УИД: 36RS0026-01-2025-000070-83

Дело № 2-117/2025

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

с. Репьевка 11 марта 2025 года

Острогожский районный суд Воронежской области в составе: председательствующего Горохова С.Ю.,

при секретаре Митрохиной И.А.,

с участием истца ФИО1,

представителя ответчика ГУ Отделение Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Воронежской области, действующего на оснвоании доверенности, ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда материалы гражданского дела по иску ФИО1 к ГУ Отделение Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Воронежской области об установлении факта нахождения лица на иждивении и возложении обязанности произвести перерасчет пенсии,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в Острогожский районный суд Воронежской области с иском к ГУ Отделение Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Воронежской области с требованиями, с учетом уточнений, об установлении факта нахождения у него на иждивении супруги ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения в период времени с 28.02.2019 года по 02.11.2024 года и возложении на ГУ Отделение Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Воронежской области обязанности осуществить перерасчет пенсии ФИО1 за указанный период в повышенном размере.

В обоснование заявленных требований истец ФИО1 указал, что он является получателем пенсии по старости, является также инвалидом II группы, при этом, он проживал совместно с супругой ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. С 28.02.2019 года у его супруги ФИО4 стало ухудшаться состояние здоровья, в связи с чем она стала нуждаться в постоянном постороннем уходе, поскольку не могла самостоятельно себя полноценно обслуживать, нуждалась в приобретении ряда медицинских препаратов, медицинских процедурах, диетическом питании, на что затрачивались как ее денежные средства, так и средства истца по делу – ФИО1; кроме того, истец самостоятельно оказывал помощь супруге ФИО4, приобретал продукты питания, готовил пищу, кормил ее, приобретал лекарственные средства, проводил гигиенические процедуры, делал уколы, переворачивал на кровати во избежание образования пролежней, поскольку ФИО4 ввиду прогрессирования ряда заболеваний утратила способность самостоятельно передвигаться, постоянно находился рядом и оказывал иную помощь.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 умерла. Истец ФИО1 обращался в ГУ Отделение Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Воронежской области с заявлением об осуществлении перерасчета выплачиваемой ему пенсии за период нахождения на его иждивении ФИО4 с 28.02.2019 года по 02.11.2024 года в повышенном размере, однако в выплате пенсии в повышенном размере ФИО4 было отказано, по причине отсутствия доказательств нахождения супруги на его полном иждивении, так как ФИО4 являлась получателем пенсии, в связи с чем истец обратился с настоящим иском в суд.

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал, настаивал на их удовлетворении.

Представитель ответчика Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Воронежской области ФИО3 возражал против удовлетворения исковых требований, представив письменные возражения на иск, полагал, что истцом не представлено достаточных доказательств нахождения супруги на иждивении, поскольку ФИО4 являлась получателем пенсии по старости, размер которой превышал величину прожиточного минимума в Воронежской области; кроме того, за ФИО4 осуществлялся уход как за нетрудоспособным лицом гражданином ФИО6, в связи с чем, просил в иске отказать.

Выслушав участвующих в деле лиц, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

Основания возникновения и порядок реализации прав граждан Российской Федерации на пенсии с 01.01.2015 г. регулируются Федеральным законом от 28.12.2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях в Российской Федерации».

Согласно ч. 1 ст.8 Закона № 400-ФЗ «О страховых пенсиях в Российской Федерации» право на страховую пенсию по старости имеют мужчины, достигшие возраста 65 лет, женщины, достигшие возраста 60 лет.

В соответствии с положениями пункта 3 части 3 статьи 17 Федеральный закон от 28.12.2013 N 400-ФЗ «О страховых пенсиях» повышение фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости и к страховой пенсии по инвалидности в сумме, равной одной третьей суммы, предусмотренной частью 1 статьи 16 настоящего Федерального закона, устанавливается лицам (за исключением лиц, указанных в части 3.1 настоящей статьи), на иждивении которых находятся родители или супруг, если они достигли возраста 65 и 60 лет (соответственно мужчины и женщины) (с учетом положений, предусмотренных приложением 6 к настоящему Федеральному закону) либо являются инвалидами.

Таким образом, изложенная норма устанавливает, что надбавка на иждивенцев к страховым пенсиям по старости или по инвалидности предполагает повышение фиксированной выплаты к данным видам пенсии и выплачивается лицам, на иждивении которых находятся определенные категории нетрудоспособных членов семьи; при этом надбавка на иждивенцев устанавливается в размере 1/3 суммы фиксированной выплаты к страховой пенсии на каждого иждивенца, но не более чем на трех членов семьи (ст.17 Федерального закона от 28.12.2013 N 400-ФЗ).

При этом ч. 3 ст. 17 Федерального закона от 28.12.2013 N 400-ФЗ не содержит определения того, кого следует относить к нетрудоспособным членам семьи, находящимся на иждивении, однако данный пробел разрешен законодателем посредством правовой отсылки к подпунктам 1, 3 и 4 части 2 статьи 10 Закона N 400-ФЗ, которая использует при определении условий назначения страховой пенсии по случаю потери кормильца аналогичные понятия.

Данное законоположение предусматривает, что члены семьи умершего кормильца признаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию.

Так, в соответствии с частью 1 статьи 10 Федерального закона "О страховых пенсиях" право на страховую пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, состоявшие на его иждивении (за исключением лиц, совершивших уголовно наказуемое деяние, повлекшее за собой смерть кормильца и установленное в судебном порядке).

В части 2 статьи 10 Федерального закона "О страховых пенсиях" определен круг лиц, которые признаются нетрудоспособными членами семьи умершего кормильца, в их числе родители и супруг умершего кормильца, если они достигли возраста 60 и 55 лет (соответственно мужчины и женщины) либо являются инвалидами (пункт 3 части 2 статьи 10 Федерального закона "О страховых пенсиях"

При этом Федеральным законом от 3 октября 2018 г. N 350-ФЗ, вступившим в силу с 1 января 2019 г., пункт 3 части 2 статьи 10 Федерального закона "О страховых пенсиях" изложен в следующей редакции: "Нетрудоспособными членами семьи умершего кормильца признаются родители и супруг умершего кормильца, если они достигли возраста 65 и 60 лет (соответственно мужчины и женщины) (с учетом положений, предусмотренных приложением 6 к настоящему Федеральному закону) либо являются инвалидами".

Члены семьи умершего кормильца признаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию (часть 3 статьи 10 Федерального закона "О страховых пенсиях").

Частью 6 статьи 10 Федерального закона "О страховых пенсиях" предусмотрено, что нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, для которых его помощь была постоянным и основным источником средств к существованию, но которые сами получали какую-либо пенсию, имеют право перейти на страховую пенсию по случаю потери кормильца.

Таким образом, исходя из системного толкования вышеприведенных норм Федерального закона "О страховых пенсиях" в их взаимосвязи, само по себе понятие "иждивение" предполагает как полное содержание члена семьи, так и получение от него помощи, являющейся для этого лица постоянным и основным, но не единственным источником средств к существованию, то есть не исключает наличие у умершего члена семьи какого-либо собственного дохода (получение пенсии и других выплат). Факт нахождения на иждивении либо получения существенной помощи нуждающимся членом семьи может быть установлен в том числе в судебном порядке путем определения соотношения между объемом помощи, оказываемой умершему члену семьи, нуждавшемуся в помощи, и его собственными доходами, и такая помощь может быть признана постоянным и основным источником средств к существованию нетрудоспособного члена семьи умершего кормильца.

Из изложенного следует вывод о том, что при рассмотрении заявления члена семьи об установлении факта нахождения лица (члена семьи) на его иждивении для назначения страховой пенсии в повышенном размере суду следует учитывать, что помощь, оказываемая члену семьи, являющемуся инвалидом, другим членом семьи (его кормильцем) может выражаться как в денежной форме, так и в осуществлении необходимого члену семьи постоянного ухода за ним, связанного со значительными материальными затратами в целях поддержания жизнеобеспечения данного лица и удовлетворения его жизненных нужд и потребностей, не покрываемых за счет доходов самого инвалида и фактически возлагаемых на его кормильца.

В соответствии с положениями ст. 264 ГПК РФ суд устанавливает факты, от которых зависит возникновение, изменение, прекращение личных или имущественных прав граждан, организаций. Суд рассматривает дела об установлении, в том числе, помимо прочего, факта нахождения на иждивении.

Суд устанавливает факты, имеющие юридическое значение, только при невозможности получения заявителем в ином порядке надлежащих документов, удостоверяющих эти факты, или при невозможности восстановления утраченных документов (Статья 265 ГПК РФ).

В соответствии с положениями ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Те обстоятельства, что ФИО1 является инвалидом II группы, получает пенсию по старости, что он проживал совместно с супругой ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, инвалидом I группы, так же являвшейся пенсионером, а также что ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 умерла после продолжительной болезни, не оспаривались ответчиком по делу, подтверждаются представленными истцом доказательствами, а также медицинскими картами амбулаторного (стационарного) больного ФИО4, в связи с чем суд посчитал указанные обстоятельства установленными.

Судом установлено и подтверждается представленными представителем ответчика материалами пенсионного дела, что ФИО4 являлась получателем страховой пенсии по старости, среднемесячный доход ФИО4 - страховая пенсия по старости за период с октября 2023г. по март 2024г. составлял - 25218 рублей 55 копеек, указанная сумма превышает величину прожиточного минимума в размере 11768 рублей для пенсионеров, установленный Постановлением Правительства Воронежской области от 14.12.2023г. № 918, что не оспорено истцом.

Также материалами пенсионного дела ФИО1, представленными ответчиком, подтверждается факт обращения ФИО1 в ГУ Отделение Фонда пенсионного и социального страхования РФ по <адрес> с заявлением об осуществлении перерасчета выплачиваемой ему пенсии за период нахождения на его иждивении супруги ФИО4 с 28.02.2019 года по 02.11.2024 года в повышенном размере, при этом в перерасчете пенсии по данному обстоятельств ФИО1 отказано в связи с указанием ФИО2 в заявлении на отсутствие у него на иждивении нетрудоспособных членов семьи, при этом среднемесячный доход ФИО4 превышает величину прожиточного минимума для пенсионеров, установленный в Воронежской области; кроме того, согласно возражениям ответчика, представленным в материалы гражданского дела, за ФИО4 осуществлялся уход, как за нетрудоспособным лицом, гражданином ФИО6, в связи с чем осуществлялись выплаты в размере 1200 рублей ежемесячно, что не давало оснований полагать, что ФИО4 находилась на иждивении истца ФИО1, в связи с чем в перерасчете пенсии было отказано.

Вместе с тем, проанализировав представленные в материалы дела сторонами доказательства в обоснование их требований и возражений в совокупности с вышеприведенными нормами Закона и разъяснениями, суд пришел к выводу о том, что требования ФИО1 об установлении факта нахождения ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения на его, ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, иждивении, являются обоснованными и подлежащими удовлетворению в связи с нижеизложенным.

В обоснование заявленных требований истец ФИО1 указал, что у его супруги ФИО4 с 28.02.2019 года стало ухудшаться состояние здоровья, в связи с чем она стала нуждаться в постоянном постороннем уходе, поскольку не могла самостоятельно себя полноценно обслуживать, нуждалась в приобретении ряда медицинских препаратов, медицинских процедурах, диетическом питании, на что затрачивались как ее денежные средства, так и средства истца по делу – ФИО1, при этом истец самостоятельно оказывал помощь супруге ФИО4, приобретал продукты питания, готовил пищу, кормил ее, приобретал лекарственные средства, проводил гигиенические процедуры, делал уколы, переворачивал на кровати во избежание образования пролежней, поскольку ФИО4 ввиду прогрессирования ряда заболеваний утратила способность самостоятельно передвигаться, постоянно находился рядом и оказывал иную помощь.

В обоснование указанных доводов истцом ФИО1 представлены чеки-квитанции, подтверждающие факт несения им расходов на приобретение продуктов питания, медикаментов, оплаты медицинских услуг, а также фотоматериалы, в связи с чем суд посчитал вышеуказанные обстоятельства установленными; кроме того, факт совместного проживания супругов ФИО1 и ФИО4 по адресу: <адрес> не оспаривался ответчиком.

Согласно медицинской документации с 2019 года ФИО4 периодически наблюдалась в учреждениях здравоохранения, проходила осмотры у врачей с удовлетворительными результатами, проходила амбулаторное поддерживающее лечение, при этом, имея ряд заболеваний, тем не менее, сохраняла самостоятельность, состояние здоровья позволяло ей использовать навыки самообслуживания; сведений о необходимости постоянного ухода и присмотра за ФИО4 представленная БУЗ ВО «Репьевская РБ» медицинская карта амбулаторного больного ФИО4 не содержит.

Вместе с тем, из представленной ФГБУЗ «Клиническая больница №33» медицинской карты стационарного больного ФИО4 следует, что 30.10.2020 года ФИО4 поступила в неврологическое отделение для больных с острым нарушением мозгового кровообращения, при этом ФИО4 поступила экстренно из БУЗ ВО «Репьевская РБ», жалоб не предъявляла вследствие тяжести состояния и когнитивных нарушений; в ФГБУЗ «Клиническая больница №» ФИО4 находилась до 13.11.2020 года; диагноз при выписке – инфаркт мозга, вызванный тромбозом; сопутствующие заболевания: ЦВБ, ОНМК по ишемическому типу, выраженные вестибулоатактические, когнитивные, мнестические, зрительные нарушения, сахарный диабет тип 2, иные заболевания, наличие и характер которых привел к тому, что ФИО4 в силу резкого ухудшения общего состояния здоровья на фоне вышеперечисленных заболеваний с 13.11.2020 года утратила способность к самообслуживанию а также к передвижению без посторонней помощи; нарушились двигательно-моторные функции, резко ухудшилось зрение, что подтверждается результатами медицинских осмотров, содержащихся в медицинской карте ФИО4. открытой в ФГБУЗ «Клиническая больница №», что позволяет суду сделать вывод о том, что именно с 13.11.2020 года и до момента своей смерти 02.11.2024 года ФИО4 стала нуждаться в постоянной посторонней помощи, которую, как установлено судом, ей оказывал постоянно проживающий совместно с ней супруг ФИО1 – истец по делу, что фактически ответчиком не оспорено; при этом с учетом объема понесенных истцом ФИО1 затрат на оказание помощи и содержание супруги факт получения ФИО4 пенсии по старости, инвалидности и иных выплат, равно как и осуществление за ФИО4 ухода, как за нетрудоспособным лицом, гражданином ФИО6, в рассматриваемом случае не свидетельствует о том, что ФИО4 была в состоянии вести привычный образ жизни и самостоятельно себя обслуживать в силу состояния ее здоровья, а, напротив, свидетельствует о том, что ФИО1 оказывал супруге ФИО4 помощь, являющуюся постоянным и основным источником средств к ее существованию, поскольку ее пенсии по инвалидности и других выплат было бы явно недостаточно для обеспечения жизненных потребностей.

Как указал Конституционный Суд РФ, в постановлении от 22 апреля 2020 г. N 20-П "По делу о проверке конституционности части 3 статьи 17 Федерального закона "О страховых пенсиях" в связи с жалобой гражданки ФИО5", помощь, оказываемая члену семьи, являющемуся инвалидом, его кормильцем, может выражаться не только непосредственно в денежной форме, но и в осуществлении необходимого этому члену семьи (инвалиду) постоянного ухода за ним, сопряженного со значительными материальными затратами в целях поддержания жизнеобеспечения данного лица и удовлетворения его специфических нужд и потребностей, не покрываемых за счет доходов самого инвалида и фактически возлагаемых на его кормильца.

Соответственно, принимая во внимание, что осуществление постоянного ухода ФИО1 за ФИО4 было сопряжено со значительными материальными затратами в целях удовлетворения жизненных нужд и потребностей ФИО4, которые явно не покрывались за счет доходов самой ФИО4, поскольку было также связано с несением дополнительных расходов на ведение общего хозяйства супругов, несение коммунальных платежей, приобретение предметов хозяйственно-бытового назначения общего пользования, гигиенических принадлежностей и ряда лекарственных препаратов, в том числе в связи с тем, что супруги ФИО1 на момент совместно проживания оба являлись инвалидами, то при изложенных обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что факт нахождения ФИО4 на иждивении у супруга ФИО1 нашел свое подтверждение в ходе рассмотрения дела, в связи с чем в указанной части суд считает необходимым удовлетворить заявленные ФИО1 требования об установлении факта нахождения ФИО4 на его иждивении, но частично, в период времени с 13.11.2020 года (момент ухудшения состояния здоровья ФИО4 без последующей положительной динамики до степени утраты способности к самообслуживанию и возникновения потребности в постоянном постороннем уходе) и по 02.11.2024 года (дата смерти ФИО4).

В связи с изложенным, принимая во внимание факт частичного удовлетворения требований ФИО1 об установлении факта нахождения ФИО4 на его иждивении в период времени с 13.11.2020 года по 02.11.2024 года, с учетом положений пункта 3 части 3 статьи 17 Федеральный закон от 28.12.2013 N 400-ФЗ «О страховых пенсиях» повышение фиксированной выплаты к страховой пенсии по старости и к страховой пенсии по инвалидности в сумме, равной одной третьей суммы, предусмотренной частью 1 статьи 16 настоящего Федерального закона, суд приходит к выводу о том, что требования ФИО1 о возложении на ГУ Отделение Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Воронежской области обязанности осуществить перерасчет пенсии ФИО1 в повышенном размере в связи с нахождением у него на иждивении супруги ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения являются обоснованными и подлежащими удовлетворению; при это перерасчет пенсии следует произвести за период нахождения ФИО4 на иждивении у истца ФИО1, установленный судом в соответствии с настоящим решением, то есть, за период времени с 13.11.2020 года по 02.11.2024 года.

На основании изложенного, и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 к ГУ Отделение Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Воронежской области об установлении факта нахождения лица на иждивении и возложении обязанности произвести перерасчет пенсии удовлетворить частично.

Установить факт нахождения ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения на иждивении у супруга ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения в период времени с 13.11.2020 года по 02.11.2024 года.

Обязать ГУ Отделение Фонда пенсионного и социального страхования РФ по Воронежской области осуществить перерасчет пенсии ФИО1 в повышенном размере в связи с нахождением у него на иждивении супруги ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения за период времени с 13.11.2020 года по 02.11.2024 года.

В остальной части исковые требования оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Воронежский областной суд через Острогожский районный суд Воронежской области в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения суда в окончательной форме.

Судья: С.Ю. Горохов

Мотивированное решение суда изготовлено 25.03.2025 года.