ответчиком противоправных действий не обращались, соответственно факт ухудшения здоровья ФИО3 именно в результате незаконных действий ответчика ФИО4 не доказан.
В силу статьи 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.
В соответствии со статьей 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.
Согласно положениям ст. 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.
С учетом изложенного, установленный судом размер компенсации морального вреда подлежит взысканию с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации.
Оснований для признания действий ФИО4, совершенных ей ДД.ММ.ГГГГ незаконными, суд не усматривает, поскольку истцом не представлено доказательств их незаконности. Так, прослушанная в судебном заседании аудиозапись телефонного звонка ФИО4 в адрес ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ не свидетельствует о незаконном поведении ФИО4, поскольку, вызывая истца с ребенком в отдел полиции, последняя представилась, назвала основания для явки. При этом, полагая, что истец должна быть извещена заранее, ФИО2 имела возможность отказаться от явки, однако добровольно приняла решение явиться в отдел полиции. При допросе ФИО3 в отделе полиции № 6, присутствовал педагог-психолог.
Привлечение ФИО2 к административной ответственности по ч.1 ст. 5.35 КоАП РФ предметом настоящего иска не является.
В учетом изложенного, оснований для взыскания компенсации морального вреда за действия, совершенные ответчиком ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ, суд не усматривает.
В соответствии с ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесённые по делу судебные расходы.
Поскольку исковые требования истца о взыскании компенсации морального вреда удовлетворены, Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО2 также подлежит взысканию уплаченная при подаче иска государственная пошлина в размере 300 руб.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования удовлетворить частично.
Признать частично незаконными действия заместителя начальника ОУУП и ПДН УМВД по г. Екатеринбургу ФИО4.
Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 15 000 руб., а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 руб. В удовлетворении остальной части исковых требований – отказать.
Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО3 в лице законного представителя ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 15 000 руб. В удовлетворении остальной части исковых требований – отказать.
Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Свердловский областной суд путем подачи жалобы через Октябрьский районный суд г. Екатеринбурга в течение одного месяца со дня изготовления решения в мотивированном виде.
Судья Л.В. Лукичева