Решение по делу № 2-695/2025 от 29.05.2025 - о признании приказа о прекращении (расторжении) трудового договора незаконным, о восстановлении на работе, о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, о компенсации морального вреда.

УИД № 38RS0003-01-2025-000024-32

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Братск 16 мая 2025 года

Братский городской суд Иркутской области в составе:

председательствующей судьи Щербаковой А.В.,

при секретаре Епанешниковой М.Л.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-695/2025 по исковому заявлению ФИО1 к Муниципальному казенному учреждению «Центр комплексного обслуживания муниципальных учреждений» муниципального образования <адрес> о признании приказа о прекращении (расторжении) трудового договора незаконным, о восстановлении на работе, о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец - ФИО1 обратился в суд с иском к ответчику - Муниципальному казенному учреждению «Центр комплексного обслуживания муниципальных учреждений» муниципального образования города Братска (далее по тексту – МКУ «ЦКО»), в котором просит признать незаконным приказ № 796/л от 02.12.2024 о прекращении (расторжении) трудового договора № 88 от 30.09.2022 с ФИО1 по п. 8 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ; восстановить ФИО1 на работе в МКУ «ЦКО» в должности рабочего по комплексному обслуживанию и ремонту зданий технического отдела; взыскать с ответчика в пользу ФИО1 средний заработок за время вынужденного прогула за период с 03.12.2024 по день вынесения решения суда с учетом среднедневного заработка в размере 1 827,99 руб. в день; компенсацию морального вреда в размере 20 000 руб.

В обоснование исковых требований истец указал, что 30.09.2022 между ним и ответчиком был заключен трудовой договор № 88, в соответствии с которым он был принят на работу, являющуюся его основным местом работы, на должность плотника на неопределенный срок. 01.12.2022 между истцом и ответчиком было заключено дополнительное соглашение к трудовому договору № 88, в соответствии с которым истец был переведен на должность рабочего по комплексному обслуживанию и ремонту зданий. Причиной изменения условий трудового договора явилось установление истцу второй группы инвалидности. В марте 2024 года истцу была установлена 1 группа инвалидности и 3 степень способности к трудовой деятельности. При этом, истец продолжал исполнять свои обязанности по трудовому договору в полном объеме, никаких трудностей при исполнении обязанностей не испытывал. Свою работу истец непосредственно осуществлял в художественно-выставочном зале, который является закрытым отапливаемым помещением. В его обязанности входили работы связанные с подготовкой экспонатов для выставок, развешивание рекламных баннеров, мелкий ремонт столярных изделий, обрамление картин в рамы и багеты, размещение выставочных экспонатов в выставочных залах. При этом, все свои должностные обязанности истец выполнял, работая в положениях стоя, сидя, имели место наклоны корпуса и перемещения по выставочному залу. Его работа соответствовала легкому физическому труду, в отсутствие нервно-психической нагрузки, и требовала умеренного умственного напряжения. Также истцу была установлена сокращенная 35 часовая трудовая неделя. Никаких нареканий со стороны ответчика к выполняемой истцом работе не было. 02.12.2024 ответчик ознакомил истца с уведомлением о расторжении трудового договора в связи с отсутствием у работодателя работы не противопоказанной работнику по состоянию здоровья, сославшись на то, что в ИПРА № 272.32.38/2024 от 25.03.2024 истцу установлена 1 группа инвалидности и 3-я степень способности к трудовой деятельности – трудовая деятельность возможна при значительной помощи других лиц. При этом, указав, что ограничение способности к трудовой деятельности 3-й степени подразумевает неспособность к любому труду или его невозможность (противопоказанность). А специфика работы в должности рабочего по комплексному обслуживанию и ремонту зданий не соответствует условиям, необходимым по медицинскому заключению. После получения вышеуказанного уведомления, истцом было написано заявление о том, что он отказывается от исполнения индивидуальной программы реабилитации и абилитации инвалида в части трудовой деятельности при значительной помощи других лиц. Однако, в соответствии с приказом № 796/л от 02.12.2024 ответчик прекратил трудовой договор с истцом в соответствии с п. 8 ч.1 ст. 77 ТК РФ. Истец считает, что его увольнение носит незаконный характер, а действия ответчика нарушают его законные права и интересы. На момент увольнения, в соответствии с индивидуальной программой реабилитации инвалида, истец не был признан полностью неспособным к трудовой деятельности, а в качестве противопоказанных видов трудовой деятельности, указаны виды трудовой и профессиональной деятельности, которые в условиях интенсивной физической нагрузки и эмоционального напряжения, наличия неблагоприятных макро и микроклиматических условий (в том числе, наличия тепловых и электромагнитных излучений, ионизирующих и не ионизирующих источников излучения, ультрафиолетовой радиации, повышенной инсоляции) могут привести к угрозе жизни и/или потери здоровья инвалида и/или людей. Индивидуальная программа реабилитации инвалида, выданная истцу, не содержит выводов о его полной нетрудоспособности и профессиональной непригодности занимаемой должности, так как в ней указаны лишь противопоказания к работе при определенных условиях. Таким образом, исходя из вышеизложенного следует, что индивидуальная программа реабилитации инвалида, выданная истцу по результатам проведения медико-социальной экспертизы, не является тем медицинским заключением, которое позволяло ответчику уволить истца по п.8 ч.1 ст. 77 ТК РФ и, следовательно, в отсутствии медицинского заключения о профессиональной непригодности истца, к выполнению порученной ему работы, выданного по результатам экспертизы профессиональной пригодности, увольнение истца является не законным. Незаконные действия ответчика лишили истца работы и заработка. Также незаконными действиями ответчика истцу нанесен моральные вред, выражающийся в моральных переживаниях, которые связаны с чувствами беспокойства и несправедливости, беззаконностью действий ответчика, лишением ответчика заработка, которому как инвалиду очень трудно найти подходящую работу, необходимостью самостоятельно искать пути решения сложившейся ситуации, обращаться за помощью к специалистам, тратить свое время, нести дополнительные финансовые затраты. Причиненный моральный вред истец оценивает в размере 20 000 руб.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал по доводам, изложенным в исковом заявлении, просит исковые требования удовлетворить в полном объеме. По обстоятельствам дела дополнительно суду пояснил, что 35-ти часовая неделя ему была установлена в связи с наличием у него инвалидности 1 группы, однако в рабочее время он выполнял свои обычные трудовые обязанности. Перед его увольнением ответчик не организовывал в отношении него медицинскую комиссию с целью выявления его профессиональной пригодности. Все выплаты при увольнении ему произведены в полном объеме.

В судебном заседании представитель истца – ФИО2, действующий на основании письменного заявления истца о допуске его представителя к участию в производстве по делу, исковые требования ФИО1 поддержал по доводам, изложенным в исковом заявлении, просит исковые требования удовлетворить в полном объеме.

В судебном заседании представитель ответчика - ФИО3, действующая на основании Устава МКУ «ЦКО» по должности, с исковыми требованиями ФИО1 не согласилась, считает увольнение ФИО1 правомерным, поддержала доводы письменных возражений на исковое заявление, согласно которым МКУ «ЦКО» занимается обслуживанием учреждений культуры, подведомственных Департаменту культуры администрации города Братска. В сферу деятельности МКУ «ЦКО» не входит реабилитация инвалидов. Обслуживание учреждений включает в себя предоставление услуг дворников, уборщиков служебных помещений, гардеробщиков, слесарей — сантехников, электромонтеров по ремонту и обслуживанию электрооборудования, рабочих по уходу за животными, операторов систем видеонаблюдения и средств технического контроля, сторожей, плотников, рабочих по комплексному обслуживанию и ремонту зданий, столяров, вахтеров, переплетчиков и пр. Учреждения культуры находятся в разных частях города. Между учреждениями культуры, подведомственными Департаменту культуры администрации города Братска и МКУ «ЦКО» каждый год заключаются договоры оказания услуг технического и хозяйственного обслуживания. С 2023 года договора с учреждениями считаются пролонгированными на следующий календарный год, если ни одна из сторон не уведомила об изменении условий договора. В рамках этих договоров исполнитель оказывает следующие услуги: уборка прилегающей территории; уборка служебных помещений; дежурство сторожей, вахтеров, операторов систем видеонаблюдения и средств технического контроля; уход за животными (медведь в АЭМ «Ангарская деревня им. О.Леонова»); комплексное обслуживание и ремонт зданий; плотницкие и столярные работы; услуги гардеробщиков; услуги электромонтеров, слесарей-сантехников. Вышеперечисленные услуги оказываются по месту нахождения заказчиков, а именно: <адрес>, ж.<адрес>, ж.<адрес>, ж.<адрес>, ж.<адрес>, АЭМ «Ангарская деревня им. О. Леонова», ж.<адрес>, ж.<адрес>, ж.<адрес>. Рабочие места сотрудников МКУ «ЦКО» не закреплены за конкретным учреждением культуры. Сотрудники МКУ «ЦКО» не закреплены за каким-либо одним рабочим местом и могут быть направлены в любое учреждение для выполнения работ в рамках должностных обязанностей, предусмотренных по должности, на которую принят сотрудник. Согласно СОУТ условия труда в МКУ «ЦКО» признаны как допустимые (2 класс). Отсутствуют вредные и опасные условия труда, отсутствует необходимость проведения периодических медицинских осмотров. Периодические медицинские осмотры сотрудников МКУ «ЦКО» по инициативе работодателя проводились в 2021 году. Истец впервые в МКУ «ЦКО» устроился на работу 02.08.2018 на должность рабочего по комплексному обслуживанию и ремонту зданий. 04.08.2022 истец написал заявление о предоставлении ему отпуска с последующим увольнением. Истец был уволен по собственному желанию 31.08.2022. Истец уволился для индексации пенсии неработающим пенсионерам. Впоследствии бессрочный трудовой договор № 88 от 30.09.2022 был заключен с ФИО1 на основании его личного заявления от 29.09.2022. Дата начала работы 01.10.2022. Приказ о приеме на работу № 459/л от 01.10.2022 года. По трудовому договору ФИО1 поручалось выполнение обязанностей по должности (профессии) плотника. Работнику устанавливается пятидневная рабочая неделя с двумя выходными днями, 40 часов в неделю. 01.11.2022 ФИО1 направил заявление о том, что ему установлена II группа инвалидности и просил учитывать в работе индивидуальную программу реабилитации или абилитации инвалида (далее ИПРА) № 238.32.38/2022 (2) от 16.11.2022. Согласно ИПРА, работнику установлена вторая степень ограничения способности к трудовой деятельности (ИПРА № 238.32.38/2022 (2) от 16.11.2022 года, стр. 3, п. 21). В справке серии МСЭ-2021 № 1529143 от 16.11.2022 истцу группа инвалидности установлена повторно. Заявление от истца принято в работу 01.12.2022, по личному заявлению работник с 01.12.2022 был переведен на более легкий труд с должности плотника на должность рабочего по комплексному обслуживанию и ремонту зданий. При этом, ФИО1 была установлена пятидневная рабочая неделя с двумя выходными днями, 35 часов в неделю, в оптимальных, допустимых условиях труда. Согласно ИПРА № 238.32.38/2022 (2) от 16.11.2022 года, в дополнительном соглашении № 1 от 01.12.2022 к трудовому договору № 88 работнику были установлены дополнительные перерывы в 10 минут каждый час работы. Истец работал в должности рабочего по комплексному обслуживанию и ремонту зданий и осуществлял свои трудовые функции не только в художественно — выставочном зале МБУК «Братский юродской объединённый музей истории освоения Ангары» (<адрес>, ж.<адрес>), но так же направлялся в Дом - музей политссылки (<адрес>, ж.<адрес>), Архитектурно- этнографический музей «Ангарская деревня». В обязанности истца входили работы связанные с подготовкой экспонатов для выставок, развешиванием рекламных баннеров, мелкий ремонт столярных изделий, обрамление картин в рамы багеты, размещение выставочных экспонатов по залу. Все свои обязанности истец выполнял, работая в положениях стоя, сидя, имели место наклоны корпуса и перемещения по выставочному залу. Его работа соответствовала легкому физическому труду, в отсутствие нервно — психической нагрузки, и требовала умеренного умственного напряжения. Вместе с тем, в обязанности истца так же входили уборка прилегающей территории, в том числе, от снега, разгрузка и погрузка выставочных экспонатов и фондов музея в транспорт (коробки с экспонатами достигали 50 кг.). При подготовке выставок от работника требовалась длительная работа в положении стоя, удерживание экспонатов на вытянутых руках (развешивание экспонатов по залу), при этом некоторые экспонаты были весьма тяжелыми. Указанные работы не соответствуют легкому физическому труду. В период с 01.01.2024 года по 01.11.2024 года ФИО1 ежемесячно находился на листке нетрудоспособности и исчерпал 150 дней. 06.11.2024 от Территориального органа Фонда пенсионного и социального страхования РФ ответчиком получено Извещение № 4441 о предоставлении недостающих сведений и документов в отношении ФИО1, необходимых для назначения и выплаты ему пособия по нетрудоспособности, в том числе, было необходимо представить справку об установлении работнику ФИО1 группы инвалидности. 06.11.2024 ФИО1 предоставил ответчику справку серии МСЭ - 2022 № 1151802 от 25.03.2024 и ИПРА № 272.32.38/2024 от 25.03.2024, согласно которым ФИО1 была установлена I группа инвалидности и третья степень ограничения способности к трудовой деятельности. Несмотря на указанное обстоятельство, работник ранее не уведомил ответчика об изменении группы инвалидности и степени способности к трудовой деятельности. Согласно ИПРА № 272.32.38/2024 от 25.03.2024, ФИО1 установлены: рекомендуемые условия труда; противопоказаны виды трудовой и профессиональной деятельности, которые в условиях интенсивной физической нагрузки и эмоционального напряжения, наличие неблагоприятных макро — и микроклиматических излучений (в том числе, наличие тепловых и электромагнитных излучений, ионизирующих и не ионизирующих источников излучения, ультрафиолетовой радиации, повышенной инсоляции), могут привести к угрозе жизни и/или потере здоровья инвалида и/или людей; трудовая деятельность возможна при значительной помощи других лиц. Сам по себе факт присвоения гражданину 1 группы инвалидности с установлением 3 степени ограничения к трудовой деятельности не свидетельствует о том, что данное лицо является полностью нетрудоспособным. Вместе с тем, трудовая и профессиональная деятельность работников МКУ «ЦКО» проходит в условиях интенсивной физической нагрузки. Динамические и статические нагрузки при подъеме и перемещение тяжестей, удержание тяжестей, работа в неудобных позах, эмоциональное напряжение, неблагоприятные макро- и микроклиматические условия. Все это не соответствует индивидуальной программе реабилитации или абилитаций инвалида № 272.32.38/2024 от 25.03.2024. По состоянию на 02.12.2024 в МКУ «ЦКО» отсутствовали вакансии, подходящие ФИО1 в соответствии с его медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами. ФИО1 был письменно уведомлен об отсутствии вакансий, подходящих ему по его медицинскому заключению 02.12.2024. При ознакомлении ФИО1 с уведомлением о расторжении трудового договора, ему разъяснялось, что увольнение по п. 8 ч. 1 ст. 77 ТК РФ связано с тем, что у работодателя отсутствует работа, не противопоказанная истцу по его медицинским показаниям. После подписания уведомления о расторжении трудового договора в связи с тем, что у работодателя отсутствуют подходящие вакансии, ФИО1 написал заявление об отказе исполнения ИПРА № 272.32.38/2024 от 25.03.2024 г. в части третьей степени ограничения способности к трудовой деятельности. Вышеуказанное заявление не принято ответчиком в работу, в связи с тем, что у работодателя отсутствует работа, не противопоказанная ФИО1 именно по медицинским показателям, указанным в ИПРА № 272.32.38/2024 от 25.03.2024 г. — работнику противопоказаны виды трудовой деятельности, которые в условиях интенсивной физической нагрузки и эмоционального напряжения, наличия неблагоприятных макро — и микроклиматических условий могут привести к угрозе жизни и/или потере здоровья инвалида. А так же в МКУ «ЦКО» отсутствует возможность обеспечение ФИО1 значительной помощью третьих лиц для работы. С учетом данных обстоятельств трудовой договор с ФИО1 был расторгнут 02.12.2024 в соответствии п. 8 ч. 1 ст. 77 ТК РФ - в связи с отсутствием у работодателя работы, необходимой ему в соответствии с медицинским заключением. Приказ о расторжении трудового договора № 796/л от 02.12.2024. При увольнении ФИО1 было выплачено выходное пособие в размере двухнедельного среднего заработка. Так же при расторжении трудового договора был произведен полный расчет с ФИО1 Кроме того, по обстоятельствам дела представитель ответчика ФИО3 дополнительно суду пояснила, что про 2 группу инвалидности истца работодатель знал в связи с указанием истца на ИПРА, в которой ограничений по трудовым функциям для 2 группы инвалидности не было. Было только условие сократить трудовую рабочую неделю, ввести дополнительные перерывы, что и было сделано работодателем для работника ФИО1, в том числе, его перевели на более легкую должность. Однако после того, как истцу установили 1 группу инвалидности, у работодателя отсутствовали должности, подходящие истцу под его группу инвалидности. С марта по декабрь 2024 года истец работал на несоответствующей его группе инвалидности должности. При этом, при выполнении им его трудовых обязанностей ему была необходима посторонняя помощь. Порядок увольнения истца был соблюден. О расторжении договора истца уведомили, с приказом об увольнении ознакомили, выходные пособия выплатили, трудовую книжку выдали в день увольнения. До 2022 года работодатель направлял своих сотрудников на медкомиссии. После 2022 года необходимости в этом не было. В отношении истца перед его увольнением также не проводилась медицинская комиссия, так как в его трудовой функции отсутствовали вредные факторы. На экспертизу профессиональной пригодности работодатель истца также не направлял, поскольку его индивидуальная программа реабилитации и справка об инвалидности были достаточным основание для принятия решения работодателем об увольнении истца.

В судебном заседании представитель ответчика - ФИО4, действующая на основании доверенности, с исковыми требованиями ФИО1 не согласилась, просит в удовлетворении исковых требований отказать, по обстоятельствам дела суду пояснила, что согласно индивидуальной программой реабилитации или абилитации, истец имеет 1 группу инвалидности и 3-ю степень ограничения способности к трудовой деятельности. На момент увольнения и в настоящее время у ответчика отсутствуют вакансии, которые соответствовали бы ограничениям по здоровью, указанным в ИПРА истца. Трудовой договор с истцом был расторгнут именно в связи с невозможностью ответчика предоставить истцу более легкий труд из-за имеющихся у истца медицинских ограничений по труду, указанных в его ИПРА.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО7 суду показала, что работает в художественном выставочном зале. Истец являлся работником организации, которая обслуживает художественный выставочный зал на основании договора на техническое обслуживание с 2020 года. С указанного времени она знакома с истцом. Место работы истца в художественном выставочном зале. Когда меняются выставки, необходимо менять витрины, стеллажи, производить мелкий ремонт. Кроме того, необходимо производить уборку снега в зимнее время. Все эти функции должен был выполнять ФИО1, однако он один менять витрины физически не мог, поэтому просил помощи у других работников. Когда истец ушел на больничный, за него работал другой рабочий, который справлялся с нагрузкой самостоятельно.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО8 суду показала, что является заведующим художественного выставочного зала. Истца знает с 2018 года как рабочего, прикрепленного к художественному выставочному залу на основании договора технического обслуживания. ФИО1 занимался мелким ремонтом, переоформлением выставок. Выполнял физический труд. В работе истцу всегда оказывали помощь другие сотрудники, поскольку истец самостоятельно физически не мог справиться с обязанностями. Помощь истцу другие сотрудники оказывали добровольно. После увольнения истца его трудовые функции исполняет другой рабочий, который самостоятельно без помощи других справляется со своими должностными обязанностями.

Изучив предмет, основание и доводы иска, возражений на иск, выслушав стороны, исследовав письменные материалы дела, допросив свидетелей, оценив исследованные в судебном заседании доказательства каждое в отдельности с точки зрения их относимости, допустимости, достоверности, а в их совокупности достаточности для разрешения данного гражданского дела по существу, принимая во внимание заключение старшего помощника прокурора г. Братска - Чагочкина Е.Н., полагавшего исковые требования обоснованными и подлежащими удовлетворению, суд приходит к следующим выводам.

Конституция Российской Федерации провозглашает Россию социальным государством, в котором охраняются труд и здоровье людей, обеспечивается государственная поддержка инвалидов и пожилых людей, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты (статья 7), закрепляет право каждого на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (статья 37, часть 3), право на охрану здоровья и медицинскую помощь (статья 41). Данные конституционные положения конкретизируются в федеральных законах, в том числе в Трудовом кодексе Российской Федерации.

В числе основных принципов правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений согласно статье 2 Трудового кодекса Российской Федерации - свобода труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается, право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию; равенство прав и возможностей работников; обязанность сторон трудового договора соблюдать условия заключенного договора, включая право работодателя требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей и бережного отношения к имуществу работодателя и право работников требовать от работодателя соблюдения его обязанностей по отношению к работникам, трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

В силу абз. 2 ч.1 ст. 21 ТК РФ, работник имеет право на заключение, изменение и расторжение трудового договора в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Согласно абз.2 ч.2 ст. 22 ТК РФ, работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров.

В соответствии со статьей 72 Трудового кодекса Российской Федерации изменение определенных сторонами условий трудового договора, в том числе перевод на другую работу, допускается только по соглашению сторон трудового договора, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Соглашение об изменении определенных сторонами условий трудового договора заключается в письменной форме.

Одним из случаев изменения определенных сторонами условий трудового договора является перевод работника на другую работу в соответствии с медицинским заключением (статья 73 Трудового кодекса Российской Федерации).

Так, в соответствии с ч. 1 ст. 73 ТК РФ, работника, нуждающегося в переводе на другую работу в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, с его письменного согласия работодатель обязан перевести на другую имеющуюся у работодателя работу, не противопоказанную работнику по состоянию здоровья.

Если работник, нуждающийся в соответствии с медицинским заключением во временном переводе на другую работу на срок до четырех месяцев, отказывается от перевода либо соответствующая работа у работодателя отсутствует, то работодатель обязан на весь указанный в медицинском заключении срок отстранить работника от работы с сохранением места работы (должности). В период отстранения от работы заработная плата работнику не начисляется, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, иными федеральными законами, коллективным договором, соглашениями, трудовым договором (ч. 2 ст. 73 ТК РФ).

Если в соответствии с медицинским заключением работник нуждается во временном переводе на другую работу на срок более четырех месяцев или в постоянном переводе, то при его отказе от перевода либо отсутствии у работодателя соответствующей работы трудовой договор прекращается в соответствии с пунктом 8 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (ч. 3 ст. 73 ТК РФ).

Абзац 5 ч. 1 ст. 76 ТК РФ устанавливает обязанность работодателя отстранить от работы работника при выявлении в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, противопоказаний для выполнения работником работы, обусловленной трудовым договором.

Пункт 8 части 1 статьи 77 ТК РФ предусматривает возможность прекращения трудового договора в случае отказа работника от перевода на другую работу, необходимого ему в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, либо отсутствия у работодателя соответствующей работы (части 3 и 4 статьи 73 названного Кодекса).

Судом из материалов гражданского дела установлено, что с 01.10.2022 ФИО1 был принят на работу в МКУ «ЦКО» на должность плотника в технический отдел на неопределенный срок по основному месту работы, что подтверждается заявлением ФИО1 о приеме его на работу от 29.09.2022, приказом директора МКУ «ЦКО» о приеме на работу № 459/л от 30.09.2022, трудовым договором № 88 от 30.09.2022, личной карточкой работника.

Согласно справке серии МСЭ-2021 № 1529143 от 28.10.2022, ФИО1 была установлена вторая группа инвалидности по общему заболеванию бессрочно.

Согласно заявлению ФИО1 от 23.11.2022, истец сообщил рабтодателю об установлении ему инвалидности 2 группы и направил в адрес работодателя справку и копию ИПРА инвалида для учета в работе с 01.11.2022.

Согласно индивидуальной программе реабилитации или абилитации инвалида (далее по тексту - ИПРА)№ 238.32.38/2022 (2) к протоколу проведения медико-социальной экспертизы гражданина № 1746.32.38/2022 от 16.11.2022, ФИО1 рекомендованы условия труда: нуждаемость в дополнительных перерывах; доступны виды трудовой деятельности в оптимальных, допустимых условиях труда.

01.12.2022 ФИО1 обратился к работодателю с заявлением о переводе его с должности плотники на должность рабочего по комплексному обслуживанию и ремонту зданий с 01.12.2022.

Приказом МКУ «ЦКО» № 543/л от 05.12.2022, дополнительным соглашением № 1 от 01.12.2022 к трудовому договору № 88 от 30.09.2022, ФИО1 с 01.12.2022 был переведен с должности плотника/технический отдел на должность рабочего по комплексному обслуживанию и ремонту зданий/технический отдел на неопределенный срок, по основному месту работы.

В соответствии со справкой серии МСЭ-2022 № 1151802 от 21.03.2024, ФИО1 с 21.03.2024 была установлена первая группа инвалидности по общему заболеванию бессрочно.

Согласно ИПРА инвалида № 272.32.38/2024 к протоколу проведения медико-социальной экспертизы № 342.32.38/2024 от 25.03.2024, ФИО1 установлена третья степень ограничения способности к трудовой деятельности. Рекомендованы виды трудовой и профессиональной деятельности, которые в условиях интенсивной физической нагрузки и эмоционального напряжения, наличия неблагоприятны макро-и микроклиматических условий (в том числе, наличия тепловых и электромагнитных излучений, ионизирующих источников излучения, ультрафиолетовой радиации, повышенной инсоляции), могут привести к грозе жизни и/или потери здоровья инвалида и/или людей. Также указано, что трудовая деятельность ФИО1 возможна при значительной помощи других людей.

Уведомлением от 02.12.2024 МКУ «ЦКО» уведомило ФИО1 о том, что специфика работы в должности рабочего по комплексному обслуживанию и ремонту зданий не соответствует условиям, необходимым работнику по медицинскому заключению. Работодатель уведомил работника, что по состоянию на 02.12.2024 в МКУ «ЦКО» отсутствуют вакансии, подходящие ему в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами. Согласно п.8 ч.1 ст. 77 ТК РФ трудовой договор с ФИО1 будет расторгнут с 02.12.2024 в связи с отсутствием у работодателя работы, необходимой ему в соответствии с медицинским заключением.

С указанным уведомлением ФИО1 был ознакомлен 02.12.2024, что подтверждается его подписью и им не оспаривается.

02.12.2024 ФИО1 подал работодателю заявление, в котором уведомил работодателя о частичном отказе от исполнения ИПРА инвалида № 272.32.38/2024 к протоколу проверки МСЭ № 342.32.38/2024 от 25.03.2024, а именно: от трудовой деятельности при значительной помощи других лиц. Настоящее заявление получено работодателем 02.12.2024.

Согласно приказу директора МКУ «ЦКО» о прекращении трудового договора с работником (увольнении) № 796/л от 02.12.2024, ФИО1 - рабочий по комплексному обслуживанию и ремонту зданий, был уволен из МКУ «ЦКО» по п. 8 ч.1 ст. 77 ТК РФ. В качестве основания указано: индивидуальная программа реабилитации или абилитации инвалида, выдаваемая Федеральными учреждениями медико-социальной экспертизы № 342.32.38/2024 от 25.03.2024.

С приказом о прекращении трудового договора ФИО1 ознакомлен 02.12.2024, что подтверждается его подписью.

Указанные обстоятельства не являются предметом спора, подтверждаются письменными материалами дела и сторонами не оспариваются.

Таким образом, суд приходит к выводу, что с 01.12.2022 истец ФИО1 работал у ответчика МКУ «ЦКО» в должности рабочего по комплексному обслуживанию и ремонту зданий. В марте 2024 года истцу была установлена 1 группа инвалидности, выдана ИПРА инвалида № 272.32.38./2025 от 25.03.2024, в соответствии с которой ФИО1 установлена третья степень ограничения способности к трудовой деятельности, рекомендованы виды трудовой и профессиональной деятельности, которые в условиях интенсивной физической нагрузки и эмоционального напряжения, наличия неблагоприятны макро-и микроклиматических условий (в том числе, наличия тепловых и электромагнитных излучений, ионизирующих источников излучения, ультрафиолетовой радиации, повышенной инсоляции), могут привести к грозе жизни и/или потери здоровья инвалида и/или людей, при этом, трудовая деятельность ФИО1 возможна при значительной помощи других людей. При этом, ФИО1 уведомил работодателя об изменении группы инвалидности и степени способности к трудовой деятельности лишь 06.11.2024, предоставив по запросу работодателя справку серии МСЭ-2022 № 1151802 от 25.03.2024 и ИПРА. В связи с наличием у ФИО1 1 группы инвалидности и третьей степени ограничения способности к трудовой деятельности, работодатель МКУ «ЦКО» 02.12.2024, уведомив об отсутствии работы не противопоказанной ему по состоянию здоровья, расторг с истцом трудовой договор на основании п. 8 ч.1 ст. 77 ТК РФ.

При этом, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, возможность прекращения трудового договора в случае отказа работника от постоянного или временного (на срок более четырех месяцев) перевода на другую работу, необходимого ему в соответствии с медицинским заключением, либо отсутствия у работодателя соответствующей работы направлена на охрану здоровья работника. Необходимость перевода работника на другую работу должна быть установлена специализированным органом и зафиксирована в медицинском заключении, выданном в порядке, установленном федеральным законом и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, что предполагает использование объективных критериев при установлении указанного факта и исключает произвольное применение данного основания прекращения трудового договора (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 23 сентября 2010 г. N 1090-О-О и 1114-О-О, от 14 июля 2011 г. N 887-О-О, от 24 декабря 2012 г. N 2301-О).

Отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, регулирует Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее - Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Согласно п. 10 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», медицинская деятельность - это профессиональная деятельность по оказанию медицинской помощи, проведению медицинских экспертиз, медицинских осмотров и медицинских освидетельствований, санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий и профессиональная деятельность, связанная с трансплантацией (пересадкой) органов и (или) тканей, обращением донорской крови и (или) ее компонентов в медицинских целях.

В соответствии с ч. 1 ст. 58 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», медицинской экспертизой является проводимое в установленном порядке исследование, направленное на установление состояния здоровья гражданина, в целях определения его способности осуществлять трудовую или иную деятельность, а также установления причинно-следственной связи между воздействием каких-либо событий, факторов и состоянием здоровья гражданина.

Согласно п. 5 ч. 2 ст. 58 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», в числе таких экспертиз, проводимых в Российской Федерации, - экспертиза профессиональной пригодности и экспертиза связи заболевания с профессией.

Согласно ст. 63 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», экспертиза профессиональной пригодности проводится в целях определения соответствия состояния здоровья работника возможности выполнения им отдельных видов работ (ч. 1). Экспертиза профессиональной пригодности проводится врачебной комиссией медицинской организации с привлечением врачей-специалистов по результатам предварительных медицинских осмотров и периодических медицинских осмотров. По результатам экспертизы профессиональной пригодности врачебная комиссия выносит медицинское заключение о пригодности или непригодности работника к выполнению отдельных видов работ (ч. 2 ). Порядок проведения экспертизы профессиональной пригодности, форма медицинского заключения о пригодности или непригодности к выполнению отдельных видов работ устанавливаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (ч. 3).

Приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 5 мая 2016 г. № 282н утверждены Порядок проведения экспертизы профессиональной пригодности и форма медицинского заключения о пригодности или непригодности к выполнению отдельных видов работ (далее - Порядок проведения экспертизы профессиональной пригодности).

Согласно п. 2 Порядка проведения экспертизы профессиональной пригодности, экспертиза профессиональной пригодности проводится по результатам предварительных медицинских осмотров и периодических медицинских осмотров в отношении работников, у которых при проведении обязательного медицинского осмотра выявлены медицинские противопоказания к осуществлению отдельных видов работ.

Согласно п. 3 Порядка проведения экспертизы профессиональной пригодности, экспертиза профессиональной пригодности проводится в медицинской организации или структурном подразделении медицинской организации либо иной организации независимо от организационно-правовой формы, имеющей лицензию на осуществление медицинской деятельности по экспертизе профессиональной пригодности.

В силу п. 4 Порядка проведения экспертизы профессиональной пригодности, для проведения экспертизы профессиональной пригодности в медицинской организации формируется постоянно действующая врачебная комиссия.

В п. 8 Порядка проведения экспертизы профессиональной пригодности указано, что врачебная комиссия медицинской организации на основании результатов обязательного медицинского осмотра выносит одно из следующих решений: о признании работника пригодным по состоянию здоровья к выполнению отдельных видов работ; о признании работника временно непригодным по состоянию здоровья к выполнению отдельных видов работ; о признании работника постоянно непригодным по состоянию здоровья к выполнению отдельных видов работ.

В случае вынесения решения о временной непригодности по состоянию здоровья к выполнению отдельных видов работ указывается обоснование данного решения и сроки временной непригодности с рекомендациями о проведении дополнительных исследований (лабораторных, инструментальных исследований) и (или) соответствующего лечения.

Согласно п. 9 Порядка проведения экспертизы профессиональной пригодности, решение врачебной комиссии оформляется в виде протокола.

Согласно п. 12 Порядка проведения экспертизы профессиональной пригодности, на основании протокола врачебной комиссии уполномоченный руководителем медицинской организации медицинский работник оформляет медицинское заключение о пригодности или непригодности к выполнению отдельных видов работ по форме, предусмотренной приложением N 2 к приказу Министерства здравоохранения Российской Федерации от 5 мая 2016 г. N 282н.

Таким образом, из приведенных нормативных положений Трудового кодекса Российской Федерации об обстоятельствах, являющихся основанием для прекращения трудового договора с работником по пункту 8 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации, в их взаимосвязи с нормативными предписаниями законодательства в сфере охраны здоровья граждан, позицией Конституционного Суда Российской Федерации следует, что в целях соблюдения гарантий по обеспечению прав работника на труд и охрану здоровья с письменного согласия работника, нуждающегося в переводе на другую работу в соответствии с медицинским заключением, работодатель обязан перевести его на другую имеющуюся у него работу, не противопоказанную работнику по состоянию здоровья. Такой перевод может быть временным или постоянным. В случае, когда работник, нуждающийся в соответствии с медицинским заключением во временном переводе на другую работу на срок до четырех месяцев, отказывается от перевода либо соответствующая работа у работодателя отсутствует, работодатель обязан отстранить такого работника от работы с сохранением места работы на весь срок, указанный в медицинском заключении. Если в соответствии с медицинским заключением работник нуждается во временном переводе на другую работу на срок более четырех месяцев или в постоянном переводе, то при его отказе от перевода либо отсутствии у работодателя соответствующей работы трудовой договор с работником прекращается по пункту 8 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации.

При этом главным значением в данных обстоятельствах является то, что невозможность выполнения работником трудовой функции по занимаемой им должности и необходимость перевода такого работника по состоянию здоровья на другую работу должны быть установлены специализированной медицинской организацией и зафиксированы в медицинском заключении о соответствии состояния здоровья работника возможности выполнять им отдельные виды работ (профессиональной пригодности работника), выданном в установленном порядке, то есть специализированной медицинской организацией по результатам экспертизы профессиональной пригодности. Такая экспертиза проводится для определения пригодности или непригодности работника к выполнению им отдельных видов работ в соответствии с предписаниями приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от 5 мая 2016 г. N 282н.

Из изложенного выше следует что, основанием для увольнения работника по пункту 8 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации может являться только медицинское заключение о непригодности работника к выполнению отдельных видов работ, выданное специализированной медицинской организацией по результатам экспертизы профессиональной пригодности.

Вместе с тем, доказательств, подтверждающих инициацию работодателем МКУ «ЦКО» проведения экспертизы профессиональной пригодности, наличие медицинского заключения врачебной комиссии о пригодности или непригодности ФИО1 к выполнению им отдельных видов работ, ответчиком не представлено и на такие обстоятельства ответчик не ссылался.

Как следует из объяснений стороны ответчика и подтверждается приказом о прекращении трудового договора, основанием для увольнения ФИО1 по п.8 ч.1 ст. 77 ТК РФ, являлся лишь сам факт установления истцу первой группы инвалидности и индивидуальная программа реабилитации или абилитации инвалида, которые, по мнению работодателя, явились достаточным основанием считать профессиональную непригодность работника к выполнению им отдельного вида работ в должности рабочего по комплексному обслуживанию и ремонту зданий.

Кроме того, в уведомлении от 02.12.2024, МКУ «ЦКО» в обоснование увольнения ФИО1 также ссылается лишь на ИПРА № 272.32.38/2024 от 25.03.2024, которой истцу установлена 1 группа инвалидности и 3-я степень способности к трудовой деятельности, на основании которой работодателем сделан самостоятельный вывод о том, что специфика работы ФИО1 в должности рабочего по комплексному обслуживанию и ремонту зданий не соответствует условиям, необходимым ему по медицинскому заключению.

Вместе с тем, сама по себе справка об инвалидности и индивидуальная программа реабилитации инвалида, выданные ФИО1 25.03.2024, не содержат выводов о профессиональной непригодности ФИО1 занимаемой должности, в них указаны лишь противопоказания к работе при определенных условиях.

Согласно ст. 60 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», медико-социальная экспертиза проводится в целях определения потребностей освидетельствуемого лица в мерах социальной защиты, включая реабилитацию, федеральными учреждениями медико-социальной экспертизы на основе оценки ограничений жизнедеятельности, вызванных стойким расстройством функций организма (ч.1). Медико-социальная экспертиза проводится в соответствии с законодательством Российской Федерации о социальной защите инвалидов (ч.2).

Государственную политику в области социальной защиты инвалидов в Российской Федерации, целью которой является обеспечение инвалидам равных с другими гражданами возможностей в реализации гражданских, экономических, политических и других прав и свобод, предусмотренных Конституцией Российской Федерации, а также в соответствии с общепризнанными принципами и нормами международного права и международными договорами Российской Федерации, согласно его преамбуле определяет Федеральный закон от 24 ноября 1995 г. N 181-ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации» (далее - Федеральный закон «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации»).

В ст. 2 Федерального закона «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации» приведено понятие социальной защиты инвалидов, а именно,социальная защита инвалидов - это система гарантированных государством экономических, правовых мер и мер социальной поддержки, обеспечивающих инвалидам условия для преодоления, замещения (компенсации) ограничений жизнедеятельности и направленных на создание им равных с другими гражданами возможностей участия в жизни общества (ч.1). Социальная поддержка инвалидов - это система мер, обеспечивающая социальные гарантии инвалидам, устанавливаемая законами и иными нормативными правовыми актами, за исключением пенсионного обеспечения (ч.2).

Согласно ч. 1 ст. 1 Федерального закона «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации», инвалид - это лицо, которое имеет нарушение здоровья со стойким расстройством функций организма, обусловленное заболеваниями, последствиями травм или дефектами, приводящее к ограничению жизнедеятельности и вызывающее необходимость его социальной защиты. Признание лица инвалидом осуществляется федеральным учреждением медико-социальной экспертизы. Порядок и условия признания лица инвалидом устанавливаются Правительством Российской Федерации (ч.4).

В ст. 7 Федерального закона «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации» приведено понятие медико-социальной экспертизы, согласно которому медико-социальная экспертиза - это признание лица инвалидом и определение в установленном порядке потребностей освидетельствуемого лица в мерах социальной защиты, включая реабилитацию, на основе оценки ограничений жизнедеятельности, вызванных стойким расстройством функций организма (ч.1). Медико-социальная экспертиза осуществляется исходя из комплексной оценки состояния организма на основе анализа клинико-функциональных, социально-бытовых, профессионально-трудовых, психологических данных освидетельствуемого лица с использованием классификаций и критериев, разрабатываемых и утверждаемых в порядке, определяемом федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере социальной защиты населения (ч.2).

Согласно ст. 8 Федерального закона «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации», медико-социальная экспертиза осуществляется федеральными учреждениями медико-социальной экспертизы, подведомственными федеральному органу исполнительной власти, определяемому Правительством Российской Федерации. Порядок организации и деятельности федеральных учреждений медико-социальной экспертизы определяется федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере социально защиты населения (ч.1). В числе функций федеральных учреждений медико-социальной экспертизы - установление инвалидности, ее причин, сроков, времени наступления инвалидности, потребности инвалида в различных видах социальной защиты (п. 1 ч. 3 ст. 8 Федерального закона «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации»), разработка индивидуальных программ реабилитации, абилитации инвалидов (п.2 ч. 3 ст.8 Федерального закона «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации»).

Согласно ст.11 Федерального закона «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации», индивидуальная программа реабилитации или абилитации инвалида - это комплекс оптимальных для инвалида реабилитационных мероприятий, включающий в себя отдельные виды, формы, объемы, сроки и порядок реализации медицинских, профессиональных и других реабилитационных мер, направленных на восстановление, компенсацию нарушенных функций организма, формирование, восстановление, компенсацию способностей инвалида к выполнению определенных видов деятельности. Федеральные учреждения медико-социальной экспертизы могут при необходимости привлекать к разработке индивидуальных программ реабилитации или абилитации инвалидов организации, осуществляющие деятельность по реабилитации, абилитации инвалидов. Порядок разработки и реализации индивидуальной программы реабилитации или абилитации инвалида и ее форма определяются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере социальной защиты населения (ч.1). Индивидуальная программа реабилитации или абилитации инвалида является обязательной для исполнения соответствующими органами государственной власти, органами местного самоуправления, а также организациями независимо от организационно-правовых форм и форм собственности (ч.2). Индивидуальная программа реабилитации или абилитации имеет для инвалида рекомендательный характер, он вправе отказаться от того или иного вида, формы и объема реабилитационных мероприятий, а также от реализации программы в целом (ч.5).

Из вышеизложенных положений действующего законодательства следует, что цели проведения экспертизы профессиональной пригодности и медико-социальной экспертизы различны. В отличие от экспертизы профессиональной пригодности работника, которая направлена на определение пригодности или непригодности работника к выполнению им отдельных видов работ, целью проведения медико-социальной экспертизы является определение в установленном порядке потребностей гражданина в мерах социальной защиты и мерах социальной поддержки на основе оценки ограничения его жизнедеятельности, вызванной стойким расстройством функций организма. Медико-социальная экспертиза проводится федеральными учреждениями медико-социальной экспертизы, на которые в том числе возлагаются функции по установлению гражданину инвалидности, потребности инвалида в различных видах социальной защиты, разработке индивидуальной программы реабилитации и абилитации инвалидов. Индивидуальная программа реабилитации или абилитации инвалида предусматривает комплекс реабилитационных мероприятий для инвалида, направленных на восстановление, компенсацию нарушенных функций организма, формирование, восстановление, компенсацию способностей инвалида к выполнению определенных видов деятельности. При этом выдаваемые гражданину, признанному инвалидом, документы по результатам медико-социальной экспертизы (справка об инвалидности, индивидуальная программа реабилитации инвалида) не содержат выводов о признании такого гражданина пригодным (временно или постоянно) по состоянию здоровья к выполнению отдельных видов работ.

В связи с вышеизложенным, справка об установлении инвалидности и индивидуальная программа реабилитации, выданные ФИО1 по результатам проведения медико-социальной экспертизы, не могут подменить собой медицинское заключение экспертизы профессиональной пригодности работника, которая направлена на определение пригодности или непригодности работника к выполнению им отдельных видов работ.

Таким образом, в отсутствии экспертизы профессиональной пригодности, выводы стороны ответчика, изложенные в уведомлении ФИО1 от 02.12.2024 о расторжении с ним трудового договора о том, что специфика работы в должности рабочего по комплексному обслуживанию и ремонту зданий не соответствует ФИО1 по медицинскому заключению, и что справка об установлении инвалидности и индивидуальная программа реабилитации инвалида, выданные ФИО1 по результатам проведения медико-социальной экспертизы, являются тем медицинским заключением, которое позволяет работодателю уволить работника по п. 8 ч. 1 ст. 77 ТК РФ, противоречат приведенному правовому регулированию спорных отношений и сделано без учета норм материального права, определяющих цели и задачи медико-социальной экспертизы, а также предназначение выдаваемых гражданину по ее результатам документов.

Суд учитывает, что доводы стороны ответчика об отсутствии у работодателя вакансий, подходящих ФИО1, подтверждаются материалами дела, в том числе: штатным расписанием МКУ «ЦКО», должностными инструкциями работников МКУ «ЦКО», договорами оказания услуг технического и хозяйственного обслуживания.

Вместе с тем, данные доводы стороны ответчика не имеют правового значения для разрешения трудового спора по существу, поскольку в отсутствии экспертизы профессиональной пригодности ФИО1 к выполнению трудовых функций рабочего по комплексному обслуживанию и ремонту зданий, невозможно сделать вывод о пригодности или непригодности ФИО1 к выполнению отдельных видов работ.

На основании вышеизложенного, принимая во внимание нормативные правовые акты, устанавливающие правила проведения медицинской экспертизы о соответствии состояния здоровья работника возможности выполнения им отдельных видов работ и порядок выдачи медицинского заключения о пригодности или непригодности работника к выполнению отдельных видов работ, учитывая, что справка об инвалидности и индивидуальная программа реабилитации инвалида, выданные ФИО1 25.03.2024 не содержат сведений о его профессиональной непригодности в отношении занимаемой должности рабочего по комплексному обслуживанию и ремонту зданий, а доказательств, наличия медицинского заключения о пригодности или непригодности ФИО1 к выполнению отдельных видов работ, ответчиком не представлено, суд приходит к выводу о незаконности приказа директора МКУ «ЦКО» № 796/л от 02.12.2024 об увольнении ФИО1 с работы по пункту 8 части 1 статьи 77 ТК РФ, в связи с чем, считает необходимым исковые требования ФИО1 удовлетворить, восстановить ФИО1 в МКУ «ЦКО» в должности рабочего по комплексному обслуживанию и ремонту зданий.

Согласно ст. 394 ТК РФ, в случае признания увольнения незаконным работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор. Орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула.

В соответствии со ст. 139 ТК РФ, для всех случаев определения размера средней заработной платы (среднего заработка), предусмотренных настоящим Кодексом, устанавливается единый порядок ее исчисления.

Для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат.

При любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно).

В соответствии с п.4 Постановления Правительства РФ от 24.12.2007 N 922 «Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы», расчет среднего заработка работника независимо от режима его работы производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале - по 28-е (29-е) число включительно).

В соответствии с п. 5 Постановления Правительства РФ от 24.12.2007 N 922 «Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы», при исчислении среднего заработка из расчетного периода исключается время, а также начисленные за это время суммы, если: б) работник получал пособие по временной нетрудоспособности или пособие по беременности и родам.

Согласно п.9 Постановления Правительства РФ от 24.12.2007 N 922 «Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы», средний заработок работника определяется путем умножения среднего дневного заработка на количество дней (календарных, рабочих) в периоде, подлежащем оплате.

Учитывая вышеизложенное, на основании ч. 2 ст. 394 ТК РФ, суд считает обоснованными и подлежащими удовлетворению исковые требования ФИО1 о взыскании с ответчика в его пользу среднего заработка за время вынужденного прогула со следующего дня после увольнения 02.12.2024 и до дня вынесения судом решения по настоящему делу – 16.05.2025, с учетом требований Положения об особенностях порядка исчисления заработной платы, утвержденного Постановлением Правительства РФ № 922 от 24.12.2007, исходя из размера заработной платы истца, исчисленной за предыдущие 12 месяцев.

Так, в соответствии с дополнительным соглашением № 1 от 01.12.2022 к трудовому договору № 88 от 30.09.2022, ФИО1 установлена пятидневная рабочая неделя с двумя выходными днями (35 часов в неделю), в связи с инвалидностью 2 группы.

Таким образом, при расчете дней вынужденного прогула с 03.12.2024 по 16.05.2025, суд принимает во внимание количество рабочих дней, установленных производственным календарем на 2024 и 2025 года соответственно, для пятидневной рабочей недели, а именно: в декабре 2024 года – 20 рабочих дней (истец уволен со 02.12.2024), в январе 2025 года – 17 рабочих дней, в феврале 2025года – 20 рабочих дней, в марте 2025 года – 21рабочих дней, в апреле 2025 года – 22 рабочих дня, в мае 2025 года – 8 рабочих дней (с 01.05.2025 по 16.05.2025 включительно).

На основании вышеизложенного, суд приходит к выводу, что вынужденный прогул ФИО1 составил 108 дней.

При определении среднего заработка ФИО1 для расчета вынужденного прогула, суд принимает представленную ответчиком выписку из расчетных листков ФИО1 за период с 01.12.2023 по 02.12.2024. Выписка соответствует материалам дела и истцом не оспорена.

Из указанной выписки судом установлено, что за период с декабря 2023 года по ноябрь 2024 года ФИО1 фактически отработано 92 дня, размер заработной платы за указанный период составил 159 651,87 руб.

Так, в декабре 2023 года, январе 2024 года, феврале 2024 года ФИО1 находился на листке нетрудоспособности, количество фактически отработанных дней – 0, заработная плата в этих месяцах истцу не выплачивалась. В марте 2024 года ФИО1 фактически отработал 4 дня (заработная плата за отработанные дни составила 7 215,52 руб.), в апреле 2024 года – 3 дня (заработная плата за отработанные дни составила 5 242,48 руб.), в мае 2024 года – 3 дня (заработная плата за отработанные дни составила 5 794,25 руб.), в июне 2024 года – 19 дней (заработная плата за отработанные дни составила 36 077,61 руб.), в июле 2024 года – 10 дней (заработная плата за отработанные дни составила 15 685,84 руб.), в августе 2024 года – 5 дней (заработная плата за отработанные дни составила 8 340,28 руб.), в сентябре 2024 года – 15 дней (заработная плата за отработанные дни составила 26 212,25 руб.), в октябре 2024 года – 17 дней (заработная плата за отработанные дни составила 27 123,94 руб.), в ноябре 2024 года – 16 дней (заработная плата за отработанные дни составила 27 959,70 руб.).

Суд производит расчет среднего дневного заработка ФИО1 следующим образом: 159 651,87 руб. (заработная плата за 12 месяцев, предшествующих увольнению ФИО1) /92 дня (фактически отработано дней в расчетном периоде) = 1 735,35 руб. (среднедневной заработок).

Кроме того судом установлено, что в декабре 2024 года истцу была произведена компенсация отпуска при увольнении в размере 35 333 руб., что подтверждается расчетным листком за декабрь 2024 года и никем не оспаривается.

Размер компенсации за время вынужденного прогула рассчитан судом следующим образом: 108 дней (время вынужденного прогула) х 1 735,35 руб. (среднедневной заработок) = 187 417,80 руб., которые надлежит взыскать с ответчика в пользу истца, при этом они не подлежат уменьшению на размер компенсации за неиспользованный отпуск, полученный при увольнении, поскольку это не предусмотрено нормами ТК РФ.

Кроме того, в соответствии со статьей 237 ТК РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Как указано в разъяснениях, данных в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», учитывая, что кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац 14 часть 1) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при незаконном увольнении.

Поскольку судом установлен факт незаконного увольнения истца, требования ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда подлежат удовлетворению.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд, исходя из фактических обстоятельства дела и с учетом требований разумности и справедливости, приходит к выводу о взыскании компенсации морального вреда в размере 10 000 руб.

Оснований для взыскания компенсации морального вреда в большем размере, судом не установлено.

В силу ст. 393 ТК РФ, при обращении в суд с иском по требованиям, вытекающим из трудовых отношений, работник освобождается от оплаты пошлин и судебных расходов.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Таким образом, с учетом положений абз. 8 ч. 2 ст. 61.1 Бюджетного кодекса РФ, с ответчика подлежит взысканию в доход муниципального образования города Братска государственная пошлина в размере 15 623 руб. (6 623 – за требования имущественного характера + 9 000 рублей – за требования неимущественного характера о признании приказа незаконным, о восстановлении на работе, о взыскании компенсации морального вреда), исчисленная в соответствии с требованиями ст. 333.19 Налогового кодекса РФ.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Признать незаконным приказ Муниципального казенного учреждения «Центр комплексного обслуживания муниципальных учреждений» № 796/л от 02.12.2024 о прекращении (расторжении) трудового договора № 88 от 30.09.2022 с ФИО1 по п. 8 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ.

Восстановить ФИО1 (паспорт ***) на работе в Муниципальном казенном учреждении «Центр комплексного обслуживания муниципальных учреждений» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в должности рабочего по комплексному обслуживанию и ремонту зданий технического отдела.

Взыскать с Муниципального казенного учреждения «Центр комплексного обслуживания муниципальных учреждений» (ОГРН ***) в пользу ФИО1 (паспорт <...>) средний заработок за время вынужденного прогула с 03.12.2024 по 16.05.2025 в размере 152 084,80 руб. (без учета НДФЛ), компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Муниципальному казенному учреждению «Центр комплексного обслуживания муниципальных учреждений» о взыскании компенсации морального вреда в большем размере - отказать.

Взыскать с Муниципального казенного учреждения «Центр комплексного обслуживания муниципальных учреждений» в бюджет МО г.Братска Иркутской области государственную пошлину в размере 14 563 руб.

В части восстановления ФИО1 на работе решение суда подлежит немедленному исполнению.

Решение суда может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Братский городской суд Иркутской области в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья А.В. Щербакова

Мотивированная часть решения изготовлена 29.05.2025 года.