Дело № 2-272/2023

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

8 февраля 2023 года город Кинешма

Кинешемский городской суд Ивановской области

в составе председательствующего судьи Чистяковой Н.В.,

при секретаре Коноваловой С.А.,

с участием истца ФИО1 посредством видеоконференцсвязи,

представителя третьего лица СУ СК России по Ивановской области ФИО2,

представителя третьего лица прокуратуры Ивановской области – старшего помощника Кинешемского городского прокурора Киселевой О.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Кинешме Ивановской области гражданское дело № 2-272/2023 по иску ФИО1 к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации (далее – Минфин России) о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, в размере 7000 000 рублей.

В обоснование иска указал, что приговором Кинешемского городского суда Ивановской области, оставленным без изменения апелляционным определением Ивановского областного суда от 25 декабря 2020 года, он признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч.3 ст.132 УК РФ и ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 10 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. В ходе предварительного следствия СУ СК России по г.Кинешме на основании заявления ФИО8. в отношении него было возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного п. «а» ч.3 ст.131 УК РФ. Постановлением от 14 сентября 2020 года уголовное преследование прекращено на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ в связи с отсутствием в его действиях состава преступления. 30 декабря 2020 года Кинешемской городской прокуратурой ему принесено официальное извинение от имени государства в связи с необоснованным привлечением к уголовной ответственности. В связи с обвинением в совершении тяжкого преступления по ст.131 УК РФ ему была избрана мера пресечения в виде содержания под стражей, он содержался в следственном изоляторе. Необоснованное привлечение в уголовной ответственности по п. «а» ч.3 ст.131 УК РФ и содержание под стражей негативно отразились на его здоровье, пропали сон и аппетит, появился тремор пальцев рук, он вынужден был обращаться за медицинской помощью в условиях следственного изолятора. Он испытывал нравственные страдания, переживания из-за того, что его подозревают в преступлении, которого он не совершал и испытывает нравственные страдания до настоящего времени. С учетом изложенных обстоятельств истец просил взыскать в свою пользу с Министерства финансов Российской Федерации денежную компенсацию морального вреда в размере 7000 000 рублей.

Определением суда от 19 декабря 2022 года к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Следственное управление Следственного комитета Российской Федерации по Ивановской области (далее – СУ СК России по Ивановской области) и прокуратура Ивановской области.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал по основаниям и доводам, изложенным в исковом заявлении.

Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Ивановской области в судебное заседание не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом, направил письменный отзыв на иск, в котором ходатайствовал о рассмотрении дела в свое отсутствие, указал, что заявленная ФИО1 сумма компенсации морального вреда в размере 7000000 рублей ничем не обоснована, не соответствует степени физических и нравственных страданий истца, не отвечает принципам разумности и явно завышена. Полагает, что в пользу истца может быть взыскана компенсация морального вреда в размере, не превышающем 1000 рублей, так как истцом не представлены доказательства причинения морального вреда в большем размере, а сами действия, за которые ФИО1 был осужден и оправдан, носят аморальный характер (л.д.33-34).

В судебном заседании представитель третьего лица прокуратуры Ивановской области – ст. помощник Кинешемского городского прокурора Киселева О.А., действующая на основании доверенности, представила письменные возражения на исковое заявление, полагает, что заявленный ФИО1 размер компенсации морального вреда подлежит существенному снижению с учетом требований разумности и справедливости (л.д.39-41).

Представитель третьего лица СУ СК России по Ивановской области ФИО2, действующий по доверенности, в судебное заседание после перерыва не явился, ходатайствовал о рассмотрении дела в свое отсутствие, направил возражения на исковое заявление, полагает, что заявленная истцом сумма компенсации морального вреда подлежит существенному снижению с учетом требований разумности и справедливости.

Суд, с учетом мнения лиц, участвующих в деле, руководствуясь положениями ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), считает возможным рассмотреть дело при данной явке лиц.

Выслушав истца, представителей третьих лиц, исследовав материалы дела, материалы уголовного дела, суд приходит к следующему выводу.

Суд установил, что 24 декабря 2019 года следователем по ОВД следственного отдела СУ СК России по Ивановской области по заявлению ФИО4 о совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, п. «а» ч.3 ст.132 УК РФ, возбуждено уголовное дело №.

24 декабря 2019 года ФИО1 был задержан в качестве подозреваемого в порядке ст.ст.91, 92 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее - УПК РФ), о чем составлен протокол задержания.

25 декабря 2019 года ФИО1 привлечен в качестве обвиняемого, ему предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч.3 ст.132 УК РФ.

Постановлением Кинешемского городского суда Ивановской области от 26 декабря 2019 года в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч.3 ст.132 УК РФ, избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок 2 месяца, то есть до 24 февраля 2020 года с содержанием в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по Ивановской области.

Постановлением Кинешемского городского суда Ивановской области от 21 февраля 2020 года срок содержания под стражей ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч.3 ст.132 УК РФ, продлен на 4 месяца, а всего до 6 месяцев, то есть до 24 июня 2020 года.

В период предварительного следствия по уголовному делу срок содержания под стражей ФИО1 неоднократно продлялся.

1 апреля 2020 года по заявлению ФИО4 в отношении ФИО1 возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного п. «а» ч.3 ст.131 УК РФ.

Постановлением и.о. руководителя следственного отдела по г.Кинешме СУ СК России по Ивановской области уголовные дела № и № соединены в одно производство, делу присвоен №.

Постановлением следователя СО по г.Кинешме СУ СК России по Ивановской области от 14 сентября 2020 года уголовное преследование в отношении ФИО1 в части совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч.3 ст.131 УК РФ прекращено на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ в связи с отсутствием состава преступления.

Приговором Кинешемского городского суда Ивановской области от 4 декабря 2020 года ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч.3 ст.132 УК РФ, ему назначено наказание в виде лишения свободы на срок 10 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы на срок 1 год, установлены ограничения.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Ивановского областного суда от 2 февраля 2021 года приговор Кинешемского городского суда Ивановской области от 4 декабря 2020 года изменен, назначенное ФИО1 наказание в виде лишения свободы снижено до 9 лет 10 месяцев, в виде ограничения свободы – до 10 месяцев.

Согласно статьей 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) установлено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными статьей 151 и главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно ст.1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, в том числе, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного привлечения к уголовной ответственности.

В соответствии с п.1 ст.1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста, а также вред, причиненный юридическому лицу в результате незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного приостановления деятельности, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Согласно частям 1 и 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, имеют: подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2, 5 и 6 части первой статьи 24 и пунктами 1 и 4 - 6 части первой статьи 27 настоящего Кодекса.

Как разъяснено в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», право на реабилитацию имеет не только лицо, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным частью 2 статьи 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, по делу в целом, но и лицо, уголовное преследование в отношении которого прекращено по указанным основаниям по части предъявленного ему самостоятельного обвинения.

В соответствии с п.2 ст.1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с разъяснениями в пункте 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» судам следует учитывать, что нормами статей 1069 и 1070, абзацев третьего и пятого статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации, рассматриваемыми в системном единстве со статьей 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, определяющей основания возникновения права на возмещение государством вреда, причиненного гражданину в результате незаконного и необоснованного уголовного преследования, возможность взыскания компенсации морального вреда, причиненного уголовным преследованием, не обусловлена наличием именно оправдательного приговора, вынесенного в отношении гражданина, или постановления (определения) о прекращении уголовного дела по реабилитирующим основаниям либо решения органа предварительного расследования, прокурора или суда о полной реабилитации подозреваемого или обвиняемого. Поэтому не исключается принятие судом в порядке гражданского судопроизводства решения о взыскании компенсации морального вреда, причиненного при осуществлении уголовного судопроизводства, с учетом обстоятельств конкретного уголовного дела и на основании принципов справедливости и приоритета прав и свобод человека и гражданина (например, при отмене меры пресечения в виде заключения под стражу в связи с переквалификацией содеянного на менее тяжкое обвинение, по которому данная мера пресечения применяться не могла, и др.).

Судам следует исходить из того, что моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни. При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий (пункт 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Пунктом 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 ноября 2011 года № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» предусмотрено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

Разрешая заявленные требования по существу, суд приходит к выводу о том, что в результате незаконного уголовного преследования по обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч.3 ст.131 УК РФ в отношении ФИО1, у него возникло право на компенсацию морального вреда.

Между тем, по данной категории дел истец полностью не освобожден от обязанности по доказыванию обстоятельств, имеющих значение для разрешения дела, и в соответствии с ч.1 ст.56 ГПК РФ обязан представить доказательства, обосновывающие размер требуемого к возмещению морального вреда, характер и объем причиненных физических и нравственных страданий.

Судом установлено, что продолжительность уголовного преследования по обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч.3 ст.131 УК РФ ФИО1 составила 5 месяцев 14 дней. В течение этого времени ФИО1 был допрошен и следственными органами проводилась проверка его версии о нахождении его на работе в г.Москве и Московской области в юридически значимый период.

Материалами дела подтверждается, что одновременно с обвинением по п. «а» ч.3 ст.131 УК РФ, уголовное преследование по которому прекращено, ФИО1 было предъявлено обвинение в совершении особо тяжкого преступления, предусмотренного п. «а» ч.3 ст.132 УК РФ и избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

Таким образом, довод истца о том, что в связи с уголовным преследованием по ст.131 УК РФ он испытал нравственные страдания, связанные с его задержанием и содержанием под стражей, является несостоятельным, поскольку содержание под стражей имело место в связи с привлечением истца к уголовной ответственности по обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч.3 ст.132 УК РФ, за которое приговором суда он был осужден к лишению свободы, при этом время содержания под стражей зачтено в срок лишения свободы.

Суд также не может согласиться с доводами истца о том, что уголовное преследование по обвинению, производство по которому было прекращено, негативно отразилось на здоровье (пропал сон, аппетит, появился тремор рук). Доказательств, подтверждающих данный довод, истцом не представлено. Из выписки из медицинской карты амбулаторного больного ФИО1, представленной по запросу суда филиалом «Медицинская часть № 4» ФКУЗ МСЧ-37 ФСИН России, следует, что 10.09.2020 года, 11.09.2020 года ФИО1 обращался в ЗП-1 МЧ-2 на амбулаторный прием с жалобами на общую слабость, кашель, озноб, повышенную температуру тела, болезненность в грудной клетке справа при дыхании. По результатам осмотра установлен диагноз, назначено и проведено лечение. В настоящее время состояние здоровья удовлетворительное, в экстренной и неотложной медицинской помощи не нуждается (л.д.38).

Таким образом, обращение истца за медицинской помощью не связано с эмоциональными переживаниями в связи с незаконным уголовным преследованием.

Вместе с тем, сам факт возбуждения уголовного дела и уголовного преследования за преступление, которого он не совершал, свидетельствует о нарушении его личных неимущественных прав.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу истца, суд, учитывая длительность уголовного преследования, тяжесть предъявленного обвинения, личность истца, степень испытанных нравственных страданий, принимая во внимание, что мера пресечения в связи с уголовным преступлением по ст.131 УК РФ истцу не избиралась, поскольку содержание под стражей имело место в связи с привлечением истца к уголовной ответственности по обвинению в совершении другого особо тяжкого преступления, за которое приговором суда он был осужден к лишению свободы, приходит к выводу о частичном удовлетворении исковых требований, уменьшив сумму компенсации морального вреда до 60000 рублей, находя данную сумму соответствующей характеру нравственных страданий в период незаконного привлечения к уголовной ответственности по обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч.3 ст.131 УК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 (паспорт №) компенсацию морального вреда в размере 60000 (шестьдесят тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ивановский областной суд через Кинешемский городской суд Ивановской области в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Председательствующий Чистякова Н.В.